П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Тверь 28 мая 2018 года

Центральный районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Чернозубовой О.Ю.,

с участием: государственного обвинителя – помощника прокурора Центрального района г. Твери Иванова Д.А.,

подсудимого ФИО2,

защитников – адвокатов Иванцовой Г.В., Севостьянова А.Е.,

при секретаре Соловьевой К.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению 

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, с высшим образованием, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес> г. Тверь, женатого, имеющего на иждивении ...... несовершеннолетних детей, директора ООО «.....», ранее не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО2 обвиняется в совершении мошенничества, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. 

В судебном заседании государственный обвинитель заявил ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, указав, что в обвинении и обвинительном заключении в отношении ФИО2 по ч.4 ст. 159 УК РФ не конкретизирован способ совершения преступления, а именно в чем именно выражался обман и злоупотребление доверием. По тексту обвинения указано на наличие квалифицирующего признака, а именно: совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, которое не конкретно по существу, ввиду отсутствия обоснования последнего в предъявленном обвинении. Кроме того, мошенничество признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного, и он получил реальную возможность пользоваться или распоряжаться им по своему усмотрению. По существу обвинения не представляется возможность определить, когда ФИО2 получил возможность распоряжаться перечисленными на счета ООО «....», ООО «.....», ООО «....» денежными средствами. Указанные выше обстоятельства, свидетельствующие о неконкретности предъявленного обвинения, препятствуют рассмотрению уголовного дела судом, в связи с чем, просит суд вернуть уголовное дело прокурору в порядке ст.237 УПК РФ для устранения нарушений.

Адвокаты – защитники Иванцова Г.В. и Севостьянов А.Е. возражали против возвращения уголовного дела прокурору, указав, что заявленное стороной обвинения ходатайство связано с восполнением доказательств органами предварительного следствия, законных оснований для возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, не имеется. 

Подсудимый ФИО2 поддержал позицию своих защитников. 

Выслушав мнение участников процесса по заявленному ходатайству, после допроса в судебном заседании свидетелей, исследования материалов дела, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст.237 ч.1 п.1 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. 

Согласно ч.1 ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого лишь по предъявленному обвинению. 

В силу п.4 ч.2 ст.171 УПК РФ в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого следователь указывает описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п.1-4 ч.1 ст.73 настоящего Кодекса. 

В соответствии с п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ в обвинительном заключении указываются существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Из этого следует, что соответствующим требованиям уголовно-процессуального законодательства будет считаться, в частности, такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение по делу.

При этом отсутствие в обвинительном заключении сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении инкриминированных деяний и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст.252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется (ст.47 УПК РФ).

Так, из постановления о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого по ч.4 ст. 159 УК РФ от 06 декабря 2016 года и обвинительного заключения, составленного в отношении ФИО2, следует, что в период с 10 апреля 2012 года по 06 сентября 2012 года, более точные дата и время следствием не установлены, у неустановленного в ходе следствия лица, являющегося сотрудником филиала открытого акционерного Общества «....» - «....» (далее по тексту ОАО «....» - «....»), находящегося в неустановленном месте, возник преступный умысел, направленный на хищение денежных средств ОАО «....» путем обмана и злоупотребления доверием его сотрудников, при исполнении договора подряда № 10.04.2012 на выполнение работ по реконструкции воздушных линий электропередачи (далее по тексту ВЛ) 10-110 киловольт (далее по тексту кВ) с расширением просеки в 2012-2014 гг. с открытым акционерным Обществом «.....» (далее по тексту ОАО «....»), которому требовался субподрядчик для выполнения указанных работ.…. С этой целью неустановленное лицо решило руководству ОАО «....» рекомендовать в качестве субподрядчика ФИО2, с которым предварительно в указанный период времени договорилось о совершении совместного хищения денежных средств ОАО «....». ФИО2, являющийся генеральным директором Общества с ограниченной ответственностью «....» (далее по тексту ООО «....»), основным видом деятельности которого является лесоводство и лесозаготовки, основной целью деятельности которого являлось извлечение прибыли, согласился на предложение неустановленного лица и вступил с ним в совместный преступный сговор на совершение преступления. Согласно преступному плану, ФИО2 по рекомендации неустановленного в ходе следствия лица должен был заключить договор подряда с ОАО «....» на выполнение работ по реконструкции ВЛ 10-110 кВ с расширением просеки, указанные работы, согласно договору, в полном объеме не выполнять. Затем, при подписании актов приемки выполненных работ, путем обмана и злоупотребления доверием сотрудника, осуществляющего приемку, получить денежные средства за якобы полностью выполненные условия договора, которые затем, совместно с неустановленным в ходе следствия лицом, присвоить. В свою очередь, неустановленное в ходе следствия лицо должно было, пользуясь своим должностным положением, через руководство ОАО «....» - «....», не посвящая его в известность относительно совместных с ФИО2 преступных намерений, воздействовать через последних на лицо, которое будет принимать работы по реконструкции ВЛ 10-110 кВ с расширением просеки, с целью недобросовестного приема данных работ, скорейшего подписания акта приема работ без замечаний по их выполнению. При этом ФИО2 и неустановленное в ходе следствия лицо изначально решили, что ФИО2 не будет выполнять в полном объеме взятые на себя обязательства по реконструкции ВЛ 10-110 кВ с расширением просеки, намереваясь получить денежные средства полностью.

