Дело № 1-75/2018 г.

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Липецк 25 мая 2018 года

Правобережный районный суд города Липецка в составе председательствующего судьи Кузнецовой О.В., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Правобережного района города Липецка Ярцева В.А., подсудимого ФИО1, его защитника Шержукова С.А., представившего удостоверение №, выданное Управлением Минюста России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, при секретаре Челядиновой Я.Н., а также потерпевшей ФИО16 рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца города Липецка, гражданина РФ, со средним специальным образованием, разведенного, имеющего одно малолетнего ребенка, не работающего, зарегистрированного и проживающего в городе 

<

адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть ФИО8

Преступление совершено им в городе Липецке при следующих обстоятельствах.

01 октября 2017 года в период с 18 часов до 19 часов в 

<

адрес> между ФИО1 и ФИО17. состоялся конфликт, в результате которого у ФИО2 возникли к ФИО8 личные неприязненные отношения. В указанные период времени и месте ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве личных неприязненных отношений к ФИО8, умышленно, с целью причинения последнему тяжкого вреда здоровью, подверг его избиению, а именно нанес ему не менее 24 ударов руками и ногами в область головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, в результате чего причинил ФИО8 физическую боль и следующие телесные повреждения:

- закрытую черепно-мозговую травму: кровоподтек верхнего и нижнего левых век, две ссадины левого нижнего века, кровоизлияние и три ушибленные раны слизистой оболочки верхней губы в проекции 1-2 зубов справа, кровоподтек и ссадина с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани области подбородка, кровоподтек с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани левой щечно-скуловой области с переходом на левый угол нижней челюсти, на левую боковую поверхность шеи в верхней трети, две ссадины в проекции левой горизонтальной ветви нижней челюсти в средней ее трети, ссадина по нижнему краю в проекции левой горизонтальной ветви нижней челюсти, две ссадины в 1 см ниже левого угла нижней челюсти, ссадина левой боковой поверхности шеи в верхней трети, кровоизлияние в мягкие ткани правой височной области, кровоизлияние в мягкие ткани правой теменной области в проекции теменного бугра правой теменной кости, кровоизлияние в мягкие ткани теменной области в 1 см вправо от срединной линии, кровоизлияние в мягкие ткани затылочной области в проекции затылочного бугра, кровоизлияние в мягкие ткани левой теменной области, субдуральное кровоизлияние по всем поверхностям головного мозга (около 90 мл), субарахноидальное кровоизлияние от нижней до верхней лобной извилины левой лобной доли с переходом на межполушарную поверхность, субарахноидальное кровоизлияние наружной поверхности левой височной доли с переходом на левую теменную долю по всем ее третям от предцентральной до угловой извилины, субарахноидальное кровоизлияние полюса с переходом на наружную поверхность правой лобной доли, субарахноидальное кровоизлияние наружной поверхности правой височной доли на уровне средней и верхней височных извилин, субарахноидальное кровоизлияние от центральной борозды правой теменной доли до угловой извилины в верхней и средней ее третях, субарахноидальное кровоизлияние выпуклой поверхности с переходом на базальную поверхность левой затылочной доли, субарахноидальное кровоизлияние по всем поверхностям мозжечка, субарахноидальное кровоизлияние межполушарной поверхности левых лобной и теменной долей, субарахноидальное кровоизлияние межполушарной поверхности правых лобной и теменной долей от средней лобной извилины до центральной борозды правой теменной доли, кровоизлияние в желудочки головного мозга, отек-дислокация головного мозга, которая состоит с наступлением смерти ФИО8 в прямой причинно-следственной связи и расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека;

- кровоподтек левой переднебоковой поверхности шеи в средней трети, 10 кровоподтеков правой боковой поверхности шеи в средней и нижней третях, ссадина передней поверхности в верхней трети правого плеча, кровоподтек и две ссадины задней наружной поверхности в области левого локтевого сустава, кровоподтек задней поверхности области правого локтевого сустава, кровоизлияние в мягкие ткани на уровне ости левой лопатки, которые в причинно-следственной связи со смертью ФИО8 не состоят и как каждое по отдельности, так и в совокупности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Смерть ФИО8 наступила в период с 18 часов 20 минут 01 октября 2017 года до 02 часов 20 минут 02 октября 2017 года на месте происшествия по адресу: 

<

адрес>, в результате закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными кровоподтеками, ссадинами лица, ушибленными ранами слизистой оболочки верхней губы, субдуральным кровоизлиянием по всем поверхностям головного мозга (около 90 мл), субарахноидальными кровоизлияниями, кровоизлиянием в желудочки головного мозга, осложнившейся отеком, дислокацией головного мозга.

Между комплексом телесных повреждений в составе закрытой черепно-мозговой травмы и смертью ФИО8 имеется прямая причинно-следственная связь.

Умысел ФИО1 был направлен на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО8, при этом ФИО1 не предполагал, что в результате его действий может наступить смерть ФИО8, хотя должен был и мог предвидеть наступление таких последствий.

Подсудимый ФИО1 в последнем слове признал себя виновным в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО8, смерть ФИО8 наступила от его действий, но смерти ФИО8 он не желал.

