№ 2-122/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 апреля 2025 года 

<

...>

Центральный районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Щепотина П.В.,

при секретаре Зубкове Н.В.,

с участием представителя истца ФИО3 по доверенности ФИО6, представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Центрального районного суда города Тулы гражданское дело № 2-122/2025 по иску ФИО3 к ФИО2 о взыскании разницы между страховым возмещением, годными остатками и фактическим размером ущерба, судебных расходов, 

установил:

ФИО3 обратился в суд к ФИО2 о взыскании разницы между страховым возмещением, годными остатками и фактическим размером ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 1 890 000 руб., расходов на проведение досудебной экспертизы – 10 500 руб., судебных издержек – 50 000 руб., а также суммы уплаченной государственной пошлины в размере 17 650 руб.

Заявленные требования мотивированы тем, что по вине ФИО2 произошло ДТП, вследствие чего было повреждено транспортное средство KIA Sorento, 2017 г.в., государственный регистрационный номер №, принадлежащее истцу на праве собственности. 

Согласно полученному истцом заключению экспертизы, подготовленной ИП ФИО12, стоимость транспортного средства составила 2 532 700 руб., стоимость годных остатков оцениваемого транспортного средства составляет 242 700 руб. 

Страховая компания перечислила истцу страховое возмещение в размере 400 000 руб.

Таким образом, разница между стоимостью транспортного средства, годными остатками и выплаченным страховым возмещение составила 1 890 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещался своевременно и надлежащим образом, в исковом заявлении указал на рассмотрение настоящего гражданского дела в его отсутствие.

Представитель ФИО3 по доверенности ФИО6 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме. Дополнительно пояснил, что при производстве экспертизы ИП ФИО12 был сделан вывод о полной гибели автомобиля ФИО3, что подтверждается дополнениями от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым восстановительный ремонт указанного транспортного средства является экономически нецелесообразным, ввиду его расчетной стоимости в размере 3 020 376 руб., что превышает рыночную стоимость автомобиля ФИО3

Кроме того отметил, что согласно судебной экспертизе, выполненной ИП ФИО9, именно водитель ФИО2 явился причиной дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ. Выводы эксперта ФИО10 считал противоречивыми. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещался своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требования в полном объеме. Считала, то именно на водителе ФИО3 лежит вина в дорожно-транспортном происшествии, имевшим место ДД.ММ.ГГГГ. 

Представители привлеченных к участию в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора АО «Т-Страхование» и АО «СОГАЗ», в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещались своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. 

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав объяснения представителя истца ФИО3 по доверенности ФИО6, представителя ответчика ФИО2 по доверенности ФИО7, допросив экспертов ФИО9 и ФИО10, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1079 ГК РФ предусматривает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно положениям статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Положения статьи 1082 ГК РФ предусматривают, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, автомобиль KIA Sorento, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, принадлежал на праве собственности истцу ФИО3, что подтверждается паспортом ТС от ДД.ММ.ГГГГ серии №.

Из материала проверки по факту ДТП, проведенной надлежащими должностными лицами, усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ, в 13 час. 20 мин. по адресу: 

<

адрес>, произошло столкновение автомобилей KIA Sorento, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 и Skoda Oktavia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2

Определением от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ, и проведении административного расследования.

Из объяснений водителя ФИО3, данных им ДД.ММ.ГГГГ следует, что он ехал на технически исправном транспортном средства KIA Sorento, государственный регистрационный знак №. В 16:00 зацепил идущий автомобиль, после столкновения подушка ударила до потери сознания. При ДТП потерял управление и выехал на встречную полосу. 

Из объяснений водителя ФИО2, данных им ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ он взял со стоянки у дома для поездки на дачу свой, технически исправный, автомобиль. По дороге на дачу (на 

<

адрес>) проезжая населенный пункт «Медвенка». Находился в правом ряду. Почти на выезде «Медвенки» увидел автомобиль черного цвета, который двигался зигзагообразным образом (перемещаясь то вправо на встречную полосу, то влево на свою). Скорость данного автомобиля была очень высокая. Перед его (ФИО2) машиной он (ФИО3) опять выехал на встречную полосу. Практически водитель не реагировал на ситуацию на дороге. Чтобы не столкнуться в лобовую, за сотню – другую метров свернул на встречную полосу, на ней не было встречных машин и почти проезжая мимо внедорожника он (ФИО3) резко повернул направо и резко ударил в правый угол автомобиля. Сложилось впечатление, как будто он (ФИО3) проснулся и увидел, что на встречной полосе и решил резко перестроиться.

