Дело № 2а-1/2026

УИД: 18RS0013-01-2024-003151-14

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Завьялово, Удмуртская Республика 19 марта 2026 года

Завьяловский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Калнагуз М.А., при секретаре судебного заседания Бадриевой Р.Р.,

с участием административного истца ФИО1, участвующего в судебном заседании посредством ВКС, представителей административного ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР, УФСИН России по УР, Казне РФ в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, Министерству Финансов в лице Управлению Федерального Казначейства по УР о признании незаконных действий ответчиков выразившихся в нарушении условий содержания, о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР, Министерству финансов в лице Управления Федерального казначейства по УР о признании незаконным бездействия административных ответчиков, выразившегося в нарушении условий содержания: необеспечении вещевым довольствием (в полной мере и по сезону); содержанием в ШИЗО в нечеловеческих условиях; не рассмотрении его обращений; несвоевременной выдаче его личных вещей (полотенец); о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 300 000 рублей..

Требования мотивированы тем, что 30 января 2024 года административный истец прибыл в ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР для отбывания наказания. По прибытию администрация учреждения одеждой и обувью обеспечила не по сезону - в зимний период времени выдали весенние и летние вещи, в связи с чем, ему пришлось выходить на физическую зарядку, стоять на проверке и выполнять работы по благоустройству территории учреждения в летних и весенних вещах, без перчаток. В период с 20 по 22 февраля 2024 года и с 27 февраля по 19 марта 2024 года содержался в камере ШИЗО, в камере было холодно, оконные рамы имеют одинарное остекление, отсутствовал унитаз. В связи с указанными нарушениями административный истец неоднократно обращался к начальнику учреждения, письменных ответов не получал. По убытию из ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР не выдали изъятые по прибытии полотенца в количестве 3 шт., которые вернули только после обращения в прокуратуру. Указанные действия административного ответчика причинили существенные физические и нравственные страдания, в связи с чем, административный истец полагает подлежащей взысканию в его пользу компенсацию в размере 300 000 руб.

Определением суда от 29 октября 2024 года к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены Казна Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказания России, УФСИН России по Удмуртской Республике.

Протокольным определением суда от 12 февраля 2026 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено ФКУ БМТИВС УФСИН России по УР.

