Дело № 2-1002/2020

(2-1262/2019)

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<

адрес> 13 января 2020 года 

Новоспасский районный суд Ульяновской области в составе:

судьи Дементьевой Н.В.,

с участием заместителя прокурора Кузоватовского района Ульяновской области Немова А.А..

при секретаре Солтановой Н.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО3 к акционерному обществу «Вагонная ремонтная компания-1» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого человека в результате несчастного случая на производстве

установил:

ФИО1 и ФИО3. обратились в суд с иском к акционерному обществу «Вагонная ремонтная компания-1»(далее также – АО «ВРК-1», работодатель) о компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого человека вследствие несчастного случая на производстве.

В обоснование заявленных требований ФИО6 указали, что ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являвшийся их сыном, работал в АО «ВРК-1» мастером участка.

20 марта 2018 года, находясь на рабочем месте – на территории Вагонного ремонтного депо 

<

адрес> в результате схода вагонов был смертельно травмирован. 

Актом № 1 о несчастном случае на производстве 20 апреля 2018 года, утвержденным руководителем работодателя, основной причиной несчастного случая послужила неудовлетворительная организация производственных работ. Были установлены лица, допустившие нарушение охраны труда, являвшиеся сотрудниками АО «ВРК-1». Основной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, Смерть ФИО2 была признана несчастным случаем на производстве. 

Ссылаясь на положения 1064,151,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и полагая, что причиной смерти сына на производстве явилось бездействие ответчика как работодателя, выразившееся в нарушении охраны труда мастера путей ФИО2, родители погибшего работника ФИО6 обратились в суд с настоящим иском к работодателю, указав на причинение им потерей сына нравственных и физических страданий, которые они рассматривают как моральный вред, просят взыскать его компенсацию в размере 2 000 000 руб. в пользу каждого с АО «ВРК-1», а также расходы, связанные с оформлением доверенностей на представителей и за свидетельствование копий документов в пользу ФИО1 в сумме 1360 рублей и в пользу ФИО3 в сумме 1325 рублей.

В судебное заседание истцы ФИО6, представитель ФИО4, указанный в иске, не явились, извещены о дне и времени судебного разбирательства заблаговременно и надлежащим образом (почтовый идентификатор № и №, а также СМС-оповещение 13.12.2019 года. Согласно телефонограммы от 13.01.2020 года, истцы ФИО6 просили рассмотреть дело в их отсутствие, на заявленных требованиях настаивали в полном объеме. Представитель ФИО4, подлинник доверенности в суд не представил, и о причинах своей неявки суд не уведомил. 

В судебном заседании представитель АО «ВРК-1» ФИО5 (доверенность в деле) иск не признала, указала, что действительно 20.03.2018 года на территории вагонного ремонтного депо Сызрань – обособленного структурного подразделения ответчика, произошел несчастный случай на производстве, в результате которого был смертельно травмирован сын истцов ФИО6. Вместе с тем, считает, что заявленные требования истцов не сопоставимы с требованиями разумности и справедливости. Обращает внимание, что семье погибшего работника была оказана финансовая помощь на оказание ритуальных услуг, связанных с погребением и поминальным обедом в размере 145010 руб. Кроме того, было осуществлено финансирование поминальных обедов на 9 дней в сумме 42375 рублей и 40 дней в сумме 51350 рублей. Супруге погибшего была выплачена материальная помощь в размере 100000 рублей. Кроме того, двум дочерям ФИО2 на основании коллективного договора назначено ежемесячное пособие до достижения ими 18 летнего возраста в размере по 3500 рублей на каждого ребенка, а с 2020 года оно будет увеличено до 5000 рублей. Профсоюзом вагонного ремонтного депо Сызрань АО ВРК-1 произведена выплата материальной помощи семье погибшего в размере 21750 рублей. Кроме того, на основании мирового соглашения, утвержденного определением Сызранского городского суда Самарской области от 13 августа 2018 года, супруге погибшего работника АО «ВРК-1» ФИО2 ФИО12 была выплачена денежная компенсация морального вреда в сумме 332000 рублей и двум дочерям ФИО8 и ФИО9 по 334000 рублей каждой, что подтверждается платежными поручениями о перечислении вышеуказанных денежных сумм. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. С учетом того, что истцы проживали отдельно от семьи сына и в другом населенном пункте, с ним ежедневно видеться не могли, не находились на его иждивении, считает, что в иске о взыскании компенсации морального вреда им следует отказать, кроме того доказательств обоснованности понесенных расходов по оформлению доверенностей на представителя и за свидетельствование копий документов, истцами в суд не представлено, в этой части также просит в иске отказать. В случае удовлетворения исковых требований, просит суд максимально снизить размер суммы возмещения морального вреда с учетом требований разумности и справедливости.