ФИО2 осознавал, что заключение договоров с ОАО «...» повлечет для возглавляемого им ООО «....» обязательства по выполнению условий договоров, для чего совместно с неустановленным в ходе следствия лицом с целью конспирации, снятия ответственности и соответствующих обязательств с ООО «...» подыскал подконтрольные ФИО2 организации ООО «...», ООО «....», ООО «...», с которыми ОАО «....» заключила договора подряда 06.09.2012 и 15.11.2012, при посредничестве ФИО2, контролирующего все обстоятельства их составления. 

При этом, неустановленное в ходе следствия лицо и ФИО2 решили, что, несмотря на заключенные договоры ОАО «....» с подконтрольными последнему Обществами, фактически выполнять работы для нужд ОАО «...» - «....» по расширения просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье будут сотрудники возглавляемого им ООО «....».

Достоверно осведомленный о предмете договоров между ОАО «...» и ООО «....», ООО «....» и ООО «....», а именно об условиях и объеме необходимых работ: …, ФИО2 по предварительной договоренности с неустановленным в ходе следствия лицом, в период с 06.09.2012 по 10.12.2012, более точные дата и время следствием не установлены, лично стал контролировать выполнение работ по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье работниками ООО «.....».

Так, работниками ООО «.....», не осведомленными о совместных преступных намерениях неустановленного в ходе следствия лица и их руководителя ФИО2, под ежедневным контролем последнего, в период с 06.09.2012 по 10.12.2012 по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье не в полном объеме выполнена следующая работа:……

ФИО2, достоверно зная, что работы по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье сотрудниками ООО «....» проведены не в полном объеме, намереваясь за указанную работу получить денежные средства полностью, согласно ранее заключенных договоров между ОАО «....» и ООО «....», ООО «....», ООО «....», действуя совместно и согласованно с неустановленным в ходе следствия лицом, в период с 14.11.2012 по 10.12.2012, войдя в доверие к ответственному по приемке произведенных работ по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье - старшему мастеру Тверского участка СЛВС ОАО «.....» - «.....» ФИО1, убедил последнего, что имеющиеся недоработки по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье, будут устранены позже.

Сознательно, не планируя выполнять оставшуюся часть работ в полном объеме, ФИО2 и неустановленное в ходе следствия лицо, через неустановленных лиц из числа руководства ОАО «...» - «....», не осведомленных об их преступных намерениях, добились со стороны ФИО1, обманывая его, подписания акта осмотра ВЛ 35 кВ ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье без указания замечаний, на основании которого ОАО «...» осуществлено перечисление денежных средств на счет ОАО «....» на общую сумму 6 173 349, 59 руб., из расчета 169 411,35 рублей с НДС 18% за 1 га произведенных работ по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье.

Затем ОАО «....» осуществило перечисление из расчета 110 000 рублей с НДС 18% за 1 га произведенных работ по расширению просеки трассы ВЛ 35 кВ на участке ФИО3 Бор - Юрьево-Девичье денежных средств: в размере 1 810 600 руб. на расчётный счёт № ООО «....», подконтрольной ФИО2, открытый 04.07.2011 в Тверском филиале ОАО АКБ «Авангард», расположенного на территории Центрального района г. Твери по адресу: 

<

...>, однако фактически стоимость выполненных работ составила 780 765,94 руб.; в размере 1 100 000 руб. на расчётный счёт № ООО «...», подконтрольной ФИО2, открытый 25.11.2011 в Тверском филиале ОАО АКБ «Пробизнесбанк», расположенного на территории Центрального района г. Твери по адресу: по адресу: 

<

...>, однако фактически стоимость выполненных работ составила 689 830,05 руб.; в размере 1 097 800 руб. на расчётный счёт № ООО «...», подконтрольной ФИО2, открытый 27.11.2012 в Тверском филиале ОАО НБ «Траст», расположенного на территории Центрального района г. Твери по адресу: 

<

...>, однако фактически стоимость выполненных работ составила 164 894,21 руб. 

