ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Рузаевка 22 сентября 2020 г.

Рузаевский районный суд Республики Мордовия 

в составе председательствующего Юфатовой Е.Ф.,

при секретаре Кашаевой Л.Д.,

с участием государственных обвинителей Девятаева П.П., Дрёмовой Д.И.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Алмазова А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 15 июля 2002 г. приговором Верховного Суда Республики Мордовия (с учетом изменений, внесенных в приговор постановлением Верхнекамского районного суда Кировской области от 15 октября 2004 г.), по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 12 лет, по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения своды на срок 9 лет, по ч. 4 ст. 150 УК РФ к наказанию в виде лишения своды на срок 5 лет, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний к окончательному наказанию в виде лишения свободы на срок 13 лет, с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобожденного 24 июня 2014 г. по отбытии срока наказания;

- 9 апреля 2015 г. приговором Рузаевского районного суда Республики Мордовия по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 131 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев, с его отбыванием в исправительной колонии строгого режима, освобожденного по отбытии срока наказания 8 октября 2018 г., 

задержанного 7 сентября 2019 г. и содержащегося под стражей с 8 сентября 2019 г., 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, при следующих обстоятельствах.

6 сентября 2019 г. примерно в 14 час. 30 мин. ФИО1, имея умысел на тайное хищение денежных средств, находясь в доме Г по адресу: 

<

адрес>, при этом достоверно зная, что у Г в ее кошельке, хранящимся последней при себе в бюстгальтере, имеются денежные средства, решил совершить их хищение. Реализуя задуманное, ФИО1 в это же время, действуя из корыстных побуждений, убедившись, что за его преступными действиями никто не наблюдает, подошел к Г, полагая, что она спит и за его преступными действиями также не наблюдает, извлек из надетого на ней бюстгальтера кошелек с находившимися в нем денежными средствами в сумме 5 054 руб. 26 коп. В указанный момент противоправное деяние ФИО1 было обнаружено Г, при этом последняя стала пресекать его преступные действия, схватив рукой за одежду, потребовала вернуть похищенные денежные средства. Несмотря на это, ФИО1, осознавая, что его действия стали носить открытый характер, желая довести задуманное до конца, с силой толкнул своей правой рукой Г в область груди, после чего, используя физическую силу, одернул свою левую руку, отчего Г, потеряв равновесие, упала, ударившись правым бедром о поверхности пола, испытав при этом сильную физическую боль. После чего ФИО1, убедившись в том, что в результате его преступных действий Г прекратила какое-либо сопротивление и, осознавая, что добился своей преступной цели, с места совершенного им преступления с похищенными денежными средствами скрылся, распорядившись ими по своему усмотрению.

В результате преступных действий ФИО1 потерпевшей Г причинен материальный ущерб на сумму 5 054 руб. 26 коп. и физический вред (согласно заключению эксперта № от 10 сентября 2019 г. у потерпевшей имеется кровоподтек правого бедра, не причинивший вреда здоровью). 

Подсудимый ФИО1, не согласившись с объемом предъявленного ему обвинения по ч. 1 ст. 162 УК РФ, – в разбое, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, совершенного с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции Российской Федерации. Между тем, в судебном заседании указал на признании им вины в совершении открытого хищения денежных средств у потерпевшей Г в меньшем размере, чем заявлено в обвинении, не оспаривая при этом то, что в момент оказания потерпевшей сопротивления при совершении им противоправных действий, он с силой толкнул её своей рукой в область груди, отчего она, упала на бок, ударившись о пол.

Кроме признания подсудимым своей вины в совершении открытого хищения денежных средств с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, его виновность также подтверждается совокупностью имеющихся в деле и приведенных в приговоре ниже доказательств, не вызывающих у суда сомнений в их законности и объективности.