Ранее в судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении преступления признавал частично. Показал, что 30 сентября 2017 года вечером он находился дома у ФИО8, они вдвоем распивали спиртное, после чего легли спать. Утром 01 октября 2017 года ФИО8 предложил выпить, он сначала отказался, но потом согласился. Они распили спиртное. Целый день они занимались хозяйством, ходили гулять с собакой. Во время прогулки ФИО8 упал, но после этого на здоровье не жаловался, сказал, что с ним все в порядке. Он сам ФИО8 не осматривал. Около 16 часов к ФИО8 приходил его брат Свидетель №1 ФИО8 хотел еще выпить, они набрали денег, у соседа Александра заняли 100 рублей. ФИО8 ходил в магазин за спиртным, они с Свидетель №1 оставались дома. Через некоторое время ФИО8 вернулся со спиртным, они вдвоем начали его распивать. Свидетель №1 минут через 10 после этого ушел. Он замесил раствор, стал обкладывать печку, попросил ФИО8 убрать из дома, чтобы не мешались, кочергу, совок и другие вещи. Во время работы они с ФИО8 продолжали распивать водку. Когда водки осталось грамм по 50 на каждого, он сказал ФИО8, что надо водку допить, и он пойдет домой. Они выпили, он стал закладывать в печь дрова для того, чтобы ее растопить, попросил ФИО8 дать ему кочергу. В этот момент он сидел на корточках перед печкой спиной к ФИО8 ФИО8 сказал, что это он взял кочергу. Так как он ее не брал, у них завязался спор. В это время он почувствовал щелчок по левой стороне шеи, от неожиданности испугался, обернулся, обругал ФИО8 нецензурно за то, что он делает. Примерно через 10 секунд он почувствовал удар по шее и приказ ФИО8 идти искать кочергу. Он взбудоражился, оттолкнул ФИО8 от себя двумя руками в грудь, отчего ФИО8 упал на пол, ударившись затылком о дверной косяк. При падении голова ФИО8 оказалась под углом примерно 45 градусов к полу. Он увидел, что ФИО8 стал подниматься с пола, сказал при этом, что ему «хана». Он понял, что произойдет дальше, поэтому вторично оттолкнул ФИО8 от себя. ФИО8 шагнул назад, оступился, споткнулся о стоящий на полу сабвуфер, его развернуло вокруг своей оси, и он левой стороной лица и головы ударился о дверной косяк. После этого ФИО8 намахнулся на него, а он, в свою очередь, ударил ФИО8 кулаками левой и правой рук в левую часть лица. От этого ФИО8 упал на пол и ударился головой об порог дома. После этого ФИО8 лежал, не поднимался, как он понял, потерял сознание. Он решил быстро уйти домой, так как в случае, если бы ФИО8 очнулся, конфликт мог продолжиться. Он переоделся. Так как ФИО8 продолжал лежать на пороге дома, он решил занести его в дом. Когда заносил, запутался ногами, упал на ФИО8, придавив того своим телом. Во время падения ФИО8 ударился левой затылочной областью головы об порог дома. Потом он занес ФИО8 в дом, положил на пол на левый бок головой на плечо, при этом правая нога ФИО8 была согнута в колене. Он пощупал ФИО8 пульс, пульс был, ФИО8 дышал. Он решил привести ФИО8 в чувство, стал хлопать ему ладонями по щекам. Так как ФИО8 очнулся, он понял, что с ним все в порядке, забрал сабвуфер, ушел домой, прикрыв за собой дверь в дом. Когда он уходил домой, время было примерно 17 часов.

Будучи допрошенным на предварительном следствии в качестве подозреваемого 03 октября 2017 года и обвиняемого 10 октября 2017 года, 17 января 2018 года, об обстоятельствах, предшествующих конфликту с ФИО8, за исключением падения последнего во время прогулки утром 01 октября 2017 года, и последовавших за ним, ФИО1 дал в целом аналогичные показания, признал свою вину в совершении преступления. 

Вместе с тем, в ходе допроса в качестве подозреваемого 03 октября 2017 года и обвиняемого 10 октября 2017 года, описывая обстоятельства причинения ФИО8 телесных повреждений, ФИО1 показал, что он затопил печь, которую только что обложил раствором, для того, чтобы ее опробовать, а также подсушить раствор. Это было в период с 18 до 19 часов 01 октября 2017 года. Он сидел возле печи на корточках, попросил ФИО8 подать ему кочергу. ФИО8 сказал, что кочерги нет, так как он (ФИО1) ее выкинул. Он сказал, что не делал этого. Таким образом, между ним и ФИО8 возник спор, который длился около двух минут и происходил на повышенных тонах. В какой-то момент он почувствовал удар в область шеи, после чего ФИО8 приказным тоном велел ему искать кочергу. Когда он повернулся к ФИО8, увидел, что тот ударил его отрезком фанеры. Несмотря на то, что телесных повреждений данный удар ему не причинил, он ему показался болезненным. Он разозлился, поскольку его вины в утрате кочерги не было, а ФИО8 сваливал вину на него, да еще и больно ударил. В грубой форме он сказал ФИО8, чтобы тот так больше не делал. Спор между ними обострялся еще и тем, что они оба находились в состоянии алкогольного опьянения. Он отвернулся от ФИО8 и стал искать кочергу. ФИО8 громко сказал ему «Ищи!», вновь ударил его отрезком фанеры в ту же область тела, но уже сильнее. Он сильно разозлился, резко встал с корточек и толкнул ФИО8 ладонью своей левой руки в область его правого плеча. В этот момент ФИО8 находился строго спиной к дверному проему, ведущему на улицу, на расстоянии 2-3 метров от него. После того, как он толкнул ФИО8, последний сделал шаг назад, на пути под ноги ему попался стоящий на полу усилитель, о который ФИО8 споткнулся. ФИО8 развернуло, и он ударился левой частью лица о дверную коробку, отчего его снова развернуло вокруг своей оси и ФИО8 оказался опять лицом к нему. Он сразу же ударил ФИО8 кулаками левой и правой руки в лицо. Оба удара пришлись в левую часть лица ФИО8 После второго удара ФИО8 развернуло в сторону выхода, ФИО8 упал в кирпичной пристройке на поддон головой в сторону улицы. Все произошло очень быстро, он был сильно зол, из-за чего количество своих ударов не считал, но точно помнит, что нанес не менее двух ударов, но, возможно, и больше. Он был разозлен поведением ФИО8 и его наглостью, поскольку он оказывал ФИО8 помощь, а тот обвинил его в том, что он не делал, да еще и бил. После того, как ФИО8 упал, он не придал этому значения, пошел переодеваться в чистую одежду. Переодевшись, он обратил внимание на то, что ФИО8 лежал неподвижно в дверном проеме, ведущем на улицу. Он был сильно разозлен, думал, что ФИО8 не встает из-за того, что сильно пьян. Он подошел к ФИО8, попытался его поднять, обхватив его сзади руками в области груди. В этот момент он зацепился ногой за поддон, из-за чего споткнулся и упал вместе с ФИО8 на пол. При этом ФИО8 упал на пол левой стороной лица, а он на него всем своим весом. После этого он поднялся, дотащил ФИО8 к печке, положил на пол. На диван класть ФИО8 он не стал, поскольку тот был в грязной одежде, а к печке положил для того, чтобы ФИО8 не замерз. Он проверил пульс ФИО8, пульс был, ФИО8 дышал. Он позвал ФИО8 по имени, на что тот промычал что-то в пьяном бреду. На лице ФИО8 в области носа и подбородка была кровь. Он забрал свой усилитель и примерно в 19 часов ушел домой, входную дверь не запер, а просто прижал ее. Позже от сотрудников полиции ему стало известно о том, что ФИО8 умер. Он понимает, что умер ФИО8 от того, что он его избил, однако убивать ФИО8 он не хотел. Удары ФИО8 он наносил сильно (том 2 л.д. 12-16, 20-23, 54-58). 

