дело № 2-2374/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ29 октября 2018 года город Уфа

Октябрьский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе :председательствующего судьи: Кадыровой Э.Р.при секретаре: Осиповой Э.Р., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования, мотивируя тем, что отец истца ФИО2 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> на основании договора передачи жилой квартиры в собственность от ДД.ММ.ГГГГ, право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке в реестре № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер.

Истец ФИО1 является сыном ФИО2, следовательно и наследником первой очереди по закону, что подтверждается свидетельством о рождении серии № №.

10.01.2018г. истец обратился к нотариусу нотариального округа города Уфа ФИО4 с заявлением о принятии наследства и о выдаче свидетельства о наследовании по закону на любое имущество принадлежащее наследодателю на день его смерти, в том числе на 

<

адрес> и на денежные вклады, хранившиеся в Башкирском отделении ПАО «Сбербанк России» с причитающимися процентами и компенсациями. В этот же день, 10.01.2018 года истец получил выписку из реестра, в которой указано, что собственником 

<

адрес> является ФИО3 на основании договор дарения от 10.01.2017 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3

У истца имеются основания полагать, что договор дарения 

<

адрес> составлен ФИО2 в болезненном состоянии, при котором он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. А потому данный договор дарения от 10.01.2017 года не соответствует волеизъявлению ФИО2

Истец считает, что договором дарения нарушены его права на получение наследства и потому обратился в суд с иском о признании договора дарения квартиры от 10.01.2017 года недействительным и признании за истцом права собственности на спорную квартиру.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО5, исковые требования поддержали, просили удовлетворить. Суду пояснили, что с отцом истец редко общался. Когда отец находился в больнице, он не мог его навестить, так как сам находился на излечении

Ответчик ФИО3 на судебное заседание не явилась, извещена своевременно и надлежащим образом.Представитель ответчика по доверенности ФИО6 исковые требования не признала. Относительно заключения судебно – психиатрической экспертизы ГБУЗ РБ РКПБ от 01 октября 2018 года № 1129 пояснила, что оно является незаконным, ходатайствовала о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы.

Третье лицо нотариус нотариального округа г.Уфа ФИО4 в суд не явилась, извещена надлежащим образом. 

