Дело № 3а-13/2019 

Решение

Именем Российской Федерации

16 сентября 2019 г. г. Магас 

Верховный Суд Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Плиевой И.М.,

при секретаре Яндиеве А.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия о ликвидации Централизованной религиозной организации «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия», 

установил:

Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия обратилось в суд с административным исковым заявлением о ликвидации Централизованной религиозной организации «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии), ссылаясь на то, что по результатам внеплановой выездной проверки, проведенной на основании требования прокуратуры Республики Ингушетия от 16 марта 2016 г. и распоряжения Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 18 марта 2016 г. № 51-р, выявлены нарушения законодательства Российской Федерации и порядка деятельности Муфтията Ингушетии, определенного его уставом. За нарушение требований законодательства Российской Федерации в адрес Муфтията Ингушетии вынесены предупреждения от 4 мая и 30 июня 2016 г. В связи с не устранением выявленных нарушений в установленные предупреждениями сроки, административный истец обратился в суд с административным иском о ликвидации Муфтията Ингушетии. В рамках судебного разбирательства 8 сентября 2017 г. между сторонами заключено мировое соглашение, которое утверждено определением Верховного Суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2017 г. с указанием на необходимость устранения административным ответчиком допущенных нарушений в срок не позднее 15 января 2019 г. 

27 мая 2018 г. Муфтиятом Ингушетии вынесено постановление об отрешении от мусульманской общины Главы Республики Ингушетия ФИО1 Ю-Б.Б., в связи с чем на основании требования прокуратуры Республики Ингушетия от 29 мая 2018 г. и распоряжения Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 30 мая 2018 г. № 131-р проведена внеплановая выездная проверка деятельности Муфтията Ингушетии. 8 июня 2018 г. в связи с непредставлением членам комиссии Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия для проведения проверки указанных в распоряжении документов в отношении Муфтия Ингушетии ФИО2 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.4 КоАП РФ. Постановлением мирового судьи судебного участка № 17 Республики Ингушетия от 28 августа 2018 г. ФИО2 признан виновным в совершении указанного административного правонарушения с назначением наказания в виде предупреждения. Постановлением мирового судьи судебного участка № 9 Республики Ингушетия от 20 февраля 2019 г. ФИО2 вновь привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.4 КоАП РФ, выразившегося в непредставлении истребованного Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия протокола собрания («совещания духовенства Республики»), состоявшегося 29 октября 2018 г., на котором принято решение о созыве 1 декабря 2018 г. съезда мусульман Республики Ингушетия, обсуждена его повестка и состав делегатов. 1 декабря 2018 г. в мечети Гамурзиевского административного округа г. Назрань состоялся съезд мусульман Республики Ингушетия, на котором принято решение о внесении изменений в устав Муфтията Ингушетии. В связи с выявленными нарушениями требований и положений законодательства Российской Федерации Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия отказано в регистрации указанных изменений, что свидетельствует о том, что Муфтият Ингушетии осуществляет свою деятельность на основании устава, зарегистрированного 21 ноября 2014 г., содержание которого противоречит законодательству Российской Федерации. 6 декабря 2018 г. в связи с выявленными в деятельности Религиозной организации нарушениями законодательства Российской Федерации, в том числе в части противодействия экстремизму, в адрес Муфтията Ингушетии вынесено письменное предупреждение с указанием срока устранения нарушений требований законодательства РФ до 10 января 2019 г. В связи с непредставлением документов, подтверждающих устранение выявленных нарушений, на основании требования прокуратуры Республики Ингушетия от 17 декабря 2018 г. и распоряжения Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 11 января 2019 г. № 2-р в отношении Муфтията Ингушетии проведена внеплановая выездная проверка деятельности. В ходе проведения проверки выявлены многочисленные нарушения требований действующего законодательства Российской Федерации, устава религиозной организации, а также установлен факт несоблюдения условий соглашения о примирении сторон, утвержденного определением Верховного Суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2017 г. Указанные нарушения послужили основанием для вынесения в адрес Муфтията Ингушетии письменного предупреждения с указанием срока устранения допущенных нарушений до 19 апреля 2019 г. Ввиду непредставления документов, подтверждающих устранение выявленных нарушений, 14 мая 2019 г. в адрес Муфтията Ингушетии вынесено повторное предупреждение. Информация об устранении выявленных нарушений в установленный повторным предупреждением срок, т.е. до 15 августа 2019 г., в Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия не поступила, более того, в указанный период Муфтиятом Ингушетии допущены новые нарушения устава, требований законодательства РФ. Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, неоднократность и грубость допущенных административным ответчиком нарушений законодательства РФ, начальник Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия просит ликвидировать Централизованную религиозную организацию «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия», исключить сведения о ней из Единого государственного реестра юридических лиц.

В судебном заседании представитель административного истца ФИО3 поддержал административный иск по указанным в нем основаниям и просил его удовлетворить. 

Представитель административного ответчика ФИО4 административный иск не признал, в его удовлетворении просил отказать.

Представитель прокуратуры Республики Ингушетия Ляпин Р.К. просил удовлетворить административное исковое заявление.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд полагает административное исковое заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Правовое положение религиозных объединений, в том числе особенности их гражданско-правового положения, регулируется Федеральным законом от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях" (далее - Федеральный закон).

В силу п. 1 ст. 8 Федерального закона религиозной организацией признается добровольное объединение граждан Российской Федерации, иных лиц, постоянно и на законных основаниях проживающих на территории Российской Федерации, образованное в целях совместного исповедания и распространения веры и в установленном законом порядке зарегистрированное в качестве юридического лица.

Согласно п. 3 ст. 61 ГК РФ юридическое лицо может быть ликвидировано по решению суда в случае допущенных при его создании грубых нарушений закона, если эти нарушения носят неустранимый характер, либо осуществления деятельности без надлежащего разрешения (лицензии), либо запрещенной законом, либо с нарушением Конституции Российской Федерации, либо с иными неоднократными или грубыми нарушениями закона или иных правовых актов, либо при систематическом осуществлении некоммерческой организацией, в том числе общественной или религиозной организацией (объединением), благотворительным или иным фондом, деятельности, противоречащей ее уставным целям, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Ликвидация религиозной организации является одним из видов ответственности юридических лиц, порядок и основания её применения предусмотрены ст. 14 Федерального закона, согласно которой религиозная организация может быть ликвидирована по решению суда в случае неоднократных или грубых нарушений норм Конституции Российской Федерации, данного Федерального закона и иных федеральных законов либо в случае систематического осуществления ею деятельности, противоречащей целям её создания (уставным целям). При этом правом на внесение в суд представления о ликвидации религиозной организации обладают органы прокуратуры Российской Федерации, федеральный орган государственной регистрации и его территориальные органы, а также органы местного самоуправления (абзац третий пункта 1, пункт 3).

В соответствии с положениями ст. 25 Федерального закона надзор за исполнением законодательства Российской Федерации о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях осуществляют органы прокуратуры Российской Федерации. Федеральный орган государственной регистрации или его территориальный орган осуществляет контроль за соблюдением религиозными организациями законодательства Российской Федерации о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях, а также целей и порядка деятельности, предусмотренных их уставами, при осуществлении федерального государственного надзора за деятельностью религиозных организаций.

Судом установлено, что Централизованная религиозная организация «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии) зарегистрирована Министерством юстиции Республики Ингушетия 16 июня 1994 г. под учетным номером 31, сведения о ней внесены в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) 5 февраля 1995 г. за основным государственным регистрационным номером 1030600000067.

Муфтият Ингушетии осуществляет свою деятельность на основании устава, утвержденного решением Съезда мусульман Республики Ингушетия от 17 июля 2014 г., зарегистрированного Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия 21 ноября 2014 г. (Устав).

Согласно п. 1.2 Устава Муфтият – организация, действующая самостоятельно на основе священного Корана, Шариата и Устава Муфтията, является юридическим лицом, его правовое положение определяется действующим законодательством Российской Федерации и настоящим Уставом.

Местонахождение Муфтията: 

<

...> (п. 1.4 Устава).

В соответствии с п. 4.7.4 Устава Муфтий, в том числе без доверенности действует от имени Муфтията Ингушетии, представляет его во всех учреждениях, предприятиях, организациях, как в стране, так и за рубежом. Сведения о том, что лицом, имеющим право действовать без доверенности от имени Муфтията Ингушетии, является Муфтий – ФИО2, внесены в ЕГРЮЛ 2 декабря 2014 г. 

