Дело № 2-695/2024

55RS0026-01-2024-000409-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Омский районный суд Омской области в составе председательствующего судьи Бессчетновой Е.Л., при секретаре судебного заседания Каспер Л.А., с участием помощника прокурора Омского района Омской области Стороженко В.Ю., рассмотрев 20 мая 2024 года в открытом судебном заседании в городе Омске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 (ИНН 

<

данные изъяты>) к ФИО3 (ИНН 

<

данные изъяты>), акционерному обществу «Омский бекон» (ИНН 

<

данные изъяты>) о взыскании компенсации морального вреда, убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО1 обратилась в Омский районный суд 

<

адрес> к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ответчик, управляя личным автомобилем Киа Рио, двигался по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. В нарушение требований пункта 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации выехал на перекресток 

<

адрес> на запрещающий (красный) сигнал светофора, допустил столкновение с автомобилем Киа Спортейдж под управлением водителя ФИО14 В результате дорожно-транспортного происшествия истец, являющаяся пассажиром автомобиля Киа Рио, получила телесные повреждения, причинившие легкий вред здоровью. Постановлением Куйбышевского районного суда 

<

адрес> ответчик привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 КоАП РФ. Истец доставлена бригадой скорой медицинской помощи в БУЗОО «ГКБ № им. ФИО15» с жалобами на головную боль, головокружение, слабость, тошноту, боль в области ушибов, где проведено МСКТ головы, выставлен диагноз: ЗЧМТ, сотрясение головного мозга, ушиб мягкий тканей головы, растяжение мышц связочного аппарата шейного отдела позвоночника, ушиб области левого плечевого сустава. ДД.ММ.ГГГГ истец в удовлетворительном состоянии выписана для продолжения лечения у терапевта, невролога, травматолога по месту жительства. По настоящее время истец вынуждена принимать дорогостоящие препараты с целью устранения последствий дорожно-транспортного происшествия. Болезненные ощущения в области травмирования сохраняются. Уменьшает страдания только прием обезболивающих препаратов. Полагает, что травмы, причиненные ей в результате дорожно-транспортного происшествия, принесли много боли, страданий, как физических, так и нравственных, а последствия травмы продолжают проявляться до настоящего времени, в связи с чем оценивает причиненный моральный вред в размере 200 000 рублей. При участии в деле об административном правонарушении истцом был заключен договор оказания юридической помощи с ИП ФИО9, в соответствии с которым последняя представляла интересы истца в суде и органах ГИБДД. Стоимость услуг составила 15 000 рублей. Поскольку КоАП РФ вопрос возмещения расходов потерпевшего по административному делу не урегулирован, правомерным является рассмотрение их судом в рамках гражданского судопроизводства с учетом положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Действия истца по представлению доказательств и обоснования вины ответчика в произошедшем дорожно-транспортном происшествии с учетом оспаривания последним своей вины, произведены истцом для защиты своих интересов в рамках предоставленных ему прав. При подаче настоящего искового заявления истцом понесены судебные расходы за юридические услуги в размере 30 000 рублей.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 обратилась с уточненным исковым заявлением, указав, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и акционерным обществом «Омский бекон» заключен срочный трудовой договор № №-25, в соответствии с которым истец принята на должность супервайзера в отдел сетевых продаж дирекции по продажам обособленного подразделения Омский офис продаж на время отсутствия основного работника. Трудовым договором установлена ответственность работодателя в случаях причинения работнику ущерба в результате увечья или иного повреждения здоровья, связанного с исполнением им своих трудовых обязанностей. По факту причинения ДД.ММ.ГГГГ телесных повреждений, полученных истцом в результате дорожно-транспортного происшествия, поскольку травма была получена во время исполнения трудовых обязанностей, было осуществлено комиссионное расследование несчастного случая на производстве, по итогам которого составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ. По итогам расследования комиссией установлен факт получения травмы при исполнении трудовых обязанностей. В соответствии с медицинским заключением, выданным БУЗОО «ГКБ № 1 им. Кабанова А.Н.» травма относится к категории «Тяжелая». Указанные обстоятельства позволяют сделать вывод, что акционерным обществом «Омский бекон», как работодателем не была исполнена обязанность по обеспечению безопасных условий труда. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 15, 150, 151, 1064, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 212, 219, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, просит взыскать солидарно с акционерного общества «Омский бекон», ФИО3 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей, убытки, связанные с рассмотрением дела об административном правонарушении в сумме 15 000 рублей, судебные расходы на оплату юридических услуг в сумме 30 000 рублей. 