Суд, с учетом мнения участников процесса, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО12 суду пояснила, что работает участковым терапевтом в поликлинике № более 20 лет. В 2015-2016году вела участок, где проживал ФИО2, он страдал ИБС, аритмия принимал также сосудистые препараты. В мае 2016г. он оформлял у нее курортную карту в санаторий. В январе 2017г. была на приеме (25.01.2017г.) по вызову родственников, состояние было средней тяжести, помогали передвигаться. Он ее узнал, жаловался на головную боль. Неадекватности в его поведении не заметила, но разговаривал медленно. Улучшение после инсульта было, он отвечал на все вопросы и говорил, что сам все делает. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО13 суду пояснила, что истцу приходится мамой, разошлись с ФИО2 в 1983году. После расторжения брака он женился, но после смерти его супруги стали снова общаться, он приезжал к ним в Иглино в 2016году, редко оставался ночевать, т.к. ему нужно было пить лекарство. Он общался с внуками, просил, чтобы Сергей к нему домой не приезжал. Он все время Сергею говорил, что Максима из квартиры нужно выгнать. Станислав ездил в санатории, сделал операцию сначала на один глаз, затем на второй. Его дни рождения отмечали у нас. В ноябре 2016г. она звонила на сотовый, он не ответил и после они не разговаривали. Городской и сотовые телефоны не отвечали. Ее дочь общалась с ним, хотя была и не родная. В 2017году она с ним ни по телефону, ни лично не общалась. Неадекватности в его поведении не замечала, всех он узнавал, всех называл по имени, на дни рождения внуков приезжал с подарками. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО14 пояснила, что истцу приходится сестрой, умерший ФИО2 являлся отчимом. Она с ним общалась, он жил в Сипайлово в двухкомнатной квартире. До болезни его видела в ноябре 2016г.. Потом она звонила по телефону он не отвечал. В следующий раз увидела в апреле 2017года, общую дверь открыли соседи, затем открыла входную дверь сестра. Он лежал на койке, не бритый, меня не узнал. Он со мной не разговаривал, разговор его был не внятный. Назвал ее дочей. Накормила его, от отца шел запах алкоголя. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО15 суду пояснила, что приходится соседкой ФИО2 с 1998года. С ним общались постоянно, виделись только на улице. Он жаловался на ноги. Говорил, что у него живет племянник с семьей. Про сына ничего не рассказывал. В 2016г. узнала, что он ездил в санаторий. Пьяным его никогда не видела. Потом узнали, что он попал в больницу. После больницы видела его на улице, гуляли с сестрой. Сестра его каждый день была у него дома. Он ее узнавал, говорили на разные темы и расходились. После больницы он выглядел больным, но всех узнавал, здоровался. Никогда не жаловался на Максима и всегда его хвалил. Видела его каждую неделю гуляющим на улице с сестрой. Последний раз его видела летом в 2017году. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО16 пояснила, что умершему приходится соседкой с 1986года. Она живет на 2 этаже, Станислав на 5 этаже. Видела его 2 раза в неделю и приходила к нему домой. На здоровье жаловался, говорил, что ноги болят. В квартире он стал проживать с Максимом и его семьей с 2014г., отношения между ними были нормальные. Станислава пьяным никогда не видела. Он говорил, что ездил в Иглино это было в 2016году. Также говорил, что хочет оформить квартиру на сестру. В декабре 2016г. у него был инсульт. После выписки я его видела на улице, он гулял с сестрой., всех узнавал, со всеми общался, и говорили о жизни, о погоде и политике. После января 2017года она приходила навестить Станислава. Он был в большой комнате на кровати. Он разговаривал, в его поведении неадекватности не замечала, он был как прежде, но только чуть заторможенная речь. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО17 пояснила, что с умершим Станиславом и ответчиком знакомы с детства, еще когда жили в Ново-Александровке. В декабре 2016г. она приехала к маме в гости и осталась ухаживать за ней. Станислава увидела в январе 2017года, он ее узнал сразу. Сам он сильно постарел. Мы вместе разговаривали, говорили о жизни, расспрашивал про всех, интересовался ими. О себе он ничего не рассказывал, о сыне ничего не говорил. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО25 пояснил, что ответчику приходится сыном, умерший ФИО2 -родной дядя. Истца видит впервые. С 2014года он с семьей проживал в квартире у дяди. Ранее снимали квартиру. В процессе совместного проживания отношения были нормальные. В 2016году он жаловался на боли в ногах, обращался в поликлинику. С сыном дядя тесно не общался, в Иглино ездил в 2014году и в 2015году один раз. В 2016году ездил в санаторий. В декабре 2016года он пришел с работы и сидел в комнате, вдруг услышал сильный грохот в кухне, он подбежал и увидел, что дядя лежит на полу. Он поднял его, посадил на стул и вызвал скорую. Сопровождал его до больницы, мама была у него каждый день, он по мере возможности навещал дядю, покупал необходимые лекарства. Проект договора дарения он взял с интернета, т.к. дядя начал говорить о том, чтобы скорее оформить договор дарения на маму. В 2014-2015г. он начинал оформлять документы, чтобы подарить квартиру маме, но там выявились какие-то ошибки в площади квартиры, в связи с этим затянулось оформление договора. После больницы его состояние здоровья значительно улучшилось, он был очень общительным. В день выписки он попросил, чтобы съездили и оформили договор дарения, и в этот день мы поехали в МФЦ и оформили договор дарения на маму. С января 2017г. по октябрь 2017г. он на здоровье не жаловался. При нем весной приезжала Наталья, переночевала и уехала. Они разговаривали на кухне спокойно. Памперсы приобретались, когда он был в больнице в первые дни, затем он начал ходить в туалет самостоятельно. В больнице его положили на кушетку, осмотрели и сделали ренгент. Выписан был фиксатор плеча, ему мы купили и мама на второй день надела. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО19 ответчику приходится дочерью. Умерший ФИО2 –дядей. С ним всегда были хорошие отношения, общались 1-2 раза в месяц. У него были проблемы с ногами, давление, плохо слышал, инвалид по слуху. В больнице мы его посещали, после выписки мы его навещали, там проживали Максим с семьей. Она с ним разговаривала на различные темы: о жизни, молодости его, как он занимался боксом, о погоде. Он был очень общительный, ему нравилось общаться с людьми. После больницы в январе 2017года он вел себя как обычно, адекватный, всех узнавал, общение было прежнее. В больнице, когда она навещала дядю, он говорил, что хочет успеть оформить квартиру на маму. Она приходила к нему после выписки из больницы 1-2 раза в неделю. Он рассказывал о своей молодости, также как ездил в Иглино, общался с Натальей, Татьяной, а про сына ничего не рассказывал. В начале мая 2016г. она была у него, телесных повреждений на нем не видела, он ничего не рассказывал. Ближе к новому году он снова заговорил про квартиру, чтобы оформить ее на маму. Мама за ним в больнице и после выписки постоянно смотрела и ухаживала. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО20 пояснила, что ответчик приходится ей свекровью. В 2014г. она с мужем переехали к ФИО1 в квартиру и проживали до его смерти. Он жаловался на ноги, с ним общались, разговаривали, конфликтных ситуаций не было. Как-то он сказал, что упал на улице, и ходил с перевязкой 1-2 дня. После выписки из больницы в январе 2017г. он всех узнавал, со всеми общался, с нашими детьми также. Придя с больницы, сам кушал, ходил по квартире, в туалет. Выходил со свекровью гулять на улицу. Истца вижу впервые. Сестру Наталью знаю, она приезжала весной 2017года. Она переночевала и уехала. Наталья разговаривала с дядей, он ее узнал. В 2016году он взял кредит, чтобы заменить окна, мы помогали ему с выплатой кредита, также свекровь помогала. Он говорил постоянно, что квартиру хочет оформить на свою сестру. С января 2017 года по октябрь 2017г. он сам ходил, кушал, выходил на улицу, был нормальный человек. 