Из материалов дела усматривается, что по результатам внеплановой выездной проверки, проведенной на основании требования прокуратуры Республики Ингушетия от 16 марта 2016 г. и распоряжения Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 18 марта 2016 г. № 51-р, выявлены нарушения порядка деятельности Муфтията Ингушетии, определенного его Уставом, и законодательством Российской Федерации, что следует из акта № 11 от 29 марта 2016 г., согласно которому в нарушение п. 4 ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» Муфтият Ингушетии использует печать без указания полного наименования организации на русском языке, в нарушение ч. 8 ст. 16 Федерального закона от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» Муфтият Ингушетии не ведет журнал учета проверок, в нарушение ч. 2 ст. 123.27 ГК РФ Устав не содержит сведения о предмете его деятельности, сведения о составе органов Муфтията Ингушетии, в частности о составе Совета ФИО5 и ФИО6, в нарушение п. 2 ст. 10 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» в Уставе Муфтията Ингушетии не предусмотрен порядок прекращения его деятельности, в нарушение ч. 5 ст. 3 Федерального закона «О некоммерческих организациях» в Уставе не содержится описание символики Муфтията Ингушетии, в нарушение п. 1 ст. 10 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных организациях», пункта 4.6 Устава в 2013 г. и 2015 г. не проводилось заседание Совета ФИО5, в нарушение п. 1 ст. 17 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» Муфтият Ингушетии не представил в Управление документы для внесения в ЕГРЮЛ сведений о своем месте нахождения, в нарушение п.п. 4.8.1 и 4.8.2 п. 4.8 Устава органы управления Муфтията Ингушетии - Кадий и Кадият (члены ФИО6) не выполняли возложенные на них функции как органа Религиозной организации. В ходе проверки не представлены какие-либо документы, подтверждающие уставную деятельность Кадия и ФИО6, в нарушение п. 4.5 Устава, предусматривающего, что члены Совета ФИО5 избираются только съездом мусульман Республики Ингушетия, на заседании Совета ФИО5 и имамов от 21 марта 2016 г. принято решение об избрании членов Совета ФИО5, а также в нарушение ст. 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» и трудового законодательства Российской Федерации Муфтият Ингушетии не обеспечил надлежащее хранение финансово-хозяйственной, бухгалтерской и налоговой документации.

За нарушение требований законодательства Российской Федерации в адрес Муфтията Ингушетии вынесены предупреждения от 4 мая 2016 г. (решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 30 марта 2017 г. признано законным) и от 30 июня 2016 г., которые административным ответчиком получены 12 мая 2016 г. и 12 июля 2016 г. соответственно.

В связи с неустранением выявленных нарушений в установленные предупреждениями сроки, административный истец обратился в суд с административным иском о ликвидации Муфтията Ингушетии и исключении его из Единого государственного реестра юридических лиц.

В рамках судебного разбирательства между сторонами заключено мировое соглашение, утвержденное определением Верховного Суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2017 г., из содержания которого усматривается, что основанием для его заключения послужило устранение Муфтиятом Ингушетии нарушений в части приведения печати Муфтията Ингушетии в надлежащее состояние и заведения журнала учета проверок юридического лица органами государственного и муниципального контроля (надзора). Муфтият Ингушетии обязался устранить нарушения в полном объеме и представить в Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия соответствующие документы об устранении названных нарушений не позднее 15 января 2019 г., после проведения очередного съезда мусульман Республики Ингушетия.

Из уведомлений Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия, направленных в адрес Муфтията Ингушетии 28 декабря 2018 г., 14 января 2019 г., 25 января 2019 г. следует, что при рассмотрении представленных Муфтиятом Ингушетии заявлений и иных документов о государственной регистрации Централизованной религиозной организации «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» в связи с внесением изменений в сведения о ней, содержащиеся в ЕГРЮЛ, на основании абз. 4 п. 1 ст. 12 Федерального закона от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» принято решение об отказе в государственной регистрации.

