производство № 2-1731/2020

УИД 18RS0005-01-2020-001718-17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 октября 2020 года г. Ижевск

Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе судьи Хайминой А.С., при секретаре Смолиной М.С.,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО4 (ордер № 002908 от 05.08.2020), третьего лица ФИО5, третьего лица ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в суд к ФИО2 (далее – ответчик) о признании договора купли-продажи 01/033/2011-951 от 10.03.2011 недействительным (ничтожным) в силу притворной сделки, применении последствий недействительности ничтожной сделки, а именно: обязать ответчика возвратить полученную ? доли пятикомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, взыскании суммы уплаченной госпошлины в размере 6 072 руб., суммы оплаты юридических услуг в размере 25 000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что 10.03.2011 был заключен договор купли-продажи 01/033/2011-951 между истцом и ответчиком о продаже ? доли пятикомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №. Истец 10.03.2011 по просьбе своей бабушки приехала к ней подписать документы. Учитывая, что в 2011 году истцу было 19 лет, она не понимала, какие документы подписала по просьбе своей бабушки. Бабушка и ответчик не объяснили истцу, что, подписывая договор купли-продажи 01/033/2011-951 от 10.03.2011, она продает свою ? долю в указанной квартире. В соответствии с п. 2.1 договора купли-продажи 01/033/2011-951 от 10.03.2011 ответчик был обязан был обязан передать истцу стоимость ? доли в размере 287 200 руб. в течение 3 (трех) календарных дней с момента государственной регистрации права собственности. Однако ответчик свои обязательства не выполнил, стоимость не оплатил. Истец считает, что данная сделка купли-продажи квартиры недействительна (ничтожна) вследствие ее несоответствия требованиям закона (или нормативных правовых актов), в частности: ФИО2 воспользовалась не осведомленностью истца относительно предмета сделки, ввела истца в заблуждение относительно оплаты за долю, не планировала передать стоимость доли. Подписанный договор купли-продажи 01/033/2011-951 от 10.03.2011 подпадает под понятие мнимой сделки, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Истец считает, что ответчик умышленно умолчал об обстоятельствах сделки, считает, что её обманули касаемо предмета сделки. До 2020 года истец не знал о том, что продал свою долю. Копии договора купли-продажи у истца на руках не было, в связи с чем просит восстановить срок исковой давности.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что о договоре узнал в декабре 2019 года. Ответчик собирался продавать квартиру, и тогда выяснилось, что доля истца уже принадлежит ей. В начале 2020 года поехали в эту квартиру за вещами и в вещах бабушки нашли эти документы: расписку из Росреестра и договор купли-продажи. Истец подписала договор, но не знала, что это договор купли-продажи, бабушка обещала ей подарить свою долю. В документах из Росреестра стоит подпись истца. Пояснила, что ей показывали, где подписывать, она подписала, но не читала, потому что верила бабушке. В предварительном судебном заседании 05.08.2020 истец пояснил, что точного адреса, где заключалась сделка, не помнит, дом около 

<

данные изъяты> недалеко от регпататы. Они пошли в дом, сейчас истец понимает, что это был нотариус, ей показали документ, указали, где поставить подпись/расшифровку, перевернули документ, снова показали, где поставить подпись/расшифровку. Потом позже с бабушкой приехали в регпалату, там получили документы, которые истец сразу отдала бабушке. Документы не читала, полагая, что бабушка перепишет долю, другого разговора не было. В 2011 году истец читать умел, школу заканчивал. Денежные средства истец не получал.

В предварительном судебном заседании 05.08.2020 представитель истца ФИО7 исковые требования поддержал, дополнительно пояснил, что основанием признания сделки недействительной является то обстоятельство, что истец не понимал предмета сделки, бабушка просила приехать к нотариусу, не объяснив, для чего поставить подписи. Истец приехала, ей показали, где поставить подписи, она поставила, условия договора ей не разъяснялись. Истец доверилась словам бабушки. Денежные средства не передавались ни наличными, ни безналичным расчетом, по сей день расчет не произведен. Сделка не была действительной, она была притворной для того, чтобы провести другую сделку, а именно, получить деньги по материнскому капиталу. Основания для признания сделки недействительной – введение в заблуждение. Продавец был введен в заблуждение касаемо предмета сделки, а именно продажи 1/4 доли.

