Дело № 2-1554/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 ноября 2019 года город Тверь

Московский районный суд города Твери в составе

председательствующего судьи Лискиной Т.В.,

при секретаре Ахмеди В.Е.,

с участием истца ФИО5 и представителя истца адвоката Прокудиной О.П.,

представителя ответчика адвоката Маркова М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки, 

У с т а н о в и л :

ФИО5 обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, к ФИО6 о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от 12 июля 2019 года недействительным в связи с заключением под влиянием существенного заблуждения; применении последствий недействительности ничтожных сделок: признании недействительной записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, признании права собственности на спорную квартиру за ФИО5

В обоснование заявленных исковых требований указано, что истец являлся собственником указанный выше квартиры на основании договора дарения от 17.08.1993 года. В начале июля 2018 года истец познакомился с ФИО7, которая изъявила желание заключить договор найма комнаты в квартире истца. При этом ФИО7 сообщила, что желает заключить договор на срок 12 месяцев с обязательной регистрацией в МФЦ, подготовкой документов займется ее юрист и нотариус ФИО8 12 июля 2018 года в здании МФЦ, расположенном по адресу: 

<

...>, в присутствии ФИО8 и ФИО7 истец подписал документы, будучи уверенным, что подписывает договор найма комнаты. После подписания договора найма ФИО7 проживала в арендуемой комнате несколько дней и выехала по семейным обстоятельствам. В феврале 2019 года истец обратился в суд с требованием о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры. В процессе рассмотрения гражданского дела было установлено, что собственником квартиры является ФИО6 Согласно выписке право собственности перешло к ФИО6 на основании договора купли-продажи, зарегистрированного 19.07.2018 года. Однако Истец с ФИО6 не знаком, договора купли-продажи квартиры не заключал, денежных средств не получал. Копия договора купли-продажи истцом получена в Управлении Росреестра, текст абсолютно нечитаемый. Таким образом, истец был введен в заблуждение, поскольку думал, что заключил с ФИО7 договор найма. Намерения продавать спорную квартиру не имел. Воля была направлена именно на заключение договора найма квартиры, а не на ее отчуждение – продажу, при этом волеизъявление истца не соответствовало его воле. Ответчик и третьи лица воспользовались его доверием, а также плохим состоянием здоровья в день заключения сделки. Спорная квартира – единственное жилье истца. ФИО6 не является добросовестным приобретателем, поскольку до настоящего времени квартира находится в пользовании и владении истца. ФИО5 продолжает жить в спорной квартире, несет бремя содержания, в то время как ФИО6 ни разу не приходила в спорную квартиру, не предпринимала попыток въехать в спорную квартиру, не оплачивает коммунальные платежи, что дает возможность усомниться в законности заключенного договора купли-продажи. 

Истец ФИО5 и его представитель адвокат Прокудина О.П. в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования в полном объеме с учетом уточнения, по обстоятельствам, изложенным в тексте иска, дополнив, что ответчика ФИО6 никогда не видел, с ней не встречался. С третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8, действующей согласно оспариваемого договора купли-продажи от имени ФИО6, встретился первый раз 12.07.2018 года в здании МФЦ. Ранее этой даты с ней истец не связывался, не общался, в спорную квартиру ФИО8 не приходила. 12.07.2018 года истец чувствовал себя плохо, болела голова, плохо соображал, не понимал, что происходит. Передавал свой паспорт ФИО8, которая была ему представлена ФИО7 как юрист, которая поможет заключить договор найма комнаты в квартире. Не помнит, чтобы передавал деньги для оплаты госпошлины за регистрационные действия. Ему давали ознакомиться с первым листом договора найма, затем дали ее копию. После чего подписывал предложенные ФИО8 договор и расписку, не читая. Помнит, что в МФЦ ставил подпись два раза. Кроме того, у истца плохое зрение. Деньги по договору купли-продажи от ФИО8 не получал. После сдачи документов по сделке на регистрацию, в МФЦ подъехали по просьбе истца сосед и двоюродная сестра. С ними выходил из здания МФЦ. В машину к ФИО8 не садился. Ключи от квартиры 

<

адрес> ей не передавал. После заключения сделки до настоящего времени проживает в спорной квартире, несет бремя ее содержания. Никаких претензий относительно освобождения жилого помещения и снятии с регистрационного учета от ответчика не поступало. 