Административный истец ФИО1, принимающий участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, требования административного иска поддержал по доводам и основаниям, изложенным в административном исковом заявлении. Дополнительно суду пояснил, что по прибытии в ФКУ ИК-8 у него были забраны личные вещи. Вещевым довольствием по сезону его не обеспечили. Его зимние вещи забрали и выдали только летние и осенние вещи, поскольку зимних вещее на складе не оказалось. Его поместили в карантинное отделение, откуда его заставляли в 20 градусный мороз выходить на физическую зарядку, по пол часа стоять на проверке, ходить в столовую, заниматься благоустройством территории и ходить в баню. Забрали даже тапочки. Были написаны жалобы в прокуратуру, по результатам прокурорской проверки сотрудники учреждения были наказаны в дисциплинарном порядке. Из-за холода он отказался выходить на физическую зарядку, начальник учреждения посадил его в карцер, в котором он сидел с ледяным остеклением и без унитаза, что подтверждается материалами проверки прокуратуры. За это нарушение сотрудники учреждения тоже были наказаны в дисциплинарном порядке. При убытии из учреждения в СИЗО, ему не выдали полотенца. Когда он ходил в душ, ввиду отсутствия полотенца он не вытирался, из-за чего он мучался. После жалобы в надзорный орган, полотенца были найдены. По истечении 40 дней нахождения в заключении ему выдали полотенца. Все это время он страдал. Из-за отсутствия зимних вещей, он все это время мерз, ходил босиком. В связи с наличием у него хронических заболеваний, таких как ВИЧ и гепатит, его страдания возросли. Кроме того, из-за незаконного отношения сотрудников учреждения к нему, он начал их бояться, что повлияло на его психические страдание. За физические, моральные и психологические страдания просит взыскать компенсацию морального вреда. На его обращение о выдаче зимних вещей, администрацией учреждения ответа не поступило.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР ФИО2 суду пояснил, что заявленные административным истцом требования не подлежат удовлетворению, поскольку административный истец прибыл в ФКУ ИК-8 и был обеспечен вещевым довольствием, которое имелось на складе учреждения. При этом, в соответствии с пп. 6.10 п. 6 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 04 июля 2022 года № 110, осужденные к лишению свободы имеют право приобретать вещи, предметы и продукты питания в пределах сумм, установленных в статьях 88, 118, 121, 123, 125, 131, 133 УИК, на деньги, находящиеся на их лицевых счетах, а также получать их в посылках, передачах и бандеролях. Осужденный имел право приобрести недостающие вещи в магазине, расположенном на территории учреждения. В силу закона осужденный частично был обеспечен вещевым довольствием, при этом у него есть обязанность возмещать расходы по его содержанию, в том числе возмещать стоимость одежды. После поступления осужденного в ФКУ ИК-8, он пробыл в учреждении 47 дня. За это время он 28 дней содержался в ШИЗО. Таким образом, осужденный ФИО1 был обеспечен необходимым вещевым имуществом, закрепленным за ШИЗО, которое ему выдавалось по мере необходимости. Нормами действующего закона установлено, что при водворении в ДИЗО и ШИЗО осужденным выдается закрепленный за этими помещениями комплект одежды в соответствии с нормами вещевого довольствия, об этом осужденный был извещен и знает об этом. Иного вещевого обеспечения, в период содержания осужденного в ШИЗО не могло быть. От осужденного поступали заявления, первое из которых датируется 04 марта 2024 года, в котором указано, что ФИО1 отказывается от приема пищи. В этом заявлении у ФИО1 отсутствуют требования об обеспечении его вещевым довольствием. Второе заявление в адрес администрации учреждения поступило 06 марта 2024 года об ущемлении его прав, в котором также отсутствует требование о необходимости вещевого довольствия. За 47 дней нахождения осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-8 УФСИН России от него заявлений о нуждаемости в вещевом довольствии не поступало. Дополнительно указал, что осужденный с 20 февраля 2024 года по 19 марта 2024 года осужденный находился в ШИЗО. Невыдача части вещевого довольствия не свидетельствует о ненадлежащих условиях его содержания и его материальных прав, поскольку ФКУ ИК-8 зависимо от его финансирования, в том числе по статьям о приобретении необходимого вещевого довольствия. Как пояснил сам осужденный, он в первый же день получил то вещевое довольствие, которое было на складе учреждения. В административном иске и материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что из-за неполного обеспечения вещевым довольствием у ФИО1 наступили неблагоприятные последствия в отношении здоровья осужденного. В целом, административный истец не был ограничен в своих правах, он действительно привлекался к труду и мог воспользоваться альтернативным правом на приобретение вещевого имущества и приобрести вещи в магазине, однако он с таким требованием не обращался к администрации учреждения, а также не обращался в магазин. С учетом отсутствия каких-либо последствий в отношении здоровья ФИО1, полагает, что все его заявления, касаемые бесчеловечного отношения к нему, каких-то пыток, что он был привлечен к труду и не в полном объеме обеспечен вещевым довольствием не являются какими-то признаками бесчеловечного обращения именно с ним. что эти действия носили преднамеренный характер и что в результате такого обращения осужденному был причинен моральный вред, физические и психологические страдания ничем не представлен. При поступлении осужденных в учреждение администрация должна их обеспечить вещевым довольствием в объеме, в котором требует законодательство, при этом дальнейшее обеспечение носит заявительный порядок, а административный истец с такими заявлениями не обращался. Считает, что в целом требования административные требования удовлетворению не подлежат. Просил в удовлетворении иска отказать и освободить ФКУ ИК-8 УФСИН России от уплаты государственной пошлины.

