РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Пенза 03 февраля 2017г.

Пензенский районный суд Пензенской области в составе

председательствующего судьи Прудченко А.А.

при секретаре Суровикиной Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного ДТП,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с исковыми требованиями к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, указав следующее. 29 апреля 2016г. в Пензенской области на автодороге «Пенза-Кондоль» 1км + 200м произошло ДТП с участием транспортного средства «

<

...> под управлением ФИО2 и транспортного средства 

<

...> под управлением водителя А, принадлежащего ФИО1 Виновным в ДТП признан водитель ФИО2, гражданская ответственность которого не была застрахована. Согласно отчету №96-16 от 19 мая 2016г. стоимость восстановительного ремонта автомобиля 

<

...> с учетом амортизационного износа составляет 214270 рублей 00 копеек.

ФИО1 просит суд взыскать с ответчика в свою пользу ущерб (стоимость восстановительного ремонта автомобиля) в размере 214270 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг эксперта в сумме 10000 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 6000 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг нотариуса в сумме 2000 рублей 00 копеек, расходы по оплате госпошлины в сумме 5342 рубля 70 копеек.

В судебное заседание истица ФИО1 и ее представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, не явились, о рассмотрении дела извещены своевременно и надлежащим образом, представили суду заявления, в которых просили рассмотреть дело в их отсутствие.

В ходе судебного заседания 24 января 2017г. представитель истца ФИО3 исковые требования уменьшил, просил суд взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 107135 рублей 00 копеек, расходы на оплату экспертного заключения в сумме 10000 рублей 00 копеек, расходы на оплату госпошлины в сумме 5342 рубля 70 копеек, расходы на услуги представителя в размере 15000 рублей 00 копеек, а также произвести возврат излишне уплаченной госпошлины.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что он является владельцем автомобиля 

<

...>, который приобрел по договору купли-продажи. Ввиду того, что он имел намерение продать данный автомобиль, право собственности в органах ГИБДД не зарегистрировал. 29 апреля 2016г. в утреннее время на автомобиле 

<

...> он двигался со стороны с направления с.Кондоль в сторону г.Пенза по 2 км. автодороги «Пенза-Кондоль» со скоростью 60 км/час. Дорога имела всего две полосы движения. С целью совершения маневра поворота налево, он сбавил скорость до 20 км/час и за 5-6 секунд до поворота включил левый указатель поворота. При этом он находился ближе к разделительной полосе. Его обогнали два легковых автомобиля, которые данный маневр совершили по встречной полосе с пересечением сплошной линии разметки при обгоне. За данными легковыми машинами он видел грузовой автомобиль, находящийся на расстоянии 100 метров, при этом грузовой автомобиль, как и легковые автомобили, в нарушение ПДД РФ, стал вслед за ними совершать маневр обгона, пересекая сплошную линию. После того, как его обогнали две легковые машины, он начал маневр поворота налево, грузовой автомобиль при этом не видел. Затем произошел удар грузового автомобиля в левую сторону автомобиля ответчика. Место столкновения произошло на пересечении прерывистой линии разметки, при этом левая передняя часть его автомобиля находилась частично на расстоянии не более 70 см. на полосе встречного движения. При столкновении большая часть автомобиля 

<

...> находилась на полосе встречного движения. Автомобиль 

<

...> двигался на большой скорости. Когда поворачивал, не думал, что грузовик окажется так близко. С момента начала выполнения маневра разворота и до контакта с грузовым автомобилем он преодолел расстояние, равное 0,5 метров. При столкновении его автомобиль отбросило от грузового автомобиля на 30-35м. Считает, что правил дорожного движения он не нарушал, составленный в отношении него административный материал является незаконным. 

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании, поддержав позицию доверителя, против удовлетворения исковых требований возражал. 

Третье лицо С. в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела был извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомил.

В соответствии с ч.5 ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, его представителя и третьего лица.

Выслушав объяснения ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования Ф.И.О.1 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Статья 8 ГК РФ предусматривает, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе и из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности, а также вследствие причинения вреда другому лицу.

В соответствии со ст.9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно ст.12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем возмещения убытков.

В соответствии со ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.д.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что 29 апреля 2016г. в 07 часов 45 минут на автодороге «Пенза-Кондоль» 1км + 200м произошло ДТП с участием автомобиля 

<

...> под управлением ФИО2 и автомобиля 

<

...> под управлением водителя А, принадлежащего ФИО1, что подтверждается справкой о ДТП (л.д.10).

Постановлением №18810058150003652933 от 29 апреля 2016г. ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 500 рублей 00 копеек. Как следует из данного постановления, водитель ФИО2, управляя автомобилем 

<

...>, на 1км+200м автодороги «Пенза-Кондоль» Пензенского района Пензенской области при маневре разворота вне перекрестка не уступил дорогу автомобилю 

<

...> под управлением водителя А, движущемуся попутно без изменения направления движения, в результате чего совершил столкновение, нарушив п.8.1, 8.7 ПДД РФ (л.д.13).

Из показаний свидетеля А, данных им в судебном заседании, следует, что 29 апреля 2016г. в утреннее время он двигался из с.Старая Каменка по направлению в г.Пенза по 2 км. автодороги «Пенза-Кондоль» на автомобиле 

<

...>. Ехал со скоростью примерно 60 км/ч. В попутном направлении по трассе двигались ещё четыре легковые машины. Сплошная линия разметки начиналась на расстоянии 200-300 м. от моста, затем шла прерывистая линия разметки, которая продолжалась до середины поворота на с.Лебедевка Пензенского района Пензенской области. После моста на прерывистой линии разметки автомашину ответчика ФИО2 начали обгонять впереди едущие его легковые автомобили. Вслед за ними он начал свой маневр обгона автомобиля ответчика ФИО2 на прерывистой линии разметки. Когда сравнялся с автомашиной ответчика, почувствовал, что тот левой частью своего автомобиля начал бить правую часть его грузовика. Он стал уходить на обочину, при этом тормозил. Когда уходил на обочину, машина ответчика достала и столкнулась с прицепом. Водитель автомобиля 

<

...> световой сигнал, указывающий на начало маневра поворота, не включал. При этом, когда автомобиль ответчика стали обгонять легковые автомобили, он (водитель ФИО2) начал частично съезжать на обочину. Убедившись, что его автомашину никто не обгоняет, включив левый указать поворота, он начал обгон автомобиля ответчика, но при маневре почти обогнав его передними колесами кабины, он почувствовал удар в правую часть. От удара он вывернул руль влево и колесами автомашины зацепил обочину, грузовик сместило в левый кювет по ходу движения, проехав по кювету 100 метров, остановился. По обстоятельствам ДТП водитель ФИО2 сотруднику ГИБДД сообщил, что перед осуществлением маневра поворота не заметил грузовик.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании, отрицая свою вину в совершении ДТП, пояснил, что Правила дорожного движения РФ он не нарушал, к ДТП привели виновные действия водителя автомобиля 

<

...>, который в нарушение ППД РФ, стал совершать маневр обгона, пересекая сплошную линию.

С целью проверки доводов сторон о соответствии действий водителей данных транспортных средств Правилам дорожного движения РФ в представленной дорожной обстановке, судом была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта №№815/13.1; 817/13.3 от 29 декабря 2016г. установить конкретную траекторию движения автомобиля 

<

...> перед столкновением и определить из какого положения на проезжей части автодороги «Пенза-Кондоль» водитель автомобиля

<

...> ФИО2 начал совершать маневр разворота и в целом механизм ДТП не представилось возможным, исследование проводилось экспертом в двух вариантах. 

При варианте №1 развития дорожно-транспортной ситуации (на основании пояснений по факту ДТП водителя А) водитель автомобиля 

<

...> ФИО2 должен был действовать, руководствуясь требованиями п.1.5 абзаца 1 ППД РФ (Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда), п.8.1 абзаца 1 ППД РФ (Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны, - рукой; при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения), п.8.8 абзаца 2 ППД РФ (Если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины). При этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам). 

При данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

...> ФИО2 своими действиями по управлению ТС не уступил дорогу водителю автомобиля «

<

...> А, который по отношению к нему имел первоочередное право на движение в намеченном направлении, то есть преимущество (приоритет). В результате этого водитель ФИО2 создал опасность для движения водителю А

При этом варианте развития дорожно-транспортной ситуации фактические действия водителя автомобиля 

<

...> ФИО2 по управлению транспортным средством требованиям п.1.5 абзаца 1, п.8.1 абзаца 1, п.8.8 абзаца 2 ПДД РФ, с технической точки зрения, не соответствовали. При этом водитель автомобиля 

<

...> ФИО2 располагал технической возможностью предотвращения ДТП путем своевременного выполнения указанных выше требований ПДД РФ. 

