Дело № 2- 174/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

5 июля 2018 г. с.Топчиха

Топчихинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Хабаровой Т.В.,

при секретаре Мартыновой Н.В., 

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2, представителей ответчика ФИО3, ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Топчихинская центральная районная больница» об обжаловании дисциплинарного взыскания, 

у с т а н о в и л:

22 июня 2006 г. ФИО1 была принята на работу в краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Топчихинская центральная районная больница» (далее – КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ») на должность врача терапевта с прохождением одногодичной интернатуры, о чем 22 июня 2006 г. с ней заключен трудовой договор №.

1 августа 2007 г. она зачислена в штат на должность врача терапевта.

С 02 октября 2017 г. ФИО1 переведена на должность заместителя главного врача по медицинской части КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ», с ней заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 22 июня 2006 г. 

Приказом главного врача КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» № от 23 апреля 2018 г. по факту нарушения оказания медицинской помощи в стационаре пациенту детского отделения ФИО6, ДД.ММ.ГГ года рождения, выразившемуся в отхождении от санитарных норм и правил от 18.05.2010 г. № 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность», несоблюдении порядков оказания неотложной медицинской помощи при остром инфекционном гастроэнтероколите и их несвоевременности, заместителю главного врача по медицинской части ФИО1 за ненадлежащее исполнение по её вине возложенных на неё трудовых обязанностей, выразившихся в нарушении п.п. «а», «в», «ж», «к» дополнительного соглашения от 2 октября 2017 г. к трудовому договору от 22.06.2016 г. № 39, был объявлен выговор. ФИО1 отказалась дать расписку о том, что она ознакомлена с приказом № от 23 апреля 2018 г., о чем 23 апреля 2018 г. был составлен акт. 

16 мая 2018 г. ФИО1 обратилась в суд с иском к КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» о признании дисциплинарного взыскания в виде выговора (приказ № от 23 апреля 2018 г.) незаконным и отмене его. 

В обоснование заявленных требований, ссылаясь на части 1,3,5, статьи 192, статью 193, часть 1 статьи 195, стать. 391 Трудового кодекса Российской Федерации, она указала, что является работником КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ». 23 апреля 2018 г. ей на основании приказа № от 23 апреля 2018 г. был объявлен выговор. В соответствии с приказом основанием к наложению дисциплинарного взыскания послужил факт нарушения оказания медицинской помощи в стационаре пациенту детского отделения ФИО5, что выразилось в отхождении от санитарных норм и правил, несоблюдении эпидемиологического режима в стационаре, несоблюдении порядков оказания неотложной медицинской помощи при остром инфекционном гастроэнтероколите и их несвоевременности.

С данным дисциплинарным взысканием она не согласна, так как за время ее работы дисциплинарных взысканий к ней ранее не применялось, имеются только поощрения. Никаких нарушений с ее стороны и со стороны лечащих врачей при проведении лечения допущено не было. Все действия совершались в соответствии с установленными нормами и правилами. Ни к каким последствиям действия врачей по лечению ФИО6 не привели, лечение оказано своевременно, ребенок выписан выздоровевшим. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, полностью подтвердив свои объяснения, которые она давала в предварительном судебном заседании о том, что считает, что нарушений, которые указанны в приказе, она не допускала. На тот момент она была заместителем главного врача по медицинской части. В отделение больницы поступил ребенок ФИО6, ребенок был болен пневмонией, лежал в детском отделении. В пятницу ДД.ММ.ГГ у ребенка снизилась температура, нормализовалось состояние. Врач Свидетель №1 на рапорте утром доложила, что у ребенка была рвота и жидкий стул. Она предложила провести ребенку тест на ротовирусную инфекцию. Тест провели, он показал положительный результат. Ею была организована лечебно диагностическая помощь больному ФИО6, все лечение назначено вовремя, назначены противовирусные препараты, пробиотики. Ребенок был изолирован, находился в палате, контакта с другими пациентами не было, в течение дня она осуществляла контроль за лечением ребенка, перевод больного был осуществлен в инфекционное отделение в этот же день. Никакие временные рамки в данном случае не предусмотрены. Была проведена дезинфекция, заболевших детей не было. Весь персонал был обследован, ничего обнаружено не было. Вреда здоровью ребенка причинено не было. Мать ребенка ни на что не жаловалась. Бабушке ребенка информация по ребенку действительно предоставлена не была, так как у него есть мать, которая и является его законным представителем. На заседании комиссии наложение на нее дисциплинарного взыскания не обсуждалось. По ее мнению, наложение дисциплинарного взыскания вызвано тем, что она озвучила в администрации района свою позицию по поводу увольнения главным врачом уважаемых медицинских работников.

