12-53/2017

РЕШЕНИЕ

город ФИО5 04 сентября 2017 года 

Судья Гусевского городского суда Калининградской области Безденежных М.А.,

при секретаре Аринушкиной Ю.Е.,

с участием представителя ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев жалобы ФИО1 и его представителя ФИО2 на постановление мирового судьи 1-го судебного участка Гусевского района Калининградской области от 19 июня 2017 года, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи 1-го судебного участка Гусевского района Калининградской области от 19 июня 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

ФИО1 и его представитель ФИО2 с постановлением не согласны, в жалобах указывают, что постановлением мирового суда 1-го судебного участка Гусевского района Калининградской области от 19 июня 2017 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП. В судебном заседании ФИО1 с протоколом не согласился, вину не признал, в момент аварии был трезвый. 07 октября 2016 года был сильный туман, дождь, примерно в 17.10 часов проезжая пос. Маяковское Гусевского района ФИО1 не справился с управлением, машину занесло, и автомобиль упал с моста в реку. Первым увидел ДТП механизатор Ф. и позвонил М., который вернулся и помог ФИО1 выбраться из автомобиля. В тот момент ФИО1 находился в шоковом состоянии и у него имелись телесные повреждения. Кто-то сказал, что вызвали скорую медицинскую помощь и сотрудников полиции, но на самом деле никто никого не вызывал, так как согласно рапорту оперативного дежурного МО МВД России «Гусевский» от 07 октября 2016 года и постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 17 октября 2016 года сообщение о поступлении ФИО1 в приемный покой Гусевской ЦРБ было сделано лишь в 18.40 часов фельдшером ФИО3. ФИО1 было плохо, у него разорвало левое колено, было сотрясение головного мозга и кружилась голова, была разорвана губа, текла кровь. М. постарался оказать первую помощь ФИО1 и промыл имеющейся у него водкой колено и рот. Затем М. видел что ФИО1 становится хуже и тогда М. налил тому водки и сказал, чтобы ФИО1 выпил. ФИО1 находясь в шоковом состоянии от падения в реку и получения травм с целью снятия болей выпил содержимое в стакане, а именно водку примерно 200-250 мл. Затем М. повез его в больницу, где ФИО1 госпитализировали. Положили в палату, зашили рану на губе и колене, взяли кровь на ВИЧ из вены. Около двух недель тот пролежал в больнице. В Гусевской ЦРБ в тот день 07 октября 2016 года сотрудники ГИБДД не появились. ФИО1 никто не предлагал пройти обследование на наличие или отсутствие алкоголя в больнице. В момент поступления в приемный покой в 18.40 часов у него с его согласия взяли кровь на ВИЧ, больше у него ничего не спрашивали, он ничего в тот день в больнице не подписывал. Согласие с планом лечения и обследования он подписывал при выписке из больницы. Спустя два месяца ФИО1 вызвали сотрудники ОГИБДД Гусевского района и старший инспектор ОГИБДД МО МВД России «Гусевский» 24 ноября 2016 года в 15.35 часов составил протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КРФоАП, в отношении ФИО1 за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. В момент работы и в момент управления автомобилем ФИО1 алкоголь не употреблял. Алкоголь ФИО1 употребляет крайне редко 3-4 раза в год, поскольку у него 

<

данные изъяты>. В судебных заседаниях показания ФИО1 подтвердили допрошенные свидетели М. и Ф., так же были исследованы все имеющиеся доказательства в материалах административного дела. Основанием для вынесения постановления о назначении ФИО1 административного наказания по ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП послужил тот факт, что тот после ДТП употребил спиртной напиток в виде водки. С таким решением согласиться нельзя по следующим основаниям. Доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Из материалов дела об административном правонарушении следует, что основанием полагать, что водитель ФИО1 находился в алкогольном состоянии послужила справка о результатах ХТИ от 12 октября 2016 года, освидетельствование ФИО1 произведено 07 октября 2016 года. При этом сотрудники Гусевской ЦРБ произвели обследование на наличие алкоголя у ФИО1 в нарушение установленных норм Законодательства РФ. Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов. В нарушение Правил забор биологического материала (крови) у ФИО1 производился для определения отсутствия у него ВИЧ-инфекции, данный факт подтверждается имеющийся в материалах Бланк согласия на обследование на ВИЧ (л.д. 30). Никто не проводил и не составлял акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО1, а именно выявления концентрации абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе. Таким образом, возможность установить концентрацию абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе утрачена, в связи с чем, забор крови на ВИЧ исследования использованные в дальнейшем в других целях не могут быть положены в основу установления состояния алкогольного опьянения ФИО1 Судом не дана надлежащая правовая оценка результатов ХТИ от 12 октября 2016 года, а именно недопустимости в качестве доказательства по правилам статьи 26.11 КРФоАП. Исследованные обстоятельства произошедшего 07 октября 2016 года, а именно съезда с дороги в реку автомобиля под управлением ФИО1 не могут быть отнесены ДТП, так как отсутствуют необходимые критерии ДТП, определенные законом. Собственники транспортного средства, которым управлял ФИО4, потерпевшими не признаны. Претензий к ФИО1 как к участнику движения в момент съезда с дороги 07 октября 2016 года не имеется, что подтверждается имеющимися материалами, так как в отношении его отсутствуют какие-либо претензии со стороны участников движения и отсутствуют материалы указывающие, что произошло ДТП. Употребление спиртного напитка (водки) ФИО1 произошло не по его желанию употребить его с умыслом совершения административного правонарушения, а именно нахождения ФИО1 в шоковом состоянии, именно в тот момент, когда он не мог отдавать отчет своим действиям. Более того, оказывается, никто не вызывал сотрудников ГИБДД и медицинскую службу с момента съезда с дороги в реку ФИО1 Значит ФИО1 не нарушил положения ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП. Как следует из материалов дела, протокол об административном правонарушении от 24 ноября 2016 года составлен по ч. 1 ст. 12.8 КРФоАП. Должностным лицом ГИБДД при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в отношении ФИО1 были нарушены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденные постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475. Анализируя вышеуказанные доказательства, суд приходит к выводу о том, что материалами дела не подтверждено, что ФИО1 управлял транспортным средством, находясь в состоянии алкогольного опьянения, поскольку личность водителя ФИО1, совершившего ДТП, была установлена не в момент остановки транспортного средства под его управлением, а по приезду в приемное отделение ЦРБ г. Гусева. Мировой судья при переквалификации административного правонарушения не учел тот факт, что ст.12.8ч. 1 КРФоАП и ст. 12.27 ч. 3 КРФоАП имеют разный родовой объект посягательства. С объективной стороны административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст.12.8 КРФоАП выражается в управлении транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения. Под управлением транспортным средством понимается непосредственное выполнение функций водителя во время движения транспортного средства. С объективной стороны административные правонарушения, предусмотренные ч. 3 ст.12.27 КРФоАП выражаются в невыполнении требований ПДД о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования на состояние опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования. Согласно разъяснениям Пленума ВС РФ, однородным считается правонарушение, имеющее единый родовой объект посягательства, при этом в указанных разъяснениях отсутствует указание на то, что именно считать единым родовым объектом посягательства. Согласно п. 19.1 Постановление Пленума ВАС РФ от 02 июня 2004 года № 10 судам следует учитывать, что однородными считаются правонарушения, ответственность за совершение которых предусмотрена одной статьей Особенной части КРФоАП. Переквалификация действий правонарушителя со ст.12.8ч. 1 КРФоАП на ст.12.27ч. 3 КРФоАП недопустима, поскольку данные составы правонарушений имеют различный родовой объект посягательства. При рассмотрении дела по существу мировой судья, с учетом установленных обстоятельств, пришел к неправильному выводу о необходимости переквалификации действий с ч. 1 ст.12.8 КРФоАП на ч. 3 ст.1227 КРФоАП. Суд не принял во внимание показания независимых свидетелей допрошенных в суде, а занял обвинительную сторону, приняв во внимание лишь доводы сотрудников ГИБДД, заинтересованных в наказании ФИО1 Считаем, что данный факт грубо нарушает права ФИО1, в ходе составления административного материала в отношении ФИО1 допущено нарушение прав на защиту, закрепленное Конституцией РФ. На основании предоставленных доказательств, явно видно, что ФИО1 не совершал никаких административных правонарушений, в связи с чем, согласно ч. 2 ст. 29.4 КРФоАП при наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 24.5 настоящего Кодекса, выносится постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении. Принимая во внимание, что основанием привлечения к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях является невыполнение Правил дорожного движения о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки, наркотические или психотропные вещества после ДТП, к которому он причастен, однако совершение ФИО1 ДТП и употребление алкогольных напитков после совершения происшествия, не нашло своего подтверждения совокупностью исследованных доказательств по делу, считаем, что производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.27 Кодекса РФ об административных правонарушениях в отношении ФИО1 подлежит прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Просят постановление мирового судьи от 19 июня 2016 года в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП отменить, дело производством прекратить в связи с отсутствием события административного правонарушения. 

В судебное заседание ФИО1 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель ФИО1 – ФИО2 жалобы поддержал по доводам, изложенным в них, настаивая на отмене постановления и прекращении производства по делу.