Свои показания ФИО1 подтвердил в ходе проверки показаний на месте 03 октября 2017 года (том 2 л.д. 24-28, 29-45 – фототаблица), описал обстоятельства причинения ФИО8 01 октября 2017 года телесных повреждений, продемонстрировав с помощью манекена свое и ФИО8 расположение, механизм и последовательность нанесенных им ФИО8 ударов.

В ходе допроса в качестве обвиняемого 17 января 2017 года ФИО1 показал, что после того, как ФИО8 нанес ему второй удар отрезком фанеры по плечу, он сильно разозлился, резко встал, поскольку сидел на корточках, толкнул ладонью своей левой руки ФИО8 в область его правого плеча. В тот момент ФИО8 находился спиной к дверному проему, ведущему на улицу на расстоянии 2-3 метров от него. Он стал наносить удары ФИО8 по голове кулаками обеих рук, поскольку сильно разозлился на него. После одного из его ударов ФИО8 упал на пол на спину, и он стал бить ФИО8 уже лежащего ногами по голове, другим частям тела и конечностям. Во время нанесения ударов он находился в положении стоя, бил с различных сторон по отношению к ФИО8 Удары приходились ФИО8 в различные области головы – в правую и левую стороны, в том числе в лицо. Допускает, что удары могли приходиться ФИО8 и в область шеи. Также удары приходились и в другие части тела, куда именно – он точно не помнит, все происходило быстро и хаотично. ФИО8 пытался увернуться, прикрывал лицо руками. Его удары приходились ФИО8 в область рук и ног, поскольку руками он закрывался, а ноги поджимал, лежа на полу. В какие именно области ног и рук приходились удары не помнит. Несколько ударов ногами пришлись ФИО8 в область лица, куда конкретно, точно сказать не может. Бил сильно, так как был разозлен. Когда он перестал бить ФИО8, тот уже не двигался и лежал на полу. Ударов ФИО8 он нанес много, думает, что не менее пятнадцати в общей сложности руками и ногами. Никакие подручные предметы для нанесения ударов не использовал. Он не желал наступления смерти ФИО8, а только хотел причинить ему телесные повреждения. После нанесения ударов, как ему показалось, ФИО8 потерял сознание, так как прикрыл глаза и ничего не говорил. ФИО8 дышал и был жив. Он подумал, что ФИО8 ненадолго «отключился», перетащил его поближе к печке, чтобы тот отогрелся. Пульс у ФИО8 был, он дышал. Затем ФИО8 что-то промычал и он подумал, что в итоге ФИО8 придет в себя сам, никаких последствий для его здоровья не будет. На лице ФИО8 в области носа и подбородка была кровь. Ранее он говорил, что поднимал ФИО8 и когда тащил его, вместе с ним падал на пол. Сейчас может пояснить, что такого не было, он вместе с ФИО8 не падал. Он так ранее сказал видимо из-за того, что ему запомнилось, что он поднимал ФИО8 и подтаскивал поближе к печке. В момент, когда он бил ФИО8, он был разъярен, ему было не до того, чтобы считать удары, которые он наносил ФИО8 или запоминать, как он его бил. На все это он не обращал внимания, так как был разозлен и, вдобавок, пьян. ФИО8 он побил в период с 18 до 19 часов. Признает свою вину в том, что избил ФИО8, из-за чего наступила его смерть. В содеянном он раскаивается, убивать ФИО8 не хотел (том 2 л.д. 73-77).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании подтвердил правильность показаний, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого 10 октября 2017 года, указав, вместе с тем, на их неполноту в части неотражения в них обстоятельств падения ФИО8 во время утренней прогулки и самого первого падения от его толчка руками в грудь, вследствие которого ФИО8 ударился затылком о косяк двери. Он не сообщил об этом следователю из-за сильного душевного волнения от сообщения о смерти ФИО8 17 января 2018 года он в качестве обвиняемого не допрашивался вообще.

