Дело № 2-5/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Алдан 21 июня 2019 года

Алданский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе

председательствующего судьи Швецовой Н.В.,

при секретаре Тухватуллиной Л.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Селигдар» о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, мотивируя тем, что работал у ответчика в должности главного бухгалтера с 1 октября 2012 г по 13 июня 2018 г. За период работы заработная плата выплачивалась не в полном объеме. Не производилась оплата за сверхурочную работу, заработная плата выплачивалась несвоевременно, однако компенсацию за несвоевременную выплату не производили. При увольнении не выплачена компенсация в размере 3-х кратной среднемесячной заработной платы. В дальнейшем при уточнении и увеличении исковых требований, также указал, что индексация заработной платы ответчиком вопреки положению об оплате труда не производилась, не произведена выплата надбавки за выслугу лет в 2018 г. Со ссылкой на свои расчеты просил окончательно взыскать с ответчика: денежную компенсацию за не своевременную выплату заработной платы за период с 13 июля 2017 г по 28 июня 2018 г в размере 127659,42 рубля, недоначисленную заработную плату за 2017 г по сверхурочным часам в размере 5954328,77 рублей, денежную компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ от суммы 5954328,77 рублей за период с 15 января 2018 г по 21 июня 2019 г в сумме 1560530,33 рубля, далее с 22 июня 2019 г по день фактической выплаты; задолженность по компенсации при увольнении в размере 3-кратной среднемесячной заработной платы в размере 3947720,80 рублей, денежную компенсацию по ст. 236 ТК РФ от невыплаченной суммы 3947720,80 рублей за период с 14 июня 2018 г по 21 июня 2019 гв размере 741974,12 рублей, далее с 22 июня 2019 г по день фактической выплаты; недоначисленную заработную плату за 2018 г по сверхурочным часам в размере 1566089,88 рублей, денежную компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ от невыплаченной в срок суммы 1566089,88 рублей за период с 13 июня 2018 г по 21 июня 2019 г в сумме 295103,54 рубля, далее с 22 июня 2019 г по день фактической выплаты; недоначисленную часть заработной платы за период с 13 июля 2017 г по 13 июня 2018 г в размере 5142215,24 рубля, в том числе - основная заработная плата 1267860,30 рублей, материальная помощь на 31 мая 2018 г 919906,93 рубля, материальная помощь на 31 августа 2017 г 63159,18 рублей, отпуск 1 в сумме 9167,69 рублей, отпуск 2 в сумме 7823,97 рублей, отпуск 3 в сумме 1990812,38 рублей, компенсацию отпуска 612436,64 рубля, надбавку за выслугу лет 271048,15 рублей; денежную компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ от не выплаченной в срок суммы в размере 5142215,24 рубля по состоянию на 21 июня 2019 г в размере 1235034,76 рублей, далее с 22 июня 2019 г по день фактической выплаты; надбавку за выслугу лет за период работы с 1 января 2018 г по 13 июня 2018 г в размере 110433,88 рублей; компенсацию в соответствии со ст. 236 ТУ РФ от суммы 110433,88 рублей за период с 13 июня 2018 г по 21 июня 2019 г в сумме 20756,05 рублей, далее с 22 июня 2019 г по день фактической выплаты; компенсацию морального вреда 30000 рублей, судебные расходы в размере 30000 рублей. Всего 20761846,78 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям указанным в иске, дополнили, что вопреки положению об оплате труда, ФИО1 заработная плата в течение всего периода работы не индексировалась, поэтому они проиндексировали оклад истца за весь период и, исходя из проиндексированной суммы, произвели все расчеты. Также полагают, что ответчик не обоснованно не оплатил сверхурочную работу за 2017 и за 2018 годы, при расчетах брал 11-часовой рабочий день, в то время как у истца был 8-часовой рабочий день. Настаивали на своих расчетах и просили удовлетворить иск в полном объеме. 

Представитель ответчика ПАО «Селигдар» ФИО3, действуя на основании доверенности, исковые требования признал частично, пояснил, что истец необоснованно проиндексировал свой оклад, поэтому его расчеты не верны. Полагает, что индексация ему была не положена, т.к. заработная плата была высокая, кроме того, ему компенсировалась индексация путем выплаты материальной помощи, премий. За 2018 г за сверхурочную работу ему не положена оплата, т.к. он не отработал весь год, соответственно отработанное время не превышает нормативы. Несвоевременная выплата заработной платы истцу и другим работникам предприятия происходила по вине самого ФИО1, исполнявшего обязанности главного бухгалтера, за что он привлекался к административной и дисциплинарной ответственности. Представив свои расчеты, настаивал на их правильности. 

