Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

29 мая 2019 года 

Первомайский районный суд г. Пензы в составе

председательствующего судьи Сосновской О.В.,

при секретаре Егоровой Т.А.,

с участием старшего помощника прокурора Первомайского района г.Пензы Ермаковой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда в г.Пензе гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Келлогг Рус» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

Истец ФИО1 обратился в Первомайский районный суд г.Пензы к ответчику с вышеназванным иском указав, что на основании трудового договора от 03 июля 2017 года №38-17/вк и дополнительного соглашения к нему от 22 сентября 2018 года №2 он (истец) работал в должности «территориальный менеджер по продажам -Пензенская область, Республика Мордовия, дивизион Север» в ООО «Келлогг Рус». 01 апреля 2019 года приказом №010419-2-лс/вк он был уволен с работы с мотивировкой «однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей, прогул» в силу пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ. Основанием для увольнения послужил составленный менеджером компании ФИО акт об его (истца) отсутствии на рабочем месте с 9:00 до 15:30 18 марта 2019 года. Помимо ФИО указанный акт подписан менеджерами ФИО и ФИО, которые свидетельствуют, что в указанный промежуток времени на работе его (истца) не было. Вместе с тем, в его трудовом договоре с ООО «Келлогг Рус» не указано конкретного места, где он должен находиться в рамках выполнения должностных обязанностей, так как его (истца) работа предполагает перемещение по всей зоне ответственности, а именно, Пензенская область - Республика Мордовия. В частности, в первой половине дня 18 марта 2019 года он (истец) находился на территории его зоны ответственности, а именно, на территории Республика Мордовия, и выполнял свои трудовые обязанности по проведению поиска информации о потенциальных партнерах на вверенной ему территории. На телефонные звонки от его руководителя отвечал. Считает увольнение незаконным. Незаконным увольнением ему причинен моральный вред, выразившийся в нравственных переживаниях в связи с утратой работы, нарушении его имущественных прав. Компенсацию морального вреда определяет в сумме 40 000 рублей. В связи с неправомерным увольнением ответчик должен выплатить ему средний заработок за время вынужденного прогула со дня, который следует за увольнением, и вплоть до восстановления на работе. Просил признать увольнение незаконным и восстановить на работе в ООО «Келлогг Рус» в должности «территориальный менеджер по продажам - Пензенская область, Республика Мордовия, дивизион Север»; взыскать с ООО «Келлогг Рус» в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула со дня, который следует за увольнением и вплоть до восстановления на работе, компенсацию морального вреда в сумме 40 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, причина неявки неизвестна.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности 58 АА 1380654 от 23 апреля 2019 года, исковые требования поддержал, пояснив, что 18 марта 2019 года ФИО1 находился на территории Республика Мордовия и выполнял презентацию. С работодателем на связь вышел самостоятельно в 10 часов 39 минут. Истец на выходные дни выезжал с сыном в г.Москву, но в воскресенье не успел на автобус, а потому ехал поездом. Истец не думал скрываться, в стихотворной форме, готовясь к КВН, написал работодателю, что опаздывает. На рабочем месте истец появился в 15 час.30 мин., о чем так же поставил в известность работодателя. Дисциплинарное взыскание в виде увольнения не соответствует тяжести совершенного поступка, не учтено, что ФИО1 у работодателя числился на хорошем счету. Доказательств причинения ущерба работодателю действиями истца не представлено. Акт об отсутствии работника на рабочем месте составлен с нарушением требований трудового законодательства, так как датирован 18 марта 2019 года, 15 час.35 мин., тогда как работодателю только 19 марта 2019 года стало известно о времени прихода ФИО1 на работу, поскольку объяснения у истца о времени выхода на работу брались 19 марта 2019 года. Размер среднего заработка за время вынужденного прогула составил 97309 рублей, который и просит взыскать истец. 