В судебном заседании потерпевшая Г суду показала, что точную дату, когда у нее были похищены ФИО1 денежные средства, она не помнит. В тот день она находилась у своего двоюродного брата Ч, где также был и ФИО1 Они все вместе находились во дворе дома брата и распивали спиртные напитки. В указанное место к ней приходили внучки Д, ЯЛ и Я. В момент нахождения её у Ч приходила почтальон, которая передала ей пенсию примерно 11 800 рублей (эта сумма включает в себя и дорожные выплаты) купюрами достоинством 500 руб. (но допускает, что могли быть и купюры достоинством по 100 руб.). Из этой суммы она отдала почтальону долг за приобретенные товары на почте в сумме 1 100 руб., а также 1 500 руб. в счет оплаты за свет (пояснила, что указанную сумму она забрала через несколько дней у оператора почты). После ухода почтальона, она дала ФИО1 500 руб. на приобретение спиртного «самогон», при этом последний от приобретенной покупки передал ей сдачу в сумме 300 руб. Также из общей суммы пенсии она давала 1 500 руб. своим внучкам в качестве подарка, 1 000 руб. – на приобретение продуктов питания и 500 руб. внучкам на проезд. Оставшиеся денежные средства она положила в свой кошелек. Побыв еще некоторое время у Ч, она вместе с ФИО1 ушла к себе домой, где легла спать. Не успев заснуть, она почувствовала как ФИО1 пытается вытащить у нее кошелек, находящийся в надетом на ней бюстгальтере. Она, в свою очередь, пытаясь пресечь его действия, ухватила за рукав одежды ФИО1, требуя отдать ей кошелек. На что ФИО1 с силой толкнул своей правой рукой Г в область груди, после чего, используя физическую силу, одернул свою левую руку, отчего она, не удержавшись, упала, ударившись правым бедром о поверхности пола, испытав при этом сильную боль. После этого ФИО1, вытащив из кошелька все находящиеся в нем деньги, убежал. О случившемся она сразу же сообщила в полицию. Уточнила, что слова угроз физической расправы, а именно: «убью», «отрублю голову и отнесу на кладбище» ФИО1 в её адрес были высказаны не в момент хищения у нее денежных средств, а за два дня до случившегося. Дополнила, что ФИО1 за содеянное она простила, он, проживая совместно с ней, оказывал ей всякую помощь, ухаживал за ней, помогал по хозяйству. От поддержания гражданского иска в сумме 8 400 руб. отказывается. Просит не лишать ФИО1 свободы. 

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показаний потерпевшей Г, данных ею на стадии предварительного расследования следует, что 6 сентября 2019 г. она находилась во дворе дома своего двоюродного брата Ч, куда спустя некоторое время пришел ФИО1, где они все вместе стали распивать спиртные напитки. Около 12 час. того же дня в указанное место пришла почтальон, которая принесла ей пенсию в размере примерно 11 800 рублей, из которых она передала почтальону долг в сумме 1 900 рублей. После ухода почтальона к дому Ч пришла её внучка Я, которой она из оставшихся денежных средств передала 1 500 руб. Также она давала внучкам денежные средства на приобретение продуктов питания в сумме 1 500 руб. Денежные средства в размере 8 400 руб. она положила в кошелек, который поместила в свой бюстгальтер. Примерно в 14 час. того же дня она пришла к себе домой, где также находился проживающий совместно с ней ФИО1, где легла спать. Не успев еще заснуть примерно в 14 час. 30 минут этого же дня, почувствовав, что кто-то засунул руку ей в бюстгальтер, где находился кошелек с денежными средствами, она, открыв глаза, увидела ФИО1 Спросив последнего о его действиях, ФИО1 засмеявшись, извлек из кошелька находившиеся в нем денежные средства, поместив их в пачку из-под сигарет. Она, поняв, что он совершил их хищение, схватила ФИО1 на левый рукав надетой на нем куртки, стала просить вернуть ей деньги, на что последний, с силой дернул рукой, отчего она упала с кровати на пол, сильно ударившись о поверхность пола правым боком, но в тоже время она продолжала удерживать ФИО1 за рукав его куртки, продолжая просить у него вернуть денежные средства. ФИО1 в этот момент начал угрожать ей физической расправой, говоря, что искалечит её, убьет, отрубит голову и отнесет на кладбище. Приведенные угрозы она восприняла реально, так как ФИО1 был зол, а также способен был совершить данное преступление. Ввиду того, что она продолжала удерживать ФИО1 за рукав его одежды, он таким образом, дотащив её до холодного коридора, схватил её за волосы, с силой начал трясти в разные стороны, причиняя ей физическую боль, продолжая при этом высказывать в её адрес угрозы физической расправы и убийства, которые она восприняла реально. В результате преступных действий ФИО1 ей причинен материальный ущерб в размере 8 400 руб. Уточняет, что размер её пенсии 11 322 руб. 26 коп. 6 сентября 2019 г. почтальон принесла ей кроме пенсии еще дорожные выплаты за 3 месяца в размере 432 руб. (т.1 л.д.29-30, т.1 л.д.120-124).

Указанные показания потерпевшая Г подтвердила при проверке её показаний на месте от 14.10.2019 (т.1 л.д.126-133), а также в ходе очной ставки от 22 октября 2019 г. с обвиняемым ФИО1 (т.1 л.д.160-164).

