Дело № 2-12/2020 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Вельск 28 мая 2020 года

Вельский районный суд Архангельской области 

в составе председательствующего Сидорак Н.В.,

при секретаре Аламбаевой В.С.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

pассмотpев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возложении обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3 о возложении обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности путем установления минимального расстояния при степени огнестойкости и классе конструктивной пожарной опасности жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, до нежилого здания кафе «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, не менее 15 метров.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>. На расстоянии 6,5 метров от юго-западной стороны, принадлежащего ей земельного участка, размещено здание кафе, принадлежащее ФИО3 К забору земельного участка истца ФИО3 самовольно возведена котельная, пристроенная к зданию кафе. Здание кафе «

<

данные изъяты>» является самовольной постройкой. ФИО1 полагает, что собственником здания кафе нарушены требования противопожарной безопасности. 

ДД.ММ.ГГГГ в суд поступило заявление ФИО1 об уточнении исковых требований, в соответствии с которым она просила возложить на ФИО3 обязанность по устранению нарушений требований пожарной безопасности, установив минимальное расстояние при степени огнестойкости и классе конструктивной пожарной опасности жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, до нежилого здания кафе «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, не менее 15 метров, путем сноса самовольно возведенной котельной и пристройки к зданию кафе «

<

данные изъяты>» в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Определением Вельского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель ФИО4

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала, указав, что проживает по адресу: 

<

адрес> 1990 года. В 1980 годах данный дом был приобретен ее родителями. На смежном земельном участке расположено здание кафе, принадлежащее ответчику. В непосредственной близости от него расположена деревянная хозяйственная постройка истца. В настоящем судебном заседании истец изменила ранее данные объяснения, сообщив, что кафе не является самовольной постройкой, но некоторое время назад у здания кафе имелся навес, который впоследствии был «опушен» (обшит). Позднее к зданию кафе была пристроена котельная. При этом для пристройки котельной была выпилена часть крыши хозяйственной постройки ФИО1 В настоящее время, учитывая месторасположение здания кафе, на земельном участке ФИО1 затруднительно построить сарай на месте снесенного ранее. Истец, указывая на нарушение ответчиком, противопожарных разрывов, просит устранить нарушения требований пожарной безопасности путем сноса пристройки к зданию кафе и котельной. 

Ответчик ФИО3, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия.

Третье лицо индивидуальный предприниматель ФИО4 в судебное заседание не явилась, согласно представленному заявлению просила рассмотреть дело без ее участия, возражала относительно удовлетворения заявленных требований.

Представитель ответчика Кирса О.В. в судебном заседании просил отказать в удовлетворении иска, пояснив, что здание кафе «

<

данные изъяты>» и земельный участок, расположенный под ним, ФИО3 получил по договорам дарения от ДД.ММ.ГГГГ от своего отца ФИО5, которому по договорам дарения их передал ФИО6 Последний приобрел здание кафе на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у Вельского потребительского общества, земельный участок на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у КУМИ администрации МО «Вельский муниципальный район». Здание кафе (ранее - павильон «Турист»), 1980 года постройки, в установленном законом порядке было принято в эксплуатацию. Здание возведено в соответствии с действовавшими на тот период времени строительными нормами и требованиями пожарной безопасности, соответственно самовольной постройкой не является. Действовавшими на момент возведения и сдачи в эксплуатацию помещения кафе СНиП II-А.5-70 «Противопожарные нормы проектирования зданий и сооружений», утвержденными Государственный комитетом Совета М. С. по делам строительства ДД.ММ.ГГГГ, противопожарные расстояния, требования к противопожарным разрывам предусмотрены не были. До настоящего времени площадь здания, конфигурация и планировка помещений не изменялись, лишь в 2006 году изменен вид отопления, для чего в пристройке здания оборудована газовая котельная, стены пристройки заменены на шлакоблочные. При этом котельная соответствует требованиям пожарной безопасности, относится ко 2 степени огнестойкости, пожарная безопасность третьих лиц обеспечена, что следует из документации на котельную. Истец указывает, что к задней части здания кафе со стороны ее земельного участка была произведена пристройка в связи с чем уменьшены противопожарные разрывы. Однако доказательств возведения пристройки к зданию кафе истец не предоставил, также как и доказательств наличия угрозы для ее жизни и здоровья, нарушения прав и законных интересов иных лиц. Кроме несоблюдения противопожарного разрыва между кафе и домом истца, иных доказательств, подтверждающих, что кафе ответчика создает угрозу для жизни и здоровья ФИО1, не представлено.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заслушав специалиста, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

