Дело №3а-36/2021 (УИД 37OS0000-01-2021-000026-74)

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

6 июля 2021 года город Иваново

Ивановский областной суд в составе 

председательствующего судьи Запятовой Н.А.

при секретаре Жаворонковой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административным исковым заявлениям ФИО1, ФИО2 о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просит взыскать компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 500000 рублей. 

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просит взыскать компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 500000 рублей.

Определением суда от 21 мая 2021 г. указанные административные иски объединены в одно производство.

Административные иски мотивированы тем, что 18 июня 2000 г. Кинешемским ГУВД Ивановской области было возбуждено уголовное дело №, по которому административные истцы подвергались уголовному преследованию. 

18 июня 2000 г. ФИО1 был арестован и ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,в,д» ч. 1 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), 20 марта 2001 г. он был освобожден, мера пресечения в виде заключения под стражу была изменена на подписку о невыезде.

11 января 2001г. ФИО2 был арестован и ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 158, ст. 325 УК РФ, 29 июня 2001 г. он был освобожден, мера пресечения была изменена на подписку о невыезде. 

После их освобождения из СИЗО 37/2 г. Кинешма и вплоть до октября 2017 г. никаких следственных действий по уголовному делу не проводилось.

В октябре 2017 г. после их обращения с жалобой в Кинешемскую городскую прокуратуру расследование уголовного дела было возобновлено.

Постановлением следователя СО МО МВД России «Кинешемский» от 30 августа 2020 г. уголовное преследование ФИО1 и ФИО2 прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ в связи с непричастностью обвиняемых к совершению преступления.

Общая продолжительность производства по данному уголовному делу составляет в отношении ФИО1 20 лет 2 месяца 12 дней, в отношении ФИО2 – 19 лет 7 месяцев 19 дней. 

Обстоятельствами, повлиявшими на длительность судопроизводства по уголовному делу, по мнению административных истцов, явилось бездействие органов предварительного следствия и нарушения уголовно-процессуального законодательства, которые выразились в том, что предварительное следствие после возобновления в октябре 2017 г. неоднократно незаконно приостанавливалось и прекращалось ввиду истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности. Несмотря на признание судом незаконным бездействия следователя СО МО МВД России «Кинешемский» ФИО6 в части непринятия процессуального решения в отношении административных истцов в октябре 2019 г., такое решение было принято лишь в августе 2020 г. 

Такая длительность производства по уголовному делу свидетельствует о неэффективности предварительного следствия, проявленной по делу волоките, нарушившей права административных истцов на судопроизводство в разумный срок, на своевременное принятие законного процессуального решения по делу, в связи с чем длительный период они испытывали постоянный стресс, была утрачена вера в полицию как орган государственной власти. 

В судебном заседании административные истцы и их представитель адвокат Морозов Ю.Л. поддержали заявленные требования по доводам, изложенным в административном иске. 

Представители административных ответчиков – Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства Финансов Российской Федерации и заинтересованных лиц – Управления Министерства внутренних дел России по Ивановской области, МО МВД России «Кинешемский» в судебном заседании не участвовали, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки суд не уведомили, с ходатайствами об отложении судебного разбирательства к суду не обращались. 

В письменных возражениях на административные иски представителями Министерства Финансов Российской Федерации, УМВД России по Ивановской области и МО МВД России «Кинешемский» указано на отсутствие нарушения прав заявителей на судопроизводство в разумный срок и оснований для удовлетворения административных исков со ссылкой на нарушение административными истцами срока на обращение в суд, необходимость исключения из срока судопроизводства по делу периода утраты уголовного дела с 2001 г. по 2017 г., поскольку в указанный период негативных последствий для заявителей не наступило, подачу заявителями многочисленных жалоб и необходимость их рассмотрения. Действия органов следствия по осуществлению предварительного расследования уголовного дела полагают достаточными и эффективными, процессуальные сроки – не нарушенными, а бездействие органа следствия – не доказанным. При этом приведенные административными истцами обстоятельства в обоснование наступивших последствий нарушения разумного срока судопроизводства считают не связанными с длительностью производства по уголовному делу и не подлежащими рассмотрению в данном процессе в связи с присуждением в пользу заявителей решениями Кинешемского городского суда Ивановской области компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием. 

В соответствии со статьей 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав участвующих в деле лиц, изучив материалы дела, в том числе материалы уголовного дела №, суд находит требования заявителей подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г. Риме 4ноября 1950 г. в её действующей редакции, закреплено право каждого на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (пункт 1 статьи 6).

В силу положений части 1 статьи 250 КАС РФ лицо, полагающее, что государственным органом, органом местного самоуправления, иным органом, организацией, должностным лицом нарушено его право на судопроизводство в разумный срок может обратиться в суд с административным исковым заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок.

В соответствии с частью 1 статьи 1, пунктом 1 части 1 статьи 3, пунктом 1 части 3 статьи 3 Федерального закона от 30 апреля 2010г. № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Закон о компенсации) подозреваемые, обвиняемые в уголовном судопроизводстве при нарушении их права на судопроизводство в разумный срок длительным досудебным производством по уголовному делу, подсудному районному суду, могут обратиться в областной суд с заявлением о присуждении компенсации за такое нарушение в порядке, установленном Законом о компенсации и процессуальным законодательством Российской Федерации.

