Судья М. В. Заикина дело № 22-42/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 января 2021 года город Кострома.

Костромской областной суд в составе:

председательствующего по делу судьи А. Н. Андриянова,

при секретаре Е. А. Рябинцевой,

с участием прокурора К. С. Силановой,

осуждённого ФИО1,

защитника – адвоката Н. А. Ядовина,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> Костромской области, ранее не судимого,

на приговор Димитровского районного суда г. Костромы от 13 ноября 2020 года, которым он

осуждён по ч. 1 ст. 318 УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года;

по ч. 1 ст. 167 УК РФ к исправительным работам сроком на 10 месяцев с удержанием 5% заработка в доход государства.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний определено 3 года 3 месяца лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ это наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 3 года, в течение которого он должен своим поведением доказать своё исправление.

ФИО1 обязан не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных; являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных один раз в месяц.

До вступления приговора в законную силе ФИО1 оставлена мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Доложив материалы дела, заслушав выступления осуждённого и защитника, поддержавших жалобу; прокурора, возражавшую против её удовлетворения, суд

у с т а н о в и л :

при обстоятельствах, более подробно изложенных в приговоре, ФИО1 признан виновным в том, что он, являясь должником по сводному исполнительному производству отдела судебных приставов по Заволжскому округу г. Костромы, во второй половине дня 16 марта 2020 года, вооружившись штыковой лопатой, возле своего дома на ул. 

<

адрес> г. Костромы, напал с ней на представителя государственной власти – судебного пристава-исполнителя М.А.Е., прибывшего к нему на личном автомобиле «Хендэ Солярис» с судебным приставом-исполнителем Ш.Н.Р. для совершения принудительных исполнительских действий, препятствуя их законной деятельности, умышленно причинил Е. не опасные для жизни и здоровья телесные повреждения, а в довершение к этому повредил лопатой его автомобиль, причинив ему механические повреждения и значительный материальный ущерб потерпевшему на сумму 65 000 рублей. 

Осуждённый ФИО1 по ч.1 ст. 318 УК РФ вину не признал – якобы, не разобравшись, принял в сложившейся ситуации, одетых не по форме судебных приставов за «коллекторов», ударов лопатой им не наносил; по ч.1 ст. 167 УК РФ признал частично, оспаривая признак значительности причинённого потерпевшему материального ущерба, но его возместил и просил прекратить дело в этой части за деятельным раскаянием.

В этой связи, придерживаясь прежней позиции, в апелляционной жалобе он выражает несогласие с приговором, считая его незаконным, несправедливым, вынесенным с нарушением норм права, поскольку считает, 

во-первых, что суд, назначая окончательное наказание по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ путём частично сложения наказаний, фактически сложил наказания за оба преступления полностью;

во-вторых, что решение суда об отказе в прекращении дела по ч. 1 ст. 167 УК РФ на основании ст. 75 УК РФ, ст. 28 УПК РФ ничем не обосновано и незаконно, построено на противоречивой оценке характеризующих его данных. Вывод о значительности вреда, причинённого потерпевшему, также подвергает сомнению, поскольку суд не принял во внимание приобретение М.А.Е. потом автомобиля «БМВ» и наличие у него недвижимости;

в-третьих, что в его действиях отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, поскольку ему не было известно, что лица, которые к нему пришли, являются судебными приставами-исполнителями, а принял он их за коллекторов и умысла на причинение насилия и угроз насилием в отношении представителя власти у него не имелось.

На основании изложенного просит приговор отменить, уголовное преследование по ч. 1 ст. 167 УК РФ прекратить в связи с деятельным раскаянием, по ч. 1 ст. 318 УК РФ его оправдать.

Проверив материалы дела, и оценив доводы сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Фактические обстоятельства совершённых ФИО2 деяний, подтверждаются собранными по уголовному делу доказательствами, исследованными судом в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре. Оснований сомневаться в них, нет.

По убеждению суда апелляционной инстанции, в своей совокупности эти доказательства достаточно ясно и полно отображают картину произошедшего и дают основания для правильной юридической квалификации действий осуждённого.

В свою очередь все изложенные стороной защиты доводы, включая приведённые в апелляционной жалобе, были предметом исследования и оценки при рассмотрении уголовного дела по существу, и обоснованно судом отвергнуты. По своей сути они направлены на переоценку правильно установленных фактических обстоятельств уголовного дела. 