На основании ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно ст. 263 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

Пунктом 1 ст. 222 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Не является самовольной постройкой здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, если собственник данного объекта не знал и не мог знать о действии указанных ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка.

Статья 222 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения в действие с 01 января 1995 года части первой Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 109 Гражданского кодекса РСФСР, действующего на момент возведения здания кафе, гражданин, построивший жилой дом (дачу) или часть дома (дачи) без установленного разрешения или без надлежаще утвержденного проекта, либо с существенными отступлениями от проекта или с грубым нарушением основных строительных норм и правил, не вправе распоряжаться этим домом (дачей) или частью дома (дачи) - продавать, дарить, сдавать внаем и т. п.

По решению исполнительного комитета районного, городского, районного в городе Совета народных депутатов такой дом (дача) или часть дома (дачи) сносятся гражданином, осуществившим самовольное строительство, или за его счет, либо по решению суда могут быть безвозмездно изъяты и зачислены в фонд местного Совета народных депутатов.

В соответствии с пунктом 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации не распространяются на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом, а также на перепланировку, переустройство (переоборудование) недвижимого имущества, в результате которых не создан новый объект недвижимости; лица, право собственности или законное владение которых нарушается сохранением таких объектов, могут обратиться в суд с иском об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации); в случаях, когда самовольно возведенный объект, не являющийся новым объектом или недвижимым имуществом, создает угрозу жизни и здоровью граждан, заинтересованные лица вправе на основании пункта 1 статьи 1065 Гражданского кодекса Российской Федерации обратиться в суд с иском о запрещении деятельности по эксплуатации данного объекта.

Из содержания статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в абз. 3 пункта 45, пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что негаторный иск подлежит удовлетворению при существовании реального нарушения прав и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта; несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года, наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных и строительных норм и правил является основанием для отказа в удовлетворении иска о признании права собственности на самовольную постройку либо основанием для удовлетворения требования о ее сносе при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.

К существенным нарушениям строительных норм и правил суды относят, например, такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц.

Из статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации следует необходимость соблюдения соразмерности избранного способа защиты нарушенному праву. В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения нарушенных прав, их судебной защиты.

По смыслу приведенных норм, в гражданском процессе действует презумпция, согласно которой на ответчика не может быть возложена ответственность, если истец не доказал обстоятельства, подтверждающие его требования.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 1948 года постройки, площадью 61,7 кв.м., а также земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1620 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, категории земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: индивидуальное жилищное строительство. Граница земельного участка установлена в соответствии с требованиями земельного законодательства.

Смежным с земельным участком ФИО1 является земельный участок с кадастровым номером №, площадью 330 +/- 6 кв.м., принадлежащий на праве собственности ФИО3 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир здание кафе № «

<

данные изъяты>». Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, категории земель: земли населенных пунктов, вид разрешенного использования: для размещения и обслуживания кафе, на котором расположено здание кафе «

<

данные изъяты>», 1980 года постройки, площадью 152,3 кв.м. Граница земельного участка установлена в соответствии с требованиями земельного законодательства.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (Арендодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (Арендатор) был заключен договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> – кафе «Надежда» сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время данный договор пролонгирован.

