Судья Котлова Е.А. Материал №22-507/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 февраля 2025 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Дьяченко О.В.,

при ведении протокола помощником судьи Михиной Е.В.,

с участием прокурора Степанова С.В.,

обвиняемого К.А.А.,

защитника Кантяева А.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Кантяева А.Г. на постановление Энгельсского районного суда Саратовской области от 10 февраля 2025 года, которым в отношении К.А.А., 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 28 суток, то есть с 8 февраля 2025 года по 7 апреля 2025 года включительно.

Заслушав выступления обвиняемого К.А.А. и его защитника Кантяева А.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Степанова С.В., полагавшего постановление законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

установил:

Следователем по особо важным делам следственного отдела по городу Энгельс следственного управления Следственного комитета РФ по Саратовской области ФИО1 8 февраля 2025 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, в отношении К.А.А.

8 февраля 2025 года К.А.А. задержан в порядке ст.91, ст.92 УПК РФ и в этот же день ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ. 

10 февраля 2025 года постановлением Энгельсского районного суда Саратовской области по ходатайству следователя в отношении обвиняемого К.А.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 28 суток, то есть с 8 февраля 2025 года по 7 апреля 2025 года включительно.

В апелляционной жалобе адвокат Кантяев А.Г. выражает несогласие с постановлением суда. Считает, что у суда не имелось оснований для избрания К.А.А. столь суровой меры пресечения, поскольку следствием не представлено объективных доказательств, подтверждающих наличие у обвиняемого намерения скрыться от органов следствия или суда, или иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу. Полагает, что выводы суда о необходимости избрания К.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу основаны лишь на тяжести предъявленного обвинения, отсутствия у него паспорта гражданина РФ и того обстоятельства, что он не проживает по месту регистрации. Указывает, что К.А.А. имеет постоянное место жительства в г. Энгельсе, имеет устойчивые социальные связи, в ходе следствия дает подробные признательные показания. Обращает внимание на представленные стороной защиты документы, подтверждающие возможность избрания К.А.А. меры пресечения в виде домашнего ареста, считая, что судом необоснованно сделан вывод об отсутствии оснований для избрания в отношении К.А.А. данной меры пресечения. Просит постановление отменить, избрать в отношении К.А.А. меру пресечения в виде домашнего ареста по адресу его постоянного проживания. 

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с требованиями ст.97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии с ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Из представленных материалов следует, что ходатайство следователя об избрании в отношении К.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу возбуждено перед судом в рамках возбужденного уголовного дела, уполномоченным должностным лицом и отвечает требованиям ст.108 УПК РФ.

Как следует из обжалуемого постановления, решение об избрании в отношении К.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу судом надлежащим образом мотивировано и обосновано. При решении вопроса об избрании в отношении К.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу, судом приняты во внимание положения ст.97, 99, 108 УПК РФ, и приведены в постановлении конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принято решение об избрании данной меры пресечения.

Утверждение в жалобе об отсутствии законных оснований для избрания в отношении К.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельным. Постановление суда основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах органов следствия, обосновывающих заявленное ходатайство, и принято в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

На основании изученных материалов суд пришел к правильному выводу, что задержание К.А.А. произведено при наличии оснований, предусмотренных ст.91 УПК РФ, с соблюдением порядка задержания, установленного ст.92 УПК РФ. Основываясь на материалах, представленных следователем в обоснование ходатайства и исследованных в судебном заседании, суд проверил наличие достаточных данных об обоснованности подозрения в причастности К.А.А. к инкриминируемому ему деянию. При этом, проверяя обоснованность выдвинутого против К.А.А. подозрения в совершении тяжкого преступления, суд обоснованно не входил в оценку доказательств, имеющихся в представленном материале, поскольку на данной стадии судопроизводства не вправе входить в обсуждение вопросов о доказанности либо недоказанности вины лица в инкриминируемом ему преступлении.