В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

...> А с момента возникновения опасности для движения не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем 

<

...> под управлением водителя ФИО2 путем применения экстренного торможения. Поэтому в действиях водителя А несоответствий требованиям п.10.1 абзаца 2 ПДД РФ (При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства), с технической точки зрения, не усматривается, и его действия по управлению транспортным средством не находятся в причинной связи с фактом ДТП. 

При данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации только действия водителя автомобиля 

<

...> ФИО2 не соответствующие требованиям п.1.5 абзаца 1, п.8.1 абзаца 1, п.8.8 абзаца 2 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП.

При варианте №2 развития дорожно-транспортной ситуации (на основании пояснений по факту ДТП водителя ФИО2), водитель автомобиля 

<

...> А должен был действовать, руководствуясь требованиями п.1.5 абзаца 1 ППД РФ (Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда), п.9.10 ППД РФ (Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая бы позволила избежать столкновения), п.10.1 абзаца 1 ППД РФ (Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил). 

При данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля 

<

...> А располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем 

<

...> под управлением водителя Ф.И.О.2 путем своевременного и безусловного выполнения требований п.1.5 абзаца 1, п.9.10, п.10.1 абзаца 1 ПДД РФ. С технической точки зрения действия водителя автомобиля 

<

...> А требованиям вышеуказанных пунктов ПДД РФ не соответствовали и находятся в причинной связи с фактом ДТП. При данном варианте развития дорожно-транспортной ситуации в действиях водителя автомобиля 

<

...> ФИО2 по управлению транспортным средством каких-либо несоответствий, которые находились бы в причинной связи с фактом ДТП, с технической точки зрения не усматривается.

Исходя из требований ст.56 ГПК РФ, суд считает указанное выше экспертное заключение допустимым доказательством в совокупности с другими имеющими по делу доказательствами и принимает его за основу при вынесении решения.

Заключение эксперта соответствует требованиям ст.86 ГПК РФ, так как выводы эксперта основаны на анализе материалов гражданского дела, выполнено специалистом, имеющим значительный опыт работы и достаточную квалификацию, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, заключение обоснованно, выводы мотивированы, в связи с чем оснований не доверять выводам эксперта не имеется.

В судебном заседании был допрошен эксперт П., который сообщил, что согласно определению Пензенского районного суда Пензенской области от 20 октября 2016г. он произвел автотехническую экспертизу по данному гражданскому делу. Заключение экспертизы от 29 декабря 2016г. он поддерживает в полном объеме. Поскольку проведенным исследованием установить конкретную траекторию движения автомобиля 

<

...> перед столкновением и определить из какого положения на проезжей части автодороги «Пенза-Кондоль» водитель автомобиля«

<

...>» ФИО2 начал совершать маневр разворота и в целом механизм ДТП не представилось возможным, то экспертное исследование проводилось им в двух вариантах. Просмотр видеозаписи с места ДТП, представленной ответчиком ФИО2, а также заслушанные в судебном заседании пояснения водителей А., ФИО2 и инспектора ОГИБДД ОМВД России по Пензенскому району Пензенской области П. никак не повлияли на выводы проведенной им экспертизы. Считает, что в данном дорожно-транспортном происшествии, вина может быть установлена как водителя автомобиля 

<

...> А, так и водителя автомобиля 

<

...>.Оценивая полученное по делу заключение судебной экспертизы, суд принимает выводы эксперта о наличии в действиях водителя ФИО2 несоответствий требованиям п.1.5 абзаца 1, п.8.1 абзаца 1, п.8.8 абзаца 2 ПДД РФ, с технической точки зрения, а также наличия причинной связи между несоответствием его действий требованиям ПДД РФ и наступлением события ДТП.

Согласно абзацу 1 п.1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В соответствии с абзацем 1 п.8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны, - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движении.

