Дело №2-214/2020 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 сентября 2020 года г.Старый Оскол 

Старооскольский районный суд Белгородской области в составе: председательствующего - судьи Воробцовой Л.Н., 

при секретаре Сафоновой М.А., 

с участием:

представителей истца: ФИО1 - по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, адвоката Приходько И.Д. – по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ – ФИО4,

в отсутствие:

истца ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» об установлении факта трудовых отношений и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, находясь на строительной площадке тепличного комплекса в 

<

адрес> и выполняя работы по погрузке и разгрузке бетонных свай при помощи подъемного крана, получил телесное повреждение в виде тупой травмы живота – отрыва сигмовидной кишки от брыжейки, разрыв сигмовидной кишки, осложнившейся кровотечением в брюшную полость. Данное повреждение является опасным для жизни, так как по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и квалифицируется как повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью человека.

Дело инициировано иском ФИО5, который, увеличив исковые требования, просит установить факт трудовых отношений между ним и ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» в период с 04 ДД.ММ.ГГГГ. Взыскать в его пользу с ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» 1200000 рублей в счет компенсации морального вреда. 

В обоснование своих требований сослался на то, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял трудовую деятельность в качестве стропальщика на строящемся объекте - тепличном комплексе, расположенном в 

<

адрес>. Строительство данного объекта осуществлялось подрядчиком - ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ», зарегистрированным по адресу: 

<

адрес>. Согласно приказу генерального директора ООО "СК "ЭНКИ" № от ДД.ММ.ГГГГ ответственным за производство строительно-монтажных работ на объекте строительства «Тепличный комплекс по круглогодичному выращиванию овощной продукции» по адресу: 

<

адрес>, назначен ФИО2.

Свою трудовую деятельность истец осуществлял с ведома и по поручению ФИО2 на указанном объекте строительства без заключения трудового договора или гражданско-правового договора. В его обязанности входило закрепление-открепление грузов - бетонных свай к тросам (стропам), закрепленным на крюке подъемного крана. ФИО2 пояснил истцу, что он должен осуществлять работу с понедельника по пятницу, с 08 до 18-19 часов, оплата его труда будет составлять 1000 рублей в день вне зависимости от объема выполненной работы. ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ истец был допущен к работе стропальщика. Следовательно, имеются такие существенные условия трудового договора, как подчинение его (работника) правилам внутреннего трудового распорядка и режиму рабочего времени. Выполняемая истцом работа предполагала тарифно-квалификационные характеристики работы по конкретной должности и профессии, оплата труда была определена в конкретной сумме 1000 рублей в день. 

Истцу был причинен тяжкий вред здоровью на рабочем месте на строительной площадке тепличного комплекса, где он выполнял работы по погрузке и разгрузке бетонных свай при помощи подъемного крана. 

В судебном заседании истец (в предыдущем судебном заседании) и его представители в настоящем судебном заседании исковые требования, с учетом их увеличения, поддержали в полном объеме. 

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку ООО «СК «ЭНКИ» не заключало трудовых договоров с истцом. ФИО2 не наделялся полномочиями по приему работников на работу, также ему не было дано право найма по договорам гражданско-правового характера. Оснований для удовлетворения иска не имеется. Просит отказать в удовлетворении заявленных требований также и в связи с пропуском истцом трехмесячного срока для обращения в суд для установления факта трудовых отношений.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав стороны, суд приходит к следующему. 

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе, свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательств и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года принята Рекомендация №198 «О трудовом правоотношении» (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальным законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорной или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определенным Графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального Трудового правоотношения государства-участники должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников.

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (статья 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе, и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

При разрешения спора суд исходит не только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «СК «ЭНКИ» зарегистрировано в качестве юридического лица ДД.ММ.ГГГГ. Основной вид деятельности-подготовка строительной площадки. 