Заявляя требования о возложении на ФИО3 обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности, установив минимальное расстояние при степени огнестойкости и классе конструктивной пожарной опасности жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, до нежилого здания кафе «Надежда», расположенного по адресу: 

<

адрес>, не менее 15 метров, путем сноса самовольно возведенной котельной и пристройки к зданию кафе «

<

данные изъяты>», истец обосновывала их тем, что площадь здания кафе «

<

данные изъяты>» изменялась, к зданию возведена пристройка, в настоящее время ФИО1 утверждает, что здание кафе имело навес, который впоследствии был обшит, в результате чего нарушается противопожарный разрыв между зданием кафе и принадлежащим ей жилым домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ комиссией администрации МО «Вельское» проведено обследование земельных участков № по адресу: 

<

адрес> (здание кафе № «

<

данные изъяты>») и № по адресу: 

<

адрес>, в ходе которого установлено, что расстояние от жилого дома по адресу: 

<

адрес> до нежилого здания кафе № «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес> ориентировочно составляет 6,5 метров. Здание кафе состоит из ограждающих конструкций каркасно-засыпных стен со степенью огнестойкости V и классом конструктивной пожарной опасности С3. Жилой дом истца состоит из ограждающих конструкций деревянных рубленных стен со степенью огнестойкости V и классом конструктивной пожарной опасности С3. Минимальные расстояния при степени огнестойкости и классе конструктивной пожарной опасности жилого дома до здания кафе в соответствии с таблицей 1 пункта 4 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям» составляют 15 метров. На земельном участке с кадастровым номером № расположены хозяйственные постройки по границе земельного участка – без отступа. Южный угол нежилого здания кафе (пристройка) частично встроен в данные хозяйственные постройки, нарушено ограждение участка. Вышеуказанные объекты расположены с нарушением требований Федерального закона от 22 июля 2008 года № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» и приказа МЧС России от 24 апреля 2013 года № 228 «Об утверждении свода правил СП 4.13130 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям» (вместе с «СП 4.13130. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям»).

По запросу суда отделом надзорной деятельности и профилактической работы Вельского и Устьянского районов УНДиПР Главного управления МЧС России по Архангельской области произведено обследование земельных участков истца и ответчика, в результате которого установлено, что на земельных участках по адресам: 

<

адрес>, 

<

адрес> не обеспечивается 15-метровое противопожарное расстояние между хозяйственной постройкой (сараем) (5 степени огнестойкости) и жилым домом (5 степени огнестойкости), расположенными на участке по адресу: 

<

адрес>, до здания кафе (5 степени огнестойкости) с пристроенной котельной, расположенного по адресу: 

<

адрес> (по факту противопожарные расстояния составляют: 1,5 метра от хоз.постройки до здания кафе; 7 метров от жилого дома до здания кафе), что является нарушением пункта 74 Правил противопожарного режима в РФ, утвержденных постановлением правительства РФ от 25 апреля 2002 года № 390, ч. 2, 3, 4 ст. 4 Федерального закона № 123-ФЗ от 22 июля 2008 года «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», пункта 4.3, таблица 1, СП 4.13130.2013, ранее пункта 1*, приложения 1*, СНиП 2.07.01-89*.

Отношения в области пожарной безопасности регулируются Федеральным законом от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» и иными нормативными документами, содержащими требования пожарной безопасности, в том числе правилами и нормами пожарной безопасности.

Так, статьей 1 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» предусмотрено, что требованиями пожарной безопасности являются специальные условия социального и (или) технического характера, установленные в целях обеспечения пожарной безопасности законодательством Российской Федерации, нормативными документами или уполномоченным государственным органом. Нормативные документы по пожарной безопасности представляют собой технические регламенты и стандарты, а также действующие до вступления в силу технических регламентов и вновь разрабатываемые нормы пожарной безопасности, правила пожарной безопасности, стандарты, инструкции и иные документы, содержащие соответственно обязательные и рекомендательные требования пожарной безопасности.

Под нарушением требований пожарной безопасности согласно вышеназванной статье понимается невыполнение или ненадлежащее выполнение требований пожарной безопасности.

