Дело № 1-03 (2017 года)

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

24 марта 2017 года 

<

адрес>

Судья Ромненского районного суда 

<

адрес> Крисько В.А.,

при секретаре Косицыной И.И., 

с участием: государственного обвинителя помощника прокурора 

<

адрес> Самойленко А.С.,

подсудимого ФИО3,

защитника – адвоката Сорокина Ю.Н., представившего удостоверение № и ордер №, 

потерпевшего К.Н.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> 

<

данные изъяты> 

<

адрес>, судимого: 

- 16 мая 2014 года Ромненским районным судом Амурской области по ст. 119 ч. 1, 228 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

- 27 марта 2015 года Ромненским районным судом Амурской области по ст. 119 ч. 1, 127 ч. 1, 132 ч. 1, 69 ч. 5 УК РФ, с учетом постановления Президиума Амурского областного суда от 16 мая 2016 года, к 3 годам 4 месяцам лишения свободы;

- 5 августа 2015 года мировым судьей Ромненского районного судебного участка Амурской области по ст. 119 ч. 1, 69 ч. 5 УК РФ, с учетом постановления Благовещенского городского суда от 21 сентября 2016 года, к 3 годам 5 месяцам лишения свободы;

- 27 сентября 2016 года Серышевским районным судом Амурской области по ст. 30 ч. 3 – 313 ч. 1, 69 ч. 5 УК РФ к 4 годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

содержащегося под стражей с 25 апреля 2014 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. «в», 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время в 

<

адрес> ФИО3, находясь в гостях у своих знакомых К.Н.П. и К.Л.А. в квартире по адресу 

<

адрес>, зная о наличии у К.Л.А. денежных средств, решил открыто похитить их и совершить на нее нападение с применением насилия, опасного для жизни и здоровья. С целью реализации своего умысла об этом, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, воспользовавшись обстоятельством, что К.Н.П. вышел из квартиры во двор, Слизский взял в квартире кухонный нож, для использования в качестве оружия при нападении, и прошел с ним в комнату, где на кровати лежала К.Л.А., в силу возраста и здоровья не способная к самостоятельному передвижению, и там высказал К.Л.А. требования отдать ему имеющиеся у нее деньги. При этом Слизкий нанес ей кухонным ножом колото-резанную рану задней поверхности шеи, повлекшую легкий вред здоровья, и также ударил рукоятью ножа по голове, и после отказа К.Л.А. отдать ему деньги, он стал искать их в комнате. Восприняв реальность насильственного нападения, К.Л.А. стала кричать и звать К.Н.П. на помощь. В это время, возвращаясь в квартиру, К.Н.П. услышал крик К.Л.А., и, войдя в квартиру, направился было в комнату к К.Л.А. Но в этот момент Слизский, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, продолжая реализацию нападения, связанного с открытым хищением денег, с применением насилия опасного для жизни и здоровья, направился к К.Н.П. и подойдя, нанес ему 5 ударов ножом в область груди, тем самым причинив одно колото-резанное ранение грудной клетки слева, проникающее в левую плевральную полость, относящееся к тяжкому вреду здоровья как опасное для жизни, и четыре не проникающих ран грудной клетки, относящихся к легкому вреду здоровья как повлекшие кратковременное расстройство здоровья не свыше трёх недель. После полученных ножевых ран К.Н.П., воля которого к сопротивлению была подавлена, сел в кресло и попросил Слизского вызвать ему скорую медицинскую помощь, однако тот отказался это сделать. После этого К.Н.П. потерял сознание, а Слизский продолжая действия, направленные на хищение денег, обнаружив под матрасом кровати К.Л.А. деньги в размере 4000 рублей, забрал их себе. После этого Слизский решил покинуть место совершения преступления, и уходя из квартиры К.Н.П. и К.Л.А. по адресу 

<

адрес>, в целях обеспечения ему возможности скрыться и лишения возможности пострадавшим от насильственного нападения К.Л.А. и К.Н.П. сообщить о случившемся в полицию, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, в целях лишения пострадавших средств связи и свободы передвижения в пространстве, забрал с собой обнаруженные в квартире два сотовых телефона, не представляющих ценности, и закрыл с наружной стороны входную дверь веранды квартиры на навесной замок, а ключ от замка забрал с собой, таким образом, создав препятствия К.Л.А. и К.Н.П. выйти из квартиры и обратиться за помощью, незаконно лишил их возможности свободно, по собственной воли передвигаться в пространстве и определять место своего нахождения и пребывания.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 виновным себя в инкриминируемых преступлениях не признал, при этом не отрицал факт причинения им вреда здоровью К.Н.П. его действиями, однако утверждал, что разбойного нападения и хищения денег, а также незаконного лишения свободы К.Н.П. и К.Л.А., не совершал.

