РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 декабря 2017 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Левченко А.Ю., с участием прокурора – помощника военного прокурора Новосибирского гарнизона капитана юстиции ФИО1, административного истца ФИО2 и его представителя ФИО3, представителя административного ответчика майора юстиции ФИО4, при секретаре судебного заседания Новицкой З.И., рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело № 2а-207/2017 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО2 об оспаривании решения аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 года, а также действий командира названной воинской части, выразившихся в досрочном увольнении военнослужащего с военной службы по дискредитирующему основанию и исключением из списков личного состава части.

В ходе рассмотрения дела по существу военный суд 

установил:

Шарган в пределах установленного процессуальным законодательством срока обратился с административными исковыми заявлениями, в которых указал, что с 2004 года по 31 октября 2017 года проходил военную службу по контракту, в том числе, в войсковой части № в воинском звании «

<

данные изъяты>». 12 сентября 2017 года аттестационной комиссии войсковой части № принято решение ходатайствовать перед командиром названной воинской части о досрочном увольнении административного истца с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта. 

Далее Шарган указал, что 12 октября 2017 года командиром войсковой части № издан приказ № 28 (по личному составу) о досрочном увольнении с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта, а 31 октября того же года приказ № 213 (по строевой части) об исключении из списков личного состава части в тот же день.

С учетом изложенного, административный истец, полагая, что заседание аттестационной комиссии войсковой части № прошло необъективно, так как во внимание не были приняты положительные характеристики и достижения по военной службе, а процедура увольнения с военной службы проведена в нарушение требований действующего законодательства, просил суд:

- признать незаконными выводы аттестационной комиссии воинской части от 12 сентября 2017 года;

- признать незаконным увольнение с военной службы, отменить приказы командира войсковой части № № 28 (по личному составу) от 12 октября 2017 года об увольнении с военной службы и № 213 (по строевой части) от 31 октября 2017 года об исключении из списков личного состава части;

- восстановить на военной службе в прежней воинской должности.

В судебном заседании Шарган и его представитель ФИО3, каждый в отдельности, поддержали заявленные требования. 

При этом Шарган дополнительно указал, что правомочность аттестационной комиссии войсковой части № по рассмотрению его кандидатуры, по принятию оспариваемого решения и командира войсковой части № в части, касающейся издания приказов об увольнении и исключении, не оспаривает. Нарушение своих прав связывает исключительно с необъективными выводами аттестационной комиссии, которой не были приняты во внимание безупречная служба военнослужащего до 2017 года и его достижения. Наряду с этим, административный истец указал, что исключение из списков личного состава части произведено без обеспечения вещевым довольствием.

Административные соответчики – командир войсковой части № и аттестационная комиссия названной воинской части, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явились, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявили.

Представитель административных соответчиков ФИО4 требования административного истца не признал и просил отказать в их удовлетворении. По мнению представителя, процедура аттестации осуществлена в рамках действующего законодательства, личность военнослужащего изучена всесторонне, последний присутствовал на заседании аттестационной комиссии и смог изложить свою точку зрения и представить характеризующие документы. Принимая решение об увольнении военнослужащего с военной службы в связи с невыполнением условий контакта, коллегиальный орган исходил из того, что Шарган имеет неснятые дисциплинарные взыскания, два из которых являются грубыми дисциплинарными проступками. 

Далее представитель указал, что оснований для отмены приказов командира войсковой части № о досрочном увольнении с военной службы по дискредитирующему основанию, а также об исключении военнослужащего из списков личного состава части, не имеется, поскольку Шарган, будучи обеспеченным денежным довольствием в полном объеме, злоупотреблял своим правом и не являлся в воинскую часть для получения окончательного расчета по вещевому имуществу.

Выслушав объяснения административного истца, его представителя, представителя административных соответчиков, а также заключение прокурора, полагавшего необходимым требования Шаргана, изложенные в административном исковом заявлении, оставить без удовлетворения, исследовав доказательства по делу, военный суд приходит к следующим выводам.

Так, согласно преамбуле к Федеральному закону «О воинской обязанности и военной службе» (далее - Закон), правовое регулирование в области воинской обязанности и военной службы в целях реализации гражданами РФ конституционного долга и обязанности по защите Отечества осуществляет настоящий Федеральный закон.