Удовлетворяя ходатайство следователя, суд учел не только то, что К.А.А. обвиняется в совершении умышленного тяжкого преступления против здоровья населения и общественной нравственности, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от трех до десяти лет, но и данные о личности К.А.А., который определенного рода занятий и законного источника дохода не имеет, не имеет паспорта гражданина РФ, регистрации и постоянного места жительства. Вместе с тем, суд учел фактические обстоятельства дела, по которому в настоящее время органами предварительного следствия проводится активный сбор доказательств и их оценка.

Указанные обстоятельства в их совокупности позволили суду согласиться с убедительными доводами следствия о том, что, находясь на свободе, К.А.А. может скрыться от следствия, либо иным образом воспрепятствовать производству по делу.

Мотивированный вывод суда о невозможности применения к К.А.А. иной, более мягкой меры пресечения, суд апелляционной инстанции находит правильным, поскольку он основан на материалах дела.

Оснований для изменения в отношении К.А.А. меры пресечения на иную, не связанную с заключением под стражу, в том числе на домашний арест, апелляционная инстанция не находит, учитывая фактические обстоятельства расследуемого преступления, по которому сбор доказательств не завершен, и представленные данные о его личности. Как следует из представленных материалов, мера пресечения в виде заключения под стражу была избрана в отношении К.А.А. не только в целях обеспечения его личного участия при проведении ряда следственных действий, но и прежде всего, с целью недопущения с его стороны оказания воспрепятствования производству предварительного расследования.

С учетом тяжести предъявленного К.А.А. обвинения, обстоятельств дела, по которому сбор доказательств не завершен, и данных о личности К.А.А., избранная в отношении него мера пресечения в наибольшей степени гарантирует обеспечение задач уголовного судопроизводства, охрану прав и законных интересов всех участников процесса.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Суд первой инстанции, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, оценил доводы всех участников процесса. Стороне обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, ограничений прав участников уголовного судопроизводства, допущено не было.

Судом учтены все данные о личности К.А.А., которые могли повлиять на принятие судом решения по ходатайству следователя, в том числе обстоятельства, указанные в ст.99 УПК РФ.

Сведений о том, что имеются препятствия для содержания К.А.А., под стражей по состоянию здоровья, не имеется. В случае необходимости медицинская помощь может быть ему оказана в условиях следственного изолятора.

Доводы апелляционной жалобы о том, что данных о наличии реальной возможности у обвиняемого скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, не представлено, не нашли своего подтверждения, так как в ходатайстве следователя и в постановлении суда указаны основания избрания меры пресечения, подтверждающие их фактические данные и доказательства, при принятии решения суд учел личность обвиняемого, и пришел к выводу о невозможности избрания более мягкой меры пресечения, так как это не обеспечит надлежащее производство предварительного следствия по делу.

Представленное стороной защиты заявление собственника жилого помещения Г.Е.А., заявившей о своем согласии на проживание в ее квартире обвиняемого К.А.А. в случае избрания ему домашнего ареста, судом первой инстанции было принято к сведению и учитывалось при принятии решения, однако само по себе данное обстоятельство не может быть признано исключительным и влекущим обязательное изменение меры пресечения на более мягкую.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену постановления, не имеется, поскольку оно полностью соответствует ч.4 ст.7 УПК РФ. Требования ст.97, 99, 108, 109 УПК РФ, основополагающие разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ №41 от 19 декабря 2013 года, судом соблюдены. Оснований для отмены постановления, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Вместе с тем постановление подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно ст.128 УПК РФ при задержании срок исчисляется с момента фактического задержания. Срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца, а если этот месяц не имеет соответствующего числа, то срок оканчивается в последние сутки этого месяца.

Поскольку К.А.А. был задержан 8 февраля 2025 года, то процессуальный срок его заключения под стражу с 8 февраля 2025 года по 7 апреля 2025 года включительно будет составлять 2 месяца, а не 1 месяц 28 суток, как ошибочно указал об этом суд в своем постановлении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Энгельсского районного суда Саратовской области от 10 февраля 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении К.А.А. изменить, указав, что мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого К.А.А. избрана сроком на 02 месяца, то есть с 8 февраля 2025 года по 7 апреля 2025 года включительно.

В остальном постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Кантяева А.Г. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий О.В. Дьяченко