Судья Косилов С.Н.

Докладчик Титова Т.В. Дело № 22-4284/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Новосибирск 10 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего судьи Титовой Т.В.,

судей Пудовкиной Г.П., Тиунова Н.П.

при секретаре Сикатском А.Е.

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела прокуратуры Новосибирской области Дзюбы П.А.,

потерпевшего МАВ,

осужденного РАЮ,

защитника – адвоката Наточий И.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ЧАС, апелляционной жалобе потерпевшего МАВ на приговор Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 5 августа 2025 года, которым

РАЮ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес> 

<

адрес>,

- осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года и возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный орган не менее одного раза в месяц в установленный данным органом день,

- оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

За РАЮ признано право на реабилитацию, включающее в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена прежней.

По делу разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи областного суда Титовой Т.В., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, государственного обвинителя Дзюбу П.А., поддержавшего доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы частично, потерпевшего МАВ, поддержавшего доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, осужденного РАЮ и защитника – адвоката Наточий И.Б., возражавших по доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

по приговору суда РАЮ признан виновным и осужден за присвоение, то есть хищение чужого имущества, принадлежащего МАВ, вверенного виновному, а именно денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей, совершенное с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Преступление совершено им 27 декабря 2022 года на территории 

<

адрес> при обстоятельствах, установленных приговором суда.

В судебном заседании осужденный РАЮ вину в совершении преступления не признал, показал, что денежные средства потерпевшего не присваивал, в свою пользу не обращал, после снятия хранил в сейфе, незаконно их не использовал и ими не распоряжался до производства расчетов понесенных расходов по управлению имуществом должника, после чего перечислил денежные средства за вычетом понесенных расходов, которые составили 

<

данные изъяты> рублей, на счет потерпевшего.

Также по приговору суда РАЮ оправдан по предъявленному обвинению в совершении в период с 8 декабря 2022 года по 7 февраля 2024 года преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, а именно покушения на причинение имущественного ущерба собственнику имущества путем злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения, совершенное в особо крупном размере.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ЧАС просит приговор отменить как незаконный, необоснованный и несправедливый, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство.

По доводам представления приговор подлежит отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, неправильным применением уголовного закона, что привело к неправильной квалификации действий осужденного, а также в связи с несправедливостью назначенного осужденному наказания вследствие его мягкости.

Обращает внимание, что, установив в описательно-мотивировочной части приговора, что преступление совершено РАЮ с использованием служебного положения, при квалификации действий осужденного суд, вступая в противоречие с собственными выводами, не указал о наличии в действиях осужденного такого квалифицирующего признака, что повлекло назначение осужденному чрезмерно мягкого наказания.

Ссылаясь на положения ч. 2 ст. 43, ч. 3 ст. 60 УК РФ, разъяснения Пленума Верхового Суда РФ и правовую позицию Конституционного Суда РФ, указывает, что назначенное РАЮ наказание в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ без дополнительного наказания в виде штрафа не отвечает его принципам и целям, является несправедливым вследствие чрезмерной мягкости.

Полагает, судом оставлены без должной оценки конкретные обстоятельства дела и характер общественной опасности преступления, в том числе способ его совершения, вид умысла и размер причиненного ущерба.

Обращает внимание, что в нарушение ч. 2 ст. 73 УК РФ суд не указал, какие именно обстоятельства, относящиеся к характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, свидетельствуют о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, тогда как наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств не может служить безусловным основанием для применения положений ст. 73 УК РФ.

Полагает, суд не учел, что характер преступления предопределен служебным положением осужденного, с использованием которого и совершено преступление, с учетом совершения преступления при выполнении управленческих функций арбитражного управляющего суд необоснованно не применил при назначении осужденному наказания положения ч. 3 ст. 47 УК РФ и не назначил дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с участием в конкурсных производствах в качестве арбитражного управляющего.

Обращает внимание на наличие у суда предусмотренных законом оснований для назначения осужденному дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права заниматься деятельностью, связанной с участием в конкурсных производствах в качестве арбитражного управляющего.

В апелляционной жалобе потерпевший МАВ просит приговор отменить как незаконный и необоснованный, постановить в отношении РАЮ новый обвинительный приговор, по которому признать РАЮ виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160, ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, назначить ему наказание в виде реального лишения свободы в пределах санкций указанных статей УК РФ.

По доводам жалобы потерпевшего приговор подлежит отмене в связи с необоснованным оправданием РАЮ по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, и чрезмерной мягкостью назначенного по ч. 3 ст. 160 УК РФ наказания.

