Судья первой инстанции Левак Ю.В. Дело № 44у-101/2018 года

Состав УСК: председательствующий и докладчик 

ФИО1, судьи Самулин С.Н., Паршукова Е.В.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г. Новосибирск «15» августа 2018 года

Президиум Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Сажневой С.В., 

членов президиума Галаевой Л.Н., Козеевой Е.В., 

ФИО2, ФИО3,

при секретаре Романцовой А.В.,

рассмотрел поступившую из Верховного Суда Российской Федерации кассационную жалобу адвоката Попенина И.В. в защиту интересов осужденного ФИО4 на приговор Купинского районного суда Новосибирской области от 23 августа 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 20 ноября 2017 года.

Приговором Купинского районного суда Новосибирской области от 23 августа 2017 года

ФИО4, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ранее судимый: 18 ноября 2015 года по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 1 году лишения свободы, 30 июля 2016 года освобождён условно-досрочно на неотбытый срок 3 месяца 28 дней,

осуждён:

- по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, 

- по ч. 2 ст. 162 УК РФ к 4 годам лишения свободы, 

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы, 

- по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 8 годам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбытия наказания исчислен ФИО4 с 23 августа 2017 года. Зачтено в срок отбытия наказания время содержания его под стражей с 12 декабря 2016 года по 22 августа 2017 года.

По этому же делу осуждён ФИО5

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 20 ноября 2017 года приговор в отношении ФИО4 изменён: 

уточнена описательно-мотивировочная часть приговора указанием на то, что ФИО4 и ФИО5, забрав у потерпевшего Т. металлический фонарик с пластмассовыми вставками, поочерёдно нанесли им множество ударов по голове Т.., применяя фонарик как предмет, используемый в качестве оружия; 

по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ ФИО4 назначено наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде лишения свободы сроком 3 года 10 месяцев; 

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161, ч. 2 ст. 162, п. «в» ч. 4 ст. 162, ч. 4 ст. 111 УК РФ, окончательно ФИО4 назначено 9 лет 4 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор суда оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи областного суда Козеевой Е.В., изложившей обстоятельства дела, доводы кассационной жалобы адвоката Попенина И.В., основания, по которым жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, адвоката Попенина И.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, мнение заместителя прокурора Новосибирской области А.Ю. Турбина, полагавшего необходимым изменить апелляционное определение в отношении осужденного ФИО4, 

президиум Новосибирского областного суда 

у с т а н о в и л:

приговором суда, с учетом внесенных в него изменений апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда, ФИО4 признан виновным и осужден за: 

открытое хищение имущества Л., совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья;

нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное в отношении Т.. с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия;

нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное в отношении Д.., с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц по предварительному сговору, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего Д.

Преступления совершены им в период с 22 часов 30 минут 10 декабря 2016 года до 03 часов 11 декабря 2016 года в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Попенин И.В. просит отменить судебные решения и уголовное дело в отношении ФИО4 прекратить в связи с незаконностью его осуждения.

По доводам жалобы адвоката, 

выводы суда о виновности ФИО4 являются необоснованными, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, носят предположительный характер, поскольку доказательств, подтверждающих его причастность к преступлениям, в материалах дела не имеется,

- текст приговора практически полностью совпадает с текстом обвинительного заключения, выводы суда не мотивированы,

- суд рассмотрел дело с обвинительным уклоном, односторонне, без исследования всех доказательств, представленных защитой, нарушив принцип состязательности, принцип презумпции невиновности, полного и объективного рассмотрения уголовного дела, необоснованно сославшись на недопустимые доказательства, не устранил возникшие противоречия и не истолковал их в пользу осужденного,

- суд неверно определил обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела по существу, неправильно применил уголовное право и нарушил требования уголовно-процессуального закона, поэтому постановил приговор с нарушением требований ст. 307 УПК РФ, не указав, почему принял одни доказательства и отверг другие,

- в нарушение требований закона, невиновность ФИО4 доказывал сам осужденный, а не органы следствия,

- в нарушение требований уголовно-процессуального закона суд в приговоре исказил показания свидетелей и потерпевших,

- суд не проверил версию осужденного о его непричастности к преступлениям и его алиби, что было подтверждено показаниями свидетелей К.., К1. Ш.., Д1. пояснивших, что ФИО4 находился в другом месте; 

