Дело № 2-125/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«26» февраля 2019 года г. Юрга Кемеровской области

Юргинский городской суд Кемеровской области 

в составе:

Председательствующего судьи Каминской О.В.,

при секретаре Иваницкой М.В., 

с участием:

пом. прокурора Кыргыс А.В., 

представителей ответчиков адвокатов Л.М.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Юргинского межрайонного прокурора в интересах Российской Федерации к Д.Е.А. о применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Юргинский межрайонный прокурор, действующий в интересах Российской Федерации, обратился в суд с иском к Д.Е.А. о применении последствий недействительности сделок, взыскании денежной суммы (л.д.2-4,31-42,96-98), указав, что приговором Юргинского городского суда Кемеровской области от 28 апреля 2018 года, с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 13 сентября 2018 года, Д.Е.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст.290 Уголовного кодекса РФ. Приговором суда, установлено, что Д.Е.А. назначенный приказом начальника ГУФСИН России по *** от *** на должность заместителя начальника Федерального казенного учреждения исправительной колонии *** ГУФСИН России по *** (далее ФКУ ИК-***) – начальника Центра ГУФСИН России по ***, имея специальное звание - майор внутренней службы, осуществляя функции в государственном органе ФКУ ИК-*** являясь должностным лицом, уполномоченным должностной инструкцией осуществлять непосредственное организационное руководство Центром трудовой адаптации осужденных, представлять интересы учреждения в государственных органах власти и других организациях, связанные с выполнением возложенных на Центр трудовой адаптации осужденных функций в пределах своей компетенции, давать распоряжения по вопросам, касающимся Центра трудовой адаптации осужденных, требовать выполнения распоряжений от подчиненных по всем вопросам, предусмотренных функциональными обязанностями, а также в соответствии с п. 4.10 приказа ФСИН РФ от 18 августа 2005 года *** (с изменениями от 26 декабря 2008 года) «О правовом обеспечении деятельности ФСИН России», согласовывать проекты заключаемых учреждением УИС договоров с приложением спецификаций, протоколами согласования цен и иных приложений, являющихся неотъемлемой частью договора, действуя умышленно, из корыстных побуждений, имея единый преступный умысел, получил лично и через посредника взятку в виде денег за совершение в пользу взяткодателя действий, входящих в его служебные полномочия, за способствование совершению незаконных действий, в крупном размере, при следующих обстоятельствах. В конце декабря 2012 Д.Е.А., выполняя указания руководства ФКУ ИК -*** по обеспечению теплом и горячей водой учреждения, неся ответственность за бесперебойную работу котельной, расположенной на территории центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК- *** находясь в своем служебном кабинете, расположенном по адресу: ***, действуя умышленно, из корыстных побуждений, имея единый умысел на получение взятки в виде денег, предложил индивидуальному предпринимателю А.С.Н. (далее - ИП А.С.Н.) заняться поставками каменного угля для нужд котельной учреждения. Д.Е.А. в силу занимаемого должностного положения, пообещал А.С.Н., что будет способствовать ему в заключении государственных контрактов на поставку угля на 2013 год и последующие года, за что предложил тому передавать ему (Д.Е.А.) за отработанные периоды взятку в виде денег в размере третьей части от суммы прибыли, полученной ИП А.С.Н. от выполнения государственных контрактов на поставку угля в ФКУ ИК- 41 в текущем периоде. При этом предупредил А.С.Н., что если тот не согласится на его (Д.Е.А.) предложение о передаче ему взятки в виде денег в указанном размере, то найдет другого поставщика угля. А.С.Н. согласился с предложением Д.Е.А. Во исполнение единого преступного умысла, Д.Е.А. дал указание подчиненным ему специалистам материально-технического отдела и сбыта продукции (далее - МТО) Центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-*** подготовить на основании коммерческого предложения с экономически выгодной ценой за тонну угля от ИП А.С.Н. и двух формальных коммерческих предложений, к заключению с ИП А.С.Н. государственных контрактов на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** на 2013 год. Подготовленные контракты, Д.Е.А., как курирующий заместитель начальника учреждения, в соответствии с п.4.10 Приказа ФСИН РФ от 18 августа 2005 года *** «О правовом обеспечении деятельности ФСИН России», согласовывал путем подписания листов согласования к контрактам. Таким образом, Д.Е.А. совершил в пользу взяткодателя ИП А.С.Н. действия, входящие в его служебные полномочия. Указанные действия Д.Е.А. в последующем повлекли заключение заказчиком ФКУ ИК-*** в лице начальника ФКУ ИК-*** А.И.В. и исполняющего обязанности начальника данного учреждения Б.А.В., в соответствии со ст.55.2 ФЗ от 21 июля 2005 года № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, оказание услуг для государственных и муниципальных служб» государственных контрактов на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** с ИП А.С.Н.: *** от 28 февраля 2013 года в количестве 2 626, 64 тонн по цене 2 300 руб. за тонну, на общую сумму 6 041 272, 00 руб.; *** от 21 августа 2013 года в количестве 434, 8 тонны по цене 2 300 руб. за тонну, на общую сумму 1 000 040 руб.; *** от 25 ноября 2013 года в количестве 356, 95 тонн по цене 2 300 руб. за тонну, на общую сумму 820 985 руб.; *** от 06 декабря 2013 года в количестве 383, 66 тонн по цене 2 300 руб. за тонну, на общую сумму 882 418 руб.. После того, как ИП А.С.Н. получил в качестве расчета за поставленный уголь 6 041 272 руб., Д.Е.А., реализуя свой преступный умысел, направленный на получение взятки, в конце декабря 2013 года, после самостоятельно произведенных расчетов, предложил А.С.Н. передать ему взятку в сумме 500 000 руб. за совершение им в пользу ИП А.С.Н., действий, входящих в его должностные полномочия, путем перевода денежных средств на расчетный счет своего отца Д.А.В., открытый в ПАО «***». 25 декабря 2013года, ИП А.С.Н., находясь в операционном офисе «Юргинский» филиала ПАО «***» в ***, расположенного по адресу: *** перевел безналичным способом на расчетный счет Д.А.В. в ПАО «***» денежные средства в сумме 500 000 руб., которые были получены лично Д.Е.А. в период с 27 декабря 2013 года по 10 января 2014 года. Таким образом, Д.Е.А. лично получил от А.С.Н. взятку в виде денег в сумме 500 000 руб. за совершение им действий в пользу ИП А.С.Н., входящих в его служебные полномочия. Продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на получения взятки в виде денег от ИП А.С.Н., за заключенные с ним государственные контракты по поставке каменного угля в ФКУ ИК-***, Д.Е.А., действуя умышленно, из корыстных побуждений, дал указание подчиненным ему специалистам МТО центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-*** подготовить на основании коммерческого предложения с экономически выгодной ценой за тонну угля от А.С.Н. и двух формальных коммерческих предложений, к заключению с ИП А.С.Н. государственного контракта на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** на 2014 год. Подготовленный контракт, Д.Е.А., как курирующий заместитель начальника учреждения, в соответствии с п.4.10 Приказа ФСИН РФ от *** *** «О правовом обеспечении деятельности ФСИН России», согласовал путем подписания листа согласования к контракту. Таким образом, Д.Е.А. совершил в пользу ИП А.С.Н. действия, входящие в его служебные полномочия. Указанные действия Д.Е.А. в последующем повлекли заключение заказчиком ФКУ ИК-*** в лице исполняющего обязанности начальника учреждения Б.А.В., государственного контракта на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** с ИП А.С.Н. *** от *** в количестве 2 567.34 тонн по цене 2 400 руб. за тонну, на общую сумму 6 161 616.00 руб.. После того, как ИП А.С.Н. в период с *** по *** получил в качестве расчета за поставленный уголь 2 784 000.00 руб., Д.