Кроме того, в судебном заседании ФИО1 пояснила, что больные с инфекционным заболеванием должны лечиться в инфекционном отделении больницы. ДД.ММ.ГГ часов в 10-11 были готовы результаты анализов ребенка ФИО6, был подтвержден диагноз, что у него вирусное заболевание, однако ребенок шел на выписку, поэтому решили за ним понаблюдать, а не переводить в инфекционное отделение. После 16 часов в этот же день ФИО6 был переведен в инфекционное отделение. Это было сделано в указанное время не потому, что в процесс вмешался главный врач больницы, а потому, что так сложилась ситуация. Информация врачу эпидемиологу о выявлении у ФИО6 вирусного заболевания была передана в 16 часов, после чего он передал её в Роспотребнадзор. Её действия в данной ситуации полностью согласуются с методическими указаниями, утвержденными главным государственным санитарным врачом. Доказательств того, что на неё были возложены обязанности по переводу больного в инфекционное отделение и по оформлению экстренного извещения об инфекционном заболевании материалы дела не содержат. 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований ФИО1, пояснив, что, по его мнению, нормы и правила, на которые главный врач ссылается в приказе, ФИО1 не нарушила. Ссылка представителя ответчика на клинические рекомендации является безосновательной, поскольку они носят рекомендательный характер и не являются обязательными. В данном случае следует руководствоваться «МУ 3.1.1.29-57-11.3.1.1. Профилактика инфекционных болезней. Кишечные инфекции. Эпидемиологический надзор, лабораторная диагностика и профилактика ротовирусной инфекции. Методические указания», которые утверждены главным государственным санитарным врачом РФ 29.07.2011 г. и содержат конкретные мероприятия, которые ФИО1 были проведены. Согласно методическим указаниям в данном случае перевод ребенка в инфекционное отделение не являлся обязательным, но он планировался и был осуществлен по указанию главного врача. В течение всего дня ФИО1 осуществляла контроль за оказанием лечения, ставить ей в вину отсутствие контроля за лечением ребенка оснований нет. По направлению экстренного извещения временных рамок нет. При этом, в соответствии с названными методическими указаниями ответственным за полноту и своевременность экстренного извещения является руководитель учреждения. Доказательств возложения данной обязанности на кого-либо иного ответчиком не представлено.

Кроме того, считает, что работодателем при наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания был нарушен порядок его наложения, предусмотренный пунктом 7 коллективного договора и Положением о служебном расследовании, поскольку служебное расследование не проводилось. Наложенное на ФИО1 дисциплинарное взыскание незаконно еще и потому, что не соответствует тяжести проступка, если допустить, что он имел место. 

Представители ответчика – КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, просили отказать ФИО1 в их удовлетворении.