- не были проверены иные версии, в том числе, о причастности к преступлениям других лиц, 

- выводы суда о причастности ФИО4 к преступлениям опровергаются видеозаписью, на которой видно, что на месте преступления находится иное лицо, а также показаниями свидетелей и потерпевших,

- суд не дал оценки тому, что потерпевший Т.. на видеозаписи не опознал ФИО6,

- необоснованными являются выводы суда и о том, что на куртке ФИО4 обнаружена кровь одного из потерпевших, тогда как эта кровь принадлежит матери ФИО4, что подтверждается приобщенными к материалам дела документами,

- суд не дал оценки противоречивым показаниям потерпевшего Т.. о том, что изначально он указывал на иного гражданина, который его избил, и привел в приговоре показания названного потерпевшего лишь в той части, в которой «они устраивали обвинение»; при этом не дал оценки тому, что Т. никого из осужденных не опознал на видеозаписи,

- суд не учел, что показания участников событий преступлений во многом совпадают с показаниями осужденного и указывают на его непричастность к преступлениям, но суд не дал оценки этим показаниям,

- апелляционный суд не изучил материалы дела в полном объеме, поэтому пришел к необоснованному выводу о законности и обоснованности приговора суда,

- действиям осужденного судом дана неверная юридическая оценка, суд не учёл, что телефон потерпевший Т. потерял, в связи с чем корыстный умысел у ФИО4 отсутствовал, 

- назначенное осужденному наказание является чрезмерно суровым, обстоятельства, смягчающие наказание, учтены судом формально. 

В судебном заседании просил учесть факт назначения судом апелляционной инстанции более строгого режима исправительного учреждения и смягчить наказание осужденному, а также применить положения ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ. 

В возражениях на кассационную жалобу потерпевший Т. указывает на обоснованность и справедливость приговора суда, который правильно установил все обстоятельства и пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Новосибирского областного суда приходит к следующему.

Как видно из материалов дела, виновность ФИО4 в совершении вышеуказанных преступлений установлена на основании совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, получивших надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ и признанных не только относимыми, достоверными и допустимыми доказательствами, но и в совокупности - достаточными для постановления обвинительного приговора.

Доводы жалобы адвоката о недоказанности вины осужденного проверялись судом и обоснованно признаны несостоятельными.

Как видно из судебных решений, к выводам о виновности осужденного суд пришел исходя из показаний осужденного ФИО5 во время предварительного следствия о том, что в ночь с 10 на 11 декабря 2016 года они с ФИО4 совершили преступления в отношении Л. избив его и похитив у него ключи и золотое кольцо, в отношении Т. напав на него и избив его с целью похитить принадлежащее ему имущество, и в отношении Д., которого они совместно избили и похитили у него деньги, пачку сигарет и диск.

При этом ФИО5 подробно указал на обстоятельства преступлений, указав место, время, мотивы, способы их совершения, предварительную договоренность между собой, и совместность действий.

Об обстоятельствах, при которых были совершены преступления, пояснили также потерпевшие Л. и Т.

Так, из показаний потерпевшего Л.. суд установил, что 10 декабря 2016 года около 22 часов 50 минут он возвращался с работы домой, по пути его догнали двое парней, одним из них был ФИО5, попросили закурить, он ответил, что сигарет у него нет, тогда они стали его внезапно избивать и он упал. Лежащему они нанесли ему удары ногами по голове и он потерял сознание. Когда сознание вернулось, обнаружил пропажу золотого кольца, телефона и связки ключей. 

Потерпевший Т. пояснил, что 11 декабря 2016 года около 01 часа он пошел провожать знакомую. Когда шел обратно, разговаривая с ней по телефону, у дома № № по улице 

<

адрес> к нему подошли ФИО4 и ФИО5 и сразу начали его избивать, он упал в снег, телефон отлетел в сторону, он пытался встать, но кто-то из них сказал: «Не вставай, мы тебя все равно будем убивать» и оттащили его к дому № №, где у него из кармана выпал фонарик, которым кто-то из них стал бить его по голове, при этом говорил: «Давай теперь ты бей». В результате этого нападения у него было сильно разбито лицо, он плохо видел, почувствовал, что ФИО4 и ФИО5 ищут что-то у него по карманам, затем сказали: «У него ничего нет, давай его вырубать», и стали пинать его по ногам, по лицу и телу, он потерял сознание. 