В целях защиты жизни, здоровья, имущества граждан и юридических лиц, государственного и муниципального имущества от пожаров принят Федеральный закон от 22 июля 2008 года № 123-ФЗ «Технический регламент о пожарной безопасности» (далее - Технический регламент), который определяет основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и устанавливает общие требования пожарной безопасности к объектам защиты (продукции), в том числе к зданиям и сооружениям, промышленным объектам, пожарно-технической продукции и продукции общего назначения.

Пунктом 1 части 2 статьи 1 Технического регламента определено, что положения настоящего Федерального закона об обеспечении пожарной безопасности объектов защиты обязательны для исполнения при проектировании, строительстве, капитальном ремонте, реконструкции, техническом перевооружении, изменении функционального назначения, техническом обслуживании, эксплуатации и утилизации объектов защиты.

Как отмечено в пункте 39 приказа МЧС РФ от 16 марта 2007 года № 140 «Об утверждении Инструкции о порядке разработки органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления и организациями нормативных документов по пожарной безопасности, введения их в действие и применения», требования пожарной безопасности, изложенные во вновь принятых нормативных документах, не распространяются на существующие объекты, здания и сооружения, введенные в действие в соответствии с ранее действовавшими нормативными документами, за исключением случаев, когда дальнейшая эксплуатация таких объектов, зданий (сооружений) в соответствии с новыми данными приводит к недопустимому риску для безопасности жизни и здоровья.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора подлежат применению градостроительные и строительные нормы и правила, действовавшие на момент строительства соответствующих объектов.

С 01 января 1976 года по 01 января 1990 года противопожарные расстояния между жилыми зданиями, общественными зданиями и вспомогательными зданиями промышленных предприятий были установлены в СНиП II-60-75*. Нормы проектирования. Планировка и застройка городов, поселков и сельских населенных пунктов.

В соответствии с требованиями п. 5 табл. 10 минимальное допустимое расстояние между постройками V степени огнестойкости должно быть не менее 15 метров.

В ходе рассмотрения дела установлено, что жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, представляет собой одноэтажное бревенчатое здание с мезонином. Указанный дом был возведен в 1948 году на основании договора о праве застройки от 26 февраля 1948 года.

На земельном участке, принадлежащем ФИО1, на границе со смежным земельным участком, принадлежащем ФИО3, расположена деревянная хозяйственная постройка (сарай). Кроме того, на земельном участке истца расположены железный гараж, баня, колодец.

Со слов истца хозяйственные постройки, на принадлежащем ей участке, были возведены в 1948 году, на момент приобретения жилого дома ее отцом сараи уже имелись.

В техническом паспорте жилого дома по состоянию на 1980 год хозяйственная постройка в виде сарая с навесом уже обозначена.

Решением Исполнительного комитета Вельского городского Совета народных депутатов № 151 от 07 июня 1978 года для Вельского райпотребсоюза были отведены земельные участки площадью по 0,03 га. на территории городского рынка для строительства двух павильонов «Турист» на 64 места каждый.

В 1980 году на территории городского рынка г. Вельска возведено здание павильона «Турист», фундамент – бутово-ленточный, стены – наружно-засыпные, крыша – шифер.

30 июня 1980 года Государственной приемочной комиссией принят в эксплуатацию павильон «Турист», расположенный по адресу: Архангельская область, г. Вельск, городской рынок. В члены приемочной комиссии входил, в том числе начальник государственного пожарного надзора. В заключении комиссии указано, что строительно-монтажные работы по строительству павильона «Турист» выполнены в соответствии с проектом, строительными нормами и правилами и отвечают требованиям приемки в эксплуатацию законченных строительством объектов, изложенных в соответствующих главах СНиП.

Акт государственной комиссии от 30 июня 1980 года о приемке в эксплуатацию законченного строительством павильона «Турист» на городском рынке утвержден решением исполнительного комитета Вельского городского Совета народных депутатов от 30 июня 1980 года № 170.

В соответствии с постановлением администрации МО «Вельский район» № 871 от 05 октября 1998 года здание кафе № «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано за Вельским потребительским обществом.