Так, из показаний потерпевшего Е. и его напарника Р., занимающих должности судебных приставов-исполнителе отдела судебных приставов по Заволжскому округу г. Костромы и Костромскому району УФССП по Костромской области следует, что в тот день они прибыли к ФИО2, чтобы установить его местонахождение и принять меры к принудительному взысканию его задолженности по налогам, кредитным платежам и неоплаченным административным штрафам за счёт его имущества, на которое принято решение наложить арест ( т. 2 л.д.17-18).

Были не в форменном обмундировании, но ясно и чётко представились, вышедшему к ним ФИО2, кто они и зачем здесь, предъявили служебные удостоверения, однако, тот обругав их нецензурно, потребовал удалиться, более не приходить, после чего ушёл в дом.

На улице находилась ГАЗель ФИО2, и Е. решил составить акт её описи, чтобы потом эвакуировать. Сели в свою автомашину. В это время Охотников, ругаясь, обвиняя их, что они «коллекторы» и пришли вымогать у него деньги, с лопатой наперевес приблизился к ним. Несмотря на словесную попытку его вразумить, он их атаковал, разбил штыком стекло водительской двери, и вторым ударом, целясь Е. в лицо, пытался достать его, но тот, упав на сиденье, увернулся, и удар пришёлся вскользь по руке и ноге, повредив брюки и нанеся порез. 

Ретировавшись по-очереди из салона через пассажирскую дверь, и отступая, оба побежали по дороге. Охотников погнался следом, метнул лопату, целясь Е. в голову, но она, не долетев, упала позади него. Перебежав дорогу, они обратились за помощью к водителю стоявшей напротив автомашины, который всё это видел со стороны, и попросили, чтобы он отвез их в полицию. 

Перемежая свои действия, с нападением на Е., Охотников разбил лопатой и его машину, проникал в салон, после чего исчезло его исполнительное производство, вступил из-за них в перепалку с таксистом, настойчиво обвиняя их в незаконной коллекторской деятельности.

(Т.2 л.д.161-167)

Все эти обстоятельства и на предварительном следствии и в суде подробно подтвердил случайный очевидец всех этих событий – водитель такси Д.А.М., который, увидев происходящее остановился, и к которому они подбежали во время инцидента, обратившись за помощью (т.2 л.д. 186-189, т.1 л.д. 140-143, 154-158).

Таким образом, факт нападения ФИО2 на Е. и Р. нашёл своё подтверждение и не оспаривается самим осуждённым.

По мнению суда апелляционной инстанции, доводы осуждённого о том, что он якобы обманулся и принял Е. с Р. за представителей коллекторских агентств, прибывших к нему «вымогать деньги», при всей очевидности рассматриваемой ситуации, является ложью, направленной на то, чтобы подобным способом оправдать своё противоправное поведение.

Исходя из фактических обстоятельств произошедшего, никаких оснований для этого вывода у него не было. 

Судебные приставы своим поведением такого повода ему не давали, как и отсутствие на них форменного обмундирования. В тот день оба находились на служебном задании, прибыв к нему, среди прочих должников, чтобы наложить арест на его имущество, что также подтверждается показаниями их непосредственного начальника С.С.Г., которая, получив сообщение о совершённом на них нападении, прибыла с группой быстрого реагирования областного Управления судебных приставов на место происшествия наряду с полицией. 

Как она показывает, по внешнему виду Охотников был пьян, вел себя вызывающе, всё время требовал предъявить документы по исполнительному производству. И так как те, что были у Е. с собой в машине, он уничтожил, пришлось ехать за дубликатами в отдел. Тем временем он свою автомашину уже куда-то успел отогнать.

Наличие в производстве судебного пристава Е. исполнительных документов в отношении должника ФИО2, подтверждается представленными в первом и втором томах уголовного дела многочисленными копиями соответствующей служебной документации.

Как следует из показаний самих судебных приставов и свидетеля М., оснований не доверять которым нет, они и до, и в ходе, и после нападения постоянно доказывая, уведомляли его о своём должностном положении, предъявляя и служебные удостоверения, однако он всё это цинично игнорировал.

По заключениям судебных медицинских экспертиз, причинённые действиями ФИО2 судебному приставу-исполнителю Е. телесные повреждения в виде образовавшихся от воздействия разбитого стекла и лопаты ссадин на правой руке и правой ноге, не причинили его здоровью вреда, поскольку не повлекли кратковременного его расстройства или незначительной стойкой утраты трудоспособности (т.2 л.д. 62-64, 71-74), хотя само поведение виновного, напавшего на потерпевшего с заточенной штыковой лопатой, нельзя назвать не опасным для его жизни и здоровья.

Согласно осмотру автомашины ФИО3 полностью оторвал лопатой боковые зеркала заднего вида; разбил стекло, нанес вмятины на водительской двери и повредил её обшивку с внутренней стороны; передняя пассажирская дверь также имеет повреждения в виде пятнадцатисантиметровой царапины лакокрасочного покрытия и вмятину (т.1 л.д. 27-30). 

Следует отменить, что этот автомобиль в ГИБДД зарегистрирован на отца потерпевшего – А.М.Е. Т.1 л.д. 101), однако по их взаимному утверждению это имеет формальный характер, фактически он принадлежит именно признанному по делу потерпевшим судебному приставу исполнителю М.А.Е., стороной защиты это не оспаривается, в том числе и по признаку добровольного возмещения причинённого ущерба именно ему.

Согласно экспертной оценке механических повреждений автомашины, затраты на её восстановительный ремонт равняются 65 000 рублей (т.1 л.д. 199-218), и, вопреки доводам жалобы, размер причинённого потерпевшему материального ущерба следует признать значительным, поскольку она была повреждена до состояния, препятствующего эксплуатации. 

По мнению суда, учитывая это обстоятельство и втрое меньший размера ущерба размер среднемесячной заработной платы Е. (т. 2 л.д. 20), содеянное ФИО2 с автомобилем потерпевшего действительно поставило его в затруднительное материальное положение. Наличие у него иного незначительного недвижимого имущества и покупка другого автомобиля на денежные средства, вырученные от продажи повреждённого ФИО2, этот вывод не опровергают, и доводы жалобы в данной части нельзя признать убедительными.

При всех изложенных обстоятельствах, с учётом предъявленного ФИО2 обвинения, суд обоснованно квалифицировал его действия по обоим эпизодам:

- по ч.1 ст. 318 УК РФ, как применение насилия, не опасного для жизни и здоровья и угроза применения насилия в отношении представителя власти;

- по ч.1 ст. 167 УК РФ, как умышленное повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба, исключив из обвинения не подтвердившийся в ходе судебного рассмотрения дела хулиганский мотив, совершения этого преступления.

О правильности такой квалификации свидетельствует то, что М.А.Е., занимая государственную гражданскую должность в федеральном органе исполнительной власти – судебного пристава-исполнителя, наделённый в силу этого соответствующими полномочиями, является представителем власти по данному направлению государственной деятельности, прибыл к ФИО1 для выполнения своих служебных обязанностей, в чём тот ему намеренно воспрепятствовал, угрожая и применяя к нему насилие, используя для этого штыковую лопату в качестве оружия нападения.

Умышленно повреждая автомобиль потерпевшего, ФИО1, нанес ему материальный урон, который по ранее изложенным причинам оценивается судом для него значительным. При этом действовал он не из хулиганских побуждений, а из соображений мести за законную деятельность судебного пристава.

При всех приведённых обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит вину ФИО2 во вменённых преступлениях доказанной.

Никаких причин для его оправдания за действия в отношении Е., квалифицированные по ч.1 ст. 318 УК РФ, суд не усматривает.

Оснований для прекращения уголовного дела в части его обвинения по ч.1 ст. 167 УК РФ также не имеется, поскольку его поведение после совершения преступления носило формальный характер и его невозможно признать деятельным раскаянием, свидетельствующим, что виновное лицо в силу этого, перестало быть общественно опасным. 

Само по себе добровольное возмещение потерпевшему материального ущерба в заявленных по делу размерах об этом с безусловностью не свидетельствует.

Таким образом, обоснованно вынося по делу обвинительный приговор, и определяя ФИО1 меру наказания, суд, подробно мотивируя своё решение, в достаточной степени учёл характер и степень общественной опасности совершённого преступления, все сведения о личности виновного, а также все иные установленные по делу обстоятельства, влияющие на наказание. 

Отягчающих его наказание обстоятельств по делу не имеется, а смягчающими суд обоснованно признал наличие у него двоих детей, действия по заглаживанию вреда, причинённого потерпевшему и другие.

Назначая ему наказание по совокупности преступлений, согласно ч.2 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний за каждое из преступлений, районный суд, вопреки мнению осуждённого, это правило соблюл, поскольку 10 месяцев исправительных работ при пересчёте согласно ст. 71 УК РФ, соответствует 3 месяцам 10 дням лишения свободы, и, соответственно окончательное наказание в виде 3 лет 3 месяцев лишения свободы соответствует правилу частичного сложения. Определённый при этом судом размер окончательного наказания справедлив, соответствует его целям и тяжести содеянного.

На основании изложенного руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

приговор Димитровского районного суда г. Костромы от 13 ноября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменений, а его апелляционную жалобу, - без удовлетворения.

Председательствующий: А. Н. Андриянов.