Свидетель П. пояснила, что Т.. проводил её до пересечения улиц 

<

адрес> и 

<

адрес>; когда расстались, она позвонила ему, во время разговора услышала, как он вскрикнул и телефон отключился, затем включился, она услышала его крик, телефон опять отключился. Она повернула на улицу 

<

адрес> и увидела идущего Т.Г., который был весь в снегу, лицо, руки и одежда были в крови, он сказал, что его избили два парня.

Свидетель Т1.. - брат потерпевшего Т. пояснил, что со слов потерпевшего ему известно о нападении, которое совершили осужденные, при этом брат сразу указал на ФИО4 и ФИО5 Также К2.. рассказала ему, что около ее двора на снегу имеется кровь. Когда он подошел к ее дому, то действительно увидел на снегу кровь и нашел отражатель от фонарика. 

Из показаний потерпевшей Д2. суд установил, что ночью с 10 на 11 декабря 2016 года сын пошел за сигаретами в магазин, его долго не было, затем в одном из переулков его нашли избитым. Днем сын умер. 

Свидетель Т2. пояснил, что 11 декабря 2016 около 01 часа Д.. пошел в магазин за сигаретами, телефон с собой не взял. Его долго не было, поэтому он пошел искать и нашел его на улице 

<

адрес> у дома №». Лицо его было в крови, он хрипел, на слова не реагировал, был сильно избит. Днем он умер.

О достоверности показаний названных потерпевших и свидетелей пояснили также свидетели П1.., Ш1.., Л1.., Б. Р.., П2. Х. Г2., Н.., К3.., П3.., Р1.., В. показания которых суд полно и объективно привел в приговоре. 

Объективно доказанной вину осужденного суд нашел и письменными доказательствами, которые согласуются с показаниями потерпевших и свидетелей, и такими доказательствами суд признал:

- протоколы осмотров мест преступлений у дома № № по улице 

<

адрес>, где осужденные совершили преступление в отношении Л,., у дома № №» по улице 

<

адрес>, где было совершено нападение на потерпевшего Д.., и у дома № № по улице 

<

адрес>, где осужденные совершили разбойное нападение на потерпевшего Т.

- протокол осмотра видеозаписи регистратора камер наружного наблюдения магазина «

<

данные изъяты>», из которого следует, что на видеозаписи виден участок местности, на котором в указанное свидетелями время от магазина отходит потерпевший Д. а за ним – осужденные,

- протокол изъятия у ФИО4 образцов крови, слюны и куртки, на которой в соответствии с заключением эксперта № 23/2017 от 15 февраля 2017 года обнаружена кровь, происхождение которой не исключено от потерпевших Л.., Д.., а на смывах с вещества – потерпевшего Т.

- заключение эксперта № 303 от 12 декабря 2016 года о том, что у ФИО4 имелись телесные повреждения в виде ссадин в области тыльной поверхности правой кисти, образование которых возможно не только от действий тупых твердых предметов, но и от ударов о таковые, в сроки, которые соответствуют событиям преступлений,

- заключения экспертов № 310 от 15 декабря 2016 года, № 5 от 12 января 2017 года, № 179 от 14 января 2017 года о степени тяжести, характере и локализации телесных повреждений, обнаруженных у потерпевших Л. Т.. и Д. а также о причине смерти Д.

Оценив в совокупности приведенные в приговоре доказательства, и учитывая последовательность, с которой свидетели и потерпевшие давали показания, согласованность этих показаний с письменными доказательствами, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденного ФИО4 в совершении преступлений.

При этом, вопреки доводам жалобы адвоката о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам и их предположительности, оценивая приведенные доказательства в совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что они достоверны, допустимы и относимы. При этом суд исходил из того, что приведенные в приговоре показания потерпевших и свидетелей последовательны, подробны и объективно подтверждаются письменными доказательствами, а письменные доказательства получены в соответствии с требованиями закона. 

Все обстоятельства совершения осужденным преступлений, подлежащие обязательному доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что виновность осужденного в содеянном им подтверждается совокупностью доказательств, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и все выводы суда о доказанности вины осужденного соответствуют фактическим обстоятельствам дела, мотивированы и поэтому являются объективными, но не предположительными.