Обращает внимание, что при оправдании РАЮ суд не учел совершение тем ряда действий по отчуждению принадлежащего ему имущества в период дисквалификации – с 3 октября 2023 года по 3 апреля 2024 года, а именно размещение 6 октября 2023 года объявления о результатах торгов, опубликование 16 октября 2023 года двух протоколов по результатам торгов, подписание 11 октября 2023 года договоров купли-продажи с ИП НЮВ и ЛОА, 18 октября 2023 года с НЮА и 16 ноября 2023 года с ЛОА

Ссылаясь на ч. 1 ст. 3.11, ч. 1 ст. 32.11, ч. 1 ст. 16 КоАП РФ, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, п. 1 ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ, указывает, что с 3 октября 2023 года в связи с вступлением в законную силу решения Арбитражного суда 

<

адрес> от 1 августа 2023 года РАЮ утратил право на осуществление полномочий финансового управляющего должника.

Обращает внимание, что РАЮ принимал личное участие в судебных заседаниях по делу о его дисквалификации, знал о своей дисквалификации и должен был уведомить о ней заинтересованных лиц, что не сделал, при этом доказательств наличия объективных причин, препятствующих соблюдению требований законодательства, а также свидетельствующих о том, что РАЮ принял все зависящие от него меры по уведомлению заинтересованных лиц о невозможности продолжать деятельность финансового управляющего, не представлено.

Просит учесть, что положение о порядке реализации его имущества и документы об оценке представил суду РАЮ, который также осуществлял продажу имущества, входящего в конкурсную массу.

Обращает внимание, что, несмотря на нахождение проданного имущества на территории 

<

адрес>, РАЮ не размещено ни одного объявления о его продаже, доступного к просмотру лицам, проживающим или находящимся на территории этой страны, не размещено таких объявлений и на территории 

<

адрес>, объявления размещены только на интернет-площадках, специализирующихся на реализации банкротного имущества, в определении Арбитражного суда 

<

адрес> от 9 января 2025 года, которым торги по продаже принадлежащего ему имущества признаны недействительными, указано на формальность действий РАЮ по продаже имущества должника, находящегося на территории иностранного государства, что привело к сужению круга потенциальных покупателей и снижению стоимости данного имущества.

Полагает, то обстоятельство, что РАЮ продал его имущество, не имея на это права по причине дисквалификации, при этом уклонился от информирования потенциальных покупателей о продаваемом имуществе, свидетельствует об умышленном характере его действий, направленном на причинение ему имущественного ущерба.

Кроме того, полагает, судом при назначении РАЮ наказания не в полной мере учтены требования ст. 6, 43 УК РФ.

Указывает, что совершение РАЮ преступления с использованием своего служебного положения наносит ущерб, в том числе, авторитету публичной власти и должно влечь за собой более строгое наказание.

Выражает несогласие с выводом суда о признании смягчающими обстоятельствами частичного признания РАЮ вины и раскаяния в содеянном, поскольку осужденный на протяжении предварительного и судебного следствия вину ни по одному из преступлений не признавал, в прениях также высказался об отсутствии в его действиях состава преступления.

Полагает, при указанных обстоятельствах применение ст. 73 УК РФ при назначении РАЮ наказания не отвечает цели восстановления социальной справедливости.

Выслушав участников судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 123 Конституции РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Апелляционная жалоба потерпевшего в части несогласия с оправданием РАЮ по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, не содержит доводов о том, что стороне обвинения судом отказано в исследовании каких-либо доказательств либо судом не дана оценка каким-либо доказательствам, не приведены такие доказательства и в апелляционной жалобе.

Как видно из протокола судебного заседания, право стороны обвинения на представление доказательств не нарушено, все представленные обвинением доказательства исследованы в судебном заседании. Ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, разрешены судом в соответствии с требованиями закона, по ним приняты решения с учетом положений ст. 73, 252 УПК РФ, каких-либо сведений о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне протокол судебного заседания не содержит.

Доводы апелляционной жалобы потерпевшего по своей сути сводятся к иной оценке исследованных судом доказательств, которые, по мнению потерпевшего, в достаточной степени подтверждают наличие в действиях РАЮ состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, вместе с тем с такими доводами потерпевшего судебная коллегия согласиться не может.

Органом предварительного следствия РАЮ обвинялся в том, что в период времени с 8 декабря 2022 года по 7 февраля 2024 года причинил имущественный ущерб МАВ путем злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения в размере 

<

данные изъяты>, что является особо крупным размером, в ходе распоряжения имуществом, принадлежащим последнему, явно занизив стоимость реализуемого имущества МАВ до минимальной цены отсечения, заключил договоры купли-продажи принадлежащего МАВ недвижимого имущества, которые предоставил в Арбитражный суд 

<

адрес>, но не смог довести свои преступные действия до конца по независящим от него обстоятельствам, так как был отстранен в связи с дисквалификацией по решению Арбитражного суда 

<

адрес> от 1 августа 2023 года по делу №, на основании которого был привлечен к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ, с назначением ему административного наказания в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Выводы суда, изложенные в приговоре, об отсутствии в действиях РАЮ состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, признаются судебной коллегией правильными, поскольку соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Так, как обоснованно установлено судом из вступившего в законную силу определения Арбитражного суда 

<

адрес> от 2 февраля 2023 года (т. 1 л.д. 132-135) Положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника МАВ утверждено не финансовым управляющим РАЮ, а указанным определением арбитражного суда. При этом из определения следует, что суд при разрешении разногласий, возникших между сторонами, принял и установил порядок продажи имущества должника, предложенный кредитором (ООО «

<

данные изъяты>»), предусматривающий поэтапное непрерывное проведение торговой процедуры до цены отсечения в размере 10% с периодичностью каждые 10 дней и снижением цены на 10% каждый этап, вместо предложенных финансовым управляющим (РАЮ) и поддержанным должником (МАВ) 60% и предложенного должником снижения цены каждые 20 дней (лист 5 определения). Из указанного определения следует, что РАЮ предлагал суду установить цену отсечения 60%, но суд принял порядок, предложенный кредитором, и определил цену отсечения 10%, а также поэтапное снижение цены каждые 10 дней на 10%, вплоть до цены отсечения 10%.

Согласно показаниям свидетелей ГАВ и БИН, а также РАЮ последний не имел возможности влиять на цену аукциона, шаги ее снижения, первые, повторные торги, публичное предложение были открытыми, цена реализации имущества МАВ согласно договорам купли-продажи соответствовала положению о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника, не была минимальной и ниже цены отсечения.

При таком положении суд пришел к обоснованному выводу о том, что РАЮ не мог явно занизить стоимость реализуемого имущества МАВ до минимальной цены отсечения, поскольку положение о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника МАВ утверждено определением арбитражного суда.

При этом, как следует из показаний РАЮ, он был заинтересован в большей цене, поскольку по результатам успешных торгов был вправе обратиться в суд с ходатайством об определении вознаграждения в размере около 7% от суммы реализованного имущества.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводом суда о том, что в показаниях потерпевшего МАВ, свидетелей ГАВ, БИН, ЗЛА, СИВ, ШКН, исследованных письменных доказательствах, представленных стороной обвинения, показаниях РАЮ, данных в стадии предварительного расследования, не установлено доказательств виновности РАЮ в инкриминируемом ему органом предварительного расследования преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. Напротив, как обоснованно отметил суд, показания свидетелей ГАВ и БИН, показания РАЮ, письменные доказательства содержат сведения об отсутствии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, и признаков иного состава преступления.

Доводы апелляционной жалобы потерпевшего сводятся к оспариванию процедуры торгов по продаже принадлежащего ему имущества, которые на основании определения Арбитражного суда 

<

адрес> от 9 января 2025 года признаны недействительными по причине неосуществления финансовым управляющим РАЮ мероприятий по уведомлению иных сособственников спорного имущества, непринятия РАЮ мер по информированию потенциальных покупателей по реализации спорного имущества на территории Республики 

<

адрес> и к опубликованию сообщений о продаже недвижимого имущества на профильных сайтах по продаже недвижимого имущества в 

<

адрес>, принятия РАЮ только формальных действий по продаже имущества должника, находящегося на территории иностранного государства, что привело к сужению круга потенциальных покупателей, вместе с тем РАЮ органами предварительного расследования не обвинялся в совершении перечисленных действий, в связи с чем указанные доводы потерпевшего о незаконности и необоснованности приговора в части оправдания РАЮ не могут быть признаны состоятельными. Уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением положений ст. 252 УПК РФ, лишь по предъявленному РАЮ обвинению.

Кроме того, как установлено судом в указанном определении от 9 января 2025 года, в силу пункта 3 статьи 20.4 Закона о банкротстве РАЮ имел право осуществлять свои полномочия финансового управляющего до его отстранения, то есть до вынесения арбитражным судом 20 ноября 2023 года определения о его освобождении от исполнения обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) должника МАВ, при этом каких-либо распорядительных действий после дисквалификации не совершал, только подписал договоры по результатам состоявшихся торгов и опубликовал соответствующие сообщения в ЕФРСБ. При таком положении утверждение потерпевшего о том, что РАЮ продал его имущество, не имея на это права по причине дисквалификации, беспредметно, поскольку не основано на законе и материалах уголовного дела.

С учетом изложенного судебная коллегия приходит к выводу, что апелляционная жалоба потерпевшего не содержит обоснованных доводов, свидетельствующих о наличии предусмотренных законом оснований для отмены приговора в части оправдания РАЮ по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора в части оправдания РАЮ, из материалов уголовного дела судебной коллегией не усмотрено.

Как видно из приговора, в его описательно-мотивировочной части судом изложены существо предъявленного РАЮ обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания РАЮ и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения, как того требует ст. 305 УПК РФ. Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ при постановлении приговора в указанной части судом соблюдены.

К выводу о совершении РАЮ присвоения, то есть хищения чужого имущества, принадлежащего МАВ, вверенного виновному, совершенного с использованием своего служебного положения, в крупном размере, суд пришел в результате исследования предоставленных сторонами допустимых доказательств и их всесторонней оценки, опроверг доводы осужденного о его невиновности, этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Виновность РАЮ в присвоении, то есть хищении чужого имущества, принадлежащего МАВ, вверенного виновному, а именно денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей, совершенном с использованием своего служебного положения, в крупном размере, подтверждается:

- показаниями потерпевшего МАВ об обнаружении им при получении выписки из «Газпромбанка» снятия РАЮ с его расчетного счета денежной суммы в размере 

<

данные изъяты> рублей, тогда как согласно отчетам и иным документам, сданным РАЮ в арбитражный суд, указанная денежная сумма числилась на его балансе, после чего он обратился с заявлением в правоохранительные органы, денежные средства ему возвращены после подачи им заявления 31 января 2024 года в следственный отдел;

- показаниями свидетеля ГАВ о том, что примерно с 2009 года он занимается банкротными делами в качестве юриста, с 2019 года сам является арбитражным управляющим, состоит с РАЮ в одном 

<

адрес>. Он представлял интересы ООО «

<

данные изъяты>» – основного кредитора МАВ О снятии денежных средств ему стало известно в январе-начале февраля 2024 года. РАЮ сняты денежные средства должника, часть направлена в счет компенсации расходов, а оставшаяся часть внесена на прямой счет, принадлежащий должнику;

- показаниями свидетеля ЗЛА, согласно которым ее полномочия возникли после прекращения полномочий РАЮ Обстоятельства стали ей известны из поступившего в суд заявления одного из кредиторов, когда она приняла обязанности финансового управляющего должника. Сопоставив выписки по расчетным счетам, она удостоверилась в том, что снятие денежных средств произведено. В рамках процедуры банкротства должника данные денежные средства РАЮ никуда не направлялись и не использовались. Доказательств расходования денежных средств в рамках процедуры материалы арбитражного дела не содержали. Финансовый управляющий может снять с расчетного счета должника денежные средства свыше 

<

данные изъяты> рублей, не согласовав с кредиторами и должником, только для целей использования в процедуре банкротства, при этом он должен их незамедлительно распределить и доказательства распределения представить в суд к своему отчету. РАЮ сначала снял денежные средства и возвратил их спустя более года. Расходы РАЮ по реализации имущества должника МАВ подтверждены и признаны судом обоснованными в размере до 

<

данные изъяты> или 

<

данные изъяты> рублей из 

<

данные изъяты> рублей. РАЮ, подтверждая расходы, представлял документы, которые не имели отношения к процедуре банкротства МАВ;

- показаниями свидетеля ШКН о том, что он принимал участие по двум обособленным спорам как представитель одного из кредиторов – ООО «

<

данные изъяты>». При их обращении с заявлением в мае 2024 года установлено, что после утверждения РАЮ финансовым управляющим (в декабре 2022 года) спустя непродолжительное время произведено снятие наличных денежных средств в «

<

данные изъяты>». В ходе судебного заседания представитель банка подтвердил данное обстоятельство, суд исследовал все платежные поручения, которые предоставлял РАЮ в обоснование, и пришел к выводу, что из указанной суммы непосредственно на процедуру банкротства потрачено порядка 

<

данные изъяты> рублей. На момент снятия денежных средств РАЮ являлся финансовым управляющим должника МАВ;