Е.А., реализуя свой преступный умысел, направленный на получение взятки, в конце апреля 2014 года, после самостоятельно произведенных расчетов, предложил А.С.Н. передать ему взятку за первый квартал 2014 года в сумме 150 000 руб. за совершение им в пользу ИП А.С.Н. действий, входящих в его служебные полномочия, путем перевода денежных средств на расчетный счет своего отца Д.А.В., открытый в ПАО «***». ***, ИП А.С.Н., находясь в операционном офисе «Юргинский» филиала ПАО «***» в ***, расположенном по адресу: *** перевел безналичным способом на расчетный счет Д.А.В. в ПАО «***» денежные средства в сумме 150 000 руб., которые были получены лично Д.Е.А. в период с *** по ***. Таким образом, Д.Е.А. лично получил от А.С.Н. взятку в виде денег в сумме 150 000 руб. за совершение в пользу ИП А.С.Н. действий, входящих в его служебные полномочия. Продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на получения взятки в виде денег от ИП А.С.Н., за заключенные с ним государственные контракты по поставке каменного угля в ФКУ ИК-***, Д.Е.А., действуя умышленно, из корыстных побуждений, дал указание подчиненным ему специалистам МТО центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-*** подготовить на основании коммерческого предложения с экономически выгодной ценой за тонну угля от ИП А.С.Н. и двух формальных коммерческих предложений, к заключению с ИП А.С.Н. государственные контракты на поставку каменного угля в ФКУ ИК-4*** год. Подготовленные контракты Д.Е.А., как курирующий заместитель начальника учреждения, согласовал путем подписания листов согласования к контрактам. Таким образом, Д.Е.А. совершил в пользу ИП А.С.Н. действия, входящие в его служебные полномочия. Указанные действия Д.Е.А. в последующем повлекли заключение заказчиком ФКУ ИК-*** в лице начальника учреждения Т.В.В., в соответствии с п. 12. ч.1 ст. 93 ФЗ от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных служб», государственных контрактов на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** с ИП А.С.Н. *** от 30 марта 2015 года в количестве 1 064 тонны по цене 2 400 руб. за тонну, на общую сумму 2 553 600 руб.; *** от 17 августа 2015 года в количестве 190,6 тонн по цене 2 400 руб. за тонну, на общую сумму 457 440 руб.; *** от 12 октября 2015 года в количестве 87 тонн по цене 2 400 руб. за тонну, на общую сумму 208 800 руб.; *** от 02 ноября 2015 года в количестве 477 тонн по цене 2 400 руб. за тонну, на общую сумму 1 144 800 руб.; *** от 23 декабря 2015 года в количестве 525 тонн по цене 2 400 руб. за тонну, на общую сумму 1 260 800 руб. После того, как ИП А.С.Н., в период с 10 апреля 2015 года по 31 декабря 2015 года получил в качестве расчета за поставленный уголь 5 624 640.00 руб., Д.Е.А., реализуя свой преступный умысел, направленный на получение взятки, в январе 2016 года, после самостоятельно произведенных расчетов, предложил А.С.Н. передать ему взятку в сумме 330 000 руб. за совершение им в пользу ИП А.С.Н. действий, входящих в его служебные полномочия. ИП А.С.Н., испытывая дефицит оборотных средств, попросил Д.Е.А. перенести срок расчета на первую половину 2016 года, т.е. после того, как ФКУ ИК-*** заключит с ним государственные контракты на поставку угля на 2016 год и произведет расчет за поставленный по контрактам уголь в первом квартале 2016 года, получив согласие Д.Е.А.. Продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на получения взятки в виде денег от ИП А.С.Н., за заключенные с ним государственные контракты по поставке каменного угля в ФКУ ИК-*** Д.Е.А., действуя умышленно, из корыстных побуждений, дал указание подчиненным ему специалистам МТО Центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-*** подготовить на основании коммерческого предложения с экономически выгодной ценой за тонну угля от ИП А.С.Н. и двух формальных коммерческих предложений к заключению с ИП А.С.Н. государственных контрактов на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** на 2016 год. Подготовленные контракты, Д.Е.А., как курирующий заместитель начальника учреждения, согласовывал путем подписания листов согласования к контрактам. Таким образом, Д.Е.А. совершил в пользу ИП А.С.Н. действия, входящие в его служебные полномочия. Указанные действия Д.Е.А. в последующем повлекли заключение заказчиком ФКУ ИК-*** в лице ВРИО начальника ФКУ ИК-*** Т.А.С., в соответствии со ст. 93 Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных служб» государственных контрактов на поставку каменного угля в ФКУ ИК-*** с ИП А.С.Н.: *** от 18 апреля 2016 года в количестве 13 тонн по цене 2 500 руб. за тонну, на общую сумму 32 500 руб.; *** от 18 апреля 2016 года в количестве 648 тонн по цене 2 500 руб. за тонну, на общую сумму 1 620 000 руб.; *** от 29 апреля 2016 года в количестве 151 тонна по цене 2 500 руб. за тонну, на общую сумму 377 500 руб.. Продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на получение взятки в виде денег от ИП А.С.Н., Д.Е.А., опасаясь, что, размещенные ФКУ ИК-*** в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок России запросы котировок на поставку угля: *** от 19 апреля 2016 года в количестве 191 тонна по цене 2 616.67 руб. за тонну, на общую сумму 499 783.97 руб. и *** от 20 апреля 2016 года в количестве 191 тонна по цене 2 616.67 руб. за тонну, на общую сумму 499 783.97 руб., может выиграть другой поставщик угля, а не ИП А.С.Н., в нарушение положений Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд», используя свое должностное положение, путем уговоров склонил начальника МТО К.Н.В. и других специалистов указанного отдела, не догадывавшихся о его преступном намерении, совершить незаконные действия, а именно, отменить 26 апреля 2016 года запросы котировок по надуманному предлогу - отсутствие бюджетного финансирования. Тем самым, способствовал совершению незаконных действий в пользу ИП А.С.Н. После того, как ИП А.С.Н. 26 апреля 2016 года получил расчет за уголь, поставленный им по контракту *** от ***, путем перечисления на его расчетный счет в ПАО «***» денежных средств в сумме 1 620 000 руб., Д.Е.А., реализуя свой преступный умысел, направленный на получение взятки, в конце апреля 2016 года, после самостоятельно произведенных расчетов, предложил А.С.Н. передать ему через посредника К.Л.Н. взятку из прибыли за первый квартал 2016 года в виде денег в размере 330 000 руб., за совершение им в 2015-2016 годах в пользу ИП А.С.Н. действий, входящих в его служебные полномочия и за способствование незаконным действиям. *** в период с 14 до 14.40 часов ИП А.С.Н., находясь в своем рабочем офисе, расположенном по адресу: ***, по указанию Д.Е.А., передал тому через посредника К.Л.М. взятку в виде денег в сумме 330 000 руб. за совершение Д.Е.А. действий, входящих в его служебные полномочия и за способствование незаконным действиям, в результате которых в 2015-2016 годах государственные контракты на поставку угля заключались ФКУ ИК-*** с ИП А.С.Н.. Таким образом, Д.Е.А., являясь должностным лицом ФКУ ИК-***, в период с *** по ***, имея единый преступный умысел на получение взятки в виде денег лично и через посредника, за совершение в пользу взяткодателя ИП А.С.Н., действий, входящих в его служебные полномочия, за способствование, в силу своего должностного положения, совершению незаконных действий, повлекших в последующем заключение государственных контрактов на поставку угля в ФКУ ИК-*** с ИП А.С.Н., действуя умышлено, из корыстных побуждений, получил от последнего взятку лично в сумме 650 000 руб., и через посредника К.Л.Н. в сумме 330 000 руб., а всего на общую сумму 980 000 руб., что является крупным размером. Размер взятки, полученной Д.Е.А. лично от А.С.Н. в размере 650 000 руб. и через посредника К.Л.Н. в размере 330 000 руб., нашел подтверждение приговором Юргинского городского суда ***. Впоследствии незаконно полученные в качестве взятки от А.С.Н. денежные средства в размере 650 000 руб. Д.Е.А. распорядился по собственному усмотрению. Незаконно полученные в качестве взятки через посредника К.