В судебном заседании ФИО5 пояснил, что на работу ДД.ММ.ГГГГ его принимал ФИО2 – прораб ООО «СК «ЭНКИ», с ведома и по поручению которого он осуществлял работу в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Работа производилась на объекте строительства "Тепличный комплекс по круглогодичному выращиванию овощной продукции" по адресу: 

<

адрес> поселение. Трудовой договор или гражданско-правовой договор не заключался. В его обязанности входило закрепление/открепление грузов - бетонных свай к тросам (стропам) закрепленным на крюке подъемного крана. ФИО2 пояснил истцу, что он должен осуществлять работу с понедельника по пятницу с 08 до 18-19 часов с оплатой труда 1000 рублей в день не зависимо от объема выполненной работы. Таким образом, он был допущен к работе стропальщика на строящемся объекте прорабом ООО «СК «ЭНКИ» ФИО2

Представитель ООО СК «ЭНКИ» в судебном заседании пояснил, что трудовой договор ООО СК «ЭНКИ» заключило только с ФИО2, который являлся ответственным за производство строительно-монтажных работ на данном строящемся объекте. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 с 08 часов находился на рабочем месте- на строительной площадке тепличного комплекса, где выполнял работу по погрузке и разгрузке бетонных свай с помощью подъемного крана. Около 11 часов, когда он осуществлял разгрузку очередного грузового автомобиля, находясь в кузове грузового автомобиля, закрепил к стропам подъемного крана бетонные сваи. Когда кран начал подъем очередной пары бетонных свай, они начали подниматься. В результате он оказался прижатым к кабине грузовика бетонной сваей и получил травму, которая расценена как тяжкий вред здоровью. Истец длительное время находился на стационарном лечении, ему было сделано несколько операций. После выписки он постоянно проходит наблюдение и лечение у врача-невролога, поскольку после случившегося у него сильно ухудшилось здоровье, он постоянно испытывает головные боли и головокружение. 

Суду представлен материал проверки № пр-16 по заявлению ФИО5 о получении травмы на производстве, который был исследован в судебном заседании.

ДД.ММ.ГГГГ в Старооскольскую городскую прокуратуру поступило заявление ФИО5 о произошедшем несчастном случае, из которого следует, что он с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлял работы по разгрузке железобетонных свай в строительной фирме, осуществлявшей строительство тепличного комплекса в 

<

адрес>. Он работал без заключения трудового договора, оплата труда производилась работодателем наличными денежными средствами. ДД.ММ.ГГГГ он находился на рабочем месте. Во время разгрузки очередной сваи ему была причинена травма. Геодезист Виктор доставил его в травмпункт, откуда его отправили в приемное отделение ГБ №1, а затем на скорой помощи в ГБ №2, где он был срочно прооперирован. 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, имеющемуся в материале проверки, у ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ. имела место тупая травма живота – отрыв сигмовидной кишки от брыжейки, разрыв сигмовидной кишки, осложнившейся кровотечением в брюшную полость, которая образовалась от действия тупого твердого предмета в срок, который может соответствовать и ДД.ММ.ГГГГ. Данное повреждение является опасным для жизни, так как по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и квалифицируется как повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью человека. 

В суде установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «ТеплицСпецСервис» и ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» заключен договор строительного подряда №, согласно которому ООО СК «ЭНКИ» обязалось по заданию заказчика собственными и привлеченными силами выполнить и сдать заказчику комплекс строительно-монтажных работ по статическому вдавливанию железобетонных свай, а также осуществить поставку всех необходимых материалов и оборудования на объекте строительства: «Тепличный комплекс по круглогодичному выращиванию овощной продукции» по адресу: 

<

адрес>, Котовское сельское поселение.

В соответствии с указанным договором на ООО СК «ЭНКИ» возложена ответственность за соблюдение правил по технике безопасности, охране труда (п.3.1.8), а также ответственность за несоблюдение персоналом правил техники безопасности (п. 5.7).

Указанные договор подписан сторонами, имеются печати. 

Приказом коммерческого директора ООО СК «ЭНКИ» ФИО10 № от ДД.ММ.ГГГГ производитель работ на объекте строительства «Тепличный комплекс по круглогодичному выращиванию овощной продукции» ФИО2 назначен ответственным за производство строительно-монтажных работ, безопасное производство работ грузоподъемными механизмами. На него возложены следующие обязанности по организации ведения работ кранами в соответствии с правилами безопасности; инструктажу крановщиков и стропальщиков по безопасному выполнению работ; принятию необходимых мер для сохранения жизни и здоровья работников при возможности возникновения аварийных ситуаций, в том числе мер по оказанию первой помощи пострадавшим. Однако ФИО2 возложенные на него обязанности не исполнил.

ДД.ММ.ГГГГ производитель работ ФИО2 фактически допустил ФИО5 к исполнению трудовых обязанностей стропальщика. При этом ФИО5 был допущен к выполнению погрузочно-разгрузочных работ с применением грузоподъемных машин в нарушение п. 5 Приказа Минтруда России от 17.09.2014 № 642н «Об утверждении Правил по охране труда при погрузочно- разгрузочных работах и размещении грузов» (далее - Приказ Минтруда России от 17.09.2014 № 642н) без прохождения обязательного предварительного медицинского осмотра, обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда.