Анализ показаний ФИО1, данных на предварительном следствии и в судебном заседании, позволяет суду сделать вывод о том, что он фактически подтвердил свою причастность к избиению ФИО8 01 октября 2017 года.

Показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого 17 января 2018 года в части обстоятельств избиения ФИО8, приведенные выше, в целом согласуются с другими доказательствами по делу, подтверждаются ими, в частности заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа № 07/1517-17/2-18 (том 1 л.д. 97-111), согласно выводам которой не исключено, что телесные повреждения у ФИО8 могли быть получены при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе данного допроса, так как области травматизации и действовавшие предметы не имеют существенного расхождения с локализацией и механизмом их образования.

Ввиду изложенного показания ФИО1, данные им в качестве обвиняемого 17 января 2018 года, суд признает более достоверными и кладет их в основу настоящего приговора. Эти показания, как следует из показаний допрошенного в качестве свидетеля следователя ФИО10 и материалов дела, вопреки доводам подсудимого ФИО1 и его защитника, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, следственные действия производились с участием адвоката, что лишало следователя возможности внести в протокол какие-либо данные, о которых не говорил ФИО1 Перед началом допроса ФИО1 разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права в соответствии с его процессуальным положением, а также ст.51 Конституции РФ – не свидетельствовать против себя самого. ФИО1 предупреждался о том, что при его согласии дать показания, они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний. В соответствующих графах данного протокола имеются подписи ФИО1, что не отрицалось последним в судебном заседании, и защитника, а также сделанные лично ФИО1 указания на то, что показания записаны с его слов верно и им прочитаны. Замечаний по ходу и окончанию данного следственного действия, заявлений, ставящих под сомнение законность данного следственного действия, ни от ФИО1, ни от его защитника не поступало.

Доводы подсудимого ФИО1 о том, что 17 января 2018 года следователь ему обвинение не предъявлял, не допрашивал в качестве обвиняемого, протокол допроса был им подписан в ходе ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ вследствие уговоров адвоката, которая заверила его в том, что в протоколе все отражено правильно, и которой он доверял, а также психологического воздействия на него незнакомых ему сотрудников полиции, которые намекали на возможность предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления, судом отвергаются как явно надуманные, вызванные желанием опорочить доказательства и избежать уголовной ответственности.

По тем же основаниям суд отвергает и доводы подсудимого ФИО1 о том, что он отказался от услуг адвоката по соглашению (том 2 л.д. 78, 79) вследствие введения его в заблуждение адвокатом по назначению органов предварительного следствия, сообщившей ему о невозможности замены защитника на данной стадии уголовного судопроизводства, а также убедившей его в нецелесообразности расходования денежных средств его родителей на выплату вознаграждения адвокату по соглашению. 

Отказ подсудимого от этих показаний, в которых он признавал вину в совершении преступления, по объективной оценке суда, является способом защиты от предъявленного обвинения.

Показания ФИО1, данные им на предварительном следствии в качестве подозреваемого, обвиняемого 10 октября 2017 года, а также в судебном заседании суд признает достоверными лишь в той части, которая объективно подтверждается совокупностью исследованных по делу доказательств. 

Первоначальная версия ФИО1 о получении ФИО8 закрытой черепно-мозговой травмы вследствие удара лицом о дверную коробку, нанесения двух ударов кулаками правой и левой рук в лицо, последующего падения и удара головой о поддон на полу дома, которую он поддержал в судебном заседании, дав в целом аналогичные показания, дополнив их еще двумя падениями ФИО3, по мнению суда, свидетельствует о стремлении ФИО1 приуменьшить степень общественной опасности содеянного, избежать уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления. 

При этом суд учитывает и то обстоятельство, что, как следует из всех данных ФИО1 показаний, с утра 01 октября 2017 года и непосредственно до начала возникновения конфликта они с ФИО8 употребляли спиртные напитки. Изначально ФИО1 говорил о том, что он был сильно зол на ФИО8, из-за чего количество нанесенных ему ударов не считал, но точно помнит, что их было не менее двух. 

Показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании, в которых тот, фактически возвратившись к своей первоначальной позиции по делу относительно механизма причинения ФИО8 телесных повреждений, указал большее количество травматических воздействий в область головы ФИО8 вследствие падения последнего, суд расценивает как явно надуманные, поскольку эта версия впервые возникла только после ознакомления с материалами дела в полном объеме, а также после исследования всех доказательств, представленных стороной обвинения. 

То обстоятельство, что эксперт, проводя дополнительную судебно-медицинскую экспертизу трупа ФИО8, сделал вывод о том, что исходя из локализации имеющихся на трупе телесных повреждений и механизмов их причинения, нельзя исключить вероятности их образования при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ходе его допроса и проверки показаний на месте 03 октября 2017 года (том 1 л.д. 72-90), не опровергают выводы суда о достоверности показаний ФИО1, данных им в ходе допроса в качестве обвиняемого 17 января 2018 года. 

Как следует из показаний допрошенного в судебном заседании эксперта ФИО11, обнаруженная у ФИО8 закрытая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся множественными кровоподтеками, ссадинами лица, ушибленными ранами слизистой оболочки верхней губы, субдуральным кровоизлиянием по всем поверхностям головного мозга (около 90 мл), субарахноидальными кровоизлияниями, кровоизлиянием в желудочки головного мозга, образована в результате не менее девяти травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) с местом приложения травмирующей силы в проекции указанных повреждений. Указанные ФИО1 при первоначальном допросе 03 октября 2017 года обстоятельства не исключают вероятность образования лишь части телесных повреждений, входящих в состав вышеуказанной травмы. 