Главный врач КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» ФИО3 пояснил, что основанием для наложения на истца дисциплинарного взыскания послужило нарушение ФИО1 должностных обязанностей, выразившихся в том, что она, являясь заместителем главного врача по медицинской части, не проконтролировала врача-эпидемиолога ФИО7 и заведующую детским отделением Свидетель №1, в результате чего ребенок с инфекционным заболеванием в течение дня продолжал находиться в детском отделении, получая лечение не по профилю, своевременно, с 9 до 16 часов, не было направлено экстренное извещение в Роспотребнадзор о том, что у ребенка выявлено инфекционное заболевание. Она не предотвратила контакт больного с другими пациентами, что привело к заболеванию еще одного ребенка. То, что пациент своевременно не был переведен в инфекционное отделение, повлекло нарушение эпидемиологического режима. В соответствии с клиническими рекомендациями оказания медицинской помощи детям, больным ротовирусной инфекцией, ребенок подлежал госпитализации в инфекционное отделение. Однако ребенок находился не в боксированном помещении, мама ребенка общалась с другими людьми, родственниками, они выходили на общественную кухню, в туалет. На лицо имел место факт сокрытия инфекции. ДД.ММ.ГГ в 16 часов к нему с жалобой обратилась бабушка пациента ФИО6 в связи с чем им была проведена проверка, в ходе которой установлено, что ребенок с инфекционным заболеванием находился в детском отделении, помощь оказывалась не по профилю, при том, что дети с инфекционным заболеванием не должны находиться в детском отделении, а должны получать лечение в инфекционном отделении, ребенка необходимо было изолировать и перевести в инфекционное отделение, что своевременно сделано не было по вине ФИО1 Ребенок представлял опасность для других пациентов, его необходимо было экстренно перевести в инфекционное отделение. Время было уже 16 часов, однако ребенок продолжал находиться в детском отделении, почему, никто не мог пояснить. Экстренное сообщение в Роспотребнадзор передано не было, хотя результаты анализов были получены еще утром. В 9 часов 50 минут было выявлено инфекционное заболевание. Ребенок был переведен в инфекционное отделение только после того, как он вмешался в ситуацию. Выписывать ФИО6 никто не собирался. У ребенка за ночь жидкий стул был семь раз, была рвота. ФИО1 дает неправдивые объяснения о том, что это было однократно. Несмотря на то, что ФИО1 впервые была привлечена к дисциплинарной ответственности, за совокупность допущенных нарушений ей был объявлен выговор. Степень тяжести применённого к ФИО1 взыскания соответствует степени тяжести совершённого ею проступка. Порядок наложения дисциплинарного взыскания работодателем был соблюдён. Решение о проведении служебного расследования принимается главным врачом. В данном случае служебное расследование не проводилось, поскольку все было очевидно, и проводить его не было необходимости. 

Выслушав объяснения сторон, изучив представленные ими документы, допросив свидетелей ФИО7, Свидетель №1, суд полагает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, а работодатель в свою очередь, в соответствии со статьей 22 ТК РФ вправе требовать от работника их выполнения, привлекать работника к дисциплинарной ответственности.

Согласно статье 192 ТК РФ под дисциплинарным проступком понимается неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. 

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что под неисполнением работником без уважительных причин понимается неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). 

В соответствии с частью 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

Приказом Минздравсоцразвития России от 05.05.2012 № 521н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями» утвержден Порядок оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями согласно приложению, который устанавливает правила оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями (далее - дети) медицинскими организациями независимо от их организационно-правовой формы.

В соответствии с пунктом 10 Порядка при наличии медицинских показаний после устранения угрожающих жизни состояний дети переводятся, в том числе с использованием санитарной или санитарно-авиационной эвакуации, в детское инфекционное отделение (койки), а при его отсутствии - инфекционное отделение медицинской организации для оказания медицинской помощи.

Пунктом 11 Порядка предусмотрено, что специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь детям оказывается врачами-инфекционистами и включает в себя профилактику, диагностику, лечение заболеваний и состояний, требующих использования специальных методов и сложных медицинских технологий, а также медицинскую реабилитацию.

Согласно пункту 16 указанного Порядка информация о выявленном случае инфекционного заболевания направляется медицинской организацией в территориальный орган, уполномоченный осуществлять санитарно-эпидемиологический надзор по месту регистрации заболевания, в течение 2 часов с момента установления диагноза (по телефону), а затем в течение 12 часов (письменно) по форме экстренного извещения.

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18.05.2010 № 58 утверждены санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность».

В соответствии с п. 5.1.1 СанПиН 2.1.3.2630-10 эпидемиологический надзор за ВБИ и организация проведения профилактических и противоэпидемических мероприятий осуществляются госпитальным эпидемиологом (заместителем главного врача по санитарно-эпидемиологическим вопросам, при его отсутствии - заместителем главного врача по лечебной работе).