Представитель ОАО «РЖД» в судебное заседание не явился, извещен 17.12.2019 года (почтовый идентификатор №)

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить заявленные требования о компенсации морального вреда с учетом разумности и справедливости, и не подлежащими удовлетворению требования о взыскании расходов, связанных с оформлением доверенности и за свидетельствование копий документов, ввиду отсутствия доказательств подтверждения несения данных расходов именно с ведением настоящего дела, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 37 Конституции РФ закреплено право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, и администрация предприятия была обязана обеспечить работнику безопасные условия труда.

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте.

Как следует из материалов дела, ФИО2 – сын ФИО1 и ФИО3 - приказом от ДД.ММ.ГГГГ №к был принят на работу на производственный участок по ремонту и обслуживания оборудования Сызранского участка депо мастером участка производства 1 группы в Вагонное ремонтное депо Сызрань - обособленное структурное подразделение Самарского филиала ОАО «Вагонная ремонтная компания -1». С ним был заключен трудовой договор.

С 15.04.2015 года Вагонное ремонтное депо Сызрань - обособленное структурное подразделение АО «Вагонная ремонтная компания -1» переименовано в Вагонное ремонтное депо Сызрань обособленное структурное подразделение Самарского филиала ОАО «Вагонная ремонтная компания -1» (ВЧДрСызрань АО «ВРК-1»)

20.03.2018 года Трудовой договор с ФИО2 прекращен в связи со смертью работника на основании п.6 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса РФ, что подтверждается приказом №к от ДД.ММ.ГГГГ 

Судом установлено, что 20.03.2018 года ФИО2, находясь при исполнении трудовых. обязанностей, получил тяжкие телесные повреждения, от которых скончался на месте.

Согласно акту № 1 о несчастном случае на производстве (форма Н-1), от 20.03.2018 года утвержденному начальником вагонного ремонтного депо Сызрань ФИО10 20.04.2018 года, смерть ФИО2 признана несчастным случаем на производстве. 

В пункте 7 данного акта указано, что несчастный случай произошел на территории Вагонного ремонтного депо Сызрань, обособленного структурного подразделения акционерного общества «Вагонная ремонтная компания -1». По территории Депо, а также за его пределами проходят железнодорожные пути не общего пользования №№ 7,10, примыкающие к железнодорожной станции Сызрань -1 Куйбышевской железной дороги – филиала ОАО «РЖД». Указанные пути являются собственностью Депо. В момент несчастного случая на железнодорожном пути № 7 производились маневренные работы с группой из 26 грузовых вагонов, тепловозом под управлением машиниста. Скорость движения состава 6 км/ч. Железнодорожный путь № 7 протяженностью 546 метров проходит вдоль железобетонного забора Депо, в месте травмирования расстояние от головки рельса до железобетонного забора 1,8 метра, расстояние от края вагона (тележки) до железобетонного забора – 1,5 метра. Указанное место является негабаритным, знак, указывающий негабаритное место отсутствует. В рельсовой колее, в межпутье, а также в негабаритном месте имеется напрессовка снега высотой более 300 мм. выше головки рельса. Два вагона 17, и 18 с головы состава сошли с железнодорожного пути № 7. На снегу со стороны тупика видна полоса от колесной пары после схода 18 вагона. Вдоль железобетонного забора, примерно в 37 метрах от начала забора в районе стрелочного перевода № 753 расположен технологический воздушный трубопровод, предназначенный для подачи воздуха в производственные цеха Депо. Пострадавший находился в зажатом положении между железобетонным забором в месте выхода из-под земли воздуховода и тележкой сошедшего с железнодорожных путей 18 грузового вагона (цисцерна). Основным производственным фактором явились движущиеся машины и механизмы.

Также в акте отмечены и допущенные работодателем нарушения, приведшие к несчастному случаю.

Так, в пункте 9 акта основной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не проведении мероприятий по своевременной очистке и уборке тракционнных (необщего пользования) путей Депо от снега и наледи, согласно запланированному Плану организационно-технических мероприятий по подготовке вагонного ремонтного Депо Сызрань в работе в зимний период 2017-2018 года. Нарушены требования Таблицы 1 «Инструкции по снегоборьбе на железных дорогах РФ» от 25.04.2000 года, п. 2.4.9, п. 2.6.1 п. 5.4 Инструкции о порядке обслуживания и организации движения на железнодорожных путях необщего пользования принадлежащих вагонному ремонтному депо Сызрань от 03.11.2015 года, п.п.3 п. 18 п.п.3 и 4 пункта 24 раздела III приложения № 11 Инструкции по движению поездов при маневровой работе на железнодорожном транспорте, п. 2.4 Инструкции по охране труда для составителя поездов, требования п. 226 и п. 345 Правил промышленной безопасности опасных производственных объектов, на которых используется оборудование, работающее под избыточным давлением, утв. Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору № 116 от 25.03. 2014 года. 

В пункте 10 Акта в числе лиц, кроме работников Депо, допустивших нарушения требований охраны труда указана организация (работодатель). 

В пункте 11 акта приведены необходимые мероприятия по устранению причин несчастного случая на производстве и сроки их исполнения. К числу таких мероприятий отнесены организация проведения внеплановой специальной оценки условий труда на рабочем месте мастера участка производства, проведение внепланового инструктажа при производстве маневренных работ, разработке регламента взаимодействия между работниками, ответственными за проведение маневренных операций и работниками, работающими на тракционных путях Депо.

Согласно постановления следователя по ОВД Самарского следственного отдела на транспорте Приволжского следственного управления на транспорте Следственного Комитета Российской Федерации от 22 апреля 2019 года в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ в возбуждении уголовного дела было отказано по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии ФИО2 состава преступления.

Судом установлено, что ответчиком семье погибшего работника ФИО2 была оказана финансовая помощь на оказание ритуальных услуг, связанных с погребением и поминальным обедом в размере 145010 руб. Кроме того, было осуществлено финансирование поминальных обедов на 9 дней в сумме 42375 рублей и 40 дней в сумме 51350 рублей. Жене погибшего ФИО12 была выплачена материальная помощь в размере 100000 рублей. Кроме того, двум дочерям ФИО2 ФИО8 и Ю.А. на основании коллективного договора назначено ежемесячное пособие до достижения ими 18 летнего возраста в размере по 3500 рублей на каждого ребенка, а с 2020 года оно увеличено до 5000 рублей. Профсоюзом вагонного ремонтного депо Сызрань АО ВРК-1 произведена выплата материальной помощи семье погибшего в размере 21750 рублей. 

Кроме того, в соответствии с определением Сызранского городского суда Самарской области от 13 августа 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО12 в своих интересах и интересах несовершеннолетних ФИО9 и ФИО8 к АО «ВРК-1» о компенсации морального вреда, производство по делу было прекращено ввиду утверждения судом мирового соглашения, заключенного сторонами, по которому супруге погибшего работника АО «ВРК-1» ФИО2 ФИО12 была выплачена денежная компенсация морального вреда в сумме 332000 рублей и двум дочерям ФИО8 и ФИО9 по 334000 рублей каждой, что подтверждается платежными поручениями о перечислении вышеуказанных денежных сумм, то есть в общей сумме 1000000 рублей на троих человек. 

Судом также установлено, что приказами заместителя директора Филиала № 20 Государственного учреждения - Самарского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 28 мая 2018 года N №,№,№ жене ФИО12, и его дочерям ФИО8 и Ю.А. назначены единовременные выплаты в сумме 333333 рублей 33 копейки каждому, в связи со смертью застрахованного ФИО2, умершего вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего 20.03.2018 г., в период работы в Вагонном ремонтном депо Сызрань АО «ВРК-1».

Обстоятельства несчастного случая, произошедшего с ФИО2 20 марта 2018 года были положены в основу обвинения в отношении ФИО11, работника АО «ВРК-1», составителя поездов вагонного ремонтного депо Сызрань, который по приговору Сызранского городского суда Самарской области от 14 августа 2019 года признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 263 УК РФ, за нарушение правил движения и эксплуатации железнодорожного транспорта, лицом, в силу выполняемой работы, обязанным соблюдать данные правила, если эти деяния повлекли по неосторожности смерть двух лиц.

В качестве потерпевшего по данному уголовному делу была признана супруга погибшего ФИО2 ФИО12. Ввиду возмещения причиненного материального и морального вреда работодателем гражданский иск по делу ею заявлен не был. 

В соответствии с частью 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с положениями статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ. 

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная частью 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта). 

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ; компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. В силу ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора; в случаях возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности за причинение вреда судом не установлено.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Истцы являются родителями погибшего ФИО2, и в связи с утратой близкого родственника испытывали нравственные страдания.

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Принимая во внимание положения статьи 1100 ГК РФ о том, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, у ответчика возникла обязанность по возмещению морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве с ФИО2.

В силу толкования, содержащегося в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства каждого дела.

Бесспорным, по мнению суда, является то обстоятельство, что истцы, в связи с внезапной гибелью сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, пережили и переживают нравственные страдания, боль утраты близкого человека неизгладима при любых обстоятельствах и в любом возрасте. 

При определении размера денежной компенсации причиненного истцам морального вреда, суд принимает во внимание близкое родство между погибшим и истцами, что, безусловно, свидетельствует о претерпевании последними нравственных страданий, наличие у погибшего других близких родственников, фактические обстоятельства дела, при которых наступила смерть ФИО2, характер и объем причиненных истцам нравственных страданий, финансовое положение ответчика, а также с учетом необходимости соблюдения принципа разумности и справедливости при решении данного вопроса, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований о возмещении морального вреда и определяет ко взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов по 300000 рублей.

Согласно ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Истцами заявлены требования о взыскании расходов по оформлению доверенностей на представителей и за свидетельствование копий документов в пользу ФИО1 в сумме 1360 рублей и в пользу ФИО3 в сумме 1325 рублей.

Согласно абзацу 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной в материалы дела копии доверенности ФИО1 не следует, что данная доверенность выдана для участия в конкретном деле или в конкретном судебном заседании. Кроме того, то обстоятельство, что доверенность представлена в виде копии, позволяет ее использовать для выполнения иных поручений, предусмотренных доверенностью. Кроме того, доверенность на ФИО3 в суд не представлена вообще. Между тем представители истца по доверенности в суд никто не явился и подлинный документ не был предъявлен в ходе рассмотрения дела. 

Что касается требований о взыскании расходов за свидетельствование копий документов, суд также не находит оснований для их удовлетворения, поскольку ни одного документа, свидетельствовавшего о наличии нотариального удостоверения истцами по настоящему делу не предоставлено, допустимых доказательств тому, что понесенные истцами расходы, связаны с именно рассматриваемым делом, не имеется. 

Таким образом, основания для удовлетворения данных требований отсутствуют.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход муниципального образования «Кузоватовский район» государственная пошлина, от уплаты которой были освобождены истцы при подаче искового заявления.

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст.35, 56, 167, 196-199 ГПК РФ, районный суд

решил:

иск ФИО1 и ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Вагонная ремонтная компания-1» в пользу ФИО1 и ФИО3 компенсацию морального вреда в размере по 300000 (триста тысяч) рублей каждому.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 и ФИО3 отказать.

Взыскать с акционерного общества «Вагонная ремонтная компания-1»» в доход муниципального образования «Кузоватовский район» государственную пошлину в размере 300 рублей

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Ульяновский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Новоспасский районный суд Ульяновской области. 

Судья Н.В. Дементьева