Дело № 2-1322/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

город Вологда 27 апреля 2017 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

судьи Прокошевой Н.С. при секретаре Калиничевой Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 ича к ФИО7 о признании договора дарения недействительным, 

у с т а н о в и л :

22.12.2016 ФИО8 (истец) обратился в суд с иском к ФИО7 (ответчик), в обоснование которого указал, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его мать – ФИО1, которая являлась собственником квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>. Как выяснилось позже, данное имущество ФИО1 18.02.2016 подарила дочери - ФИО7 

Указывая на то, что ФИО1 не способна была понимать значение своих действий и руководить ими, ФИО8 со ссылкой на положения статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации просил суд признать договор дарения квартиры от 18.02.2016, заключенный между дарителем ФИО1 и одаряемой ФИО7, зарегистрированный в Управлении Росреестра 01.03.2016, недействительным. 

Определением судьи от 27.12.2016 в порядке подготовки дела к судебному разбирательству для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области. 

В судебном заседании истец ФИО8 на удовлетворении требований настаивал. 

Ответчик ФИО7 иск не признала, пояснив, что умершая ФИО1 всегда понимала значение своих действий, подарить квартиру ей (ФИО7) было желанием матери, она понимала, что в результате дарения собственником квартиры станет ФИО7 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области участия в судебном заседании, о дате, времени и месте которого уведомлялся надлежащим образом, не принимал. 

Заслушав правовые позиции участников процесса; допросив в ходе судебного разбирательства в качестве свидетелей: ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6; изучив материалы данного гражданского дела, а также подлинники представленных медицинских документов на имя ФИО1, проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к следующему: 

как усматривается из материалов дела, ФИО8 и ФИО7 являются детьми ФИО1. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла.

ФИО1 являлась собственником квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>. 

При жизни, а именно, 18.02.2016 ФИО1 подарила указанную квартиру своей дочери ФИО7 

Договор дарения и переход права собственности на квартиру от дарителя ФИО1 к одаряемой ФИО7 в соответствии с требованиями законодательства зарегистрированы в Управлении Росреестра 01.03.2016. 

Желая признать договор дарения недействительным, истец указывает на то, что ФИО1 на протяжении нескольких лет болела, у нее наблюдалось повышенное артериальное давление, ишемическая болезнь сердца, она состояла на учете в онкодиспансере, и это дает ему (ФИО8) основание полагать, что на момент подписания договора дарения ФИО1 не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, не осознавала правовую природу совершаемой сделки. 

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

В соответствии со статьями 166, 167 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Пункт 1 статьи 177 ГК РФ предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, чья дееспособность не была поставлена под сомнение. Необходимым условием оспаривания сделки является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. 

В статье 22 ГК РФ указано, что никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. То есть, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. 

Каких-либо ограничений в отношении ФИО1 при ее жизни не установлено. 

Тем не менее, в рамках данного дела для проверки доводов ФИО8 по его ходатайству определением суда от 13.02.2017 назначалась комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1, проведение которой поручалось экспертам БУЗ Вологодской области «Вологодская областная психиатрическая больница». 

Как следует из поступившего в суд заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 22.03.2017 №, ФИО1 в момент подписания договора дарения 18.02.2016 каким-либо психическим расстройством не страдала. При подписании договора дарения 18.02.2016 ФИО1 понимала значение своих действий и руководила ими, понимала характер совершаемых ею действий (распоряжение жилым помещением). На момент заключения договора дарения 18.02.2016 по психическому состоянию волеизъявление ФИО1 было свободным. У ФИО1 каких-либо индивидуально-психологических особенностей, которые могли оказать на нее существенное влияние при подписании договора дарения, нет. 

В ходе проведения экспертизы экспертами были исследованы все имеющиеся в отношении ФИО1 подлинные медицинские документы. 

У суда нет оснований не доверять заключению экспертной комиссии, так как данное заключение дано квалифицированными специалистами, имеющими длительный стаж работы, заключение мотивировано, противоречий не усматривается. Кроме того, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Выводы экспертов, по сути, могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными. 

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта. 

В данном случае заключение проведенной по делу судебной экспертизы содержит определенные выводы по поставленным судом вопросам. 

При этом выводы являются последовательными, не противоречат материалам дела, основаны на медицинских документах. 

Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено. 

Таким образом, судом установлено, что на момент подписания договора дарения ФИО1 осознавала фактический характер своих действий и руководила ими, осознавала правовую природу совершаемой сделки. 

Договор дарения от 18.02.2016 собственноручно подписан ФИО1, она лично принимала участие в процедуре государственной регистрации сделки в Управлении Росреестра. 

Каких-либо достоверных доказательств, свидетельствующих об отсутствии у ФИО1 свободного волеизъявления на безвозмездную передачу принадлежащего ей имущества дочери, истцом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела представлено не было. 

При таких обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО8 исковых требований не имеется. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л :

ФИО8 ичу в удовлетворении исковых требований к ФИО7 о признании договора дарения недействительным отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения. 

Судья Н.С. Прокошева 

Мотивированное решение изготовлено 02.05.2017.