В судебном заседании ответчик исковые требования не признал. Также представлены письменные возражения, согласно которым ответчик считает, что истцом не указаны факты, подтверждающие притворность сделки, указаны лишь голословные утверждения. Подпись истца в договоре является подлинной, истец сам подписывал договор, в договоре указано, что истец ознакомлен со всеми положениями закона, касающимися договора купли-продажи недвижимости, осознает последствия заключения сделки, возражений при подписании договора и после этого в течение 9 лет у истца не было. Истец осознавал существо сделки, какой договор подписывает, имел полное среднее образование. Расписка о передаче денежных средств по прошествии 9 лет была утеряна. Полагает, что срок исковой давности истцом пропущен.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 исковые требования не признал, пояснил, что подача данного иска – злоупотребление правом, истец не мог не знать об этом договоре, потому что документы подавались через росреестр. В предварительном судебном заседании 05.08.2020 пояснил, что с момента заключения договора прошло 10 лет, истец не предпринимал никаких действий за эти годы. Истец пропустил срок на 6 лет. Восстановить срок можно только, доказав объективность пропуска срока, что не было возможности обратиться в суд.

В судебном заседании третье лицо ФИО6 пояснил, что с исковыми требованиями согласен, дополнительно пояснил, что о сделке не знал, не являлся ее стороной, в квартире жить невозможно.

В судебном заседании третье лицо ФИО5 пояснила, что с исковыми требованиями согласна, дополнительно пояснила, что ответчик обманул всех при этой сделке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, и их представителей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

Разрешая настоящее гражданское дело суд руководствуется положениями ст.ст. 12, 56, 57 ГПК РФ, согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Как следует из материалов дела, 10.03.2011 между ФИО8 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи № 01/033/2011-951 (далее – договор, договор купли-продажи), согласно которому истец продал, а ответчик купил в собственность долю равную ? в праве собственности на пятикомнатную квартиру, назначение: жилое, общая площадь 82,0 кв.м, в том жилая площадь 64,5 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (условный) №. Отчуждаемая доля в праве собственности на указанную квартиру находится в собственности продавца и принадлежит ему на основании договора на право собственности, заключенного с 

<

данные изъяты> № 7163 от 15.11.1999; Регистрационной палатой Удмуртской Республики по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним выдано свидетельство о государственной регистрации права 18 АА 022901, о чем в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 17.12.1999 года сделана запись регистрации № 18-01.26-31.1999-747 (п.п. 1.1, 1.2).

В соответствии с п. 2.1 договора указанная доля в праве собственности на квартиру продается покупателю за 287 200 руб., уплачиваемых покупателем продавцу в течение 3 дней с момента государственной регистрации права собственности покупателя на указанную собственности на квартиру в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике за счет средств предоставляемого целевого займа (с целевым назначением на приобретение недвижимости) по договору целевого займа № 46/2011 от 10.03.2011, предоставленного 

<

данные изъяты> заключенному между покупателем и указанным лицом в г. Ижевске на срок 4 месяца с момента получения заемщиком от займодавца указанных денежных средств, с условием оплаты всей суммы займа с начисленными процентами (%) за весь срок займа из расчета 4,49 % в месяц.

Из содержания п. 3.1 договора следует, что сторонам известны положения ст. 170, 179, 181, 256, 292, 432 557, 292 ГК РФ.

Указанный договор подписан истцом и ответчиком. Данное обстоятельство сторонами подтверждено и не оспаривалось при рассмотрении настоящего дела.

Также сторонами подписан акт приема-передачи от 10.03.2011, в соответствии с которым истец передал, а ответчик принял в собственность долю равную ? в праве собственности на пятикомнатную квартиру, назначение: жилое, общая площадь 82,0 кв.м, в том жилая площадь 64,5 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (условный) №.

Факт подписания акта, представленного в материалы дела, истцом в судебном заседании был подтвержден.