Выслушав стороны, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что между сторонами имели место трудовые отношения.

1 октября 2012 года между истцом и ответчиком заключен трудовой договор. Согласно договору, ФИО1 принят на должность главного бухгалтера с 1 ноября 2012 г бессрочно, с ежемесячным окладом согласно штатному расписанию в размере 180000 рублей, 40% районного коэффициента в сумме 72000 рублей, 80% северной надбавки за работу в районе Крайнего Севера в сумме 144000 рублей. 

1 ноября 2012 г вынесен приказ № 3319 о принятии ФИО1 на работу в ПАО «Селигдар» главным бухгалтером. 

Приказом от 13 июня 2018 г № 80 трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работника. 

После увольнения ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании недоначисленной заработной платы за 2017 и 2018 годы.

Количество дней, отработанных ФИО1 в ПАО «Селигдар», подтверждено представленными табелями учета рабочего времени, расчетными листками и не оспаривается сторонами. Как установлено из пояснений сторон, их расчеты в части количества отработанного истцом времени совпадают.

Согласно ст.129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты и стимулирующие выплаты.

При увольнении работнику, согласно ст. 127 ТК РФ выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В силу ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Как видно из представленных документов (расчетных листков) и не отрицается ответчиком, заработная плата выплачивалась истцу ФИО1 с задержкой.

Согласно расчетам, произведенным истцом, за период с июля 2017 г по 28 июня 2018 г компенсация за задержку выплаты начисленной заработной платы оставила 127659,42 рубля. 

Данный расчет судом проверен, не оспаривается ответчиком. В связи с этим, в силу положений ст. 236 ТК РФ указанная сумма 127659,42 рубля подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. 

В соответствии с п. 4 Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха работников организаций, осуществляющих добычу драгоценных металлов и драгоценных камней из россыпных и рудных месторождений, утвержденного Приказом Министерства финансов РФ от 02 апреля 2003 года № 29Н, изданным на основании ст. 100 Трудового кодекса и Постановления Правительства РФ от 10 декабря 2002 года № 877 «Об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха отдельных категорий работников…», ФИО1 установлен суммированный учет рабочего времени. 

В соответствии с Положением об оплате труда и премировании работников ПАО «Селигдар», утвержденного 30 декабря 2016 г, на предприятии введен суммированный учет рабочего времени в соответствии со ст. 104 ТК РФ продолжительностью 1 календарный год. В Пункте 2.5 указанного Положения указано, что на предприятии введен суммированный учет рабочего времени, учетный период составляет один календарный год. Подсчет часов переработки производится в конце учетного периода. Оплата сверхурочных производится в рамках, установленных Трудовым кодексом РФ, может быть компенсирована предоставлением дополнительного времени отдыха, которое оплате не подлежит. Для работников с суммированным учетом рабочего времени выходными днями считаются дни, определенные графиком работы, работа в выходные дни и праздничные дни включается в норму рабочего времени. 

На основании ст. 104 ТК РФ в организации допускается введение суммированного учета рабочего времени, при условии, что продолжительность рабочего времени за учетный период (месяц, квартал, другие периоды) не превышала нормального числа рабочих часов. 

При суммированном учете рабочего времени количество сверхурочных работ определяется по истечении учетного периода и составляет разницу между нормальной продолжительностью рабочего времени за учетный период и количеством отработанных часов.

Согласно табелям учета рабочего времени истец отработал в 2017 году 2365 час, при норме 1973 часов, таким образом, сверхурочно истец отработал 392 часа. За данные сверхурочные часы оплата подлежит взысканию с ответчика.

Ходатайство ответчика о применении последствий пропуска срока обращения в суд в части взыскания оплаты сверхурочных часов и оплате сверхурочных за период с 13 июля 2017 по 31 декабря 2017 г, суд отклоняет, поскольку расчет по суммированному учету рабочего времени на предприятии ведется по итогам года, соответственно о том, что истцу не начислена доплата за сверхурочную работу, он узнал в январе 2018 г, с этого времени начинает течь срок исковой давности, который составляет 1 год. С иском ФИО1 обратился в суд 13 июля 2018 г, т.е. в пределах срока исковой давности. 

Вместе с тем, суд принимает расчет оплаты за сверхурочную работу в 2017 г, представленный ответчиком ПАО «Селигдар», поскольку он произведен в строгом соответствии с нормой закона, трудовым договором. Согласно указанному расчету сумма доплаты за сверхурочную работу составляет 2977550,66 рублей.