Следовательно, указанное обстоятельство свидетельствует о том, что Муфтият Ингушетии в настоящее время осуществляет свою деятельность на основании Устава, зарегистрированного 21 ноября 2014 г., содержание которого противоречит законодательству Российской Федерации. Несоответствие Устава требованиям законодательства Российской Федерации подтверждается, в том числе самим фактом подписания административным ответчиком мирового соглашения и принятием им на себя обязательства по устранению указанных в соглашении нарушений.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 27 декабря 2016 г. N 64 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел, связанных с приостановлением деятельности или ликвидацией некоммерческих организаций, а также запретом деятельности общественных или религиозных объединений, не являющихся юридическими лицами" разъяснил, что, поскольку закон не устанавливает перечень грубых нарушений, оценка того, является ли допущенное объединением граждан нарушение закона грубым и влекущим ликвидацию либо запрет деятельности объединения граждан, осуществляется судом. В качестве грубого нарушения объединением граждан Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов или иных нормативных правовых актов могут быть расценены действия, направленные на отрицание фундаментальных демократических принципов, прав или свобод, признанных Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, на пропаганду войны либо на разжигание национальной, расовой или религиозной ненависти, призывы к дискриминации, вражде или насилию. 

Сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие неоднократности нарушений, могут содержаться в постановлении по делу об административном правонарушении, приговоре или решении суда, принятых в отношении лиц, связанных с деятельностью данного объединения граждан, а также в актах иных органов.

Согласно п. 28 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под систематическим осуществлением деятельности, противоречащей уставным целям объединения граждан, понимается повторяющееся более двух раз действие, совершенное вопреки указанным в уставе целям и выявленное в результате осуществления контрольно-надзорных полномочий.

29 мая 2018 г. прокуратурой Республики Ингушетия в адрес Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия направлено требование о проведении внеплановой проверки Муфтията Ингушетии в связи с обнаружением информации о том, что Духовное управление мусульман Ингушетии 27 мая 2018 г. вынесло постановление об отрешении от мусульманской общины Главы Республики Ингушетия ФИО1 Ю-Б.Б.

30 мая 2018 г. Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия вынесено распоряжение № 131-Р о проведении внеплановой выездной проверки Муфтията Ингушетии. Уведомление о проведении данной проверки, содержащее указание на необходимость подготовки к началу проверки пакета документов, вручено представителю Муфтията Ингушетии 31 мая 2018 г.

Согласно акту проверки Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 8 июня 2018 г., при выезде по адресу места нахождения Муфтията Ингушетии для проведения проверки членам комиссии Муфтием ФИО2 не представлены документы, указанные в уведомлении и распоряжении от 30 мая 2018 г., в связи с чем в отношении него составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.4 КоАП РФ. 

Вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка № 17 Республики Ингушетия от 28 августа 2018 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.4 КоАП РФ, выразившегося в неисполнении законного требования должностного лица органа, осуществляющего государственный надзор, о предоставлении путевой документации, с назначением ему наказания в виде предупреждения.

29 ноября 2018 г. временно исполняющим обязанности начальника Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия составлен протокол об административном правонарушении № 33, согласно которому в рамках контроля за ходом исполнения Муфтиятом Ингушетии соглашения о примирении сторон, утвержденного определением Верховного Суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2017 г., а также в целях правовой оценки соответствия требованиям законодательства Российской Федерации и Устава Муфтията Ингушетии решения о созыве съезда мусульман Республики Ингушетия, Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия истребован протокол собрания («совещания духовенства Республики»), состоявшегося 29 октября 2018 г., на котором принято решение о созыве съезда мусульман Республики Ингушетия, обсуждена его повестка и состав делегатов. В ответ на запрос в Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия поступило письмо Муфтия ФИО2 от 26 ноября 2018 г. № 202, подтверждающее принятие решения о созыве съезда, однако запрошенный протокол не представлен, что свидетельствует о том, что должностное лицо, действующее на основании Устава, Муфтий ФИО2 совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 19.4 КоАП РФ, выразившееся в неповиновении законному требованию Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия и непредоставлении в установленный срок истребованных документов. 

Вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка № 9 Республики Ингушетия от 20 февраля 2019 г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.4 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 2000 руб. 