Потерпевшая Г с приведенными показаниями на следствии в части не согласилась, отметив, что ФИО1, совершая хищение принадлежащих ей денежных средств, каких-либо угроз применения насилия в её адрес не высказывал, за волосы не хватал, голову в разные стороны не тряс, при этом уточнила, что слова угроз физической расправы, а именно: «убью», «отрублю голову и отнесу на кладбище» ФИО1 в её адрес были высказаны не в момент хищения у нее денежных средств 6 сентября 2019 г., а за два дня до случившегося. Не согласившись с показаниями, данными ей на следствии, в части переданных в день произошедшего почтальону, а также внучкам Д, ЯЛ и Я, Г сумм денежных средств, указала на правдивость своих показаний в данной части в суде. Протоколы её допроса на стадии следствии были прочитаны следователем вслух, в силу своего возраста не внимательно восприняла суть прочитанного. 

Свидетель К суду показала, что 6 сентября 2019 г. примерно с 9 час. до 11 час. в магазин приходил ФИО1, попросив у нее в долг жевательную резинку и что-то еще (в настоящее время не помнит). В послеобеденное время ФИО1 вновь приходил в магазин, где передал ей за взятые им в долг товары денежные средства, в какой сумме не помнит. Деньги ФИО1 вынимал из пачки из-под сигарет, при этом в пачке находились еще денежные средства, какими купюрами были денежные средства не помнит.

По ходатайству государственного обвинителя оглашены показания свидетеля К, данные ей в ходе судебного заседания 10.12.2019, в которых свидетель указала, что 6 сентября 2019 г. с 10 час. до 12 час. в магазин приходил ФИО1, последний брал в долг пачку сигарет «Винстон» и минеральную воду. В этот же день примерно в 18 час. ФИО1 вновь приходил в магазин и возвратил долг, который составлял примерно 150 руб., расплатившись купюрами достоинством 50 руб. Деньги ФИО1 доставал из пачки из-под сигарет (т.2 л.д.79-80).

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 281 УПК РФ, показаний свидетеля К, данные ею на стадии расследования следует, что 6 сентября 2019 г. примерно в 15 час. в магазин «Продукты» пришел ФИО1, которому она по его просьбе в долг дала пачку сигарет и зажигалку на сумму 59 руб. Примерно в 18 час. указанного дня в магазин снова пришел ФИО1, при этом последний находился в состоянии алкогольного опьянения, и приобрел водку объемом 0,25 л, пачку сигарет «Winston», жевательную резинку, напиток «пепси» объемом 1 л, одно мороженое, а также вернул долг в сумме 59 руб. При этом ФИО1 рассчитался купюрой достоинством 500 руб., которую достал из пачки из-под сигарет, где, как она заметила, находилось много купюр указанного достоинства. Поинтересовавшись у ФИО1, откуда у него столько денег, последний ответил, что данные денежные средства он заработал, работая в должности сварщика. Передав ему сдачу за приобретенный товар, ФИО1 ушел из магазина. Впоследствии от сотрудников полиции ей стало известно, что ФИО1 похитил денежные средства в сумме 8 400 руб. у своей сожительницы Г (т.1 л.д.70-72).

Свидетель, согласившись в полном объеме с оглашенными показаниями, данными ей на следствии, указала на правдивость приведенных показаний и соответствие их обстоятельствам случившегося. На момент их дачи органам следствия она лучше помнила произошедшие события. Просит не принимать во внимание её показания в настоящем судебном заседании и в судебном заседании от 10.12.2019 относительно времени нахождения ФИО1 06.09.2019 в магазине; товара, приобретенного последним в долг; обозначений купюр. 

По ходатайству государственного обвинителя в порядке, установленном ч. 1 ст. 281 УПК РФ, оглашены показания свидетеля ЯН, данных ей на стадии расследования, из которых следует, что 6 сентября 2019 г. примерно в 13 час. в магазин «Продукты», где она работает продавцом, приходили три девушки, как впоследствии ей стало известно, что это внучки Г, вместе с ними был также мужчина по имени С, проживающий в 

<

...>. При этом девушки приобрели продукты питания, мужчина же покупки не производил, после чего они все вместе ушли. В этот же день в вечернее время к ней в магазин приходили сотрудники полиции и предъявляли фотографию мужчины по имени С. Она, в свою очередь, указала при каких обстоятельствах она его видела 6 сентября 2019 г. Через некоторое время от жителей села ей стало известно о хищении ФИО1 денежных средств у Г (т.1 л.д.137-138).