В судебном заседании Слизский от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом не свидетельствовать, предоставленном ст. 51 Конституции РФ. В оглашенных в суде показаниях Слизского, которые он давал на стадии предварительного расследования ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемого с участием защитника и разъяснением права, предусмотренного ст. 51 Конституции РФ, не свидетельствовать против самого себя, он указал, что вину в совершении разбойного нападения признает полностью, при этом показал следующее. Вечером ДД.ММ.ГГГГ он приехал из 

<

адрес> в 

<

адрес>, так как на утро ДД.ММ.ГГГГ в Ромненском районным суде было назначено судебное разбирательство по делу, по которому он обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ст. 119 ч. 1 и 228 ч. 1 УК РФ. Он пришёл к своим знакомым К.Н.П. и К.Л.А. по адресу 

<

адрес> попросился переночевать. Они разрешили ему заночевать у них, и определили место на ночлег в отдельно стоящей на территории усадьбы кухне. Там в течение вечера он и К.Н.П. распивали спиртное до 23 часов, а затем он лег спать, а К.Н.П. ушел в квартиру. Утром К.Н.П. пришёл в кухню, и они стали похмеляться, распивая спиртное. В суд он уже не пошел, и примерно в 10 часов 30 минут ему позвонила на сотовый телефон бывшая сожительница Ж. и сообщила, что в связи с его неявкой в суд ему изменили меру пресечения на заключение под стражу. Данное обстоятельство его сильно разозлило. В течение дня 25 апреля он и К.Н.П. распивали спиртное, и когда оно вечером закончилось, то с К.Н.П. пошли из кухни в квартиру, где К.Н.П. стал просить у К.Л.А. деньги на спиртное, но та денег ему не дала, а стала ругаться. Тогда он (Слизский) стал уже разговаривать с К.Л.А., объясняя, что за неявку в суд его арестуют, и ему необходимо выпить. Однако К.Л.А. стала ругаться и на него. Понимая, что ему нужны деньги чтоб уехать и скрыться от полиции, а их у него не было, то он решил забрать деньги у К.Л.А. так как знал, что они у нее имеются, так как ранее деньги на спиртное К.Н.П. брал у нее. Взяв со стула у кровати К.Л.А. кухонный нож, для использования его в качестве оружия, и держа его в правой руке, он потребовал у К.Л.А. отдать ему деньги. Она ответила, что у нее нет денег. Тогда, с целью испугать К.Л.А., он нанес ей удар ножом в заднюю часть шеи. После этого он услышал, что в квартиру входит К.Н.П. и решив, что тот увидеть происходящее и окажет ему сопротивление, то он направился к нему, и подойдя в прихожей, нанес несколько ударов ножом в левую область груди. К.Н.П. спросил: «За что?», прошел в зал и сел в кресло. К.Л.А. увидела, что К.Н.П. истекает кровью, приподняла матрас на своей кровати, где лежал бумажный сверток с деньгами. Он подошел и забрал из свертка деньги 4000 рублей купюрами по 1000 рублей. Кухонный нож он оставил в квартире. Для того, чтоб К.Л.А. и К.Н.П. не вызвали полицию он забрал их сотовые телефоны, один из которых был с зарядным устройством. Вызывать хозяевам квартиры скорую медицинскую помощь он не стал. Уходя из квартиры, входную дверь снаружи он закрыл на навесной замок, чтобы К.Л.А. и К.Н.П. не вышли из квартиры и не позвали на помощь. В последующем на попутном автомобиле он уехал в 

<

адрес>, где ночью был задержан работниками полиции. Часть похищенных денег он уже успел потратить. Указанные события совершены им в состоянии алкогольного опьянения. В содеянном раскаивается. (т. 1 л.д. 180-188).

В судебном заседании подсудимый отказался подтвердить свои показания на предварительном следствии, заявив, что давал показания под диктовку следователя.

Оценив и проанализировав показания Слизского на предварительном следствии, оглашенные в судебном заседании, суд признает их допустимым и достоверным доказательством.