Согласно частям 2, 3 статьи 1 Закона о компенсации компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок присуждается в случае, если такое нарушение имело место по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с заявлением о присуждении компенсации, за исключением чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок не зависит от наличия либо отсутствия вины суда, органов уголовного преследования, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11) право на судебную защиту признается и гарантируется Конституцией Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации и включает в себя в том числе право на судопроизводство в разумный срок и право на исполнение судебного акта в разумный срок, которые реализуются посредством создания государством процессуальных условий для эффективного и справедливого рассмотрения дела, а также организации и обеспечения своевременного и эффективного исполнения судебных актов (статья 46 Конституции Российской Федерации, статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года).

Для обеспечения действенности данных прав Федеральным законом от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» (далее - Закон о компенсации) установлен специальный способ их защиты в виде присуждения компенсации.

Компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок и права на исполнение судебного акта в разумный срок (далее - компенсация), как мера ответственности государства, имеет целью возмещение причиненного неимущественного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечивающих реализацию данных прав в разумный срок, независимо от наличия или отсутствия вины суда, органов уголовного преследования, органов, на которые возложена обязанность по исполнению судебных актов, иных государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц.

Данная компенсация не направлена на восполнение имущественных потерь заинтересованного лица и не заменяет собой возмещения имущественного вреда, причиненного ему незаконными действиями (бездействием) государственных органов, в том числе судов. При этом присуждение компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок лишает заинтересованное лицо права на компенсацию морального вреда за указанные нарушения (часть 4 статьи 1 Закона о компенсации, статьи 151, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 6.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) уголовное судопроизводство осуществляется в разумный срок; уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные данным кодексом, продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые предусмотрены Кодексом, но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумный срок; при определении разумного срока уголовного судопроизводства, который включает в себя для лица, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность уголовного дела, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования или рассмотрения уголовного дела, и общая продолжительность уголовного судопроизводства (части 1 - 3).

Как разъяснено в пунктах 40, 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11, при рассмотрении заявления о компенсации суд не связан содержащимися в нем доводами и устанавливает факт нарушения права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, исходя из содержания судебных актов и иных материалов дела с учетом правовой и фактической сложности дела, поведения заявителя, эффективности и достаточности действий суда или судьи, осуществляемых в целях своевременного рассмотрения дела, эффективности и достаточности действий начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, органа дознания, дознавателя, руководителя следственного органа, следователя, прокурора, предпринимаемых в целях осуществления уголовного преследования, а также действий органов, организаций или должностных лиц, на которые возложена обязанность по исполнению судебных актов, направленных на своевременное исполнение судебного акта, общей продолжительности судопроизводства по делу и исполнения судебного акта (пункт 40).

При оценке правовой и фактической сложности дела надлежит принимать во внимание обстоятельства, затрудняющие рассмотрение дела, число соистцов, соответчиков и других участвующих в деле лиц, необходимость проведения экспертиз, их сложность, необходимость допроса значительного числа свидетелей, участие в деле иностранных лиц, необходимость применения норм иностранного права, объем предъявленного обвинения, число подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, потерпевших, а также необходимость обращения за правовой помощью к иностранному государству. При этом такие обстоятельства, как рассмотрение дела различными судебными инстанциями, участие в деле органов публичной власти, сами по себе не могут свидетельствовать о сложности дела (пункт 42).

В случае нарушения разумного срока досудебного производства по уголовному делу право на подачу заявления о компенсации может быть реализовано после предварительного обращения к прокурору или руководителю следственного органа с жалобой в порядке, установленном частью 2 статьи 123 УПК РФ (пункт 25 Постановления Пленума ВС РФ от 29 марта 2016 г. № 11).

Установление факта нарушения права на судопроизводство в разумный срок является основанием для присуждения компенсации (части 3 и 4 статьи 258 КАС РФ).

Как следует из материалов дела, в отношении ФИО1 и ФИО2 осуществлялось уголовное преследование по уголовному делу №, возбужденному 18 июня 2000 г. по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а,в» ч. 1 ст. 162 УК РФ; постановлением следователя СО МО МВД России «Кинешемский» от 30 августа 2020 г. уголовное преследование ФИО1 и ФИО2 прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ в связи с непричастностью обвиняемых к совершению преступления. Кроме того, материалами дела подтверждено неоднократное обращение административных истцов и их защитника в ходе досудебного производства по уголовному делу с жалобами на бездействие и волокиту, допущенные в ходе проведения предварительного следствия по уголовному делу, в порядке части 2 статьи 123, статьи 124 УПК РФ.

Таким образом, право на обращение в суд с иском о компенсации административные истцы имеют.

Частью 5 статьи 250 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, частью 6 статьи 3 Закона о компенсации установлено, что заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок может быть подано в суд в шестимесячный срок со дня принятия дознавателем, начальником подразделения дознания, начальником органа дознания, органом дознания, следователем, руководителем следственного органа, прокурором постановления о прекращении уголовного судопроизводства.