Нельзя признать обоснованными доводы жалобы адвоката о том, что суд рассмотрел дело с обвинительным уклоном, приняв лишь доказательства обвинения, и нарушив принципы состязательности, презумпции невиновности, требования ст. 307 УПК РФ, не истолковав сомнения в пользу осужденного, что привело к тому, что осужденный вместо следствия был вынужден доказывать свою невиновность.

Как следует из протоколов судебных заседаний, суд исследовал все представленные доказательства, в том числе и доказательства защиты, полно и объективно привел их в приговоре, оценив их в соответствии с требованиями закона.

При рассмотрении дела по существу суд обеспечил равенство прав сторон, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. При этом суд разрешил все заявленные ходатайства в установленном законом порядке, не ограничивая никого из участников процесса, в том числе осужденного и его защиту, проверил все предложенные версии, в том числе о причастности к совершению преступлений иных лиц, и об алиби ФИО4, заслушал доводы осужденного и его защиты, привел их в приговоре и дал им оценку в соответствии с требованиями закона.

Из приговора также видно, что суд устранил все возникшие противоречия путем сопоставления и оценки исследованных доказательств, и при этом не усмотрел сомнений, которые необходимо было бы толковать в пользу осужденного ФИО4

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, поскольку суд привел в приговоре описание всех преступлений, совершенных осужденным, указал место, время, способы их совершения, форму вины, цели и мотивы, в силу которых совершены данные преступления, последствия преступлений. При этом, вопреки доводам жалобы адвоката, совпадение описания фабулы преступных деяний в обвинительном заключении и в приговоре свидетельствует о том, что фактические обстоятельства преступлений, установленные во время предварительного следствия, подтвердились и в судебном заседании, но не о формальном изложении этих обстоятельств.

Полно и подробно приведены судом в приговоре и доказательства виновности осужденного. Приводя в приговоре эти доказательства, суд указал основания, в силу которых он положил их в основу приговора, и мотивы, по которым отверг другие доказательства.

Также объективно судом указаны в приговоре обстоятельства, смягчающие наказание и мотивы разрешения иных вопросов.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об объективности и беспристрастности суда, проявленной при слушании дела, о полноте его рассмотрения, в результате которых суд пришел к выводам о том, что представленные доказательства безусловно свидетельствуют о виновности осужденного, и опровергают как его доводы о непричастности к совершенным преступлениям, так и доводы жалобы адвоката о нарушении судом принципа презумпции невиновности, что в целом исключает нарушение судом как уголовно-процессуального, так и уголовного законов.

Оснований для выводов о том, что предварительное следствие было неполным, следствие не проверило причастность к преступлениям иных лиц, у суда не имелось, поскольку требования ст. 38 УПК РФ следователем были выполнены в полном объеме, и, вопреки доводам жалобы адвоката, следователь представил суду доказательства причастности к преступлениям именно ФИО4, но не иных лиц, не указанных в приговоре. 

Проверив эти доказательства, суд установил законность их получения и законность привлечения к уголовной ответственности ФИО4, но не иных лиц.

Из приговора видно, что версия о совершении преступления Г. проверена судом и опровергнута приведенными в приговоре доказательствами, свидетельствующими о том, что все преступления совершены именно с участием ФИО4 

Об этом пояснил во время следствия осужденный ФИО5, указав, что он совместно с ФИО4 на улице 

<

адрес> напали на мужчину в камуфлированных брюках и темной куртке с капюшоном, который разговаривал по телефону.

Потерпевший Т. указал на то, что в этот день он возвращался домой и по телефону разговаривал со свидетелем П.., когда на него напали двое парней. При этом суд установил, что данные о времени и месте нападения указанные как осужденным, так и потерпевшим, совпадают (т. 1 л.д.136-140).

Суд также правильно указал, что изначальное указание потерпевшим на Г. объясняется его состоянием после нападения. Как было установлено во время предварительного следствия, потерпевший сразу узнал ФИО4, но опасался ошибиться, поскольку полагал, что у ФИО4 не было причин его избивать (т. 2 л.д.122-125).

