Дело № 2-126/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

20 февраля 2018 года г. Тверь

Центральный районный суд города Твери в составе:

председательствующего судьи Кузьминой Т.В.,

при секретаре Афанасьевой И.А.,

с участием представителей истца ФИО2 – ФИО3, ФИО4,

представителя ответчика - ПАО «Сбербанк России» - ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительными (ничтожными) положений Приложений Условий банковского обслуживания, признании незаконными действий, возложении обязанности по возобновлению действия карты, доступа к системе Сбербанк Онлайн, разблокировании карты,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ПАО «Сбербанк России» о признании незаконными действий, возложении обязанности по возобновлению проведения операций, доступа к системе Сбербанк Онлайн, разблокировании карты.

В обоснование исковых требований указано, что 26 августа 2015 года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2 заключен договор банковского обслуживания, предметом которого явилась выдача банком клиенту банковской карты № и открытие счета № в валюте российский рубль, что подтверждается справкой банка от 06 октября 2017 года и мемориальным ордером № от ДД.ММ.ГГГГ года. Договор заключен на условиях банковского обслуживания физических лиц ПАО «Сбербанк», действующих на 26 августа 2015 года. Впоследствии банком неоднократно вносились изменения в условия договора банковского обслуживания, в период с 29 июня 2017 года по 01 августа 2017 года договор банковского обслуживания действовал на Условиях банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк. 13 июля 2017 года при попытке внесения истцом денежных средств на банковскую карту № через терминал в выполнении распоряжения истца банком было отказано, о чем получено соответствующее смс-сообщение на телефонный номер №. 14 июля 2017 года в 09 часов 04 минуты при очередной попытке внесения денежных средств на банковскую карту через терминал в выполнении распоряжения истца банком снова было отказано, о чем получено аналогичное смс-сообщение на телефонный номер №. Также 14 июля 2017 года в 11 часов 10 минут истцом получено смс-сообщение о том, что действие карты № и доступ к системе Сбербанк Онлайн приостановлены в рамках исполнения Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ. 14 июля 2017 года в 11 часов 20 минут истцом получено смс-сообщение о необходимости предоставить банку пояснения и документы (скан-копии), раскрывающие источник происхождения денежных средств и экономический смысл операций по счету № с 13 мая 2017 года по 14 июля 2017 года. 14 июля 2017 года в 17 часов 57 минут на электронную почту истца поступил запрос банка о предоставлении письменных пояснений об источнике/происхождении денежных средств по операциям за период с 13 мая 2017 года по 14 июля 2017 года по счету №, а также документов, подтверждающих источник(и) поступления/происхождения денежных средств; подтверждающих экономический смысл проводимых операций. Запрос обоснован исполнением требований ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Письмом от 21 июля 2017 года клиент ответил на запрос банка от 14 июля 2017 года, предоставив соответствующие пояснения и документы. 01 августа 2017 года на электронную почту истца поступил очередной запрос банка о предоставлении документов, подтверждающих экономический смысл проводимых операций. Письмом от 09 августа 2017 года истец ответил на повторный запрос банка от 01 августа 2017 года, предоставив соответствующие пояснения и документы. Однако ограничения в пользовании истцом счетом банком сняты не были. 16 августа 2017 года посредством смс-сообщения банк сообщил клиенту о невозможности разблокировать карту в соответствии с Федеральным законом от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ. В связи с этим истцом в адрес банка была направлена претензия от 29 августа 2017 года, в которой истец потребовал снять ограничения его прав на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете №, возобновить действие карты № и доступ к системе Сбербанк Онлайн, разблокировать карту № и возобновить дистанционное обслуживание. Письмом от 07 сентября 2017 года банк сообщил истцу, что дальнейшее оказание услуг признано нецелесообразным в связи с наличием негативных фактов во взаимоотношениях с банком. Указывает, что банк предпринял следующие меры: отказал 13 и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений истца о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет карты; приостановил с 14 июля 2017 года операции с денежными средствами истца и доступ к системе Сбербанк Онлайн; заблокировал карту истца. Указанные действия банка истец считает незаконными. Считает, что у банка отсутствовали правовые основания для введения им ограничений прав клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению. Наложение банком ограничений в совершении клиентом операций с денежными средствами возможно только после направления запроса в адрес клиента по совершаемой операции, в отношении которой у банка возникли подозрения, и получения ответа на него по итогам анализа всех имеющихся документов и информации и в случае, если подозрения банка в сомнительности операции найдут свое подтверждение. Вместе с тем банком отказано в выполнении распоряжений истца о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет карты 13 июля 2017 года и 14 июля 2017 года в 09 часов 04 минуты, тогда как запросы банка о предоставлении письменных пояснений направлены истцу 14 июля 2017 года в 11 часов 20 минут и 17 часов 57 минут, то есть после введения ограничений. Кроме того, запросы направлены банком не в отношении совершаемых истцом операций, в выполнении которых банком было отказано, а в отношении операций, совершенных истцом ранее, таким образом, действия банка совершены банком без проверки совершаемых операций на предмет сомнительности. Действия банка по приостановлению с 14 июля 2017 года операций с денежными средствами истца являются незаконными, поскольку такой меры, как приостановление действия карты договора банковского обслуживания, не предусмотрено. Из анализа п.п. 3.18, 4.15 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания следует, что такой меры, как приостановление действия карты договора банковского обслуживания, не предусмотрено. Вместе с тем договором банковского обслуживания и законом предусмотрена такая мера, как приостановление операции с денежными средствами истца, которая и была фактически применена банком. Считает, что в данном случае отсутствовали правовые основания для приостановления банком операций с денежными средствами истца. Истец не является стороной операции в понимании абз. 1-3 п. 10 ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ, то есть не включен в перечень физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму. Считает, что банком в нарушение абз. 4 ст. 8 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ ограничены права истца на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, на срок более 30 суток (с 14 июля 2017 года по настоящее время) в отсутствие соответствующего решения суда. Действия банка по приостановлению с 14 июля 2017 года доступа к системе Сбербанк Онлайн являются незаконными, так как банком произвольно приостановлен доступ к системе Сбербанк Онлайн без проверки правомерности совершаемых истцом операций. Запросы направлены банком истцу только 14 июля 2017 года в 11 часов 20 минут и 17 часов 57 минут и не в отношении совершаемых истцом операций, а в отношении операций, совершенных истцом ранее. Действия банка по блокировке карты, выданной банком истцу, являются незаконными. Положения п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности блокировки банком карты при наличии подозрений в правомерности совершаемой операции являются недействительными, поскольку ущемляют права истца, как потребителя, по сравнению с правилами, установленными законом. 16 августа 2017 года посредством смс-сообщения банк сообщил клиенту о невозможности разблокировать карту в соответствии с Федеральным законом от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ. Банком было принято решение о блокировке карты, однако правовые основания для блокировки банком карты отсутствовали. Считает, что блокировка банком карты возможна только при наличии подозрений в отношении совершаемой клиентом операции. Возможность блокировки банком карты на основании подозрений, возникших у банка в отношении операций, совершенных клиентом ранее, договором банковского обслуживания не предусмотрена. Подозрения банка должны быть обоснованные и подтвержденные, в том числе на основе анализа представленных клиентов документов и сведений, однако в нарушение п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания банком было принято решение о блокировке выданной истцу карты без проверки правомерности совершаемых истцом операций. Осуществляя блокировку карты клиента, банк фактически осуществляет блокировку (замораживание) его денежных средств. Договор банковского обслуживания и приложения к нему не могут содержать положений, противоречащих законодательству и ухудшающих права клиента по сравнению с установленными законом. Установив в договоре банковского обслуживания возможность блокировки банком карты при наличии подозрений в правомерности совершаемой операции, банк ущемляет права потребителя по сравнению с правилами, установленными п. 6 ч. 1 ст. 7 ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Истец не включен в перечень физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, а также уполномоченным органом не принималось решение о применении мер по замораживанию (блокированию) денежных средств или иного имущества, принадлежащих физическому лицу, в отношении которого имеются достаточные основания подозревать его причастность к террористической деятельности (в том числе к финансированию терроризма), в связи с чем правовые основания для блокировки (замораживания) денежных средств истца отсутствуют. Истцом не совершались сделки, отвечающие критериям необычных (сомнительных) сделок в понимании ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ. ФИО2 со своей стороны действовала добросовестно, своевременно и в полном объеме исполнив требование банка по предоставлению информации и документов. Так, письмом от 21 июля 2017 года клиент ответил на запрос банка от 14 июля 2017 года, пояснив, что источником поступления денежных средств в испрашиваемый период являлся возврат ООО «