Ссылка подсудимого Слизского на то, что показания он давал под диктовку следователя опровергаются фактом присутствия защитника на данном следственном действии, подписями обвиняемого и защитника на каждой странице протокола, записью в протоколе о том, что показания со слов обвиняемого записаны верно и им прочитаны, а также отсутствием замечаний и заявлений при выполнении следственного действия относительно правильности фиксации показаний в протоколе. В связи с этим суд отвергает доводы Слизского о недостоверности информации, изложенной в протоколе его допроса от 27 апреля 2014 года, признает их надуманными и расценивает как способ защиты

Виновность подсудимого Слизского в совершении инкриминируемых ему преступлений подтверждается, а его доводы о невиновности опровергаются, следующими доказательствами: 

Показаниями потерпевшего К.Н.П. в суде о том, что вечером накануне ДД.ММ.ГГГГ у него на ночлег останавливался его знакомый ФИО3, с которым они распивали спиртное в отдельно стоящей кухне. Его сожительница К.Л.А. с которой он прожил совместно 32 года, находилась в квартире, так как из-за слабого здоровья не вставала с постели. На следующий день они продолжили распивать спиртное, а когда вечером оно закончилось, а хотелось еще выпить, то он пошел в квартиру и стал просить у К.Л.А. дать денег на спиртное. Днем она давала ему деньги, но в этот раз отказала. Слизский при этом находился в квартире и слышал их разговор. Затем он (К.Н.П. решил принести в квартиру воды и взяв ведро, пошел во двор к помпе за водой, а Слизский остался в квартире. Возвращаясь в квартиру он слышал как К.Л.А. кричала: «Коля, он меня бьет», и входя в двери он увидел, что Слизский находясь в комнате К.Л.А., наносил ей удары рукояткой кухонного ножа по голове и по шее. Он поставил ведро с водой, а Слизский спрятался за дверью и затем неожиданно напал на него и пять раз ударил ножом в грудь. Он задал Слизскому вопрос: «За что?», но тот ничего ему не ответил. Он прошел в зал и сел в кресло, попросив Слизского вызвать скорую медицинскую помощь, но тот отказался. Он потерял сознание, и сколько прошло времени, когда вновь пришёл в себя, затрудняется сказать, но когда очнулся, то была уже ночь, и Слизского в квартире не было. В комнате К.Л.А. вещи были разбросаны, все перевернуто. Было видно, что Слизский искал деньги. К.Л.А. рассказала ему о том, что Слизский забрал у нее из-под матраса деньги 4000 рублей. У нее на шее была рана. Он попытался выйти из квартиры позвать на помощь, но входная дверь была закрыта снаружи на замок. Ранее навесной замок с вставленным в него ключом всегда лежал рядом с дверью на крыльце. Он понял, что дверь на замок закрыл Слизский. Кроме того он же забрал обнаруженные в квартире сотовые телефоны. Не имея возможности вызвать медицинскую помощь, он вернулся в квартиру. Зажав раны на груди тканью, он заснул. Вновь пришёл в сознание уже во второй половине дня, ближе к вечеру. Для возможности обратиться за медицинской помощью, он выбил в стене веранды около двери доску, и запасным ключом от навесного замка через образовавшуюся в стене щель просунул руку и на ощупь открыл замок, после чего вышел из квартиры. Он пошел к соседке Т. и попросил ее вызвать скорую медицинскую помощь для него и К.Л.А. Через некоторое время приехала скорая медицинская помощь и его с К.Л.А. увезли в больницу, где он провел несколько дней. В больнице К.Л.А. ему еще раз подтвердила, что Слизский забрал из-под матраса деньги 4000 рублей. Еще она говорила: «Хорошо, что он дальше под матрас не полез, а то там была спрятана более крупная сумма денег». Он не помнит, чтоб в его присутствии Слизский требовал деньги у К.Л.А.

Оценивая и анализируя показания потерпевшего К.Н.П. в суде, суд признает их достоверными, изобличающими Слизского в совершении инкриминируемых ему преступлений. 

Также в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием противоречий, были оглашены показания потерпевшего К.Н.П., которые тот давал на предварительном следствии. В показаниях К.Н.П. на предварительном следствии от ДД.ММ.ГГГГ также содержится утверждение о совершении Слизским насильственного нападения на К.Л.А. и К.Н.П. с целью хищения денег ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 123-127). Потерпевший К.Н.П. подтвердил в суде эти показания, за исключением того, что Слизский при нем требовал деньги, а также то, что он видел, как К.Л.А. отдала Слизскому деньги. Суду пояснил, что не помнит в этой части событий того вечера и поэтому не может их подтвердить. 

Суд берет за основу показания потерпевшего К.Л.А. в суде. Несущественные противоречия в показаниях потерпевшего, данных на предварительном следствии и в суде, не влияют на установление факта и доказанность совершения Слизским противоправных деяний в отношении К.Л.А. и К.Н.П., а также на юридическую оценку содеянного.

Свидетель Т. в суде показала, что ДД.ММ.ГГГГ во второй половине дня к ее дому пришёл сосед К.Н.П. и попросил вызвать ему и его сожительнице К.Л.А. скорую медицинскую помощь, пояснив, что их порезали, и они могут умереть. Подробности она у него не уточняла. Одежда у К.Н.П, была в крови, а на груди из-под одежды торчало окровавленное полотенце. Она выполнила его просьбу и позвонила на станцию скорой помощи.

Свидетель П. в суде показал, что в один из дней апреля 2014 года он был дежурным врачом 

<

адрес>ной больницы и в этот день около 20 часов в приемный покой больницы были доставлены пожилые лица - К.Н.П. и К.Л.А.. Они находились в сознании. У К.Н.П. были ножевые ранения в области груди, и одна из ран была проникающая. К.Н.П. пояснил, что накануне у них в гостях находился их знакомый, который отобрал у них деньги, избил и закрыл их в доме.

Свидетель П.Н.В. в суде показала, что вечером в апреле 2014 года она помогла Слизскому, который накануне находился в гостях в квартире у К.Н.П. и К.Л.А., уехать в 

<

адрес>. Он пришёл к ней домой и попросил помочь ему найти транспорт добраться до Каховки. Она позвонила дочери Евгении и попросила ее отвезти Слизского в Каховку, и та согласилась.

Свидетель П.Е.В. в суде показала, что действительно вечером в апреле 2014 года она по просьбе матери отвезла Слизского из с. Ромны в с. Каховку за 500 рублей. Слизский с ней расплатился за услугу 500-рублевой купюрой. Также Слизский намеревался поехать в Екатеринославку и просил его отвезти туда. Она ему ответила, что данная услуга будет стоить 3000 рублей, и тот согласился. Когда они приехали в 

<

адрес>, то там Слизского задержали какие-то мужчины, и он в итоге отказался от поездки в Екатеринославку, за которую денег ей не платил. 

Материалами уголовного дела:

Рапортом оперативного дежурного отделения полиции по 

<

адрес> МО МВД России «Октябрьский» от ДД.ММ.ГГГГ в котором указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов в отделение полиции поступило сообщение от дежурного врача 

<

адрес>ной больницы П. об обращению на станцию скорой помощи К.Н.П. и К.Л.А. с телесными повреждениями, которые им нанес Слизский ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов (т. 1 л.д. 118);

Протоколом осмотра места происшествия усадьбы квартиры по адресу 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, при производстве которого обнаружено, что доска у входной двери веранды имеет следы отрыва от стены, в квартире обнаружены и изъяты кухонный нож, следы пятен похожие на кровь, предметы обихода с пятнами, похожими на кровь (т. 1 л.д. 132-148);

Протоколом осмотра места происшествия помещения хирургического отделения 

<

адрес>ной больницы от ДД.ММ.ГГГГ, при производстве которого была изъята мужская рубашка, принадлежащая К.Н.П., на которой имеются пятна, похожие на кровь, и повреждения ткани в области груди (т. 1 л.д. 126-131);

Протоколом выемки у дежурного ИВС МО МВД России «Серышевский» от ДД.ММ.ГГГГ предметов, изъятых у задержанного и доставленного накануне в ИВС Слизского, а именно 2 сотовых телефонов с зарядным устройством, ключа от замка, денег в сумме 3250 рублей (т. 2 л.д. 208-213);

Протоколом опознания предметов, согласно которого К.Н.П. опознал ключ от замка, изъятый ДД.ММ.ГГГГ выемкой в ИВС МО МВД России «Серышевский», пояснив, что данным ключом от замка он ранее закрывал входную дверь веранды своей квартиры (т. 2 л.д. 131-135);

Протоколом опознания предметов, согласно которого К.Н.П. опознал изъятый в его квартире в ходе осмотра места происшествия принадлежащий ему кухонный нож (т. 2 л.д. 136-140);

Протоколами осмотра изъятых в ходе предварительного расследования предметов: сотовых телефонов, зарядного устройства, денег, ключа, ножа, мужской рубашки, приобщенных в качестве вещественных доказательств (т. 2л.д. 223-225, 226-229, 230-232);

Заключением эксперта № судебно-биологической экспертизы с выводом, что на изъятых в ходе осмотра места происшествия в квартире К.Н.П. и К.Л.А. смывах бурых пятен обнаружена кровь человека, происхождение которой от К.Н.П. и К.Л.А. не исключается (т. 3 л.д. 90-97);

Заключением эксперта № судебно-биологической экспертизы с выводом, что на изъятых в ходе осмотра места происшествия в квартире К.Н.П. и К.Л.А. предметах обнаружена кровь человека, происхождение которой от К.Н.П. и К.Л.А. не исключается (т. 2 л.д. 243-252);