Доводы жалобы адвоката о том, что видеозапись подтверждает присутствие на месте преступления иного лица, были предметом исследования в судебном заседании, при этом суд, проверив указанную адвокатом видеозапись, исключил присутствие на месте преступления иного лица, а не ФИО4

Оценивая показания потерпевшего Т.. и признавая их достоверными, суд исходил из того, что они в целом последовательны и согласуются с показаниями свидетелей и письменными доказательствами, в совокупности свидетельствующими о фактических обстоятельствах, при которых осужденный совершил преступления. При этом противоречий, которые могли бы существенно повлиять на выводы о доказанности вины осужденного и квалификации его действий, суд не установил.

Как видно из приговора, показания потерпевшего Т. приведены судом в том объеме, допускающемся уголовно-процессуальным законом, в соответствии с которым дословное (протокольное) изложение показаний участников процесса в приговоре не требуется.

Как установлено судом после просмотра записи с камер видеонаблюдения, на которой виден человек в куртке с белыми плечами и полосами по рукавам, осужденный ФИО4 опознал в нем ФИО5 (т. 1 л.д. 72-75).

В судебном заседании потерпевший Т.. объяснил причины изменения своих показаний и с уверенностью заявил, что ФИО4 он узнал сразу, а ФИО5 после просмотра видео – записи (т.4 л.д. 133).

При таких обстоятельствах с доводами жалобы адвоката о том, что суд не дал надлежащей оценки противоречивым показаниям потерпевшего Т. который указывал на совершение преступления иным лицом, согласиться нельзя.

Доводы жалобы адвоката об отсутствии доказательств, подтверждающих наличие у осужденного умысла на совершение преступлений, являются необоснованными, поскольку опровергаются показаниями осужденного ФИО5 о том, что совершить все преступления они решили в связи с тем, что им не хватило денег, именно ФИО4 предложил «побить и ограбить мужчину», то есть Л. затем он же держал за руки Т. кричал чтобы он помог оттащить его с дороги, где ФИО4 пинал потерпевшего по лицу и телу, а затем предложил избить Д.. и отобрать у него деньги, а также показаниями потерпевших Л. и Т.. о согласованности, активности, одновременности и целенаправленности действий осужденных.

Кроме того, потерпевшие также пояснили и о том, что нанесение телесных повреждений осужденными сопровождалось проверкой ими карманов одежды и отысканием ценного имущества.

О наличии у осужденного умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Д. которые по неосторожности повлекли его смерть, свидетельствует также заключение эксперта о степени тяжести и характере обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений, количестве этих повреждений, месте их расположения, и о причине его смерти.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО4 умысла на совершение преступлений и исключают иные причины его поведения. 

Нельзя согласиться с доводами жалобы адвоката и о том, что суд не проверил алиби осужденного, на которое указали свидетели К.., К1.., Ш.., Д1.

Проверяя данную версию осужденного, суд нашел ее опровергнутой совокупностью приведенных в приговоре доказательств, в том числе отсутствием сведений об алиби в показаниях ФИО4 во время предварительного следствия, тогда как последнему изначально были разъяснены его процессуальные права представлять доказательства своей невиновности.

По этим же основаниям суд признал надуманными показания свидетелей К. Д1.., Ш.. и К1. которые также, достоверно зная о привлечении ФИО4 к уголовной ответственности, изначально не сообщили о том, что во время преступлений осужденный мог находиться в другом месте, не имея при этом каких-либо препятствий для сообщения оправдательных обстоятельств.

Кроме того, оценивая показания названных свидетелей и сопоставляя их с совокупностью других доказательств, суд пришел к выводу о противоречивости этих показаний, что свидетельствует об их надуманности. Такие противоречия суд установил в показаниях свидетелей о времени пребывания осужденного в другом месте - у К.., о лицах, с которыми он находился в это время и в указанном месте, и о событиях, имевших место в это время.

При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о надуманности доводов ФИО7 об алиби, которые опровергнуты как показаниями осужденного ФИО5, потерпевших и свидетелей Л1. П2.., Б.., Р.., Ш1.., П1. К2.., Т2.., Х.., Г2. Ч.., К3.., П3.., Р1.., В. о причастности ФИО4 к совершенным преступлениям и о законности получения доказательств, так и письменными доказательствами.

С доводами жалобы адвоката о том, что суд исказил показания потерпевших и свидетелей и не дал им должной оценки, тогда как показания участников событий преступления во многом совпадают с показаниями ФИО4, согласиться нельзя.

