Дело № 2-2265/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 июля 2018 года г. Новосибирск

Судья Центрального районного суда г. Новосибирска Е.А. Певиной

При секретаре Н.А. Саливон

С участием прокурора А.Н. Сниккарс

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к мэрии 

<

адрес> о защите трудовых прав

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к мэрии г. Новосибирска, указав в исковом заявлении, что ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен трудовой договор, по условиям которого, истец был назначен на должность муниципальной службы главы администрации 

<

адрес>. В период с ДД.ММ.ГГГГ по момент обращения в суд с иском, истец освобожден от исполнения трудовых обязанностей в связи с болезнью, что подтверждается листками нетрудоспособности. ДД.ММ.ГГГГ на счет истца поступили денежные средства в сумме 458 251, 42 рублей, а ДД.ММ.ГГГГ его представителю было устно сообщено о том, что истец уволен с занимаемой должности. Истец полагает, что его увольнение является незаконным, т.к. трудовой договор со стороны ответчика был прекращен в период нетрудоспособности истца, что противоречит ст.81 ТК РФ.

Учитывая изложенное, истец просит суд признать его увольнение незаконным, восстановить в ранее занимаемой должности, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула, 100 00 рублей в счет компенсации морального вреда.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом ранее суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он утром прибыл на работу до начал рабочего времени. В связи с тем, что плохо себя чувствовал, в девятом часу обратился на прием к терапевту в поликлинику, ему измерили давление, которое оказалось сильно повышенным, дали таблетку. Поскольку, в этот день планировалось проведение торжественным мероприятий на базе администрации 

<

адрес>, то он был вынужден вернуться на работу, что бы контролировать данный процесс. После торжественных мероприятий, он вновь вернулся в поликлинику, где ему была оказан медицинская помощь и выдано направление на госпитализацию. Вернувшись на работу, он подписал необходимые документы, в 14.00 часов поехал на торжественное мероприятие, где встретился с мэром и хотел ему сообщить о своей болезни, но мэр ему сообщил, что вызовет его позднее. На торжественном мероприятии он оставаться не стал, поехал на работу, где сообщил своему заместителю по организационной работе о плохом самочувствии и поехал в больницу. В больнице его диагноз подтвердился, ему показали его палату, дали медицинские препараты. С разрешения врача он покинул больницу, т.к. ему необходимо было собрать личные вещи. По дороге он заехал на работу за документами, где ему сообщили, что к 18.00 часам его приглашает мэр. К 18.00 часам он прибыл в мэрию, около 10 минут находится в приемной, затем у него состоялся конфиденциальный разговор с мэром, в ходе которого, он сообщил мэру, что болен. Об увольнении мэр ему ничего не говорил, подписать никакие документы не предлагал. Выйдя из кабинета мэра, он направился в больницу. По дороге, когда он уже находился на 

<

адрес>, ему поступил звонок о том, что необходимо подойти в отдел кадров и получить документы об увольнении, на что он ответил, что болен и едет в больницу. Затем пришло сообщение на телефон, на которое он также ответил, что находится в больнице. Листок нетрудоспособности представил ответчику ДД.ММ.ГГГГ, поскольку в этот день был выписан из стационара и получил листок нетрудоспособности, ранее возможности представить не имел, т.к. листок ему не выдавался.

В судебном заседании представили ответчика ФИО2, ФИО3 заявленные истцом исковые требования не признали, представили суду письменные возражения, при этом полагают, что оснований для удовлетворения заявленных истцом исковых требований не имеется, поскольку, ДД.ММ.ГГГГ истец на протяжении всего рабочего дня исполнял свои должностные обязанности, о его нетрудоспособности своего работодателя – мэра 

<

адрес> в известность не поставил, решение об увольнении было принято до того момента, как ответчику стало известно о нетрудоспособности истца. Листок нетрудоспособности истец представил лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Суд, выслушав пояснения сторон, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные истцом требования являются обоснованными и подлежит удовлетворению, приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между мэрией 

<

адрес> и ФИО1 заключен трудовой договор, согласно которому, работник принят на муниципальную службу в администрацию 

<

адрес> на должность муниципальной службы главы администрации (л.д.38-41). Согласно дополнительному соглашению от ДД.ММ.ГГГГ договор считается заключенным на неопределенный срок (л.д.43).

На основании распоряжения №-рк от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между мэрией 

<

адрес> и ФИО1 прекращен на основании п.2 ч.1 ст. 278 ТК РФ, ФИО1 освобожден от занимаемой должности ДД.ММ.ГГГГ (л.д.51).