Кроме того, ФИО2 в нарушение п. 6 Приказа Минтруда России от 17.09.2014 № 642н, не убедившись в наличии у ФИО5 удостоверения на производство работ, допустил последнего к выполнению погрузочно-разгрузочных работ с применением грузоподъемных машин. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, не обеспеченный защитной каской и другими необходимыми средствами индивидуальной защиты, как это предусмотрено требованиями п. 36 Приказа Минтруда России от 01.06.2015 года №33бн «Об утверждении Правил по охране труда в строительстве» выполнял разгрузочные работы на объекте строительства «Тепличный комплекс по круглогодичному выращиванию овощной продукции» по адресу:. 

<

адрес>, Котовское сельское поселение. 

В ходе выполнения разгрузочных работ ФИО5 вследствие комплекса допущенных нарушений правил безопасности и требований охраны труда, причинена тупая травма живота - отрыв сигмовидной кишки от брыжейки, разрыв сигмовидной кишки, осложнившаяся кровотечением в брюшную полость, которая образовалась от действия тупого твердого предмета. Причиненная ФИО6 травма является опасной для жизни, так как по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и по этому признаку квалифицируется как повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью человека.

Из заявления и объяснения ФИО5 следует, что ДД.ММ.ГГГГ его однокурсник - ФИО12 предложил ему и ещё одному однокурснику ФИО3 неофициально подработать в строительной фирме, которая на тот момент времени осуществляла строительство тепличного комплекса в 

<

адрес>, при этом ФИО12 пояснил, что необходимо будет прицеплять и отцеплять бетонные сваи к крюку подъемного крана более подробно об условиях работы он должен был узнать позднее на месте. Он и ФИО3 согласились с предложением ФИО12, после чего ДД.ММ.ГГГГ около 07 часов утра втроём прибыли в 

<

адрес>, а именно: на то место, где осуществлялось строительство тепличного комплекса. Находясь на месте, он увидел огромную территорию, где велась стройка, имелось множество строительной техники, а также там работали рабочие. Когда они находились на стройке, к ним подошел представившийся начальником стройки ФИО2, который был из 