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель ФИО21 пояснила, что работала врачом неврологом в ГКБ № в отделении неврологии с 2014г. по август 2017г.. ФИО2 поступил в отделение больницы 17.12.2016г. с диагнозом «ОНМК», его принял дежурный доктор. Она начала лечение, были назначены капельницы, ноотропные препараты. Ближе к выписке, исходя из карты видно, что он чувствовал себя лучше, поступил он сразу на второй этаж, состояние было средней тяжести. При осмотре был вызван травматолог, он произвел осмотр и назначил фиксацию плеча. Состояние у него было нормальное, если было бы неадекватное, то был бы приглашен психиатр, в данном случае данный специалист не приглашался, значит, не было такой необходимости. 

Суд, исследовав материалы дела, заслушав участников процесса, полагает необходимым иск удовлетворить исходя из следующего. 

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу требований п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения, то есть данная сделка является оспоримой.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Материалами дела установлено, что согласно договору дарения от 10.01.2017 года ФИО2 передал в дар ФИО3. право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.Указанный договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан, запись регистрации № от 12.012.017г..Определением суда от 10.05.2018 года по делу назначена посмертная судебно – психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Государственного учреждения здравоохранения Республиканская психиатрическая больница № 1 Министерства здравоохранения Республики Башкортостан. 

Согласно заключению комиссии судебно – психиатрических экспертов ГБУЗ РБ Республиканская клиническая психиатрическая больница, от 01 октября 2018 года №, экспертная комиссия пришла к выводу: ФИО2 на интересующие суд период времени к моменту подписания договора дарения 10.01.2017года обнаруживал признаки Органического психического расстройства сосудистого генеза с выраженным снижением психических функций (F 06/811) (ответ на вопросы №№ 1,2).На это указывает данные медицинской документации о наличии сосудистой патологии (гипертоническая болезнь, церебросклероз), перенесенное острое нарушение мозгового кровообращения 16.12.2016 года, обусловившее выраженное снижение психических функций с нарушением познавательных процессов (снижение памяти, облегченность суждений, снижение критических способностей ) и личностных изменений (недостаточность волевого контроля, беспомощность, внушаемость, зависимость от случайных обстоятельств, неспособность к адекватной оценке и соответствующему поведению в реальной жизненной ситуации ). Степень указанных изменений со стороны психики ФИО2 была выражена столь значительно, что лишала его возможности понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора дарения 10.01.2017 года ( ответ на вопросы №№ 3, 4 ).

Оценивая экспертное заключение, суд принимает во внимание то, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, компетентны в вопросах, поставленных судом на их разрешение, обладают знаниями в области медицины и психологии, имеют большой стаж работы, высокий уровень квалификации, содержание заключения соответствует клиническим и нормативно-правовым требованиям. Заключение является полным, не обнаруживает каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, дано с учетом имеющихся материалов дела, не противоречит другим доказательствам по делу, выводы экспертов носят категоричный характер, соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Заявленное ходатайство представителя ответчика о назначении повторной посмертной судебно- психиатрической экспертизы, судом, с учетом мнения участников процесса, были отклонены за необоснованностью, с учетом вышеизложенного.

Исследовав данное заключение, в совокупности с иными доказательствами по делу, учитывая состояние здоровья, в котором находился ФИО2 и что данное обстоятельство имело место в момент подписания договоров дарения, суд приходит к выводу, что в момент совершения договора дарения у ФИО2 в связи с наличием совокупности заболеваний имелся порок воли, в силу чего он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в результате чего отсутствовало и его волеизъявление на подписание оспариваемого договора, в связи с чем исковые требования о признании недействительным договор дарения от 10.01.2017г., заключенного между ФИО2 и ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> и применении последствий недействительности сделки, подлежат удовлетворению, прекратив право собственности ФИО3 на спорную квартиру.

В соответствии со ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Материалами дела установлено, что истец ФИО1 приходится родным сыном ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ., следовательно является наследником первой очереди (л.д.39,40). С заявлением о вступлении в наследство истец обратился к нотариусу НО г. Уфа ФИО4 10.01.2018г., т.е. в установленный законом срок. Других наследников не установлено.

Таким образом, требования ФИО1 о признании за ним право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> в порядке наследования по закону, также подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности на жилое помещение в порядке наследования, – удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 10 января 2017года между ФИО3 и ФИО2 и применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО3 на квартиру по адресу: 

<

адрес>, исключив из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности ФИО3 на указанную квартиру. 

Включить квартиру по адресу: 

<

адрес> наследственную массу, оставшуюся после смерти ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ. 

Признать за ФИО1 право собственности в порядке наследования на квартиру по адресу: 

<

адрес>

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Председательствующий судья: Э.Р.Кадырова