19 декабря 2000 года между Вельским потребительским обществом (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи здания кафе, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 152,3 кв.м. В договоре указано, что здание принадлежит продавцу на основании постановления Совета Вельского райпотребсоюза № 12 от 25 августа 1998 года, акта приема-передачи от 25 августа 1998 года.

Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ Комитет по управлению муниципальным имуществом МО «Вельский муниципальный район» продал ФИО6 земельный участок с кадастровым номером №, площадью 330 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира здание кафе № «

<

данные изъяты>», расположенного в границах участка, адрес ориентира: 

<

адрес>.

В соответствии с договорами дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 подарил указанные выше объекты недвижимого имущества ФИО5

ФИО5, в свою очередь, подарил ДД.ММ.ГГГГ земельный участок и расположенное на нем здание кафе ФИО3

Здание кафе размещено в 1,5 метрах от хозяйственной постройки истца (сарая), в 7 метрах от жилого дома ФИО1 Пристроееная к зданию кафе котельная вплотную примыкает к хозяйственной постройке истца.

Обосновывая заявленные требования, истец первоначально ссылалась на то, что площадь здания кафе (ранее - павильона «Турист») была самовольно изменена, к задней части здания возведена пристройка, в настоящее время ФИО1 утверждает, что здание кафе имело навес, который впоследствии был обшит, в результате чего противопожарные разрывы были нарушены.

Вместе с тем, доводы истца о возведении пристройки к задней части здания кафе не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

В документах, касающихся возведения павильона «Турист», его площадь не указана.

В настоящее время площадь кафе составляет 152,3 кв.м. Техническая инвентаризация здания проводилась в 1984, 2006, 2010 годах.

Из технического паспорта, составленного Вельским бюро технической инвентаризации по состоянию на 27 августа 1984 года, следует, что площадь здания составляла 150,9 кв.м. (151 кв.м.).

По информации Вельского отделения ГБУ АО «АрхОблКадастр» от 04 декабря 2019 года увеличение общей площади здания кафе «Надежда» с 151 кв.м. (по данным инвентаризации на 1984 год) до 152,3 кв.м. связано с внутренней перепланировкой перегородок помещений и уточнением при подсчете, без изменений наружных размеров здания.

По данным технической инвентаризации здания кафе по состоянию на 02 марта 2006 года, на 27 апреля 2010 года площадь кафе составляла 152,3 кв.м.

В соответствии с сообщением Вельского райпотребсоюза от 28 мая 2020 года павильон «Турист» был принят на балансовый учет 30 июня 1980 года, снят с балансового учета в связи с продажей в декабре 2000 года. С 30 июня 1980 года (даты приемки в эксплуатацию) по 1991 год включительно Вельским райпотребсоюзом перестройки, изменения в конструкцию здания не производились.

Согласно выкопировке из плана земель г. Вельска по состоянию на 1991 год площадь здания кафе «Надежда» соответствует его площади в настоящее время, а также указанной в технических документах.

В целях определения наличия либо отсутствия возведения пристройки к зданию кафе «Надежда», установления противопожарных расстояний и возможности реализации назначения противопожарных расстояний между зданием кафе и домом истца по делу была назначена судебная строительная экспертиза, производство которой поручено ООО «АльянсСтрой».

По сообщению ООО «АльянсСтрой» от 27 марта 2020 года ответить на поставленные судом вопросы не представилось возможным.

Из объяснений специалиста ФИО7 установлено, что определить осуществлялась ли пристройка к задней части кафе визуально невозможно.

В силу ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы этих требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению основания и предмета иска с целью использования более эффективного способа защиты, а также выбора иного способа защиты.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о возложении на ответчика обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности путем сноса пристройки к зданию кафе. 

Из материалов дела следует, что земельный участок площадью 0,03 га. на территории городского рынка был отведен Вельскому райпотребсоюзу для строительства павильона «Турист» в установленном законом порядке. Для приемки данного объекта в эксплуатацию была создана государственная комиссия, в состав которой входили архитектор Вельского района, председатель Вельского Райпотребсоюза, начальник стройучастка, главный врач Вельской СЭС, начальник отделения ГПН, директор Вельских коммунальных электрических сетей, главный инженер Вельского ККП, председатель ГОРПО, начальник ПУВКХ.