Судом к участию в деле в качестве соответчика привлечено акционерное общество «Омский бекон». 

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, указав, что по настоящее время она испытывает болевые ощущения в связи с полученными травмами в дорожно-транспортном происшествии. Длительное время она находилась на стационарном, а позже на амбулаторном лечении. Считает, что убытки, понесенные в связи с рассмотрением дела об административном правонарушении, должен возместить ФИО3 Просила удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме. 

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не оспаривал обстоятельства и вину в дорожно-транспортном происшествии, указав на завышенный размер компенсации морального вреда. 

Представитель ответчика ФИО3 ФИО10 Лариса Аркадьевна, действующая на основании ордера, в судебном заседании поддержала позицию своего доверителя. 

Представитель ответчика акционерного общества «Омский бекон» ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования не признал, указав, что в целях соблюдения безопасных условий труда, в том числе по доставке работников до торговых точек, обществом был заключен договор перевозки пассажиров с ФИО3, который являлся индивидуальным предпринимателем, осуществлявшем услуги по перевозке пассажиров с 2011 года, имеющим надлежащим образом оформленные документы на транспортное средство и договор ОСАГО. Полагает, что со стороны общества были созданы безопасные условия труда для работника, в связи с чем вина общества в причинении вреда здоровью истцу отсутствует. В данном случае ответственность необходимо возложить на непосредственного виновника в дорожно-транспортном происшествии. В связи с отсутствием вины работодателя, никакие выплаты, связанные с причинением вреда здоровью работнику, не выплачивались. Кроме того, обратил внимание суда на то, что в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 в нарушение пункта 5.1 Правил дорожного движения Российской Федерации не была пристегнута ремнем безопасности, что способствовало увеличению вреда ее здоровью. В соответствии со статьей 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации размер требований по взысканию компенсации морального вреда должен быть уменьшен. Просил в удовлетворении исковых требований в отношении акционерного общества «Омский бекон» отказать в полном объеме. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, представитель страхового акционерного общества «ВСК» в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, помощника прокурора 

<

адрес> ФИО13, полагавшего исковые требования о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, исследовав материалы гражданского дела, материалы дела об административном правонарушении, суд приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов 50 минут ФИО3, управляя транспортным средством Киа Рио, государственный регистрационный знак №, двигаясь по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес>, выехал на перекресток с 

<

адрес> на запрещающий «красный» сигнал светофора и допустил столкновение с автомобилем Киа Спортейдж, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО16, которая двигалась по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> по «зеленому» сигналу светофора. 

По данным МОТН и РАС ГИБДД УМВД России по 

<

адрес> собственником автомобиля Киа Рио, государственный регистрационный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия (ДД.ММ.ГГГГ) являлся ФИО3.

Постановлением ИДПС ПДПС № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с назначением административного штрафа в размере 1 000 рублей. 

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиром автомобиля Киа Рио, государственный регистрационный знак №, получены телесные повреждения. 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно представленной медицинской документации, обнаружены повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга с ссадиной и кровоподтеками головы.

Данные повреждения в совокупности как образовавшиеся в едином механизме травмы причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства его на срок до 3-х недель (пункт 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - приложение к приказу МЗ и СР РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н).

Данные повреждения могли образоваться от воздействия тупого твердого предмета, каковым могли являться выступающие части салона автотранспортного средства при аварии. Срок образования данных повреждений не противоречит указанным в предварительных сведениях. 

Диагноз «Растяжение мышц шеи» в представленной медицинской документации не подтвержден достаточными сведениями результатов клинических и инструментальных методов исследования (не проведено сразу после травмы исследования - МРТ шейного отдела позвоночника с описанием окружающих мягких тканей шеи), поэтому при квалификации вреда здоровью данный диагноз во внимание не принимался.