В результате данного дорожно-транспортного происшествия указанным транспортным средствам причинены механические повреждения.

Так, исходя из сведений об участниках ДТП, автомобилем KIA Sorento, государственный регистрационный знак №, получены механические повреждения, а именно повреждены: оба передних крыла, капот, передний бампер, обе передние фары, переднее правое колесо, лобовое стекло, передняя правая дверь, подушки безопасности (3 шт.), ремни безопасности; автомобилем Skoda Oktavia, государственный регистрационный знак № – капот, передний бампер, правая фара, решетка радиатора, лобовое стекло, переднее правое крыло.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении водителя ФИО3 составлен протокол серии №, согласно которому ФИО3 управляя транспортным средством KIA Sorento, государственный регистрационный номер № с признаками опьянения (запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы) отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, тем самым нарушил п. 2.3.2 ПДД РФ, при отсутствии в его действиях (бездействии) признаков уголовно наказуемого деяния. 

Согласно постановлению мирового судьи судебного участка № Ленинского судебного района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб., с лишением права управления транспортными средствами на 1 год и 8 месяцев. Постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ в отношении водителя ФИО2 вынесено постановление № по делу об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ст. 12.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с тем, ФИО2 перевозил пассажира, не пристегнутого ремне безопасности, предусмотренным конструкцией ТС и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1 000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ инспектором ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Туле ФИО8 вынесено постановление о прекращении дела об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ.

Вместе с тем, из указанного постановления от ДД.ММ.ГГГГ следовало, что в действиях водителя ФИО2 усматривается нарушение п. 1.4 ПДД РФ, административная ответственность за данное административное правонарушение предусмотрена ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО2 обратился с жалобой в Центральный районный суд 

<

адрес>, в которой просил постановление о прекращении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ отменить как незаконное и необоснованное. 

Согласно решению судьи Центрального районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ по административному делу №, жалоба ФИО2 удовлетворена частично, постановление инспектора ОБ ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Туле ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенное по делу об административном правонарушении, изменено, исключены из мотивировочной части указанного постановления выводы о нарушении ФИО2 п. 1.4 Правил дорожного движения. 

В остальной части постановление должностного лица оставлено без изменения, жалоба ФИО2 без удовлетворения.

В связи с необходимостью специальных познаний для определения механизма дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 20 мин. по адресу: 

<

адрес> участием автомобиля Kia Sorento, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3 и автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2, определения пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, которыми должны были руководствоваться водители транспортных средств в сложившейся дорожно-транспортной ситуации, и установления иных значимых для рассмотрения дела обстоятельств, по делу была назначено и проведена комплексная автотехническая и транспортно-трасологическая судебная экспертиза, производство которой поручалось эксперту ИП ФИО9

Согласно выводам эксперта ФИО9, отраженным в заключении комплексной автотехнической и транспортно-трасологиеской судебной экспертизы №, механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 20 мин, по адресу: 

<

адрес>, с участием автомобиля KIA Sorento государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, и автомобиля Skoda Oktavia государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2 был следующим: водитель автомобиля KIA Sorento выехал и двигался по полосе встречного движения. После того как водитель автомобиля Skoda Oktavia приступил к маневру обгона, он вернулся на свою полосу движения. В свою очередь водитель автомобиля Skoda Oktavia приступил к маневру обгона в момент, когда автомобиль KIA Sorento находился на его полосе движения, при этом на протяжении всего процесса сближения вплоть до столкновения он сохранял визуальный контакт с автомобилем KIA Sorento. Столкновение автомобилей Skoda Octavia и KIA Sorento произошло на полосе движения автомобиля КА Sorento, в этот момент автомобиль Skoda Octavia смещался в сторону правой в направлении движения г. Тулы обочины. В момент удара контактируют правая передняя часть автомобиля Skoda Octavia и правая передняя часть автомобиля KIA Sorento. После этого автомобили разворачивает по направлению движения часовой стрелки и отбрасывает до положений, зафиксированных на схеме места ДТП.