На основании абзаца 2 п.8.8 ПДД РФ, если при развороте вне перекрестка ширина проезжей части недостаточна для выполнения маневра из крайнего левого положения, его допускается производить от правого края проезжей части (с правой обочины); при этом водитель должен уступить дорогу попутным и встречным транспортным средствам. 

Вина водителя ФИО2 в совершении ДТП 29 апреля 2016г. подтверждается: вещной обстановкой на месте происшествия; заключением эксперта №№815/13.1; 817/13.3 от 29 декабря 2016г.; отчетом №96-16 от 19 мая 2016г. об оценке рыночной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства 

<

...>; показаниями свидетелей А., П., эксперта П.; постановлением №18810058150003652933 от 29 апреля 2016г. о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, вступившим в законную силу; схемой дорожно-транспортного происшествия от 29 апреля 2016г. и другими материалами административного дела. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о нарушении ФИО2 Правил дорожного движения РФ при совершении маневра поворота и отсутствии нарушений Правил дорожного движения РФ со стороны водителя А

Доводы ответчика ФИО2 о нарушении водителем А правил дорожного движения в связи с совершением маневра обгона через сплошную линию разметки опровергаются показаниями свидетелей П., А., видеозаписью с места ДТП, схемой дорожно-транспортного происшествия от 29 апреля 2016г. из административного материала.

Так, допрошенный в ходе судебного заседания в качестве свидетеля инспектор ОГИБДД ОМВД России по Пензенскому району Пензенской области П. пояснил, что 29 апреля 2016 г. в утреннее время в дежурную часть ОМВД России по Пензенскому району Пензенской области поступило сообщение о ДТП. Выехав на место происшествия, он увидел, что столкнулись два автомобиля: легковой под управлением ФИО2 и грузовой под управлением А Он опросил водителей по поводу случившегося, выяснилось, что водитель ФИО2 перед осуществлением маневра поворота не уступил дорогу прямо идущему автомобилю. От сплошной линии разметки до середины поворота было расстояние 100-150 м. Включал ли водитель ФИО2 указатель поворота, пояснить не может. В том месте, где ответчик ФИО2 начал маневр поворота, сплошной линии разметки не было, знаков, запрещающих обгон, также не было. Водитель ФИО2 в своих объяснениях признал свою вину. Подписал схему дорожно-транспортного происшествия, каких-либо замечаний от него не поступило. Считает, что ДТП произошло ближе к обочине. Им было вынесено постановление по делу об административном правонарушении в отношении водителя ФИО2 по ч.3 ст.12.14 КоАП РФ. Каких-либо нарушений ПДД РФ со стороны водителя А установлено не было. 

Свидетель А. в судебном заседании подтвердил, что на прерывистой линии разметки автомашину ответчика ФИО2 начали обгонять впереди едущие его легковые автомобили. Вслед за ними на прерывистой линии разметки он начал свой маневр обгона автомобиля ответчика ФИО2 

В ходе судебного заседания воспроизводилась видеозапись с места ДТП, представленная стороной ответчика, подтверждающая, что в месте ДТП на дорожном полотне сплошная линия разметки отсутствует, имеется прерывистая линия разметки.

Наличие прерывистой линии разметки на дорожном полотне в месте ДТП также подтверждается обозреваемой в судебном заседании схемой дорожно-транспортного происшествия от 29 апреля 2016г. из административного материала, подписанной водителями Ф.И.О.2, А., понятыми и инспектором ОГИБДД ОМВД России по Пензенскому району Пензенской области П.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что за 5-6 секунд до совершения маневра поворота налево он включил левый указатель управляемого им автомобиля «Hyundai Starex» являются несостоятельными и опровергаются его собственным объяснением, данным им 29 апреля 2016г. сотруднику ГИБДД сразу после ДТП, а также показаниями свидетеля А.

Из объяснения водителя автомобиля 

<

...> ФИО2 от 29 апреля 2016г. установлено, что он медленно двигался со скоростью 20-30 км/ч, посмотрел в боковое левое зеркало заднего вида, за ним двигались транспортные средства, его обогнали две легковые автомашины и позади этих легковых автомашин двигалась грузовая автомашина фура. Он стал поворачивать налево и в этот момент происходит удар в левую сторону, его автомашину отбросило в правую сторону. В момент выполнения поворота налево он видел, что позади него двигается грузовая автомашина – фура.