<

данные изъяты>» заемных денежных средств, предоставленных истцом по договору займа № от 20 апреля 2017 года; экономический смысл указанной операции обоснован получением дополнительного дохода в виде процентов за пользование займом, срок для уплаты которых еще не наступил; представил копии договора займа № от 20 апреля 2017 года заключенного между ФИО2 и ООО «

<

данные изъяты>», и квитанции к приходному кассовому ордеру, подтверждающей предоставление суммы займа. 01 августа 2017 года на электронную почту истца поступил очередной запрос банка о предоставлении документов, подтверждающих экономический смысл проводимых операций, а именно справки 2 НДФЛ 2016-2017 г.г. и выписки по счету, подтверждающей наличие денежных средств для предоставления денежных средств в качестве займа ООО «

<

данные изъяты>». Письмом от 09 августа 2017 года истец ответил на повторный запрос банка, пояснив, что выписка по счету не предоставляется, поскольку по договору займа от 20 апреля 2017 года денежные средства были предоставлены истцом ООО «

<

данные изъяты>» из имеющихся наличных денежных средств, которые, в свою очередь, были предоставлены истцу ранее ФИО1; представил копию расписки от 09 марта 2017 года о получении денежных средств, а также запрошенные банком справки 2 НДФЛ. Считает, что истец пояснил экономический смысл и основания всех проводимых операций по расчетному счету, которые позволяют установить оправданность и экономическую целесообразность сделок, положенных в обоснование банковских операций, определить источники поступления денежных средств и проверить их. Указывает, что в ответе от 07 сентября 2017 года на претензию истца банк не указал конкретных оснований для введения ограничений, не пояснил, какие именно операции и по каким критериям посчитал сомнительными, дополнительные документы для устранения сомнений не запросил. Банк лишь указал на наличие негативных факторов во взаимоотношениях с банком, в связи с наличием которых дальнейшее оказание услуг признано нецелесообразным. Основания для отказа банком 13 и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений истца о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет карты, приостановления с 14 июля 2017 года операций с денежными средствами истца и доступа к системе Сбербанк Онлайн, а также блокировки карты, предусмотренные законом либо договором банковского обслуживания, отсутствуют. Банк в одностороннем порядке установил ограничения прав истца распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению, которые не предусмотрены законом и договором банковского обслуживания, чем нарушил положения п. 3 ст. 845 ГК РФ. Считает, что действия банка по введению ограничений являются незаконными, не соответствующими положениям п. 3 ст. 845 ГК РФ, ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ и договору банковского обслуживания, в связи с чем банк обязан снять введенные ограничения и возобновить проведение операций с денежными средствами по распоряжению истца, а также доступ истцу к системе Сбербанк Онлайн, разблокировать карту истца. Истец ФИО2 просит признать незаконными действия ПАО «Сбербанк России» по отказу 13 июля 2017 года и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений ФИО2 о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет № карты №; по приостановлению с 14 июля 2017 года операций с денежными средствами ФИО2, находящимися на счете №, и доступа к системе Сбербанк Онлайн; по блокировке банковской карты №, выданной ФИО2; обязать ПАО «Сбербанк России» возобновить проведение операций с денежными средствами по распоряжению ФИО2, находящимися на счете №; возобновить ФИО2 доступ к системе Сбербанк Онлайн; разблокировать карту №, выданную ФИО2 

Определением суда от 14 декабря 2017 года, занесенным в протокол судебного заседания, принято уточненное исковое заявление, согласно которому ФИО2 просит признать недействительными (ничтожными) в силу закона положения п. 3.19.2 Приложения № 2 к Условиям банковского обслуживания о возможности приостановления банком предоставления услуг «Сбербанк Онлайн», положения п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности блокировки банком карты; признать незаконными действия ПАО «Сбербанк России» по отказу 13 июля 2017 года и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений ФИО2 о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет № карты №, по приостановлению с 14 июля 2017 года операций с денежными средствами ФИО2, находящимися на счете №, и доступа к системе Сбербанк Онлайн, по блокировке банковской карты №, выданной ФИО2; обязать ПАО «Сбербанк России» возобновить проведение операций с денежными средствами по распоряжению ФИО2, находящимися на счете №; возобновить ФИО2 доступ к системе Сбербанк онлайн; разблокировать карту №, выданную ФИО2 

Определением суда от 14 декабря 2017 года, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по финансовому мониторингу, для дачи заключения по делу в порядке ст. 47 ГПК РФ - Центральный Банк России.

Определением суда от 22 января 2018 года, занесенным в протокол судебного заседания, принято уточненное исковое заявление, согласно которому ФИО2 просит признать недействительными (ничтожными) в силу закона положения п. 3.19.2 Приложения № 2 к Условиям банковского обслуживания (вступает в законную силу с 29 июня 2017 года) о возможности приостановления банком предоставления услуг «Сбербанк Онлайн», положения п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания (вступает в законную силу с 29 июня 2017 года) о возможности блокировки банком карты; признать незаконными действия ПАО «Сбербанк России» по отказу 13 июля 2017 года и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений ФИО2 о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет № карты №, по приостановлению с 14 июля 2017 года действия банковской карты №, выданной ФИО2, и доступа к системе Сбербанк Онлайн, по блокировке банковской карты №, выданной ФИО2; обязать ПАО «Сбербанк России» возобновить действие банковской карты №, выданной ФИО2, возобновить ФИО2 доступ к системе Сбербанк онлайн; разблокировать карту №, выданную ФИО2 

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, будучи извещенной о дате, времени и месте слушания дела надлежащим образом, в судебном заседании ее интересы представляли ФИО3, ФИО4 

В судебном заседании представители истца ФИО2 – ФИО3, ФИО4 заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, по доводам, изложенным в исковом заявлении, с учетом уточнений, поддержали доводы представленных письменных объяснений от 20 ноября 2017 года, 11 декабря 2017 года и отзыва на возражения банка от 11 января 2018 года согласно которым, действия банка по отказу 13 июля 2017 года и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений истца о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет карты являются незаконными, не соответствующими п. 11 ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ и п. 4.15 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания, поскольку: а) банком произвольно отказано в выполнении распоряжений истца без выяснения экономического смысла и законной цели совершаемых операций, так как запросы банка о предоставлении письменных пояснений направлены истцу 14 июля 2017 года после введения ограничений, а также не в отношении совершаемых истцом операций, в выполнении которых банком было отказано, а в отношении операций, совершенных истцом ранее; б) ни законом, ни договором банковского обслуживания не предусмотрена возможность введения банком ограничений на совершение операций по зачислению денежных средств. Действия банка по приостановлению с 14 июля 2017 года операций с денежными средствами истца являются незаконными, не соответствующими абз. 1-3 п. 10 ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ, поскольку: а) истец не является стороной операции в понимании абз. 1-3 п. 10 ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ; б) отсутствовали основания для приостановления банком всех операций по счету истца на более 30 суток в отсутствие соответствующего решения суда; в) отсутствовали основания для приостановления банком операций по зачислению денежных средств на счет истца. Действия банка по приостановлению с 14 июля 2017 года доступа к системе Сбербанк Онлайн являются незаконными, не соответствующими п. 3.19.2 Приложения № 2 к Условиям банковского обслуживания и ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ, поскольку: а) в нарушение п. 3.19.2 Приложения № 2 к Условиям банковского обслуживания совершены банком без проверки совершаемых операций на предмет сомнительности, так как доступ приостановлен позднее направления запросов банком истцу не в отношении совершаемых операций, а в отношении операций, совершенных ранее; б) в отношении предоставления услуг дистанционного обслуживания, равно как и иных услуг, банк вправе применять только те меры и ограничения, которые предусмотрены ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ; в) приостановив доступ к системе Сбербанк Онлайн, банк приостановил все операции по счету истца, в том числе и дистанционные по зачислению денежных средств на счет истца, что в силу ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ недопустимо. Действия банка по блокировке карты, выданной банком истцу, являются незаконными, не соответствующими ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ и п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания, поскольку: а) в нарушение договора банковского обслуживания банком было принято решение о блокировке выданной истцу карты без проверки правомерности совершаемых истцом операций, поскольку банк проверял лишь ранее совершенные истцом операции; б) положения п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности блокировки банком карты при наличии подозрений в правомерности совершаемой операции являются недействительными, поскольку ущемляют права истца как потребителя по сравнению с правилами, установленными ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», которыми банку не предоставлено право по блокированию карты; заблокировав карту, банк приостановил все операции по счету истца, в том числе и по зачислению денежных средств на счет истца, на срок более 30 суток в отсутствие соответствующего решения суда, что в силу ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ недопустимо. Законом не предоставлена возможность по введению банком ограничений на основании подозрений, возникших у банка в отношении совершенных ранее операций. Истцом были представлены банку доказательства, подтверждающие, что своему характеру операции по зачислению на счет истца денежных средств от ООО «