В судебном заседании представитель административного ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР ФИО3 поддержала доводы представителя административного ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР ФИО2. Дополнительно пояснила, что если у осужденного нет денежных средств на приобретение каких-либо вещей, то перечисление денежных средств со стороны родственников не противоречит закону. Если осужденные трудоустроены, то они могут приобретать личные вещи. По прибытию осужденных в учреждение у них изымаются их личные вещи, которые хранятся до момента их убытия из учреждения. Осужденные находятся в исправительных учреждениях только в тех вещах, которые им выданы. Административные ответчики УФСИН России по УР, Казна РФ в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, Министерство Финансов в лице Управления Федерального Казначейства по УР о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Представить заинтересованного лица ФКУ БМТи ВС УФСИН России по УР о дате и времени судебного заседания извещено надлежащим образом, предоставлено заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

На основании ст. 150, п. 6 ст. 226 КАС РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения административного истца, представителей административного ответчика, исследовав материалы настоящего административного дела суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в порядке подчиненности в орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Согласно ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие) (ч. 11).

Для признания решения, действия (бездействия) незаконными необходимо наличие в совокупности двух обстоятельств: оспариваемые решения, действия (бездействия) должны не соответствовать закону или иному нормативному правовому акту и нарушать права, свободы и законные интересы административного истца.

Исходя из положений пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, действия (решения) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями могут быть признаны незаконными при наличии одновременно двух условий: несоответствия действий (решения) нормативным правовым актам и нарушения таким решением, действиями (бездействием) прав и законных интересов административного истца.

В соответствии с ч. 1 ст. 227.1Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3 указанной нормы).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 постановления от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Часть 3 ст. 55 Конституции РФ допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которого в силу статьи 43 УК РФ состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его определенных прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей. Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ устанавливая в качестве одного из видов наказания лишение свободы, государство действует как в своих интересах, так и в интересах общества и его членов. Исполнение этого наказания изменяет привычный ритм жизни человека, его отношения с окружающими людьми и имеет определенные морально-психологические последствия, ограничивая тем самым не только его права и свободы как гражданина, но и его права как личности, что связано с противоправным поведением виновного и обусловливается необходимостью ограничения его естественного права на свободу в целях защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц. В уголовном и уголовно-исполнительном законодательстве предусматриваются как меры уголовного наказания с различным комплексом ограничений, соответствующих тяжести наказания, так и порядок отбывания этого наказания. При этом комплекс ограничений, устанавливаемый для осужденных, различен и дифференцируется в зависимости в первую очередь от тяжести назначенного судом наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также от его поведения в период отбывания наказания, чем обеспечивается соразмерность и справедливость применяемых мер воздействия ((Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 июня 2007 года № 480-О-О, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 года № 155-О).

В соответствии с частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации (далее – УИК РФ) наделяет федеральные органы исполнительной власти правом принимать основанные на федеральном законе нормативные правовые акты по вопросам исполнения наказаний (ст. 4 УИК РФ); определяет режим в исправительных учреждениях, как установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий в частности, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом; делегирует полномочия утверждать Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений Министерству юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (ч.3 ст. 82 УИК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 11 УИК РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов.

Согласно статье 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В соответствии с частью 2 статьи 11 УИК РФ осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов.

Согласно ч. 2, 3 ст. 99 УИК РФ, осужденные обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Приказом Минюста России от 03 декабря 2013 года № 216 (действовавшим в оспариваемый период) утверждены Нормы вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах и Порядок обеспечения названных лиц вещевым довольствием (Далее - Приказ №216).

Нормы вещевого довольствия осужденных мужчин, отбывающих наказания в исправительных колониях общего, строгого, особого режимов и колониях-поселениях, отражены в приложении № 1 указанного Приказа №216.