<

адрес> и который отвечал за погрузку бетонных строительных свай. После знакомства с ФИО2, который является двоюродным братом ФИО12, последний ушел заниматься своей работой, а именно продавливать строительные сваи, а ФИО2 объяснил ему и ФИО3, что они будут работать в паре. ФИО2 пояснил, что будет приезжать грузовая фура с открытым верхом, в которой находятся бетонные сваи, данная фура была от поставщика. Их работа заключалась в том, что один человек должен залезть во внутрь фуры, а именно: в место нахождения свай, после чего крановщик подавал посредством крана его крючки, за которые человек, находившийся внутри фуры, должен был зацеплять бетонные сваи, на которых имелись по два металлических крючка, то есть с одного и другого края по одному, длина сваи 8 и 9 метров (2 типа свай). Человек, находившийся внутри фуры, должен был зацепить по 2 сваи на 4 крючка крана посредством петель, после чего кран поднимает данные сваи сначала вертикально вверх, а затем, когда сваи приподнимаются на достаточную высоту, то есть выше борта фуры, кран перемещает сваи в таком положении горизонтально в сторону, либо вправо, либо влево, а затем вертикально ставит их на землю. Напарник при этом должен стоять внизу и корректировать руками спуск свай, а именно, чтобы они ложились ровно на землю и друг на друга. ФИО2 также пояснял, что человек, находившийся внутри фуры и осуществляющий зацепку сваи за крюки крана, после того, как все петли свай будут зацеплены за крюки, должен отойти в сторону кабины грузовой машины, находясь при этом внутри фуры, где располагаются остальные сваи. После того, как данная машина будет разгружена, к этому месту, то есть к месту расположения спущенных свай и колесного крана, должна подъезжать вторая грузовая машина от стройки, то есть аналогичная фура с открытым верхом, в которую они таким же образом, только в обратном порядке, должны осуществлять зацепку и отцепку свай, с перемещением их с земли во внутрь фуры. Только в данном случае, человек, находившийся на земле, должен был осуществлять зацепку свай за крюки крана (по 2 сваи за 4 крюка крана), а второй человек, должен был залезть во внутрь фуры и руками корректировать погрузку, свай во внутрь грузовой машины, а именно чтобы сваи ложились ровно друг на друга, при этом в момент подъема свай с земли и спуска их во внутрь машины, человек, находившийся в кузове непосредственно при опущении свай, до последнего руками продолжает их корректировать, пока она окончательно не станет на место. В данном случае кран поднимает по 2 сваи в вертикальном направлении на достаточную высоту, то есть выше борта кузова, после чего горизонтально перемещает сваи на уровень кузова и опускает их во внутрь. В процессе выполнения данных работ в тот момент, когда человек находится внутри кузова фуры, и когда кран поднимает сваи, расстояние между человеком; отошедшим в целях безопасности внутри кузова машины ближе к кабине, и поднимающимися сваями, составляет около 1 метра. Именно ФИО2 говорил, что после зацепки свай внутрь кузова, нужно отходить в сторону кабины, не покидая при этом кузова фуры, в целях безопасности. Второй этап работы заключался в том, что грузовая фура от стройки с погруженными в нее сваями, отправляется в место, где данные сваи забиваются, которое располагалась в большом открытом поле. В данном месте располагался большой строительный подъемный кран на полозьях. ФИО7 от стройки со сваями подъезжала к этому крану, где вышеописанным способом он с ФИО3 снова должны были разгрузить фуру от свай путем их сцепки, выгрузки и отцепку от крюков крана, вышеописанным способом. При трудоустройстве никаких документов, в том числе трудового договора между ним и ФИО2, да и вообще строительной компанией, не заключалось и не составлялось. Все, что он должен был делать, устно объяснял сам ФИО2, при этом никаких инструктажей, в том числе и по технике безопасности не проводилось, никакой специальной одежды, кроме хозяйственных перчаток не выдавалось. ФИО2 определил, что нужно работать с понедельника по пятницу, с 08 часов до 18-19 часов. По поводу условий оплаты ФИО2 сказал, что будет платить первую неделю по 1000 рублей с каждодневной оплатой данных денежных средств на руки, а последующие недели он обязался платить также за каждый рабочий день по 1000 рублей, но уже с выдачей денежных средств за все отработанные 5 дней в пятницу, то есть в конце недели. Ни в каких документах он нигде не расписывался и свою подпись не ставил, как и что делать объяснил одни раз ФИО2, когда они впервые пришли на стройку. В процессе выполнения работ ежедневно, их работу непосредственно никто не контролировал и не корректировал, если они делал что-то не так, то им иногда подсказывали рабочие или крановщик, которые не были ими заинтересованы. 13 есть сначала залезал во внутрь фуры, а затем после зацепки свай за крюки крана, вылазил из машины и принимал данные сваи на земле тоже один, при этом в момент приема он обхватывал сваю с одного края руками и регулировал ее в процессе опускания, чтобы сваи, таким образом, ложились ровно. В этот день работу первого этапа он выполнял один, самостоятельно, то есть работу, связанную с разгрузкой фуры поставщиков от свай и погрузке их в фуру от стройки посредством колесного подъемного крана до их транспортировки в поле. Ближе к 11 часам, после того, как им была загружена очередная фура от стройки бетонными сваями, которая, приехала к большому подъемному крану, он, как и раньше приступил к своей работе (второй этап), связанной с зацепкой свай за крюки крана и их спуска из фуры на землю. Он стал снова все делать самостоятельно, и кто-то из рабочих, которые занимались забиванием свай в землю, попросили ФИО8 помочь ему, после чего ФИО8 залез во внутрь фуры и стал производить зацепку сваи, а он в это время находился на земле и корректировал правильность укладки свай на земле. Затем кто-то из рабочих сказал, чтобы он поменялся местами с ФИО8. После этого ФИО8 спустился вниз, а он залез в кузов фуры и стал как обычно цеплять сваи за крюки крана, а ФИО8 принимал их на земле, после того, как подъемный высотный кран спускал их. После того, как он внутри кузова зацепил очередную пару свай, подъемный кран стал поднимать их вертикально вверх при этом он, как всегда отошел в сторону кабины. В момент подъема сваи стали двигаться в его сторону, то есть когда он стоял внутри фуры возле кабины. Видя данную ситуацию и понимая, что сваи могут причинить ему физический вред, он взялся руками за один ее край, чтобы отвести от себя в сторону, но поскольку сваи стремительно двигались в его сторону, он не успел ее отодвинуть от себя, и сваи уперлись ему в область живота слева, в результате чего он оказался зажат между кузовом возле кабины и данной парой свай, и получил телесные повреждения в данном области. Полагает, что у него не было возможности уйти от надвигающейся сваи, он был зажат между сваей и кузовом грузового автомобиля. После этого состояние его здоровья стало стремительно ухудшаться, и он покинул кузов фуры и сел в кабину автомобиля. Потом к нему стали подходить то ФИО8, то рабочие, которые занимались забиванием свай, а затем геодезист по имени Виктор и водитель фуры. Кто- то из указанных лиц, сказал ему, что в случае если он попадет в больницу, то ему не нужно говорить, при каких обстоятельствах получил травму, говорили, чтобы он придумал что-нибудь. ФИО2 в момент несчастного случая не было на месте, замещал последнего геодезист Виктор, который не контролировал беспрерывно, как и что он делает, конкретных указаний совершать конкретные действия по зацепке и отцепке свай не давал. После данного несчастного случая он был доставлен в больницу, где никому не говорил о том, что получил травму при выполнении работ, поскольку послушал геодезиста Виктора, который советовал так делать, да и вообще в виду плохого самочувствия плохо отдавал отчет своим действиям на тот момент времени. 