Заслушав объяснения, проверив материалы дела, суд находит постановление мирового судьи от 19 июня 2017 года подлежащим отмене с прекращением производства по делу.

В силу абз. 4 п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, водителю запрещается употреблять алкогольные напитки, наркотические, психотропные или иные одурманивающие вещества после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Частью 3 ст. 12.27 КРФоАП установлена административная ответственность за невыполнение требования Правил дорожного движения о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки, наркотические или психотропные вещества после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, либо после того, как транспортное средство было остановлено по требованию сотрудника полиции, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения или до принятия уполномоченным должностным лицом решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Согласно примечанию к ст. 12.8 КРФоАП, употребление веществ, вызывающих алкогольное или наркотическое опьянение, либо психотропных или иных вызывающих опьянение веществ запрещается. Административная ответственность, предусмотренная ст. 12.8 и ч. 3 ст. 12.27 настоящего Кодекса, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха, или в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека.

Старшим инспектором ОГИБДД МО МВД России «Гусевский» 24 ноября 2016 года в 15.35 часов в отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КРФоАП, за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения.

При рассмотрении дела мировым судьей действия ФИО1 были переквалифицированы с ч. 1 ст. 12.8 КРФоАП на ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП.

Основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП послужили изложенные в обжалуемом судебном акте выводы о том, что 07 октября 2016 года в 17 часов 30 минут на 131 км + 300 м автодороги «КЗОГДН» (Калининград (от Борисово) – Знаменск – Озерск – ФИО5 – ФИО6 – Неман) ФИО1 употребил алкоголь после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования в целях установления состояния опьянения. Употребление ФИО1 алкоголя после ДТП и нахождение его в состоянии опьянения подтвержден справкой ХТИ, а также показаниями свидетелей.

Исходя из положений ч. 1 ст. 1.6 КРФоАП обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

По делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.27 КРФоАП, надлежит учитывать, что доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Вместе с тем, при составлении справки ХТИ допущены нарушения требований Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ 

<

...>н, а также Порядка, утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 января 2006 года № 40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ».

Так, подп. 1 п. 5 Порядка проведения медицинского освидетельствования определено, что медицинское освидетельствование проводится, в частности, в отношении лица, которое управляет транспортным средством, - на основании протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленного в соответствии с требованиями ст. 27.12 КРФоАП должностным лицом, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида.

Согласно п. 8 Порядка проведения медицинского освидетельствования в процессе проведения медицинского освидетельствования его результаты вносятся в Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), форма которого предусмотрена приложением № 2 к указанному приказу.

В силу п. 9 Порядка проведения медицинского освидетельствования после указания в Акте персональных данных освидетельствуемого проведение медицинского освидетельствования во всех случаях начинается с первого исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, после которого врачом-специалистом (фельдшером) производится сбор жалоб, анамнеза и осмотр в целях выявления клинических признаков опьянения, предусмотренных приложением № 2 к Порядку.

Положительным результатом исследования выдыхаемого воздуха считается наличие абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха. При положительном результате первого исследования выдыхаемого воздуха через 15-20 минут после первого исследования проводится повторное исследование выдыхаемого воздуха.

В соответствии с абз. 1 п. 12 Порядка проведения медицинского освидетельствования при медицинском освидетельствовании лиц, указанных в подп. 1 п. 5 Порядка, отбор биологического объекта (моча, кровь) для направления на химико-токсикологические исследования осуществляется вне зависимости от результатов исследований выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя.

Согласно п. 15 Порядка проведения медицинского освидетельствования медицинское заключение «установлено состояние опьянения» выносится в случае освидетельствовании лиц, указанных в подп. 1 п. 5 Порядка, при положительном результате повторного исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя или при обнаружении по результатам химико-токсикологических исследований в пробе биологического объекта одного или нескольких наркотических средств и (или) психотропных веществ.

Пунктом 13 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения определено, что направление на химико-токсикологические исследования (учетная форма N 452/у-06) заполняется по форме и в порядке, утвержденным приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 января 2006 года № 40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ» (зарегистрирован Министерством юстиции РФ 26 февраля 2006 года, регистрационный N 7544). При этом должностным лицам, указанным в подпунктах 1-4 п. 5 настоящего Порядка, выдается заверенная печатью медицинской организации и подписью врача-специалиста (фельдшера), проводящего медицинское освидетельствование, справка произвольной формы, в которой отражается, что по результатам освидетельствования обнаружены (не обнаружены) клинические признаки опьянения, предусмотренные приложением № 2 к настоящему Порядку, медицинское освидетельствование будет завершено по получении результатов химико-токсикологического исследования биологического объекта. Копия указанной справки выдается освидетельствуемому (его законному представителю).