Диагноз «

<

адрес> левого плечевого сустава» в представленной медицинской документации не подтвержден достаточными сведениями результатов клинических и инструментальных методов исследования, поэтому при квалификации вреда здоровью данный диагноз во внимание не принимался.

Согласно дополнительному заключению эксперта № (дополнение к заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ) от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно представленной медицинской документации, обнаружены следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга с ссадиной и кровоподтеками головы. Данные повреждения в совокупности как образовавшиеся в едином механизме травмы причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства его на срок до 3-х недель (пункт 8.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - приложение к приказу МЗ и СР РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н).

Данные повреждения могли образоваться от воздействия тупого твердого предмета, каковым могли являться выступающие части салона автотранспортного средства при аварии. Срок образования данных повреждений не противоречит указанным в предварительных сведениях. 

Длительность лечения в данном конкретном случае свыше 3-х недель связана с наличием у пострадавшей самостоятельной хронической патологии (остеохондроз шейного отдела позвоночника со всеми его проявлениями), поэтому при квалификации вреда здоровью ее учесть не представляется возможным. 

Диагноз «Растяжение мышц шеи» в представленной медицинской документации не подтвержден достаточными сведениями результатов клинических и инструментальных методов исследования (не проведено сразу после травмы исследования - МРТ шейного отдела позвоночника с описанием окружающих мягких тканей шеи), поэтому при квалификации вреда здоровью данный диагноз во внимание не принимался.

Диагноз «

<

адрес> левого плечевого сустава» в представленной медицинской документации не подтвержден достаточными сведениями результатов клинических и инструментальных методов исследования, поэтому при квалификации вреда здоровью данный диагноз во внимание не принимался.

Диагноз «Травматический разрыв диска С5-С6» в представленной медицинской документации не подтвержден достаточными сведениями результатов клинических и инструментальных методов исследования, поэтому при квалификации вреда здоровью данный диагноз во внимание не принимался.

Данное дорожно-транспортное происшествие произошло из-за нарушения водителем ФИО3 требований пункта 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Из содержания пункта 7.2 Правил дорожного движения Российской Федерации следует, что красный сигнал светофора, в том числе мигающий, запрещает движение.

ДД.ММ.ГГГГ инспектором ИАЗ ПДПС ГИБДД УМВД России по городу Омску в отношении ФИО3 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренным частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего, влечет наложение административного штрафа в размере от двух тысяч пятисот до пяти тысяч рублей или лишение права управления транспортными средствами на срок от одного года до полутора лет.

Постановлением Куйбышевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за которое назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год.

Решением Омского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Куйбышевского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, жалоба защитника ФИО3 - ФИО17 - без удовлетворения. 

Суд нашел установленным наличие события административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 Кодекса, лицо ФИО3, нарушившее Правила дорожного движения, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшей ФИО1, и пришел к выводу о наличии в действиях ФИО3 административного правонарушения. 

В ходе рассмотрения дела судом первой и апелляционной инстанции ФИО3 вину в совершении административного правонарушения признал в полном объеме. 

Пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющий в рамках общих оснований гражданской ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающий на него бремя доказывания своей невиновности, является элементом правового механизма, обеспечивающего возмещение вреда и тем самым реализацию интересов потерпевшего. 

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов часть 1 статьи 56 названного Кодекса предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими предписаниями этого же Кодекса, в том числе закрепленными в части второй его статьи 12, статье 195 и части четвертой статьи 198, является процессуальной гарантией права на судебную защиту в условиях соблюдения принципов состязательности и равноправия сторон при осуществлении правосудия и обеспечивает принятие судом законного и обоснованного решения. 

Абзацами 1 и 2 части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, могут быть получены, в том числе из письменных доказательств, заключений экспертов.

Письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела (часть 1 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Учитывая изложенное, виновность ФИО3 в совершении дорожно-транспортного происшествия, повлекшая за собой наступление последствий в виде причинения легкой степени вреда здоровью пассажиру ФИО1, установлена вступившими в законную силу судебными актами.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в САО «ВСК» с заявлением о выплате страхового возмещения по договору ОСАГО перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу пассажиров в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ.

Страховая компания признала событие страховым и перечислило ФИО1 страховую выплату в сумме 111 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ. 