В судебном заседании свидетель Я показала, что 6 сентября 2019 г. в дневное время она со своими сестрами ЯЛ и Д приехали навестить их бабушку Г В это время их бабушка вместе с ФИО1 и Ч находилась во дворе дома последнего, где распивали спиртное. Также там она увидела почтальона, которая передала Г пенсию. Из этих денег бабушка передала ей и сестрам каждой по 500 руб., а также 1 500 рублей дала им на приобретение Г продуктов питания. При этом оставшуюся от приобретения ей продуктов питания часть денежных средств (сдачу) бабушка также передала им на проезд до дома. Также она видела как какую-то часть денежных средств она передала почтальону.

Свидетель ЯЛ суду показала, она вместе со своими сестрами к и м в 2019 г. приходили в гости (точную дату и месяц не помнит) к своей бабушке Г, при этом последняя находилась у своего брата (имя и фамилия ей не известны). Г с братом находились во дворе его дома, где распивали спиртные напитки. Позже к ним присоединился и ФИО1 Через какое-то время в указанное место пришла почтальон и передала пенсию Г, в каком размере сказать не может, но она видела, что купюры были достоинством по 500 и 100 руб. Из этих денежных средств бабушка передала им (внучкам) каждой по 500 руб., а также дала им примерно 1 000 руб. (допускает, что сумма могла быть и больше) для приобретения Г продуктов питания. Также с пенсии бабашка отдавала почтальону долг за какой-то товар (сумму назвать не может). После этого она, к, м, а также ФИО1 ушли в магазин. Вернувшись, они передали продукты питания бабушке, а также оставшуюся сдачу (в какой сумме сказать не может), однако Г оставшиеся от покупки продуктов денежные средства не взяла, сказав, чтобы они их оставили себе. Уточняет, что в её присутствии Г также передавала ФИО1 денежные средства (точную сумму назвать не может, но было более 300 руб.) на приобретение «самогона», при этом ФИО1 от покупки спиртного возвращал Г сдачу. В послеобеденное время она вместе с сестрами ушли. Обстоятельства совершения хищения денежных средств у Г ей не известны. 

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя показаний свидетеля ЯЛ, данных ею в ходе судебного заседания 12.12.2019, следует, что 6 сентября 2019 года примерно в 12 часов она со своими сестрами Д и Я приехали навестить Г, так как м в этот день уезжала в Москву и хотела попрощаться с бабушкой. Когда они приехали, Г находилась у своего двоюродного брата Ч вместе с ФИО1, где они все вместе возле дома на улице распивали спиртное. Там же она видела почтальона, которая выдала Г пенсию. Бабушка дала ей и сестрам по 500 рублей каждой в виде подарка, а также передала им 1 500 рублей, попросив дойти до магазина и купить ей продукты питания. Оставшуюся от 1 500 рублей сдачу от приобретенных продуктов питания бабушка также отдала им на такси до дома. 

Приведенные показания свидетель ЯЛ подтвердила в полном объеме, некоторые противоречия объяснила тем, что на момент их дачи следователю она лучше помнила события произошедшего. 

По ходатайству государственного обвинителя в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 281 УПК РФ, оглашены показания свидетеля Ч, данные им в ходе предварительного расследования, из которых следует, что 6 сентября 2019 г. примерно в 11 час. он совместно с Г и ФИО1 находился во дворе своего дома по адресу: 

<

адрес>, где они все вместе распивали спиртное. Примерно в 12 час. этого же дня к ним подходила почтальон, которая принесла Г пенсию, но в каком размере ему не известно. Также через некоторое время приходили внучки Г, при этом последняя давала им денежные средства в размере 1 500 руб. на приобретение продуктов питания Г В то время, когда внучки вместе с ФИО1 ушли в магазин, к нему приходил У, с которым они также распивали спиртное. По приходу из магазина ФИО1 вместе с внучками Г, спустя некоторое время примерно в 14 час. сначала ушел У, а затем Г вместе с ФИО1 Утром 7 сентября 2019 г. со слов Г ему стало известно о том, что ФИО1 6 сентября 2019 г. похитил у нее денежные средства в сумме 8 400 руб., при этом нанес ей телесные повреждения в тот момент, когда она пыталась вернуть похищенные денежные средства, а также угрожал ей убийством. О случившемся Г сообщила в органы полиции (т.1 л.д.103-104). 