<

данные изъяты>» не относятся к одному из видов операций, перечисленных в п. 1 ст. 6 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ. Считает, что у банка отсутствовали правовые основания для введения ограничений в виде приостановления на основании п. 9 ст. 9 ФЗ от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе». Из анализа положений закона и договора банковского обслуживания следует, что в качестве таких нарушений признаются действия клиента по использованию банковской карты в предпринимательских целях, передача банковской карты третьим лицам. Истец не осуществлял и не осуществляет предпринимательскую деятельность. Вывод банка об обратном ошибочен, основан лишь на предположениях, не доказан и опровергнут представленными истцом пояснениями и доказательствами. Положения п. 3.27 Приложения № 1 к договору банковского обслуживания и п. 5.9.1. правил внутреннего контроля не регулируют порядок приостановления банком действия банковской карты, приостановления банком доступа к системе Сбербанк Онлайн. Блокировка банковской карты является неправомерной. Вне зависимости от природы договора он не может противоречить закону. Положения договора банковского обслуживания в любом случае не подлежат применению судом, поскольку банк на них не ссылается в обоснование введения ограничений. При внесении наличных денежных средств в кассу юридического лица вносителю в порядке Указания Банка России от 11 марта 2014 года № 3210-У выдается только квитанция к приходному кассовому ордеру, которая и была представлена истцом банку и в материалы дела. Доводы банка о том, что представленная истцом расписка о получении денежных средств от ФИО1 вызывает подозрения в подлинности, поскольку не было представлено самого договора займа, расписка исполнена машинописным способом, на расписке отсутствует подпись займодавца, являются несостоятельными. Денежные средства были предоставлены ей ФИО1 безвозмездно, ввиду личных отношений, а не по договору займа. Действующее законодательство не запрещает выполнение расписки машинописным способом, равно как и не предусматривает необходимости ее подписания лицом, предоставляющим денежные средства. Расписка была оформлена не для подтверждения выдачи займа, а для подтверждения происхождения денежных средств, поскольку при проведении сделки купли-продажи недвижимости через банки последние требуют предоставление таких документов. Считает, что подозрений банка в подлинности расписки недостаточно для опровержения реальности передачи денежных средств. В случае возникновения у банка таких подозрений, он был вправе запросить у истца дополнительные документы и пояснения, однако этого сделано не было. Довод банка о том, что истец осуществлял перечисления третьим лицам, не имеет правового значения, поскольку действующее законодательство и договор банковского обслуживания не запрещают клиенту распоряжаться денежными средствами путем перевода их третьим лицам. Банком представлены выписка по счету банковской карты, выданной истцу, за весь 2017 год, информация о контрагентах клиента при совершении безналичных переводов - за весь период действия карты (с 02 декабря 2015 года по 12 июля 2017 года), а не за спорный проверяемым банком периодом (с 13 мая 2017 года по 14 июля 2017 года), что объясняет количество совершенных истцом операций по переводу, снятию денежных средств, осуществлению расчетов за период более полутора лет. Довод банка о том, что истцом не представлены объяснения, где он хранил деньги с момента их получения от ФИО1 до предоставления в заем ООО «

<

данные изъяты>» является несостоятельным, поскольку данное обстоятельство не имеет правового значения для спора. В силу закона истец вправе по своему усмотрению распоряжаться принадлежащим ему имуществом, в том числе самостоятельно определять место его хранения. Предоставленные истцом пояснения относительно источника происхождения денежных средств и их целевого назначения соответствуют действительности. Доводы банка о сомнительности совершенных операций, а также представленных банку и суду пояснений и документов являются голословными, основаны на предположениях, не подкреплены соответствующими доказательствами. При этом представленные истцом доказательства в нарушение ст. 56 ГПК РФ банком не опровергнуты, их порочность не доказана. Истец не зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, не осуществляет предпринимательскую деятельность, не использует банковскую карту в предпринимательских целях, в связи с чем им не нарушен порядок использования банковской карты. Согласно справке ИФНС России № по г. Москве № 15В от 29 января 2018 года в ЕГРИП не содержатся сведения о физическом лице - ФИО2, как об индивидуальном предпринимателе. Истец не осуществляет предпринимательскую деятельность и фактически, без соответствующей регистрации. Банковский счет и карта используются истцом, как потребителем для нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Считает, что истцом не нарушен порядок пользования банковской картой, в связи с чем основания для применения мер в порядке п. 9 ст. 9 ФЗ от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» у банка отсутствовали. Согласно письменным пояснениям Росфинмониторинга от 09 января 2018 года истец в перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, не включена. Кроме того, межведомственным координационным органом, осуществляющим функции по противодействию финансирования терроризма, решение о замораживании (блокировании) денежных средств или иного имущества, принадлежащих истцу, не принималось. Считает, что в случае выявления банком совершаемой истцом сомнительной операции и подтверждения указанных подозрений по итогам банковской проверки банк вправе лишь отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении конкретной расходной операции на основании п. 11 ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ, возможность применения иных мер не предусмотрена. Банк не предоставлял в Росфинмониторинг сведений о каком-либо случае отказа от проведения операций по основаниям, указанным в п. 11 ст. 7 ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ.