В результате полученных телесных повреждений, причинивших легкий вред здоровью, ФИО1 испытала и испытывает по настоящее время физические и нравственные страдания, выражающиеся в физической боли в области полученных повреждений, лечением и последующей реабилитацией, изменении привычного уклада жизни, что в совокупности вызывает стресс и переживания.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации). Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, вызывает физические и (или) нравственные страдания. 

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Таким образом, законодатель установил ответственность в виде компенсации морального вреда лишь за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а в иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

Учитывая изложенное, истец имеет право компенсировать причиненные страдания посредством взыскания морального вреда. 

Истцом заявлены требования о солидарном взыскании компенсации морального вреда с акционерного общества «Омский бекон», ссылаясь на положения статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, которой определено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а также с ФИО3, как с непосредственного виновника дорожно-транспортного происшествия. 

Установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1, являясь пассажиром транспортного средства Киа Рио, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, находилась при исполнении трудовых обязанностей, что не оспаривалось в судебном заседании. 

ДД.ММ.ГГГГ между акционерным обществом «Омский бекон» и ФИО1 заключен трудовой договор № №-25, в соответствии с которым работник принимается на работу к работодателю в отдел сетевых продаж дирекцию по продажам обособленное подразделение Омского офис продаж на должность супервайзер в соответствии со штатным расписанием. 

Трудовой договор заключен на определенный срок, на время отсутствующего работника ФИО18

Приказом № №-25 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принята на работу в акционерное общество «Омский бекон». 

В свою очередь, ФИО3, в момент дорожно-транспортного происшествия осуществлял управление транспортным средством Киа Рио, государственный регистрационный знак №, по заданию заказчика, осуществляя перевозку пассажиров. 

Так, ДД.ММ.ГГГГ между акционерным обществом «Омский бекон» (Заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (Перевозчик) заключен договор перевозки пассажиров №, в соответствии с которым Перевозчик обязуется надлежащим образом оказать услуги по обеспечению перевозки работников структурных подразделений Заказчика автомобильным транспортом, а Заказчик обязуется своевременно оплатить эти услуги. 

В пункте 2.1 Договора установлена обязанность Перевозчика, в том числе бесперебойно обеспечивать Заказчика исправным автомобильным транспортом KIARIO, государственный регистрационный знак №; соблюдать правила технической эксплуатации автомобиля и правила дорожного движения; ежедневно оформлять путевой лист, и др. 

Срок действия договора установлено в пункте 7.1 - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к договору перевозки пассажиров № от ДД.ММ.ГГГГ стороны пришли к соглашению продлить срок действия договора перевозки до ДД.ММ.ГГГГ включительно. 

При этом, в судебном заседании представитель ответчика АО «Омский бекон» пояснил, что дата определения срока действия договора «до ДД.ММ.ГГГГ» указана ошибочно, должна быть указана дата - до ДД.ММ.ГГГГ.

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к договору перевозки пассажиров № от ДД.ММ.ГГГГ стороны пришли к соглашению расторгнуть договор перевозки. 

В силу части третьей статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели в трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абзацы первый, второй, четвертый части второй статьи 22 Трудового кодекса).

По смыслу пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Согласно статьями 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (статья 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, его семье, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Ответственность перевозчика за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, определяется по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором перевозки не предусмотрена повышенная ответственность перевозчика (статья 800 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определены Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», задачами которого являются: охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий.

Статьей 20 данного закона предусмотрены основные требования по обеспечению безопасности дорожного движения, предъявляемые к юридическим лицам при эксплуатации транспортных средств, в том числе к юридическим лицам, осуществляющим перевозку лиц для собственных нужд автобусами, в их числе: организовывать работу водителей в соответствии с требованиями, обеспечивающими безопасность дорожного движения; соблюдать установленный законодательством Российской Федерации режим труда и отдыха водителей; организовывать в соответствии с требованиями Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» проведение обязательных медицинских осмотров и мероприятий по совершенствованию водителями транспортных средств навыков оказания первой помощи пострадавшим в дорожно-транспортных происшествиях; оснащать транспортные средства тахографами.