Заключением эксперта № судебно-биологической экспертизы с выводом, что на изъятой в 

<

адрес>ной больнице мужской рубашке обнаружена кровь человека, происхождение которой от К.Н.П. не исключается (т. 3 л.д. 70-76);

Заключением эксперта № судебно-криминалистической экспертизы с выводом, что раны на теле К.Н.П. и повреждения на рубашке причинены поступательно-возвратным колюще-резанным воздействием, вероятно одним, плоским клинковым объектом (орудием, предметом типа ножа), имеющим острие, одну острую кромку (лезвие) и противоположную тупую (П-образную) кромку (обух), возможно клинком ножа представленного на исследование (т. 3 л.д. 137-143);

Заключением эксперта № М/Д судебно-медицинской экспертизы с выводом, что при поступлении в больницу ДД.ММ.ГГГГ у К.Н.П. имелось 5 колото-резанных ран на передней поверхности грудной клетки слева и в области грудины, одно из которых проникает в левую плевральную полость, что подтверждается значительной площадью подкожной эмфиземы, от травматического воздействия острым предметом, возможно ножом, при этом одно колото-резанное ранение грудной клетки слева, проникающее в левую плевральную полость причинило тяжкий вред здоровью, как опасное для жизни, а четыре непроникающие раны грудной клетки причинили легкий вред здоровью, повлекли кратковременное расстройство здоровья не свыше трёх недель (т. 3 л.д. 8);

Заключением эксперта № судебно-медицинской экспертизы с выводом, что при поступлении в больницу ДД.ММ.ГГГГ у К.Л.А. имелась колото-резанная рана задней поверхности шеи, которая могла возникнуть ДД.ММ.ГГГГ от однократного воздействия колото-режущего предмета (возможно клинка ножа) шириной клинка до 1,5 см, причинила легкий степени тяжести вред здоровью, как влекущий за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью не свыше 21 дня (т. 3 л.д. 167).

Анализируя и оценивая вышеприведенные доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Суд не принимает в качестве доказательств стороны обвинения следующие документы, которые представлялись суду:

Составленная Слизским ДД.ММ.ГГГГ явка с повинной (т. 1 л.д. 119), в суде им не поддержанной и опровергнутой со ссылкой на то, что она была написана им под принуждением. Хоть доказательств принуждения Слизского суду не представлено, однако суд учитывает те обстоятельства, что явка с повинной написана без разъяснения написавшему ее лицу требований ст. 51 Конституции РФ о праве не свидетельствовать против самого себя, а также без разъяснения права на защиту и обеспечения права на защитника.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 «О судебном приговоре» от 29 ноября 2016 года, в тех случаях, когда в ходе проверки сообщения о преступлении подсудимый обращался с письменным или устным заявлением о явке с повинной, и сторона обвинения ссылается на указанные в этом заявлении сведения как на одно из доказательств его виновности, суду надлежит проверять, в частности, разъяснялись ли подсудимому при принятии от него такого заявления право не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования, была ли обеспечена возможность осуществления этих прав.

Кроме того, данный документ не может быть признан явкой с повинной, так как в силу ст. 142 УПК РФ, заявлением о явке с повинной признается добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении, и заявление о явке с повинной может быть сделано по неизвестному для правоохранительных органов совершенном преступлении либо по нераскрытому на тот момент преступлению. 

Однако сообщение из 

<

адрес> районной больницы о совершении Слизским в отношении К.Н.П. и К.Л.А. преступления поступило в отделение полиции по 

<

адрес> в 20 часов ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 118), уголовное дело в отношении Слизского по ст. 162 ч. 2 УК РФ возбуждено ДД.ММ.ГГГГ гола в 2 часа, и основанием возбуждения уголовного дела являлся рапорт оперативного дежурного отделения полиции об обнаружении признаков преступления (т. 1 л.д. 12), а не явка с повинной Слизского.

А также объяснение К.Л.А. от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 121-123), принятое дознавателем до возбуждения уголовного дела в ходе доследственной проверки. Данное объяснение не является процессуальным документом и не может использоваться для доказательств обстоятельств, подлежащих доказыванию. В ходе предварительного следствия К.Л.А. на протокол допроса не была допрошена.

По ходатайству стороны защиты в ходе судебного разбирательства были исследованы следующие доказательства:

Допрошенная в качестве свидетеля С. (бывшая сожительница подсудимого) показала, что она прожила совместно со Слизским около 5 лет, тот часто менял места работ, и у него могли иметься свои деньги, но однозначно об этом она не может утверждать. О том, что произошло у Слизского в квартире К.Н.П. и К.Л.А. ей неизвестно. Соседка через некоторое время ей рассказывала, что Слизский порезал дедушку и бабушку.

Допрошенный свидетель И. (хирург 

<

адрес> районной больницы) показал, что в конце апреля 2014 года он лечил в стационаре К.Н.П., у которого имелось одна проникающая рана груди и несколько поверхностных ран груди. Состояние пациента при поступлении в приемный покой больницы и степень тяжести вреда здоровья это разные понятия. Лечащий врач не дает заключение о степени тяжести вреда здоровья, это компетенция эксперта.

Свидетель Г. показал, что в апреле 2014 года примерно дня за 3 до ареста Слизского он видел у того деньги, которые ему привезли в 

<

адрес>. До этого времени тот работал в тайге где-то под Хабаровском. Сколько было у Слизского денег, он не знает.

Допрошенный свидетель З. показал, что он работает главой 

<

адрес> сельсовета и ему известно, что Слизский до ареста проживал в 

<

адрес> примерно один год, периодически то приезжал, то уезжал, где-то подрабатывал неофициально, но на территории Каховского сельсовета он не работал. На него неоднократно поступали жалобы от односельчан и от сожительницы на нарушения им общественного порядка, и данные обращения граждан он передавал для разбирательства участковому уполномоченному полиции.

В оглашенных в суде показаниях Басистой, которые она давала на предварительном следствии, содержится лишь ее субъективное мнение о личности Слизского, и сведений, относящихся к установлению обстоятельств дела, не имеется (т. 2 л.д. 171-173).

В судебном заседании по ходатайству подсудимого была осмотрена история болезни на имя К.Н.П., проходившего стационарное лечение в 

<

адрес> районной больнице с ДД.ММ.ГГГГ, куда он поступил в 20 часов. Противоречий между судебно-медицинским заключением относительно телесных повреждений К.Н.П. и истории его болезни, о чем утверждал подсудимый Слизский, не выявлено. Указанная в истории болезни в разделе данных объективного исследования запись об удовлетворительном состоянии пациента и самостоятельном передвижении, не опровергает степень тяжести причиненного ему вреда здоровья, признанного экспертом тяжким вредом здоровья, опасным для жизни, наличие проникающего ранения в грудную полость и количество поверхностных ран груди, также не разнятся с выводом эксперта.

Осмотренная копия личного обыска Слизского от ДД.ММ.ГГГГ, составленного в 3 часа 9 минут при доставлении его в ИВС МО МВД России «Серышевский» после задержания, в ходе которого у Слизского были изъяты документы, деньги и предметы находящиеся при нем, которые в последующем были изъяты выемкой следователем, не опровергает доказательств стороны обвинения о виновности подсудимого.

Осмотренный договор гражданско-правового характера от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не относится к делу, так как не устанавливает и не опровергает обстоятельства, подлежащие доказыванию в уголовном процессе, и судом отвергается. 

Оценив и проанализировав исследованные в суде доказательства в совокупности, суд считает, что вина подсудимого Слизского в разбое, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия опасного для жизни, совершенного с применением предметов, используемых в качестве оружия, совершенного с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также в незаконном лишении свободы двух и более лиц, не связанном с их похищением, полностью нашла свое подтверждение. Его действия органом предварительного расследования правильно квалифицированы по ст. 162 ч. 4 п. «в», 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ. Совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения доказано то, что вечером ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> в квартире по адресу 

<

адрес> 15 

<

адрес> Слизский, умышленно, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, с целью хищения денег, совершил открытое насильственное нападение на ФИО2 и ФИО1, представляющее собой внезапный и неожиданный для потерпевших акт агрессии, при осуществлении которого К.Л.А. был причинен легкий вред здоровью, повлекший кратковременное расстройство здоровья на срок не более 3 недель, а К.Н.П. причинен тяжкий вред здоровья, опасный для жизни, а также легкий вред здоровья, повлекший кратковременное расстройство здоровья на срок не более 3 недель. При совершении нападения Слизским использовался кухонный нож, который он взял в квартире и использовал этот предмет в качестве оружия для причинения вреда здоровья. Преступление квалифицируется оконченным с момента совершения насильственного нападения с причинением вреда здоровья и высказывания требования о передаче денег. Суд считает доказанным факт совершения Слизским незаконного лишения свободы К.Н.П. и К.Л.А. а именно то, что уходя из квартиры по 

<

адрес> он умышленно, осознавая противоправность и общественную опасность своих действий, воспользовавшись лежащим на крыльце у двери веранды навесным замком, с вставленным в него ключом, закрыл дверь на замок, этим самым незаконно лишив К.Н.П. и К.Л.А. свободы передвижения, так как они были лишены возможности свободно покинуть помещение квартиры. То обстоятельство, что потерпевшие смогли всё же покинуть свое жилище путем выбивания доски в стене веранды и открытия замка на двери запасным ключом, а также наличия возможности выбраться из квартиры через окно либо иным способом, не имеет правового значения для юридической оценки деяния и квалификации его по норме УК РФ. Длительность лишения свободы не имеет значения. Закрывая дверь на замок, Слизкий достоверно знал о том, что в квартире находятся два человека.