В соответствии с нормами вещевого довольствия осужденных мужчин, отбывающих наказания в исправительных колониях общего, строгого, особого режимов и колониях-поселениях, являющихся приложением к названному приказу, данным лицам выдаются: головной убор зимний, головной убор летний, куртка утепленная, свитер трикотажный, брюки утепленные, пантолеты литьевые в количестве по 1 штуке сроком носки на 3 года; 2 комплекта костюма сроком носки на 3 года; сорочка верхняя - 2 штуки со сроком носки 2 года 6 мес.; белье нательное 2 комплекта сроком носки на 3 года; белье нательное теплое 2 комплекта со сроком носки 3 года; майки в количестве 3 штук сроком носки на 2 года; трусы - 2 штуки со сроком носки 1 год; носки хлопчатобумажные 4 пары и носки полушерстяные 2 пары сроком носки на 1 год; рукавицы утепленные 1 пара сроком носки на 1 год; тапочки 1 пара сроком носки на 3 года; ботинки комбинированные - 1 пара сроком носки на 3 года; сапоги мужские комбинированные зимние 1 пара сроком носки на 2 года 6 мес.; полуботинки летние 1 пара сроком носки на 2 года.

Форма одежды осужденных к лишению свободы мужчин, регламентируемая правилами ношения предметов вещевого довольствия, утвержденными Приказом №216 (приложение 6).

Согласно пункта 1 «Правил ношения предметов вещевого довольствия осужденных к лишению свободы.. .», также утвержденных вышеуказанным Приказом №216, отпуск вещевого довольствия осужденным производится равномерно в течение года с учетом положенности.

Вещевое довольствие осужденных подразделяется на летнюю и зимнюю форму одежды. Переход на ношение летней и зимней формы одежды устанавливается приказами руководителей учреждений уголовно-исполнительной системы.

Согласно п. 1.1. На летний период:

в районах с жарким климатом - до 1 апреля;

в районах с умеренным климатом - до 15 апреля;

в районах с холодным и особо холодным климатом - до 30 апреля.

1.2. На зимний период:

в районах с холодным и особо холодным климатом - до 1 октября; в районах с умеренным климатом - до 15 октября; в районах с жарким климатом - до 1 ноября.

Пунктом 2 Порядка обеспечения вещевым довольствием осужденных к лишению свободы, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах (приложение № 3 Приказа), установлено, что сроки носки предметов вещевого довольствия исчисляются с момента фактической выдачи. Выдача вещевого довольствия вновь осужденным осуществляется в день их прибытия в исправительное учреждение. Последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, но не ранее истечения установленных сроков носки находящихся в пользовании предметов.

Исходя из буквального толкования пункта 2 Порядка, письменное заявление о выдаче вещевого довольствия требуется, в том числе, и после истечения срока носки, поскольку до его истечения повторная выдача названным пунктом Порядка не предусмотрена.

Пунктом 4 Порядка обеспечения вещевым довольствием осужденных к лишению свободы, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах (приложение № 3 Приказа) установлено, что при перемещении осужденных к лишению свободы из одного учреждения уголовно-исполнительной системы в другое они убывают в одежде и обуви, находящихся у них в пользовании. При перемещении осужденные обеспечиваются предметами вещевого довольствия по сезону в пределах положенной по утвержденным нормам снабжения.

В случае преждевременного износа одежды и обуви или утраты вещевого довольствия осужденными к лишению свободы и лицами, содержащимися в следственных изоляторах, новые предметы выдаются им по распоряжению руководителя учреждения на основании их письменных заявлений.

Из буквального толкования пунктов 2 и 4 Порядка обеспечения вещевым довольствием осужденных к лишению свободы, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах (приложение N 3 к приказу Минюста России N 216) следует, что по прибытии осужденного в ФКУ ИК-8 УФСИН по Удмуртской Республике администрация учреждения должна была проверить обеспеченность осужденного вещевым довольствием в соответствии с сезоном и при отсутствии положенных предметов вещевого довольствия выдать их осужденному ФИО1, чего сделано не было. (Аналогичная позиция отражена в определении Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 09 марта 2023 года по делу №88а-5033/2023).

В соответствии с частью 2 статьи 99 УИК РФ осужденные обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий.

В судебном заседании установлено, 30 января 2024 года ФИО1 прибыл в ФКУ ИК-8 для дальнейшего отбывания наказания.