Л.Н. денежные средства в размере 330 000 руб. были изъяты сотрудниками УФСБ. Кроме того, факт передачи А.С.Н. Д.Е.А. денежных средств в размере 650 000 руб. подтверждаются копиями платежных поручений *** от 25 декабря 2013 года и *** от 23 апреля 2014 года, выпиской по счету ИП А.С.Н. за период с 20 сентября 2013 года по 21 октября 2016 года, подтверждается факт перевода с расчетного счета ИП А.С.Н., открытом в филиале ОАО «***», на расчетный счет Д.А.В.(отца Д.Е.А.), открытом в отделении *** *** денежных средств в размере: 25 декабря 2013 года - 500 000 руб., 23 апреля 2014 года - 150 000 руб.. В качестве оснований оплаты указано - за грузоперевозки. Выпиской по счету Д.А.В., открытому в отделении *** ПАО «***», подтверждается зачисление на его счет денежных средств со счета ИП А.С.Н.: 25 декабря 2013 года - 500 000 руб., снятых наличными через банкоматы в период с 27 декабря 2013 года по 10 января 2014 года; 23 апреля 2014 года – 150 000 руб., снятых наличными через банкоматы, в период с 25 по 29 апреля 2014 года. Приговором Юргинского городского суда *** от 28 апреля 2018 года установлено, что Д.Е.А., являясь должностным лицом, действуя с прямым умыслом, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих действий, получил лично от А.Н.С. взятки в виде денег в общей сумме 650 000 руб. за оказание помощи по заключению с А.Н.С. государственных контрактов на поставку угля для нужд ФКУ ИК-***. Следовательно, между сторонами (взяткополучателем и взяткодателем) достигнуто соглашение о совершении Д.Е.А. действий, входящих в круг его должностных обязанностей, в пользу взяткодателя, за что последний и передал ему денежные средства. Указанные действия А.Н.С. по передаче денежных средств, с одной стороны, и Д.Е.А. по их получению, с другой стороны, направленные на получение обоюдной выгоды, полностью подпадают под понятие сделки, предусмотренное ст. 153 Гражданского кодекса РФ. Сделка исполнена обеими сторонами. Первой стороной сделки является Д.Е.А., зарегистрированный по адресу: ***, фактически проживающий по адресу: ***. Второй стороной сделки является А.С.Н. зарегистрированный по адресу: ***, ***, ***. Таким образом, правоотношения между Д.Е.А. и А.С.Н. по даче-получению взятки квалифицируются в качестве сделки, поскольку получение взятки является по своей гражданско-правовой форме сделкой по передаче денежной суммы или иного имущества в качестве встречного предоставления за совершение второй стороной фактических или юридических действий. Противоправность данного действия приводит к применению наказания в рамках уголовно-процессуального законодательства, а юридическая судьба такой сделки – в рамках гражданского процесса. Следовательно, между сторонами (взяткополучателем и взяткодателем) достигнуто соглашение о совершении Д.Е.А. действий, входящих в круг его должностных обязанностей, в пользу взяткодателя, за что последний и передал ему денежные средства. Факт исполнения вышеуказанных сделок обеими сторонами сделки подтвержден вступившим в силу приговором суда от 28 апреля 2018 года, полученными денежными средствами ФИО1 распорядился по своему усмотрению. Таким образом, сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные ст.167 Гражданского кодекса РФ. С учетом изложенного умысел на совершение сделки, противоречащей основам правопорядка и нравственности имели обе стороны, деньги по каждой сделке были переданы ответчику другой стороной и незаконно получены ответчиком, в связи с чем, в данном случае подлежит применению ч.2 ст. 169 Гражданского кодекса РФ, предусматривающей специальные (конфискационные) последствия недействительности антисоциальной сделки с взысканием с ответчика в доход Российской Федерации полученных им денежных средств. С учетом положений ст.61 Гражданского процессуального кодекса РФ, данные эпизоды передачи-получения взятки в период времени с 25 декабря 2013 года по 23 апреля 2014 года в общей сумме 650 000 руб. в ходе уголовного судопроизводства судом были установлены. Признание лица виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.290 Уголовного кодекса РФ, предполагает установление факта получения денежных средств за совершение незаконных действий. В соответствии с ч.4 ст.61 Гражданского процессуального кодекса РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Таким образом, получение ответчиком Д.Е.А. денежных средств в качестве взятки носит антисоциальный характер, и является ничтожной сделкой, поскольку соответствующие действия взяткодателей и взяткополучателя совершены с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, что свидетельствует о наличии гражданско-правовых отношений. Кроме того, по данной сделке денежные средства переданы только одной стороной, последствием сделки является взыскание полученных Д.Е.А. денежных средств в доход Российской Федерации. Статьей 104.1 Уголовного кодекса РФ предусмотрена возможность конфисковать (принудительно безвозмездно изъять и обратить в собственность государства) у обвиняемого имущество в виде денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения преступлений, предусмотренных, в том числе и ст. 290 Уголовного кодекса РФ на основании обвинительного приговора суда. Вопрос о такой конфискации подлежит обязательному разрешению при постановлении приговора в силу п. 10.1 ч.1 ст.299, ст.307 Уголовно-процессуального кодекса РФ. В ходе разбирательства по уголовному делу в отношении Д.Е.А. вопрос о конфискации денежных средств, полученных в виде взяток, в порядке п.«а» ч.1 ст. 104.1 Уголовного кодекса РФ не разрешался, что подтверждается содержанием приговора Юргинского городского суда Кемеровской области от 28 апреля 2018 года. Данные обстоятельства связаны с тем, что в ходе уголовного разбирательства по делу денежные средства, полученные Д.Е.А. от А.Н.С. в виде взяток, не были обнаружены и не изымались. Таким образом, возможность конфискации предмета взятки в порядке уголовного судопроизводства в настоящее время утрачена. Вместе с тем, в соответствии с п.п. 1, 3 ст. 169 Гражданского кодекса РФ - сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. При наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитающееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации. Исходя из общих положений Гражданского кодекса РФ (статьи 128, 140), денежные средства являются вещами, обладающими родовыми признаками. Соответственно, отсутствие у Д.Е.А. денежных банкнот, являющихся предметом взятки, не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее возможность взыскания денежной суммы взятки (нарицательной стоимости этих банкнот). Кроме того, в отсутствие возможности применения п.4.1 ч.1 ст.81 Уголовно-процессуального кодекса РФ (денежные банкноты вещественным доказательством по уголовному делу не признавались и не изымались), Д.Е.А., заключивший сделку с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, должен нести гражданско-правовую ответственность в виде взыскания полученного по ней в доход государства. Особенность признания взятки как недействительной сделки заключается в том, что факт совершения такой сделки должен быть подтвержден соответствующим судебным актом, в данном случае приговором суда. Поскольку в отношении Д.Е.А. приговор, устанавливающий факт совершения взятки, вступил в законную силу, то только с указанного времени государство в лице своих уполномоченных органов могло узнать о совершении указанной сделки. Прокурор просит признать сделки по получению дохода преступным путём в результате взятки в общей сумме 650 000 руб., совершённые между Д.Е.А. и А.Н.С. в период с 25 декабря 2013 года (500 000 руб.) и 23 апреля 2014 года (150 000 руб.) недействительными, в силу их ничтожности в связи с совершением с целью, противоправной основам правопорядка и нравственности; применить последствия недействительности ничтожных сделок, совершенных между Д.Е.А. и А.Н.С. в виде взыскания с Д.Е.А. в доход Российской Федерации денежных средств в сумме 650 000 руб..