- показания свидетеля КОП о том, что в период с 22 октября 2022 года по 20 ноября 2023 года она работала в отделении банка «

<

данные изъяты>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, по делам о банкротстве. 27 декабря 2022 года к ней обратился клиент РАЮ, предъявил свой паспорт и копию определения Арбитражного суда 

<

адрес>, после чего заполнил заявление, в котором указал сумму денежных средств, которую желает снять, а именно 

<

данные изъяты> рублей, она направила это заявление в мидл-офис (офис, где ведется работа непосредственно с работниками банка для осуществления более сложных финансовых операций), где это заявление проверили и разблокировали счет. Затем она направила РАЮ в кассу для получения указанных денежных средств в наличной форме. Финансового управляющего РАЮ она помнит хорошо, так как он неоднократно обращался к ней при осуществлении финансовых операций при реализации имущества должника МАВ;

- показаниями свидетеля БИН, из которых следует, что ей известно, что РАЮ с расчетного счета должника снял наличные денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей, которые длительное время не возвращал и возвращать начал после того, как кредитор в рамках процедуры банкротства обратился в Арбитражный суд с заявлением о взыскании с него убытков и процентов за пользование денежными средствами. Для каких целей были сняты денежные средства, ей неизвестно. В рамках процедуры банкротства финансовый управляющий не имел права снимать и пользоваться денежными средствами. Закон о банкротстве предусматривает, что денежные средства, которые формируются на расчетном счете должника и составляют конкурсную массу, фактически принадлежат кредиторам, соответственно, решение о том, каким образом эти денежные средства должны распределяться, могут принимать только кредиторы. В данной процедуре мажоритарным кредитором являлось ООО «

<

данные изъяты>». Для распоряжения денежными средствами финансовый управляющий обязан созвать собрание кредиторов и представить предложения, для чего ему нужна такая сумма в процедуре, которая на момент снятия не подразумевала никаких расходов, потому что не было утверждено ни одного положения, не производилась никакая реализация имущества. Финансовый управляющий снимает денежные средства с расчетного счета, если он уже совершил какие-то расходы, сам понес их, когда нет возможности произвести их с расчетного счета, то есть возмещать свои расходы он может. Это отражается в ежеквартальном отчете. О снятии денежных средств со счета ей стало известно от МАВ примерно в феврале 2024 года. РАЮ в суд не представлено документов о несении им расходов в ходе процедуры на 

<

данные изъяты> рублей. Законом не предусмотрено снятие арбитражным управляющим денежных средств для хранения;

- протоколом осмотра места происшествия от 25 сентября 2024 года – отделения банка «

<

данные изъяты>», расположенного по адресу: 

<

адрес>, в котором РАЮ 27 декабря 2022 года произведено снятие наличных денежных средств с банковского счета потерпевшего МАВ (т. 1 л.д. 81-84, 85-88);

- расходным кассовым ордером № от 27 декабря 2022 года о получении РАЮ наличными денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 20);

- отчетом финансового управляющего (о результатах проведения реализации имущества гражданина) исх. № от 13 апреля 2023 года, в котором отражено наличие денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей на банковском счете №, открытом в Банке 

<

данные изъяты> на имя МАВ (т. 1 л.д. 89-92);

- отчетом финансового управляющего (о результатах проведения реализации имущества гражданина) исх. № от 12 сентября 2023 года, в котором отражено наличие денежных средств в сумме 

<

данные изъяты> рублей на банковском счете №, открытом в Банке 

<

данные изъяты> на имя МАВ (т. 1 л.д. 93-96);

- решением Арбитражного суда Новосибирской области от 25 июня 2019 года, на основании которого МАВ признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации его имущества (т. 1 л.д. 113-120);

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 8 декабря 2022 года, в соответствии с которым финансовым управляющим должника МАВ утвержден РАЮ (т. 1 л.д. 124-126);

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 20 ноября 2023 года, согласно которому РАЮ освобожден от исполнения обязанностей в деле о несостоятельности (банкротстве) должника МАВ (т. 1 л.д. 127-128);

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 28 декабря 2023 года, на основании которого ЗЛА утверждена финансовым управляющим должника МАВ (т. 1 л.д. 129-131);

- определением Арбитражного суда Новосибирской области от 25 ноября 2024 года, согласно которому взысканы с РАЮ в конкурсную массу должника МАВ убытки в сумме 

<

данные изъяты> рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 27.12.2022г. по 25.11.2024г. в сумме 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, проценты, начиная с 26.11.2024г. по дату фактического исполнения обязательства по возврату суммы, 