Из приведенных нормативных положений следует, что работодатель обязан обеспечить работнику охрану труда, в том числе в виде безопасных условий перевозки к месту работы и обратно (если такая перевозка организована работодателем), а в случае смерти работника в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего в процессе такой перевозки, квалифицированного как несчастный случай на производстве, возместить причиненный по его вине вред, в том числе моральный, членам семьи работника, которые имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия перевозки к месту работы и обратно, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой члена семьи.

ДД.ММ.ГГГГ директором акционерного общества «Омский бекон» утвержден акт № о несчастном случае на производстве, в котором отражены обстоятельства дорожно-транспортного происшествия.

Исходя из вышеизложенного, следует, что спорные правоотношения возникли из причинения вреда жизни и здоровью работника в результате дорожно-транспортного происшествия, квалифицированного как несчастный случай на производстве.

Как ранее установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуществлял перевозку ФИО1 по заданию на основании договора перевозки пассажиров № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с акционерным обществом «Омский бекон».

При этом, как следует из пояснений представителя ответчика акционерного общества «Омский бекон», последний, будучи работодателем, организовавшим перевозку работников посредством заключения соответствующего договора перевозки пассажиров с ФИО3, транспортное средство перед началом поездок не обследовал, контроль за деятельность перевозчика не осуществлял, прохождение водителем медицинского осмотра не контролировал, в том числе не осуществлял контроль за выдачей путевых листов.

При таких обстоятельствах с учетом норм трудового и гражданского законодательства, а также законодательства о безопасности дорожного движения, вопреки возражениям и доводам ответчика, именно работодатель акционерное общество «Омский бекон», организовавший перевозку работников автомобильным транспортом без должного контроля за деятельностью перевозчика (ФИО3), должен нести неблагоприятные последствия в виде компенсации морального вреда в пользу ФИО1 за причинение вреда жизни и здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия на транспорте, предоставленном работодателем.

Правовых оснований для применения солидарной ответственности в данном случае не имеется. 

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в сумме 200 000 рублей. 

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел федеральным законодательством не предусматриваются, следовательно, в каждом случае суд определяет такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца и характера спорных правоотношений.

При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации, отсутствие которых в случае несоразмерно малой суммы присужденной истцу компенсации свидетельствует о нарушении принципа адекватного и эффективного устранения нарушения, означает игнорирование требований закона и может создать у истца впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из изложенного следует, что в случае причинения вреда жизни или здоровью гражданина лицом, управлявшим источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель автомобиля и другие), на работодателя как владельца источника повышенной опасности в соответствии с законом возлагается обязанность по возмещению вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей, в том числе морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой близкого родственника суду необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав и соблюсти баланс интересов сторон. 

В обоснование заявленного к взысканию размера компенсации морального вреда истец указывает о том, что в связи с полученными телесными повреждениями она испытывает по настоящее время физическую боль, вынужден принимать лекарственные препараты. 

Согласно справке БУЗОО «ГП №» о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходила лечение в БУЗОО «ГКБ №», стационарное лечение НХО с диагнозом ЗЧМТ СГМ. Ушиб мягкий тканей головы. Растяжение мышц связочного аппарата шейного отдела позвоночника. 

<

адрес> левого плечевого сустава. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ амбулаторное лечение в БУЗОО «ГП №» с диагнозом ЗЧМТ сотрясение головного мозга (производственная в ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, акт № о НС на производстве от ДД.ММ.ГГГГ), ранний восстановительный период. Синдром цефалгии, болевой синдром легкий. Церебрастенический синдром. Дискогенная радикулопатия С5С7 слева на фоне шейного остеохондроза, спондилоартроза, протрузии диска С6С7, травматический разрыв диска С5С6 (производственная в ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, акт № о НС на производстве от ДД.ММ.ГГГГ), стойкий легкий болевой синдром, сенсорные нарушения. 

Согласно медицинскому заключению БУЗОО «ГКБ №» о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданное акционерному обществу «Омский бекон», пострадавшая ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, супервайзер, поступила в медицинское учреждение в отделение нейрохирургии ДД.ММ.ГГГГ в 12:33 с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга. Ушиб мягких тканей головы. Растяжение мышц связочного аппарата шейного отдела позвоночника. 

<

адрес> левого плечевого сустава. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории тяжелая. 