В условиях сложившейся дорожно-транспортной ситуации определение технической возможности у водителей автомобилей Skoda Octavia и КІА Sorento избежать ДТП путем применения своевременного экстренного торможения не имеет смысла по причине того, что действия водителей в данном случае взаимосвязаны, и применение своевременного экстренного торможения одним из водителей не исключает вероятность возникновения ДТП, потому что второй водитель может продолжить движение. Однако, при условии движения автомобилей Skoda Octavia и KIA Sorento по своим полосам движения, факт возникновения ДТП полностью исключается. 

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Skoda Oktavia государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться требованиями п. п. 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения, его действия с технической точки зрения противоречили требованиям п. п. 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения. В свою очередь в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля КА Sorento государственный регистрационный знак № должен был руководствоваться требованиями п.п. 1.4, 1.5, 2.7. и 9.1(1) Правил дорожного движения, его действия с технической точки зрения противоречили требованиям п. 1.5 и 2.7 и соответствовали требованиям п.п. 1.4 и 9.1(1) Правил дорожного движения. 

С технической точки зрения действия водителя автомобиля Skoda Oktavia государственный регистрационный знак №, связанные с осуществлением обгона в противоречие требований п. 11.1 и 11.2 ПДД РФ привели к возникновению опасной дорожно-транспортной ситуации, при которой он имел техническую возможность, как произвести опережение впереди идущего транспортного средства без выезда на полосу встречно-то движения, так и вернуться на свою полосу движения. Продолжение движения автомобиля Skoda Octavia по встречной полосе движения привело к трансформации опасной дорожно-транспортной ситуации в аварийную и неизбежности дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 20 мин. по адресу: 

<

адрес>, как следствие, к контактному взаимодействию транспортных средств KIA Sorento государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, и автомобиля Skoda Octavia государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО9 выводы, изложенные в экспертном заключении № полностью поддержал. 

В судебном заседании представителем ответчика ФИО2 по доверенности ФИО7, заявлялось ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, мотивированное наличием сомнений в правильности и обоснованности заключения эксперта. 

Исходя из предмета и оснований заявленных требований, с учетом положений ст. 87 ГПК РФ, приняв во внимание возникшие сомнения в правильности и обоснованности ранее данного заключения эксперта, суд счел необходимым назначить по делу повторную комплексную автотехническую и транспортно-трасологическую судебную экспертизу, производство которой поручалось экспертам ООО «Тульская независимая оценка».

Согласно выводам эксперта ФИО10, отраженным в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, исследовались в том числе две видеозаписи, отражающие обстоятельства ДТП, которые осуществлены видеорегистратором, установленным в автомобиле KIA Sorento, государственный регистрационный знак №. На основании видеозаписи, длительностью 34 секунды, экспертом установлен ряд критических моментов и их хронология. Средняя частота записи составляет 30 кадров в секунду. Для просмотра и анализа видеофайла экспертом использовалось приложение «MPC-HC». 

Механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 20 мин. по адресу: 

<

адрес> участием автомобиля Kia Sorento, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, и автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2, подробно описан в исследовании по первому вопросу и проиллюстрирован на рисунках 2 и 3. Место столкновения обозначено моделями автомобилей красного цвета.

Водитель автомобиля Kia Sorento при перестроении со встречной обочины, двигаясь по встречной полосе, не уступил дорогу встречному автомобилю Dacia Sandero, пользующемуся преимущественным правом движения. Разъезжаясь со встречным автомобилем Dacia Sandero, он не соблюдал боковой интервал. Перестраиваясь обратно на правую полосу движения, водитель автомобиля Kia Sorento препятствовал обгону автомобилей ВАЗ 2110 и Dacia Sandero, совершаемому автомобилем Skoda Octavia. Следует отметить, что несколько неоднократно совершаемых, следующих друг за другом действий водителя автомобиля Kia Sorento, повлекших создание им в процессе дорожного движения ряда ситуаций, при которых его движение, а также движение автомобилей BAЗ 2110, Dacia Sandero и Skoda Octavia в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу гибели или ранения людей, повреждения транспортных средств, являются признаками опасного вождения. Таким образом действия водителя автомобиля Kia Sorento, государственный регистрационный знак №, ФИО3, связанные с опасным вождением, привели к контактному взаимодействию его автомобиля и автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2