Вышеуказанные вступившие в законную силу постановления по делам об административных правонарушениях, вынесенные в отношении ФИО2, являющегося в силу п. 4.7.4 Устава лицом, действующим от имени Муфтията Ингушетии без доверенности, представляющим его во всех учреждениях, предприятиях, организациях, свидетельствуют о наличии неоднократности нарушений, допущенных Муфтиятом Ингушетии.

6 декабря 2018 г. Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия в адрес Муфтията Ингушетии вынесено письменное предупреждение о нарушении законодательства Российской Федерации и обязании устранить выявленные грубые нарушения в срок до 10 января 2019 г. 

Из данного акта реагирования усматривается, что 1 декабря 2018 г. на съезде мусульман Республики Ингушетия, организованном Муфтиятом Ингушетии в нарушение целей и порядка деятельности религиозной организации, предусмотренных п.п. 2.1, 2.4, разделом 4 Устава, ст. 14 и ст. 28 Конституции Российской Федерации, определяющих Российскую Федерацию как светское государство и гарантирующих каждому свободу совести, принята Резолюция VI, в которой содержатся утверждения о том, что Глава Республики Ингушетия Ю-Б.Б. ФИО1 нарушает Конституцию Республики Ингушетия, присягу, проводит антинародную политику и посягает на территориальную целостность Республики Ингушетия, а также призыв к депутатам Народного Собрания объявить недоверие Главе Республики Ингушетия, Председателю Народного Собрания и Председателю Правительства Республики Ингушетия, что нарушает положения ст. 4 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях». Данная Резолюция содержит призыв считать подписанное Ю-Б.Б. ФИО1 соглашение об отторжении части территории Республики Ингушетия в состав Чеченской Республики, направленным на разжигание межнациональной вражды между братскими народами. В указанных действиях Муфтията Ингушетии содержатся признаки экстремистской деятельности, предусмотренной ст. 1 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности».

Указанное предупреждение, обжалованное Муфтиятом Ингушетии, признано Министерством юстиции Российской Федерации соответствующим федеральному законодательству. Доказательств, подтверждающих устранение выявленных нарушений в установленный предупреждением срок, административным ответчиком не представлено.

Факт принятия Муфтиятом Ингушетии вышеуказанной Резолюции, свидетельствующей о нарушении целей и порядка деятельности религиозной организации, предусмотренных п.п. 2.1, 2.4, разделом 4 Устава, ст. 14 и ст. 28 Конституции Российской Федерации, определяющих Российскую Федерацию как светское государство и гарантирующих каждому свободу совести, подтверждается, в том числе представленными административным истцом распечатками персональных страниц административного ответчика из социальных сетей «Facebook», «В Контакте», «Одноклассники», и не оспаривалось представителем административного ответчика в судебном заседании. 

По результатам внеплановой выездной проверки деятельности Муфтията Ингушетии, проведенной по требованию прокуратуры Республики Ингушетия от 17 декабря 2018 г. и на основании распоряжения Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 11 января 2019 г. составлен акт проверки от 12 февраля 2019 г., из которого усматривается, что Муфтиятом Ингушетии не соблюдены условия соглашения о примирении (мирового соглашения от 8 сентября 2017 г.), утвержденного определением Верховного Суда Республики Ингушетия от 18 сентября 2017 г., Устав организации не приведен в соответствие с законодательством Российской Федерации, в нарушение п. 1 ст. 10 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» действующий Устав Муфтията Ингушетии не соответствует требованиям законодательства Российской Федерации, в Едином государственном реестре юридических лиц содержатся недостоверные сведения об учредителях Муфтията Ингушетии – физических лицах, а также об адресе Муфтията Ингушетии. Для осуществления уставной деятельности Муфтията Ингушетии неправомерно используются жилые помещения, в нарушение п. 8 ст. 8 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» Муфтият Ингушетии осуществляет свою деятельность без указания своего полного официального наименования, в нарушение требований ст. 91 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» Муфтият Ингушетии не исполняет возлагаемые на него обязанности по лицензированию образовательной деятельности учрежденных ею образовательных организаций, Устав Муфтията Ингушетии неправомерно распространяет ее руководящие и контролирующие полномочия на все религиозные объединения Республики Ингушетия (в том числе религиозные группы), независимо от их учредителей, деятельность Муфтията Ингушетии противоречит Уставу и законодательству Российской Федерации, установлены неоднократные факты неправомерного вмешательства Муфтията Ингушетии в деятельность органов государственной власти и их должностных лиц, а также выявлены нарушения требований ст. 81 Конституционного закона от 21 июня 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», выражающиеся в воспрепятствовании исполнению решения Конституционного Суда Российской Федерации. 