То обстоятельство, что как следует из показаний эксперта ФИО11, на трупе ФИО8 им были обнаружены характерные для падения из положения стоя и ударе о твердую поверхность телесные повреждения – кровоподтеки в области локтевых суставов, левой лопатки, кровоизлияния в затылочной области головы, не опровергают выводы суда о виновности ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью человека.

Таким образом, избранная подсудимым ФИО1 и защитником позиция находится в противоречии с фактическими обстоятельствами дела и опровергается совокупностью исследованных судом доказательств, приведенных в приговоре.

03 октября 2017 года ФИО1 написал явку с повинной (том 2 л.д. 1), в которой сообщил о том, что он 01 октября 2017 года находился по адресу: 

<

адрес>, где причинил телесные повреждения хозяину дома ФИО8, а именно нанес ему несколько ударов в область лица, после чего покинул данный дом. Указал также на то, что явка с повинной им написана собственноручно без оказания психологического либо физического давления.

Добровольность написания явки с повинной подсудимый ФИО1 подтвердил в судебном заседании.

Вина ФИО1 полностью установлена собранными по делу и исследованными в судебном заседании допустимыми доказательствам, достаточными для разрешения данного дела – показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, проведенных в соответствии с требованиями УПК РФ, заключениями экспертиз, в выводах которых у суда нет оснований сомневаться ввиду полноты проведенных исследований и аргументированности выводов, а также иными документами.

Потерпевшая Потерпевший №1 в судебном заседании показала, что ФИО8 был ее старшим братом, проживал в 

<

адрес> один. ФИО1 с детства дружил с ее младшим братом Свидетель №1, с ФИО8 он тоже общался, у них были хорошие отношения. 01 октября 2017 года у нее в гостях был Свидетель №1, примерно в 16 часов он уехал домой, при этом заходил к ФИО8, относил ему продукты. Со слов Свидетель №1 ей известно, что когда тот уходил, к ФИО8 пришел ФИО1, который помогла ФИО8 обкладывать в доме печь кирпичом. 02 октября 2017 года примерно в 09 часов утра ей позвонила мать, сказала, что ФИО8 умер. Она сразу же поехала домой к брату. Около дома находился начальник последнего, он в дом никого не пускал до приезда полиции, сообщил, что сослуживец, когда заехал за ФИО8 по дороге на работу, обнаружил, что тот лежит на полу в доме мертвым. Показала также, что ФИО8 был неконфликтным, безобидным, спиртными напитками не злоупотреблял, иногда выпивал, но не много. 

Свидетель Свидетель №2 показал, что 01 октября 2017 года примерно в 14-15 часов он заходил в гости к своему соседу ФИО8, который проживал в 

<

адрес>. В это время ФИО8 вместе с ФИО1 занимались хозяйством, обкладывали в доме печь. Пока он находился в доме ФИО8, последний с ФИО1 спокойно общались, никаких конфликтов между ними в его присутствии не было. И от ФИО8, и от ФИО1 исходил запах спиртного, но они оба вели себя адекватно. Никаких телесных повреждений на видимых участках тела у ФИО8 он не заметил. По просьбе ФИО1 он дал тому 100 рублей на спиртное, после чего ушел к себе домой. Впоследствии ему стало известно, что ФИО8 умер.

Свидетель Свидетель №3 показал, что 01 октября 2017 года в 18-м часу он возвращался к себе домой, по дороге проходил мимо 

<

адрес>, в котором проживал ФИО8 В тот момент он слышал, что в доме играла музыка, слышались голоса двоих мужчин. Один из них принадлежал ФИО8 Судя по интонации ФИО8 и еще один мужчина не конфликтовали, просто громко разговаривали, стараясь перекричать музыку. На следующий день 02 октября 2017 года утром он видел около дома ФИО8 машину охранного предприятия, сотрудников полиции, от которых ему стало известно о том, что ФИО8 обнаружили мертвым. 

Свидетель Свидетель №4 показал, что работал вместе с ФИО8 в охранном предприятии в одну смену, всегда заезжал за ним домой для того, чтобы потом вместе ехать на работу. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 08 часов он, как и обычно, заехал домой за ФИО8, который жил один в доме по 

<

адрес> дверь в дом, он увидел ФИО8, который лежал на полу перед дверью на спине ногами к выходу из дома. На лице ФИО8 была кровь. По внешнему виду ФИО8 он понял, что тот умер. Он сразу же сообщил о случившемся своему начальнику, также позвонил в полицию и скорую помощь. После этого он поехал на работу, хотел найти ФИО1 для того, чтобы тот сообщил о смерти ФИО8 родственникам, так как был с ними знаком. Так как ФИО1 он на работе не нашел, то о случившемся он рассказал Свидетель №5, а тот уже связался с родственниками ФИО8

Свидетель Свидетель №5 показал, что утром 02 октября 2017 года он находился на работе, когда Свидетель №4 сообщил ему о том, что перед работой заехал домой к ФИО8 и обнаружил последнего мертвым, попросил сообщить о случившемся родственникам. Он позвонил брату ФИО8 – Свидетель №1 Впоследствии ему стало известно о том, что днем ранее ФИО8 и ФИО1 подрались.

Свидетель Свидетель №1 показал, что 01 октября 2017 года около 16 часов он приходил к домой к брату ФИО8 Последний дома был вместе с ФИО1, с которым они собирались обкладывать кирпичом печь. Брат был одет в рабочие джинсы, зеленую камуфляжную куртку, на ФИО1 также был зеленый камуфляжный костюм. И ФИО8, и ФИО1 находились в состоянии алкогольного опьянения, но сильно пьяными не были. Пока он находился у брата в гостях, последний ходил в магазин, принес бутылку водки. В его присутствии между ФИО8 и ФИО1 никаких конфликтов не происходило. Видимых телесных повреждений у брата он не видел, на состояние здоровья ФИО8 не жаловался. Он вместе с ФИО1 и ФИО8 спиртное не пил, минут через 40 ушел к себе домой. Около 19 часов он звонил ФИО8, однако тот на звонок не ответил. 02 октября 2017 года утром ему позвонил Свидетель №5, сообщил о смерти брата, которого мертвым дома обнаружил напарник.