<

данные изъяты> рублей, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующий период, за каждый день просрочки. Также указанным определением установлено, что РАЮ на счет должника МАВ возвращены денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей 29.02.2024г., 

<

данные изъяты> рублей 13.04.2024г., 

<

данные изъяты> рублей 13.04.2024г., 

<

данные изъяты> рублей 18.07.2024г., всего в сумме 

<

данные изъяты> рублей. Кроме того, РАЮ представлены доказательства несения расходов в процедуре банкротства на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, при этом первый документ, подтверждающий несение расходов, датирован 21.03.2023г. Судом не признаны обоснованными расходы в сумме 

<

данные изъяты> рублей (т. 4 л.д. 97-105);

- заявлением МАВ от 31 января 2024 года о возбуждении уголовного дела в отношении РАЮ по факту недобросовестного исполнения им обязанностей арбитражного управляющего (т. 2 л.д. 178-181).

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст. 87, 88 УПК РФ, в том числе с точки зрения их достаточности, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности показаний потерпевшего и свидетелей, которые давали логичные, последовательные показания, не имеющие существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершенного РАЮ деяния и доказанность его вины, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств. В ходе судебного заседания не установлено наличие у потерпевшего и свидетелей каких-либо оснований для оговора осужденного. Ставить под сомнение объективность оценки показаний потерпевшего и свидетелей у судебной коллегии оснований не имеется.

Из материалов уголовного дела следует, что органом предварительного следствия в ходе предварительного расследования по настоящему уголовному делу нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе при возбуждении уголовного дела, проведении допросов участников уголовного судопроизводства, осмотров, иных следственных и процессуальных действий, влекущих отмену приговора, не допущено. Как установлено судебной коллегией, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела на л.д. 244-245 в томе 2 вынесено оперуполномоченным отделения по борьбе с преступлениями на направлениях и объектах, приоритетных для территории оперативного обслуживания отдела полиции № 6 «Октябрьский» отдела ЭБ и ПК Управления МВД России по г. Новосибирску, 21 февраля 2024 года, что подтверждает ответ заместителя прокурора Октябрьского района г. Новосибирска ЕДВ от 5 декабря 2025 года № начальнику апелляционного отдела прокуратуры 

<

адрес> ВЕА и постановление и.о. заместителя прокурора Октябрьского района г. Новосибирска от 1 марта 2024 года об отмене указанного постановления как незаконного (необоснованного).

Все доказательства, приведенные в приговоре, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, исследованы судом первой инстанции, их допустимость сомнений у судебной коллегии не вызывает.

На основании совокупности исследованных доказательств суд первой инстанции обоснованно оценил как способ защиты и отверг как недостоверные показания РАЮ о его невиновности в присвоении денежных средств потерпевшего.

Как справедливо отметил суд, об умысле РАЮ на присвоение денежных средств потерпевшего свидетельствуют совершенные им действия, а именно снятие денежных средств со счета потерпевшего до несения им расходов в процедуре банкротства в размере, в несколько раз превышающем размер понесенных РАЮ в будущем расходов, связанных с процедурой банкротства потерпевшего, неотражение сведений об отсутствии денежных средств на счете потерпевшего в двух отчетах финансового управляющего (о результатах проведения реализации имущества гражданина), внесение денежных средств на счет потерпевшего спустя значительный период времени лишь после обращения потерпевшего с заявлением в правоохранительные органы по факту недобросовестного исполнения РАЮ обязанностей арбитражного управляющего.

Выводы суда, изложенные в приговоре, о виновности РАЮ соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, основаны на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им. Как видно из приговора, суд не ограничился перечислением доказательств, но и мотивировал свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими.

Исследованные судом апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты доказательства несения РАЮ расходов в процедуре банкротства МАВ не опровергают правильность выводов суда о виновности РАЮ в совершенном преступлении, поскольку лишь подтверждают факт несения им расходов в незначительном размере после снятия денежных средств со счета потерпевшего.

Вместе с тем приговор суда в отношении РАЮ подлежит изменению по доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы.