Как видно из материалов дела, суд исследовал показания потерпевших и свидетелей путем их допроса либо в порядке ст. 281 УПК РФ, полно и объективно привел их в приговоре и дал им оценку в соответствии с требованиями закона.

Из материалов дела также видно, что осужденный ФИО4 после постановления приговора ознакомился с материалами дела полностью, в том числе и с протоколами судебных заседаний (л.д. 20, 24, 32, 47, 56, 71-73 том 5), однако замечаний о том, что показания потерпевших и свидетелей, изложенные в протоколах, не соответствуют их же показаниям, изложенным судом в приговоре, не принес.

Оценивая показания потерпевших и свидетелей Л1.., П2.., Б,., Р.., Ш1.., П1.., К2.., Т2.., Х.., Г2.., Ч. К3.., П3. Р1.., В.., суд пришел к выводу о том, что они в совокупности подтверждают виновность осужденного, но не оправдывают его, а показания свидетелей К., Д1. Ш. и К1.. являются надуманными с целью помочь осужденному уйти от ответственности за содеянное.

Оснований для выводов о том, что суд нарушил правила проверки и оценки доказательств, установленные ст.ст. 87 и 88 УПК РФ, не имеется, поскольку показания осужденного, потерпевших и свидетелей как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, суд оценил путем сопоставления с другими доказательствами и путем установления их источников, а также оценивая каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу.

Доводы жалобы адвоката о том, что на куртке осужденного ФИО4 имеется кровь его матери являются несостоятельными и опровергаются протоколом изъятия у ФИО4 образцов крови, слюны и куртки, на которой в соответствии с заключением эксперта № 23/2017 от 15 февраля 2017 года обнаружена кровь, происхождение которой не исключено от потерпевших Л.., Д.., а на смывах с вещества – потерпевшего Т.

Вопреки доводам жалобы адвоката, суд исключил из обвинения осужденного хищение сотового телефона, принадлежащего Т.., поскольку государственный обвинитель отказался от обвинения в этой части.

Кроме того, по смыслу закона разбой является формальным составом преступления, и данное преступление считается оконченным с момента нападения с применением характерного для него насилия и угроз. Объект разбоя сложный, поскольку наряду с отношениями собственности разбой посягает на дополнительный объект - здоровье человека. 

Как установлено судом, осужденный напал на потерпевшего, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, с целью хищения принадлежащего потерпевшему имущества, и несмотря на то, что ничего не смог похитить – преступление было оконченным.

На корыстные цели осужденного указал потерпевший Т. пояснив, что осужденные что-то искали у него в карманах, при этом один из них сказал: «У него ничего нет, давай его вырубать».

О том, что осужденные хотели похитить у потерпевшего принадлежащее ему имущество, пояснил во время следствия и осужденный ФИО5, пояснив, что они хотели забрать у него деньги. 

При таких обстоятельствах на правильность выводов суда о доказанности вины осужденного в совершении разбойного нападения в отношении потерпевшего Т. не влияет то, что осужденный не смог похитить у него телефон и иное имущество.

Таким образом, тщательно исследовав обстоятельства дела и оценив все доказательства в совокупности, суд пришёл к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО4 в совершении:

- открытого хищения имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья;

- разбойного нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия; 

- разбойного нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего; 

- умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенного группой лиц по предварительному сговору, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего; 

и осудил по п.п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК, по ч. 2 ст. 162 УК РФ, по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Выводы суда о доказанности вины осужденного и квалификации его действий соответствуют установленным обстоятельствам, и оснований для иной квалификации действий осужденного, а также для его оправдания, у суда не имелось.

Доводы жалобы адвоката о несправедливости назначенного осужденному наказания являются необоснованными.

Как видно из приговора, с учетом изменений, внесенных в него апелляционным определением, наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, соразмерно содеянному им, с учетом общественной опасности и тяжести преступлений, конкретных обстоятельств дела и всех данных о его личности, а так же с учетом влияния назначенного наказания на его исправление. 

При этом суд обоснованно признал обстоятельствами, смягчающими наказание, состояние здоровья осужденного, его молодой возраст, а также то, что преступления он совершил в несовершеннолетнем возрасте.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание, не установлено.

Назначая наказание по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ, суд применил положения ст. 64 УК РФ и мотивировал свои выводы о применении указанного уголовного закона.