Согласно пункту 1 статьи 2 и пункту 3 статьи 32 Закона условия контракта о прохождении военной службы, в том числе, в войсках национальной гвардии Российской Федерации, включают в себя обязанность военнослужащего добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Из пункта 1 статьи 36 Закона усматривается, что порядок прохождения военной службы определяется настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, Положением о порядке прохождения военной службы, утвержденного указом Президента Российской Федерации №1237 от 16 сентября 1999 года (далее – Положение) и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Увольнение военнослужащих, в воинских званиях до полковников (капитанов 1 ранга) включительно, согласно статье 50 Закона, производится в соответствии с Положением.

В соответствии с подпунктом «в» пункта 2 статьи 51 Закона, военнослужащий может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта о прохождении военной службы.

При этом, по смыслу указанной нормы закона, предусмотрена возможность досрочного увольнения военнослужащего с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта о прохождении военной службы при подтверждении аттестационной комиссией в установленном порядке, что данный военнослужащий – учитывая характер ранее совершенных им дисциплинарных проступков, за которые он уже привлекался к дисциплинарной ответственности и иные юридически значимые обстоятельства, а также специфику служебной деятельности этого военнослужащего – перестал удовлетворять требованиям законодательства о воинской обязанности и военной службе, предъявляемым к военнослужащим, проходящим военную службу по контракту.

В соответствии с положениями пунктов 13 и 14 статьи 34 Положения, при увольнении по данному основанию может быть дано заключение аттестационной комиссии. 

Процедура проведения аттестационной комиссии регламентирована как Положением, так и приказом Директора Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации - главнокомандующим войсками национальной гвардии Российской Федерации № 130 от 4 мая 2017 года «Об утверждении порядка организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в войсках национальной гвардии Российской Федерации» (далее – Порядок).

Так, из копии протокола заседания аттестационной комиссии войсковой части № № 37 от 12 сентября 2017 года усматривается, что коллегиальным органом, в рамках предоставленных полномочий, принято решение рекомендовать командиру части уволить Шаргана с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, поскольку последний не соответствует требованиям, предъявляемым к военнослужащим законодательством Российской Федерации.

Представитель административных соответчиков ФИО4 в ходе судебного заседания указал, что Шарган до начала заседания аттестационной комиссии ознакомлен с аттестационным листом, последний не только присутствовал на заседании коллегиального органа, но и ему была предоставлена возможность выступить перед членами комиссии, изложить свою позицию, а также представить дополнительные характеризующие документы.

Далее представитель указал, что в ходе голосования коллегиальный орган принимал во внимание всю совокупность сведений о личности административного истца, его достижения по службе и в спорте, однако наличие четырех дисциплинарных взысканий, в число которых входит два грубых дисциплинарных проступка, примененных в 2017 году воинскими должностными лицами воинской части, а также соответствующим постановлением Новосибирского гарнизонного военного суда, позволило членам аттестационной комиссии прийти к единогласному мнению о несоответствии Шаргана требованиям, предъявляемым к военнослужащим законодательством Российской Федерации.

Наряду с этим, ФИО4 указал, что иных оснований для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы не имелось, таковых не было представлено административным истцом и в ходе заседания коллегиального органа.

В ходе судебного заседания Шарган подтвердил приведенные выше обстоятельства и указал, что ни процедуру проведения аттестационной комиссии, ни правомочность названного коллегиального органа не оспаривает.

Наряду с этим, административный истец указал, что его личность и его достижения не были надлежащим образом приняты во внимание членами коллегиального органа, а также не учтен факт того, что дисциплинарные взыскания, легшие в основу оспариваемого им решения, были оспорены.

Из аттестационного листа от 8 сентября 2017 года видно, что в отзыве, составленном командиром взвода специального назначения капитаном К., приведены сведения, как о достижениях Шаргана по программам боевой и спортивной подготовкам, служебной и специальной деятельности, так и сведения о наложении на военнослужащего в 2017 году дисциплинарных взысканий:

- за нарушение воинской дисциплины, выразившееся в исполнении обязанностей военной службы в состоянии опьянения – «строгий выговор»;

- за личную недисциплинированность, выразившуюся в опоздании на службу менее 4 часов – «выговор»;

- за личную недисциплинированность, выразившуюся в нарушении распоряжения о запрете использования сотовых телефонов на территории воинской части – «выговор»;

- за отказ военнослужащего от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения Шаргану на основании постановления Новосибирского гарнизонного военного суда назначен «дисциплинарный арест сроком на 14 суток».

Как усматривается из служебной карточки Шаргана, 3 марта, 6 марта, 24 апреля и 23 августа 2017 года, военнослужащий привлечен к дисциплинарной ответственности в виде «строгого выговора», двух «выговоров» и «дисциплинарному аресту», соответственно.