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 281 УПК РФ, свидетеля У, данных им на стадии предварительного расследования, следует, что 6 сентября 2019 г. примерно в 13 час. он пришел к дому Ч, где находилась также Г, последние распивали спиртные напитки. Он, присоединившись к ним, также выпил немного спиртного. Через некоторое время в указанное место подошли ФИО1 и внучки Г, при этом он понял, что внучки пришли из магазина с продуктами питания, передав их Г, а затем ушли. Поскольку ему не очень хотелось общаться с ФИО1, он, посидев еще немного в этой компании, ушел домой. Примерно в середине сентября 2019 г. от жителей села ему стало известно об аресте ФИО1, а также о том, что он похитил денежные средства у Г Обстоятельства совершения преступления 06.09.2019 ФИО1 ему не известны (т.1 л.д.145-146).

В ходе очной ставки от 21.10.2019 свидетель У поддержал приведенные выше показания (т.1 л.д.152-156).

Свидетель КА суду показала, что 6 сентября 2019 г. примерно в 12 час. дня она приносила Г пенсию, сумма которой составляла около 12 тыс. рублей (точную сумму не помнит). В это время Г находилась во дворе дома Ч, где также присутствовали сам хозяин дома и две девушки – родственницы Г, при этом пенсию она передала Г лично в руки в полном размере. Из указанных денежных средств последняя отдала ей имеющийся у нее долг за приобретенные товары на почте, а также денежные средства в счет оплаты за свет (сумму переданных ей денежных средств она не помнит). При этом денежные средства, переданные ей Г в счет оплаты за свет, последняя забрала их обратно на следующий день у начальника почтового отделения – О, пояснив, что ФИО1 совершил у нее хищение денег. В настоящее время она не помнит выдавала ли она Г в этот же день 6 сентября 2019 г. компенсацию за проезд (дорожные выплаты), ежемесячная сумма их составляет 144 руб. Дополнила, что указанная компенсация по объективным причинам может выдаваться за несколько предшествующих месяцев. 

По ходатайству государственного обвинителя оглашены показания в части свидетеля КА, данных ей в ходе судебного заседания 10.12.2019, из которых следует, что 6 сентября 2019 г. она приносила пенсию Г, при этом последняя находилась вместе с Ч во дворе его дома. Она передала Г пенсию примерно 12 000 руб., а также дорожные выплаты. Из указанных денежных средств Г 1 500 руб. передала в счет оплаты за свет (указанные денежные средства последняя забрала на следующий день у О) и 2 000 руб. – в счет долга за приобретенные ей товары на почте. Исходя из этого, у Г осталось около 9 000 руб. Подтверждает, что в тот момент там находился также и ФИО1 (т.2 л.д.81-82).

После оглашения показаний свидетель КА их достоверность полностью подтвердила, противоречия объяснив давностью описываемых событий.

Свидетель О в целом дала аналогичные показания показаниям свидетеля КА, указав, что размер пенсии Г составляет примерно около 11 000 руб., но точную сумму она сказать не может (сведения относительно конкретной суммы отражается в ведомости). Кроме этого, Г ежемесячно выплачивается компенсация за проезд в размере 144 руб., при этом указанная выплата может быть выдана за несколько предшествующих этому месяцев. Она допускает, что Г 6 сентября 2019 г. передавала КА денежные средства в сумме 1 500 руб. в счет оплаты за коммунальные услуги, а также 2 000 руб. с счет оплаты долга за приобретенные ей ранее товары на почте. Не отрицает того факта, что переданные Г денежные средства в сумме 1 500 руб. она либо на следующий день, либо через день возвращала последней, однако подробные обстоятельства этому не помнит ввиду прошедшего довольно длительного периода времени со дня случившегося. 

В судебном заседании свидетель КН показала, что после освобождения ФИО1 с мест лишения свободы, он стал злоупотреблять спиртными напитками, в связи с чем его отец выгнал ФИО1 из дома, при этом последний стал проживать с Г, которую она может охарактеризовать с отрицательной стороны. Она, в свою очередь, продолжала поддерживать отношения с сыном. Обстоятельства совершения хищения денежных средств у Г ей не известны.

В ходе осмотра места происшествия 6 сентября 2019 г. – дома по адресу: 

<

адрес> изъяты предметы, имеющие значения для настоящего дела, а именно: кошелек, след участка подошвы обуви на светлой дактилоскопической пленке, бутылка из-под лимонада (т.1 л.д.8-13).

Согласно протоколу осмотра предметов от 11 сентября 2019 г. указанные предметы осмотрены (т.1 л.д.108-112). 

Протоколом осмотра места происшествия от 22 октября 2019 г. с участием обвиняемого ФИО1 произведен осмотр заброшенного 

<

адрес> с места происшествия ничего не изъято (т.1 л.д.167-172).

Согласно заключению первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдает в настоящее время и не страдал им в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию. У него имеется 

<

данные изъяты>. Однако указанные особенности психики подэкспертного не сопровождаются существенными нарушениями мышления, памяти, интеллекта, критических способностей, какой-либо психотической симптоматикой и выражены не столь значительно, чтобы лишать ФИО1 возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в настоящее время. Как следует из материалов уголовного дела и данных настоящего психиатрического обследования у ФИО1 в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживалось. Мог в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию ФИО1 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать о них показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. Указанное психическое расстройство ФИО1 не связано с опасностью для него или других лиц либо возможностью причинениями иного существенного вреда, в связи с чем в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.1 л.д.93-96).

У суда нет оснований сомневаться в заключении квалифицированных экспертов, которые при производстве судебно-психиатрической экспертизы имели возможность не только непосредственно исследовать психическое состояние ФИО1, но и пользовались медицинскими документами из лечебного учреждения. 

Поведение подсудимого ФИО1 в судебном заседании также не дает оснований сомневаться в его психическом состоянии.

По изложенным основаниям суд признает ФИО1 вменяемым в отношении совершенного им деяния.

Анализируя и сопоставляя исследованные доказательства, суд приходит к выводу о том, что показания потерпевшей, свидетелей, данные в ходе предварительного следствия и в суде, в частях, не противоречащих фактически установленным судом обстоятельствам дела, являются достоверными доказательствами, поскольку они логичны, последовательны, согласуются между собой и взаимодополняют друг друга, не имеют существенных противоречий, влияющих на доказанность вины подсудимого, а также согласуются с исследованными в судебном заседании письменными материалами уголовного дела.

Оценивая показания допрошенных в суде свидетелей К, ЯЛ, КВ, их оглашенные показания, данные в ходе предварительного следствия (К, ЯЛ) и в судебном заседании (КВ), суд считает возникающие противоречия вызваны давностью описываемых событий, что не свидетельствует о неправдивости показаний свидетелей, которые оглашенные показания добросовестно подтвердили, и считает более точными показания, более приближенные к описываемым событиям. С учетом этого, показания приведенных свидетелей последовательны, логичны, взаимно уточняют и дополняют друг друга, судом приняты меры к проверке причин возникновения неточностей и противоречий в показаниях свидетелей, которые были устранены в ходе судебного разбирательства. Оснований для оговора подсудимого не установлено, что позволяет принять эти показания за основу при вынесении приговора.

Установив фактические обстоятельства дела, оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что предъявленное ФИО1 органами предварительного следствия обвинение в хищение принадлежащих Г денежных средств в сумме 8 400 руб. не нашло своего подтверждения в судебном заседании. При этом при расчете ущерба суд исходит из следующего.

В судебном заседании бесспорно установлено, что 6 сентября 2019 г. почтальоном КА Г передана пенсия в размере 11 322 руб. 26 коп., а также компенсационные выплаты по категории «пенсионер» за три предшествующих месяца в размере 432 руб. (144 руб.*3=432 руб.). Таким образом, общая сумма переданных потерпевшей в указанный день почтальоном денежных средств составила 11 754 руб. 26 коп. Из приведенной общей суммы денежных средств Г в качестве подарка передала по 500 руб. каждой из своих внучек – Я, ЯЛ, Д (500 руб.*3=1 500 руб.), а также 1 500 рублей дала последним на приобретение продуктов питания, при этом оставшуюся сдачу от покупки продуктов Г отдала им на проезд на такси. Кроме этого из указанной общей суммы пенсии потерпевшая возвратила почтальону долг за приобретенный ей ранее товар на почте в сумме 2 000 руб., а также 1 500 руб. в качестве оплаты коммунальных услуг. Также Г из указанной суммы пенсии были переданы 200 руб. ФИО1 на приобретения спиртного «самогон». 

Таким образом, анализ совокупности исследованных судом обстоятельств, позволил суду прийти к выводу о том, что размер похищенных у Г денежных средств составил 5 054 руб. 26 коп. (11 754,26–1 500–1 500–2 000–1 500–200=5 054,26 руб.), который полностью нашел свое подтверждение в ходе судебного заседания, при этом каких-либо доказательств, опровергающих данное обстоятельство, не имеется. 

Анализируя показания потерпевшей Г суд подвергает их сомнению в части хищения у неё наличных денежных средств в заявленной ею сумме 8 400 руб., так как они противоречат показаниям свидетелей обвинения ЯЛ, Я, КА, О, подсудимого ФИО1, а также другим надлежаще собранным и исследованным материалам дела.