Так, из показаний свидетеля А., данных им в судебном заседании, стало известно, что водитель автомобиля 

<

...> ФИО2 световой сигнал, указывающий на начало маневра поворота, не включал. Сотруднику ГИБДД водитель ФИО2 пояснил, что перед осуществлением маневра поворота не заметил грузовик. 

О том, что водитель автомобиля 

<

...> ФИО2 не включал указатели поворота (правый, левый) водитель А. указал в своем объяснении 29 апреля 2016г. после ДТП. 

К показаниям ответчика ФИО2 об обстоятельствах ДТП, имевшего место 29 апреля 2016г. в 07 часов 45 минут на автодороге «Пенза-Кондоль» 1км + 200м, суд относится критически, поскольку рассчитанная в судебном заседании экспертом П. скорость движения автомобиля под управлением А. с учетом указанных ответчиком ФИО2 следующих параметров: скорости движения его автомобиля – 20 км/ч; расстояния от грузового автомобиля под управлением водителя А. до его автомобиля на момент, когда он его увидел (в зеркало заднего вида) – 100-150 м., составила 370 км/ч – 540 км/ч соответственно, что противоречит техническим характеристикам автомобиля 

<

...>.

Учитывая представленные доказательства, суд находит установленной вину водителя ФИО2 в совершении ДТП 29 апреля 2016г.

Владельцем автомобиля 

<

...> на момент ДТП, произошедшего 29 апреля 2016г., являлся ФИО2 на основании договора купли-продажи от 27 апреля 2016г., заключенного между С. и ФИО2

При таких обстоятельствах законных оснований для освобождения ФИО2 от возмещения вреда, причиненного в результате рассматриваемого ДТП, не имеется.

Таким образом, на основании изложенного и при отсутствии доказательств иного суд считает, что лишь виновные, не соответствующие Правилам дорожного движения РФ действия ответчика ФИО2 находятся в причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП и причинением вреда имуществу истицы, которая является надлежащим истцом по делу. 

Факт принадлежности автомобиля 

<

...>, истице ФИО1 подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от (Дата)г. сер.

<

...>4 (л.д.7-9), свидетельством о праве собственности сер.

<

...>2 от (Дата)г. (л.д.107-110).

В силу п.1 ст.935 ГК РФ законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц.

В соответствии с ч.1 ст.6 Федерального закона от 25 апреля 2002г. №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (с изменениями и дополнениями) объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ФИО2 не была застрахована, что следует из справки о ДТП (л.д.10), а также подтверждается постановлением №18810058150003652925 по делу об административном правонарушении от 29 апреля 2016г. в отношении ФИО2 по ч.3 ст.12.37 КоАП РФ (л.д.12). При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ответственным за возмещение вреда, причиненного имуществу истца, является ФИО2

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истица были причинены механические повреждения, которые были зафиксированы справкой о ДТП от 29 апреля 2016г.: поврежден передний бампер, переднее правое крыло, передняя левая дверь, наружное левое зеркало заднего вида, разбито стекло передней левой двери (л.д.10).

Полный объем повреждений автомобиля истца отражен в акте осмотра №96-16 от 06 мая 2016г. (л.д.41).

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы №815/13.1; 817/13.3 от 29 декабря 2016г. все повреждения на автомобиле 

<

...>, зафиксированные в справке о дорожно-транспортном происшествии от 29 апреля 2016г. и в акте осмотра транспортного средства №96-16 от 06 мая 2016г. могли образоваться при заявленных обстоятельствах ДТП, произошедшего 29 апреля 2016г. на 1 км + 200м автодороги «Пенза-Кондоль», а именно в результате столкновения с автомобилем «

<

...> и последующего взаимодействия с элементами вещной обстановки при перемещении грузового автомобиля в конечное положение, за пределами проезжей части.

Как следует из отчета об оценке №96-16, выполненного ИП В, итоговая величина рыночной стоимости права требования возмещения ущерба, причиненного автотранспортному средству 

<

...>, в результате дорожно-транспортного происшествия по состоянию на дату оценки 29 апреля 2016г. с учетом износа деталей составляет 214270 рублей 00 копеек (л.д.22-44).

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО4 не представили суду доказательств, опровергающих оценку стоимости восстановительного ремонта автомобиля, произведенную ИП В, ходатайство о назначении автотовароведческой судебной экспертизы не заявляли, в связи с чем, исходя из требований ст.56 ГПК РФ, суд считает указанное выше заключение независимого эксперта допустимым доказательством в совокупности с другими имеющими по делу доказательствами и принимает его за основу при вынесении решения.

У суда не возникает сомнений в правильности выводов эксперта, так как они основаны на объективном и тщательном исследовании материалов, экспертиза проведена с использованием и применением научно-обоснованных методик экспертного исследования. 

В соответствии с положениями ст.1082 ГК РФ удовлетворяя требования о возмещении вреда, суд обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В соответствии с п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом в силу п.2 данной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, поскольку стоимость восстановительного ремонта представляет собой расходы, необходимые для восстановления стоимости автомобиля до той стоимости, которую он имел до повреждений, суд считает, что сумма стоимости восстановительного ремонта автомобиля по существу является реальным ущербом, поэтому относится к убыткам истца.

Учитывая, что в результате произошедшего 29 апреля 2016г. ДТП по вине ФИО2 имуществу истца (автомобилю марки 

<

...>) причинены механические повреждения, а самой ФИО1 – имущественный вред, на ответчике ФИО2 лежит обязанность по возмещению данного имущественного вреда.

С учетом уточнений исковых требований стороной истца, суд удовлетворяет исковые требования в пределах заявленных исковых требований и взыскивает с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 107135 рублей 00 копеек.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Так как исковые требования истца удовлетворены в сумме 107135 рублей 00 копеек, на основании ст.98 ГПК РФ, с ответчика ФИО2 подлежат взысканию в пользу ФИО1 расходы по оплате госпошлины в размере 3342 рубля 70 копеек, а также расходы на оплату стоимости экспертизы в сумме 10000 рублей 00 копеек, подтверждающиеся товарным чеком №96-16 от 19 мая 2016г. (л.д.21).

Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии со ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалах дела имеется договор №43 на оказание услуг по представлению интересов заказчика от 25 мая 2016г. (л.д.17, 18) и к нему дополнительное соглашение от 25 января 2017г., заключенные между ФИО1 и ИП ФИО3, согласно которому стоимость юридических услуг, оказанных ФИО1, составляет всего 15000 рублей 00 копеек.

По смыслу вышеуказанной нормы права разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не установлены. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Согласно позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 20 октября 2005г. №355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст.17 (часть 3) Конституции РФ.

Таким образом, основным критерием определения размера оплаты труда представителя согласно ст.100 ГПК РФ является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

Учитывая принцип разумности и справедливости, тот факт, что истице оказывалась квалифицированная юридическая помощь, ей составлялись и печатались процессуальные документы, представитель истца ФИО3 по доверенности принимал участие в судебных заседаниях, суд считает возможным удовлетворить требования истицы о взыскании расходов на услуги представителя частично и взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истицы ФИО5 расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 рублей 00 копеек.

В силу пп.1 п.1 ст.333.40 НК РФ уплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае уплаты государственной пошлины в большем размере, чем это предусмотрено настоящей главой.

Согласно пп.3 п.1 ст.333.22 НК РФ при уменьшении истцом размера исковых требований сумма излишне уплаченной государственной пошлины возвращается в порядке, предусмотренном статьей 333.40 настоящего Кодекса. 

Учитывая, что истицей сумма исковых требований была уменьшена, излишне оплаченная сумма госпошлины в размере 2000 рублей 00 копеек подлежит возврату истице ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного ДТП удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму ущерба в размере 107135 (сто семь тысяч сто тридцать пять) рублей 00 копеек, расходы на оплату экспертного заключения в сумме 10000 (десять тысяч) рублей 00 копеек, расходы на оплату госпошлины в сумме 3342 (три тысячи триста сорок два) рубля 70 копеек, расходы на услуги представителя в размере 10000 (десяти тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальных исковых требований отказать.

Возвратить ФИО1 излишне уплаченную госпошлину в размере 2000 (две тысячи) рублей 00 копеек, перечисленную по чеку-ордеру от 06 июня 2016г.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Пензенский районный суд Пензенской области в течение 1 месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение изготовлено 08 февраля 2017г.

Председательствующий