В судебном заседании представитель ответчика - ПАО «Сбербанк России» - ФИО5 возражал против удовлетворения исковых требований, с учетом уточнений, в полном объеме, поддержал возражения на исковое заявление, согласно которому в полном соответствии и во исполнение возложенных на ПАО «Сбербанк» обязанностей, предусмотренных действующим законодательством, банк вправе ограничивать права клиентов по заключенным договорам, в том числе приостанавливать действие электронного средства платежа (банковской карты) и отказывать в совершении операций. 26 августа 2015 года в дополнительном офисе № 5281/1691 банка истец заключил договор на выпуск и обслуживание Standard МС Бесконтакт №, счет карты №. Считает недопустимым применения к рассматриваемым правоотношениям п. 10. ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ, который применяется к физическим лицам, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом в соответствии с подп. 3 п. 2.4. ст. 6 ФЗ № 115-ФЗ, то есть включенным в перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму. По информации, имеющейся в банке, истец в указанный перечень на момент спорных правоотношений включен не был, данное законодательство к рассматриваемому спору не применимо. Банк руководствовался п.п. 11, 12, 14 ст. 7 Закона № 115-ФЗ, п. 9 ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе" и др. Истец заблуждается относительно природы заключенного договора банковского обслуживания, приравнивая его к договору банковского счета. Банком и истцом был заключен сложный смешанный договор о выпуске и обслуживании банковской карты, содержащий в себе элементы договоров электронного средства платежа, кредитного договора, договора банковского счета. Правовые нормы гл. 45 ГК РФ могут применяться только в части, в которой не противоречат существу смешанного договора, поэтому договор правомерно предусматривает право банка в одностороннем порядке ограничивать права держателя банковской карты. Счет банковской карты имеет особое регулирование, открывается банком исключительно для реализации договора пользования банковских карт и в отрыве от них рассматриваться не может. По этой причине оснований для применения всех без исключения правовых норм, предусмотренных гл. 45 ГК РФ к счету банковской карты не имеется. Правила, применяемые к договору банковского счета, входящему в его состав, не могут распространяться на порядок его заключения, расторжения, приостановления. Права и обязанности сторон в этом случае возникают в порядке, предусмотренном п.п. 2, 3 ст. 421 ГК РФ. Учитывая изложенное, а также природу заключенного смешанного договора банк вправе в договоре предусмотреть свое право приостанавливать, или прекращать действие электронного средства платежа. Действующее законодательство предусматривает основания приостановления обслуживания электронного средства платежа и отказа в совершении операций по счету. Основаниями для документального фиксирования информации о соответствующих операциях и сделках являются: запутанный и необычный характер сделки, не имеющий очевидного экономического смысла или очевидной экономической цели: несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операции или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных настоящим Федеральным законом; иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирование терроризма. Одним из критериев для признания сделок необычными также является нецелевое использование карты, либо использование ее для целей, не соответствующих действующему законодательству и заключенному договору, – в нарушение запрета на совершение операций, связанных с предпринимательской деятельностью или частной практикой. П. 4.2 договора банковского обслуживания клиент обязуется не проводить по счетам карт/вкладам/ОМС/Счетам операции, связанные с ведением предпринимательской деятельности. Операции, связанные с предпринимательской деятельностью или частной практикой юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями должны совершаться с использованием открытых им расчетных счетов. Данный запрет имеет существенное значение в целях соблюдения участниками гражданского оборота финансовой дисциплины, позволяющей различным органам государства, а также кредитными организациям в объеме предоставленных им полномочий, эффективно проводить контроль и финансовый мониторинг, с учетом разделения операций субъектов предпринимательской деятельности и операций физических лиц, получающих услуги для личных, семейных, домашних нужд, как их определяет преамбула Закона РФ «О защите прав потребителей», то есть бытовых сделок. В смысле выполнения задач, поставленных при принятии Закона 115-ФЗ, суммы операций, контроль за которыми осуществляется, имеет первостепенное значение, так как общественная опасность той или иной операции в смысле Закона № 115-ФЗ в первую очередь зависит от размера денежных средств. В то же время задачей недобросовестных участников гражданского оборота, является придание своим операциям формального соответствия гражданско-правовой сделке, в свою очередь задачей кредитной организации является выявление мнимых и притворных сделок (в том числе при помощи запроса разъясняющих и подтверждающих документов и дополнительной информации). Считает, что объяснить систематическое прохождение крупных денежных средств личными, семейными, домашними целями по банковской карте практически не возможно. По данной причине такие операции, как правило, маскируются под операции тем или иным образом связанные с ведением предпринимательской деятельности или частной практики, при которых регулярные перечисления значительных сумм являются типичными (получение возмещения по хозяйственным договорам (поставки, подряд, аренда и т.д.), предоставление и возврат займов, получение денежных средств под отчет, получение возмещения по решению суда, получение дивидендов участника юридического лица, получение дохода индивидуального предпринимателя и т.д.). По каждой из указанных категорий дел кредитными организациями разрабатывается правовая позиция, определяющая список запрашиваемой у клиента информации и способ выявления мнимых и притворных сделок. ПАО Сбербанк считает, что данный запрет имеет крайне важное значение в правоприменительной практике кредитных организаций во вложенном в него законодателем значении, а именно - запрета на совершение любых операций каким бы то ни было образом связанных с ведением предпринимательской деятельности, не зависимо от цели, которую преследует совершающее ее лицо и целей расходования денежных средств, иных объяснений, связанных с правомерностью владения и распоряжения денежными средствами. Указанный запрет не направлен на оспаривание права лица на денежные средства, а запрещает любое использование счета физического лица в целях связанных с ведением предпринимательской деятельности, в том числе с целью реализации немаловажного этапа этой деятельности – получением прибыли и обналичиваем. В период с 16 мая 2017 года по 07 июля 2017 года по счету клиента ФИО2 № проводились операции, которые соответствовали признакам, указывающим на необычный характер операций. В ходе анализа операций клиента выявлено зачисление денежных средств от организации ООО "

<

данные изъяты>" в общей сумме 25650000 рублей с назначением платежа - возврат займа по договору № от 20 апреля 2017 года НДС не облагается. После зачисления денежные средства либо обналичивались, либо переводились на счета 3-х лиц. Учитывая наличие признаков (коды видов признаков 1101, 1199, 1106, 1411) для признания операции клиента необычными 13 июля 2017 года банк на основании п. 9 ст. 9 Федерального закона от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ "О национальной платежной системе" и п. 3.27 Приложения № 1 к договору банковского обслуживания и п. 5.9.1 Правил внутреннего контроля приостановил действие карты и принял меры о запросе у клиента следующей разъясняющей информации об источниках поступления/происхождения денежных средств по операциям за период с 13 мая 2017 года по счету №, а также документы (их копии), подтверждающие источник(и) поступления/происхождения указанных выше денежных средств и документы, подтверждающие экономический смысл проводимых операций. Данная информация была доведена до клиента путем направления запросов банка клиенту также было разъяснено, что для проведения операций по счету карты/вклада необходимо обратиться в обслуживающее подразделение банка. 24 июля 2017 года клиентом в банк были предоставлены: письменные пояснения; договор займа № от 20 апреля 2017 года между ФИО2 и организацией ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 25650000 рублей со сроком погашения не позднее 15 августа 2017 года под 13% годовых; квитанция организации о внесении денежных средств в кассу организации от 21 апреля 2017 года в сумме 25650000 рублей. 28 июля 2017 года банком у клиента был запрошен дополнительный комплект документов с целью пояснения экономического смысла осуществляемой операции, документы, содержащие информацию: справка 2 НДФЛ 2016-2017 годы; выписка по счету, подтверждающая наличие денежных средств, для предоставления денежных средств в качестве займа ООО 

<

данные изъяты>. На дополнительный запрос 10 августа 2017 года клиентом были предоставлены: справки по форме 2 НДФЛ за 2016 и 2017 год; расписка о получении займа ФИО2 у ФИО1 в сумме 25700000 рублей, пояснения. Держателем был предоставлен договор займа и квитанция. Согласно п. 2.4 "Положения о порядке ведения кассовых операций и правилах хранения, перевозки и инкассации банкнот и монеты Банка России в кредитных организациях на территории Российской Федерации", утвержденной Банком России 24 апреля 2008 года № 318-П, операции приему наличных денег от клиентов осуществляются в кредитной организации, ВСП на основании приходных кассовых документов - объявлений на взнос наличными №, представляющих собой комплект документов, состоящий из объявления, квитанции и ордера (далее - ордер №). Однако, истцом не было представлено указанных документов. Бланк объявления на взнос наличными состоит из 3 частей: объявление, квитанция, ордер. Объявление, после сдачи денежных средств организацией остается в банке, клиенту выдается квитанция и ордер. В квитанции присутствуют подписи сотрудников банка и печать банка. В качестве документа подтверждающего предоставление займа, представлена квитанция организации, не представлено никаких документов, исходящих от незаинтересованных (объявление на взнос наличными и выписка со счета организации, заверенные обслуживающим организацию банком). Предоставленная расписка о получении от ФИО1 суммы 25700000 рублей вызывает подозрение в подлинности, так как не было представлено самого договора займа на значительную сумму. Расписка исполнена машинописным способом, что фактически исключает ее экспертное исследование на давность и подлинность подчерка, на расписке отсутствует подпись самого займодавца. Реальность получения данного займа также вызывает подозрения в достоверности, исходя из сведений о доходе клиента, доход клиента явно не соответствует масштабу предоставленного им займа, с учетом указанных обстоятельств клиент не обладает средствами для возврата займа, с указанным доходам доводы клиента о планировании покупки квартиры за 25700000 рублей неправдоподобны. Кроме того, денежные средства, полученные в качестве возврата займа от организации ООО «

<

данные изъяты>», частично были перечислены третьим лицам. Таким образом, пояснения клиента и цель займа не соответствуют действительности, поскольку после возврата займа денежные средства были перечислены различным физическим лицам, а также обналичивались. Клиентом не предоставлены выписки с банковских счетов, таким образом, отсутствуют объяснения, где клиент хранил значительную сумму денежных средств с 09 марта 2017 года по 21 апреля 2017 года до ее момента передачи в организацию в качестве займа. В отношении организации ООО 

<

данные изъяты>" банком также приняты ограничительные меры, операции организации банком квалифицированы, как подозрительные, в специальный информационный массив данных банка внесена негативная информация по организации. По результатам анализа операций и предоставленных документов клиентом, операции признаны подозрительными, в соответствии с п. 3 ст. 11 115-ФЗ, п. 2.1. Положения от 29 августа 2008 года № 321-П в Уполномоченный орган 17 августа 2017 года направлена информация в виде электронных сообщений по коду 6001. На все сообщения получены ответы уполномоченного органа о принятии. Учитывая изложенные нарушения истцом действующего законодательства и договора, считает, что банк правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для возобновления действия банковской карты. Просит отказать в удовлетворении иска в полном объеме. 