В судебном заседании помощник прокурора Кыргыс А.В. настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель материального истца Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области в суд не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом (л.д.100), представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие и письменные объяснения по заявленным требованиям (л.д.69-71), в которых указал, что согласно действующему законодательству Министерство финансов РФ, не являясь непосредственным причинителем вреда, может выступать в качестве процессуального участника в судебных инстанциях исключительно в случаях, предусмотренных законом. Исчерпывающий перечень таких случаев определен ст.ст. 1069-1070 Гражданского кодекса РФ, предусматривающими возмещение вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами либо незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Особенность процессуального участия в этих случаях состоит в том, что источником возмещения вреда служит соответственно казна Российской Федерации, казна субъекта РФ или казна муниципального образования. В данном случае речь идет о взыскании с виновного в преступлении лица денежных средств в доход Российской Федерации. Пунктом 1 ст. 40 Бюджетного кодекса РФ предусмотрено, что доходы от федеральных налогов и сборов, региональных налогов, местных налогов и сборов, страховых взносов на обязательное социальное страхование, иных обязательных платежей, других поступлений, являющихся источником формирования доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, зачисляются на счета органов Федерального казначейства для их распределения этими органами в соответствии с нормативами, установленными настоящим Кодексом, законом (решением) о бюджете и иными законами субъектов РФ и муниципальными правовыми актами. В соответствии с пунктом 1 статьи 41 Бюджетного кодекса РФ к доходам бюджетов относятся, в т.ч. неналоговые доходы, т.е. средства, полученные в результате применения мер гражданско-правовой, административной и уголовной ответственности, в т.ч. штрафы, конфискации, компенсации, а также средства, полученные в возмещение вреда, причиненного Российской Федерации, субъектам РФ, муниципальным образованиям и иные суммы принудительного изъятия. Полномочия администратора доходов бюджета установлены в пункте 2 статьи 160.1 Бюджетного кодекса РФ, среди которых осуществление начисления, учета и контроля за правильностью начисления, полнотой и своевременностью осуществления платежей в бюджет, пеней и штрафов по ним. Бюджетные полномочия администраторов доходов бюджетов осуществляются в порядке, установленном законодательством РФ, а также в соответствии с доведенными до них главным администратором доходов бюджета, в ведении которых они находятся, правовыми актами, наделяющих их полномочиями администратора доходов бюджета. В случае удовлетворения исковых требований в исполнительном документе подлежат указанию данные о том, в пользу какого уровня бюджета подлежат взысканию денежные средства, а также орган, осуществляющий полномочия администратора доходов по данному виду доходов с указанием кода бюджетной классификации (л.д. 71-72).