Из дополнительного соглашения к трудовому договору от 22 июня 2006 г. № 39 с врачом ультразвуковой диагностики краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Топчихинская центральная районная больница» от 2 октября 2017 г. следует, что заместитель главного врача по медицинской части в соответствии с должностными обязанностями, в том числе:

а) организует оказание лечебно-диагностической помощи больным, находящимся в стационаре в любое время суток и дней недели, согласно утвержденным порядкам оказания медицинской помощи взрослому и детскому населению; 

в) осуществляет систематический контроль за качеством обследования, лечения и ухода за больными, экспертизы трудоспособности путем: планового проведения обследования состояния работы отделений, кабинетов, лабораторий с последующим обсуждением результатов проверки на больничном Совете; систематического анализа качественных показателей деятельности лечебно-диагностических структурных подразделений; оценки эффективности проводимых лечебно-профилактических мероприятий, а также систематического изучения расхождений больничных диагнозов с поликлиническими и патологоанатомическими; проведения систематических обходов лечебно-диагностических структурных подразделений больницы; постоянной проверки историй болезни и другой медицинской документации в отношении качества их ведения, правильности и своевременности выполнения лечебных назначений и применяемых методов лечения, качества проведения экспертизы трудоспособности, правильности и своевременности направления больных на ВТЭК;

ж) контролирует порядок приема и выписки больных, а также их перевода в другие лечебно-профилактические учреждения;

к) разрабатывает и осуществляет проведение мероприятий, направленных на обеспечение строгого и устойчивого санитарно-эпидемиологического режима больницы и предупреждения внутрибольничной инфекции. 

Указанное соглашение заключено между работодателем и работником ФИО1 2 октября 2017 г., работник получил его один экземпляр, что подтверждается подписями ФИО1 в представленном в материалы дела соглашении, а также копией этого соглашения, приложенной ФИО1 к исковому заявлению.

При этом, дополнительное соглашение к трудовому договору, заключенное с ФИО1, полностью соответствует должностной инструкции заместителя главного врача больницы по медицинской части, утвержденной главным врачом КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ». 

Основанием для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности послужила жалоба бабушки пациента детского отделения КГБУЗ «Топчиханская ЦРБ» ФИО6, ДД.ММ.ГГ года рождения, акт оказания ему медицинской помощи, составленный главным врачом КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» ФИО3, письменные объяснения ФИО1, лаборанта ФИО8, врача эпидемиолога ФИО7, объяснения врача-педиатра Свидетель №1 в ходе осмотра ФИО6 главным врачом ФИО3 ДД.ММ.ГГ

Из акта оказания медицинской помощи пациенту детского отделения ФИО6, ДД.ММ.ГГ, от ДД.ММ.ГГ, составленному главным врачом КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» ФИО3, видно, что ДД.ММ.ГГ в 16 часов к нему обратилась бабушка ФИО6, которая сообщила, что ребенок находится на лечении в детском отделении с ДД.ММ.ГГ с диагнозом правосторонняя пневмония, ДД.ММ.ГГ отмечается клиника кишечной инфекции, сотрудники медицинской организации свои действия и проводимое лечение не комментируют. Главным врачом проведен осмотр ребенка в детском отделении, опрошена мать ребенка, врач-педиатр Свидетель №1, вызван врач-инфекционист ФИО9, ребенок переведен для дальнейшего лечения в инфекционное отделение. Врачу-педиатру Свидетель №1 объявлено устное замечание, у заместителя главного врача ФИО1 и врача-эпидемиолога ФИО7 затребованы объяснения.

В своих письменных объяснениях главному врачу МУЗ «Топчихинская ЦРБ» от ДД.ММ.ГГ ФИО1 ссылалась на те же доводы, что и в судебном заседании.