Представить ответчика ООО «Келлогг Рус» ФИО3, действующая на основании доверенности №07/2-05/19 от 07 мая 2019 года, возражала против удовлетворения иска, пояснив, что дополнительным соглашением к трудовому договору установлено место работы ФИО1 - г.Пенза. В соответствии с ежемесячным планом работы на март истец 18 марта 2019 года должен был находиться в г.Пенза, по месту своей работы, для проведения аудита торговых точек в г.Пензе. 18 марта 2019 года истец не отвечал на письма, отправленные на электронный адрес работника. Телефон истца был недоступен. Сам истец подтвердил, что 18 марта 2019 года приступил к работе только в 15 час.30 мин. Поездки через территорию обслуживания на поезде, по семейным обстоятельствам, вне согласованного плана работы, свидетельствуют о том, что работник отсутствовал в месте своей работы и не выполнял возложенные на него трудовые функции 18 марта 2019 года, в период с 9 часов утра до 15 час.30 мин. В соответствии с «Политикой по служебным поездкам работников ООО «Келлогг Рус» для оформления служебных поездок используется маршрутный лист, который подписывается работником и его руководителем. При разъездном характере работы работник должен согласовать свою поездку перед отправлением в другой город, произвольные отъезды не соответствуют Политике компании. Факт осведомленности ФИО1 о требованиях компании подтверждается тем, что ФИО1 выполнял требования данной Политики до момента прогула, так как оформлял лист одобрения 25 января 2019 года. Истец не согласовывал свою поездку по территории Мордовия 18 марта 2019 года. Презентацию истец должен был подготовить еще до 15 марта 2019 года, данная презентация была сдана ФИО1 20 марта 2019 года. Кроме того, выполнение презентации на личном ноутбуке запрещено. Несоразмерности наказания не усматривается, поскольку за время работы сотрудник не выполнял поставленные перед ним цели, не смог выстроить партнерских отношений с дистрибьютером, не смог сформировать команду продаж. Взыскание компенсации морального вреда необоснованно, поскольку известно, что на данный момент истец отдыхает за рубежом. Просила в удовлетворении иска отказать. Письменные возражения на иск и дополнения к ним приобщены к материалам дела.

Суд, с учетом мнения представителей сторон, считает возможным рассмотреть дело в отсутствии истца.

Суд, выслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего иск оставить без удовлетворения, исследовав представленные суду доказательства с учетом требования ст. 56 ГПК РФ, приходит к следующему.

В соответствии с пп. "а" п. 6 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В силу п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В соответствии с пп. "д" п. 39 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от 17 марта 2004 года, если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). При этом необходимо учитывать, что не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования работником таких дней не зависело от усмотрения работодателя (например, отказ работнику, являющемуся донором, в предоставлении в соответствии с частью четвертой статьи 186 Кодекса дня отдыха непосредственно после каждого дня сдачи крови и ее компонентов).

Согласно п. 53 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от 17 марта 2004 года, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Таким образом, в силу приведенных выше норм закона, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Судом установлено, что ФИО1 работал в ООО «Келлогг Рус» территориальным менеджером по продажам-Пензенская область, Республика Мордовия, отдел: дивизион Север, что подтверждается трудовым договором №38-17/вк от 03 июля 2017 года, дополнительными соглашениями к трудовому договору №1 и №2 от 01 июня 2018 года и 22 сентября 2018 года соответственно (Т.1 л.д.54-67) и не оспаривается сторонами.

Согласно условиям указанного трудового договора и дополнительным соглашениям местом работы работника установлено: г.Пенза, работник принимается на работу на условиях разъездного характера работы, трудовая деятельность работника осуществляется в местностях: Пензенская область, Республика Мордовия. Работнику установлена нормальная продолжительность рабочего времени - 40 часов в неделю, пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), продолжительность ежедневной работы - 8 часов, начало работы - 8.30-9.00, окончание работы - 17.30-18.00., перерыв на отдых и питание с 12 час. по 13 час. 

Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) №010419-2-лс/вк от 01 апреля 2019 года ФИО1 был уволен с 01 апреля 2019 года по ст.81 ч.1 п.6 пп «а» ТК РФ (Т.1 л.д.80).

Основанием увольнения указаны: акт об отсутствии работника на рабочем месте от 18 марта 2019 года, акт об отказе работника от ознакомления с актом об отсутствии работника на рабочем месте от 26 марта 2019 года; служебная записка менеджера по развитию бизнеса-Нижегородская, Самарская, Ульяновская, Пензенская, Оренбургская области, Республика Мордовия, Чувашия, Марий Эл ФИО от 19 марта 2019 года; объяснительная ФИО1 от 18 марта 2019 года. 

Не согласившись с увольнением, ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском.

В обосновании своих требований истец указал, что 18 марта 2019 года выполнял свои трудовые обязанности на территории Республика Мордовия, готовя презентацию. 

Однако данные доводы не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

В судебном заседании было установлено, что 18 марта 2019 года истец ФИО1 находился в поезде и возвращался из г.Москвы в г.Пензу, что не оспаривалось стороной истца и подтверждается контрольным купоном РЖД (л.д.37).