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом в соответствии с требованиями ст.113 ГПК РФ, доверила представлять свои интересы представителю - адвокату Маркову М.В. 

Представитель ответчика адвокат Марков М.В. в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что, как следует из имеющихся в материалах дела документов, договор купли-продажи был заключен сторонами добровольно по собственной инициативе, без каких либо уговоров со стороны ответчика. Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8 действовала на основании доверенности от имени ответчика при заключении оспариваемой сделки. Она развешивала объявления о том, что хочет приобрести квартиру. По объявлению позвонил истец, предложил купить его квартиру. Стороны договорились о цене, деньги за продаваемую квартиру были получены истцом, что подтверждается распиской, подписанной истцом, согласно которой им 12.07.2018 года были получены денежные средства в размере 1 700 000 рублей в качестве полной оплаты за продаваемую квартиру по адресу: 

<

адрес>. В МФЦ истец добровольно собственноручно подписал все документы по совершенной сделке купли-продажи квартиры, получил на руки расписку, что сдал договор купли-продажи для регистрации в Управлении Росреестра по Тверской области. Оснований сомневаться в том, что ФИО5 понимал значение своих действий, не было. Факт нахождения ФИО5 в болезненном состоянии в момент заключения сделки, ничем не подтверждено. Из материалов регистрационного дела на спорную квартиру видно, что ФИО5 11.07.2018 года подписывал заявление о регистрации ранее возникшего у него права на спорную квартиру, однако о данном факте истец умалчивает. Представленная истцом в подтверждение своей воли копия первого листа договора найма комнаты не может являться доказательством, подтверждающим обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, поскольку содержит лишь подпись ФИО5, подлинник данного документа истцом не представлен. При заключении оспариваемой сделки ФИО5 расписывался в договоре купли-продажи два раза: в конце договора и при удостоверении вносимых исправлений относительно кадастрового номера квартиры. Кроме того, его подпись имеется на заявлении о регистрации договора. Указанные обстоятельства ставят под сомнение пояснения истца. На данный момент ответчик находится за границей, и поэтому выселять истца нет необходимости. Основания для признания сделки недействительной отсутствуют. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО8 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ. В ходе рассмотрения дела дала пояснения, что ответчик ФИО6 – ее сестра. В 2018 году она попросила третье лицо оказать содействие в продаже трехкомнатной квартиры в г. Твери и приобретении квартиры меньшей площади. С этой целью ею были развешены объявления. Через некоторое время по объявлению позвонил истец и пригласил посмотреть квартиру. Истец в спорной квартире проживал совместно с какой-то женщиной. За квартиру попросили много денег, однако через некоторое время истец снова позвонил, сказал, что может договориться по цене. Одновременно ФИО8 продавалась трехкомнатная квартира, принадлежащая сестре ФИО6. На 05.07.2018 года вышли на сделку по трехкомнатной квартире ответчика. Оформить договор купли-продажи с истцом договорились 11 июля 2018 года, но в банкомате была возможность снять лишь 1 миллион рублей, поэтому заключение договора перенесли на 12 июля 2018 года. 12 июля 2018 года были сняты со счета ещё 700 тысяч рублей. В ожидании своей очереди в МФЦ истец держал документы в руках, смотрел их, читал. Сотрудник МФЦ при приеме документов уточняла основания сделки, все проговаривала, потом проверила договор купли-продажи квартиры, передала, чтобы они его подписали. В присутствии регистратора были поставлены подписи сторон в договоре. Деньги истцом были получены в МФЦ: 1 миллион рублей до подписания договора, пока ждали очередь к регистратору, наличными денежными средствами; остальные 700 тысяч рублей были получены истцом после сделки в машине третьего лица. После этого истец написал расписку. В МФЦ ФИО5 приходил с женщиной, с которой проживал, она ему помогала.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, извещенная о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ по известному адресу места жительства, в судебное заседание не явилась, доказательств уважительности причин неявки в суд не представлено.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по Тверской области и ГАУ «МФЦ» г. Твери в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. 113 ГПК РФ. ГАУ «МФЦ» ходатайствовало о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

На основании положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав истца, представителей сторон, пояснения свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению. При этом суд исходит из следующего.

