Дело №12-109/2017г.

Р Е Ш Е Н И Е

20 сентября 2017 года г. Бологое

Федеральный судья Бологовского городского суда Тверской области Калько Ирина Николаевна, с участием лица, подавшего жалобу – ФИО1, инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району – ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Бологовского городского суда Тверской области дело по жалобе ФИО1 на постановление инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району от 27 августа 2017 года в отношении ФИО1, которым постановлено:

«Признать вину ФИО1 за административное правонарушение, предусмотренное ст.12.23 ч.3 КоАП РФ и назначить административный штраф в размере 3000 рублей»,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району ФИО2 от 27 августа 2017 года ФИО1 на основании ст.12.23 ч.3 КоАП РФ подвергнут административному наказанию в виде штрафа в сумме 3000 рублей за то, что 27 августа 2017 года в 13 часов 53 минуты возле дома №1 по ул.Кирова г.Бологое, управляя транспортным средством Ford Tranzit, государственный регистрационный знак №..., перевозил ребенка без использования специальных удерживающих устройств в нарушение п.22.9 ПДД РФ, то есть совершил правонарушение предусмотренное ч.3 ст.12.23 КоАП РФ.

В жалобе на постановление о наложении административного взыскания ФИО1 просит суд отменить вышеуказанное постановление, поскольку ПДД он не нарушал и перевозил ребенка с помощью удерживающего устройства. 

В судебном заседании ФИО1 доводы жалобы поддержал по изложенным в ней основаниям. При этом пояснил, что он не согласен с постановлением инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД РФ по Бологовскому району Тверской области ФИО2 от 27 августа 2017 года о назначении ему административного наказания по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.12.23 ч.3 КоАП РФ, поскольку он не перевозил ребенка без использования детского удерживающего устройства. Его автомобиль оборудован детским удерживающим устройством ФЭСТ, которым и была пристегнута его дочь 27 августа 2017 года, в момент остановки инспектором ДПС автомобиля. Постановлением Верховного суда РФ от 16 февраля 2017 устройство ФЭСТ признано детским удерживающим устройством. Имеющейся у него на телефоне видеозаписью подтверждается наличие такого устройства в его автомобиле в момент его остановки. Его дочь сидела на переднем пассажирском сидении автомобиля и была пристегнута устройством ФЭСТ. Инспектор ДПС попросил предъявить ему удерживающее устройство, он отстегнул его от ремня безопасности, продемонстрировал инспектору и затем снова закрепил его на место. Инспектор сделал фотографию переднего пассажирского сидения в тот момент, когда детское удерживающее устройство с него было снято. Было бы нелогично с его стороны сначала останавливать автомобиль, делать фотографию и только потом просить водительское удостоверение водителя. Инспектор сфотографировал только одно сидение, ребенок мог находиться на заднем пассажирском сидении, быстро пересесть, но инспектор этого не зафиксировал. Кроме того, было бы странно, если бы он был пристегнут ремнем безопасности, а ребенок, сидящий рядом на пассажирском сидении, нет. Считает, что факт отсутствия детского удерживающего устройства должен быть подтвержден материалами фото- видеофиксации правонарушения, только тогда можно говорить о надлежащем выполнении сотрудником ДПС своих должностных обязанностей. Иначе в следующий раз он так же остановит его автомобиль и при отсутствии видеофиксации вновь необоснованно привлечет к ответственности за правонарушение, которого он не совершал. Если бы видеофиксация производилась, то можно было установить, был ли пристегнут ребенок или не был. Возможно, у инспектора ДПС ФИО2 сложилось по отношению к нему предвзятое отношение, поскольку у него с начальством ОГИБДД сложные отношения. Возможно, инспекторам ДПС даются планы по оформлению определенных правонарушений, поэтому ФИО2 и решил необоснованно привлечь его к административной ответственности. Но в данной ситуации он считает, что прав, а составленное инспектором постановление является необоснованным и незаконным. 