Административный истцы заявили ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в связи с первоначальным неверным определением подсудности данного спора.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 разъяснено, что шестимесячный срок для обращения в суд с заявлением о компенсации может быть восстановлен при наличии ходатайства об этом лица, подающего заявление о компенсации (пункт 1 части 5, части 6, 7.1, 7.2, 7.3, 8 статьи 3 Закона о компенсации, части 2, 4, 5 - 8 статьи 250, часть 2 статьи 257 КАС РФ, абзац первый части 2, часть 3 статьи 222.1 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицам, пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, пропущенный процессуальный срок не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

При решении вопроса о восстановлении пропущенного срока необходимо учитывать, что этот срок может быть восстановлен только в случае наличия уважительных причин его пропуска, установленных судом. Такими причинами могут быть обстоятельства, объективно исключавшие возможность своевременного обращения в суд с заявлением о компенсации и не зависящие от лица, подающего ходатайство о восстановлении срока (например, введение режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на всей территории Российской Федерации либо на ее части, болезнь, беспомощное состояние, несвоевременное направление лицу копии документа, а также иные обстоятельства, лишавшие лицо возможности обращения в суд в установленный законом срок, оцененные судом как уважительные) (пункт 30 приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ)

Из материалов дела следует, что постановление о прекращении уголовного преследования в связи с непричастностью обвиняемых к совершению преступления вынесено 30 августа 2020 г., административные иски ФИО1 и ФИО2 поступили в Ивановский областной суд 18 марта 2021 г., то есть за пределами установленного законом 6-месячного срока.

В обоснование заявления о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд административные истцы указали на первоначальное ошибочное определение подсудности данного спора суду.

Из истребованных в Ленинском районном суде г. Иваново материалов № М-468/2021 и М-460/2021 следует, что первоначально 27 февраля 2021 г. ФИО1 и ФИО2 обратились с административными исками о присуждении компенсации в указанный районный суд, определениями суда от 5 марта 2021 г. административные иски были возвращены в связи с неподсудностью спора данному суду, копии определений заявители получили соответственно 12 и 13 марта 2021 г. и 16 марта 2021 г. обратились в Ивановский областной суд с настоящими заявлениями в соответствии с правилами подсудности. 

Таким образом, учитывая, что первоначальное обращение в районный суд с административными исками о присуждении компенсации имело место в установленный законом 6-месячный срок со дня вынесения постановления о прекращении уголовного преследования, и в кратчайший срок после их возвращения последовало обращение в областной суд с соблюдением правил подсудности, суд находит причины пропуска процессуального срока на обращение в суд с заявлениями о присуждении компенсации уважительными, составляющими основания для его восстановления. 

Как следует из материалов восстановленного уголовного дела №, включающих в себя и материалы служебных проверок, проведенных в СО МО МВД РФ «Кинешемский» по факту утраты уголовного дела (заключение от 10 октября 2017 г.) и в УМВД России по Ивановской области по факту ненадлежащего расследования, восстановленного после утраты уголовного дела (заключение от 20 июля 2020 г.), данное уголовное дело возбуждено 18 июня 2000 г. по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а,в» ч. 1 ст. 162 УК РФ по факту того, что в ночь на 18 июня 2000 г. неизвестные лица из квартиры 

<

адрес> открыто похитили принадлежащее ФИО11 имущество на сумму 11500 рублей, производство по которому осуществлялось следственным отделом Кинешемским ГУВД Ивановской области.

Данное уголовное дело 18 октября 2000 г. соединено в одно производство с уголовным делом №, возбужденным 10 апреля 2000 г. по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, по факту тайного хищения неизвестными лицами автомашины ВАЗ 2141, принадлежащей МУП ЖКХ, из гаража по 

<

адрес>. 

30 ноября 2000 г. данное уголовное дело в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО1, ФИО5 было направлено в Кинешемскую городскую прокуратуру с обвинительным заключением. 

Согласно информации, полученной в Кинешемском городском суде (ответ от 22 июня 2020 г. УД т.2 л.д.132-133) уголовное дело № в отношении ФИО13, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,в,г,д» ч. 2 ст. 161, п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 325 УК РФ, ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,в,г,д» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 325 УК РФ, ФИО14, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 161, ч. 2 ст. 325 УК РФ, ФИО5, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,в,г,д» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 325 УК РФ, ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,в,г,д» ч. 2 ст. 161, п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 325 УК РФ, поступило на рассмотрение в Кинешемский городской суд Ивановской области 14 декабря 2000 г.

25 декабря 2000 г. на основании постановления суда от 15 декабря 2000 г. уголовное дело № направлено прокурору города Кинешма для организации дополнительного расследования. 

Повторно на рассмотрение уголовное дело поступило в суд 6 февраля 2001 г.

21 февраля 2001 г. на основании постановления суда от 13 февраля 2001 г. уголовное дело № направлено прокурору города Кинешма для организации дополнительного расследования. 

Вновь на рассмотрение уголовное дело № поступило в суд 17 апреля 2001 г. и направлено прокурору города Кинешма для организации предварительного расследования 31 мая 2001 г. на основании постановления суда от 21 мая 2001 г.

Согласно документации, находящейся на хранении в архиве суда, уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО14, ФИО2, ФИО13 и ФИО15 по указанному выше обвинению после направления 21 мая 2001 г. для производства дополнительного расследования в Кинешемский городской суд на рассмотрение не поступало.

В ходе служебной проверки направлялся запрос в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Ивановской области. Согласно полученному ответу ФИО1 18 июня 2000 г. в связи с предъявленным обвинением по п.п. «а,б,в,г,д» ч. 2 ст. 161 УК РСФСР была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, освобожден из-под стражи 20 марта 2001 г., мера пресечения заменена на подписку о невыезде; ФИО2 арестован 11 января 2001 г. по обвинению по п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158, п.п. «а,б,в,г,д» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 325 УК РСФСР, освобожден 29 июня 2001 г., мера пресечения заменена на подписку о невыезде. 