В силу части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, статей 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений. 

В соответствии со ст.2 Гражданского процессуального кодекса РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. 

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Кроме того, заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 ГПК РФ.

Из содержания указанных норм следует, что лицо, обращающееся в суд за защитой нарушенного права, должно доказать нарушение его субъективных прав или законного интереса и возможность восстановления этого права избранным способом защиты.

В силу п.2 ст.218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п.1 ст.223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Как следует из материалов гражданского дела, истец ФИО5 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения от 17.08.1993 года.

12 июля 2018 года истцом ФИО5 и ответчиком ФИО6 в лице представителя по доверенности ФИО8 был подписан договор купли-продажи квартиры, по условиям которого ФИО5 продал ФИО6, в лице представителя по доверенности ФИО8, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер №, состоящую из двух жилых комнат, общей площадью 50,8 кв. метра, а ФИО6 в лице представителя по доверенности ФИО8 приобрела данную квартиры. По соглашению сторон указанная квартира была продана за 1 700 000 рублей, которые продавец получил от покупателя до подписания договора купли-продажи. Получение денежных средств по договору подтверждено распиской от 12 июля 2018 года, подписанной ФИО5 и ФИО8, подлинник которой был представлен суду для обозрения. Факт подписания расписки истцом в судебном заседании не оспаривался.

Таким образом, сомневаться в волеизъявлении сторон у суда не имеется оснований. 

Как следует из материалов регистрационного дела Управления Росреестра по Тверской области на квартиру № 

<

адрес>, договор купли-продажи квартиры от 12.07.2018 года (далее Договор), а также заявления сторон о государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру к ответчику, поданные через филиал № 3 г. Твери ГАУ «МФЦ», были зарегистрированы Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области 19.07.2018 года, о чем свидетельствует соответствующий штамп на Договоре (т.1 л.д.35). 

Кроме того, 11.07.2018 года ФИО5 подавалось заявление в филиал №3 г. Твери ГАУ «МФЦ» о государственной регистрации ранее возникшего (до 31.01.1998 года) права собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> 

Истец просит признать договор купли-продажи квартиры 

<

адрес> от 12 июля 2018 года недействительным, совершенным под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение (ст. 178 ГК РФ).

В соответствии со ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка являться недействительной по основаниям, установленным Гражданским Кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу стать 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить все полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки ее предусмотрены законом.

Требование истца о признании Договора недействительным основываются на правовой норме, содержащейся в ст. 178 Гражданского Кодекса РФ, согласно которой сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ст. 178 Гражданского кодекса РФ, согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Согласно ст.57 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

На основании ст.59 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения дела.

В силу ст.60 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Бремя доказывания было разъяснено сторонам по делу как в ходе его подготовке, так и в судебном заседании.

Однако истцом не представлены относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о совершении им оспариваемой сделки под влиянием заблуждения.

Представленная им копия лишь первого листа договора найма жилого помещения от 12.07.2018 года, не содержащая подписи сторон, его заключающего, значительно отличается от первого листа подписанного им договора купли-продажи квартиры от 12.07.2018 года, на которой имеются подписи сторон, его заключившего.

Факт подписания истцом расписки от 12.07.2018 года по получении денежных средств по договору купли-продажи квартиры от 12.07.2018 года истцом относимыми и допустимыми доказательства не оспорен.