В части доплаты за сверхурочную работу в 2018 г исковые требования подлежат отказу, т.к. истец ФИО1 в 2018 г отработал 603 часа при норме 1970 часов. 

Таким образом, с учетом фактически отработанного времени, что отражено в представленных ответчиком табелях учета рабочего времени, при установленном на предприятии суммированном учете рабочего времени, с учетным периодом один год, и норме часов за год, оснований для оплаты сверхурочной работы за 2018 г нет. 

В связи с оплатой сверхурочной работы в 2017 г отпуск с 22 января 2018 г по 20 апреля 2018 г в количестве 87 дней подлежал оплате в размере 2148404,97 рублей. Работодателем оплачено в январе 2018 г 1299850,47 рублей. Доплате подлежит: 2148404,97-1299850,47=848554,50 рублей. 

За 20 дней неиспользованного отпуска, при увольнении подлежит доплате 240513,00 рублей. По состоянию на июнь среднедневной заработок ФИО1 составил 26937,76 рублей, количество неиспользованных дней отпуска 20, оплате подлежало 38755,20 рублей. Произведена оплата в размере 298242,20, разница составила 240513,0 рублей.

Согласно пункту 4.2 Трудового договора от 1 октября 2012 г к отпуску выплачивается материальная помощь в размере среднемесячной заработной платы. К отпуску, предоставленному ФИО1 с 22 января 2018 г по 20 апреля 2018 г подлежит доплате. С учетом увеличения заработной платы в связи с начислением сверхурочных, размер материальной помощи к отпускным составляет 733093,64 рубля. С учетом произведенной работодателем в 2018 г выплаты в размере 396000 рублей, сумма доплаты составила: 733093,64-396000=337093,64 рубля. 

Материальная помощь к отпуску, предоставленному истцу в августе 2017 г, ФИО1 рассчитана в сумме 63159,18 рублей. Исковые требования в этой части представитель истца признал, не оспаривал. Поэтому суд полагает их подлежащими удовлетворению. 

В силу п. 6.4 Трудового договора от 1 октября 2012 г ФИО1 подлежит выплате компенсация при увольнении в размере 3-кратной среднемесячной заработной платы. С учетом произведенных увеличений база для расчета составила 6669789,85, среднедневной заработок: 6669789,85:174 дн=38332,13 рублей. Среднее количество рабочих дней в месяце 20,6, среднемесячная зарплата - 38332,13*20,6 = 789641,88 рублей * 3 месяца= 2368925,36 рублей.

Требования о взыскании надбавки за выслугу лет за период с 1 января 2018 г по 13 июня 2018 г также подлежат удовлетворению частично, в размере 57883 рубля, что подтверждается расчетами, представленными ответчиком. 

С учетом определенных судом к выплате сумм, в силу положений ст. 236 ТК РФ с ответчика подлежит взысканию сумма за несвоевременную выплату денежных средств. 

Расчет компенсации за несвоевременную выплату денежных средств ответчиком произведен верно, в соответствии с положениями ст. 236 ТК РФ, исходя из размера платежей и сроков просрочки, сомнений у суда не вызывает, и составляет в общей сложности 1616980,09 рублей. 

Требования истца ФИО1 о возложении на ответчика обязанности оплатить компенсацию за несвоевременную выплату определенных решением суда сумм, с момента вынесения решения до даты фактической выплаты обоснованы и подлежат удовлетворению. 

По ходатайству сторон судом назначена судебно-бухгалтерская экспертиза в АНО «Союзэкспертиза» Торгово-промышленной палаты РС (Я). В заключении эксперта расчеты произведены за частичный период работы, с июня 2017г по июнь 2018 г, в то время как исковые требования заявлены за период с января 2017 г по день увольнения в июне 2018 г, кроме этого, экспертом даны ответы не на все поставленные вопросы, при проверке изложенных в экспертизе выводов установлены арифметические ошибки, что исключает возможность использования этого заключения при разрешении настоящего спора.

С доводами истца ФИО1 об индексации оклада за период с 2012 года по 2018 год суд не может согласиться. Положением об оплате труда ПАО «Селигдар» действительно предусмотрена индексация заработной платы работников, вместе с тем локальный акт, предусматривающий порядок индексации отсутствует. Суду он не представлен, стороной истца о наличии такового доказательств не представлено. 

В силу ст. 134 ТК РФ обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. 