На основании заключения от 10 октября 2017 г. по результатам служебной проверки, проведенной в СО МО МВД России «Кинешемский» во исполнение требования прокурора от 6 октября 2017 г. об устранении выявленных по обращениям ФИО1 и ФИО2 нарушений федерального законодательства, данное уголовное дело признано утраченным, и в этот же день вынесено постановление о восстановлении уголовного дела. 

16 октября 2017 г. восстановленное уголовное дело № принял к производству начальник СО МО МВД ФИО8

16, 23 октября 2017 г. в качестве свидетелей допрошены ФИО9 (начальник следственного отдела в период с 2000 г. по 2008 г.), ФИО10 (следователь следственного отдела, расследовавший данное уголовное дело в период с 2000 г. по 2001 г.).

26 октября 2017 г. в качестве потерпевших допрошены ФИО11, ФИО12

20, 22, ДД.ММ.ГГГГ ФИО13, ФИО1, ФИО2, ФИО14 допрошены в качестве обвиняемых, вину в совершении инкриминируемых преступлений не признали, показания давать отказались на основании статьи 51 Конституции РФ.

В период с 30 декабря 2017 г. по 17 сентября 2018 г. производство предварительного расследования неоднократно (4 раза) приостанавливалось на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК РФ, данные решения отменялись заместителем руководителя СО МО МВД и надзирающим прокурором как незаконные, производство предварительного расследования возобновлялось, срок предварительного следствия продлевался.

17 октября 2018 г. уголовное дело № прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 14 ноября 2018 г. данное решение отменено заместителем прокурора г. Кинешмы Ивановской области в связи с тем, что не получено согласие обвиняемых ФИО1, ФИО14, ФИО2, ФИО13 на прекращение уголовного дела, а также не допрошен обвиняемый ФИО15

3 декабря 2018 г. предварительное следствие по делу возобновлено, установлен срок следствия до 3 января 2019 г.

26 декабря 2018 г. произведен допрос обвиняемого ФИО15

Далее в период с 3 января по 3 августа 2019 г. производство предварительного расследования неоднократно (8 раз) ежемесячно приостанавливалось на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК РФ, данные решения в день их вынесения отменялись заместителем начальника СО МО МВД, производство предварительного расследования возобновлялось, устанавливался срок предварительного следствия на 1 месяц.

3 августа 2019 г. предварительное следствие возобновлено, установлен срок следствия до 3 сентября 2019 г.

8 августа 2019 г. следователем СО МО МВД ФИО6 вынесено постановление о признании недопустимыми доказательствами протоколов допроса в качестве обвиняемых ФИО13, ФИО1, ФИО2, ФИО14, ФИО15, так как в материалах уголовного дела отсутствовала информация о привлечении указанных лиц в качестве обвиняемых.

9, 15 августа 2019 г. ФИО14, ФИО15, ФИО13, ФИО1, ФИО2 допрошены в качестве свидетелей, от дачи показания отказались на основании статьи 51 Конституции РФ.

27 августа 2019 г. уголовное дело № вновь прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. 

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 4 октября 2019 г. с учетом апелляционного постановления Ивановского областного суда от 27 ноября 2019 г. признано незаконным и необоснованным бездействие старшего следователя СО МО МВД РФ «Кинешемский» ФИО6 в части не принятия процессуального решения в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО14 по уголовному делу № (т.1 л.д.19-24).

25 декабря 2019 г. уголовное дело возвращено из Кинешемской городской прокуратуры для устранения выявленных нарушений.

4 февраля 2020 г. предварительное следствие возобновлено, установлен срок следствия до 4 марта 2020 г.

4 марта 2020 г. уголовное дело № вновь прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования. 

Как следует из заключения по материалам служебной проверки от 20 июля 2020 г., данное решение отменено 7 мая 2020 г. заместителем прокурора г. Кинешмы Ивановской области в связи с тем, что не получено согласие обвиняемых ФИО1, ФИО14, Богородского В.В, ФИО13 на прекращение уголовного дела, а также не допрошен ФИО15

6 мая 2020 г. производство предварительного расследования возобновлено следователем СО МО МВД ФИО6 на 1 месяц, а всего до 25 месяцев 00 суток, то есть до 6 июня 2020 г.

6 июня 2020 г. дополнительно допрошен потерпевший ФИО11 и в тот же день уголовное дело № вновь прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования. Данное решение 1 июля 2020 г. отменено Кинешемской городской прокуратурой как незаконное и необоснованное в связи наличием возражений обвиняемых против прекращения уголовного дела по указанному основанию. 

16 августа 2020 г. предварительное следствие возобновлено, срок следствия установлен до 30 августа 2020 г. 

30 августа 2020 г. уголовное преследование ФИО1 и ФИО2 по уголовному делу № прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 27 УПК РФ (непричастность обвиняемых к совершению преступления), за ними признано право на реабилитацию, разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Как разъяснено в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11, общая продолжительность уголовного судопроизводства определяется с момента начала осуществления уголовного преследования до момента принятия решения по результатам досудебного производства либо вступления в законную силу итогового судебного решения.