В судебное заседание представитель третьего лица - Федеральной службы по финансовому мониторингу не явился, будучи извещенным о дате, времени и месте слушания дела надлежащим образом, заявлением просил рассмотреть гражданское дело в его отсутствие, представил пояснения, согласно которым Росфинмониторинг в соответствии с п. 1 Положения о Федеральной службе по финансовому мониторингу, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 июня 2012 года № 808, является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, по выработке государственной политики, нормативно-правовому регулированию в этой сфере, а также функции национального центра по оценке угроз национальной безопасности, возникающих в результате легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, финансирования терроризма и распространения оружия массового уничтожения, по выработке мер противодействия этим угрозам. При осуществлении своей деятельности Росфинмониторинг руководствуется положениями Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Положением, а также иными нормативными правовыми актами. Федеральным законом № 115-ФЗ предусмотрен ряд мер, применяемых в том числе кредитными организациями в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма: право отказа в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, иностранной структуры без образования юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями настоящего Федерального закона, а также в случае, если в результате реализации правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма (пункт 11 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ); право отказа от заключения договора банковского счета (вклада) с физическим или юридическим лицом, иностранной структурой без образования юридического лица в соответствии с правилами внутреннего контроля кредитной организации в случае наличия подозрений о том, что целью заключения такого договора является совершение операций в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма; право расторгнуть договор банковского счета (вклада) с клиентом в случае принятия в течение календарного года двух и более решений об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении операции на основании пункта 11 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ (пункт 5.2 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ). Полагает, что соответствующую оценку действиям кредитных организаций может давать надзорный орган в лице Банка России, который осуществляет, в том числе надзор за исполнением законодательства в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, кредитными организациями. Указывает, что ФИО2 в перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, не включена; межведомственным координационным органом, осуществляющим функции по противодействию финансированию терроризма, решение о замораживании (блокировании) денежных средств или иного имущества, принадлежащих ФИО2, в соответствии со статьей 7.4 Федерального закона № 115-ФЗ не принималось. 

В судебное заседание представитель Центрального Банка России не явился, будучи извещенным о дате, времени и месте слушания дела надлежащим образом, согласно представленному заключению указывает, что Банк России и его территориальные учреждения, осуществляя банковское регулирование и банковский надзор, не вправе вмешиваться в оперативную деятельность кредитных организаций, к которой относятся гражданско-правовые отношения кредитных организаций и их клиентов, вытекающие из заключенных между ними договоров. Банк России не располагает необходимыми документами, подтверждающими либо опровергающими позиции сторон о возможных проблемах по исполнению договорных обязательств между истцом и ответчиком, в связи с чем какой-либо правовой оценки по доводам сторон не имеет. ПАО «Сбербанк России» является кредитной организацией и осуществляет банковские операции на основании Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 "О банках и банковской деятельности". Таким образом, при наличии соответствующих обстоятельств, предусмотренных действующим законодательством, ПАО «Сбербанк России» обладает полномочиями по введению указанных ограничений в отношении ФИО2, с учётом положений Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ данный вопрос находится в сфере компетенции и ответственности самой кредитной организации. Согласно п. 12 ст. 7 Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ приостановление операций в соответствии с п. 10 данной статьи и отказ от выполнения операций в соответствии с п. 11 этой же статьи не являются основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, за нарушение условий соответствующих договоров. Считает, что ПАО «Сбербанк России» обладает полномочиями на осуществление вышеуказанных действий. 

Судом определено рассматривать гражданское дело в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Выслушав представителей истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с п. 2 ст. 2 Федерального закона от 02 декабря 1990 года N395-1 "О банках и банковской деятельности" правовое регулирование банковской деятельности осуществляется Конституцией Российской Федерации, Конституционными федеральными законами, Федеральным законом "О Центральном Банке Российской Федерации", другими федеральными законами, нормативными актами Банка России.

В силу с п. 1 ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Согласно п.п. 2, 3 ст. 845 ГК РФ банк может использовать имеющиеся на счете денежные средства, гарантируя право клиента беспрепятственно распоряжаться этими средствами. Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

В соответствии со ст. 849 ГК РФ банк обязан по распоряжению клиента выдавать или перечислять со счета денежные средства клиента не позже дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа, если иные сроки не предусмотрены законом, изданными в соответствии с ним банковскими правилами или договором банковского счета.

Согласно ст. 858 ГК РФ ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету в случаях, предусмотренных законом.

Согласно п.п. 9, 10 ст. 9 ФЗ от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» использование клиентом электронного средства платежа может быть приостановлено или прекращено оператором по переводу денежных средств на основании полученного от клиента уведомления или по инициативе оператора по переводу денежных средств при нарушении клиентом порядка использования электронного средства платежа в соответствии с договором. Приостановление или прекращение использования клиентом электронного средства платежа не прекращает обязательств клиента и оператора по переводу денежных средств, возникших до момента приостановления или прекращения указанного использования.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" настоящий Федеральный закон направлен на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

П. 2 ст. 7 указанного Федерального закона предусмотрено, что организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны в целях предотвращения легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма разрабатывать правила внутреннего контроля, назначать специальных должностных лиц, ответственных за реализацию правил внутреннего контроля, а также принимать иные внутренние организационные меры в указанных целях.

Организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом в соответствии с правилами внутреннего контроля, обязаны документально фиксировать информацию, полученную в результате реализации указанных правил, и сохранять ее конфиденциальный характер.

Основаниями документального фиксирования информации являются: запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации; выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных настоящим Федеральным законом; иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки, осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Правила внутреннего контроля разрабатываются с учетом требований, утверждаемых Правительством Российской Федерации, а для кредитных организаций - Центральным банком Российской Федерации по согласованию с уполномоченным органом, и утверждаются руководителем организации.

При реализации правил внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в пункте 2 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента представления не только документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций, в том числе документов, подтверждающих источники поступления денежных средств на счет клиента, что согласуется с Сорока Рекомендациями Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ), членом которой с июня 2003 года является Российская Федерация, и разъяснениями Центрального банка Российской Федерации, изложенными в письмах от 26 января 2005 года № 17-Т, от 3 сентября 2008 г. № 111-Т.

Так, в соответствии с международными стандартами в сфере противодействия отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма финансовым учреждениям предписано на постоянной основе осуществлять надлежащую проверку деловых отношений и тщательный анализ сделок, совершенных в рамках таких отношений, для обеспечения того, чтобы заключаемые сделки соответствовали сведениям учреждения о клиенте, его деловой деятельности и характеру рисков, в том числе когда необходимо выяснять сведения об источнике средств (пятая Рекомендация ФАТФ).

Признаки, указывающие на необычный характер сделки (классификатор) указаны в Приложении к Положению Банка России от 02 мая 2012 года № 375-П "О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма". 

На основании данного классификатора 30 декабря 2014 ОАО «Сбербанк России» утверждены Правила внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма. 