Из письменных объяснений лаборанта ФИО8 от ДД.ММ.ГГ видно, что кал на ротовирусную инфекцию из детского отделения пациента ФИО6 она приняла ДД.ММ.ГГ в 8 часов 30 минут, анализ был сделан сразу, результат отдан санитарке детского отделения в 8 часов 50 минут.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля участковый педиатр Свидетель №1 пояснила, что в детском отделении КГБУЗ «Топчиханская ЦРБ» на лечении с пневмонией находился ребенок ФИО6 Утром ДД.ММ.ГГ ей было сообщено, что с ночи у ребенка повысилась температура, неоднократно были рвота, жидкий стул, о чем на рапорте она доложила своему непосредственному руководителю, осуществляющему контроль за лечебным процессом – заместителю главного врача по медицинской части ФИО1 После рапорта у ребенка был взят кал на ротовирусную инфекцию. Около 10 часов из лаборатории принесли анализ кала. Результат был положительный, ротовирусная инфекция подтверждена, о чем она повторно доложила ФИО1, поставив вопрос о переводе пациента в инфекционное отделение, что входит в ее должностные обязанности, назначила ребенку противовирусное лечение. Вопрос о выписке ребенка не стоял, выписать его домой в таком состоянии было невозможно. Ситуация была неординарная, поэтому самостоятельно ребенка в инфекционное отделение она не переводила, а ждала решения ФИО1, которая сказала, что будем решать. Однако с 10 до 16 часов решения о переводе ребенка в инфекционное отделение принято ФИО1 не было, ребенок был переведен только в 16 часов по указанию главного врача ФИО3 В это же время было подано экстренное извещение об инфекционном заболевании. Несмотря на то, что ребенок находился в палате один, однако условия детского отделения не позволили его изолировать от других пациентов.

Врач эпидемиолог КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» ФИО7, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля, пояснил, что ДД.ММ.ГГ на рапорте Свидетель №1 доложила, что у находящегося на лечении в детском отделении с пневмонией ребенка ФИО6 повысилась температура, появились рвота и понос. Он и ФИО1 предложили обследовать ребенка на ротовирусную инфекцию. В 16 часов, когда он собирался уже уходить домой, по указанию главного врача ФИО3 он поднялся в детское отделение, где Свидетель №1 и ФИО1 сообщили ему, что у ФИО6 ротовирусная инфекция. Экстренного извещения еще не было, они оформляли историю болезни. Он сказал им, что необходимо оформить экстренное извещение, а после перевода ребенка в инфекциионное отделение провести дезинфекцию. Экстренное извещение ему было направлено после 16 часов. Перевод ребенка в инфекционное отделение в данном случае был обязателен, так как условий для изоляции пациента в детском отделении нет, имеется общий пищеболок, общий туалет, режим закрытого бокса создать нельзя. Когда был готов анализ, ему неизвестно. Ему об инфекционном заболевании стало известно в 16 часов. Если результат анализа был получен в 9 часов, то больного следовало сразу перевести в инфекционное отделение и не ждать 16 часов, так как эта инфекция передается, в том числе, воздушно-капельным путем, хотя временные рамки в данном случае не предусмотрены. Все заключительные мероприятия после перевода больного в палате и в отделении были проведены, обследованы все сотрудники детского отделения. По его мнению, Санитарные Правила ФИО1 не нарушила. 

В своих письменных объяснениях главному врачу от 17.04.2018 г. ФИО11 ссылался эти же обстоятельства. 

Из медицинской карты ФИО6 видно, что в ней имеется запись о том, что в 8 часов ДД.ММ.ГГ у ФИО6 зафиксировано повышение температуры, с 2 часов многократные рвота и жидкий стул. В анализе кала на ротовирусную инфекцию результат положительный. Для дальнейшего лечения ребенок переводится в инфекционное отделение с диагнозом острый гастроэнтерит ротовирусной патологии. Изложен переводной эпикриз ребенка ФИО6 ДД.ММ.ГГ в 16 часов 40 минут ребенок осмотрен заведующей инфекционным отделением ФИО10 

Вопреки доводам истца и ее представителя, совокупность изложенных выше доказательств подтверждает, что факт ненадлежащего исполнения ФИО1 своих должностных обязанностей имел место: она не исполнила свои должностные обязанности, не организовала оказание специализированной лечебно-диагностической помощи больному ФИО6 в соответствии с Порядком оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями, не осуществляла систематический контроль за качеством лечения и ухода за больным ФИО6, правильностью и своевременностью выполнения лечебных назначений и применяемых методов лечения, не проконтролировала своевременный перевод малолетнего пациента из детского отделения в инфекционное отделение для оказания ему специализированной помощи, а также направление по телефону в течение 2 часов с момента установления диагноза информации о выявленном случае инфекционного заболевания в территориальный орган, уполномоченный осуществлять санитарно-эпидемиологический надзор по месту регистрации заболевания, в период с 10 до 16 часов ДД.ММ.ГГ не осуществила проведение мероприятий, направленных на обеспечение строгого и устойчивого санитарно-эпидемиологического режима больницы и предупреждения внутрибольничной инфекции. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что у работодателя имелись законные основания для применения к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора и издания приказа от ДД.ММ.ГГ, несмотря на то, что она ранее к дисциплинарной ответственности истец не привлекалась, поскольку указанные нарушения Порядка оказания медицинской помощи детям с инфекционными заболеваниями создают возникновение угрозы причинения вреда жизни и здоровью граждан. 