Указанные в акте проверки от 12 февраля 2019 г. нарушения нашли свое подтверждение в ходе судебного заседания при изучении учредительного документа Муфтията Ингушетии – Устава.

Так, согласно ч. 2 ст. 123.27 ГК РФ учредительным документом религиозной организации является устав, утвержденный ее учредителями или централизованной религиозной организацией. Устав религиозной организации должен содержать сведения о ее виде, наименовании и месте нахождения, предмете и целях ее деятельности, составе, компетенции ее органов и порядке принятия ими решений, об источниках образования ее имущества, о направлениях его использования и порядке распределения имущества, остающегося после ее ликвидации, а также иные сведения, предусмотренные законом о свободе совести и о религиозных объединениях.

Под предметом деятельности некоммерческой организации понимается совокупность видов деятельности, посредством которых достигаются общественно-полезные цели, предусмотренные учредительными документами, и, следовательно, некоммерческая организация имеет право осуществлять только ту деятельность, которая закрепляется в ее учредительных документах и соответствует целям создания.

В соответствии с п. 2 ст. 10 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» в уставе религиозной организации указываются наименование, место нахождения, вид религиозной организации, вероисповедание и в случае принадлежности к существующей централизованной религиозной организации ее наименование, цели, задачи и основные формы деятельности, порядок создания и прекращения деятельности, структура организации, ее органы управления, порядок их формирования и компетенция, источники образования денежных средств и иного имущества организации, порядок внесения изменений и дополнений в устав, порядок распоряжения имуществом в случае прекращения деятельности, другие сведения, относящиеся к особенностям деятельности данной религиозной организации.

Вопреки данным требованиям закона в Уставе Муфтията Ингушетии не указаны вид деятельности, вероисповедание, предмет деятельности и порядок прекращения деятельности Муфтията Ингушетии.

Согласно п. 1 ст. 123.26 ГК РФ, п. 1 ст. 8 Федерального закона целями образования религиозной организации являются совместное исповедование и распространение веры. В нарушение указанных требований закона п. 2.1 Устава закрепляет, что главной целью Муфтията Ингушетии является объединение всех мусульман Республики Ингушетии на основе консолидации общества для возрождения духовных ценностей Ислама.

В нарушение п. 8.1 ст. 8 Федерального закона, предусматривающего, что порядок образования органов религиозной организации, их компетенция, порядок принятия ими решений, а также отношения между религиозной организацией и лицами, входящими в состав ее органов, определяются уставом религиозной организации и внутренними установлениями религиозной организации, в Уставе Муфтията Ингушетии отсутствуют положения о порядке образования (избрания, назначения) Совета ФИО5, Муфтия, заместителя Муфтия, ФИО6, Кадия, заместителя Кадия в части определения лиц, из которых формируются (избираются, назначаются) указанные органы и должностные лица, о порядке образования ФИО6 (в части количественного состава органа) и его компетенции, об отношениях между Муфтиятом Ингушетии и лицами, входящими в состав ее органов и ее должностными лицами, предусмотренными Уставом.

В силу п. 1 ст. 21.1 Федерального закона сделки по распоряжению недвижимым имуществом, включая сделки, направленные на его отчуждение, приобретение, передачу его в аренду, безвозмездное пользование, а также договоры займа и кредитные договоры совершаются религиозной организацией с письменного согласия органа религиозной организации, уполномоченного уставом религиозной организации на письменное согласование таких сделок (уполномоченного органа религиозной организации).

Устав Муфтията Ингушетии в нарушение вышеуказанного требования закона не содержит информацию относительно органа, к компетенции которого отнесены полномочия по согласованию вышеприведенных сделок. 