В ходе судебного заседания административный истец, не оспаривая факт совершения им 3 марта 2017 года грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в употреблении алкогольных напитков и в исполнении обязанностей военной службы в состоянии опьянения, указал, что остальные дисциплинарные взыскания им были оспорены в рамках Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации. При этом, по одному из них в адрес командира войсковой части № внесено представление военного прокурора Новосибирского гарнизона об устранении нарушений законодательства, на судебное постановление гарнизонного военного суда подана жалоба в вышестоящий суд.

Так, из представления об устранении нарушений закона от 13 ноября 2017 года, подписанного заместителем военного прокурора Новосибирского гарнизона, усматривается, что органами военной прокуратуры установлено необоснованное привлечение должностными лицами войсковой части № Шаргана к дисциплинарной ответственности за нахождение последнего на территории воинской части с личным средством сотовой связи.

В ходе судебного заседания представитель ФИО4, подтвердив приведенные выше обстоятельства, указал, что представление органов военной прокуратуры принято к исполнению, факт необоснованного привлечения военнослужащего к дисциплинарной ответственности 24 апреля 2017 года нашел свое подтверждение в ходе разбирательства, однако, оставшиеся три дисциплинарных взыскания являются законными и обоснованными.

Как усматривается из ответа заместителя военного прокурора Новосибирского гарнизона от 10 ноября 2017 года, факт совершения Шарганом дисциплинарного проступка, выразившегося в опоздании на службу, нашел свое подтверждение, в связи с чем действия должностных лиц войсковой части №, связанные с привлечение военнослужащего к дисциплинарной ответственности в виде «выговора» являются правомерными.

Из постановления судьи Новосибирского гарнизонного военного суда от 23 августа 2017 года следует, что Шарган признан виновным в совершении грубого дисциплинарного проступка, предусмотренного абзацем 18 пункта 2 статьи 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (отказ военнослужащего от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения), и ему назначено наказание в виде дисциплинарного ареста сроком на 14 суток. Названное постановление вступило в законную силу 29 августа 2017 года (определение судьи Западно-Сибирского окружного военного суда № ДА-5/2017 от 29 августа 2017 года).

Административный истец и представитель административных соответчиков ФИО4, каждый в отдельности, подтвердили приведенные выше обстоятельства.

На основании изложенного, военным судом установлено, что Шарган в установленном порядке представлен на аттестационную комиссию, по результатам заседания которой 12 сентября 2017 года, учитывая специфику служебной деятельности военнослужащего, факты совершения последним в 2017 году двух грубых дисциплинарных проступков и одного дисциплинарного проступка в течении непродолжительного времени, расценены как невыполнение административным истцом условий контракта и, поскольку такой военнослужащий перестал удовлетворять требованиям законодательства о воинской обязанности и военной службе, предъявляемым к военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, коллегиальный орган пришел к выводу о целесообразности досрочного увольнения с военной службы по приведенному дискредитирующему основанию. 

При этом, как видно из аттестационного листа, аттестационной комиссией оценивался весь период службы Шаргана во взводе специального назначения стрелкового батальона войсковой части №, а поэтому, по мнению суда, само по себе отсутствие у военнослужащего неснятых дисциплинарных взысканий до 2017 года не может свидетельствовать о том, что последний в настоящее время отвечает требованиям, предъявляемым к нему контрактом о прохождении военной службы.

Заключение и выводы аттестационной комиссии о несоответствии аттестуемого занимаемой воинской должности, а также об увольнении Шаргана с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта о прохождении военной службы утверждены вышестоящим командиром, что соответствует требованиям пунктов 3 и 7 Порядка.

Как следует из представления от 12 октября 2017 года, Шарган представлен к досрочному увольнению с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. При этом, в приведенном документе указаны как факты привлечения военнослужащего в 2017 году к дисциплинарной ответственности, в том числе, за совершение грубых дисциплинарных проступков, так и достижения последнего в служебной деятельности.

Таким образом, судом установлено, что решение по данному вопросу было принято в рамках процедуры аттестации, как это предусмотрено положениями пункта 1 статьи 26 Положения, заседание коллегиального органа проведено в надлежащем составе с непосредственным участием административного истца, который имел возможность изложить свою позицию по обсуждаемым вопросам, а также после ознакомления с результатами аттестации имел возможность реализовать свое право на обжалование решения аттестационной комиссии в судебном порядке. Приведенное выше представление к досрочному увольнению Шаргана с военной службы по названному дискредитирующему основанию согласовано с вышестоящим командиром.

