Дело № 2-1018/2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Елизово Камчатского края 

04 сентября 2019 года 

Елизовский районный суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Федорцова Д.П., при секретаре судебного заседания Степаненко А.В., с участием:

истца ФИО1,

представителя ответчика ФСИН России и третьего лица ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю ФИО2,

представителя третьего лица ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю ФИО3,

представителя третьего лица ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России ФИО4,

помощника Елизовского городского прокурора Мартыненко И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ИО1 к Российской Федерации в лице ФСИН России о компенсации морального вреда за вред здоровью,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю, в котором просил обязать ответчика выплатить ему компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей, ссылаясь на то, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю он по вине исправительного учреждения заболел 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>», поскольку вопреки положениям уголовно-исполнительного законодательства содержался ответчиком вместе с осужденными, страдающими указанным инфекционным заболеванием (л.д. 4-6).

В ходе судебного разбирательства с согласия истца на основании статьи 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГПК РФ) ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю было заменено на надлежащего ответчика Российскую Федерацию в лице ФСИН России (л.д. 85-91).

В судебном заседании истец ФИО1, участвовавщий в нем посредством видеоконференц-связи поддержал свои исковые требования в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям.

Представитель ответчика ФСИН России ФИО2, являющаяся одновременно представителем третьего лица ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю, полагала исковые требования необоснованными, поскольку законодательство Российской Федерации не налагает на исправительное учреждение обязанности содержать осужденных, больных хроническим 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, отдельно от остальных осужденных. Кроме того, истец не представил суду доказательств того, что его заражение 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> произошло не по его собственной вине (л.д. 25-27, 28-29, 60-61).

Представитель ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России ФИО4 и второй представитель ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю ФИО3 полагали иск не подлежащим удовлетворению по причинам, озвученным представителем ответчика.

Согласно заключению помощника Елизовского городского прокурора Мартыненко И.В. иск ФИО1 являлся необоснованным и неподлежащим удовлетворению.

Изучив иск, выслушав объяснения участников процесса, исследовав и оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные доказательства, отвечающие признакам относимости, допустимости и достаточности для разрешения дела по существу, суд приходит к следующему.

Право на охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите (статья 41 Конституции Российской Федерации).

В силу статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, отбывающие наказание в виде лишения свободы имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) жизнь и здоровье неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Статьей 1069 ГК РФ определено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как разъяснено пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с частью 1 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее по тексту УИК РФ) осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены.

Согласно части 1 статьи 101 УИК РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных (часть 3 статьи 101 УИК РФ).

Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения (часть 5 статьи 101 УИК РФ).

Частью 5 статьи 80 УИК РФ установлено, что осужденные, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных.

При этом из пунктов 25, 39 и 40 действующего в настоящее время Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года № 285 (далее действующий Порядок), следует, что раздельно и отдельно от здоровых осужденных содержатся лишь только лица, страдающие инфекционным заболеванием, представляющим эпидемическую опасность для окружающих, и не завершившие курс лечения.

Аналогичным образом регулировал этот вопрос и пункт 73 Порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утвержденного приказом Минздравсоцразвития Российской Федерации № 640, Минюста Российской Федерации № 190 от 17 октября 2005 года.

Согласно пункту 30 действующего Порядка осужденные при поступлении в учреждения уголовно-исполнительной системы (УИС) осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии.

В силу пункта 31 действующего Порядка в период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию легких или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев в рамках проведения профилактических медицинских осмотров в целях выявления туберкулеза.

Осужденным при камерном содержании в учреждении УИС, а также несовершеннолетним осужденным лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи) и осмотр врача-терапевта (врача общей практики) или фельдшера проводятся два раза в год. При наличии показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов.

Медицинские осмотры и диспансерное наблюдение осужденных осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации в сфере охраны здоровья (пункт 32 действующего Порядка).

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в виде лишения свободы по приговору Камчатского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю (л.д. 28-29, 30, 125).

Согласно справке фельдшера филиала «МЧ № 1» ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ на момент прибытия ФИО1 в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю в исправительном учреждении на диспансерном учете с диагнозом 

<

данные изъяты> состояло 60 осужденных.

На момент рассмотрения иска ФИО1 в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю содержится 47 осужденных, имеющих диагноз 

<

данные изъяты>.

Все осужденные с указанным диагнозом содержались в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю на общих основаниях (л.д. 60-61).

В период отбытия наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю у ФИО1 было диагностировано заболевание «

<

данные изъяты> что подтверждается, в том числе медицинской картой истца и сообщением ГБУЗ Центр СПИД от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 28-29, 44-45, 60-61, 109, 110, 112).

На ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 содержался в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Магаданской области, результат медицинского обследования истца на 

<

данные изъяты> был отрицательным.