Согласно п.2 ч.1 ст. 278 ТК РФ помимо оснований, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается по следующим основаниям: …. связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.

В соответствии с ч.6 ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы. 

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

Судом установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был освобожден от исполнения трудовых обязанностей, что подтверждается копией листка нетрудоспособности (л.д.15). 

Из ответа ГБУЗ НСО «Городская клиническая больница №» от ДД.ММ.ГГГГ на адвокатский запрос следует, что пациент ФИО1 находился на лечении в терапевтическом отделении ГБУЗ НСО «ГКБ №» с 15:00 часов ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Был госпитализирован в терапевтическое отделение в связи с обращением в приемный покой с жалобами на головокружение, головную боль, тошноту, общую слабость, слабость в нижних конечностях, сухой кашель, одышку при ходьбе. В анамнезе у больного гипертоническая болезнь. Диагноз: гипертоническая болезнь III стадии, артериальная гипертензия 3 степени. Риск 3. Гипертонический криз (ДД.ММ.ГГГГ). ХСН 1 ст. ФК 2. ХОБЛ 2 

<

адрес> фенотип. Категория В. Умеренное обострение. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выписан листок нетрудоспособности. Фактов нарушения режима со стороны ФИО4 зафиксировано не было (л.д.158-159). 

Из письма ГБУЗ НСО «Городская клиническая больница №» от ДД.ММ.ГГГГ на адвокатский запрос следует, что ФИО4, в соответствии с медицинской картой больного №а поступил в терапевтическое отделение стационара ДД.ММ.ГГГГ в 15.00 часов. В 15 часов 40 минут лечащим врачом ФИО5 был проведен первичный осмотр ФИО4, поставлен диагноз и назначено лечение. По просьбе пациента, с разрешения лечащего врача ФИО5, ФИО4 был кратковременно отпущен домой за личными вещами (л.д.226).

Учитывая представленные суду доказательства, суд приходит к выводу, что нетрудоспособность истца наступила ДД.ММ.ГГГГ с 15.00 часов в связи с его госпитализацией в медицинское учреждение. Доказательства обратного ответчиком суду не представлены.

При этом, доводы ответчика и представленные им доказательства, подтверждающие тот факт, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 подписывались распорядительные документы, он исполнял свои должностные обязанности, посещал торжественные мероприятия, в том числе прибыл на встречу с мэром города, назначенную ему на 18.00 часов не опровергают факт нетрудоспособности истца, подтвержденный единственным допустимым доказательством, листком нетрудоспособности, на основании которого, работник освобождается от исполнения трудовых обязанностей.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, режим рабочего времени в мэрии 

<

адрес>, администрации 

<

адрес> установлен с 09.00 часов до 18.00 часов, учитывая, что ДД.ММ.ГГГГ являлось предпраздничным днем, то соответственно, рабочий день истца ДД.ММ.ГГГГ окончился в 17.00 часов. 

Доводы ответчика в той части, что истцу установлен ненормированный рабочий день не могут быть приняты судом во внимание, поскольку доказательства, подтверждающие данное обстоятельство ответчиком суду не представлены, а как следует из содержания трудового договора, заключенного между сторонами и дополнительных соглашений к нему, в трудовом договоре отсутствует указание на установление истцу дополнительных дней отпуска за ненормированный рабочий день (ст. 116 ТК РФ, раздел 5 трудового договора), а также установление ему особых условий службы и условий, определяющих характер работы (ст.101 ТК РФ, п. 7.1 трудового договора) (л.д.38-49).

Как бесспорно установлено в судебном заседании об увольнении ДД.ММ.ГГГГ истцу стало известно ДД.ММ.ГГГГ после 18.30 минут (после окончания приема у мэра 

<

адрес> и после окончания служебного времени) из телефонного звонка заместителя начальника департамента правовой и кадровой работы 

<

адрес> – начальника управления муниципальной службы и кадров мэрии 

<

адрес> ЛН, в ходе которого, он был приглашен в отдел кадров получить трудовую книжку. При этом, как следует из пояснений истца, и не оспаривалось представителем ответчика ФИО3, на её предложение прибыть в отдел кадров за трудовой книжкой ФИО4 ей сообщил о том, что болен и едет в больницу.