Для целей Закона о компенсации под началом уголовного преследования понимается принятие в отношении лица одного из процессуальных решений, указанных в части 1 статьи 46 или части 1 статьи 47 УПК РФ, в соответствии с которыми оно признается подозреваемым либо обвиняемым, или момент, с которого в отношении лица начато производство одного из процессуальных действий в порядке, предусмотренном частью 1.1 статьи 144 УПК РФ, либо следственных действий, направленных на его изобличение в совершении преступления, предшествующих признанию его подозреваемым или обвиняемым (абзац второй пункта 18 названного Постановления).

Согласно пункту 2 части 1 статьи 46 УПК РФ подозреваемым является лицо, которое задержано в соответствии со статьями 91 и 92 данного кодекса.

Суд полагает, что моментом начала уголовного преследования как ФИО1, так и ФИО2 следует признать 18 июня 2000 г., поскольку в материалах дела имеются доказательства того, что в этот день в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. При этом уголовное дело было изначально возбуждено 18 июня 2000 г. по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а,в» ч. 2 ст. 161 УК РФ, то есть совершенного группой лиц. В судебном заседании ФИО2 пояснил, что до его заключения под стражу (11 января 2001 г.) к нему принималась мера пресечения в виде подписки о невыезде, что подтверждается протоколом допроса следователя ФИО10, допрошенного в качестве свидетеля (УД т.1 л.д.49-53), со ссылкой на сведения из журнала учета уголовных дел, при этом в ноябре 2000 г. уголовное дело уже было направлено в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения, что свидетельствует о том, что административным истцам было предъявлено обвинение. Кроме того, из показаний потерпевшего ФИО11 от 26 октября 2017 г. следует, что лица, совершившие преступление, фактически сразу были установлены и задержаны. Опровергающих этих факты доказательств стороной административных ответчиков не представлено. 

С учетом изложенного, общая продолжительность производства по уголовному делу с момента начала уголовного преследования – 18 июня 2000 г. и до прекращения уголовного преследования – 30 августа 2020 г. составляет 20 лет 2 месяца 12 дней. При этом срок досудебного производства по уголовному делу (за исключением периодов рассмотрения дела Кинешемским городским судом Ивановской области – с 14 по 25 декабря 2000г. (11 дней), с 6 по 21 февраля 2001 г. (15 дней), с 17 апреля по 31 мая 2001 г. (44 дня)) составляет 20 лет 3 дня. 

При этом в свете положений пункта 54 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11 периоды с момента прекращения производства по уголовному делу за истечением срока давности уголовного преследования и до момента отмены указанных постановлений не следует исключать из общей продолжительности производства по уголовному делу, поскольку ФИО1 и ФИО2 возражали против прекращения производства по указанному основанию, что прямо следует из содержания постановлений о прекращении уголовного дела, постановлений надзирающего прокурора об отмене указанных постановлений, в том числе принятых по жалобе заявителей, а также с учетом неоднократного обжалование заявителями бездействия следователя ФИО6 по не принятию в отношении них решения о прекращении уголовного преследования (УД т.1 л.д.213-217, т.2 л.д.89, АД т.1 л.д.19-26, т.3 л.д.5-12). 

При определении продолжительности срока досудебного производства по делу с точки зрения его разумности суд учитывает следующее. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11, действия руководителя следственного органа, следователя, прокурора могут быть признаны достаточными и эффективными, если ими приняты необходимые меры, направленные на своевременную защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения прав и свобод. 

В силу положений части 1 статьи 162 УПК РФ предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела. Срок предварительного следствия, установленный частью первой настоящей статьи, может быть продлен до 3 месяцев руководителем соответствующего следственного органа. По уголовному делу, расследование которого представляет особую сложность, срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа по субъекту Российской Федерации и иным приравненным к нему руководителем следственного органа, а также их заместителями до 12 месяцев (части 4, 5 статьи 162 УПК РФ). 

Согласно части 6 статьи 162 УПК РФ при возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия руководитель следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия, и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия. 

Вместе с тем применение части 6 статьи 162 УПК Российской Федерации возможно только в единстве с закрепленными в его статьях 6.1 и 7 принципами законности и разумного срока уголовного судопроизводства, предполагающими соблюдение требований законности, обоснованности и мотивированности процессуальных решений и принятие прокурором, руководителем следственного органа необходимых мер, направленных на ускорение расследования и рассмотрения уголовного дела.

По смыслу части шестой статьи 162 УПК Российской Федерации, предусмотренный ею порядок продления срока предварительного следствия может применяться лишь в качестве исключения из общего порядка продления срока предварительного следствия, не предполагает злоупотребления правом на его использование, включая неоднократное направление уголовного дела для производства дополнительного следствия, приостановление или прекращение дела по одним и тем же основаниям, направлен на обеспечение принципов законности и разумного срока уголовного судопроизводства путем устранения выявленных нарушений и препятствий к дальнейшему движению дела, принятия мер, направленных на ускорение предварительного расследования в случаях его неправомерного приостановления или прекращения, должен отвечать требованиям законности, обоснованности, достаточности и эффективности действий руководителя следственного органа, следователя, которые могут быть проверены в рамках судебного и ведомственного контроля, прокурорского надзора и должны быть учтены при присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок в соответствии с Федеральным законом от 30 апреля 2010 года № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» и статьей 6.1 УПК Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2015 г. № 1541-О, № 1542-О и № 1543-О).

Предварительное следствие по уголовному делу приостанавливается при наличии оснований, предусмотренных, в том числе, пунктами 1 части 1 статьи 208 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Вместе с тем, как сказано в пункте 1 части 2 статьи 209 УПК РФ, после приостановления предварительного следствия в случае, предусмотренном пунктом 1 части первой статьи 208 настоящего Кодекса, следователь принимает дальнейшие меры по установлению лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого.

