Судья: Дзех К.А. Дело № 22 –1127/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Калининград 22 августа 2025г.

Калининградский областной суда в составе:

председательствующего Онищенко О.А.,

при секретаре Алексенко А.А.

с участием прокурора Ядыкиной А.А.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Титаренко В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Титаренко В.А. в защиту осужденного на приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 5 июня 2025г., которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГг. в 

<

данные изъяты>, гражданин 

<

данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в том, что, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть ФИО5

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГг. в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Титаренко В.А. ставит вопрос об отмене приговора как незаконного и необоснованного, просит прекратить уголовное дело в связи с отсутствием в действиях ФИО1 всех признаков состава инкриминированного ему преступления. Полагает, что судом не установлена совокупность достоверных, согласующихся между собой допустимых доказательств виновности осужденного; выводы суда основаны на недостоверных доказательствах, домыслах и предположениях; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы. Ссылаясь на показания ФИО1, свидетеля ФИО4, указывает, что водитель мотоцикла ФИО5 в нарушение ПДД РФ двигался со значительным превышением установленного скоростного режима, без включенного ближнего света фар на темного цвета спортивном мотоцикле в темной экипировке, что снижало для встречных водителей возможность его своевременного обнаружения; после возникновения опасности для своего движения с момента заблаговременного обнаружения на своей полосе движения выехавшего на обгон автомобиля под управлением ФИО1, водитель мотоцикла не принял мер к снижению скорости и торможению, не вел транспортное средство ближе к правому краю проезжей части, а наоборот двигался ближе к разделительной полосе, что в совокупности, по мнению защитника, и находится в прямой причинно-следственной связи с касательным столкновением транспортных средств практически на разделительной линии разметки в момент завершения обгона осужденным и, как следствие, со смертью ФИО5 от удара о дерево на обочине. Полагает, что в такой ситуации у водителя ФИО1 не было возможности своевременно обнаружить движущегося во встречном направлении мотоциклиста, предусмотреть в его действиях весь комплекс вышеуказанных нарушений и адекватно отреагировать на них. Считает, что ФИО5 воспользовался для поездки на работу мотоциклом, а не семейным автомобилем, именно с целью превышения скоростного режима. Орган предварительного расследования, эксперт-автотехник и суд не исследовали и не оценили наличие нарушений ПДД РФ в действиях водителя ФИО5, невыполнение им своих обязанностей на момент ДТП и наличие причинно-следственной связи между этими нарушениями. Заключение эксперта-автотехника ФИО6 и его показания в судебном заседании содержат существенные противоречия, указывают на неполноту исходных данных, без устранения которых путем проведения дополнительной экспертизы невозможно установить истину по делу. Эксперт исходил из представленной следствием информации об ограничении скорости движения для водителя мотоцикла в 90 км/ч, в то время как защита располагает сведениями об ограничении скорости на данном участке – 70 км/ч; место столкновения транспортных средств эксперт определил предположительно, расстояние от него до правого для мотоциклиста края дороги назвать не смог, а также не ответил на вопрос защиты, произошло бы ДТП, если бы мотоциклист двигался с разрешенной скоростью. Также эксперт уклонился от ответа на вопрос о возможности избежать столкновения путем совершения мотоциклистом маневра, расположения внутри своей полосы ближе к правому краю дороги либо снижения скорости или применения торможения. Кроме того, эксперт не ответил на вопрос защиты о том, почему он пришел к выводу об отсутствии у водителя ФИО5 технической возможности предотвратить столкновение и последнее не зависело от его действий. Считает, что суд необоснованно отклонил ходатайства защиты о приобщении видеозаписи с места ДТП, произведенной защитником через 18 дней после произошедшего, подтверждающей ограничение для водителя мотоцикла скорости - 70 км/ч, а также о назначении дополнительной судебной автотехнической экспертизы для устранения недостатков основной.

Заслушав выступления осужденного и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора, полагавшего приговор законным и обоснованным, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не находит.

Вопреки доводам защиты, суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства дела и сделал правильный вывод о доказанности вины ФИО1 в нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления основаны на совокупности доказательств, полно, всесторонне, объективно исследованных в судебном заседании и подробно приведенных в приговоре. 