Ответчик Д.Е.А. возражал против удовлетворения иска, пояснив, что в 2011 году им, К.Л.М. и А.Н.С. была организована совместная фирма по изготовлению металлоконструкций ООО ТД «*** после ликвидации которой учредили ООО «***», а вместо него в 2013 году ООО «***». Все вопросы, связанные с развитием фирмы и распределением прибыли решались ими совместно. Оборудование фирмы закупалось на деньги К.Л.М. и его, а так же на прибыть от деятельности, которая делилась на троих. В 2012 году он предложил А.С.Н. и К.Л.М. заняться поставкой угля для колонии. Промониторив цены на рынке поставок угля, он пришел к выводу, что средняя цена за тонну угля составляет 2 500 руб.. Для этих целей в банке был оформлен кредит, который гасился исключительно из прибыли, полученной за поставку угля. В период с 2012 по 2014 годы все деньги от прибыли от поставки угля уходили на гашение кредита. Все вопросы по деятельности фирмы решались исключительно ими втроем: им, К.Л.М. и А.С.Н., работа фирмы также не разделялась. Никаких денег от А.С.Н. он не получал. На предварительном следствии он не признавал получение взятки и только перед вынесением приговора адвокат А.Д.М. убедил его признать вину в целях, якобы возможного назначения ему условного наказания. Впоследствии его родителями в адвокатскую палату подавалась жалоба на действия адвоката А.Д.М. Знает со слов своего отца Д.А.В., что тот занимал деньги А.С.Н.. Сам он никогда банковской картой своего отца не пользовался, реквизитов ее не имел и никому их не передавал, т.к его отец никому не доверял свою банковскую карту. Просил отказать Юргинскому прокурору в заявленных исковых требованиях в полном объеме.