В судебном заседании инспектор ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району ФИО2 суду пояснил, что 27 августа 2017 года им был остановлен автомобиль ФИО1 по причине того, что на переднем пассажирском сидении сидел ребенок, не пристегнутый никакими удерживающими устройствами, на ремне безопасности никакого устройства ФЭСТ закреплено не было. Данный факт подтверждается фотографией на его телефоне, которая была сделана непосредственно после остановки автомобиля ФИО1 Если бы ребенок был пристегнут детским удерживающим устройством на момент остановки транспортного средства, то у него бы не возникло вопросов. На его вопрос, почему ребенок не пристегнут удерживающим устройством, ФИО1 пояснил, что оно у него имеется и достал его из бардачка автомобиля. Он сказал, что в связи с выявленным правонарушением, будет составлять в отношении него постановление о привлечении к административной ответственности, и пошел в данных целях к патрульному автомобилю. При составлении постановления он видел, что ФИО1 закрепляет устройство ФЭСТ на ремне безопасности пассажирского сидения и предъявленная им видеозапись была сделана именно в тот момент. Если бы на ремне безопасности имелось удерживающее устройство, водитель бы мог его просто ему показать, снимать для этого устройство не нужно. Видеофиксация правонарушения не производилась, это было невозможно по причине того, что патрульный автомобиль был развернут в сторону, противоположную ходу движения транспортного средства ФИО1 Даже если бы он был развернут в сторону автомобиля ФИО1, то через несколько стекол разглядеть наличие «треугольника» на ремне безопасности было бы невозможно, поэтому проводить видеофиксацию в таких случаях не имеет смысла. Патрулирование в тот день осуществлял он один, свидетелей выявленного правонарушения не имелось. С ФИО1 он ранее знаком не был, предвзятого отношения у него к нему возникнуть не могло, никаких планов по оформлению правонарушений начальство им не давало.

Выслушав ФИО1, инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району ФИО2, изучив доводы жалобы и материалы дела об административном правонарушении, суд находит жалобу ФИО1 не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 3 статьи 30.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении жалобы по делу об административном правонарушении судья не связан с доводами жалобы, проверяет дело в полном объеме. В целях проверки вынесенного постановления судья заслушивает объяснения лица в отношении, которого ведется дело об административном правонарушении, заслушивает объяснения других лиц, исследует доказательства и материалы, как имеющиеся в деле, так и дополнительно представленные.

В силу части 1 статьи 1.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

В соответствии с пунктом 4 статьи 22 и пунктом 4 статьи 24 Федерального закона от 10 декабря 1995 года №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

На основании п. 1.3 ПДД участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки. Нарушение ПДД влечет предусмотренную административным законодательством ответственность.

Частью 3 статьи 12.23 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение требований к перевозке детей, установленных Правилами дорожного движения.

Исходя из смысла пункта 22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090, перевозка детей в возрасте младше 7 лет в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка. Перевозка детей в возрасте от 7 до 11 лет (включительно) в легковом автомобиле и кабине грузового автомобиля, конструкцией которых предусмотрены ремни безопасности либо ремни безопасности и детская удерживающая система ISOFIX, должна осуществляться с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка, или с использованием ремней безопасности, а на переднем сиденье легкового автомобиля - только с использованием детских удерживающих систем (устройств), соответствующих весу и росту ребенка.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 20 марта 2014 года №532-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К. на нарушение его конституционных прав пунктом 22.9 Правил дорожного движения Российской Федерации» указал, что данное требование к перевозке детей до 12-летнего возраста направлено на создание максимально безопасных условий их перемещения транспортными средствами.

Согласно пункту 2.1 ГОСТ Р 41.44-2005 "Единообразные предписания, касающиеся удерживающих устройств для детей, находящихся в механических транспортных средствах", утвержденного Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 20 декабря 2005 года №318-ст (далее - ГОСТ Р 41.44-2005), детская удерживающая система (удерживающее устройство) представляет собой совокупность элементов, состоящую из лямок или гибких элементов с пряжками, регулирующих устройств, деталей крепления и, в некоторых случаях, дополнительного устройства (например, детской люльки, съемного детского кресла, дополнительного сиденья и/или противоударного экрана), которое может быть прикреплено к внутренней части кузова автотранспортного средства. Устройство должно быть сконструировано таким образом, чтобы в случае столкновения или резкого торможения транспортного средства уменьшить опасность ранения ребенка, находящегося в удерживающем устройстве, путем ограничения подвижности его тела.