Правильно установив в описательно-мотивировочной части приговора фактические обстоятельства совершенного РАЮ с использованием своего служебного положения преступления, приведя мотивы наличия в действиях осужденного квалифицирующего признака преступления как «совершенного с использованием своего служебного положения» и правильно квалифицировав его действия по ч. 3 ст. 160 УК РФ, суд ошибочно в выводах о квалификации не указал о наличии в действиях осужденного квалифицирующего признака преступления – «совершенного с использованием своего служебного положения», что с учетом приведенных обстоятельств, по убеждению судебной коллегии, относится к числу явных технических ошибок, которая основанием к отмене приговора не является и может быть устранена судом апелляционной инстанции путем уточнения в описательно-мотивировочной части приговора, что действия РАЮ квалифицированы по ч. 3 ст. 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Внесение указанных изменений в приговор само по себе основанием к усилению назначенного осужденному наказания не является, поскольку направлено на устранение технической ошибки, допущенной судом, кроме того, назначая РАЮ наказание, суд исходил из санкции ч. 3 ст. 160 УК РФ, предусматривающей назначение наказания за присвоение, совершенное, в том числе, с использованием своего служебного положения.

Кроме того, исключению из описательно-мотивировочной части приговора подлежит указание суда о том, что факт совершения РАЮ преступления при указанных обстоятельствах подтверждается протоколами осмотра видеозаписей с камер наблюдения в подъезде, тогда как такие доказательства отсутствуют в материалах уголовного дела и не исследовались судом.

Вносимые изменения не влияют на правильность вывода суда о достаточной совокупности исследованных доказательств виновности осужденного.

Вопреки доводам адвоката оснований полагать совершенное РАЮ деяние малозначительным судебная коллегия не находит, поскольку с учетом конкретных обстоятельств его совершения, в том числе с использованием служебного положения, причинением ущерба в крупном размере, оно представляет общественную опасность. Отсутствует в действиях РАЮ и добровольный отказ от преступления, поскольку им выполнены все действия, входящие в объективную сторону преступления, преступление доведено им до конца.

Судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводами апелляционного представления и апелляционной жалобы о несправедливости назначенного РАЮ наказания.

Согласно положениям ст. 6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

По настоящему уголовному делу указанные требования закона судом первой инстанции выполнены в полном объеме.

Как следует из приговора, при назначении РАЮ наказания суд, исходя из положений ст. 6, 60 УК РФ, учитывал характер и степень общественной опасности, а также конкретные обстоятельства преступления, направленного против собственности, личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, обоснованно признал смягчающими наказание обстоятельствами и учел в качестве таковых – возмещение ущерба по преступлению (частичное, поскольку РАЮ потерпевшему возмещен ущерб в сумме 

<

данные изъяты> рублей), привлечение к уголовной ответственности впервые, подтверждение РАЮ ранее известного следователю факта совершения им преступления.

Вместе с тем, судебная коллегия не находит оснований согласиться с выводами суда о признании смягчающими наказание РАЮ обстоятельствами частичного признания вины и раскаяния в содеянном, поскольку обстоятельств, свидетельствующих об этом, из материалов уголовного дела не установлено, так как в стадии предварительного следствия и судебного разбирательства РАЮ, признавая факт снятия наличных денежных средств с банковского счета потерпевшего, полагал свои действия законными, последовательно оспаривал их преступный характер, то есть вину в предъявленном обвинении не признавал в полном объеме, что само по себе исключало раскаяние осужденного в содеянном. При таком положении оснований для признания указанных обстоятельств, смягчающими наказание, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ у суда первой инстанции не имелось, на что справедливо обращено внимание в апелляционной жалобе потерпевшего.

С учетом изложенного судебная коллегия находит необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указания суда о признании смягчающими наказание РАЮ обстоятельствами частичного признания вины, раскаяния в содеянном, что вопреки утверждению потерпевшего не является основанием для усиления назначенного осужденному наказания.

Судом первой инстанции учтены все сведения о личности осужденного, которые нашли документальное подтверждение в материалах уголовного дела и имели значение при решении вопроса о наказании.

Так, суд учел, что РАЮ не судим, на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, положительно характеризуется.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, направленного против собственности и относящегося к категории тяжких преступлений, фактические обстоятельства дела, данные о личности осужденного, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств суд пришел к обоснованному выводу о назначении РАЮ наказания в виде лишения свободы с применением положений ст. 73 УК РФ.

Размер наказания назначен осужденному в пределах санкции ч. 3 ст. 160 УК РФ.

Несмотря на вносимые в приговор изменения в части исключения указания на признание смягчающими двух обстоятельств, судебная коллегия не находит оснований согласиться с доводами о необоснованном применении судом при назначении РАЮ наказания положений ст. 73 УК РФ.

По смыслу ст. 73 УК РФ, суд может постановить считать назначенное наказание условным в том случае, если придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания. При этом суд должен учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие обстоятельства.