Суд считает необходимым исключить из предъявленного Слизскому обвинения указание о совершении им хищения путем разбойного нападения сотовых телефонов и зарядного устройства для мобильного телефона, в связи с тем, что они не представляют материальной ценности. По данному вопросу судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в своём апелляционном определении от 11 июня 2015 года по данному уголовному делу отражала правовую позицию относительно того, что вещи, не представляющие ценности, не могут быть предметом хищения, однако сторона обвинения при предъявлении нового обвинения, вновь включила данные предметы в перечень похищенного.

Суд отвергает доводы подсудимого о том, что он не совершал разбойное нападение на К.Н.П. и К.Л.А. Суд признает данные доводы надуманными, и расценивает как способ защиты. Данные утверждения полностью опровергнуты изобличающими его доказательствами, представленными стороной обвинения, а также его собственными признательными показаниями на стадии предварительного следствия. На стадии досудебного производства Слизский давал показания в присутствии защитника, будучи ознакомленным с правом не свидетельствовать против себя. Правильность фиксации его показаний подтверждается собственноручной записью об ознакомлении с протоколом и подписью, при этом замечания на содержание протокола отсутствуют.

Признание вины Слизским на предварительном следствии и его признательные показания об этом, подтверждаются совокупностью исследованных в суде изобличающих доказательств, что в силу ст. 77 ч. 2 УПК РФ также позволяют положить их в основу обвинения. 

Доводы подсудимого о непричастности к преступлениям опровергаются показаниями потерпевшего, который давал стабильные и не противоречивые показания относительно разбойного нападения и незаконного лишения свободы на протяжения всего производства по делу. Потерпевшим даны показания после предупреждения об ответственности за лжесвидетельство, и у суда нет оснований сомневаться в достоверности и правдивости показаний К.Н.П.. Кроме того, доводы подсудимого о невиновности в инкриминируемых ему деяниях и фальсификации в отношении него уголовного дела, опровергаются совокупностью иных представленных стороной обвинения доказательств, в том числе косвенных, которые сложили у суда убеждение о виновности подсудимого в инкриминируемых ему деяниях. Представленные стороной защиты доказательства не опровергли фактические данные, содержащиеся в доказательствах стороны обвинения. 

По уголовному делу обвиняемому Слизскому проводилась амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза, с постановкой на экспертное разрешение вопроса о вменяемости Слизского по всем эпизодам инкриминируемых ему по уголовному делу деяния, в том числе и на момент совершения разбойного нападения и незаконного лишения свободы К.Н.П. и К.Л.А.. Согласно заключению № 1512 комиссии экспертов пришла к выводу, что Слизский хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, не страдает, и не страдал ими в период, относящийся к инкриминируемому ему деяниям, он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (т. 3 л.д. 124-125). У суда нет оснований сомневаться в правильности выводов экспертной комиссии. Оснований для проведения дополнительной или повторной экспертизы не имеется.

При назначении вида и размера наказания, суд учитывает характер, степень общественной опасности, обстоятельства совершенных преступлений, а также личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. Преступления относятся к категории особо тяжких и средней тяжести. В момент совершения преступлений Слизкий являлся не судимым, так как прежняя судимость была погашена, в связи с чем она юридических последствий не влечет. По месту жительства как в 

<

адрес>, так и в 

<

адрес> администрациями сельсоветов он характеризуется с отрицательной стороны. Участковым уполномоченным полиции отделения полиции по 

<

адрес> подсудимый также характеризуется с отрицательной стороны. По сведениям медицинского учреждения системы УФСИН Слизский страдает заболеванием инфильтративным туберкулезом обоих легких и состоит на диспансерном учете у врача-фтизиатра.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

Как следует из установленных обстоятельств дела, обвиняемым Слизским по фактам разбойного нападения и незаконного лишения свободы К.Л.А. и К.Н.П., были даны подробные показания об обстоятельствах совершенных им указанных преступлений. Сообщенные Слизским сведения были положены в основу обвинения.