Таким образом, действия водителя автомобиля Kia Sorento, государственный регистрационный знак №, ФИО3, участников дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 20 мин. по адресу: 

<

адрес> привело к контактному взаимодействию его автомобиля и автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2

Технической возможностью водителя автомобиля Kia Sorento избежать дорожно-транспортного происшествия в условиях сложившейся дорожной ситуации является отказ от продолжения опасного вождения, связанного с выездом обратно на проезжую часть через полосу встречного движения, несмотря на приближение встречного автомобиля Dacia Sandero, и прекращение движения при достижении встречной для него обочины путем снижения скорости вплоть до полной остановки. 

Исследуя техническую возможность водителя автомобиля Skoda Octavia избежать дорожно-транспортного происшествия в условиях сложившейся дорожной ситуации следует в первую очередь возможность отказа, в соответствии с п. 11.2 ПДД РФ, от обгона автомобиля ВАЗ 2110 в момент, когда автомобиль начал производить объезд препятствия в виде автомобиля KIA Sorento. Присутствие в этом момент справа от него обгоняемого автомобиля ВАЗ 2110 исключает такую возможность, поскольку он снижает скорость, реагируя на возникшую впереди опасность. По той же причине отсутствие технической возможности водителя автомобиля Skoda Octavia избежать дорожно-транспортного происшествия путем прекращения обгона сохраняется до момента, когда вернувшийся правыми колесами на свою полосу движения автомобиль Kia Sorento совершает резкий маневр, смещаясь влево на встречную полосу и обратно. Такой маневр автомобиля Kia Sorento также исключает техническую возможность водителя автомобиля Skoda Octavia избежать дорожно-транспортного происшествия путем прекращения обгона в соответствии с п. 11.2 ПДД РФ. 

Промежуток времени с момента начала внезапного изменения направления движения встречного автомобиля Kia Sorento до момента столкновения с автомобилем Skoda Octavia составляет t33 - t30 = 31,43 - 30,59 = 0,84 c, что значительно меньше нормативного времени реакции для водителя автомобиля Skoda Octavia в сложившейся дорожной ситуации, которая составляет р = 1,2 с. Таким образом можно утверждать об отсутствии технической возможности водителя автомобиля Skoda Octavia избежать дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом экспертом сделан вывод о том, что у водителя автомобиля Kia Sorento, государственный регистрационный знак №, ФИО3, имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия в условиях сложившейся дорожной ситуации, путем отказа от опасного вождения и снижения скорости на встречной обочине вплоть до полной остановки. У водителя автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак № ФИО2, отсутствовала техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия, руководствуясь требованиями пункта 11.2 правил дорожного движения РФ, в условиях сложившейся дорожной ситуации.

В сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, водителю автомобиля Kia Sorento, не совершающему маневр обгона, в соответствии с требованием п. 1.4 ПДД РФ необходимо двигаться по правой стороне дороги. Его действия, связанные с движением по полосе встречного движения, не соответствовали требованиям п. 1.4 ПДД РФ. 

В сложившейся дорожной ситуации действия водителя автомобиля Kia Sorento не соответствовали требованиям п. 2.7 ПДД РФ. Водителю автомобиля Kia Sorento в соответствии с требованием п. 2.7 ПДД РФ запрещается опасное вождение. Его действия, связанные с опасным вождением не соответствовали требованиям п. 2.7.

В сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля Skoda Octavia, прежде чем начать обгон в соответствии с требованием п. 11.1 ПДД РФ обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. Встречный для автомобиля Skoda Octavia транспорт на первой стадии ДТП отсутствовал, а автомобиль Kia Sorento двигался по встречной для него полосе в направлении встречной обочины. Таким образом действия водителя автомобиля Skoda Octavia, связанные с принятием решения начать обгон соответствовали требованиям п. 11.1 ПДД РФ. 

В сложившейся дорожной ситуации, с технической точки зрения, водитель автомобиля Skoda Octavia, выполняя маневр обгона автомобиля 2110, начиная перестраиваться на полосу встречного движения, в соответствии с требованием п. 11.2 ПДД РФ должен отказаться от такого маневра, поскольку автомобиль Dacia Sandero, движущийся впереди, начал производить объезд препятствия в виде автомобиля Kia Sorento. Продолжение водителем автомобиля Skoda Oktavia в сложившейся дорожной ситуации указывает на несоответствие его действий требованиям п. 11.2 ПДД РФ.

Экспертом сделан вывод о том, что водитель автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак №, должен был руководствоваться пунктами 11.1 и 11.2 правил дорожного движения РФ, его действия, с технической точки зрения, соответствовали требованиям п. 11.1 и не соответствовали требованиям п. 11.2 ПДД РФ. Водитель автомобиля KIA Sorento, государственный регистрационный знак № должен был руководствоваться пунктами 1.4 и 2.7 ПДД РФ, его действия с технической точки зрения, не соответствовали требованиям указанных пунктов. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ООО «Тульская Независимая Оценка» ФИО10 выводы, изложенные в экспертном заключении № от ДД.ММ.ГГГГ поддержал в полном объеме. 

Экспертное заключение ООО «Тульская независимая оценка» содержит описание произведенных исследований с указанием примененных нормативных материалов, в результате которых сделаны выводы и даны ответы на поставленные судом вопросы.

Выводы эксперта однозначны, не подлежат двусмысленному толкованию, научно обоснованы, не противоречивы. Пояснения эксперта полностью подтверждают выводы, изложенные в заключении.

Заключение эксперта ООО «Тульская независимая оценка» суд считает соответствующим требованиям относимости, допустимости и достоверности, установленным ст. 67 ГПК РФ, поскольку заключение составлено экспертом ФИО10, имеющим высшее базовое образование, специальное образование, и прошедшим государственную аттестацию, включенным в реестр автотехнических экспертов, имеющим сертификаты соответствия по специальностям 7.3, 13.1, 13.2, 13.3, 18.1, со стажем работы с 2003 года. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, о чем имеются их подписи.

Оснований не доверять экспертному заключению, пояснениям эксперта у суда не имеется.

Выводы, содержащиеся в заключении эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненном ООО «Тульская независимая оценка», лица, участвующие в деле, иными достаточными и достоверными доказательствами по делу не опровергли. 

Таким образом, суд принимает во внимание и придает доказательственное значение заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному ООО «Тульская независимая оценка», в совокупности с другими доказательствами, учитывая, что оно выполнено специалистом надлежащей организации, с применением необходимой технической и нормативной литературы.

Вместе с тем, суд не может принять в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства заключение ИП ФИО9 №-СЭ поскольку выводы, изложенные в данном заключении не в полной мере отражают действительную картину произошедших событий, предшествующих столкновению транспортных средств истца и ответчика. Экспертом не оценены действия водителя автомобиля Kia Sorento по предотвращению столкновения с автомобилями Dacia, ВАЗ и Skoda, что не позволило достоверно установить причину произошедшего ДТП.

Сторонам в ходе рассмотрения дела, судом были разъяснены предмет доказывания, права и обязанности по предоставлению доказательств в соответствии со ст.ст. 12, 56, 57, 65, 71 ГПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает свое решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Статьи 8, 1064 ГК РФ содержат общие условия (основания), которые в совокупности с фактом причинения вреда порождают обязательства по его возмещению: противоправность действия (бездействия), причинная связь между действием и наступившим результатом (причинение вреда), вина причинителя, размер причиненного вреда.

Единый порядок дорожного движения на территории Российской Федерации в соответствии с частью 2 статьи 9 Федерального закона от 29.12.2017 №443-ФЗ «Об организации дорожного движения в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» устанавливается правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Соответственно, установленный указанными правилами единый порядок движения транспортных средств и соблюдение водителями определенных ограничений и требований является обязательными.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

На дорогах установлено правостороннее движение транспортных средств (п. 1.4 Правил дорожного движения).

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с абз. 8 п. 2.7 Правил дорожного движения, водителю запрещается опасное вождение, выражающееся в неоднократном совершении одного или совершении нескольких следующих друг за другом действий, заключающихся в невыполнении при перестроении требования уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, перестроении при интенсивном движении, когда все полосы движения заняты, кроме случаев поворота налево или направо, разворота, остановки или объезда препятствия, несоблюдении безопасной дистанции до движущегося впереди транспортного средства, несоблюдении бокового интервала, резком торможении, если такое торможение не требуется для предотвращения дорожно-транспортного происшествия, препятствовании обгону, если указанные действия повлекли создание водителем в процессе дорожного движения ситуации, при которой его движение и (или) движение иных участников дорожного движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу гибели или ранения людей, повреждения транспортных средств, сооружений, грузов или причинения иного материального ущерба.

Согласно п. 11.1 Правил дорожного движения, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Исходя из п. 11.2 Правил дорожного движения, водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

Проанализировав объяснения участников дорожно-транспортного происшествия, а также иные письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, в том числе материал по факту ДТП, экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное ООО «Тульская Независимая Оценка», а также исходя из установленных в ходе судебного разбирательства дела обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло в результате нарушения п. 2.7 Правил дорожного движения РФ водителем ФИО3, чьи действия привели к контактному взаимодействию его автомобиля и автомобиля Skoda Octavia, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2

Вместе с тем, водитель ФИО2, выполняя маневр обгона автомобиля ВАЗ 2110, в соответствии с требованием п. 11.2 ПДД РФ, должен был отказаться от такого маневра, поскольку автомобиль Dacia Sandero, движущийся впереди, начал производить объезд препятствия в виде автомобиля Kia Sorento. 

Только суду принадлежит право оценки доказательств при разрешении гражданских дел и принятии решения. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в совокупности с другими доказательствами, представленными сторонами.

Оценив исследованные доказательства в соответствии с требованиями ст. ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, проанализировав обстоятельства ДТП, суд приходит к выводу о том, что лишь во взаимосвязи действий ФИО3 и ФИО2, нарушивших требования Правил дорожного движения, стало возможным данное дорожно-транспортное происшествие. 

При указанных обстоятельствах суд считает необходимым определить степень вины в причинении ущерба истцу ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, следующим образом: ФИО3 – 65 %, ФИО2 – 35 %.

Суд полагает доказанным наличие причинно-следственной связи между действиями истца ФИО3, выразившимися в невыполнении требований Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно необходимости отказа от опасного вождения и снижения скорости вплоть до полной остановки, и действиями ответчика ФИО2, выразившимися в невыполнении требований Правил дорожного движения Российской Федерации в части начала обгона, в нарушении п. 11.2 ПДД РФ, и причиненным истцу ущербом. 

Поскольку судом установлено наличие вины как истца ФИО3, так и ответчика ФИО2, заявленные требования истца подлежат удовлетворения в пропорциональном соотношении степени вины участников дорожно-транспортного происшествия. 

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, гражданская ответственность водителей ФИО3 и ФИО2 была застрахована в рамках закона об ОСАГО.

Согласно представленным страховой компанией «СОГАЗ» материалам выплатного дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 обратился в страховую компанию с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по договору ОСАГО.

ДД.ММ.ГГГГ между АО «СОГАЗ» и ФИО11, действующего на основании доверенности серии № от ДД.ММ.ГГГГ в интересах ФИО3, заключено соглашение об урегулировании события по договору ОСАГО № № без проведения технической экспертизы. 

Согласно п. 3 указанного Соглашения, стороны договорились, что согласованный сторонами размер ущерба, причиненного транспортному средству заявителя, составляет 400 000 руб.