Допрошенные по ходатайству истца свидетели ФИО3 ФИО2 ФИО4., ФИО1 не были очевидцами заключения оспариваемого договора, а о совершении сделки узнали со слов истца. Свидетели ФИО3 и ФИО4 пояснили, что 12.07.2018 года по просьбе истца приехали в филиал № 3 г. Твери ГАУ «МФЦ» уже после совершения ФИО5 оспариваемой сделки и передачи документов по сделке на регистрацию. Знали о намерении истца подарить квартиру 

<

адрес> сыну, однако данное обстоятельство не имеет правового значения для рассматриваемого спора. Свидетель ФИО2 дала характеристику истца, пояснив, что, находясь в полном здравии, истец не пошел бы на заключение оспариваемой сделки. Свидетель ФИО1 являясь знаковой истца, узнала об оспариваемой сделке с его слов лишь летом 2019 года.

Доказательств того, что в момент заключения сделки 12.07.2018 года истец имел плохое самочувствие, суду не представлено.

Действия сторон после заключения договора купли-продажи, вопреки доводам истца и его представителя, не свидетельствуют о недобросовестности ответчика. ФИО6 зарегистрировала право собственности на спорную квартиру, договор, которому стороны придали силу передаточного акта, был подписан уполномоченными на его подписание сторонами, тем самым они подтвердили факт его исполнения. Истец получил денежные средства за квартиру.

Представленные истцом выписки о движении денежных средств по вкладам, открытым на имя ФИО5 в ПАО «Сбербанк России», за период с 11.07.2018 года по 11.07.2019 года не свидетельствуют об обратном, поскольку суду не представлены доказательств отсутствия счетов, открытых на имя ФИО5 в иных кредитных организациях, невозможности передачи денежных средств иным лицам, хранения их наличными. 

Довод о том, что ФИО6 с момента заключения договора купли-продажи не реализовала предусмотренные ст. 209 Гражданского кодекса РФ права владения и пользования приобретенным имуществом не свидетельствует о ее недействительности. Сторона вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. Данное право прямо предусмотрено положениями п. 2 ст. 209 ГК РФ.

Ссылка истца, что до настоящего времени в спорной квартире он зарегистрирован по постоянному месту жительства, тем самым им не был исполнен пункт 6 договора, содержащий в себе обязательство сняться с регистрационного учета до 30 сентября 2018 года, передать ключи и погасить все имеющиеся задолженности перед коммунальными службами, а ответчик не предъявляет требования относительно исполнения данного пункта договора, в данном случае, правового значения в рамках заявленных требований о признании сделки недействительной, не имеют.

Таким образом, требования истца о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от 12 июля 2018 года недействительным не подлежат удовлетворению.

Поскольку требования о применении последствий недействительности сделки в виде признания записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: г

<

адрес> и признании права собственности на спорную квартиры за истцом, являются производными от требований о признании договора купли-продажи от 12 июля 2018 года недействительным, правовые основания для их удовлетворения у суда также не имеются.

Согласно ч.1 ст.139 Гражданского процессуального кодекса РФ обеспечение иска допускается во всяком положении дела, если непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Как следует из ч.3 ст.140 Гражданского процессуального кодекса РФ меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному требованию. 

Из приведенных норм закона следует, что обеспечение иска является средством, гарантирующим исполнение будущего судебного решения, и состоит в принятии мер, с помощью которых гарантируется в дальнейшем исполнение судебных решений.

Определением суда от 26 июня 2019 года по ходатайству истца были приняты меры по обеспечению иска в виде запрета ФИО6 совершать сделки по отчуждению квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер №; запрета Управлению Росреестра по Тверской области осуществлять регистрационные действия в отношении квартиры, расположенной по адресу: г

<

адрес>, кадастровый номер №

В соответствии со ст.144 Гражданского процессуального кодекса РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судом или судьей по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска.

Учитывая, что судом отказано в удовлетворении исковых требований ФИО5, принятые судом меры по обеспечению иска подлежат отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО6 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности ничтожной сделки – отказать.

Отменить меры по обеспечению иска, наложенные определением Московского районного суда г. Твери от 26 июня 2019 года, в виде запрета ФИО6 совершать сделки по отчуждению квартиры, расположенной по адресу: г

<

адрес>, кадастровый номер №; запрета Управлению Росреестра по Тверской области осуществлять регистрационные действия в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> кадастровый номер №., по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано участниками процесса в апелляционном порядке в Тверской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд г. Твери в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Лискина