В заключении государственной приемочной комиссии указано, что строительно-монтажные работы по строительству павильона «Турист» выполнены в соответствии с проектом, строительными нормами и правилами и отвечают требованиям приемки в эксплуатацию законченных строительством объектов, изложенных в соответствующих СНиП. Доказательств того, что здание кафе было возведено прежним собственником с нарушением действующего законодательства, без получения соответствующих разрешений не приведено.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости здание кафе размещено на земельном участке категории земель населенных пунктов с видом разрешенного использования: для размещения и обслуживания кафе.

Таким образом, кафе возведено на земельном участке, предоставленным уполномоченным органом в установленном порядке для соответствующих целей, при наличии разрешительной документации.

При таких обстоятельствах здание не имеет признаков самовольной постройки.

В последующем здание павильона «Турист» стало использоваться в качестве кафе. 

Факт осуществления пристройки к задней части здания кафе не нашел своего подтверждения.

Из представленных технических паспортов в отношении здания кафе за период с 1984 года по 2010 год усматривается, что расположение и контуры строения под литером А не изменялись.

С момента владения зданием ФИО3 с 2011 года, а до него ФИО5 с 2010 года, ФИО6 с 2000 года здание существовало в прежних размерах, без изменения его конфигурации. Пристройка к задней части здания кафе ни истцом, ни его предыдущими собственниками не осуществлялась, до настоящего времени площадь здания остается прежней. Указанное обстоятельство подтверждается и выкопировкой с плана г. Вельска по состоянию на 1991 год, а также сообщением Вельского райпотребсоюза от 28 мая 2020 года.

При этом доказательств, объективно и достоверно подтверждающих факт возведения пристройки к зданию кафе истцом не представлено.

Факт того, что крыша кафе имеет небольшой уклон, не подтверждает осуществление пристройки к задней части здания.

Отсутствие требуемых противопожарных разрывов между жилым домом истца и зданием кафе не свидетельствует о наличии предусмотренных законом оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о сносе пристройки, возведение которой опровергается исследованными материалами. 

Кроме того, в силу ст.ст. 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. 

На основании ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к приведенным нормам материального и процессуального права собственник, заявляющий такое требование, основанием которого является факт нарушения действующих норм и правил, регламентирующих возведение строения (кафе) на земельном участке, а также нарушение прав и охраняемых законом интересов, должен доказать нарушение его права на владение и пользование участком со стороны истца, к которому заявлены требования.

Снос объекта самовольного строительства является крайней мерой гражданско-правовой ответственности, а устранение последствий нарушений должно быть соразмерно самому нарушению, не создавать дисбаланса между публичным и частным интересом, приводящего к нарушению устойчивости хозяйственного оборота и причинению несоразмерных убытков. 

Между тем, здание кафе самовольной постройкой не является. Несоблюдение противопожарных расстояний может служить основанием для сноса постройки, которая непосредственно создает угрозу жизни и здоровью граждан. Данная угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на нарушениях при строительстве каких-либо норм и правил, но и на фактических обстоятельствах расположения строений в их взаимосвязи. Отсутствие требуемых противопожарных разрывов не свидетельствует о существующей угрозе для жизни и здоровья людей, нарушении прав и законных интересов иных лиц.

Какие-либо доказательства того, что возведение строения, эксплуатируемого около 40 лет, может повлечь повреждение или уничтожение имущества других лиц, причинение вреда жизни, здоровью человека, суду представлены не были. При этом из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком, третьим лицом сложились конфликтные отношения, ФИО1 за последнее время неоднократно обращалась с жалобами в различные инстанции по поводу неудовлетворительной работы наружной сети канализации у кафе «Надежда», при этом каких либо нарушений в данной части выявлено не было. Также истцом допущено нарушение границ земельного участка, принадлежащего ответчику, путем установления забора непосредственно к зданию кафе.

Разрешая заявленные требования в части возложения на ответчика обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности путем сноса котельной суд приходит к следующему.