В силу пункта 2.1.3 ГОСТ Р 41.44-2005 детские удерживающие устройства могут быть двух конструкций: цельной, включающей в себя комплект лямок или гибких элементов с пряжкой, устройство регулирования, крепления и, в некоторых случаях, дополнительное сиденье и/или противоударный экран, который может быть прикреплен с помощью собственной цельной лямки или лямок; нецельной, включающей в себя частичное удерживающее устройство, которое при использовании в сочетании с ремнем безопасности для взрослых, проходящим вокруг туловища ребенка, или удерживающим устройством, в котором находится ребенок, образует детское удерживающее устройство в комплекте. Частичное удерживающее устройство - это устройство, например дополнительная подушка, которое при использовании в сочетании с ремнем безопасности для взрослых, проходящим вокруг туловища ребенка, или удерживающим устройством, в котором находится ребенок, образует детское удерживающее устройство в комплекте.

Доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых устанавливаются обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются, в том числе, протоколом об административном правонарушении, иными документами.

Как следует из представленных материалов, 27 августа 2017 года в 13 часов 53 минуты возле дома №1 по ул.Кирова г.Бологое, ФИО1, управляя транспортным средством Ford Tranzit, государственный регистрационный знак №... перевозил ребенка без использования специальных удерживающих устройств в нарушение п.22.9 ПДД РФ, то есть совершил правонарушение предусмотренное ч.3 ст.12.23 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения и вина ФИО1 подтверждаются постановлением по делу об административном правонарушении от 21 марта 2016 года, протоколом об административном правонарушении от 21 марта 2016 года и показаниями инспектора ИАЗ ОГИБДД ФИО2 

У суда не имеется оснований не доверять сведениям, содержащимся в данных доказательствах, поскольку они составлены компетентным должностным лицом в рамках возложенных на него законом полномочий.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено в порядке, предусмотренном ч.1 ст.28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Поскольку, подписывая его, ФИО1 указал свое несогласие с вменяемым административным правонарушением, в соответствии с требованиями ч.2 ст.28.6 названного Кодекса в отношении него инспектором был составлен протокол об административном правонарушении, который был приобщен к вынесенному постановлению. При этом постановление и протокол оформлены одним должностным лицом на основании прямого указания ст.28.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Довод заявителя о преследованиях со стороны сотрудников полиции, а в данном конкретном деле со стороны инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району Тверской области ФИО2 не может быть признан обоснованным.

В силу пунктов 8, 39, 40, 45 Административного регламента МВД РФ исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения», утвержденного Приказом МВД РФ от 02 марта 2009 года № 185, результатом исполнения государственной функции является надлежащее обеспечение безопасности дорожного движения, максимально возможное предупреждение дорожно-транспортных происшествий, нарушений правил дорожного движения и обеспечение бесперебойного движения транспортных средств.

Для исполнения государственной функции обеспечения безопасности дорожного движения сотрудники органов внутренних дел вправе осуществлять контроль за дорожным движением, который включает визуальное или с использованием технических средств наблюдение за движением транспортных средств. Оснований для недоверия информации сотрудника ДПС, находившегося при исполнении служебных обязанностей, относительно изложенного в протоколе об административном правонарушении не имеется, поскольку данных о какой-либо заинтересованности сотрудника полиции в исходе дела, его небеспристрастности к ФИО1 или допущенных им злоупотреблениях по делу не установлено.

Оснований ставить под сомнение факты, указанные должностным лицом в постановлении по делу об административном правонарушении и в протоколе об административном правонарушении, не имеется, поскольку они подробны, последовательны, согласуются с материалами дела и между собой, сомнений у судьи не вызывают.