Положением ЦБ РФ № 375-П от 02 марта 2012 года и Правилами внутреннего контроля банка приведены признаки, указывающие на необычный характер операции. К таким признакам в том числе отнесены: код вида признака 1101 – запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной целивыявление неоднократного (2 и более раз) совершения операций и сделок, характер которых дает основания полагать, что целью их осуществления является уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных Федеральным законом, код вида признака 1199 – иные общие признаки, свидетельствующие о возможном осуществлении легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, код вида признака 1106 – отказ клиента (представителя клиента) в предоставлении запрошенных банком документов и информации, которые необходимы для выполнения требований законодательства в сфере ПОД/ФТ, код вида признака 1411 – регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц (за исключением кредитов) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме, либо с их последующим переводом на банковские счета (депозиты, вклады) третьих лиц, либо с последующим проведением указанных операций в различных пропорциях в течение нескольких (3-х банковских) дней.

Согласно разъяснениям Банка России, данным в письме от 26 декабря 2005 года № 161-Т, к сомнительным операциям, совершаемым кредитными организациями по поручению клиентов, могут быть отнесены такие виды операций как регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц (за исключением кредитов) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме либо с их последующим переводом на банковские счета (депозиты, вклады) третьих лиц в течение нескольких дней.

Согласно п. 4.1 Положения о требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, утвержденного Банком России 2 марта 2012 года, № 375-П, кредитная организация в целях оценки риска легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма вправе запрашивать у клиента дополнительные документы и анализировать их путем сопоставления с информацией, имеющейся в распоряжении кредитной организации.

При этом действующее законодательство в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма не ограничивает кредитные организации в части объема запрашиваемых у клиентов документов.

В силу п. 11 ст. 7 Федерального закона №115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, иностранной структуры без образования юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями настоящего Федерального закона, а также в случае, если в результате реализации правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

П. 14 ст. 7 Федерального закона №115-ФЗ установлена корреспондирующая обязанность клиента предоставлять организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом, информацию, необходимую для исполнения указанными организациями требований настоящего Федерального закона, включая информацию о своих выгодоприобретателях, учредителях (участниках) и бенефициарных владельцах.

Таким образом, Федеральный закон № 115-ФЗ предоставляет право банку самостоятельно с соблюдением требований внутренних нормативных актов относить сделки клиентов банка к сомнительным, влекущим применение внутренних организационных мер, позволяющих банку защищать свои интересы в части соблюдения законности деятельности данной организации, действующей на основании лицензии.

Согласно разъяснениям Банка России, данным в письме от 26 декабря 2015 года № 161-Т, к сомнительным операциям, совершаемым кредитными организациями по поручению клиентов, могут быть отнесены такие виды операций как регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц (за исключением кредитов) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме либо с их последующим переводом на банковские счета (депозиты, вклады) третьих лиц в течение нескольких дней. 

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО2 на основании заявления ФИО2 был заключен договор на выпуск и обслуживание Standart MC Бесконтакт №, счет карты №, к которому была выпущена международная карта Сбербанка России, данное обстоятельство не отрицалось сторонами.

Договор заключен на Условиях банковского обслуживания физических лиц ПАО «Сбербанк России», действующих на 26 августа 2015 года, однако, на момент совершения действий банка, оспариваемых истцом, действовали Условия банковского обслуживания физических лиц ПАО «Сбербанк России», вступающие в силу с 29 июня 2017 года, что не оспаривалось участниками процесса.

В соответствии с п. 1.2. Условий банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России», действующих с 30 июня 2015 года, договор банковского обслуживания считается заключенным с момента получением банком лично от клиента заявления на банковское обслуживание на бумажном носителе по форме, установленной банком, подписанного клиентом собственноручно, при предъявлении клиентом документа, удостоверяющего личность. Экземпляр заявления на банковское обслуживание с отметкой о принятии его банком передается клиенту, является документом, подтверждающим факт заключения договора банковского обслуживания. 

П. 1.5. Условий банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России» установлено, что в рамках комплексного обслуживания клиенту предоставляются следующие виды услуг: выпуск банковских карт, открытие и обслуживание счетов банковских карт; открытие и обслуживание банковских счетов; открытие и обслуживание вкладов; открытие и ведение обезличенных металлических счетов; предоставление в аренду индивидуального банковского сейфа; проведение операций и/или получение информации по счетам, вкладам клиента и другим продуктам в банке через удаленные каналы обслуживания (через устройства самообслуживания банка, систему «Сбербанк Онлайн», «Мобильный банк», Контактный Центр Банка); депозитарное обслуживание, брокерские услуги. 

Согласно п.п. 1.10, 1.14, 1.15 Условий банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России» действие договора банковского обслуживания распространяются на Счета Карт, открытые как до, так и после заключения договора банковского обслуживания, а также на вклады, обезличенные металлические счета, услуги предоставления в аренду индивидуального банковского сейфа и иные продукты, предусмотренные договором банковского обслуживания, открываемые/предоставляемые клиенту в рамках договора банковского обслуживания. Клиент обязуется выполнять условия договора банковского обслуживания. Банк имеет право в одностороннем порядке вносить изменения в договор банковского обслуживания с предварительным уведомлением клиента не менее, чем за 15 рабочих дней в отчете по Счету Карты, и/или через информационные стенды подразделений банка, и/или официальный сайт банка.

Согласно п. 3.1 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России» банковская карта является собственностью банка и выдается клиенту во временное пользование.

Блокировка карты - процедура установления банком технического ограничения на совершение операций с использованием карты, предусматривающая отказ банка от предоставления авторизации. 

В силу п.п. 3.28, 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России» банк имеет право при нарушении клиентом настоящего договора, или при возникновении ситуации, которая может повлечь за собой ущерб для банка или клиента, либо нарушение действующего законодательства РФ: осуществить блокировку карты, а также принимать меры для ее изъятия, приостановить или прекратить проведение расходных операций по карте (с сохранением возможности проведения операций пополнения Счета Карты. Банк имеет право осуществить блокировку карты, если у банка возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма. 

В силу п. 4.1 Условий банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России» клиент обязуется распоряжаться денежными средствами, драгоценными металлами, находящимися на его счетах в банке, в соответствии с законодательством Российской Федерации, банковскими правилами и договором банковского обслуживания, а также договором банковского вклада и договором ОМС, заключенными в рамках договора банковского обслуживания. 

Согласно п. 4.2 Условий банковского обслуживания физических лиц ОАО «Сбербанк России» клиент обязуется не проводить по счетам Карт/вкладам/ОМС операции, связанные с ведением предпринимательской деятельности.

Согласно п. 1.5 Положения Банка России от 24 декабря 2004 года № 266-П «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием» расчетная (дебетовая) карта как электронное средство платежа используется для совершения операций ее держателем в пределах расходного лимита - суммы денежных средств клиента, находящихся на его банковском счете, и (или) кредита, предоставляемого кредитной организацией - эмитентом клиенту при недостаточности или отсутствии на банковском счете денежных средств (овердрафт).

Договор, заключенный между истцом и ответчиком, является смешанным, следовательно, в силу п. 3 ст. 421 ГК РФ к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. 

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, при попытке внесения денежных средств ФИО2 13 и 14 июля 2017 года на банковскую карту № через терминал в выполнении распоряжения истца банком было отказано, о чем получено смс-уведомление.

14 июля 2017 года ПАО «Сбербанк России» отправлено и ФИО2 получено сообщение о приостановлении действия карты № и доступа к системе Сбербанк Онлайн в рамках исполнения ФЗ от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ.

Кроме того, смс-сообщением банк запросил у истца предоставить в течение 7 рабочих дней пояснения и документы (скан-копии), раскрывающие источник происхождения денежных средств и экономический смысл операций по счету № № с 13 мая 2017 года по 14 июля 2017 года.

Также аналогичный запрос был направлен банком на электронную почту истца.

