Дело № 2-837/2021

№ 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Боровский районный суд Калужской области в составе:

председательствующего судьи Битнер Н.Н.

при секретаре Пафнутовой Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Боровске

28 июля 2021 года

гражданское дело по иску Мейлук ФИО14 к ФИО4 ФИО15, ФИО2 ФИО16 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки 

у с т а н о в и л:

ФИО3 обратился в Боровский районный суд с иском к ФИО4 о признании сделки от 23.06.2014 по переходу права собственности на 

<

адрес> в 

<

адрес> недействительной, применении последствий недействительности сделки.

Судом к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ФИО2 ФИО17

В судебном заседании истец ФИО3 данные исковые требования поддержал, в их обоснование пояснил, что его отцу ФИО6 и матери ФИО5 на праве собственности, на основании договора на передачу квартир в собственность граждан, принадлежала 

<

адрес> в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГг. ФИО6 умер. Незадолго до смерти последнего, в декабре 2020г., ему стало известно, что в 2014г. ФИО6 и ФИО19, на момент совершения сделки, в силу имеющихся у ФИО6 и ФИО5 на тот момент заболеваний, последние не могли понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО6 в 2011г. перенес инсульт, впоследствии был поставлен на учет у врача психиатра, принимал таблетки, которые наряду с употреблением алкоголя пагубно влияли на его психику. А потому, данная сделка в силу ст.177 ГК РФ является недействительной. В связи с чем, исковые требования просил удовлетворить.

В судебном заседании ответчик ФИО4 и ее представитель по доверенности ФИО7 данные исковые требования не признали, в их возражение пояснили, что оформление договора дарения квартиры ФИО4 было добровольной волей отца ФИО6 и матери ФИО5, которые сами обратились к юристу за составлением договора и в Управление Росреестра за переходом права собственности. На момент совершения сделки-июнь 2014 отец работал, сам ходил в магазин за продуктами, распоряжался деньгами, вел нормальный образ жизни. ФИО5 также сама получала пенсию, готовила, вела семейный бюджет. На момент совершения сделки родители понимали значение своих действий и руководили ими, сами себя обслуживали, содержали в надлежащем состоянии принадлежавшее им недвижимое имущество. ФИО6 никто недееспособным не признавал. Договор ФИО6 и ФИО5 был подписан лично, с 2014г. они договор дарения не оспаривали. Полагают, что срок давности для оспаривания сделки пропущен. В связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО8 просили отказать.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признала, в их возражение пояснила, что заключение договора дарения от 23.06.2014 с ФИО4 было добровольным решением ее и супруга ФИО6 Они сами обратились к юристу за составлением договора, сами ходили в Управление Росреестра за регистрацией сделки. На момент совершения сделки ФИО6 работал, сам ходил в магазин за продуктами, распоряжался деньгами, она сама получала пенсию, готовила, вела семейный бюджет, оплачивала коммунальные платежи. Никаких психических отклонений у них не имелось. Они оба страдали астмой. Ни она, ни ФИО6 не имели намерений оспаривать договор дарения квариры. В иске ФИО3 просила отказать.

Согласно показаниям свидетеля ФИО9, данным в судебном заседании, в июне 2014г. к нему в офис пришли ФИО6, ФИО5 и ФИО4 с целью составления договора дарения на квартиру. ФИО6 и ФИО5 сами пояснили, что хотят заключить договор дарения. На его вопросы последние назвали дату их рождения, их имена, фамилию, место нахождения, число. Он составил договор. После чего они обратились в Управление Росреестра за регистрацией сделки.

Из показаний свидетеля ФИО10, данных в судебном заседании следует, что с 1 января 2016г. она пришла на работу в ресторан на должность директора. На тот момент ФИО6 уже работал в ресторане дворником. Также на банкетах он подрабатывал в гардеробе, выдавал номерки за принятую одежду. Никаких отклонений в его поведении не было, он общался с коллективом, сам ходил в магазин, сам расплачивался за товар.

Как следует из показаний свидетеля ФИО11, данных в судебном заседании, в 2014г. она разговаривала по телефону с ФИО6 и ФИО5, они интересовались детьми, никаких отклонений у них не было. ФИО6 работал сторожем в кафе, также он обрабатывал камни, для чего арендовал помещение. Он сам ходил на рынок, покупал продукты. ФИО5 в этот период ходила по городу, но мало.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В силу ст. 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

В судебном заседании установлено, что ФИО6, ФИО5, ФИО12 на праве собственности, на основании договора на передачу квартир в собственность граждан от 22 июля 1993г., принадлежала 

<

адрес> в 

<

адрес>.

На основании пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

2 июня 2014года ФИО6 и ФИО5 заключили договор дарения, по условиям которого принадлежащие им 2\3 доли ( по 1\3 доли каждый) 

<

адрес> в 

<

адрес> они передали в дар ФИО4, а последняя дар приняла. В соответствии с п. 8 договора дарения дарители подтвердили, что заключили данную сделку не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях. В п. 5 договора указано, что с содержанием статей 167, 209, 223, 288, 292, 572, 573, 574, 578 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны ознакомлены. Данный договор и право собственности ФИО4 были зарегистрированы в установленном законом порядке 23.06.2014, что подтверждается отметкой на договоре дарения и Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 13 февраля 2021г..

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 умер.

ДД.ММ.ГГГГг. в суд от наследника имущества ФИО6-ФИО3 поступило исковое заявление о признании вышеуказанного договора дарения недействительным по тем основаниям, что на момент совершения сделки, в силу имеющегося у ФИО6 и ФИО5 на тот момент заболевания, последние не могли понимать значение своих действий и руководить ими, а потому, данная сделка в силу ст.177 ГК РФ является недействительной.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов дела правоустанавливающих документов следует, что ФИО6 и ФИО5 сами подписывали договор дарения, их личные подписи имеются в заявлениях, поданных в Управление Росреестра по Калужской области о регистрации сделки.

Согласно показаниям свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО11, данных в судебном заседании, на июнь 2014г. никаких отклонений в поведении ФИО6 и ФИО5 не было, ФИО6 работал, общался с коллективом, сам ходил в магазин, сам расплачивался за товар, ФИО5 сама получала пенсию, вела домашнее хозяйство.

Из амбулаторных карт в отношении ФИО6 и ФИО5 следует, что на июнь 2014г. никакими психическими расстройствами здоровья они не страдали. Их обращения к врачу-терапевту были вызваны заболеваниями легких-у ФИО13, ишемической болезнью сердца-у ФИО5

Ответчиком ФИО4 и ее представителем по доверенности ФИО7 в ходе судебного разбирательства было заявлено о применении срока исковой давности.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил Кодекса не следует иное.

По смыслу приведенных правовых норм к наследнику переходят все права и обязанности наследодателя. Универсальное наследственное правопреемство устанавливает, что все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил. В связи с этим правопреемство не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (ст.201 ГК Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 177 ГК Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. В абзаце 2 указанного пункта изложено, что вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В ходе судебного разбирательства обстоятельств, свидетельствующих, что ФИО6 имел намерение, либо оспаривал договор дарения принадлежащей ему доли квартиры, не добыто. 

В судебном заседании ФИО5 возражала против признания недействительным спорный договор дарения квартиры.

Таким образом, исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства суд не находит оснований для признания договора дарения доли квартиры недействительным, а потому отказывает ФИО3 в удовлетворении исковых требований по заявленным им основаниям.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Мейлук ФИО20 в удовлетворении исковых требований о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калужского областного суда в течение месяца через Боровский районный суд. 

Председательствующий: