дело № 2 – 956 / 2017 г. 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Фёдоровка 22 сентября 2017 года

Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Казаковой Т.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО4, а также представителя ответчика ФИО4 - ФИО5, 

третьего лица ФИО6,

при секретаре Маганевой Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО7 

<

данные изъяты> к ФИО8 

<

данные изъяты>, ФИО8 

<

данные изъяты> и ФИО4 

<

данные изъяты> о возмещении убытков,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан с указанным исковым заявлением, обосновав его тем, что около ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 на тракторе 

<

данные изъяты>, находясь на поле, расположенном около села 

<

адрес> РБ по неосторожности повредил корову красно-пёстрой масти принадлежащую ей, причинив тем самым ей имущественный ущерб в размере 90000 рублей, из которых 60000 рублей – стоимость коровы и 30000 рублей – упущенная выгода в виде неполученного молока. Указывает, что порядок пастьбы индивидуального скота в селе 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ установлен единогласным голосованием на сходе граждан, которым установлена очередь пастьбы скота. ДД.ММ.ГГГГ по очереди пасла скот ФИО11, которая вместо себя наняла пастуха – ФИО6. При этом в соответствии с решением схода граждан, если очередник вместо себя нанимает пастуха, ответственность за скот несут и очередник и пастух. 

Она просит суд взыскать с ответчиков по делу судебные расходы в размере 2900 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей, а также взыскать с ответчиков солидарно в ее пользу 90000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объёме, просила их удовлетворить. Суду показала, что 03 мая 2017 года их корова находилась вместе с табуном на пастбище. Домой корова не пришла. Она обратилась к ФИО11, которая ей сказала, что ее корова лежит на пастбище, видимо телится. Но ее корова уже давно отелилась, они с мужем поехали на пастбище, корова действительно лежала, подняться не смогла. 04 мая 2017 года в 9.00 часов приехал ветврач, сказал, что прогноз не утешительный. В обед они привезли корову домой. В 6 часов 05 мая 2017 года корову зарезали, потому что у коровы уже началась конвульсия, мясо сдали перекупщику за 15000 рублей, которые она оценивает как моральный вред, нанесённый действиями ответчиков. Она считает, что в причинении ей ущерба виновны ответчики ФИО11 и ФИО2 потому что в этот день по очереди пасти должны были они и за сохранность скота несут ответственность наряду с пастухом, лица, которые должны были пасти скот по очереди, ФИО6– потому что он в этот день пас скот. ФИО4 за то, что повредил их корову, предположительно сбил трактором. 

Просит суд взыскать с ответчиков стоимость коровы в размере 60000 рублей и 30000 рублей упущенную выгоду в виде недополученного молока. Несмотря на то, что в её хозяйстве имеются ещё три коровы, в семье молока было недостаточно, так как телята от трех остальных коров подсосные, а для себя она доила только одну корову, которая погибла. Также просит суд взыскать с ответчиков судебные расходы в сумме 7900 рублей.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, суду показал, что его вины в причинении вреда корове ФИО1 не имеется. Он просит в иске Григорьевой отказать.

Ответчик ФИО11 иск не признала, суду показала, что 03 мая 2017 года они с мужем должны были пасти скот. Она наняла пастуха ФИО6. В 15.00 принесла ему обед на пастбище. Он ей сказал, что на пастбище лежит корова, возможно телится. ФИО6 был трезвый, про ФИО4 ничего не говорил. О том, что корова ФИО7 не пришла домой она узнала вечером, позже также узнала, что корову Г-вы зарезали.

Ответчик ФИО6 суду показал, что по устному договору с ФИО11 он выгнал табун в поле. До обеда пас коров. В обед приехал ФИО4 на тракторе Т-150 стал их сгонять с поля. Затем подозвал его, показал на одну из коров, которая лежала на поле, сказал, что корова, возможно телится, предложил ее поднять, но корова не поднималась на ноги. Он не видел, кто мог ударить корову, также не видел, что это сделал ФИО4, так как с того места, где он находился, видно было только кабину трактора. Почему он в ходе своих показаний в судебном заседании говорил, что корову сбил ФИО4 трактором объяснить не может, его никто об этом не просил, считает, те свои показания неправильными, в действительности он не видел сбивал ли ФИО4 корову трактором. Просит суд в иске Григорьевой отказать, так как его вины в причинении вреда корове ФИО7 нет

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, показал, что он на тракторе Т-150 подъехал к полю, которое находится в аренде СПК «Михайловка». На поле было много коров, он стал сгонять их с поля. Когда, подъезжал видел, что коровы бодались между собой прыгали друг на друга. Когда подъехал ближе, увидел, что одна корова лежит. Он подозвал ФИО6, сказал ему, чтобы поднял корову, но тот не смог, тогда он сказал, что корова возможно телится. Когда приехали сотрудники полиции, он им сказал по просьбе дознавателя о том, что корова возможно ударилась об его трактор. Дознаватель пообещала, что его вины нет, а им необходимо заканчивать дело. Но на самом деле он корову не сбивал. 

Представитель ответчика ФИО4 - ФИО5 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, указав, что вина ФИО4 в причинении истцу ущерба материалами дела не установлена. Выпас скота производил пастух ФИО6. Истцом не представлены доказательства, подтверждающие, что вынужденный забой коровы имел место именно от причинения ей повреждений трактором. В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 отказано, ввиду отсутствия в его действиях состава преступления, предусмотренного, ст. 168 УК РФ. Однако они не согласились с данным постановлением, обжаловали его прокурору Федоровского района. На сегодняшний день постановление об отказе в возбуждении уголовного дела отменено. 

Как установлено в судебном заседании причину получения коровой повреждений и то какие это повреждения, а также вину ФИО4 установить не удалось, также не удалось установить вину и кого-либо из ответчиков и поэтому он просит в иске Григорьевой отказать.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела и оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Согласно ст. ст. 1064 и 1072 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме, лицом, причинившим вред.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, корова принадлежащая ФИО7 получила повреждения, в результате которых не смогла подняться с поля. 

Из справки АСП Михайловский сельсовет № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ ответственным за пастьбу индивидуального деревенского стада была ФИО11

Согласно протокола схода граждан от ДД.ММ.ГГГГ, каждый пастух в день пастьбы несёт ответственность за сохранность скота с момента выгона на пастбище и до загона скота вечером. Если очередник вместо себя нанимает пастуха, ответственность несут и очередник и пастух. 

Из справки ветврача ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что принадлежащая ФИО14 корова палевой масти возраста 9 лет получила на поле СПК Михайловка травму в виде перелома тазовой кости. Хозяину было рекомендовано произвести вынужденный забой в связи с невозможностью дальнейшей жизни.

В ходе судебного заседания причину получения повреждений животному, а также гибели животного, установить не представилось возможным.

Данных, свидетельствующих о причинении вреда корове ФИО7 С-вым, управляющим трактором 

<

данные изъяты> в ходе судебного заседания не добыто. Сам ФИО4 категорически возражает против причинения им вреда корове. Ответчик ФИО6 показал, что видел как ФИО4 ездил на тракторе, но не видел, что он сбил корову. Ответчику ФИО11 ФИО6 также не говорил о том, что ФИО4 сбил корову трактором, что в суде показала ответчик ФИО11, а сказал, что корова в поле телится, что в судебном заседании также подтвердил ответчик ФИО6 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ с 8.00 часов до 11.00 часов он пас свою телку в табуне, поскольку тёлка молодая и впервые была выгнана на пастбище. В 15.00 часов он со своей супругов ФИО10 поехал на пастбище посмотреть тёлку. На пастбище телки не было и он пошёл её искать к речке. Табун разбрёлся, некоторые коровы лежали, было все спокойно. Там же он увидел, как ФИО4 на тракторе стал разгонять коров, которые зашли на поле, принадлежащее СПК «Михайловка», но он не видел того как ФИО4 на тракторе ударил одну из коров. Вечером у нему домой пришёл ФИО15, попросил съездить с ним на пастбище, так как его корова не пришла домой, лежит на поле. Приехав туда, они увидели, что корова лежит, встать не может, она не телилась, так как было темно, они оставили корову в поле. Позже он узнал, что Г-вы ДД.ММ.ГГГГ произвели вынужденный забой коровы.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании показала, что ДД.ММ.ГГГГ около 15.00 часов они вместе с мужем ездили на пастбище посмотреть тёлку, которую они выгнали впервые в табун. Слышала, что быстро проехал трактор. С того места, где она находилась она не видела кто управлял трактором, слышала только звук трактора. Потом она слышала как трактор резко затормозил, одна из коров заревела и все коровы побежали к речке. Также указала, что когда они с мужем приехали на пастбище, там было все спокойно. Вечером к ним домой пришёл ФИО15, сказал, что его корова не вернулась с пастбища, лежит на поле.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показал, что когда она ДД.ММ.ГГГГ утром выгоняла скот на пастбище, видела, что пастух ФИО6 был пьян.