В соответствии со статьей 211 УПК Российской Федерации прокурор, признав постановление руководителя следственного органа или следователя о приостановлении предварительного следствия незаконным или необоснованным, в срок не позднее 14 суток с момента получения материалов уголовного дела отменяет его, о чем выносит мотивированное постановление с изложением конкретных обстоятельств, подлежащих дополнительному расследованию, которое вместе с материалами уголовного дела незамедлительно направляет руководителю следственного органа (часть первая.1), после чего предварительное следствие возобновляется на основании постановления следователя (пункт 3 части первой) с уведомлением об этом в том числе подозреваемого, его защитника и прокурора (часть третья).

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 24 апреля 2018 г. № 882-О, названная статья не закрепляет каких-либо изъятий из принципов законности и разумного срока уголовного судопроизводства (статьи 6.1 и 7 УПК Российской Федерации), не содержит положений, допускающих произвольное принятие следователем постановления о возобновлении предварительного следствия.

Оценивая действия следователя по расследованию уголовного дела применительно к приведенному толкованию норм уголовно-процессуального законодательства, суд приходит к убеждению, что их нельзя признать достаточными и эффективными в целях своевременного расследования уголовного дела. 

Так, в период досудебного производства по уголовному делу в 2000-2001 годах уголовное дело трижды возвращалось судом прокурору для проведения дополнительного расследования в связи с существенным нарушением следователем норм уголовно-процессуального законодательства, не позволившим суду рассмотреть дело по существу, что само по себе повлияло на длительность судопроизводства по уголовному делу, причем характер выявленных нарушений указывает на неисполнение следователем первичных указаний суда на недостатки обвинительного заключения, нарушение права обвиняемых на ознакомление в полном объеме с материалами уголовного дела. 

В 2001 г. уголовное дело было утрачено и восстановлено только 10 октября 2017 г., то есть по истечении более 16-ти лет, что свидетельствует об отсутствии надлежащего контроля следственных органов и руководства органов внутренних дел за ходом расследования уголовного дела и его результатами и явилось безусловной причиной длительного бездействия по уголовному делу на стадии досудебного производства.

После восстановления уголовного дела с октября 2017 г. предварительное следствие неоднократно незаконно приостанавливалось в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, вместе с тем уголовное преследование в отношении ФИО1 и ФИО2, имеющих статус обвиняемых, одновременно при этом не прекращалось, розыск иных лиц, причастных к совершению преступления, не осуществлялся. Кроме того, четыре раза в отсутствие согласия обвиняемых выносились постановления о прекращении уголовного дела за истечением срока уголовного преследования. 

Все перечисленные постановления отменены либо вышестоящими должностными лицами, либо прокурором как незаконные, в том числе с вынесением в адрес органов следствия требований об устранении допущенных нарушений и представлений за их невыполнение. 

При этом в вышеупомянутых постановлениях об отмене незаконных постановлений о приостановлении предварительного следствия и прекращении уголовного дела руководитель следственного органа и надзирающий прокурор систематически указывали на конкретные недостатки в сборе доказательств и необходимость проведения конкретных следственных и процессуальных действий, в частности, о даче юридической оценки действиям ФИО1 и ФИО2 и последующем принятии по уголовному делу законного и обоснованного решения. 

Однако без выполнения приведенных указаний предварительное следствие вновь приостанавливалось на основании пункта 1 части 1 статьи 208 УПК РФ, мотивированное тем, что все следственные действия, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого (обвиняемого), выполнены, что не согласуется с содержанием указаний руководителя следственного органа в постановлениях об их отмене, свидетельствующих об обратном, и вызывало необходимость подачи заявителями в 2019 и 2020 годах жалоб на бездействие следователя по принятию в отношении них процессуального решения, которые были удовлетворены судом. 

Таким образом, последующее после утраты дела продление срока предварительного следствия было обусловлено неоднократной отменой незаконных постановлений о приостановлении и прекращении производства по уголовному делу по одним и тем же основаниям и не выполнением указаний руководителя следственного органа и прокурора по осуществлению надлежащего расследования уголовного дела. 

В этой связи следует отметить, что апелляционным постановлением Ивановского областного суда от 16 сентября 2019 г. отменено постановление Кинешемского городского суда от 17 июля 2019 г., принятое по жалобе ФИО14, и признаны незаконными содержащиеся в постановлениях следователя СО МО МВД РФ «Кинешемский» ФИО6 от 17 августа, 17 сентября, 3 декабря 2018 г., 3 января, 3 февраля, 3 марта, 3 апреля, 3 мая, 3 июня 2019 г. решения начальника (заместителя) следственного отдела об установлении срока предварительного следствия по уголовному делу № на 1 месяц (т.2 л.д.71-75). 

В указанном судебном постановлении отмечено, что неоднократные решения руководителей органа следствия об установлении на основании части 6 статьи 162 УПК РФ срока следствия по уголовному делу в 1 месяц принимались после неоднократного приостановления и прекращения следователем ФИО6 производства предварительного следствия и отмены этих решений по одним и тем же основаниям. Данные руководителем следственного органа в своих постановлениях указания следователю о необходимости проведения конкретных следственных и процессуальных действий либо не выполнялись вообще либо выполнялись после неоднократной отмены вновь выносимых постановлений о приостановлении предварительного следствия, обусловленной необходимостью выполнения ранее данных указаний. При таких обстоятельствах установление на основании части 6 статьи 162 УПК РФ руководителем следственного органа по уголовному дела срока предварительного следствия в указанный период явно не соответствовало смыслу и назначению данной норма уголовно-процессуального закона, выявленных Конституционным Судом Российской Федерации в приведенных в данном постановлении Определениях. 