В соответствии с актом от 30 января 2024 года № 133 у осужденного ФИО1 были изъяты следующие предметы: очки темные в количестве – 1 шт., сумочка в количестве 1 шт., полотенце в количестве 3 шт., тапочки в количестве 1 пара, футболка в количестве 2 шт., шорты в количестве 1 шт., брюки в количестве 1 шт., шапка в количестве 1 шт., пена для бритья в количестве 1 шт., жилет в количестве 1 шт., кепка в количестве 1 шт., кофта спортивная в количестве 1 шт., кроссовки в количестве 1 шт.

Вышеуказанные изъятые вещи ФИО1 были сданы на склад учреждения.

Три полотенца, изъятые у ФИО1, были переданы ему 02 мая 2024 года в ФКУ СИЗО-1.

По прибытию в учреждение ФИО1 был обеспечен следующим вещевым имуществом: куртка на утепленном подкладе 1 шт., костюм – 1 шт., трусы – 2 шт., головной убор зимний – 1 шт, зимние ботинки – 1 пара.

ФИО1 не был обеспечен в ФКУ ИК-8 УФСИН Р. по УР сорочкой верхней, майкой, носками х/б, носками полушерстяными, теплым нательным бельем, пантолетами, брюками свитером, рукавицами.

Действительно из материалов дела прослеживается, что при отбытии наказания ФИО1 не был обеспечен вещевым довольствием в полном объеме, согласно установленного перечня, что безусловно является обязанностью исправительного учреждения.

Однако установленные судом обстоятельства не свидетельствуют о причинении осужденному морального вреда, подлежащего компенсации.

Исходя из статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для наступления ответственности по статье 1069 ГК РФ необходимо установить наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также вину причинителя вреда.

Согласно статье 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права

Исходя из положений ст. 118 УИК РФ при приеме осужденных в штрафные изоляторы, ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры они подвергаются полному обыску, после чего переодеваются в одежду, закрепленную за этими помещениями.

Согласно Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений утвержденных Приказом Минюста России от 04 июля 2022 года № 110:

546. При переводе в ПКТ, ЕПКТ, одиночные камеры осужденным к лишению свободы выдается закрепленный за этими помещениями комплект одежды (за исключением нательного и нижнего белья) в соответствии с нормами вещевого довольствия.

537. При необходимости на основании поданного заявления осужденные к лишению свободы, водворенные в ДИЗО, ШИЗО, обеспечиваются администрацией ИУ комплектом нательного и нижнего белья, обувью в соответствии с установленными нормами вещевого довольствия.

На основании постановления о водворении осужденного в штрафной изолятор от 20 февраля 2024 года № 553, осужденный ФИО1 был выдворен в штрафной изолятор сроком на 2 суток.

Согласно камерной карточке ФИО1 в период с 20февраля 2024 года по 22 февраля 2024 года содержался в камере № 16 ПКТ (ШИЗО).

На основании постановления о выдворении осужденного в штрафной изолятор от 27февраля 2024 года № 656, осужденный ФИО1 был выдворен в штрафной изолятор сроком 13 суток.

Согласно камерной карточке ФИО1 в период с 27февраля 2024 года по 11 марта 2024 содержался в камере № 10 ПКТ (ШИЗО).

Суд приходит к выводу, что необходимыми для отбывания наказания вещами административный истец был обеспечен, его потребности в обуви и одежде были восполнены, формальные нарушения не носили систематический либо длительный характер, и не нарушали права истца в значительной мере, повлекшей неоправданные страдания, что могло бы является основанием для присуждения морального вреда.

Истцом не представлено объективных и бесспорных доказательств, свидетельствующих о причинении ему вреда ввиду не выдачи определенных вещей и общего объема довольствия.

Следует отметить, что в заявлениях ФИО1, поданных а адрес администрации исправительного учреждения 04 марта 2024 года и 06 марта 2024 года, не звучит требование о выдаче вещевого довольствия.

Кроме того, у ФИО4 в соответствии с пп. 6.10 п. 6 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений утвержденных Приказом Минюста России от 04 июля 2022 года № 110 имелось право приобретать вещи, предметы и продукты питания в пределах сумм, установленных в статьях 88, 118, 121, 123, 125, 131, 133 УИК, на деньги, находящиеся на их лицевых счетах, а также получать их в посылках, передачах и бандеролях, однако данным правом истец не воспользовался.