Не доверять показаниям указанных свидетелей у суда нет никаких оснований, поскольку их показания, касающиеся существенных обстоятельств содеянного, по своей сути являются сообразующими, последовательными, согласуются между собой, не содержат существенных противоречий. Причин для оговора подсудимого ФИО1 не имеется. 

Органом предварительного следствия ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 162 УК РФ, в разбое, то есть нападении в целях хищения чужого имущества, совершенном с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

В прениях сторон государственный обвинитель изменил предъявленное в отношении подсудимого обвинение в сторону смягчения путем переквалификации его действий с ч. 1 ст. 162 УК РФ на п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, мотивировав тем, что добытые доказательства и анализ обстоятельств, установленных в судебном заседании, не дают оснований считать, что ФИО1 совершен разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья.

В соответствии с п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающей более мягкое наказание.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. 

Находя мотивы изменения обвинения государственным обвинителем обоснованными, принимая во внимание, что оно заявлено по завершении исследования материалов дела, государственный обвинитель обозначил свою позицию, а также учитывая, что изменение обвинения предопределяет принятие судом решения в соответствии с его позицией, суд принимает его, поскольку этим не ухудшается положение подсудимого, не нарушает его право на защиту, фактические обстоятельства при этом не изменяются, и квалифицирует действия ФИО1 по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ – грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Квалифицируя действия подсудимого как открытое хищение чужого имущества, суд исходит из того, что ФИО1 умышленно, из корыстных побуждений, с целью открытого завладения и распоряжения чужим имуществом, в присутствии Г из кошелька похитил принадлежащие последней денежные средства в размере 5 054 руб. 26 коп. При этом ФИО1 понимал, что собственник имущества осознает противоправный характер его действий.

Квалифицирующий признак «с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья» в отношении потерпевшей нашел свое подтверждение в судебном заседании, так как с целью подавления воли к сопротивлению, к Г со стороны ФИО1 было применено насилие, не опасное для жизни и здоровья, а именно он с силой толкнул своей правой рукой Г в область груди, после чего, используя физическую силу, одернул свою левую руку, отчего потерпевшая, потеряв равновесие, упала, ударившись правым бедром о поверхности пола, испытав при этом сильную физическую боль.

Оценивая собранные по делу приведенные в настоящем приговоре доказательства виновности ФИО1 суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, т.к. все они имеют отношение к рассмотрению данного дела, получены без нарушения уголовно-процессуального закона и взаимосогласованные между собой. Суд считает, что все собранные и исследуемые доказательства в совокупности являются достаточными для разрешения уголовного дела.

Назначая наказание подсудимому ФИО1 за совершенное преступление, суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Деяние, совершенное подсудимым, отнесено к категории тяжких преступлений.

Как личность ФИО1 по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.1 л.д.217, 218), по последнему месту отбывания наказания в исправительной колонии ФКУ ИК-4 УФСИН России по Республике Мордовия – посредственно (т.1 л.д.224), на учете у врачей нарколога и психиатра, на диспансерном учете в ГБУЗ РМ «Мордовский республиканский центр профилактики борьбы со СПИД» не состоит (т.1 л.д.207, 208, 215, 216), по сведения ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская клиническая психиатрическая больница» получал консультативную помощь с диагнозом: легкая умственная отсталость; дважды проходил амбулаторную судебно-психиатрическую помощь (т.1 л.д.213). 

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1, является полное признание вины, раскаяние в содеянном, наличие у него заболевания – врождённая легкая умственная отсталость (Олигофрения в степени легкой дебильности) с эмоционально-волевыми нарушениями. 

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, является особо опасный рецидив преступлений, так как он имеет две непогашенные судимости по приговору от 15 июля 2002 года, которым он осуждался в том числе, за умышленные особо тяжкие преступления к реальному лишению свободы, и по приговору от 9 апреля 2015 года, которым он осуждался за умышленное тяжкое преступление к реальному лишению свободы. 

Органами предварительного расследования ФИО1 вменено совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

По смыслу закона признание обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, «совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя» является не обязанностью, а правом суда, которое может быть реализовано последним при наличии совокупности указанных в данной норме закона обстоятельств, как-то характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного. Факт нахождения виновного в момент совершения преступления в состоянии опьянения не является безусловным основанием для признания данного обстоятельства отягчающим.