По смыслу нормативных положений приведенной статьи Трудового кодекса Российской Федерации порядок индексации заработной платы работников в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги работодателями, которые не получают бюджетного финансирования, устанавливается коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Такое правовое регулирование направлено на учет особенностей правового положения работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, обеспечивает им (в отличие от работодателей, финансируемых из соответствующих бюджетов) возможность учитывать всю совокупность обстоятельств, значимых как для работников, так и для работодателя. Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает никаких требований к механизму индексации, поэтому работодатели, которые не получают бюджетного финансирования, вправе избрать любые порядок и условия ее осуществления (в том числе ее периодичность, порядок определения величины индексации, перечень выплат, подлежащих индексации) в зависимости от конкретных обстоятельств, специфики своей деятельности и уровня платежеспособности. 

Исходя из буквального толкования положений ст. 134 ТК РФ индексация - это не единственный способ обеспечения повышения уровня реального содержания заработной платы. Обязанность повышать реальное содержание заработной платы работников может быть исполнена работодателем и путем ее периодического увеличения безотносительно к порядку индексации, в частности, повышением должностных окладов, выплатой премий и т.п.

Как установлено из материалов дела, ФИО1, занимая должность главного бухгалтера ПАО «Селигдар» получал заработную плату, значительно превышающую минимальный размер оплаты труда в Республике Саха (Якутия). В течение работы у ответчика, истцу с 2013 года ежемесячно выплачивалась материальная помощь, премия, производилась доплата за выслугу лет. 

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, суд полагает, что в спорный период ПАО «Селигдар» применялись иные способы повышения реального содержания заработной платы работника ФИО1, что не противоречит правовым нормам, регулирующим оплату труда работников организаций, не относящихся к бюджетной сфере. 

При этом доводы стороны истца о том, что премия не всегда повышалась, в некоторых случаях была ниже предыдущей, суд полагает необоснованными, поскольку кроме премий, истцу стабильно выплачивалась материальная помощь, в то время как премиальные выплаты зависят от доходов и объемов выполненных работ предприятия. Доводы о повышении окладов другим работникам предприятия суд отклоняет, поскольку судом рассматривается индивидуальный трудовой спор, ФИО1 у ответчика занимал единственную должность главного бухгалтера, соответственно правоотношения с другими работниками не применимы.

С расчетами, произведенными истцом суд не может согласиться, поскольку они противоречит Положению, условиям трудового договора, с которыми истец был ознакомлен и не оспаривал в течение всего времени работы, а также проведены с учетом индексации, за период с 2012 по 2018 г, что суд полагает необоснованным. 

При таких обстоятельствах требования истца о взыскании заработной платы за сверхурочную работу в 2018 г, требования о произведении расчетов по всем пунктам исковых требований с учетом индексации заработной платы, подлежат отклонению. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку судом установлены нарушения прав истца в части оплаты труда, требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению. Сумму компенсации суд определяет исходя из основной суммы задолженности, принципов разумности и справедливости, в размере 15000 рублей.

В силу ст. 98 и ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось судебное решение, выплачиваются расходы, связанные с рассмотрением дела в суде, в том числе на оплату услуг представителя. Суд удовлетворяет требования истца частично, вместе с тем, с учетом длительности рассмотрения спора, количества судебных заседаний и объема оказанных услуг представителем, суд полагает подлежащими требования о компенсации расходов на оплату услуг представителя удовлетворению полностью.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к публичному акционерному обществу «Селигдар» удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Селигдар» в пользу ФИО1: денежную компенсацию за несвоевременную выплату 127659,42 рублей, заработную плату за сверхурочную работу за 2017 г - 2977550,66 рублей, компенсацию при увольнении в размере 3-кратной среднемесячной заработной платы 2367008,75 рублей, материальную помощь к отпуску в 2018 г 337093,64 рубля, перерасчет отпускных 848554,50 рублей, компенсацию отпуска - 240513 рублей, материальную помощь 63159,18 рублей, надбавку за выслугу лет 57883 рубля, денежную компенсацию за несвоевременную выплату 1616980,09 рублей, компенсацию морального вреда 15000 рублей, судебные расходы 30000 рублей; всего 8681402 (восемь миллионов шестьсот восемьдесят одну тысячу четыреста два) рубля 24 копейки.

Обязать ответчика произвести выплату денежной компенсации в размере не ниже одно сто пятидесятой действующей ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченной в срок суммы за каждый день просрочки до полного погашения задолженности, определенной настоящим решением.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы через Алданский районный суд. 

Судья Н.В. Швецова