Анализируя показания потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №5, суд находит их достоверными, так как они согласуются с показаниями самого подсудимого в соответствующей части, между собой, другими доказательствами по делу, объективно ими подтверждаются. Оснований полагать, что указанные выше лица оговаривают подсудимого ФИО1, у суда не имеется.

Согласно рапорту следователя СО по Правобережному району города Липецк СУ СК России по Липецкой области от 02 октября 2017 года, в этот день в 10 часов 50 минут от оперативного дежурного ОП № 4 УМВД России по городу Липецку поступило сообщение о том, что в 

<

адрес> обнаружен труп ФИО8 (том 1 л.д. 17).

Как отмечено в карточке происшествия № 29037, в полицию 02 октября 2017 года в 08 часов 16 минут по телефону от Свидетель №4 поступило сообщение о том, что в 

<

адрес> находится труп ФИО3 (том 1 л.д. 34).

02 октября 2017 года осмотрена территория домовладения 75 по 

<

адрес>, в помещении дома на полу обнаружен труп ФИО8, зафиксированы трупные явления, имеющиеся на трупе видимые телесные повреждения (синюшно-багровый без просветлений кровоподтек в мягких тканях верхнего и нижнего века левого глаза, кровоподтеки из носовых ходов), изъята одежда с трупа, труп для дальнейшего исследования направлен в ГУЗ ЛОБ СМЭ (том 1 л.д. 18-24, 25-27 – фототаблица).

Согласно протоколу смерть ФИО8 зафиксирована врачом ГУЗ «Липецкая областная станция скорой медицинской помощи и медицины катастроф» 02 октября 2017 года в 10 часов 43 минуты (том 1 л.д. 35).

03 октября 2017 года в помещении ГУЗ ЛОБ СМЭ произведено дактилоскопирование трупа ФИО8, изъяты образцы крови трупа, сделаны срезы ногтевых пластин с правой и левой рук (том 1 л.д. 28-32).

Как следует из заключения эксперта № 1517/2-17, при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО8 обнаружена закрытая черепно-мозговая травма: кровоподтек верхнего и нижнего левых век, две ссадины левого нижнего века, кровоизлияние и три ушибленные раны слизистой оболочки верхней губы в проекции 1-2 зубов справа, кровоподтек и ссадина с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани области подбородка, кровоподтек с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани левой щечно-скуловой области с переходом на левый угол нижней челюсти, на левую боковую поверхность шеи в верхней трети, две ссадины в проекции левой горизонтальной ветви нижней челюсти в средней ее трети, ссадина по нижнему краю в проекции левой горизонтальной ветви нижней челюсти, две ссадины в 1 см ниже левого угла нижней челюсти, ссадина левой боковой поверхности шеи в верхней трети, кровоизлияние в мягкие ткани правой височной области, кровоизлияние в мягкие ткани правой теменной области в проекции теменного бугра правой теменной кости, кровоизлияние в мягкие ткани теменной области в 1 см вправо от срединной линии, кровоизлияние в мягкие ткани затылочной области в проекции затылочного бугра, кровоизлияние в мягкие ткани левой теменной области, субдуральное кровоизлияние по всем поверхностям головного мозга (около 90 мл), субарахноидальное кровоизлияние от нижней до верхней лобной извилины левой лобной доли с переходом на межполушарную поверхность, субарахноидальное кровоизлияние наружной поверхности левой височной доли с переходом на левую теменную долю по всем ее третям от предцентральной до угловой извилины, субарахноидальное кровоизлияние полюса с переходом на наружную поверхность правой лобной доли, субарахноидальное кровоизлияние наружной поверхности правой височной доли на уровне средней и верхней височных извилин, субарахноидальное кровоизлияние от центральной борозды правой теменной доли до угловой извилины в верхней и средней ее третях, субарахноидальное кровоизлияние выпуклой поверхности с переходом на базальную поверхность левой затылочной доли, субарахноидальное кровоизлияние по всем поверхностям мозжечка, субарахноидальное кровоизлияние межполушарной поверхности левых лобной и теменной долей, субарахноидальное кровоизлияние межполушарной поверхности правых лобной и теменной долей от средней лобной извилины до центральной борозды правой теменной доли, кровоизлияние в желудочки головного мозга, отек-дислокация головного мозга.

Морфологические особенности вышеуказанных повреждений (цветовые характеристики, степень выраженности, насыщенность окраски, наличие явлений биотрансформации и тому подобное), а также сходные микроскопические показатели реакции органов и тканей на травму, позволяют сделать вывод о том, что повреждения образованы прижизненно и соответствуют средним показателям, наблюдающимся при давности образования в пределах 30-40 минут и возможно в пределах 1-2 часа до момента наступления смерти.

Данная травма образована в результате не менее девяти травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) с неотобразившимися травмирующими индивидуальными особенностями с местом приложения травмирующей силы в проекции указанных повреждений.

Смерть ФИО8 наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными кровоподтеками, ссадинами лица, ушибленными ранами слизистой оболочки верхней губы, субдуральным кровоизлиянием по всем поверхностям головного мозга (около 90 мл), субарахноидальными кровоизлияниями, кровоизлиянием в желудочки головного мозга, осложнившейся отеком, дислокацией головного мозга.