Таким образом, неустановленное в ходе следствия лицо и ФИО2, путем обмана и злоупотребления доверием сотрудника ОАО «....» - «...», действуя совместно и согласованно, похитили денежные средства ОАО «....», перечисленные на счета подконтрольных последнему ООО «...», ООО «...» и ООО «....», в размере 2 372 909,80 рублей,

Суд приходит к выводу, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение в отношении ФИО2 в совершении мошенничества, путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, является неконкретным. 

Так, указано, что ФИО2 совершил мошенничество совместно и согласовано с лицом, которое не установлено следствием, при этом в обвинении и обвинительном заключении не определено время и место совершения указанного преступления соучастниками, обстоятельства, при которых между ними был достигнут сговор на совершение указанного преступления группой лиц по предварительному сговору, каким образом осуществлено распределение ролей между ними, направленное на достижение преступного результата, не конкретизировано, в чем заключались обман и злоупотребление доверием сотрудника ОАО «....», в том числе с участием не установленных следствием лиц из числа руководства ОАО «....» - «...».

При этом следует учитывать, что мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению. Если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то по смыслу положений пункта 1 примечаний к статье 158 УК РФ и статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации содеянное должно рассматриваться как хищение чужого имущества. Такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб.

Однако, проанализировав обвинение и обвинительное заключение, суд приходит к выводу, что кроме указания в обвинительном заключении на поступление денежных средств ОАО «...» на расчетные счета ОАО «....», а в дальнейшем на расчетные счета ООО «...», ООО «...» и ООО «...», органом следствия не указаны дата и обстоятельства изъятия денежных средств с банковского счета потерпевшего, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб, что препятствует определению судом момента окончания преступления, в том числе даты и места окончания преступления.

Таким образом, можно утверждать, что в обвинительном заключении не указано конкретное время и место совершения преступления, не конкретизировано существо обвинения, а неопределенность в данном вопросе лишает подсудимого возможности защищаться, а суд постановить обоснованный и законный приговор. 

Кроме того, обвинительное заключение в соответствии с пунктами 5 и 6 ч.1 ст. 220 УПК РФ и пунктом 6 ч.1 ст. 225 УПК РФ должны включать в себя, в частности, перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты.

Под перечнем доказательств понимается не только ссылка в обвинительном заключении на источники доказательств, но и приведение в обвинительном заключении краткого содержания доказательств, поскольку в силу ч.1 ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурору, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу. 

В нарушение описанных требований в обвинительном заключении приведены показания свидетеля ФИО1, с указанием на том.3 л.д. 177-181, 182-185, 186-191, 200-205, 211-213, 217-219, т.4 л.д. 138-141 и т.11 л.д. 31-35. 

Вместе с тем, краткое содержание приведенных показаний соответствует показаниям, данным ФИО1 в качестве подозреваемого ( т.3 л.д. 200-205), которое отсутствует в каких-либо показаниях свидетеля ФИО1, ссылка на которые имеется в обвинительном заключении. 

Указанные нарушения раскрытия содержания доказательств являются нарушением права обвиняемого на защиту.

Кроме того, иное изложение доказательств в обвинительном заключении влечет за собой нарушение права обвиняемого на защиту, так как лишает его возможности возражать против предъявленного ему обвинения.

В соответствии с п.1 ч.4 ст.47 УПК РФ обвиняемые вправе знать, в чем он обвиняется.

В соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство производится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному тому обвинению, которое в судебном разбирательстве может быть изменено, если это не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его право на защиту. В связи с неконкретностью обвинения, его изменение судом невозможно в силу того, что новое обвинение будет существенно отличаться по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а потому изменение обвинения ухудшает положение обвиняемого и нарушает его право на защиту.

В связи с этим, указанные нарушения не позволят суду вынести законное и обоснованное решение на основании имеющегося обвинительного заключения, в связи с чем уголовное дело подлежит возвращению прокурору Центрального района г. Твери в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения его судом.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 237, 256 УПК РФ, суд

постановил:

Возвратить прокурору Центрального района г. Твери уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение 10 суток со дня его вынесения с подачей жалобы через Центральный районный суд г. Твери.

Председательствующий О.Ю. Чернозубова