Кроме того, выполнение инспектором ФИО2 профессиональных обязанностей по выявлению и пресечению правонарушения на дорогах не может относиться к его личной или иной заинтересованности в исходе какого-либо дела, в данном случае в деле ФИО1, ибо неприязненных отношений с ним он не имел, доказательств обратного последним не представлено, в связи с чем объяснения инспектора ФИО2 признаются достоверными.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что факт отсутствия детского удерживающего устройства должен быть подтвержден материалами фото- видеофиксации правонарушения, суд считает несостоятельными, поскольку в ходе дачи должностным лицом ФИО2 дополнительных пояснений в судебном заседании при рассмотрении жалобы он пояснил, что произвести видеофиксацию правонарушения было невозможно по причине того, что патрульный автомобиль был развернут в сторону, противоположную ходу движения транспортного средства ФИО1 и через несколько стекол разглядеть наличие «треугольника» на ремне безопасности было бы невозможно. 

Доказательств нарушения инспектором ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району Тверской области ФИО2 должностных обязанностей вопреки доводам ФИО1 им не представлено и в судебном заседании при рассмотрении жалобы по делу не установлено, а потому данный довод является голословным, не влечёт отмену постановления. 

Приведенные ФИО1 в ходе производства по делу доводы о том, что ребенка, не достигшего 12-летнего возраста, он правомерно перевозил на переднем сиденье с использованием приспособления ФЭСТ, которое Постановлением Верховного суда РФ от 16 февраля 2017 признано детским удерживающим устройством, обоснованными признать нельзя и связаны с ошибочным и субъективным толкованием норм законодательства.

В силу прямого указания пункта 22.9 Правил дорожного движения на переднем сиденье легкового автомобиля перевозка детей до 12-летнего возраста должна осуществляться только с использованием детских удерживающих устройств, к которым приспособление ФЭСТ не относится.

Все имеющиеся в деле доказательства, свидетельствующие о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, и его виновности в совершении правонарушения, соответствуют требованиям ст.26.2 КоАП РФ и не противоречат действующему законодательству.

Инспектор ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району Тверской области ФИО2, оценив все собранные и исследованные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ, установив фактические обстоятельства дела, пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.23 КоАП РФ.

Выводы должностного лица административного органа основаны на имеющихся в деле доказательствах, которые соответствуют требованиям ст. 6.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при этом имеющаяся совокупность доказательств была достаточна для вынесения постановления по делу, доказательства оценены должностным лицом в соответствии со ст.26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Обстоятельств, ставящих под сомнение совершение ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении жалобы не установлено.

Каких-либо доказательств, опровергающих имеющиеся в материалах дела доказательства, в ходе судебного рассмотрения жалобы не представлено.

Правонарушение, совершенное ФИО1 по части 3 статьи 12.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях квалифицировано правильно. 

Постановление соответствует требованиям ст.29.10 КоАП РФ.

С учетом изложенного, жалоба ФИО1 является необоснованной, а постановление инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району Тверской области ФИО2 от 27 августа 2017 года является законным, вынесенным без нарушений норм процессуального и материального права и не подлежит отмене. 

Административное наказание назначено с учетом общих правил назначения наказания, в соответствии с требованиями ст.3.1, 3.8 и 4.1 КоАП РФ и находится в пределах санкции ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, поэтому оснований для отмены или изменения постановления не имеется. 

В соответствии с п.1 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении может быть вынесено решение об оставлении постановления без изменения, а жалобы без удовлетворения.

Руководствуясь ст.30.1, 30.6, 30.7, 4.5 КоАП РФ, судья

Р Е Ш И Л:

Жалобу ФИО1 на постановление инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району Тверской области ФИО2 от 27 августа 2017 года о привлечении к административной ответственности по ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, оставить без удовлетворения.

Постановление инспектора ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по Бологовскому району Тверской области ФИО2 от 27 августа 2017года, о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.3 ст.12.23 КоАП РФ, оставить без изменения.

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок с момента его получения в Тверской областной суд.

Федеральный судья И.Н.Калько