Так, из показаний свидетеля ФИО4 следует, что ДД.ММ.ГГГГг. около 08 часов 40 минут в хороших погодных условиях и видимости он двигался на автомобиле «

<

данные изъяты>» по дороге «

<

данные изъяты>» в сторону 

<

адрес>, за ним двигался микроавтобус под управлением осужденного. Когда они разъехались со встречными машинами, автомобиль под управлением осужденного сразу начал выполнять маневр обгона на скорости около 80 км/ч. При этом он видел, что на расстоянии 400 метров во встречном направлении двигался мотоциклист со скоростью около 80-90 км/ч прямо в «лоб» машине осужденного, которая вышла на обгон. Предположив, что может создаться аварийная ситуация, свидетель начал притормаживать, но водитель микроавтобуса не успел завершить маневр и мотоциклист задел левое переднее крыло микроавтобуса, из-за чего мотоцикл изменил траекторию движения и влетел в дерево. В момент столкновения левая часть автомобиля осужденного была на полосе для встречного движения. 

Свидетель ФИО7, который находился в машине осужденного в качестве пассажира, подтвердил, что ФИО1 начал выполнять маневр обгона движущегося впереди них автомобиля, и спустя примерно 3-4 секунды после того, как они выехали на полосу для встречного движения, он услышал хлопок. После столкновения ФИО1 остановил машину. На дороге были осколки стекла, было повреждено левое боковое зеркало автомобиля. Видимость в направлении движения была хорошая, около 400 метров.

Свидетель ФИО8 показал об обстановке непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, сообщив, что микроавтобус стоял на своей полосе движения, а осколки и части пластика находились на встречной полосе. Также свидетель пояснил, что вызвал скорую помощь для пострадавшего в ДТП мотоциклиста.

Протоколом осмотра места происшествия, фототаблицей и схемой дорожно-транспортного происшествия установлена обстановка на месте ДТП (ясная погода, сухое, без дефектов горизонтальное дорожное покрытие, видимость 500 метров), расположение транспортных средств участников ДТП и пострадавшего мотоциклиста, отсутствие следов торможения и нахождение осколков стекла и пластика на встречной для автомобиля «

<

данные изъяты>» полосе движения, наличие повреждений на левой стороне указанного автомобиля (водительского стекла, зеркала заднего вида, обеих дверей с водительской стороны). На схеме также зафиксированы размеры проезжей части, наличие дорожных знаков и разметки, направление движения транспортных средств, место столкновения. 

Заключениями эксперта № от ДД.ММ.ГГГГг. и № от ДД.ММ.ГГГГг. подтверждено, что системы рулевого управления и рабочие тормозные системы автомобиля «

<

данные изъяты>» и мотоцикла марки «

<

данные изъяты>» до момента дорожно-транспортного происшествия находились в технически исправном и работоспособном состоянии. 

Согласно заключению автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГг., несоответствие действий водителя ФИО1 требованиям пунктов 1.5, 8.1, первого абзаца пункта 10.1 и пункта 11.1 Правил дорожного движения находятся в причиной связи с дорожно-транспортным происшествием. 

Заключением судебно-медицинской экспертизы установлены характер, механизм образования, степень тяжести повреждений, имевшихся у пострадавшего ФИО5, и наличие прямой причинно-следственной связи этих повреждений, полученных в условиях дорожно-транспортного происшествия, с наступлением его смерти.

Совокупность приведенных выше, а также других исследованных судом доказательств свидетельствуют о правильности вывода суда о том, что осужденный ФИО1, управляя автомобилем, нарушил вышеуказанные требования Правил дорожного движения РФ, что повлекло по неосторожности причинение смерти ФИО5, то есть между действиями осужденного и наступившими тяжкими последствиями имеется прямая причинная связь.

Все представленные доказательства суд проверил, сопоставил между собой и дал им соответствующую требованиям ст. 88 УПК РФ оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела и постановления обвинительного приговора, правильно квалифицировав действия ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ, что сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Доводы апелляционной жалобы о том, что водитель мотоцикла ФИО5 двигался с превышением установленного скоростного режима, не предпринял мер к предотвращению аварии путем смещения к правому краю дороги, снижения скорости или торможения, что, по мнению защитника, и привело к столкновению транспортных средств, проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными. 

Как установлено по делу, ФИО1, совершая маневр обгона, не убедился в его безопасности, в результате чего, выехав на полосу для встречного движения, допустил столкновение с мотоциклом под управлением ФИО5, который, двигаясь по своей полосе, имея ввиду этого преимущество в движении, не располагал, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГг., технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «

<

данные изъяты>», так как предотвращение столкновения в данной дорожной ситуации уже не зависело от его действий даже в случае остановки до места столкновения, так как автомобиль «

<

данные изъяты>» находился в движении и до места столкновения двигался во встречном направлении.