При этом возобновление следователем предварительного следствия по уголовному делу после отмены постановлений о приостановлении и прекращении производства по делу производилось несвоевременно и носило характер очевидной волокиты. 

В частности, после отмены 5 февраля 2018 г. заместителем начальника следственного отдела постановления следователя от 5 февраля 2018 г. о приостановлении предварительного следствия оно было возобновлено только 25 июня 2018 г.; после отмены тем же должностным лицом постановления от 4 июля 2018 г. о приостановлении предварительного следствия его возобновление произведено только 17 августа 2018 г.; после отмены прокурором 1 июля 2020 г. постановления о прекращении уголовного дела от 6 июня 2020 г. производство предварительного следствия возобновлено только 16 августа 2020 г.

Кроме того, в отсутствие производства следственных действий, о необходимости выполнения которых в адрес МО МВД России «Кинешемский» были направлены указания УМВД России по Ивановской области от 1 июня 2020 г. (УД т.2 л.д.82-83), следователем 6 июня 2020 г. вновь вынесено постановление о прекращении уголовного дела, которое 1 июля 2020 г. отменено надзирающим прокурором. 

Факты необоснованного принятия органом следствия решения о прекращении уголовного дела, длительного не принятия уголовного дела к производству в целях устранения выявленных нарушений включены в представления в адрес начальника СО МОВД России «Кинешемский» и СУ УМВД России по Ивановской области от 22 января и 14 апреля 2020 г. и по итогам работы за 1 полугодие 2020 г., которые рассмотрены и удовлетворены, виновные должностные лица привлечены к дисциплинарной ответственности, что следует из постановления и.о. заместителя Кинешемского городского прокурора от 23 июля 2020 г. (л.д.т.1 л.д.25-26). 

Кроме того, по факту нарушения требований статьей 6.1, 211, 214 УПК РФ прокурором в адрес начальника СО МО МВД России «Кинешемский» 17 ноября 2018 г., 3 февраля 2000 г. вносились требования об устранении нарушений федерального законодательства (УД т.1 л.д.67). 

По результатам проведенной УМВД России по Ивановской области служебной проверки по факту ненадлежащего расследования уголовного дела 20 июля 2020 г. утверждено заключение, согласно которому в действиях старшего следователя СО МО МВД России «Кинешемский» ФИО6 выявлены нарушения части 1 статьи 6.1, пункта 1 части 1 статьи 27 УКПК РФ, выразившиеся в несоблюдении разумных сроков уголовного судопроизводства 

Каких-либо объективных причин, препятствующих осуществлению расследования в установленные законом сроки, представители органов внутренних дел не привели. 

Таким образом, в отсутствие надлежащего контроля за эффективностью и своевременностью предварительного следствия органами расследования были допущены бездействие, нераспорядительность, волокита, которые привели к явным нарушениям процессуальных сроков по уголовному делу, необоснованному затягиванию досудебного производства по уголовному делу и не способствовали достижению целей своевременного осуществления уголовного преследования.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о виновных действиях административных истцов, повлекших увеличение сроков рассмотрения дела, не имеется. Напротив, административные истцы с 2017 г. обращались в органы прокуратуры и в суд с различными жалобами на бездействие следователя, которые были признаны обоснованными и удовлетворены. 

При этом суд принимает во внимание на то, что данное уголовное дело представляло собой некоторую фактическую сложность в связи с тем, что в качестве обвиняемых по уголовному делу были привлечены 5 лиц, однако первоначально в течение шести месяцев со дня его возбуждения уголовное дело уже было направлено в суд для рассмотрения, а его возращение судом для производства дополнительного расследования было связано с нарушением права обвиняемых на ознакомление в полном объеме с материалами уголовного дела, нарушениями в составлении обвинительного заключения и иными процедурными нарушениями (УД т.2 л.д.122-133). Таким образом, основная часть необходимых следственных действий была выполнена еще в 2000 г. 

При установленных по делу обстоятельствах, учитывая общую продолжительность уголовного судопроизводства, небольшой объем дела, степень его сложности, поведение административных истцов, не препятствующих проведению расследования, а также действия органов предварительного следствия, которые нельзя признать эффективными и достаточными, с учетом систематического неисполнения указаний суда, прокурора, руководителя следственного органа, вынесения незаконных постановлений о приостановлении предварительного следствия по одном и тем же основаниям, о прекращении производства по уголовному делу, принятия незаконных решений об установлении срока предварительного следствия, длительных периодов не возобновления предварительного следствия, факта утраты уголовного дела и полного отсутствия в этот период продолжительностью более 16-ти лет каких-либо следственных действий, суд считает общую продолжительность расследования уголовного дела чрезмерной, не отвечающей требованию разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а факт нарушения права ФИО1 и ФИО2 на уголовное судопроизводство в разумный срок на стадии досудебного производства по уголовному делу – установленным, что является основанием для присуждения компенсации.

Определяя сумму компенсации, подлежащей присуждению, суд исходит из требований административных истцов и учитывает фактические обстоятельства дела, по которому допущено нарушение, продолжительность нарушения и значимость его последствий для заявителя. 