Из представленной в материалы дела медицинской карты ФИО1, состоящей на учете в БУЗОО «ГП №», следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ последняя регулярно посещала неврологический кабинет в связи с травмами, полученными в дорожно-транспортном происшествии. Ввиду полученных травм врачами назначалось медикаментозное лечение, физиотерапия.

По настоящее время ФИО1 вынуждена приобретать обезболивающие медикаменты. 

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения статьей 1064, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд находит требования о взыскании морального вреда подлежащими удовлетворению. 

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Вина потерпевшего не влияет на размер взыскиваемых с причинителя вреда расходов, связанных с возмещением дополнительных затрат (пункт 1 статьи 1085 ГК РФ), с возмещением вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089 ГК РФ), а также при компенсации расходов на погребение (статья 1094 ГК РФ).

Следует обратить внимание на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Вопреки возражениям ответчика, доказательств нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации со стороны ФИО1, не было установлено как в ходе производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3, так и в судебном порядке. 

Доказательств того, что действия (бездействия) ФИО1 способствовали причинению вреда ее здоровью либо его увеличению, в материалы дела не представлено.

Признаков нарушения общепринятых норм поведения, свидетельствующих о том, что лицо пренебрегало обычно предъявляемыми мерам предосторожности в действиях ФИО1 также не установлено.

При этом, стоит отметить, что принятые Правительством Российской Федерации Правила дорожного движения Российской Федерации базируются на основных принципах обеспечения безопасности дорожного движения и непосредственно закрепляют обязанность водителя механического транспортного средства при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями (пункт 2.1.2). Управление же транспортным средством водителем, не пристегнутым ремнем безопасности, равно как и перевозка пассажиров, не пристегнутых ремнями безопасности, если конструкцией транспортного средства предусмотрены ремни безопасности, влечет административную ответственность, установленную статьей 12.6 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения статей 1064, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд находит требования ФИО1 к акционерному обществу «Омский бекон» о взыскании морального вреда подлежащими удовлетворению. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред. 

Размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом характера причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, исходя из полученных телесных повреждений (закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга с ссадинами и кровоподтеками, причинившие легкий вред здоровью), степени нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, продолжительность лечения, последующую реабилитацию (по настоящее время), в течение которых он не может вести привычный образ жизни, ввиду последствий в виде болевого синдрома и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в связи с чем, с учетом требований разумности и справедливости полагает, что заявленная компенсация в размере 200 000 рублей является разумной, справедливой, а также, по мнению суда, согласуется с требованиями закона и конкретными обстоятельствами дела, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения.

Таким образом, с акционерного общества «Омский бекон» в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 400 000 рублей.

Истцом заявлены требования о солидарном взыскании убытков в сумме 15 000 рублей, понесенных при рассмотрении дела об административном правонарушении № в отношении ФИО3 по части 1 статьи 12.24 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации. 

В силу частей 1 и 2 статьи 25.5 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации для оказания юридической помощи лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в производстве по делу об административном правонарушении может участвовать защитник, а для оказания юридической помощи потерпевшему - представитель.

Согласно части 2 статьи 25.2 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации потерпевший по делу об административном правонарушении вправе пользоваться юридической помощью представителя.

При этом, Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации возможность взыскания в рамках производства по делу об административном правонарушении расходов на оплату услуг представителя не предусмотрена.

В то же время, в силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются, в том числе расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Установлено, что при рассмотрении дела об административном правонарушении № в отношении ФИО3 интересы потерпевшей ФИО1 представляли ФИО19 и ФИО9, которые принимали участие в судебных заседаниях суда первой инстанции в Куйбышевском районном суде 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого сторонами даны пояснения, судом исследованы письменные доказательства по делу, ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого сторонами даны пояснения, допрошен эксперт, судом оглашена резолютивная часть постановления, а также в судебном заседании суда апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО3 - ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (Заказчик) и ФИО9 (Исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг представителя, в соответствии с которым Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридическую помощь по ведению дела по взысканию страхового возмещения компенсации морального вреда здоровью, морального вреда, причиненного Заказчику - получившему травму в ДТП ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с пунктом 4.1 Договора предварительная оплата за ведение дела в суде 12.24 КоАП РФ составляет 15 000 рублей.