В силу пункта 14 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) - это изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за строительства - многоквартирного дома исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов. Реконструкция объектов капитального строительства осуществляется в порядке, установленном Градостроительным кодексом Российской Федерации.

Частью 2 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что реконструкция объектов капитального строительства осуществляется на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных данной статьей.

В ходе рассмотрения дела установлено, что котельная, пристроенная к зданию кафе «

<

данные изъяты>», расположенному по адресу: 

<

адрес>, была возведена в ориентировочно в 2005-2006 годах.

Проект котельной разработан на основании технических условий, выданных Вельским филиалом ОАО «Архангельскоблгаз» и задания на проектирование, выданного ФИО4 Проектная документация на строительство котельной разработана в соответствии с требованиями СНиП 42-01-2002, ПБ 12-529-03, других нормативных документов. Источником газоснабжения служит существующий газопровод низкого давления диаметром 32 мм., подъем которого выходит на фасад здания кафе «Надежда». Потребителем природного газа является газовый котел Ferroli Domina F30 Е, установленный в обособленном помещении котельной.

Котельная представляет собой шлакоблочное здание на бетонно-ленточном фундаменте площадью 4,17 м. на 2,6 м., пристроенное к зданию кафе «Надежда», имеет II степень огнестойкости. При этом котельная вплотную примыкает к хозяйственной постройке истца. Кроме того, часть крыши хозяйственной постройки ФИО1 выпилена и в нее встроена котельная.

По информации Управления капитального строительства, архитектуры и экологии Вельского муниципального района от 28 мая 2020 года в архиве УКС и экологии отсутствуют проекты, разрешения на реконструкцию, разрешения на приемку в эксплуатацию законченного объекта капитального строительства в отношении здания Кафе № «

<

данные изъяты>». Полномочия по выдаче разрешительной документации в отношении объектов капитального строительства, расположенных на территории городского поселения «Вельское» Вельского муниципального района исполнялись администрацией района до 2013 года.

В соответствии с телефонограммой с начальником юридического отдела администрации Вельского муниципального района ФИО8 от 28 мая 2020 года разрешение на реконструкцию объектов недвижимости, расположенных на территории Вельского муниципального района, до 2013 года выдавались Управлением капитального строительства и архитектуры МО «Вельский муниципальный район». За разрешением на реконструкцию здания кафе «Надежда» ФИО6, ФИО5 либо другие лица в нарушение действующего законодательства не обращались.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, помещение котельной возведено без получения соответствующих разрешений с нарушением строительных норм и правил. В результате осуществления пристройки котельной к зданию кафе изменились параметры объекта капитального строительства.

В материалах дела отсутствуют доказательства осуществления ответчиком либо другими лицами действий, направленных на получение необходимых разрешений для строительства (проведения реконструкции объекта), создания ему препятствий в получении разрешения, либо получения им необоснованного отказа от органов, уполномоченных на выдачу соответствующих документов. 

СНиП 2.07.01-89 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», утвержденные постановлением Госстроя СССР от 16 мая 1989 года № 78, продолжающие действовать до настоящего времени в части, не противоречащей требованиям технических регламентов, устанавливают, что минимальное противопожарное расстояние между жилыми домами и строениями в зависимости от степени огнестойкости составляет от 6 до 15 метров. При этом согласно требованиям п. 1* таблицы 1* Приложения 1* указанных СНиП минимальное допустимое расстояние между постройками V степеней огнестойкости должно быть не менее 15 метров, между постройками II и V степеней огнестойкости – не менее 10 метров.

Расстояние между жилым домом до котельной составляет около 7 метров. Между котельной и хозяйственной постройкой истца какое-либо расстояние отсутствует, что является существенным нарушением строительных, градостроительных норм и правил.

Доказательств того, что спорное строение возведено на законных основаниях, ответчиком представлено не было.

Учитывая функциональное назначение помещения, то, что газовая котельная является объектом повышенной опасности, год постройки данного объекта, принимая во внимание несоблюдение противопожарных разрывов, сохранение котельной в данном случае создает реальную угрозу причинения вреда жизни, здоровью и имуществу граждан.