Данный вывод о причине смерти подтверждается обнаружением при макроскопическом исследовании вышеперечисленных повреждений и изменений, при микроскопическом исследовании – массивных кровоизлияний в мягких мозговых оболочках в области полушарий мозга с небольшой лейкоцитарной реакцией, нарушения кровообращения в области полушарий мозга в виде неравномерного кровенаполнения, выраженного отека и единичных периваскулярных кровоизлияний, дистрофии, ишемии и некроза нейронов, в препарате мягких тканей лица массивного кровоизлияния прижизненного происхождения с краевым стоянием лейкоцитов в отдельных сосудах, некроза мышечных волокон. 

Закрытая черепно-мозговая травма, обнаруженная при экспертизе трупа ФИО8, расценивается как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека и находится в прямой причинной связи с наступлением смерти.

В данном случае целесообразно говорить о влиянии на формирование окончательного объема комплекса внутричерепных повреждений совокупности травматических воздействий в область головы, поскольку в сложившихся условиях не исключается возможность возникновения «первичных» проявлений от каждого отдельного удара в область головы, а каждая последующая ее травматизация могла усугубить действие предыдущей. Поэтому данная черепно-мозговая травма оценивается как совокупное следствие всех травмировавших воздействий, приложенных к голове.

За исключением закрытой черепно-мозговой травмы, явившейся непосредственной причиной смерти, при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО8 обнаружено: кровоподтек левой переднебоковой поверхности шеи в средней трети, 10 кровоподтеков правой боковой поверхности шеи в средней и нижней третях, ссадина передней поверхности в верхней трети правого плеча, кровоподтек и две ссадины задней наружной поверхности в области левого локтевого сустава, кровоподтек задней поверхности области правого локтевого сустава, кровоизлияние в мягкие ткани на уровне ости левой лопатки.

Морфологические особенности телесных повреждений (кровоподтеки багрово-синего цвета, ссадины с красными, мягкими, слегка западающими поверхностями) позволяют заключить, что они образованы прижизненно, незадолго до смерти в результате не менее пятнадцати травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов), причинно-следственной связи со смертью не имеют и как каждое в отдельности, так и в совокупности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Описанные выше телесные повреждения имеют сходные морфологические особенности (цвет, насыщенность кровоподтеков и кровоизлияний), свидетельствующие о том, что они причинены в короткий промежуток времени и соответствуют приблизительной давности в пределах от 30-40 минут и возможно в пределах 1-2 часов до момента наступления смерти. Разделить их по времени и последовательности причинения не представляется возможным.

В момент причинения повреждений направление воздействия травмирующего предмета (предметов) могло быть любым допускающим причинение данных телесных повреждений.

После причинения закрытой черепно-мозговой травмы ФИО8 мог совершать какие-либо самостоятельные действия – передвигаться, кричать и так далее, при условии нахождения его в сознании. По мере нарастания отека головного мозга способность к самостоятельным действиям должна была угасать.

В момент причинения комплекса телесных повреждений взаимное расположение потерпевшего и нападавшего могло быть различным при условии доступности для травматизации вышеуказанных областей тела ФИО8 При этом пострадавший мог как стоять, так и сидеть или лежать.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО8 обнаружен этиловый спирт в концентрации соответственно: 3,6%о, 4,7%о. такая концентрация этилового спирта в крови обычно у живых лиц относится к тяжелой степени алкогольной интоксикации.

Характер трупных явлений, зафиксированных в ходе осмотра трупа ФИО8 02 октября 2017 года, соответствует средним показателям трупных явлений, наблюдающихся при давности наступления смерти около 10-18 часов до момента их фиксации. Смерть ФИО8 вероятнее всего наступила в промежуток времени с 18 часов 20 минут 01 октября 2017 года до 02 часов 20 минут 02 октября 2017 года.

Признаков, указывающих на то, что поза трупа ФИО8 до момента осмотра его на месте происшествия изменялась, не установлено (том 1 л.д. 44-63, 64, 65).

Изучением данных о личности ФИО8 (том 2 л.д. 82-83), судом установлено, что он ранее не судим (том 2 л.д. 84, 85), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоял (том 2 л.д. 87, 88), по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризовался удовлетворительно (том 2 л.д. 89), по месту работы в ООО «Охранное агентство «Барс» – положительно (том 2 л.д. 91).

Потерпевшая Потерпевший №1 (том 2 л.д. 92-95, 96, 98-99, 100) не судима (том 2 л.д. 102, 103), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (том 2 л.д. 105, 106, 108), по месту жительства и работы характеризуется положительно (том 2 л.д. 109, 110, 111).

Оценив и проанализировав совокупность представленных стороной обвинения допустимых доказательств, суд приходит к выводу об их достоверности и достаточности для вывода о доказанности предъявленного ФИО1 обвинения.

Анализ обстоятельств совершенного преступления, поведения подсудимого во время и после совершенного преступления, выводов проведенных по делу экспертиз и других приведенных в приговоре доказательств в их совокупности, свидетельствует о том, что действия ФИО1 были умышленными и непосредственно направленными на причинение ФИО8 тяжкого вреда здоровью, при этом подсудимый не предвидел наступление смерти ФИО8 в результате своих действий, хотя должен был и мог предвидеть наступление указанных тяжких последствий. Количество нанесенных подсудимым потерпевшему ФИО8 ударов руками и ногами в жизненно-важный орган – голову, в результате которых ФИО8 причинена закрытая черепно-мозговая травма, сопровождавшаяся множественными кровоподтеками, ссадинами лица, ушибленными ранами слизистой оболочки верхней губы, субдуральным кровоизлиянием по всем поверхностям головного мозга, субарахноидальными кровоизлияниями, кровоизлиянием в желудочки головного мозга, осложнившейся отеком, дислокацией головного мозга, отчего и наступила его смерть, подтверждают, что ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, однако последствия – смерть потерпевшего не охватывались умыслом виновного и наступили по неосторожности.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.4 ст.111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № 1730/1-1356 от 02 ноября 2017 года, ФИО1 страдал во время совершения преступления и страдает в настоящее время 

