2-39/2017 (2-4626/2016;) 17 марта 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Московский районный суд Санкт–Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой Е.В.,

при секретаре Тененбаум А.Е.,

с участием прокурора Костылевой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «ДЛ-Транс», ООО «Автоколонна 1967-Запад» о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, –

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам, просит взыскать с ООО «ДЛ-Транс» компенсацию морального вреда в размере 500000 рулей, с ООО «Автоколонна 1967-Запад» компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей. В обоснование заявленных требований указала, что ее супруг ФИО6, являясь сотрудником ООО «ДЛ-Транс» погиб при исполнении должностных обязанностей в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. Вторым участником ДТП являлся ФИО7 управлявший автобусом марки 

<

данные изъяты>, принадлежащим ответчику ООО «Автоколонна 1967-Запад». Моральный вред истица обосновала преждевременной утратой близкого ей человека по вине как работодателя, направившего супруга в командировку, так и ООО «Автоколонна 1967-Запад».

В судебное заседание ответчик ООО «Автоколонна 1967-Запад» своего представителя не направило, о времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом (л.д. 125 том 1), ранее ответчиком представлены возражения на иск (л.д. 111-113 том 2). Учитывая то обстоятельство, что ответчиком не были представлены сведения об уважительности причин неявки, суд на основании статьи 167 ГПК РФ признал возможным рассматривать дело в отсутствие ООО «Автоколонна 1967-Запад».

Выслушав представителя истца, поддержавшего заявленные требования, представителя ООО «ДЛ-Транс», поддержавшего ранее представленные возражения на иск, изучив материалы дела, заслушав заключения прокурора, полагавшей иск подлежащим удовлетворению, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему:

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 09 часов на 

<

адрес> в 

<

адрес> произошло столкновение принадлежащего ООО «ДЛ-Транс» автомобиля марки 

<

данные изъяты> с полуприцепом 

<

данные изъяты> под управлением ФИО6 и автобуса, принадлежавшего ООО «Автоколонна 1967-Запад», марки 

<

данные изъяты> под управлением ФИО7

В результате вышеназванного ДТП погиб супруг истицы ФИО6 (л.д. 12 том 1), работавший до момента гибели в ООО «ДЛ-Транс» (л.д. 10 том 1).

В ходе судебного разбирательства, определением Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 18.10.2016г. по ходатайству представителя ответчика ООО «ДЛ-Транс» ФИО8 с целью установления виновника дорожно-транспортного происшествия, назначена судебная экспертиза по обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия. 

Производство экспертизы поручено ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Минюста России.

В распоряжение эксперта предоставлены материалы гражданского дела № с предоставленными сторонами доказательствами, в том числе фотографиями материалов уголовного дела № возбужденного ОВД СЧ ГСУ ГУ МВД России по 

<

адрес>.

Как следует из заключения эксперта № от 07.03.2017г. проведённой на основания определения суда, в результате исследования материалов дела, в частности фотографий внутреннего поля лицевой стороны диаграммного диска тахографа автобуса 

<

данные изъяты>: фамилия и имя водителя – ФИО12, пункт отправления – Красноярск, пункт прибытия – Шарыпово, дата отправления – ДД.ММ.ГГГГ, дата прибытия – ДД.ММ.ГГГГ, государственный номер – 386, показания спидометра в конце поездки – запись отсутствует, показания спидометра в начале поездки – 637135, пройденный автобусом путь – запись отсутствует.

В результате исследования зоны регистрации лицевой стороны фотографий диаграммного диска тахографа и распечатки показаний системы Глонасс автобуса Хюндай Юниверс установлено, что с технической точки зрения при заданных исходных данных в диапазоне зафиксированного на диске времени с 05 час. 50 мин. (на распечатке с 06 час. 56 мин.) до 08 час. 48 мин. имеется графическая регистрация, свидетельствующая о том, что в данный промежуток времени автобус, как находился в неподвижном состоянии (стоял), так и двигался с переменной скоростью, при этом скорость движения автобуса Хюндай Юниверс в зоне окончания графической регистрации в момент последнего снижения скорости в 08 час. 48 мин. составляла порядка 101 км/ч и в момент столкновения (в конце регистрации) согласно диску составляла порядка 56 км/ч.