Доказательств, подтверждающих возможность устранения нарушений требований к противопожарным расстояниям между строениями, какими-либо мероприятиями, и того, что выявленное нарушение может быть устранено без сноса либо путем демонтажа части постройки не представлено.

Из показаний допрошенного специалиста ФИО7 следует, что здание котельной является пристроенным, находится на отдельно стоящем фундаменте и его демонтаж никаким несущим конструкциям здания вреда не причинит.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что ФИО7 имеет надлежащую квалификацию, какой-либо личной заинтересованности в результатах рассмотрения дела не имеет, суд приходит к выводу о том, что техническая возможность сноса котельной имеется.

Доказательства возможности переноса стены котельной с целью соблюдения противопожарных расстояний в материалах дела отсутствуют.

Указанные обстоятельства позволяют прийти к выводу о том, что спорное помещение в силу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации является самовольным и подлежит сносу, в связи с чем, руководствуясь положениями названной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пунктах 22, 23, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд считает необходимым удовлетворить заявленные требования в данной части.

При этом не установлено подтверждения того, что избранный способ защиты не соответствует допущенному нарушению.

Каких-либо доказательств того, что сохранение самовольно возведенной котельной не нарушает права и интересы третьих лиц и не создает угрозы жизни или здоровью граждан, заключения строительной экспертизы, которая показала бы, что возведенная постройка соответствует строительным и градостроительным нормам и правилам, заключения органов пожарной охраны, ответчиком суду не представлено.

Наличие рабочего проекта котельной кафе «Надежда», признание ее годной для эксплуатации газовыми службами не свидетельствует о соблюдении, в том числе противопожарных расстояний от других объектов.

Доводы представителя ответчика о том, что помещение котельной оборудовано на месте находящейся ранее дощатой кладовой, не могут быть приняты во внимание, поскольку по данным технического паспорта здания по состоянию на 1984 год пристроенное к объекту складское помещение отсутствовало.

В соответствии со ст. 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, и в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.

Суд считает разумным установить срок для исполнения решения о сносе самовольно возведенной котельной не позднее 15 августа 2020 года. С учетом заявленных требований, а также исходя из характера и объема, подлежащих выполнению работ установление указанного срока является достаточным в целях соблюдения прав и законных интересов истца, а также иных лиц.

При рассмотрении настоящего дела была назначена судебная строительная экспертиза, оплата стоимости которой возложена на ответчика ФИО3

Из квитанции от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО4 внесла денежные средства в размере 17000 руб. 00 коп. на счет Управления Судебного департамента в Архангельской области и Ненецком автономном округе в счет оплаты стоимости судебной экспертизы.

Судебная строительная экспертиза не была проведена по независящим от сторон обстоятельствам.

Таким образом, денежные средства в размере 17000 руб. 00 коп., уплаченные за производство экспертизы, подлежат возвращению ФИО9

Согласно ст.ст. 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в пользу истца государственная пошлина в размере 300 руб. 00 коп.

Hа основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

исковое заявление ФИО1 к ФИО3 о возложении обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности удовлетворить частично.

Обязать ФИО3 за счет собственных средств снести самовольно возведенную котельную, пристроенную к зданию кафе № «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1 в удовлетворении требований к ФИО3 о возложении обязанности по устранению нарушений требований пожарной безопасности путем сноса пристройки к зданию кафе отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп.

Возвратить ФИО4 перечисленные на лицевой счет Управления Судебного департамента в Архангельской области и 

<

адрес> в счет оплаты судебной строительной экспертизы по гражданскому делу № (ранее дело №) денежные средства в размере 17000 руб. 00 коп. на счет получателя 40№ в Архангельском отделении № ПАО Сбербанк, ИНН Банка получателя 7707083893, БИК получателя 041117601, к/с 30№, код подразделения Банка 5586370202.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Вельский районный суд Архангельской области. 

Председательствующий Н.В. Сидорак