В этой связи суд считает возможным принять во внимание, что в течение периода утраты уголовного дела производство следственных действий по нему не осуществлялось, заявители не подвергались мерам процессуального принуждения, не обращались с жалобами на бездействие и волокиту по уголовному делу, что существенно снижает негативные последствия нарушения их права на разумный срок судопроизводства по уголовному делу. Вместе с тем в указанный период их статус обвиняемых по уголовному делу сохранялся, в отношении судьбы уголовного дела и предъявленного им обвинения имелась неопределенность, что не умаляло значимости этого вопроса для административных истцов. Ввиду бездействия следователя и не принятия процессуального решения по вопросу их уголовного преследования заявители вынуждены были обращаться с жалобами к прокурору и в суд, между тем окончательное решение о прекращении уголовного преследования заявителей было принято только спустя почти три года со дня восстановления материалов уголовного дела, что безусловно повлекло для них правовые последствия в виде необходимости обращения в контролирующие и надзирающие органы в целях воздействия на следствие и создавало психотравмирующую ситуацию. 

При этом не принимается судом ссылка административных ответчиков на взыскание в пользу ФИО1 и ФИО2 решениями Кинешемского городского суда Ивановской области от 31 марта 2021 г. и 6 апреля 2021 г., не вступившими в законную силу, компенсации морального вреда в размере по 380000 рублей, причиненного в результате незаконного уголовного преследования. 

Как следует из материалов гражданских дел по искам ФИО1 и ФИО2 и содержания принятых судебных решений (т.3 л.д.50-76), требования истцов о компенсации морального вреда были основаны на признании за ними права на реабилитацию и связаны с фактами их незаконного уголовного преследования, незаконного предъявления им обвинения и незаконного применения мер пресечения в виде заключения под стражу и подписки о невыезде. 

В свою очередь компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок является мерой ответственности государства и имеет целью возмещение причиненного неимущественного вреда фактом нарушения процедурных условий, обеспечивающих реализацию данных прав в разумный срок, о чем разъяснено в абзаце 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 г. № 11.

Исходя из смысла вышеуказанных положений, Российская Федерация несет ответственность за несоблюдение внутригосударственными органами разумных сроков уголовного судопроизводства, определяемых с помощью критериев, установленных процессуальным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, основаниями для присуждения компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок являются иные обстоятельства, отличные от оснований компенсации морального вреда в порядке реабилитации. 

Таких оснований для взыскания компенсации морального вреда как нарушение разумных сроков судопроизводства по уголовному делу при рассмотрении гражданских дел истцами не заявлялось и судом не рассматривалось.

Учитывая изложенное, а также принципы разумности и справедливости, практику Европейского Суда по правам человека, суд приходит к выводу, что требуемая административными истцами сумма существенно завышена и определяет размер компенсации равным 100000 рублей в пользу каждого. 

Административными истцами заявлены требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере по 18000 рублей. 

При рассмотрении настоящего административного дела интересы ФИО1 и ФИО2 представлял адвокат Морозов Ю.Л., с которым они 2 марта 2021 г. заключили соглашения об оказании юридической помощи, а именно, составление административного искового заявления о присуждении компенсации и представление их интересов в Ивановском областном суде, размер вознаграждения установлен в сумме 18000 рублей и оплачен доверителями в день заключения соглашения (т.3 л.д.77-84). 

По общему правилу части 1 статьи 111 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно части 1 статьи 103, статьи 106 КАС РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела, к которым относятся расходы по оплату услуг представителей.

В силу положений статьи 112 КАС РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием; недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10); разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ); вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11); расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ (пункт 12); разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги; при определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

Принимая во внимание категорию спора, объем и сложность административного дела, ценность защищаемого блага, объем оказанных юридических услуг, исходя из количества и продолжительности проведенных по делу судебных заседаний, результатов рассмотрения дела, с учетом принципа разумности суд полагает, что понесенные административными истцами судебные расходы на оплату услуг представителя подлежат частичному возмещению в сумме по 10000 рублей в пользу каждого. 

При обращении в суд с настоящим административным исковым заявлением административными истцами оплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, которая также подлежит взысканию в их пользу.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 175-180, 259 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л :

Административные исковые заявления ФИО1, ФИО2 о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок удовлетворить частично.

Присудить ФИО1 компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, перечислив денежные средства по следующим реквизитам: получатель ФИО1, счет получателя №, банк получателя Филиал №3652 ВТБ (ПАО) в г. Воронеж, ИНН банка №, БИК №, корр.счет №.

Присудить ФИО2 компенсацию за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, перечислив денежные средства по следующим реквизитам: получатель ФИО2, счет получателя №, банк получателя Ивановское отделение №8639 ПАО Сбербанк, ИНН банка №, БИК №, корр.счет 30№, КПП №.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО1 судебные расходы в сумме 10300 (десять тысяч триста) рублей. 

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета в пользу ФИО2 судебные расходы в сумме 10300 (десять тысяч триста) рублей.

Решение суда подлежит исполнению Министерством финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета.

Решение суда в части присуждении компенсации подлежит немедленному исполнению.

Данное решение может быть обжаловано в Первый апелляционный суд общей юрисдикции через Ивановский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Запятова Н.А.

Решение суда в окончательной форме принято 20 июля 2021 г.