В соответствии с платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ АО «СОГАЗ» перечислила денежные средства в размере 400 000 руб. в рамках выплатного дела, связанного с событием, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истцом ФИО3, в качестве подтверждения размера причиненных ему в результате ДТП убытков, представлено заключение эксперта ИП ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ с дополнениями от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому итоговая величина стоимости автомобиля KIA Sorento, государственный регистрационный знак № в технически исправном состоянии на ДД.ММ.ГГГГ составляет 2 532 700 руб., рыночная стоимость восстановительного ремонта данного транспортного средства – 3 020 376 руб., в связи с чем эксперт пришел к выводу об экономической нецелесообразности восстановления транспортного средства и произвел расчет итоговой величины стоимости годных остатков оцениваемого ТС на ДД.ММ.ГГГГ в размере 242 700 руб. 

Выводы, приведенные в указанном заключении в ходе судебного разбирательства сторонами не оспаривались, ходатайство о назначении судебной автотовароведческой экспертизы ответчиком по делу не заявлялось. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющий принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Представленное в материалы дела заключение № от ДД.ММ.ГГГГ оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. 

Учитывая изложенное, оценив указанное выше заключение, в совокупности с имеющимися в деле доказательствами, суд приходит к выводу о том, что заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное экспертом ИП ФИО12, может быть отнесено к числу достоверных, относимых и допустимых письменных доказательств по делу. Данное заключение выполнено компетентным лицом, имеющим соответствующую квалификацию и стаж работы. Изложенные в заключении выводы научно обоснованы, логичны, подробно отвечают на поставленные перед оценщиком вопросы. 

При установленных обстоятельствах, учитывая правила ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, требования истца подлежат частичному удовлетворению. Размер ущерба, подлежащий взысканию с ФИО2 составляет 661 500 руб. ((2 532 700 – 242 700 – 400 000) х 35 %).

Разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случае, предусмотренных частью второй статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в деле (ст. 94 ГПК РФ).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанным выше Кодексом, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ). 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, в статье 100 ГПК РФ по существу указано на обязанность суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно.

Определяя подлежащий возмещению ответчику размер расходов, суд принимает во внимание положения ст. ст. 98, 100 ГПК РФ, разъяснения, содержащиеся в п.п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», учитывает характер спора, объем выполненной представителем истца работы, количество и длительность судебных заседаний, в которых принимал участие представитель, объем представленных доказательств, с учетом частичного удовлетворения заявленных требований и, исходя из принципа разумности и справедливости, приходит к выводу, что в пользу ФИО3 с учетом частичного удовлетворения основного требования, с ФИО2, подлежат взысканию судебные расходы по оплате юридических услуг, на оплату услуг представителя в размере 17 500 руб.

Данная сумма является разумной, соответствующей значимости объекта судебной защиты.

Факт выполнения ФИО6 обязанностей по договору № об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ лицами, участвующими в деле, не оспорен. Факт оплаты услуг подтвержден квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ №, представленной в материалы дела. Таким образом, представленные суду документы подтверждают реальность понесенных расходов и сомнений не вызывает.

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Суд считает обоснованным заявленное ФИО3 требование о взыскании расходов по оплате досудебной экспертизы, подготовленной ИП ФИО12 Несение ФИО3 расходов в размере 10 500 руб. подтверждается чеком от ДД.ММ.ГГГГ № №. Таким образом, с учетом пропорционального размера удовлетворённых исковых требований, с ответчика ФИО2 подлежит взысканию в пользу истцу ФИО3 сумма в размере 3 675 руб. (10 500 х 35%).

Согласно представленному в материалах дела чеку по операции от ДД.ММ.ГГГГ, при подачи искового заявления ФИО3 уплачена государственная пошлина в размере 17 650 руб.

Исходя из положений ст. 98 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, суд полагает возможным взыскать в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины с ФИО2 в размере 6 177,50 руб. (17 650 руб. х 35%).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО2 о взыскании разницы между страховым возмещением, годными остатками и фактическим размером ущерба, судебных расходов, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии №) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт серии №) денежные средства в размере 688 852,50 руб., из которых:

- материальный ущерб в размере 661 500 руб.;

- расходы по оплате досудебной экспертизы – 3 675 руб.;

- расходы по оплате юридических услуг – 17 500 руб.;

- расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 177,50 руб.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Центральный районный суд города Тулы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 24 апреля 2025 года.

Председательствующий