Муфтият Ингушетии, являясь некоммерческой организацией, в то же время, вопреки требованиям ст. 3 Федерального закона "О некоммерческих организациях", не содержит в своем Уставе описание символики.

Согласно общедоступным сведениям из ЕГРЮЛ и п. 1.4 Устава Муфтият Ингушетии расположен по адресу: 

<

...>. 

Между тем из материалов дела усматривается и административным ответчиком, не оспаривается, что фактическим местонахождением Муфтията Ингушетии в настоящее время является адрес: 

<

...>, литеры «а» и «б».

Кроме того, в соответствии с ч. 13 ст. 91 Федерального закона от 29 декабря 2012 N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" лицензирование образовательной деятельности образовательных организаций, учредителями которых являются религиозные организации, осуществляется по представлениям соответствующих религиозных организаций (в случае, если такие религиозные организации входят в структуру централизованных религиозных организаций, по представлениям соответствующих централизованных религиозных организаций). При лицензировании образовательной деятельности духовных образовательных организаций представляются сведения о квалификации педагогических работников, имеющих богословские степени и богословские звания.

В ходе судебного заседания судом установлено, что в нарушение указанной нормы права религиозная исламская организация «Духовное образовательное учреждение среднего профессионального образования Ингушетия исламский колледж», учредителем которой является Муфтият Ингушетии, лицензией на осуществление образовательной деятельности не обладает.

Довод представителя административного ответчика о факте лицензирования вышеуказанного образовательного учреждения со ссылкой на лицензию Министерства образования и науки Республики Ингушетия от 10 июня 2014 г. № 477 несостоятелен, поскольку представленная им лицензия является незаверенной светокопией документа, которая в силу требований ст. 70 КАС РФ не может быть признана надлежащим доказательством.

В силу п. 5 ст. 4 Федерального закона "О свободе совести и религиозных объединениях" в соответствии с конституционным принципом отделения религиозных объединений от государства религиозное объединение не выполняет функций органов государственной власти, других государственных органов, государственных учреждений и органов местного самоуправления.

Указом Президента Республики Ингушетия от 26 июня 2006 г. № 167 утвержден перечень государственных должностей Республики Ингушетия, включающий в себя, согласно п. 3, депутатов Народного Собрания Республики Ингушетия.

По смыслу статьи 2.1 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" на лиц, замещающих государственные должности субъектов РФ, распространяются ограничения и обязанности, установленные Федеральные законом от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», в том числе запрет разглашать или использовать в целях не связанных с гражданской службой, сведения, отнесенные в соответствии с федеральным законом к сведениям конфиденциального характера, или служебную информацию, ставшие ему известными в связи с исполнением должностных обязанностей, обязанность соблюдать нейтральность, исключающую возможность влияния на свою профессиональную служебную деятельность решений общественных или религиозных объединений. 

Между тем судом установлено, что 15 декабря 2018 г. Муфтиятом Ингушетии проведен «шариатский суд» в целях выявления волеизъявления каждого депутата при процедуре тайного голосования по вопросу утверждения ими Закона Республики Ингушетии «Об утверждении Соглашения об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой». Данное обстоятельство свидетельствует о том, что Муфтиятом Ингушетии допущено неправомерное вмешательство в деятельность государственных органов и их должностных лиц по вопросу, не относящемуся к компетенции религиозной организации, выходящему за рамки уставных целей ее деятельности, оказано неправомерное давление на депутатов Народного Собрания Республики Ингушетия в целях склонения к нарушению установленных для них ограничений и запретов, оказано неправомерное влияние на принимаемые депутатами решения в зависимости от их вероисповедания и принадлежности к общественному объединению.

Вступившим в законную силу постановлением Магасского районного суда от 13 июня 2019 г. юридическое лицо – Централизованная религиозная организация «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии) признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 17.7 КоАП РФ, с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 80000 руб. При этом из постановления усматривается, что основанием привлечения Муфтията Ингушетии к административной ответственности послужило невыполнение требований представления первого заместителя прокурора Республики Ингушетия по устранению нарушений законодательства о свободе и совести и о религиозных объединениях, непринятие мер, направленных на устраненных допущенных нарушений, связанных с проведением вышеуказанного «шариатского суда».