Кроме того, как следует из указанного заключения эксперта, водитель ФИО1, действуя в соответствии с требованиями п.п. 1.5, 8.1, 10.1, 11.1 ПДД РФ, должен был вести свой автомобиль со скоростью, которая позволяла бы ему осуществлять полный контроль за движением автомобиля, и прежде чем приступить к маневру обгона впереди двигающегося транспортного средства, должен был, не выезжая на сторону встречного движения, пропустить встречный мотоцикл и только после этого при отсутствии другого транспорта, которому может быть создана помеха для движения, выполнить обгон попутного транспортного средства.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, именно нарушение вышеуказанных правил дорожного движения водителем ФИО1 явилось причиной дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погиб ФИО5

Доводы адвоката о неполноте и противоречивости выводов автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГг. и показаний эксперта ввиду того, что он не учитывал установленный на данном участке дороги скоростной режим, не дал оценки превышению водителем мотоцикла скорости, место столкновения определил предположительно, проверялись в судебном заседании и правильно были отвергнуты судом.

Указанное заключение эксперта в полной мере соответствует положениям ст. 204 УПК РФ. Экспертиза проведена в соответствии с предусмотренной законом процедурой, квалифицированным специалистом, имеющим специальные познания, необходимые для проведения исследования, соответствующую квалификацию и достаточный опыт, экспертное исследование проведено с применением необходимых методик, что нашло отражение в исследовательской части заключения; выводы эксперта в нем достаточно аргументированы и научно обоснованны, не содержат каких-либо противоречий, подтверждены экспертом в судебном заседании, в связи с чем оснований для признания вышеуказанного заключения автотехнической экспертизы недопустимым доказательством суд апелляционной инстанции не усматривает.

Представленные эксперту исходные данные, в том числе о скорости движения транспортных средств, подтверждаются материалами уголовного дела; оценка соответствия действий водителя мотоцикла требованиям ПДД, вопреки утверждению защитника, экспертом дана. О недостаточности исходных данных для проведения исследования и дачи заключения по поставленным вопросам эксперт не заявлял.

Вывод эксперта о расположении места столкновения транспортных средств на полосе встречного для водителя ФИО1 движения согласуется со схемой ДТП, составленной в присутствии осужденного и понятых и подписанной ими без каких-либо замечаний, а также с фототаблицей к протоколу осмотра места происшествия и показаниями свидетеля ФИО4, явившегося непосредственным очевидцем дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, как следует из показаний эксперта ФИО6 в судебном заседании, предотвращение столкновения водителем мотоцикла не зависело от скорости, с которой он двигался, поскольку водители транспортных средств, движущихся во встречном направлении, могут предотвратить столкновение только если принимают меры к снижению скорости, при этом в данной дорожной ситуации никто из водителей не тормозил.

С учетом вышеизложенного, суд обоснованно не поставил под сомнение достоверность заключения эксперта и отказал защите как в исследовании видеозаписи, сделанной адвокатом в районе места ДТП и истребовании сведений об установленном ограничении скоростного режима, так и в назначении дополнительной автотехнической экспертизы.

Приведенные в приговоре доказательства не содержат противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности осужденного, их допустимость сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ. Обстоятельства, которые в соответствии со ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, установлены судом полно и верно, а постановленный по делу обвинительный приговор суда в полной мере отвечает требованиям ст.ст. 302, 307 - 309 УПК РФ.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено. 

Как следует из материалов дела и протокола судебного заседания, предварительное расследование и судебное разбирательство проведены в соответствии с требованиями закона. 

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с положениями ст.ст. 6, 60 УК РФ, в пределах санкции статьи, по которой он осужден, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств совершения преступления, данных о личности виновного, всех установленных по делу смягчающих наказание обстоятельств, к которым суд отнес наличие малолетних детей и совершение преступления впервые; учтено судом также отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Отсутствие оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ судом мотивировано.

С учетом того, что суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления осужденного только в условиях реального отбывания наказания в местах лишения свободы, оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ не имелось.

Назначенное ФИО1 основное и дополнительное наказания соответствуют указанным в ч. 2 ст. 43 УК РФ целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, при этом все заслуживающие внимания обстоятельства судом были учтены. 

Отбывание наказания в колонии-поселении назначено в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Центрального районного суда г. Калининграда от 5 июня 2025г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись.

Копия верна: судья О.А. Онищенко