Как следует из представленной выписки из ЕГРН от 08.06.2020 следует, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, принадлежат на праве собственности ФИО19 (доля в праве ?), ФИО8 (доля в праве ?), ФИО14 (доля в праве 1/8), ФИО10 (доля в праве 1/8), ФИО3 (доля в праве ?).

Свидетельством о регистрации брака №, выданным Управлением ЗАГС Администрации МО "Завьяловский район" УР РФ 27.07.2013, подтверждается факт заключения брака между ФИО9 и ФИО8, после регистрации брака мужу присвоена фамилия ФИО15, жене – ФИО11.

Также в материалы дела Управлением Росреестра по УР представлена копия регистрационного дела в отношении спорной квартиры, из которого следует, что 10.03.2011 в целях регистрации права собственности в регистрационный орган обратились истец и ответчик, представили заявление о регистрации договора купли-продажи от 10.03.2011, а также указанный договор. Кроме того, 10.03.2011 в указанный орган обратились ФИО12 и истец в целях государственной регистрации договора дарения, заключенного между ФИО12 и истцом, представив соответствующие заявления и сам договор. Из последнего следует, что ФИО12 передает в дар ФИО8 долю, равную ? в праве собственности на пятикомнатную квартиру, назначение: жилое, общая площадь 82,0 кв.м, в том жилая площадь 64,5 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (условный) №.

Все представленные на регистрацию документы были подписаны истцом, что последний подтвердил в судебном заседании.

Согласно п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Нормой п. 4 ст. 421 ГК РФ установлено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Из п. 1 ст. 432 ГК РФ следует, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Факт подписания договора сторонами при рассмотрении дела не оспаривался. Оценив условия оспариваемого договора, суд приходит к выводу о том, что при его заключении стороны оговорили все существенные условия, определен предмет договора, следовательно, между сторонами был заключен договор купли-продажи доли в праве собственности на недвижимое имущество – квартиру.

В качестве оснований иска истцом указано на то, что заключенный договор является ничтожным в силу его несоответствия требованиям закона, при его заключении истец был введен в заблуждение в части оплаты передаваемой доли, ответчик не планировал ее оплачивать, ответчик намеренно умолчал об обстоятельствах сделки, при этом истец просил признать указанную сделку притворной.

Определением суда от 23.06.2020 распределено бремя доказывания, на истца возложена обязанность доказать факт заключения между истцом и ответчиком договора купли-продажи доли указанной в иске квартиры, предмет и условия заключенного договора купли-продажи, несоответствие воли истца при заключении сделки его действительной воле, какую именно сделку стороны желали совершить, основания притворности/мнимости сделки, исполнение/неисполнение сторонами обязательств по договору купли-продажи, существенные основания, указанные в законе, для признания сделки недействительной, обращения за судебной защитой в установленный законом срок, основания для восстановления срока исковой давности – уважительность причин пропуска срока (доказательства того, что срок пропущен по уважительной причине, связанной с личностью истца: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п., что причина пропуска имела место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности), на ответчика – соответствие содержания сделки и ее правовых последствий законодательству и действительной воле сторон при заключении сделки, совершение сделки дееспособными лицами, соответствие волеизъявления продавца его действительной воле, соответствие формы сделки той форме, которая установлена для данной сделки, отсутствие оснований для восстановления срока исковой давности (начало течения срока исковой давности по рассматриваемому требованию, установленный законом срок давности, применяемый к рассматриваемым отношениям, и возможность применения исковой давности к рассматриваемым правоотношениям).

Согласно п. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса (п. 2 ст. 4 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ (здесь и далее – в редакции, действовавшей на дату заключения спорного договора) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу, что основания для признания договора купли-продажи недействительной сделкой в соответствии с указанной нормой отсутствуют, истцом не указано, каким именно положениям действующего законодательства противоречат условия договора, суд таких несоответствий при рассмотрении дела не установил.

Нормами ст. 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил ст. 432 ГК РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. При этом к прикрываемой сделке, на совершение которой направлены действия сторон с целью создания соответствующих правовых последствий, применяются относящиеся к ней правила, в том числе о форме сделки.