В подтверждение несения расходов на оплату услуг представителя в материалы дела представлен кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 15 000 рублей.

Учитывая изложенное, расходы, понесенные ФИО1 в связи с необходимостью юридической защиты своих нарушенных прав в рамках производства по делу об административном правонарушении, являются убытками и подлежат возмещению в пользу последней с непосредственного лица, виновного в их причинении - ФИО3

Правовых оснований для возложения на акционерное общество «Омский бекон» ответственности в части возмещения убытков, понесенных истцом при рассмотрении дела об административном правонарушении, не имеется. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя отнесены к издержкам, связанным с рассмотрением дела, возмещение которых производится в соответствии со статьёй 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как ранее установлено, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (Заказчик) и ФИО9 (Исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг представителя, в соответствии с которым Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридическую помощь по ведению дела по взысканию страхового возмещения компенсации морального вреда здоровью, морального вреда, причиненного Заказчику - получившему травму в ДТП ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с пунктом 4.2 Договора стоимость услуг по взысканию морального вреда в судебном порядке составляет 30 000 рублей.

В подтверждение несения расходов на оплату услуг представителя в материалы дела представлен кассовый чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 30 000 рублей.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Таким образом, расходы, понесенные ФИО1 за подготовку и составление искового заявления с пакетом документов, участия представителя в судебных заседаниях суда первой инстанции относятся к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, кроме того, исковые требования, заявленные ФИО1 признаны судом обоснованными.

Таким образом, поскольку размер понесенных заявителем расходов на оплату юридических услуг подтвержден документально, а с учетом приведенных выше положений закона, такие расходы являются необходимыми, связаны с рассмотрением гражданского дела, в связи с чем, они подлежат возмещению в пользу истца.

Как усматривается из материалов дела, представить истца ФИО9, действующая на основании доверенности, подготовила и направила в суд исковое заявление с пакетом документов, а также уточненное исковое заявление. 

В соответствии с пунктом 2.2.4 договора возмездного оказания услуг представителя от ДД.ММ.ГГГГ Исполнитель обязуется участвовать в качестве представителя Заказчика в судебных инстанциях, согласно пункту 2.2.2 Договора или обеспечить участие специалиста (юриста).

Интересы истца при рассмотрении настоящего гражданского дела представлял ФИО2, действующий на основании доверенности, который участвовал в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 20 минут, ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 40 минут, ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 35 минут, ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 50 минут, ДД.ММ.ГГГГ продолжительностью 30 минут и в настоящем судебном заседании. 

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Аналогичная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО6, ФИО7 и ФИО8 на нарушение их конституционных прав частью первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», где обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Учитывая правовую позицию, сформулированную Конституционным Судом РФ в своих Определениях от 21 декабря 2004 года № 454-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ООО «Траст» на нарушение конституционных прав и свобод ч. 2 ст. 110 АПК РФ» и от 20 октября 2005 года № 335-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО11 на нарушение ее конституционных прав и свобод ч. 1 ст. 100 ГПК РФ», обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Ответчиками заявлено о завышенной сумме расходов на оплату услуг представителя. 

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В данной связи, исходя из обстоятельств дела, его категории и сложности, объема выполненной представителем работы, участия представителя истца при рассмотрении дела в суде первой инстанции, исходя из принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу об обоснованности заявленной суммы расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.

При этом, баланс между правами лиц, участвующих в деле, при таком положении нарушен не будет.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ).

Если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, статьи 323, 1080 ГК РФ).

Учитывая характер спорных правоотношений, предмет заявленных исковых требований, с акционерного общества «Омский бекон», ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей, по 15 000 рублей с каждого.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющиеся для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствам, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23).

Учитывая, что в силу статьи 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации одним из основных принципов судебного разбирательств является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании (пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23).

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (статья 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с акционерного общества «Омский бекон» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 убытки в сумме 15 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Омский бекон», ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей, по 15 000 рублей с каждого. 

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Омский бекон» о взыскании убытков оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Омский районный суд Омской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Е.Л. Бессчетнова

Решение в окончательной форме изготовлено 24 мая 2024 года.