Как следует из выписки из приказа командира войсковой части 28 л/с от 12 октября 2017 года, Шарган досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

Таким образом, судом достоверно установлено, что досрочное увольнение Шаргана с военной службы явилось следствием невыполнения им условий контракта, выразившихся в неисполнении военнослужащим должностных и специальных обязанностей, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Данные обстоятельства, по мнению суда, обоснованно явились основанием для постановки вопроса о соответствии Шаргана требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу, в том числе, с точки зрения деловых и личных качеств. 

Доводы административного истца и его представителя о том, что в ходе заседания аттестационной комиссии коллегиальным органом не в полном объеме исследовались и принимались во внимание его личные качества, спортивные и служебные достижения, а также безупречное отношение к службе, являются несостоятельными, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что при рассмотрении кандидатуры Шаргана на заседании членами аттестационной комиссии исследовалась вся совокупность информации в отношении военнослужащего, в том числе, и та, которая представлена последним.

Приведенные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании копиями аттестационного листа, представления, протокола заседания аттестационной комиссии, объяснениями представителя ФИО4, а также объяснениями самого Шаргана. Обстоятельств, опровергающих приведенные сведения и безусловно указывающих на необъективность проведенного коллегиальным органом заседания, ни административным истцом, ни его представителем не представлено, таковых не установлено и судом в ходе судебного разбирательства.

При таких данных, военный суд приходит к выводу о том, что у коллегиального органа войсковой части № и командира названной воинской части имелись достаточные основания для заключения о невыполнении Шарганом условий контракта о прохождении военной службы, для представления его к досрочному увольнению с военной службы в связи с невыполнением условий контракта и последующего издания приказа об увольнении с военной службы по приведенному дискредитирующему основанию.

Суд также приходит к выводу о том, что по указанным выше основаниям оспариваемые действия коллегиального органа войсковой части № и командира названной воинской части, связанные как с принятием решения о прекращении воинских правоотношений с Шарганом в связи с невыполнении последним условий контракта, так и изданием соответствующего приказа о досрочном увольнении военнослужащего с военной службы, являются законными и обоснованными.

Таким образом, требования административного истца в данной части не могут быть признаны обоснованными, а следовательно, удовлетворены.

Разрешая требования Шаргана о признании незаконными действий командира войсковой части №, связанных с изданием приказа об исключении военнослужащего из списка личного состава части, суд исходит из следующего.

В соответствии с требованиями пункта 16 статьи 34 Положения, военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

В судебном заседании Шарган указал, что подобного согласия не давал. При этом, административный истец дополнительно указал, что денежным довольствием на день исключения из списков личного состава части обеспечен в полном объеме, в связи с чем в приведенной части претензий к силовому ведомству не имеет. Оспариваемый приказ подлежит отмене исключительно по причине необеспечения его положенным вещевым довольствием.

При таких обстоятельствах, оценивая утверждения Шаргана относительно необеспечения его положенным вещевым имуществом на момент прекращения воинских правоотношений, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 14 «О статусе военнослужащих» военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, обеспечиваются вещевым имуществом в зависимости от условий прохождения военной службы по нормам и в сроки, которые устанавливаются Правительством Российской Федерации, а также в порядке, определяемом, в том числе, иным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба.

Порядок владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом определяется Правительством Российской Федерации, постановлением которого № 390 от 22 июня 2006 года утверждены Правила владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом, а также банно-прачечного обслуживания в мирное время (далее – Правила), из пункта 11 которых усматривается, что военнослужащие обеспечиваются вещевым имуществом личного пользования, инвентарным имуществом и расходными материалами в соответствии с нормами снабжения.

Согласно пункту 20 Правил, выдача военнослужащим предметов вещевого имущества личного пользования производится по истечении срока носки ранее выданных таких предметов. 

В целях реализации названного постановления приказом МВД России № 878 от 31 октября 2013 года утвержден Порядок обеспечения вещевым имуществом во внутренних войсках МВД России (далее – Порядок).

В силу положений пунктов 25.4, 25.17 и 25.20 Порядка военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, обязаны своевременно получать положенное вещевое имущество на складе воинской части. 

При убытии военнослужащего с исключением из списков личного состава воинской части числящиеся за ним предметы инвентарного имущества подлежат обязательной сдаче на вещевой склад или в соответствующее подразделение воинской части. Военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, при увольнении с военной службы обеспечивается предметами вещевого имущества личного пользования, положенными по нормам снабжения на день исключения из списка воинской части.