Несмотря на это у суда отсутствуют основания для возложения на Российскую Федерации в лице ФСИН России обязанности за счет казны Российской Федерации выплатить ФИО1 компенсацию морального вреда за вред его здоровью, поскольку доказательств того, что указанным заболеванием истец заболел в результате незаконных действий или незаконного бездействия исправительного учреждение либо по причине связанными с ними вопреки требованию статей 56, 57 ГПК РФ истцом не представлено, тогда как бремя доказывания этого факта согласно статье 1064 ГК РФ лежит на истце.

Само по себе содержание ФИО1 вместе с осужденными, имеющими диагноз «

<

данные изъяты>», не свидетельствует о том, что истец заболел названным заболеванием в результате действий или бездействия исправительного учреждение либо по причине, связанной с ними, так как закон не обзывает ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю содержать осужденных с диагнозом 

<

данные изъяты> отдельно и раздельно от остальных осужденных, поскольку названное заболевание, передающееся, как пояснил представитель ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России ФИО4, имеющий высшее медицинское образование (л.д. 137, 138), преимущественно при половых контактах и при контактах слизистой или раневой поверхности с кровью, при соблюдении каждым осужденным правил личной гигиены и других профилактических мер, к чему их обязывает статья 27 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ, не представляет эпидемическую опасность для окружающих.

Об этом свидетельствует и Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный приказом Минздрава России от 29 ноября 2012 года № 987н, в котором 

<

данные изъяты> отсутствует.

Ссылка истца на часть 5 статьи 80 УИК РФ сама по себе не может повлечь удовлетворение его требований в связи с тем, что указанная норма подлежит применению в системной взаимосвязи с конкретизирующими ее положения пунктами 25, 39 и 40 действующего Порядка, согласно которым отдельно и раздельно от других осужденных содержатся лица, страдающие инфекционным заболеванием, представляющим эпидемическую опасность для окружающих, и не завершившие курс лечения.

Доводы ФИО1 о том, что осужденные, имеющие заболевание в виде хронического вирусного гепатита, при их совместном содержании со здоровыми осужденными, могут умышленно заразить здорового осужденного инфекционным заболеванием, не могут послужить основанием для возложения ответственности за это на Российскую Федерацию, поскольку общим принципом ответственности за причинный вред является принцип вины.

Исходя их этого принципа, Российская Федерация отвечает только за вред, причиненный по вине ее государственных органов или их должностных лиц, а не по вине осужденных, которые умышленно заражают других осужденных инфекционными заболеваниями.

Доказательств того, что истец заболел в результате несоблюдения исправительным учреждением санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных, ФИО1 суду не представлено.

Как следует из документов ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю, с целью профилактики распространения 

<

данные изъяты> в учреждении выполняется следующий комплекс мероприятий, входящих в компетенцию медицинской службы ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России:

- соблюдение установленных требований к дезинфекции, предстерилизационной обработке и стерилизации изделий медицинского назначения, а также требований к сбору, обеззараживанию, временному хранению и транспортированию медицинских отходов, образующихся в медицинских организациях, на основании имеющихся программ производственного контроля;

- обеспечение МЧ-1 ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России изделиями медицинского назначения разового использования, необходимым медицинским оборудованием, средствами дезинфекции, стерилизации и индивидуальной защиты;

- сбор эпидемиологического анамнеза с целью выявления вирусного гепатита, проведение лабораторно-инструментальных исследований крови на вирусный гепатит при наличии к тому показаний.

Судом также установлено и не оспаривалось истцом, что после установления ФИО1 диагноза: 

<

данные изъяты>, ему была оказана и оказывается надлежащая медицинская помощь.

Из пояснений представителя ФКУЗ МСЧ-41 ФСИН России ФИО4 следует, что одним из основных путей передачи возбудителя 

<

данные изъяты>» является нанесение татуировок.

Поскольку ФИО4 имеет высшее медицинское образование, то у суда отсутствуют причины не доверять его пояснениям.

Согласно анкете арестованного от ДД.ММ.ГГГГ на теле ФИО1 при его аресте имелось две татуировки на левой кисти и на плече (л.д. 139-140).

В соответствии со справкой врио начальника оперативного отдела ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю от ДД.ММ.ГГГГ с приложенными к ней фотографиями на момент ее составления на теле истца количество татуировок превышает их количество, выявленное на момент его ареста (л.д. 141-147).

Доказательств того, что выявленные врио начальника оперативного отдела татуировки на теле ФИО1 были набиты им не в период отбывания наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю, истцом вопреки требованиям статей 56, 57 ГПК РФ суду не представлено.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что истец по собственной инициативе в период отбывания наказания в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Камчатскому краю подвергал себя риску быть зараженным 

<

данные изъяты>.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в удовлетворении исковых требований о возложении на Российскую Федерацию в лице ФСИН России обязанности за счет казны Российской Федерации выплатить ФИО1 ИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 09 сентября 2019 года.

Председательствующий 

Д.П. Федорцов