Обстоятельства, при которых ФИО5 был допущен к работе на строительной площадке вышеуказанного объекта и получил травму, подтверждаются также пояснениями ФИО3, данными им в ходе проведения проверки, который также пояснил, что поработать ему предложил однокурсник ФИО8, а допуск к работе осуществлял ФИО2. 

Постановлением старшего следователя следственного отдела по г. Старый Оскол следственного управления Следственного комитета РФ по Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ в рамках проведенной проверки № пр-16 отказано в возбуждении уголовного дела на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования по признакам состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.216 УК РФ. 

Таким образом, материалами проверки установлено получение ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, осуществлявшим работу стропальщика в ООО «СК «ЭНКИ», телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью человека. 

Доказательств обратного суду не представлено. 

При таких обстоятельствах суд считает установленным факт работы ФИО5 в ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» в качестве стропальщика ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Вопреки доводам ответчика, представленные суду доказательства достоверно свидетельствуют о том, что истец состоял в трудовых отношениях именно с ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ». 

Факт причинения тяжкого вреда здоровью ФИО5 подтверждается заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, которое было исследовано в ходе судебного заседания и описано выше. 

Доказательств того, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, у суда не имеется. В связи с чем вред, причиненный потерпевшему, в данном случае подлежит возмещению ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ». 

Как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО5 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ОГБУЗ «Городская больница №2» г. Старый Оскол Белгородской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выписным эпикризом №МКСБ-№, согласно которому ФИО5 при поступлении поставлен диагноз: тупая травма живота, внутрибрюшное кровотечение.

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ из медицинской карты стационарного больного №МКСБ-№ ФИО5 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ОГБУЗ «Городская больница №2» г. Старый Оскол Белгородской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при поступлении поставлен диагноз: спайки брюшной полости, сигмостома. 

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ из медицинской карты стационарного больного № ФИО5 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ОГБУЗ «Городская больница №» 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при поступлении поставлен диагноз: острая спаечная кишечная непроходимость. При выписке диагноз: неинфекционный энтероколит, сигмостомия (тупая травма живота с разрывом сигмовидной кишки октябрь 2016).

В судебном заседании также установлено, что после получения травмы и операции ДД.ММ.ГГГГ истец еще несколько раз находился на стационарном лечении в связи с проведением операций: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается документально.

Таким образом, травма, полученная ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, не прошла для него и для его здоровья бесследно: после перенесенных операций он продолжает проходить лечение по настоящее время. Кроме того, в результате травмы пострадало психологическое здоровье истца: он утратил веру в себя, потерял интерес к жизни, поскольку учебу в институте он не закончил из-за проблем со здоровьем, с девушками он общаться стесняется из-за своего состояния, стал нервным, появилось повышенное эмоциональное возбуждение, которое возможно снять только специальными медицинскими препаратами, назначенными ему психиатром. 

В соответствии с ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда; гарантии и компенсации, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Суд считает, что травма ФИО5 получена в период осуществления им трудовых обязанностей.

Доказательств того, что телесные повреждения ФИО5 получены ввиду его неосторожности, не имеется.