Представитель ответчика Д.Е.А. – адвокат Л.М.А., действующая на основании ордера *** от *** (л.д.90), возражала против удовлетворения заявленных требований, пояснив, что, несмотря на вступивший в силу приговор суда, им не установлено, что Д.Е.А. лично получил денежные средства в виде взятки от А.С.Н. в сумме 650 000 руб.. Между К.Л.М., А.С.Н. и Д.Е.А. существовала договоренность о совместной деятельности, в том числе на поставку угля, в рамках осуществления которой каждый из них выполнял свою роль. Д.Е.А., как должностное лицо, имел доступ к различным сведениям, в т.ч. знал, когда приходили деньги, какие документы необходимо было предоставить для заключения контракта. Фактически совместная деятельность А.С.Н., Д.Е.А. и К.Л.М. была организована гораздо раньше, чем началась поставка угля в колонию. Поскольку денег у их совместной фирмы ООО «***» не было, то для начала поставки угля в банке оформлялся кредит на сумму 1 000 000 руб., на которые был приобретен уголь для его поставки в колонию. Никаких преимуществ Д.Е.А., А.С.Н. или К.Л.М. не предоставлялось. Уголь закупался, в том числе за деньги ООО «*** поступившие деньги за уголь шли на счет ИП А.С.Н., поскольку контракт для наименьшего налогообложения был заключен с ИП А.С.Н.. Денежные суммы, о которых идет речь в исковом заявлении, Д.Е.А. от А.С.Н. не получал. Отец ответчика Д.А.В., как индивидуальный предприниматель и А.С.Н. имели свои общие дела и те денежные суммы, которые А.С.Н. перечислял на счет Д.А.В. не предназначались для Д.Е.А., т.к. это был расчет А.С.Н. по займу у Д.А.В.. Факт неполучения Д.Е.А. этих денег подтверждается его показаниями на предварительном следствии и на протяжении судебного процесса по уголовному делу, только перед приговором Д.Е.А. изменил показания на признательные в целях получения более мягкого наказания. Просила суд в иске Юргинскому межрайонному прокурору отказать в полном объеме. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, на стороне ответчика, А.С.Н., привлеченный к участию в деле определением Юргинского городского суда *** от 15 января 2019 года (л.д. 81), в суд не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, в телефонограмме просил о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 155), ранее в судебном заседании 05 февраля 2019 года не возражал против удовлетворения иска, пояснив, что им перечислялись денежные средства на банковский счет Д.А.В. для последующего их получения Д.Е.А.. Реквизиты счета Д.А.В. ему стали известны от ответчика Д.Е.А., которому на тот момент, как государственному служащему нельзя было переводить деньги на его счет. Данные денежные суммы переводились им в качестве благодарности за то, что исправительным учреждением с ним, как с индивидуальным предпринимателем, заключались контракты на поставку угля. Сумма, которую он должен был отдать Д.Е.А., заранее с ним оговаривалась. Никаких письменных договоров с отцом ответчика Д.А.В. у него не было. Д.Е.А. участия в поставке угля не принимал, он только все контролировал со своей стороны по заключения контрактов: помогал их заключать; отменял торги, если кто-то еще хотел участвовать в них; обеспечивал выигрыш тендера ИП А., с которым заключались контракты с выгодным для него, как поставщика, условиями. Суммы, которые он переводил 500 000 руб. и 150 000 руб. на счет Д.А.В., составляли третью часть прибыли от поставки угля в колонию (л.д. 109об-111). 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля Д.А.В., исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований Юргинского межрайонного прокурора в полном объеме, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 169 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