В соответствии с п. 3 Приложения № 12 к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 27 января 2006 № 40 «Об организации проведения химико-токсикологических исследований при аналитической диагностике наличия в организме человека алкоголя, наркотических средств, психотропных и других токсических веществ» при химико-токсикологическом исследовании биологических материалов является обязательным проведение предварительных (иммунохроматографический, иммуноферментный, поляризационный флуороиммуноанализ, тонкослойная хроматография) и подтверждающие методы (спектральные, хроматографические: специализированные системы для обнаружения опиатов, каннабиноидов, бензодиазепинов на основе тонкослойной хроматографии, газожидкостная хроматография, высокоэффективная жидкостная хроматография, хроматомасс-спектрометрия). Не допускается указание названий методов в сокращениях.

Согласно п. 5 Приложения № 12 к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 27 января 2006 № 40 в строке "При химико-токсикологических исследованиях обнаружены (вещества, средства)" при обнаружении алкоголя, его суррогатов, наркотических средств (групп средств), психотропных и других токсических веществ (групп веществ) и их метаболитов указывается наименование обнаруженных веществ (средств) в соответствии с принятыми классификациями и в строке "Концентрация обнаруженного вещества (средства)" - массовая концентрация обнаруженного вещества (средства) в биологическом объекте, выраженная в единицах измерения: мкг на мл, мкг на грамм, мг на мл и т.д.

Как следует из имеющейся в материалах дела справки о результатах химико-токсикологических исследований от 12 октября 2016 года из Гусевской ЦРБ поступила отобранная у ФИО1 07 октября 2016 года кровь, которая была исследована методом «газовой хроматографии» и были обнаружены «летучие яды (этиловый алкоголь) на уровне предела обнаружения используемых методов концентрацией 2,1 г/л». (л.д. 7)

При этом, данных о том, что в Гусевской ЦРБ было проведено медицинское освидетельствование с помощью прибора для исследования выдыхаемого воздуха на наличие алкоголя, не имеется, отсутствует какое-либо направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1, акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения в материалах дела нет.

Таким образом, исследование концентрации абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в отношении ФИО1 не проводилось.

Отобранные при госпитализации ФИО1 в Гусевскую ЦРБ заявление о согласии с общим обследование и лечением, а также согласие на обследование на ВИЧ не могут быть расценены как письменное согласие на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. 

Более того, в результате химико-токсикологического исследования биологической пробы, отобранной у ФИО1, усматривается наличие вещества «летучие яды (этиловый алкоголь)» в размере 2,1 г/л.

Вместе с тем, исследованные доказательства не могут свидетельствовать о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения в том смысле, который придается этому понятию в законодательстве об административных правонарушениях, поскольку показатель уровня алкоголя, определяемый соотношением доли грамма на литр в нем не используется.

В частности, имеющиеся в материалах дела доказательства, не позволяют с точностью утверждать, что обнаруженная концентрация вещества «летучие яды (этиловый алкоголь)» в крови ФИО1, свидетельствует о нахождении последнего в состоянии алкогольного опьянения в том смысле, который имеется в примечании к ст. 12.8 КРФоАП; иные вещества, вызывающие опьянение (кроме алкоголя), не были обнаружены.

Возможность определения соответствия обнаруженного алкоголя в крови (в размере 2,1 г/л) концентрации абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в мг/л, как того требует законодатель для установления состояния алкогольного опьянения, не проверялась.

Кроме того, наличие вещества «летучие яды (этиловый алкоголь)» обнаружено таким методом как «газовая хромотография», который не указан в п. 3 Приложения № 12 к Приказу Минздравсоцразвития РФ от 27 января 2006 № 40.

Следовательно, медицинское освидетельствование ФИО1 было проведено с нарушением процедуры, установленной действующим законодательством, а указанные несоответствия не позволяют признать справку о результатах химико-токсикологических исследований, допустимым доказательством по делу об административном правонарушении.

Из содержания ч.ч. 1, 4 ст. 1.5 КРФоАП следует, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина, а неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

При изложенных данных и с учетом приведенных выше положений ч. ч. 1, 4 ст. 1.5 КРФоАП невозможно прийти к безусловному выводу о том, что наличие состава вменяемого ФИО1 административного правонарушения в его действиях является доказанным.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30.7 КРФоАП по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление выносится решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу.

Таким образом, постановление мирового судьи подлежит отмене, производство по делу - прекращению в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 30.6 и 30.7 КРФоАП, суд 

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи 1-го судебного участка Гусевского района Калининградской области от 19 июня 2017 года, вынесенное в отношении ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП, – отменить.

Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП прекратить, в связи с недоказанностью обстоятельств. 

Судья М.А. Безденежных