Как следует из пояснений истца, последний при подписании договора полагал, что заключается сделка по дарению доли в праве собственности на спорную квартиру, принадлежавшую бабушке, а из пояснений ответчика следует, что последний заключал именно договор купли-продажи доли в справе собственности, принадлежавшей истцу.

Также при рассмотрении дела истец ссылался на отсутствие факта оплаты по договору купли-продажи со стороны ответчика, полагая, что такое обстоятельство свидетельствует о притворности сделки.

Между тем, неисполнение обязательства покупателем по оплате товара не является основанием для признания договора недействительным, а несет за собой иное последствие с применением иного способа защиты нарушенного права.

Поскольку из материалов дела не следует волеизъявление истца, направленное на заключение договора дарения своей доли, в том числе и из показаний самого истца, либо иных договоров, направленных на отчуждение своего имущества, сторонами не названа сделка, которая в действительности должна быть совершена, поскольку суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания спорного договора притворной сделкой.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных положений, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

По настоящему делу истцом заявлено о признании сделки именно притворной. Учитывая, что договор купли-продажи подписан истцом и ответчиком, а при рассмотрении дела истец не ссылался на наличие заблуждения относительно природы такой сделки, указывал лишь на то, что подлежала заключению сделка дарения доли ФИО12 в пользу истца, то, действуя разумно и осмотрительно при прочтении договора, истец мог бы обнаружить, что сторонами спорного договора являлись не он и ФИО12, а он и ответчик. Кроме того, из названия договора явно следовала его природа – отчуждение имущества одной стороной в пользу другой на возмездной основе.

Таким образом, доводы истца о наличии у него заблуждения при подписании договора купли-продажи также подлежат отклонению судом.

В соответствии с п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Несмотря на ссылку истца в тексте искового заявления о заключении оспариваемой сделки под влиянием обмана, доказательства наличия такого обмана со стороны ответчика истцом не представлены, как не заявлено и требование о признании договора недействительным по такому основанию.

Иные основания для признания договора купли-продажи недействительным истцом не приведены, доказательства в их обоснование не представлены, соответствующие требования не заявлены.

При этом с учетом предмета исковых требований – признания оспариваемой сделки притворной, суд не вправе выйти за пределы заявленных требований в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ. 

Кроме того, ответчиком представлено заявление о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности.

Как следует из п. 1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

При этом срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статья 179) либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

Поскольку истец заявлено требование о признании сделки притворной, срок исковой давности составляет три года.

Учитывая, что спорный договор был заключен сторонами в 2011 году, а иск был подан лишь в 2020 году, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности.

Доводы истца о том, что о сделке ему стало известно лишь в декабре 2019 года, отклоняются судом, поскольку в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие указанный факт, а также имеется договор купли-продажи и акт приема-передачи, подписанный лично истцом, то есть еще в 2011 году истец приступил к исполнению спорной сделки, подписав акт приема-передачи доли в праве собственности в квартире и передав указанное имущество ответчику.

Кроме того, в день подписания договора купли-продажи своей доли истец также подписал договор дарения, на основании которого к нему перешло право собственности на ? доли в праве собственности на квартиру, ранее принадлежавшей ФИО12 Таким образом, при получении в дар ? доли и при наличии у истца до заключения спорного договора права собственности на ? доли он мог бы обладать ? доли в праве собственности, что неизбежно привело бы к необходимости несения бремени содержания указанного имущества, в том числе к уплате налогов в размере большем, чем существовал до заключения договора дарения. Учитывая давность совершения сделки дарения, истцу не могло быть неизвестно о том, что его доля в праве на квартиру не увеличилась, а осталась в прежнем размере, что также свидетельствует о пропуске срока, установленного ст. 181 ГК РФ.

Доказательства наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности истцом в материалы дела не представлены.

Ввиду установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца о признании договора купли-продажи от 10.03.2011 притворной сделкой и о применении последствий его недействительности.

В связи с указанным не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании суммы уплаченной госпошлины в размере 6 072 руб., суммы оплаты юридических услуг в размере 25 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики.

Судья А.С. Хаймина

Решение принято в окончательной форме 18 ноября 2020 года.

Судья А.С. Хаймина