Из объяснительной ФИО1 от 18 марта 2019 года следует, что 18 марта 2019 года он не вышел на работу вовремя, по причине семейных обстоятельств, не предупредив своего руководителя ФИО, на работу вышел в 15 час.30 мин.

В соответствии с условиями трудового договора №38-17/вк от 03 июля 2017 года и дополнительного соглашения №2 к трудовому договору от 22 сентября 2018 года местом работы ФИО1 является г.Пенза.

Согласно ежемесячному плану работы на март 2019 года 18 марта 2019 года ФИО1 должен был находится в г.Пензе (л.д.79).

При таких обстоятельствах, доводы ФИО1 о том, что он выполнял трудовые функции на территории Республика Мордовия, поскольку его работа предполагает перемещение по всей зоне его ответственности, в том числе, в Республике Мордовия, не могут быть приняты во внимание.

Кроме того, в соответствии с «Политикой по служебным поездкам работников ООО «Келлогг Рус», введенной приказом генерального директора ООО «Келлогг Рус» №1502-27/01от 27 февраля 2015 года, работник должен сообщить о планируемой поездке за 3 недели с указанием срока и цели поездки, направить заявку о командировке. Для оформления служебной поездки используется маршрутный лист, который подписывается как работником, так и руководителем. С указанными положениями ФИО1 был ознакомлен, поскольку лично оформлял лист одобрения и маршрутный лист в январе 2019 года при поездке в г.Саранск (Т.2 л.д.1-2). 

Факт проезда ФИО1 по территории Республика Мордовия на поезде не свидетельствует о его нахождении на территории его зоны ответственности с целью выполнения трудовых обязанностей.

Довод ФИО1 о том, что 18 марта 2019 года он занимался составлением презентации, также не нашел своего подтверждения в судебном заседании, поскольку из представленной истцом презентации, не следует, что она была выполнена 18 марта 2019 года.

Как следует из объяснений представителя ответчика, представленная истцом презентация должна была быть сдана ФИО1 еще 15 марта 2019 года, по факту сдана 20 марта 2019 года.

Кроме того, представитель истца в судебном заседании утверждал, что презентация составлялась на личном ноутбуке истца, тогда как, в соответствии с приказом генерального директора ООО «Келлогг Рус» №241/2-2-пк/вк от 27 августа 2014 года «О порядке использования программного обеспечения на служебных компьютерах» запрещается использование личного компьютерного оборудования при подключении в сети компании без согласования с отделом информационных технологий или бизнес-партнеров по работе с персоналом. Доказательств того, что ФИО1 имел разрешение использовать личный компьютер для работы, истцом не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте 18 марта 2019 года более четырех часов подряд в течение рабочего времени, без уважительных причин.

Данные обстоятельства подтверждаются и объяснениями от 18 марта 2019 года самого ФИО1, в которых указано, что он вышел на работу в 15 час.30 мин. (Т.1 л.д.31), распечаткой с сотового телефона ФИО, в которой на дату 18 марта 2019 года имеется сообщение от ФИО1 с указанием, что он «работу прогулял» (Т.1 л.д.77).

В соответствии с актом об отсутствии работника на рабочем месте от 18 марта 2019 года ФИО1 -территориальный менеджер по продажам - Пензенская область, Республика Мордовия, 18 марта 2019 года отсутствовал на рабочем месте более шести часов подряд с 9:00 до 15:30. 

Согласно служебной записке менеджера по развитию бизнеса ФИО от 19 марта 2019 года 18 марта 2019 года с 10:00 до 10:39 неоднократно, с помощью телефонной связи и корпоративной почты, пытался связаться с территориальным менеджером по продажам - Пензенская область, Республика Мордовия ФИО1, однако телефон был недоступен, на письма сотрудник не отвечал. В 10:39 с сотрудником удалось связаться по телефону. ФИО1 на вопрос где он находится пояснил, что на выходные ездил в г.Москву и задержался там. На момент разговора находился в поезде, по пути в г.Пензу. К работе сотрудник приступил в 15:30 18 марта 2019 года. По запросу сотрудник предоставил объяснительную, в которой подтвердил, что вышел на работу 18 марта 2019 года в 15:30, причину отсутствия указал как семейные обстоятельства.

В соответствии с пунктом 10 трудового договора №38-17/вк от 03 июля 2017 года, заключенного с ФИО1, работник обязан во время рабочего времени быть доступным для связи по корпоративному номеру мобильного телефона, а также посредством электронной корпоративной почты.