В результате исследования материалов дела, в частности фотографий распечаток показаний системы FleetBoard автомобиля 

<

данные изъяты> с учетом предоставления информации по запросу от 

<

данные изъяты> № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом установлено, что с технической точки зрения при заданных исходных данных в диапазоне зафиксированного на распечатках времени в часовом поясе UTC +4 с 20 час. 42 мин. 17 сек. ДД.ММ.ГГГГ до 05 час. 48 мин. 17 сек. ДД.ММ.ГГГГ имеется регистрация, свидетельствующая о том, что в данный промежуток времени автомобиль Мерседес Бенц Актрос с полуприцепом Шмитц, как находился в неподвижном состоянии (стоял), так и двигался с переменной скоростью, при этом скорость движения автомобиля Мерседес Бенц Актрос с полуприцепом Шмитц в конце регистрации в 05 час. 48 мин. 17 сек. ДД.ММ.ГГГГ составляла 72 км/ч.

Эксперт, анализируя вышепроведенное исследование и заданные исходные данные, сделал вывод, что с технической точки зрения скорость движения автобуса Хюндай Юниверс перед ДТП составляла порядка 101 км/ч, а в момент столкновения с автомобилем 

<

данные изъяты> порядка 56 км/ч; скорость движения автомобиля Мерседес Бенц Актрос с полуприцепом Шмитц в конце регистрации в 05 час. 48 мин. 17 сек. ДД.ММ.ГГГГ составляла 72 км/ч.

Анализируя графики скоростей и, учитывая зафиксированные конечные положения осыпи грунта в конце следов торможения задних левых колес автобуса Хюндай Юниверс (ее общую родовую принадлежность с изъятым с задней левой арки автобуса 

<

данные изъяты> образцом), средней правой двери автобуса 

<

данные изъяты>, выбоины на покрытии проезжей части дороги в конце следа торможения переднего правого колеса автобуса 

<

данные изъяты>, осыпей стекла, осыпи фрагментов автобуса 

<

данные изъяты> и автомобиля 

<

данные изъяты>, и груза, автомобиля 

<

данные изъяты> с полуприцепом Шмитц (расположения и характеры их повреждений), визуальное расположение автобуса 

<

данные изъяты> (расположение и характер его повреждений, перемещение после ДТП), а также зафиксированные положения следов торможения автобуса 

<

данные изъяты> (их криволинейность и смещение справа налево, наличие трех следов торможения левых колес в их начале, смещения справа налево с меньшим радиусом в конце следов торможения задних правых колес и следа переднего правого колеса), значительное превышение величины кинетической энергии автомобиля 

<

данные изъяты> величины кинетической энергии автобуса 

<

данные изъяты>, реконструкцию механизма ДТП, экспертом сделан вывод, что с технической точки зрения при заданных исходных данных перед ДТП автобус 

<

данные изъяты> и автомобиль Мерседес Бенц 

<

данные изъяты> двигались по дороге М-53 «Байкал», автобус 

<

данные изъяты> двигался в направлении от 

<

адрес> к 

<

адрес> со скоростью порядка 101 км/ч, а автомобиль 

<

данные изъяты> двигался в направлении от 

<

адрес> к 

<

адрес> со скоростью порядка 70 км/ч. При этом в состоянии заноса с разворотом против хода часовой стрелки водитель автобуса 

<

данные изъяты> применял экстренное торможение и в момент начала следообразования автобус 

<

данные изъяты> располагался частично на проезжей части и частично на обочине дороги под углом к ее оси с боковым интервалом от правого края проезжей части 0,2 метра, после чего автобус 

<

данные изъяты> в состоянии заноса с разворотом против хода часовой стрелки и экстренного торможения с образованием следов торможения смещался влево с выездом на проезжую часть дороги стороны движения автомобиля 

<

данные изъяты> и последующим увеличивающимся разворотом с меньшим радиусом до момента столкновения с ним в районе окончания следа торможения переднего правого колеса и выбоины на покрытии проезжей части дороги, зафиксированных на фотографиях протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и схемы к протоколу осмотра, в первичный контакт вступили передняя правая часть автобуса 

<

данные изъяты> (направление деформаций в основном спереди назад и справа налево (деформированы передний бампер, передняя панель, передняя рама, передняя правая дверь, панель крыши, панель, стойки, направляющие и распорки правой боковины)) со скоростью порядка 56 км/ч с передней левой частью автомобиля 