Учитывая степень тяжести совершенного преступления, суд нашел обстоятельства, смягчающие наказание, недостаточным для назначения осужденному наказания с учетом правил, предусмотренных ст. 73 УК РФ. 

С учетом фактических обстоятельств дела и степени общественной опасности совершенных осужденным преступлений, не усмотрел суд оснований и для изменения категории преступлений на менее тяжкую. 

Назначенное наказание за каждое преступление, а также по совокупности преступлений, является справедливым, соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не имеется.

Вопреки доводам жалобы адвоката, суд апелляционной инстанции проверил материалы дела и все доводы жалоб адвоката Попенина И.В. в защиту интересов осужденного ФИО4, исследовал постановленное судебное решение и внес в приговор необходимые изменения и уточнения.

Оснований для выводов о том, что апелляционный суд проявил предвзятость к кому-либо из участников процесса, рассмотрел дело с обвинительным уклоном, не имеется, поскольку дело рассмотрено в соответствии с положениями главы 45.1 УПК РФ, с соблюдением всех принципов уголовного судопроизводства. 

Выводы судебной коллегии надлежащим образом мотивированы в апелляционном определении от 20 ноября 2017 года, которое соответствует требованиям закона, а потому оснований не согласиться с ними, не имеется.

Вместе с тем, апелляционное определение судебной коллегии подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно – процессуального закона, повлиявшие на исход дела. К существенным нарушениям уголовного закона относится неправильное его применение.

Именно такое нарушение уголовного закона допущено судом апелляционной инстанции при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО4 

В соответствии с ч. 1 п. 6 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части приговора должны быть указаны вид исправительного учреждения, в котором должен отбывать наказание осужденный к лишению свободы, и режим данного исправительного учреждения.

Как видно из материалов дела, апелляционный суд не учел указанных требований закона. 

Как видно из материалов дела, назначив осужденному наказание за каждое преступление, а затем в соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ в виде лишения свободы, суд первой инстанции указал, что отбывать назначенное наказание осужденный должен в исправительной колонии общего режима, поскольку на момент совершения преступлений 10-11 декабря 2016 года ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, не достиг возраста восемнадцати лет, то есть являлся несовершеннолетним. 

Данное решение является правильным, так как к моменту постановления приговора от 23 августа 2017 года осуждённый достиг возраста восемнадцати лет.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 58 УК РФ, ч. 6 ст. 88 УК РФ, ст. 140 УИК РФ в их взаимосвязи, лицу, совершившему особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, но достигшему возраста восемнадцати лет на момент вынесения приговора, назначается отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Однако суд апелляционной инстанции, указав в описательно-мотивировочной части определения, что вид исправительного учреждения каждому из осуждённых определён правильно, внёс в приговор изменения и назначил ФИО4 для отбывания наказания в виде лишения свободы исправительную колонию строгого режима, тем самым допустив ухудшение положения осужденного в этой части.

Допущенное нарушение уголовного закона является существенным, повлиявшим на исход дела, а потому апелляционное определение Новосибирского областного суда от 20 ноября 2017 года подлежит изменению, с назначением осужденному ФИО4 для отбывания наказания исправительной колонии общего режима.

Вносимые изменения относительно вида режима исправительного учреждения, сами по себе не влекут смягчения наказания ФИО4, как об этом просит адвокат Попенин И.В. 

Просьба адвоката о зачете времени отбывания наказания ФИО4 в исправительной колонии строгого режима в срок лишения свободы, из расчета один день за два дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, удовлетворению не подлежит, так как не основана на законе. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.15 УПК РФ, президиум Новосибирского областного суда 

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу адвоката Попенина И.В. удовлетворить частично.

Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Новосибирского областного суда от 20 ноября 2017 года, которым изменен приговор Купинского районного суда Новосибирской области от 23 августа 2017 года в отношении ФИО4, изменить:

определить ФИО4 для отбывания наказания, назначенного в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, ч. 2 ст. 162 УК РФ, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, ч. 4 ст. 111 УК РФ, в виде 9 лет 4 месяцев лишения свободы исправительную колонию общего режима,

на основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ) время содержания под стражей ФИО4 с 12 декабря 2016 года по день вступления приговора в законную силу 20 ноября 2017 года (включительно) зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст. 72 УК РФ. 

В остальной части указанное апелляционное определение оставить без изменения.

Председательствующий: С.В. Сажнева