На основании изложенного суд считает необходимым признать в качестве обстоятельства, смягчающим наказание подсудимого по обоим инкриминируемым ему преступлениям, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений.

Явка с повинной не нашла своего подтверждения в суде, о чем указывалось описательно-мотивировочной части приговора, в связи с чем данное обстоятельство не может учитываться как смягчающее обстоятельство.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого, судом не установлено. Состояние опьянения Слизского при совершении преступлений в описании предъявленного обвинения не указано. Суд не вправе выйти за пределы предъявленного обвинения, ухудшив положение подсудимого. Факт употребления Слизским алкоголя до совершения преступлений, суд не признает отягчающим обстоятельством - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, так как не находит прямой взаимосвязи, что данное обстоятельство явилось причиной совершения преступлений.

Подсудимому Слизскому судом назначается безальтернативно основное наказание в виде лишения свободы, которое в силу ст. 58 УК РФ он должен отбывать в исправительной колонии строгого режима. Дополнительные виды наказаний по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ в виде штрафа и ограничения свободы, суд не назначает в виду нецелесообразности их применения к Слизскому, полагает возможным достижение целей наказания основным видом наказания. 

Апелляционным определением судебной коллегии Амурского областного суда от 11 июня 2015 года совокупность смягчающих обстоятельств была признана исключительными обстоятельствами, и за совершение преступления, предусмотренное ст. 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ было назначено более мягкое наказание, в соответствии со ст. 64 УК РФ. 

По смыслу уголовно-процессуального закона, исходя из соблюдения принципа недопустимости поворота к худшему, при повторном рассмотрении дела, положение осуждённого не может быть ухудшено и ему не может быть назначено более строгое наказание, если первоначальное судебное решение не отменялось по доводам представления прокурора, направленным на ухудшение положения указанного лица. 

Апелляционным определением Амурского областного суда от 11 июня 2015 года по ст. 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ с применением ст. 64 УК РФ снижено с 3 лет до 2 лет 11 месяцев лишения свободы. Постановлением Президиума Амурского областного суда от 16 мая 2016 года приговор Ромненского районного суда от 27 марта 2015 года и апелляционное определение Амурского областного суда от 11 июня 2015 года в отношении Слизского в части его осуждения по ст. 162 ч. 2 и 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ отменены. Основаниями отмены судебных решений явилось не мягкость назначенного наказания, а существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

При таких обстоятельствах суд не может назначить Слизскому наказание по ст. 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ более строгое, чем ему было назначено предыдущим судебным решением.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд считает необходимым при назначении наказания Слизскому за совершение им преступлений, предусмотренных ст. 127 ч. 2 п. «ж» и 162 ч. 4 п. «в» УК РФ применить ст. 64 УК РФ за каждое из преступлений, и назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией за данные преступления.

Состояние здоровья подсудимого, имеющего заболевание туберкулезом, и активное способствование подсудимым раскрытию и расследованию преступлений на стадии предварительного следствия, суд признает обстоятельства исключительными, и назначает Слизскому наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкциями ст. 127 ч. 2 п. «ж», 162 ч. 4 п. «в» УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств совершения преступлений и степени их общественной опасности, суд не считает возможным изменить категорию преступлений на менее тяжкую в порядке ст. 15 ч. 6 УК РФ.

По уголовному делу гражданский иск не заявлен. 

Мера пресечения подсудимому при повторном рассмотрении уголовного дела не избиралась.

Вещественное доказательство по делу разрешены предыдущим состоявшимся по уголовному делу приговором, и решение в этой части исполнено. 

Процессуальные издержки, в связи с имущественной несостоятельностью осужденного, суд относит за счет средств федерального бюджета.

Руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренным ст. 162 ч. 4 ч. «в», 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ и назначить ему наказание:

по ст. 162 ч. 4 п. «в» УК РФ – с применением ст. 64 УК РФ, 7 (семь) лет лишения свободы, без дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы;

по ст. 127 ч. 2 п. «ж» УК РФ – с применением ст. 64 УК РФ, 2 (два) года лишения свободы.

В силу ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначить ФИО3 наказание – 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы, без дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

В силу ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору Серышевского районного суда Амурской области от 27 сентября 2016 года, окончательно назначить ФИО3 наказание – 9 (девять) лет лишения свободы, без дополнительного наказания в виде штрафа и ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Начало срока отбытия наказания ФИО3 исчислять с 25 апреля 2014 года.

Меру пресечения ФИО3 не избирать.

Процессуальные издержки по делу отнести за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Амурский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Крисько В.А.