<

данные изъяты> (направление деформаций в основном спереди назад и слева направо (деформированы передний бампер, передняя и задняя стенки, двери, нижняя часть и крыша кабины, рама)) и в этот момент их продольные оси ориентировочно составляли угол порядка 155°±5°, при этом столкновение следует классифицировать как встречное, эксцентричное и блокирующее для автобуса 

<

данные изъяты>, после первичного контакта происходило взаимное внедрение передних частей автобуса 

<

данные изъяты> и автомобиля 

<

данные изъяты>, после чего автомобиль 

<

данные изъяты> смещался вправо с разворотом по ходу часовой стрелки от первоначальной траектории в конечное положение, перемещая автобус 

<

данные изъяты> с одновременным его разворотом против хода часовой стрелки и отбросом в обратном направлении в конечное положение, при этом изменение траектории движения автомобиля 

<

данные изъяты> вправо также привело к развороту по ходу часовой стрелки и выезду его 

<

данные изъяты> на сторону движения автобуса 

<

данные изъяты> в конечное положение.

Учитывая проведенное исследование, экспертом делается вывод, что водитель автобуса 

<

данные изъяты> должен был в сложившейся дорожно-транспортной ситуации в соответствии с требованиями п.п. 1.3., 9.4., 9.10., 10.1., часть 1., 10.3. ПДД РФ и дорожной разметки 1.2.1 (сплошная линия) Приложения 2 к ПДД РФ “Дорожная разметка и ее характеристики” с технической точки зрения двигаться вне населенного пункта по возможности ближе к правому краю проезжей части дороги со скоростью, не превышающей установленного ограничения, равного 90 км/ч, и обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением автобуса с учетом необходимых боковых интервалов от дорожных разметок 1.2.1 (сплошная линия) и 1.11 Приложения 2 к ПДД РФ “Дорожная разметка и ее характеристики”, встречного автомобиля 

<

данные изъяты>, обеспечивающих безопасность движения.

На основании анализа и сопоставления действий водителя автобуса 

<

данные изъяты> с требованиями ПДД РФ эксперт пришел к выводу о том, что с технической точки зрения предотвращение ДТП зависело от своевременного и полного выполнения водителем автобуса 

<

данные изъяты> требований п.п. 1.3., 9.4., 9.10., 10.1., часть 1. ПДД РФ и дорожной разметки 1.2.1 (сплошная линия) Приложения 2 к ПДД РФ «Дорожная разметка и ее характеристики», т.е. водитель автобуса 

<

данные изъяты> имел возможность предотвратить ДТП при выполнении вышеуказанных пунктов ПДД РФ и дорожной разметки Приложения 2 к ПДД РФ «Дорожная разметка и ее характеристики».

Сопоставляя действия водителя автобуса 

<

данные изъяты> с требованиями ПДД РФ, учитывая проведённое исследование экспертом, и сделанные выводы, в частности, что при заданных исходных данных водитель автобуса Хюндай Юниверс имел возможность предотвратить ДТП, с технической точки зрения следует считать, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия водителя автобуса Хюндай Юниверс противоречат требованиям п.п. 1.3., 9.4., 9.10., 10.1., часть 1., 10.3. ПДД РФ и дорожной разметки 1.2.1 (сплошная линия) Приложения 2 к ПДД РФ «Дорожная разметка и ее характеристики».

Сравнивая удаление автомобиля 

<

данные изъяты> от места столкновения с автобусом 

<

данные изъяты> в момент расположения его задних колёс в начале следа торможения с остановочным путём автомобиля 

<

данные изъяты>, эксперт пришел к выводу о том, что с технической точки зрения при заданных исходных данных водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить ДТП применением экстренного торможения.

Сопоставляя действия водителя автомобиля 

<

данные изъяты> с требованиями ПДД РФ, учитывая проведенное экспертом исследование, и сделанные выводы, в частности, что при заданных исходных данных водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить ДТП, с технической точки зрения следует считать, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля 

<

данные изъяты> противоречий требованиям ПДД РФ не усматривается.

Анализируя проведенное исследование и заданные исходные данные, экспертом сделан вывод, что с технической точки зрения причиной ДТП является выезд автобуса 

<

данные изъяты> на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, и пересечение траекторий движения с ним.