Как следует из приказа командира войсковой части № № 213 с/ч от 31 октября 2017 года, Шарган, досрочной уволенный приказом того воинского должностного лица № 28 л/с от 12 октября 2017 года с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта, исключен из списков личного состава части и всех видов довольствия в тот же день.

Из требования-накладной № 000000714 от 31 октября 2017 года усматривается, что вещевая служба войсковой части № на указанную дату была готова произвести расчет с Шарганом по вещевому имуществу по 15 наименованиям. 

В ходе судебного заседания административный истец указал, что 31 октября 2017 года прибывал в вещевую службу названной воинской части для сдачи вещевого имущества, сроки носки которого не истекли. Каких-либо накладных для получения вещевого имущества ему должностными лицами вещевой службы части не выдавалось и не сообщалось о необходимости получения положенного вещевого обмундирования.

В то же время, допрошенные в ходе судебного заседания в качестве свидетелей начальник вещевой службы К1 и сотрудник бухгалтерии К2, каждый в отдельности, показали, что требование-накладная на выдачу Шаргану вещевого имущества была составлена и подписана только после обеда 31 октября 2017 года, то есть в последний день военной службы административного истца. О том, что указанный документ составлен, ни К1, ни К2 военнослужащему 31 октября текущего года не сообщали.

В то же время, свидетель К1 показал, что 1 ноября 2017 года лично сообщил Шаргану по телефону о необходимости прибытия в вещевую службу для окончательного расчета и получения соответствующего обмундирования. 

Административный истец, подтвердив приведенные выше обстоятельства, указал, что не прибыл в вещевую службу части ни в ноябре, ни в декабре 2017 года исключительно по причине личной занятости. Каких-либо препятствий для реализации его права на обеспечение вещевым имуществом командованием части не чинилось.

Наряду с этим, административный истец также указал, что с рапортом к командиру войсковой части № о возникших у него проблемах с получением вещевого имущества до исключения из списков личного состава не обращался.

При таких обстоятельствах, учитывая положения пункта 25.4 Порядка, возлагающего на военнослужащего обязанность своевременно получать положенное вещевое имущество, в силу статьи 21 Устава внутренней службы Вооруженных Силах Российской Федерации и статей 106 и 108 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, в случае неудовлетворения вещевым имуществом в период службы, административный истец должен был своевременно обратиться с рапортом к должностным лицам для разрешения подобного вопроса.

В ходе рассмотрения дела по существу установлено, что Шарган с момента постановки на вещевое довольствие в войсковую часть № к соответствующим должностным лицам по вопросу полноты обеспечения вещевым обмундированием или невозможностью его получения не обращался, каких-либо претензий по поводу необеспеченности предметами обмундирования не высказывал. Таковых не последовало и 31 октября 2017 года в ходе окончательного расчета в вещевой службе.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что каких-либо препятствий для своевременного и полного обеспечения административного истца вещевым довольствием должностными лицами создано не было, а предметы вещевого имущества личного пользования не получены военнослужащим как в период прохождения военной службы, так и после прекращения воинских правоотношений по причине его собственной бездеятельности. 

Изложенное выше, позволяет военному суду также прийти к выводу о том, что вещевое имущество своевременно не было получено административным истцом исключительно по его собственной вине. При этом какие-либо основания для восстановления военнослужащего на военной службе отсутствуют, а приказ войсковой части № № 213 с/ч от 31 октября 2017 года, по указанным административным истцом причинам, отмене не подлежит.

В то же время, суд констатирует, что должностные лица вещевой службы несвоевременно оформили и надлежащим образом не довели до сведения Шаргана факт составления требования-накладной, а также необходимость получения вещевого имущества 31 октября 2017 года, то есть в последний день военной службы военнослужащего.

Вместе с тем, поскольку административным истцом не заявлено отдельного требования о возложении на командира войсковой части № обязанности по обеспечению положенным вещевым имуществом, то суд, в силу положений действующего КАС Российской Федерации, лишен возможности выйти за пределы заявленных Шарганом требований и возложить на воинское должностное лицо соответствующую обязанность.

Руководствуясь положениями статей 175-180 и 227 КАС Российской Федерации, военный суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО2 об оспаривании решения аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 года, а также действий командира названной воинской части, выразившихся в досрочном увольнении военнослужащего с военной службы по дискредитирующему основанию и исключением из списков личного состава части - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.Ю. Левченко