Электронным письмом от 21 июля 2017 года ФИО2 было сообщено, что 20 апреля 2017 года между ФИО2 и ООО «

<

данные изъяты>» заключен договор займа №. По условиям договора займа займодавец передает денежные средства в размере 25650000 рублей, а заемщик обязуется вернуть сумму займа и уплатить проценты за пользование суммой займа. Во исполнение условий договора займа займодавец 21 апреля 2017 года передал заемщику денежные средства путем внесения в кассу. По состоянию на 21 июля 2017 года ООО «

<

данные изъяты>» возвратило сумму займа в полном объеме на счет займодавца путем совершения следующих перечислений: 16 мая 2017 года - 850 000 рублей; 17 мая 2017 года - 1 700 000 рублей; 29 мая 2017 года - 1 700 000 рублей; 08 июня 2017 года - 500 000 рублей; 13 июня 2017 года - 300 000 рублей; 16 июня 2017 года - 4 000 000 рублей; 19 июня 2017 года - 7 000 000 рублей; 27 июня 2017 года - 500 000 рублей; 30 июня 2017 года - 4 000 000 рублей; 03 июля 2017 года - 1 100 000 рублей; 07 июля 2017 года - 4 000 000 рублей. Экономический смысл проводимых операций заключается в получении займодавцем дополнительного дохода в виде начисленных и уплаченных процентов за пользование заемщиком суммой займа. Также сообщено, что документы, подтверждающие экономический смысл проводимых операций, представить не имеется возможности, поскольку проценты за пользование займом заемщиком еще не уплачены, срок для уплаты процентов не наступил. Истцом представлены договор займа № от 20 апреля 2017 года, квитанция о внесении денежных средств в сумме 25650000 рублей в кассу организации.

01 августа 2017 года на электронную почту ФИО2 поступил повторный запрос банка об источнике/происхождении денежных средств, документов (их копий), подтверждающих источник поступления/происхождения денежных средств и документов, подтверждающих экономический смысл проводимых операций: справка 2 НДФЛ 2016-2017 г.г., выписка по счету, подтверждающая наличие денежных средств для предоставления денежных средств в качестве займа ООО «

<

данные изъяты>».

Электронным письмом от 09 августа 2017 года ФИО2 были предоставлены справки 2 НДФЛ за 2016-2017 г.г., также было сообщено, что выписка по счету не предоставляется ввиду того, что по договору займа от 20 апреля 2017 года денежные средства были предоставлены ею ООО «

<

данные изъяты>» имеющихся наличных денежных средств, которые, в свою очередь, были предоставлены ей ранее ФИО1, что подтверждается распиской. На предоставленные ФИО1 денежные средства ФИО2 планировалось приобретение квартиры, однако впоследствии ею было принято решение о предоставлении полученных денежных средств в заем ООО «

<

данные изъяты>» с целью получения дополнительного дохода в виде процентов за пользование суммой займа. Истцом представлена расписка о получении займа от 09 марта 2017 года.

По результатам анализа операций и предоставленных документов операции признаны подозрительными, в Уполномоченный орган направлена информация в виде электронных сообщений, на которые получены ответы Уполномоченного органа о принятии.

29 августа 2017 года ФИО2 была подана претензия о разблокировании, возобновлении действия банковской карты № и доступа к системе Сбербанк Онлайн, снятии ограничения прав на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете №.

Согласно ответа на претензию от 07 сентября 2017 года банк сообщил, что в связи с наличием негативных фактов во взаимоотношениях, в рамках исполнения требований Федерального закона 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и положением Центрального банка Российской Федерации «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 15 октября 2005 года № 499-П и в целях минимизации рисков нарушения законодательства дальнейшее оказание услуг признано нецелесообразным. Для получения остатков денежных средств по картам и вкладным счетам, необходимо обратиться в дополнительный офис для оформления заявления на закрытие счетов карт и вкладных счетов. Для получения социальных выплат, заработной платы или получения остатка денежных средств, рекомендовано воспользоваться услугами другой кредитной организации.

Как следует из информации Росфинмониторинга, ФИО2 в перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, не включена; межведомственным координационным органом, осуществляющим функции по противодействию финансированию терроризма, решение о замораживании (блокировании) денежных средств или иного имущества, принадлежащих ФИО2, в соответствии со статьей 7.4 Федерального закона № 115-ФЗ не принималось. 

П. 10 ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ установлено, что организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, приостанавливают соответствующую операцию, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, на пять рабочих дней со дня, когда распоряжение клиента о ее осуществлении должно быть выполнено, в случае, если хотя бы одной из сторон является: физическое лицо, осуществляющее операцию с денежными средствами или иным имуществом в соответствии с подпунктом3 пункта2.4 статьи6 настоящего Федерального закона. 

Поскольку ФИО2 в перечень организаций и физических лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму, на спорный момент не была включена, п. 10 ст. 7 ФЗ № 115-ФЗ не может быть применен, доводы истца об ограничении банком прав ФИО2 на распоряжение денежными средствами в нарушение абз. 4 ст. 8 ФЗ № 115-ФЗ не могут быть приняты во внимание, поскольку основаны на неверном толковании закона. 

Согласно п.п. 2.2, 2.3 Инструкции Банка России от 30 мая 2014 года № 153-И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов» текущие счета открываются физическим лицам для совершения операций, не связанных с предпринимательской деятельностью или частной практикой. Расчетные счета открываются юридическим лицам, не являющимся кредитными организациями, а также индивидуальным предпринимателям или физическим лицам, занимающимся в установленном законодательством Российской Федерации порядке частной практикой, для совершения операций, связанных с предпринимательской деятельностью или частной практикой. Расчетные счета открываются представительствам кредитных организаций, а также некоммерческим организациям для совершения операций, связанных с достижением целей, для которых некоммерческие организации созданы.

Как следует из материалов дела, в период с мая 2017 года по июль 2017 года на банковский счет №, открытый на имя ФИО2, вопреки условиям договора и нормативным актам Центрального Банка РФ проводились регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от юридического лица с последующим их обналичиванием и переводом денежных средств на счета третьих лиц.

В процессе рассмотрения дела истцом были представлены копии документов в обоснование данных зачислений, а именно договор займа № от 20 апреля 2017 года, справки о доходах физического лица за 2016-2017 г., расписка от 09 марта 2017 года, решение учредителя ООО «

<

данные изъяты>» № от 19 ноября 2009 года, приказ № от 08 декабря 2009 года, протокол № внеочередного общего собрания ООО «

<

данные изъяты>», запрос, ответ на запрос из ООО «

<

данные изъяты>», расходный кассовый ордер от 15 августа 2017 года, выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «

<

данные изъяты>», договор № участия в долевом строительстве от 11 октября 2017 года, договор № участия в долевом строительстве от 10 ноября 2017 года, договор № участия в долевом строительстве от 10 ноября 2017 года, заявление на открытие аккредитива от 11 октября 2017 года, платежное поручение № от 31 октября 2017 года. Однако из представленных документов невозможно усмотреть оснований получения ФИО2 от ФИО1 денежных средств в размере 25700000 рублей, доказательств зачисления указанных денежных средств, полученных ООО «

<

данные изъяты>» от ФИО2 по договору займа, на расчетный счет юридического лица. При этом доводы истца о получении денежных средств в размере 25700000 рублей от ФИО1 не подтверждены доказательствами, объективно свидетельствующими об основаниях передачи денежных средств, поскольку расписка от 09 марта 2017 года содержит только подпись ФИО2, составлена от ее имени. 

В ходе рассмотрения дела ФИО2 суду поясняла, что решила предоставить денежные средства ООО «

<

данные изъяты>» в размере 25650000 рублей по договору займа с целью получения прибыли. Предпринимательская деятельность подразумевает под собой получение прибыли от использования имущества, в том числе денежных средств.

Денежные средства, поступавшие на счет ФИО2 от ООО «

<

данные изъяты>» в процессе исполнения договора займа от 20 апреля 2017 года, были частично обналичены истцом, частично перечислены на счета третьих лиц, что опровергает позицию истца о цели получения денежных средств по расписке от 09 марта 2017 года – для приобретения квартиры.