Согласно условиям указанного трудового договора начало работы у ФИО1 установлено с 8:30-9:00.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 включил мобильный телефон и стал доступен для связи только в 10:39 18 марта 2019 года, до указанного времени с 22:33 17 марта до 10:39 18 марта 2019 года сотовый телефон был не доступен, о чем свидетельствует детализация по начислениям (Т.1 л.д.137-149).

Так же в судебном заседании было установлено, что рабочий компьютер ФИО1 включил только в 15 час.43 мин 18 марта 2019 года, что не оспаривается сторонами и подтверждается также скриншотом экрана из системного журнала просмотра событий (Т.1 л.д.158-161), а также показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО.- ведущего инженера-электроника, который показал, что время включения рабочего компьютера ФИО1 зафиксировано в 15:43:12 18 марта 2019 года, изменить указанные сведения невозможно.

Суд принимает показания указанного свидетеля во внимание, поскольку они не противоречат другим доказательствам по делу.

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте, в г.Пензе, без уважительных причин, с 9 часов до 15 часов 30 минут 18 марта 2019 года, что также указано в акте об отсутствии работника на рабочем месте от 18 марта 2019 года.

Доводы представителя истца о том, что указанный акт не мог быть составлен в 15 часов 35 минут 18 марта 2019 года, поскольку ФИО - руководитель ФИО1 о времени выхода истца на работу (15:30) узнал только лишь 19 марта 2019 года, не могут служить основанием для признания акта недействительным, поскольку акт об отсутствии на рабочем месте не свидетельствует о нарушении процедуры увольнения, так как подтверждает только факт отсутствия ФИО1 на рабочем месте в указанное время, что нашло свое подтверждение в судебном заседании. 

Кроме того, сам ФИО1 в объяснительной от 18 марта 2019 года указал время прибытия на работу в 15:30.

Представленная и прослушанная в судебном заседании аудиозапись телефонных переговоров между ФИО1 и ФИО не может служить доказательством недействительности акта об отсутствии работника на работе от 18 марта 2019 года, поскольку, когда и при каких обстоятельствах была сделана эта аудиозапись неизвестно, так же как между кем велись телефонные переговоры.

Довод представителя истца о том, что в акте об отсутствии работника на рабочем месте указано отсутствие ФИО1 на рабочем месте более шести часов, также не может служить основанием для признания акта недействительным, поскольку в судебном заседании установлен сам факт отсутствия ФИО1 на рабочем месте, без уважительных причин, более четырех часов подряд в течение рабочего дня, вне пределов рабочего места, т.е. факт прогула.

Не нашли своего подтверждения в судебном заседании и доводы представителя истца о том, что ответчиком нарушена процедура применения дисциплинарного взыскания, утвержденная приказом №1508-28/01 от 28 августа 2015 года, поскольку порядок применения дисциплинарного взыскания не нарушен, объяснительная с работника была взята, акт об отсутствии работника на рабочем месте составлен, служебные записки непосредственным руководителем ФИО. и бизнес-партнером по работе с персоналом составлены, резолюция директора по продажам на служебной записке о принятом решении стоит (Т.2 л.д.80).

Отсутствие в материалах дела письменного уведомления о предоставлении письменного объяснения по форме, приложенной к локальному акту «Процедура применения дисциплинарных взысканий» также не свидетельствует о нарушении порядка наложения дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

В соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Из разъяснений, содержащихся в абз.2 и 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 28.09.2010) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм; в этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 отсутствовал на рабочем месте 18 марта 2019 года с 9:00 до 15:30 без уважительных причин, то есть совершил прогул. 

Порядок наложения дисциплинарного взыскания работодателем не нарушен, увольнение произведено надлежащим должностным лицом, в пределах предоставленных ему полномочий. Примененная ответчиком мера дисциплинарной ответственности в виде увольнения соразмерна тяжести совершенного проступка, обстоятельствам его совершения.

Доводы представителя истца о том, что при наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем не были приняты во внимание предшествующее поведение работника и его отношение к труду, являются голословными, участие истца в корпоративных мероприятиях вне рабочего время, не свидетельствует об отношении работника к работе.

Так как действия ответчика, связанные с увольнением истца, не содержат нарушений трудового законодательства, средний заработок за время вынужденного прогула и компенсация морального вреда, в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ, взысканию не подлежат.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Келлогг Рус» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Первомайский районный суд г. Пензы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 03 июня 2019 года. 

Судья: ...

...

...у