Суд к данным показаниям свидетеля ФИО12 относится критически, так как никто из допрошенных ответчиков и свидетелей в судебном заседания факт нахождения ФИО6 в состоянии алкогольного опьянения не подтвердил.

Допрошенный в ходе судебного заседания заведующий Михайловским ветучастком ФИО13 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Григорьева они приехали на пастбище. Корова лежала на левом боку. Он, осмотрев ее пришел к предположительному выводу о том, что у коровы имеется перелом тазовой кости. ДД.ММ.ГГГГ он узнал, что Г-вы корову зарезали. При забое коровы, он не участвовал, во время забоя ее не осматривал. Подтвердить первоначальный предположительный диагноз перелом тазовой кости не может. Протокол вскрытия, акт им не составлялся, поэтому окончательный диагноз поставить не может. Г-вы просили у него справку, чтобы сдать мясо, но он отказался. Справку он написал позже по их просьбе, в которой указал предположительный диагноз перелом тазовой кости. В случае установления окончательного диагноза он должен был составить протокол вскрытия или акт вынужденного забоя. 

Перелом тазовой кости может возникнуть от удара обо что-то твердое, от удара копытами других коров, а также и при родовспоможении. Когда он осматривал корову, каких-либо видимых повреждений, свидетельствующих о том, что ее сбил трактор, на корове не было.

Свидетель ФИО13 также в судебном заседании показал, что в справке выданной им по просьбе Григорьевой ошибочно не указано, что диагноз перелом тазовой кости является предположительным, так как окончательный диагноз, он мог поставить только после вскрытия и выдать не справку, а протокол вскрытия или акт вынужденного забоя.

Достоверных данных о том, что корова сбита трактором, в ходе судебного заседания не добыто. 

В ходе судебного заседания также не представилось возможным установить какую-либо иную причину гибели коровы. Свидетель ФИО13 ветврач показал, что он не может с достоверностью установить причину гибели коровы, так как протокол вскрытия не составлял, при забое не участвовал. 

Кроме того, истцом ФИО7 в судебном заседании каких-либо доказательств подтверждающих вину каждого из ответчика не представлено, сослалась на то, что о событиях, произошедших днём 03 мая 2017 года ей известно предположительно. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Между тем, каких-либо доказательств в соответствии со ст. 56 ГПК РФ со стороны истца о том, что действиями ответчиков ей причинён имущественный ущерб выраженный в виде вынужденного забоя коровы, суду не представлено.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу положений ст. 1064 ГК РФ установлена презумпция вины причинителя вреда, который может быть освобожден от ответственности лишь в том случае, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Истец, таким образом, должен доказать факт причинения ему вреда и факт противоправности действий, причинивших вред, а ответчик должен доказать, что вред причинен не по его вине.

Поскольку общие основания возмещения вреда, предусмотренные ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации требуют обязательного установления такого элемента состава гражданского правоотношения, как вина причинителя вреда, которая в данном случае материалами дела не подтверждается, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

Требования ФИО1 о возмещении судебных расходов, в силу ст. 98 ГПК РФ, также не подлежат удовлетворению.

Что касается заявления ФИО4 о возмещении судебных расходов в размере 20000 рублей, суд, в соответствии с требованиям ст. 98 ГПК РФ находит его подлежащим удовлетворению частично.

Согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 уплати за представление его интересов в суде ФИО5 20000 рублей.

С учётом сложности дела и состоявшихся судебных заседаний, проведённой представителем работы, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд считает требования ФИО4 о возмещении судебных расходов подлежащими удовлетворению в размере 5000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО7 

<

данные изъяты> к ФИО8 

<

данные изъяты>, ФИО8 

<

данные изъяты>,ФИО6 

<

данные изъяты> и ФИО4 

<

данные изъяты> о возмещении убытков, отказать.

Взыскать с ФИО7 

<

данные изъяты> в пользу ФИО4 

<

данные изъяты> судебные расходы в сумме 5000 рублей.

Апелляционная жалоба на решение суда может быть подана в Верховный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Стерлибашевский межрайонный суд Республики Башкортостан.

Судья Т.А. Казакова