<

данные изъяты>. Однако указанные расстройства психики не сопровождаются интеллектуальным снижением, утратой критических способностей, бредом, галлюцинациями, то есть они не достигают уровня хронического психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики. Перенесенные им патологии в виде тяжелой черепно-мозговой травмы и нарушении мозгового кровообращения в настоящее время на его психическом состоянии не отразились, их последствия ограничены церебрастенической симптоматикой (головные боли). Во время, относящееся к совершению преступления, он не обнаруживал временного психического расстройства, а находился в состоянии острой неосложненной алкогольной интоксикации, о чем свидетельствует употребление им незадолго до совершения преступления спиртных напитков, наличие физических и психических признаков опьянения, он был правильно ориентирован, совершал последовательные и целенаправленные действия, у него отсутствовали признаки бреда, галлюцинаций и других психотических расстройств. Следовательно, он мог во время, относящееся к совершению преступления, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. По своему психическому состоянию может принимать участие в судебном процессе, самостоятельно осуществлять право на защиту. 

По заключению психолога: в исследуемый период времени ФИО1 в состоянии аффекта не находился, так как не прослеживается специфическая динамика протекания данного выраженного эмоционального состояния (том 1 л.д. 164-168).

На основании изложенного выше суд приходит к выводу о вменяемости подсудимого ФИО1

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

ФИО1 (том 2 л.д. 112-117) разведен (том 2 л.д. 119-120, 122), работал, ранее не судим (том 2 л.д. 127, 128), на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит (том 2 л.д. 129, 130), по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно (том 2 л.д. 131), соседями – положительно (том 2 л.д. 132), по месту работы в ООО «Охранное агентство «Барс» – положительно (том 2 л.д. 133), что суд учитывает как данные о его личности.

Также в качестве данных о личности подсудимого суд учитывает заключение судебной психолого-психиатрической экспертизы, выводы которой приведены в приговоре выше.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств суд учитывает признание вины, явку с повинной, состояние здоровья подсудимого, наличие на иждивении малолетнего ребенка. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд не усматривает.

Суд назначает ФИО1 наказание с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ, согласно которой при наличии смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ (явка с повинной), и отсутствии отягчающих обстоятельств, срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, совершенного ФИО1, его поведением после совершения преступления, а также других обстоятельств дела, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления нет, в связи с чем отсутствуют основания для назначения ФИО1 наказания с применением ст.64 УК РФ.

Несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, суд, принимая во внимание фактические обстоятельства, способ совершения преступления, мотив, цель, характер наступивших последствий, не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую.

С учетом совокупности указанных обстоятельств, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, суд полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, считая применение иных мер недостаточным для его исправления. Исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества. Назначение подсудимому наказания с применением ст.73 УК РФ суд полагает невозможным. 

Принимая во внимание приведенные выше данные о личности подсудимого ФИО1, суд считает возможным дополнительное наказание в виде ограничения свободы не применять, полагая назначаемое основное наказание достаточным для исправления осужденного.

Поскольку ФИО1 признан виновным в совершении особо тяжкого преступления, суд на основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ назначает ему отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, вследствие чего избранная в отношении ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу подлежит оставлению без изменения до вступления приговора в законную силу.

Потерпевшей Потерпевший №1 заявлен гражданский иск к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, который она в судебном заседании поддержала.

Подсудимый ФИО1 исковые требования потерпевшей о компенсации морального вреда признал частично, поскольку вреда ФИО8 причинить не хотел.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В силу ст.1100 ГК РФ суд определяет размер взыскиваемой компенсации морального вреда с учетом причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, учитывая материальное положение подсудимого.

Заявленные потерпевшей Потерпевший №1 исковые требования о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда являются обоснованными, поскольку вследствие умышленного причинения ФИО1 ФИО8 – брату потерпевшей – комплекса телесных повреждений, в частности закрытой черепно-мозговой травмы, в результате которой по неосторожности наступила смерть последнего, потерпевшей Потерпевший №1 причинены нравственные страдания, то есть моральный вред. 

При таких обстоятельствах, с учетом характера причиненных потерпевшей нравственных страданий, степени вины подсудимого, его материального положения и других конкретных обстоятельств дела, справедливости и соразмерности суд считает необходимым взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

Потерпевшей Потерпевший №1 также заявлены исковые требования к ФИО1 о возмещение материального ущерба, причиненного в результате совершения преступления, а именно понесенные расходы в связи с похоронами ФИО8 в размере 33 928 рублей.

В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1 отказалась от иска в этой части, поскольку материальный ущерб в указанной выше сумме ей возмещен. 

Суду представлен приходный кассовый ордер о перечислении на счет Потерпевший №1 денежных средств в сумме 34 000 рублей.

При изложенных выше обстоятельствах, суд в силу ст.ст. 39, 173 ГПК РФ принимает отказ Потерпевший №1 от иска, так как отказ от иска доброволен, не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц, вследствие чего производство по делу в этой части подлежит прекращению.

Вещественных доказательств, процессуальных издержек по делу нет.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 307-308 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу. 

Срок наказания исчислять с 25 мая 2018 года, зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 03 октября 2017 года по 24 мая 2018 года включительно.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Производство по делу по иску Потерпевший №1 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате совершения преступления, прекратить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Липецкий областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в этот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать в ней о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Председательствующий