19 февраля 2019 г. Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия в адрес Муфтията Ингушетии вынесено письменное предупреждение о нарушении законодательства Российской Федерации и предоставлен срок до 19 апреля 2019 г. для устранения нарушений, выявленных по результатам проверки, проведенной 12 февраля 2019 г. 

Вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка № 9 Республики Ингушетия от 15 апреля 2019 г. юридическое лицо – Централизованная религиозная организация «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии) признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 5.26 КоАП РФ, выразившегося в осуществлении своей деятельности без указания своего официального полного наименования, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30000 руб.

В связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих об устранении выявленных нарушений законодательства Российской Федерации в срок, установленный вышеуказанным предупреждением от 19 февраля 2019 г., Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия 14 мая 2019 г. вынесено повторное предупреждение с указанием срока устранения нарушений требований законодательства до 15 августа 2019 г. Данное предупреждение получено административным ответчиком 20 июня 2019 г. 

Доказательств, свидетельствующих об устранении выявленных нарушений, административным ответчиком также не представлено, материалы дела не содержат.

Доводы представителя административного ответчика, о том, что Муфтиятом Ингушетии приняты меры направленные на устранение выявленных нарушений со ссылкой на распоряжение Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия от 29 декабря 2018 г. № 288-р суд находит несостоятельными, поскольку данное распоряжение как пояснил представитель административного истца в судебном заседании отменено, из уведомлений Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия 28 декабря 2018 г., 14 января 2019 г., 25 января 2019 г., 1 августа 2019 г. усматривается, что административному ответчику отказано в государственной регистрации некоммерческой организации в связи с внесением изменений в сведения о ней. 

Вышеуказанные отказы Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия в государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы Муфтията Ингушетии, акт проверки от 12 февраля 2019 г. и предупреждения от 19 февраля 2019 г. и 14 мая 2019 г., в установленном законом порядке и сроки административным ответчиком не обжалованы. 

В соответствии с п. 9 ст. 8 Федерального закона религиозная организация обязана информировать орган, принявший решение о ее государственной регистрации, об изменении сведений, указанных в пункте 1 статьи 5 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", за исключением сведений о полученных лицензиях, в течение трех дней с момента таких изменений.

В нарушение вышеуказанного требования закона Муфтият Ингушетии не представил в Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия сведения об избрании нового Муфтия Республики Ингушетия. Факт допущенного нарушения подтверждается имеющимся в деле протоколом совместного заседания Совета ФИО5 и имамов населенных пунктов Республики Ингушетия от 17 июля 2019 г., согласно которому Муфтием Республики Ингушетия избран ФИО7, при этом указанный документ поступил в Управление Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия лишь 25 июля 2019 г. 

Таким образом, учитывая, что административным ответчиком в силу ст. 62 КАС РФ не представлено доказательств, подтверждающих факт устранения им отраженных в акте проверки от 12 февраля 2019 г. нарушений в сроки, установленные в предупреждениях об устранении нарушений, а также исходя из анализа вышеизложенных обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, в частности вступивших в законную силу постановлений по делам об административных правонарушениях, вынесенных в отношении Муфтията Ингушетии и ее уполномоченного лица ФИО2, свидетельствующих о неоднократном и грубом нарушении административным ответчиком норм федеральных законов, что в силу абзаца третьего п. 1 ст. 14 Федерального закона является основанием для ликвидации религиозной организации, суд приходит к выводу о том, что требования административного истца о ликвидации Централизованной религиозной организации «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии) и исключении её из Единого государственного реестра юридических лиц подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 175, 180, 264, 265 КАС РФ, суд

решил:

Административное исковое заявление Управления Министерства юстиции Российской Федерации по Республике Ингушетия о ликвидации и исключении из Единого государственного реестра юридических лиц Централизованной религиозной организации «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии) удовлетворить.

Централизованную религиозную организацию «Духовный центр мусульман Республики Ингушетия» (Муфтият Ингушетии) основной государственный регистрационный номер 1030600000067 ликвидировать и исключить из Единого государственного реестра юридических лиц.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации через Верховный Суд Республики Ингушетия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий

Копия верна:

Судья Верховного Суда

Республики Ингушетия Плиева И.М.