В силу положений статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (пункт 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, статья 169 Гражданского кодекса РФ направлена на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения соответствующих антисоциальных сделок (определения от 23 октября 2014 года № 2460-О, от 24 ноября 2016 года № 2444-О и др.) и позволяет судам в рамках их полномочий на основе фактических обстоятельств дела определять цель совершения сделки (определение от 25 октября 2018 года № 2572-О, определение от 20 декабря 2018 года № 3301-О).

При этом сохранение в пользовании виновного лица денег, ценностей и иного имущества, полученных в результате совершения им преступления, потенциально способствовало бы такому общественно опасному и противоправному поведению, а потому противоречило бы достижению задач Уголовного кодекса РФ (часть первая статьи 2) (определение Конституционного Суда РФ от 26 ноября 2018 года № 2855-О). Предусмотренные статьей 167 Гражданского кодекса РФ последствия недействительных сделок не равнозначны штрафу как виду уголовного наказания, который согласно части первой статьи 46 Уголовного кодекса РФ представляет собой денежное взыскание, назначаемое в пределах, предусмотренных этим Кодексом. Соответственно, взыскание на основании взаимосвязанных положений статей 167 и 169 Гражданским кодексом РФ в доход Российской Федерации суммы, полученной в результате получения взятки, не является наказанием за совершенное преступление, а обусловлено недействительностью сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности.

В пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с целью, указанной в ст. 169 Гражданского кодекса РФ, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. Для применения ст. 169 Гражданского кодекса РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

На основании этого действия ответчика по получению взятки могут быть квалифицированы в качестве сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, поскольку они посягают на значимые охраняемые законом объекты, нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Как установлено в судебном заседании, приговором Юргинского городского суда Кемеровской области от 28 апреля 2018 года с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от 13 сентября 2018 года Д.Е.А. признан виновными в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.5 ст. 290 Уголовного кодекса РФ (л.д.5-26, 122-130).