Объективно оценив данные о личности РАЮ, который положительно характеризуется, не судим, к уголовной ответственности не привлекался, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления (конкретные обстоятельства преступления, в том числе способ его совершения, вид умысла и размер причиненного ущерба), совокупность смягчающих обстоятельств, в том числе характеризующих поведение осужденного после совершения преступления, выразившееся в возмещении ущерба потерпевшему в большей его части, суд пришел к обоснованному выводу о возможности применения при назначении осужденному наказания положений ст. 73 УК РФ, поскольку условное осуждение с возложением в течение испытательного срока дополнительных обязанностей, по убеждению судебной коллегии, обеспечит достижение целей наказания, установленных ст. 43 УК РФ.

Вывод суда о возможности исправления осужденного РАЮ без изоляции от общества мотивирован в приговоре, и оснований не согласиться с ним судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам государственного обвинителя и потерпевшего судом приведены надлежащие мотивы отсутствия оснований для назначения РАЮ дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права заниматься деятельностью, связанной с участием в конкурсных производствах в качестве арбитражного управляющего. Оснований не согласиться с выводами суда в указанной части судебная коллегия не находит, при этом принимает во внимание совокупность обстоятельств, справедливо признанных судом смягчающими наказание, и положения абзаца 6 пункта 2 статьи 20 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ (ред. от 31.07.2025г.) «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с которыми наличие судимости за совершение умышленного преступления само по себе препятствует в дальнейшем занятию РАЮ деятельностью, связанной с участием в конкурсных производствах в качестве арбитражного управляющего, что, по убеждению судебной коллегии, подтверждает правильность выводов суда о нецелесообразности назначения РАЮ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с участием в конкурсных производствах в качестве арбитражного управляющего, и в виде штрафа.

Перечисленные выше и в приговоре обстоятельства свидетельствуют о том, что суд в полной мере учел все данные о личности осужденного, выполнив требования закона об индивидуализации наказания.

Выводы суда о виде и размере наказания мотивированы, и оснований не согласиться с ними у судебной коллегии не имеется. Все заслуживающие внимания обстоятельства учтены судом первой инстанции при решении вопроса о назначении РАЮ наказания, в связи с чем оно не может быть признано излишне мягким.

Оснований для усиления наказания РАЮ, в том числе оснований для исключения из приговора суда указания о применении положений ст. 73 УК РФ и назначения ему дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права заниматься деятельностью, связанной с участием в конкурсных производствах в качестве арбитражного управляющего, судебная коллегия не усматривает, полагая назначенное наказание справедливым, соразмерным содеянному и личности осужденного.

Вопреки доводам государственного обвинителя и потерпевшего сам по себе факт совершения РАЮ преступления с использованием своего служебного положения не может являться безусловным основанием к назначению ему наказания в виде лишения свободы без применения положений ст. 73 УК РФ с назначением дополнительных видов наказаний, указанных государственным обвинителем и потерпевшим.

Доводы государственного обвинителя, приведенные в судебном заседании суда апелляционной инстанции, о непризнании РАЮ вины, невозмещении им в полном объеме ущерба, причиненного в результате преступления, несостоятельны, поскольку в соответствии с ч. 4 ст. 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ обвиняемый вправе защищаться средствами и способами, не запрещенными уголовным законом, возражать против предъявленного обвинения и тем самым реализовывать свое конституционное право на защиту. Кроме того, перечисленные обстоятельства в силу ч. 3 ст. 60 УК РФ к обстоятельствам, подлежащим учету при разрешении судом вопроса о наказании, не относятся, определяющего значения для решения судом данного вопроса не имеют, а потому сами по себе на правильность назначения судом РАЮ вида и размера наказания и определения порядка его исполнения не влияют.

Нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора либо внесение в него иных изменений, судебной коллегией не установлено.

По изложенным основаниям апелляционное представление государственного обвинителя ЧАС, апелляционная жалоба потерпевшего МАВ подлежат удовлетворению частично.

На основании изложенного, руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 38920, ст. 38928 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

приговор Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 5 августа 2025 года в отношении РАЮ изменить.

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора, что действия РАЮ квалифицированы по ч. 3 ст. 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда о том, что факт совершения РАЮ преступления при указанных обстоятельствах подтверждается протоколами осмотра видеозаписей с камер наблюдения в подъезде.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указания суда о признании смягчающими наказание РАЮ обстоятельствами частичного признания вины, раскаяния в содеянном.

В остальном этот же приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя ЧАС, апелляционную жалобу потерпевшего МАВ удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в указанный кассационный суд.

Председательствующий

Судьи