Исходя из установленных обстоятельств дела, суд считает необходимым исключить вмененное органами предварительного следствия отягчающее обстоятельство – совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч. 1.1 ст. 63 УК РФ), поскольку стороной обвинения не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о влиянии состояния алкогольного опьянения, в котором находился ФИО1, на совершение им противоправного деяния. Кроме этого в материалах уголовного дела отсутствуют какие-либо письменные документы, подтверждающие факт нахождения подсудимого в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

Принимая во внимание обстоятельства совершения преступления: способа его совершения, степени реализации преступных намерений, вида умысла, мотива, цели совершения деяния, характера и размера наступивших последствий, влияющих на степень его общественной опасности, наличия отягчающего наказание обстоятельства – особо опасного рецидива преступления, суд не входит в обсуждение вопроса об изменении его категорий на менее тяжкое (ч. 6 ст. 15 УК РФ). 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, относящегося к категории тяжких деяний, личность виновного, суд из альтернатив наказаний, предусмотренных санкцией ч. 2 ст. 161 УК РФ назначает ему наказание в виде лишения свободы, полагая, при этом, что именно данный вид наказания позволит достичь целей наказания, а также будет способствовать исправлению ФИО1, то есть формированию у него уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения.

При этом оснований для применения положений ст. 73 УК РФ при назначении наказания ФИО1 суд не находит, так как такое наказание не обеспечит цели его исправления, восстановления социальной справедливости и предупреждения совершения новых преступлений. Кроме того, в силу п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ условное осуждение подсудимому назначено быть не может, так как в его действиях содержится особо опасный рецидив преступлений.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО1 преступления, его ролью и поведением во время или после совершения преступлений, а также других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступления, судом не установлено, в связи с чем оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд не усматривает, однако учитывает их при назначении подсудимому срока наказания, и в связи с их наличием не назначает ему дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Вместе с тем, учитывая всю совокупность имеющихся по уголовному делу смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, поведение подсудимого после совершения им преступления, свидетельствующее об его раскаянии в содеянном, заявления потерпевшей Г о назначении наказания, не связанного с лишением его свободы, суд при назначении наказания ФИО1 считает возможным применить ему положения ч. 3 ст. 68 УК РФ и назначить наказание на срок менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, то есть лишения свободы, предусмотренного за совершенное им преступление, без учета правил назначения наказания при рецидиве преступлений (ч. 2 ст. 68 УК РФ).

Суд не обсуждает вопрос о замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы в отношении ФИО1 за совершение преступления, поскольку согласно требованиям ч. 1 ст. 53.1 УК РФ принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы за совершение тяжкого преступления впервые. 

В силу п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 следует назначить в исправительной колонии особого режима, как осужденному к лишению свободы при особо опасном рецидиве преступлений.

Срок отбытия наказания ФИО1 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ суд полагает зачесть в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 7 сентября 2019 г. до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Потерпевшая Г отказалась от гражданского иска о возмещении причиненного имущественного вреда. Последствия принятия судом отказа от гражданского иска потерпевшей разъяснены и понятны, данный отказ от иска заявлен ей добровольно, осознанно, без чьего-либо принуждения.

Согласно п. 11 ч. 4, ч. 5 ст. 44 УПК РФ гражданский истец вправе отказаться от предъявленного им гражданского иска. Отказ от гражданского иска может быть заявлен гражданским истцом в любой момент производства по уголовному делу, но до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора. Отказ от гражданского иска влечет за собой прекращение производства по нему.

В связи с изложенным, суд полагает возможным принять отказ от иска потерпевшей Г и производство по гражданскому иску о возмещении причиненного имущественного вреда на сумму 8 400 руб. прекратить. 

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год, с его отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Началом исчисления срока отбывания ФИО1 наказания признать день вступления настоящего приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время его содержания под стражей с 7 сентября 2019 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

В связи с отбытием наказания в виде лишения свободы ФИО1 из-под стражи освободить в зале судебного заседания немедленно. 

Меру пресечения ФИО1 в виде заключение под стражу отменить.

Принять отказ от иска гражданского истца Г к гражданскому ответчику ФИО1.

Производство по гражданскому иску потерпевшей Г о возмещении причиненного имущественного вреда на сумму 8 400 руб. прекратить в связи с отказам гражданского истца от иска.

Вещественные доказательства по делу - бутылку с надписью «Лимонад», светлую дактилоскопическую пленку со следом обуви, кошелек, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств Рузаевского районного суда Республики Мордовия – уничтожить. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение 10 суток со дня провозглашения, с подачей жалобы через Рузаевский районный суд Республики Мордовия. 

В случае апелляционного обжалования приговора сторонами осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий

1версия для печати