Таким образом, истец ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в день, когда у него возникла нетрудоспособность, и соответственно, в день увольнения, довел до сведения представителя работодателя информацию о своей нетрудоспособности.

Доводы ответчика в той части, что данная информация была доведена до сведения работодателя после того, как работодателем было принято решение о его увольнении и подписано соответствующее распоряжение, что, по мнению ответчика, свидетельствует о злоупотреблении со стороны работника своими правами, не могут быть приняты судом во внимание, при этом суд учитывает, что и о самом факте увольнения работодатель поставил истца в известность за пределами рабочего времени, при этом, каким-либо локальным актом мэрии 

<

адрес> не определен порядок в какой срок с момента обращения за оказанием медицинской помощи и получением листка нетрудоспособности либо с момента госпитализации работник обязан уведомить работодателя либо его представителя о факте нетрудоспособности.

Как установлено судом, учет рабочего времени, начисление заработной платы главы администрации 

<

адрес> осуществляет кадровая служба и бухгалтерия администрации района, при этом, истец до окончания рабочего дня ДД.ММ.ГГГГ поставил данные службы в известность о своей нетрудоспособности, что подтверждается актом опроса ФИО6, выполненным адвокатом Сабановым ПА, в порядке, предусмотренном п/п 2 п.3 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности» (л.д.162-163).

Таким образом, судом в ходе рассмотрения дела установлено, что истец ДД.ММ.ГГГГ не скрывал информацию о своей нетрудоспособности как от работников администрации 

<

адрес>, так и сообщил об этом ответчику немедленно в момент, когда ответчик сообщил ему о факте его увольнения, то обстоятельство, что сообщение о нетрудоспособности имело место после того момента как работодатель принял решение об увольнении и подписал соответствующее распоряжение, правового значения для разрешения данного спора не имеет, поскольку как установлено судом, истец, как только ему стало известно о факте увольнения, немедленно поставил работодателя в известность о своем состоянии нетрудоспособности, т.е. уведомил работодателя о том, что решение об увольнении последним принято в период нетрудоспособности истца и предоставил работодателю возможность совершить дальнейшие действия в соответствии с требованиями трудового законодательства. При данных обстоятельствах суд не усматривает в действиях ФИО7 злоупотребления правами.

Доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что истец обратился за оказанием ему медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, но после 18 часов 30 минут, т.е. после момента, когда ему стало известно об увольнении, что могло бы свидетельствовать о его злоупотреблении правами, ответчиком суду не представлены.

Поскольку, как установлено судом, увольнение истца по инициативе работодателя имело место в период его нетрудоспособности, что противоречит требования ст. 81 ТК РФ, то суд приходит к выводу, что требования истца о признании незаконным распоряжения от ДД.ММ.ГГГГ №-рк являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Учитывая изложенное, требования истца о восстановлении его на работе в ранее занимаемой должности, так же подлежат удовлетворению.

Согласно п.62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Как установлено судом, на основании распоряжения мэрии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-рк истцу, в соответствии с требованиями ст. 279 ТК РФ при увольнении истца ему выплачена компенсация в размере трехкратного среднемесячного заработка в общей сумме 369 512, 28 рублей.

Таким образом, при определении размере среднего заработка истца, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца за период вынужденного прогула, указанная сумма подлежит зачету.

Согласно расчету ответчика среднедневной заработок истца составляет 6 842, 82 рублей (л.д.69).

Количество рабочих ней по пятидневному производственному календарю за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет 92 дня.

Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истца подлежит средний заработок за время вынужденного прогула в сумме 260 027, 16 рублей (6 842, 82 рублей х 92 рабочих дня - 369 512, 28 рублей (сумма выплаченной компенсации при увольнении).

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Учитывая, что судом в ходе рассмотрения дела установлено нарушение трудовых прав истца со стороны ответчика, то суд находит требования истца о взыскании с ответчика денежных средств в счет компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Учитывая степень вины ответчика, характер нравственных страданий истца, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 15 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

На основании ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным распоряжение мэрии 

<

адрес> №-рк от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора с ФИО1

Восстановить ФИО1 в должности главы администрации 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с мэрии г. Новосибирска в пользу ФИО1 260 027, 16 рублей в счет выплаты среднего заработка за время вынужденного прогула, 15 000 рублей в счет компенсации морального вреда, а всего 275 027 (двести семьдесят пять тысяч двадцать семь) рублей 16 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Решение изготовлено судом в окончательной форме 20 июля 2018 года.

Судья Е.А. Певина