Согласно абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с абз. 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора; в случаях возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (часть 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом по правилам, установленным статьями 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень вины нарушителя, характер причиненных лицу физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего, а также требования разумности и справедливости.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинении вреда жизни или здоровья гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

Суд считает, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Проанализировав установленные обстоятельства, оценив доказательства по делу по правилам ст. ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, руководствуясь вышеуказанными нормами материального права, суд приходит к выводу о том, что в данном случае имеются основания для возмещения истцу морального вреда, обязанность по выплате которого подлежит возложению на ответчика ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ».

Удовлетворяя требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из того, что ФИО5 в результате данного несчастного случая причинены телесные повреждения, которые относятся к категории тяжких, что не оспорено; учитывает характер и локализацию травм, которые связаны с повреждением жизненно важных органов; длительный период лечения, как стационарного, так и амбулаторного, которое до настоящего времени не окончено; наступившие последствия в виде постоянных головных болей, что, безусловно, свидетельствует о том, что истец испытывал и испытывает физические и нравственные страдания. Данные обстоятельства подтверждаются медицинской документацией на имя ФИО5, исследованной в судебном заседании, о чем указано выше. 

Размер компенсации при таких обстоятельствах суд находит разумным и справедливым в размере заявленных в исковых требованиях в сумме 500000 рублей. Суд считает, что такой размер компенсации морального вреда является соразмерным той степени нравственных страданий, которые испытал и продолжает испытывать ФИО5.

Ответной стороной заявлено об истечении трехмесячного срока для обращения ФИО5 в суд с заявленными требованиями, предусмотренного ст.392 ТК РФ, поскольку с ДД.ММ.ГГГГ и/или с ДД.ММ.ГГГГ (дата истечения срока инвалидности истца) он не представил документов о дальнейшем лечении. 

Истец, ссылаясь на свое состояние здоровья, просит срок обращения в суд ему восстановить.

Представители истца полагают, что на данные требования указанный срок обращения в суд не распространяется и он не пропущен.

При разрешении данного ходатайства, суд исходит из следующего.

Согласно п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" Если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В данном случае компенсация морального вреда связана с повреждением здоровья ФИО5

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами или после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения.

В рассматриваемом случае отношения между истцом и ответчиком приобретают статус трудовых после установления их таковыми в судебном порядке, после чего у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения.

Следовательно, право требовать восстановления нарушенных трудовых прав у работника возникает после установления судом факта трудовых отношений.

Данные обстоятельства согласуются с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в Определениях от 15.03.2013 года № 49-КГ12-14 и от 24.01.2014 года № 31-КГ13-8.

Таким образом, с учетом положений ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса РФ и факта установления трудовых отношений между сторонами в ходе данного судебного разбирательства, срок исковой давности должен исчисляется с момента установления такого факта. В связи с чем, процессуальный срок для обращения истца с указанными требованиями не пропущен, заявление ответчика о пропуске процессуального срока для обращения ФИО5 в суд не подлежит удовлетворению.

Суд считает, что по данному делу ответчик злоупотребил своими правами в нарушение ст.10 ГК РФ, поскольку им было заявлено ходатайство о замене ответчика по делу, несмотря на то, что таким правом, согласно ст.41 ГПК РФ, наделен истец, ходатайство либо согласие которого необходимо для замены ответчика по делу. При этом ответчик ходатайствовал о замене его на юридическое лицо- ООО «Современная инжиниринговая группа», которое согласно выписке из ЕГРЮЛ, представленной представителем истца, ликвидировано ДД.ММ.ГГГГ, что ответчик, имеющий профессионального представителя, не проверил до заявления ходатайства о замене ответчика. Кроме того, договор подряда от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «СК ЭНКИ» (заказчик) и ООО «Современная инжиниринговая группа» (подрядчик), представленный ответчиком в обоснование ходатайства, ранее в рамках проводимой по заявлению ФИО5 проверки, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, не предоставлялся ответчиком, впервые был представлен суду ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем его заключение, а также подлинность вызывают у суда сомнение. 

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд считает надлежащим ответчиком по делу ООО СК «ЭНКИ», с которого в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда, а также в соответствии со ст.98 ГПК РФ в доход бюджета Старооскольского городского округа Белгородской области государственная пошлина в размере 600 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» об установлении факта трудовых отношений и взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Установить факт трудовых отношений между ФИО5 и ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Взыскать с ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с ООО «Строительная корпорация «ЭНКИ» в доход бюджета Старооскольского городского округа Белгородской области государственную пошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Старооскольский районный суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято судом 25 сентября 2020 года.

Судья Л.Н. Воробцова