Истец просит признать недействительными (ничтожными) в силу закона положения п. 3.19.2 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности приостановления банком предоставления услуг «Сбербанк Онлайн», положения п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности блокировки банком карты, согласно которым: 

банк имеет право приостановить или ограничить предоставление услуг «Сбербанк Онлайн» при выявлении фактов и/или признаков нарушения информационной безопасности, а также в случае трехкратного некорректного ввода Постоянного пароля, выявления банком в деятельности клиента признаков сомнительных операций и сделок, а также при непредоставлении клиентом дополнительной информации (документов) банку, в том числе поясняющей экономический смысл проводимых по счету операций (сделок) (п. 3.19.2);

банк имеет право осуществить блокировку карты, если у банка возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма (п. 3.29). 

В силу п. 1 абз.1 п. 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).

В соответствии с абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК РФ в случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашение сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

П. 1 ст. 422 ГК РФ предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно ст. 858 ГК РФ ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету в случаях, предусмотренных законом.

Согласно п.п. 9, 10 ст. 9 ФЗ от 27 июня 2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» использование клиентом электронного средства платежа может быть приостановлено или прекращено оператором по переводу денежных средств на основании полученного от клиента уведомления или по инициативе оператора по переводу денежных средств при нарушении клиентом порядка использования электронного средства платежа в соответствии с договором. Приостановление или прекращение использования клиентом электронного средства платежа не прекращает обязательств клиента и оператора по переводу денежных средств, возникших до момента приостановления или прекращения указанного использования.

Согласно п. 11 ст. 7 Федерального закона №115-ФЗ организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, иностранной структуры без образования юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями настоящего Федерального закона, а также в случае, если в результате реализации правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте3 статьи53.1 ГК РФ (пункт5 статьи53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье75 ГК РФ (пункт3 статьи75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья170 ГК РФ); сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт1 статьи171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт2 статьи391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт4 статьи401 ГК РФ); договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт3 статьи572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт3 статьи596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья820 ГК РФ, пункт2 статьи836 ГК РФ).

П. 74 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Согласно п. 76 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья3, пункты4 и 5 статьи426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей (например, пункт2 статьи16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992года N2300-I "О защите прав потребителей", статья29 Федерального закона от 2 декабря 1990года N395-I "О банках и банковской деятельности").

П.п. 4.30, 4.32 Условий банковского обслуживания, предусмотрено, что банк имеет право запрашивать у клиента дополнительную информацию и документы об операциях с денежными средствами, а также информацию и документы, позволяющие установить выгодоприобретателей в соответствии с законодательством РФ. Банк имеет право не исполнять поручение клиента в случае противоречия операции законодательству РФ, банковским правилам и условиям договора. Банк вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, по которой не предоставлены информация и документы по запросу банка, предусмотренные Федеральным законом от 07 августа 2001 года №115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным.

В силу п. 5.9.1 Правил контроля к клиентам, осуществляющим операции, в отношении которых возникают подозрения, что они осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, банком принимаются следующие меры:

- отказ в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями документа;

- расторжение договора банковского счета (вклада) с клиентом в случае принятия в течение календарного года двух и более решений об отказе в выполнении распоряжения о совершении операции; 

- отказ клиенту в предоставлении услуг дистанционного банковского обслуживания, в том числе, в приеме от него распоряжений о совершении операций по банковскому счету (вкладу), подписанных аналогом собственноручной подписи, и переход на прием от такого клиента расчетных документов только на бумажном носителе (если такие условия предусмотрены договором между банком и клиентом);

- блокировка банковской карты, по счету которой совершаются операции, вызывающие подозрения;

- пересмотр уровня риска клиента;

- обеспечение повышенного внимания к операциям клиента с денежными средствами или иным имуществом.

Условия договора, предусматривающие возможность приостановления банком предоставления услуг «Сбербанк Онлайн», блокировки банком карты, не противоречат закону, не ущемляют права истца, направлены на исполнение возложенных на ПАО «Сбербанк России» Федеральным законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» публично-правовых обязательств по осуществлению внутреннего контроля за банковскими операциями, следовательно, не могут быть признаны ничтожными, являются обязательными для исполнения, как истцом, так и ответчиком.

Таким образом, исходя из изложенного, суд считает, что в удовлетворении заявленных исковых требований о признании недействительными (ничтожными) в силу закона положений п. 3.19.2 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности приостановления банком предоставления услуг «Сбербанк Онлайн», положений п. 3.29 Приложения № 1 к Условиям банковского обслуживания о возможности блокировки банком карты надлежит отказать.

На основании представленных истцом документов банк обоснованно квалифицировал проводимые операции, как сомнительные, что послужило основанием приостановления действия банковской карты, доступа к системе Сбербанк Онлайн, блокировки банковской карты ФИО2 Доказательств того, что истец по требованию банка представил документы, объективно подтверждающих происхождение денежных средств, материалы дела не содержат. Факт неполного предоставления истцом запрашиваемых документов - доказательств зачисления на счет юридического лица денежных средств, предоставленных ФИО2 по договору займа, оснований для передачи денежных средств в размере 25700000 рублей ФИО1 ФИО2 установлен в судебном заседании, не опровергнут стороной истца в судебном заседании. 

Таким образом, у банка имелись обоснованные подозрения, что операции по счету за период с мая 2017 года по июль 2017 года являются подозрительными и высокорискованными для банка, по результатам анализа операций банком принято обоснованное, не противоречащее законодательству РФ решение о приостановлении действия карты истца и доступа к системе Сбербанк Онлайн. 

В силу п.п. 1, 2 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения указанных выше требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Действия истца по непредставлению банку истребованных документов свидетельствуют о попытке уклониться от соблюдения процедур обязательного контроля, установленных в соответствии с Федеральным законом от 7 августа 2001 года № 115-ФЗ. 

Таким образом, требования истца о признании незаконными действий ПАО «Сбербанк России» об отказе 13 июля 2017 года и 14 июля 2017 года в выполнении распоряжений ФИО2 о совершении операций по внесению и зачислению денежных средств на счет № карты №, по приостановлению с 14 июля 2017 года действия банковской карты №, выданной ФИО2 и доступа к системе Сбербанк Онлайн, по блокировке банковской карты №, не подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 866 ГК РФ в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения поручения клиента банк несет ответственность по основаниям и в размерах, которые предусмотрены главой 25 настоящего Кодекса.

Такое неисполнение должно носить неправомерный характер.

П. 12 ст. 7 ФЗ № 115 предусмотрено, что приостановление операций в соответствии с п. 10 настоящей статьи и отказ от выполнения операций в соответствии с п. 11 настоящей статьи не являются основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, за нарушение условий соответствующих договоров.

Как следует из материалов дела и пояснений сторон, ФИО2 не была лишена возможности внести денежные средства и распорядиться денежными средствами, находящимися на счете № иными способами, в том числе путем личного обращения в банк, помимо использования системы Сбербанк Онлайн, доступ к которой был невозможен в силу блокировки банковской карты. Доказательств обратного истцом суду не представлено. Банком также было сообщено ФИО2 о получении денежных средств, находящихся на счетах карт, наличным путем, по истечении 30 дней, обратившись в отделение банка с документами, удостоверяющими личность. Сведений о невыполнении ответчиком обязательств по договору банковского обслуживания, заключенного с истцом, либо о нарушении условий, отвечающих положениям ст.ст. 845, 849, 858 ГК РФ, влекущих для истца ограничения в распоряжении денежными средствами с использованием банковского счета, по делу не установлено.

Поскольку действия банка являются законными, истцом не была предоставлена банку необходимая информация, в удовлетворении требований ФИО2 об обязании ПАО «Сбербанк России» возобновить действие банковской карты №, выданной ФИО2, возобновить ФИО2 доступ к системе Сбербанк онлайн; разблокировать карту №, выданную ФИО2 надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о признании недействительными (ничтожными) положений Приложений Условий банковского обслуживания, признании незаконными действий, возложении обязанности по возобновлению действия карты, доступа к системе Сбербанк Онлайн, разблокировании карты, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд через Центральный районный суд г. Твери в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Кузьмина

Решение в окончательной форме изготовлено 26 февраля 2018 года.

Председательствующий Т.В. Кузьмина