Указанным приговором установлено, что Д.Е.А., занимая должность заместителя начальника ФКУ ИК-41 – директора Центра трудовой адаптации осужденных, осуществляя в нем организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, являясь должностным лицом и, действуя умышленно, из корыстных побуждений, лично и через посредника получил от А.С.Н. взятку в виде денег в размере 980 000 руб. за совершение в пользу ИП А.С.Н.: законных действий, входящих в его служебные полномочия, а именно: давал указания подчиненным ему сотрудникам МТО, на основании коммерческого предложения от ИП А.С.Н. и двух других – формальных, подготовить к заключению с ИП А.С.Н. государственных контрактов на поставку угля, согласовывал данные контракты путем подписания листов согласования к контрактам; за способствование совершению незаконных действий, а именно: путем убеждений склонил начальника и других специалистов МТО, не осведомленных о его преступном умысле, незаконно отменить запросы котировок на поставку угля по надуманному основанию. Поскольку подсудимый получил взятку в сумме 980 000 руб., что в соответствии с примечанием 1 к статье 290 Уголовного кодекса РФ признается крупным размером взятки, то он совершил получение взятки в крупном размере (л.д. 24об-25).

Согласно ч. 2 и 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, недопустимо игнорирование в гражданском процессе выводов по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, содержащихся во вступившем в законную силу приговоре, иначе это привело бы к фактическому преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра.

Приговором Юргинского городского суда *** от *** дана правовая оценка показаниям Д.Е.А. о совместном бизнесе по поставке угля и получением от А.С.Н. его долей в совместном бизнесе (л.д. 23об-24).

Платежным поручением от *** *** ИП А.С.Н. из Юргинский» филиала ПАО «***» переведено безналичным способом на расчетный счет Д.А.В. в ПАО «***» денежные средства в сумме 500 000 руб. с указанием назначения платежа «сч. 21 от *** за грузоперевозки» (л.д.43).

Платежным поручением от *** *** ИП А.С.Н. из Юргинский» филиала ПАО «***» переведено безналичным способом на расчетный счет Д.А.В. в ПАО «***» денежные средства в сумме 150 000 руб. с указанием назначения платежа «сч 17 от 21 апреля 2014 года за грузоперевозки» (л.д.44).

Выписками по счету А.С.Н. подтверждаются переводы на счет корреспондента *** - 23 апреля 2014 года 150 000 руб. с пометкой «за грузоперевозки» и *** 500 000 руб. с пометкой «за грузоперевозки» (л.д.45-51).

Выписками по счетам Д.А.В. подтверждаются зачисления на его счет денежных сумм по платежным поручениям от А.С.Н. (л.д.52-57). 

Доказательств наличия между ИП А. и Д.А.В. договоров грузоперевозки, ответчиком и его представителем суду в порядке ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не предоставлено.

Из материалов дела видно, что все стороны сделок действовали умышленно, с целью, обозначенной в ст. 169 Гражданского кодекса РФ; сделки были исполнены; полученные денежные средства ответчик израсходовал в своих интересах.

Довод ответчика и его представителя о том, что между А.С.Н. и Д.А.В. был заключен договор займа на сумму 600 000 руб. с выплатой процентов за пользование займом в размере 50 000 руб., не нашел своего подтверждения в судебном заседании.

Судом в ходе уголовного судопроизводства дана правовая оценка показаниям свидетеля Д.А.В. о том, что перечисленные А.С.Н. на его банковскую карту 500 000 руб. и 150 000 руб. предназначались для его сына и были ему переданы (л.д. 24).

Таким образом, действия ответчика Д.Е.А. по получению взятки в сумме 650 000 руб. (500 000 руб. + 150 000 руб. = 650 000 руб.) могут быть квалифицированы в качестве сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, поскольку они посягают на значимые охраняемые законом объекты, нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что имеются правовые основания для признания недействительными сделки по получению Д.Е.А. от А.С.Н. денежных средств в размере 500 000 руб. и 150 000 руб. на общую сумму 650 000 руб.; применения последствий недействительности ничтожных сделок путем взыскания с Д.Е.А. в бюджет Российской Федерации денежных средств в размере 650 000 руб., в связи с чем исковые требования Юргинского межрайонного прокурора подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчика Д.Е.А. в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 9 700 руб. ((650 000 руб. – 200 000 руб.) * 1% + 5 200 руб. = 9 700 руб.). 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск Юргинского межрайонного прокурора в интересах Российской Федерации к Д.Е.А. о применении последствий недействительности сделки – удовлетворить в полном объеме.

Признать недействительными сделки по получению Д.Е.А. от А.С.Н. денежных средств в размере 500 000 руб. и 150 000 руб. на общую сумму 650 000 руб.

Взыскать с Д.Е.А. в доход федерального бюджета денежную сумму в размере 650 000 руб. (шестьсот пятьдесят тысяч руб. 00 коп), применив последствия недействительности ничтожных сделок, совершенных между Д.Е.А. и А.С.Н.

Взыскать с Д.Е.А. в доход местного бюджета госпошлину в размере 9 700 руб. (девять тысяч семьсот руб. 00 коп.).

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме с подачей жалобы через Юргинский городской суд Кемеровской области.

Председательствующий: О.В. Каминская

Решение в окончательной форме изготовлено «04» марта 2019 года.