Характер заявленного административного истцом требования, выразившегося в необеспечении его вещевым довольствием не свидетельствует о существенном причинении ему нравственных страданий. Отсутствие финансирования является обстоятельством, не зависящим от исправительной колонии, которая не вправе самостоятельно решить данный вопрос.

Суд приходит к выводу, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда (нравственных страданий) действиями (бездействиями) должностных лиц ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР в части необеспечения, не своевременного обеспечения необходимым вещевым довольствием.

Как следует из норм действующего законодательства, по своей сути административное судопроизводство направлено не только на сам факт признания незаконными тех или иных решений, действий (бездействия) государственного органа или должностного лица, судебная защита имеет целью именно восстановление нарушенного права административного истца (статья 46 Конституции Российской Федерации, статьи 3, 4, 227 КАС РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», следует, что к бесчеловечному обращению относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 3 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» (далее – постановление Пленума №47) принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения») (пункт 2 Постановления).

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума № 47 условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Частью 3 ст.55 Конституции Российской Федерации установлено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Как указано выше, осужденный ФИО1 в период с 20 февраля 2024 года по 22 февраля 2024 года и с 27 февраля 2024 года по 11марта 2024 года содержался в камере № 16 ПКТ (ШИЗО) и в камере № 10 ПКТ (ШИЗО) соответственно.

Вышеуказанные камеры оборудованы в соответствие с приказом ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы».

Согласно пункту 5 примечания в приложении № 1 к вышеуказанному приказу камеры штрафного (дисциплинарного) изолятора оборудуются санитарным узлом (унитаз, отделенный от остального помещения экраном высотой 1 м и умывальник). Чаша генуя является разновидностью напольного унитаза, запрета на такие унитазы в СанПиН не предусмотрено.

Камеры ПКТ № 16 (ШИЗО), ПКТ № 10 (ШИЗО) имеют одинарное остекление. Температура в камерах ПКТ № 16 (ШИЗО), ПКТ № 10 (ШИЗО) соответствовала СанПин 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания, что подтверждается протоколом физических замеров ФКУ ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-18 ФСИН России от 04 апреля 2024 года № 25/1. Наличие одинарного остекление является, по мнению суда, не существенным недостаком, не нарушающим условия содержания.

Согласно справке инспектора канцелярии ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР от 02 сентября 2024 года, за период с 30января 2024 года по 19 марта 2024 года от осужденного ФИО1 в адрес учреждения поступало два обращения: 04 марта 2024 года заявление об отказе от приема пищи, 06 марта 2024 года заявление о нарушении прав ФИО1

Ответы на вышеуказанные заявления даны в установленный законом срок 07 марта 2024 года и 02 апреля 2024 года.

Таким образом, нарушений прав и законных интересов административного истца ФИО1, в связи с чем, требование о взыскании компенсации за нарушение условий содержания удовлетворению не подлежит.

Согласно части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается одно из следующих решений:

1) об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и об обязанности административного ответчика устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление;

2) об отказе в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными.

Таким образом, по настоящему делу условия, указанные в пункте 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации для удовлетворения заявленного административного иска, отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 175-180,227, 228 КАС РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФКУ ИК-8 УФСИН России по УР, УФСИН России по УР, Казне РФ в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, Министерству Финансов в лице Управлению Федерального Казначейства по УР о признании незаконных действий ответчиков выразившихся в нарушении условий содержания: необеспечении вещевым довольствием (в полной мере и по сезону); содержании в ШИЗО в нечеловеческих условиях; отсутствии ответа на поданные обращения; в доведении до крайних мер отказа от приема пищи; несвоевременной выдачи вещей (полотенец); взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 300 000 руб.- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Завьяловский районный суд Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме изготовлено 04 мая 2026 года.

Председательствующий судья М.А. Калнагуз