Учитывая проведенное исследование, экспертом в заключении сделаны следующие выводы: с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных в действиях водителя автомобиля 

<

данные изъяты> противоречий требованиям Правилам дорожного движения не усматривается; при этом в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных действия водителя автобуса 

<

данные изъяты> противоречат требованиям п.п. 1.3., 9.4., 9.10., 10.1., часть 1., 10.3. Правилам дорожного движения и дорожной разметки 1.2.1 - сплошная линия Приложения 2 к Правилам дорожного движения «Дорожная разметка и ее характеристики»; с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не располагал технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие с применением экстренного торможения. Также с технической точки зрения в сложившейся дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных водитель автобуса 

<

данные изъяты> имел возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие при своевременном и полном выполнении им требований п.п. 1.3., 9.4., 9.10., 10.1., часть 1 Правил дорожного движения и дорожной разметки 1.2.1 - сплошная линия, Приложения 2 к Правилам дорожного движения “Дорожная разметка и ее характеристики”.

Оценивая представленное заключение, суд учитывает, что экспертиза проведена специальным экспертным учреждением с участием специалиста, имеющего значительный стаж работы, заключение эксперта соответствует требованиям закона, содержит подробное описание проведенного исследования, а сделанные в результате его выводы мотивированы. Оснований не доверять данному заключению у суда не имеется, так как заключение составлено экспертом, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При даче заключения эксперт использовал нормативную, справочную литературу, методические рекомендации, научно-техническую и методическую литературу, а также исследовал материалы дела, в том числе уголовного дела №, заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, фототаблицы к протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, заключения эксперта №(15), 1773/45-1(15) от ДД.ММ.ГГГГ, фототаблицы к протоколу дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, а также повреждения автомобиля 

<

данные изъяты>, расположения и характеры их повреждений зафиксированы на фотографиях фототаблицы к протоколу осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ консультационное заключение №, выданное 

<

данные изъяты> с приложениями к заключению (со схемами и компьютерным моделированием), акт экспертного исследования Северо-Западного регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции №, № от ДД.ММ.ГГГГ., Техническое заключение Исследовательского Центра Экспертизы пожаров от 26.07.2016г. Оснований для производства дополнительной и повторной судебной экспертизы у суда не имелось, ходатайства участниками спора также не заявлялись. Доказательств, опровергающих данное заключение, сторонами не представлено.

При таких обстоятельствах заключение ФБУ Северо-Западный РЦСЭ Минюста России № от №. выполненное ведущим государственным судебным экспертом ФИО9, признается судом достоверным, отвечающее требованиям относимости и допустимости доказательств.

С учетом выводов, содержащихся в вышеуказанном экспертном заключении, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло по вине водителя ФИО7, ответственность перед истицей за действия которого в силу ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации несет его работодатель – ООО «Автоколонна 1967-Запад».

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации содержится перечень критериев, которые подлежат учету при установлении судом объема компенсации нанесенного гражданину морального вреда.

Статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предписывает определение размера материальной компенсации морального вреда на основании критериев, указанных в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10, суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. 

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливает, что граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Оценивая степень физических и нравственных страданий причиненных ФИО1 в связи с преждевременной утратой супруга в результате в результате ДТП, суд считает, что требование истицы подлежит удовлетворению частично, с ответчика ООО «Автоколонна 1967-Запад» подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300000 рублей. 

Оценивая предъявленные требования истцы, к ООО «ДЛ-Транс», заявленные на основании правоотношений вытекающих трудовых взаимоотношений, суд приходит к выводу, что требования к данному ответчику не подлежат удовлетворению. Приходя к такому выводу, суд учитывает, что управлял транспортным средством Мерседес Бенц Актрос непосредственно супруг истцы, при этом нарушений работодателем трудового законодательства не допущено, доказательства, опровергающие данное обстоятельство в деле отсутствуют, следовательно, возникновение у истицы нравственных страданий полученных по причине гибели в дорожно-транспортном происшествии ее супруга не связано с какими-либо неправомерными действиями ООО «ДЛ-Транс».

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика ООО «Автоколонна 1967-Запад» подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет Санкт – Петербурга в размере 300 рублей.

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1- удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Автоколонна 1967-Запад» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, в удовлетворении иска к ООО «ДЛ – Транс» - отказать. 

Взыскать с ООО «Автоколонна 1967-Запад» в бюджет Санкт – Петербурга государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт–Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт–Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Смирнова Е.В.