Согласно пункту 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

Суд приходит к выводу, что работодателем дана правильная оценка совершённому истцом ФИО1 проступку, тяжесть совершённого проступка и обстоятельства его совершения соответствуют применённому дисциплинарному взысканию, поскольку ненадлежащее исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей затрагивало жизнь и здоровье не только малолетнего ФИО6, достигшего возраста 1 год 11 месяцев, его матери, но и других пациентов детского отделения, медицинского персонала отделения, и заместитель главного врача по медицинской части обязана была предпринять все меры для того, чтобы исполнить возложенные на неё обязанность по соблюдению порядка оказания медицинской помощи ребенку с инфекционным заболеванием, соблюдению эпидемиологического режима в стационаре. 

Таким образом, при установленных судом обстоятельствах наложение на ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора является адекватной мерой, со стороны работодателя были соблюдены принципы соразмерности тяжести проступка и наказания, а также учтены все заслуживающие внимания доводы. 

С учетом изложенного, доводы истца ФИО1 и ее представителя о том, что дисциплинарного проступка она не совершала, суд считает несостоятельными, поэтому во внимание их не принимает. 

При таких обстоятельствах работодатель в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 192 ТК РФ правомерно применил к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде выговора. 

Порядок применения дисциплинарного взыскания, установленный статьёй 193 ТК РФ, работодателем не нарушен. 

ДД.ММ.ГГ. у ФИО1 отобрано письменное объяснение по факту отхождения от порядка оказания медицинской помощи в лечении пациента ФИО6 ДД.ММ.ГГ

Приказом главного врача КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» № от ДД.ММ.ГГ на ФИО1 наложено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

В этот же день приказ о применении дисциплинарного взыскания был объявлен ФИО1, однако она отказалась дать расписку, что ознакомлена с приказом, о чем работодателем ДД.ММ.ГГ был составлен акт. 

Указанные обстоятельства истцом ФИО1 в судебном заседании не оспаривались. Истец ФИО1 подтвердила в судебном заседании, что отказалась расписаться в приказе, так как была с ним не согласна.

Таким образом, требования статьи 193 ТК РФ работодателем соблюдены. 

Мнение ФИО1 и ее представителя о том, что главный врач был обязан провести служебное расследование, суд считает ошибочным, поскольку законодательно такая обязанность не закреплена. 

Как следует из части 2 пункта 7.3 коллективного договора КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» служебное расследование в отношении работников, допустивших совершение дисциплинарного проступка, проводится по решению главного врача для полного и объективного сбора и исследования материалов по факту совершения дисциплинарного проступка.

ФИО3 в судебном заседании пояснил, что в данном случае необходимости проводить служебное расследование не было.

Кроме того, положениями главы 30 ТК РФ не предусмотрено проведение служебного расследования при привлечении работника к дисциплинарной ответственности, его проведение при применении дисциплинарного взыскания обязательным не является. 

Вопреки доводам истца и ее представителя, то обстоятельство, что при применении дисциплинарного взыскания служебное расследование не проводилось, не влияет на законность приказа и его отмену не влечет. 

Суд не принимает во внимание доводы ФИО1 о том, что доказательств того, что на неё были возложены обязанности по переводу больного в инфекционное отделение и по оформлению экстренного извещения об инфекционном заболевании материалы дела не содержат, поскольку невыполнение этих обязанностей в вину ФИО1 не вменялось. Напротив, неисполнение подчиненными ФИО1 указанных должностных обязанностей, их бездействие, как раз и обязывало ФИО1 надлежащим образом исполнить свои должностные обязанности заместителя главного врача КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ».

Представителем ФИО1 в судебном заседании не оспаривалось, что перевод ребенка в инфекционное отделение был осуществлен по указанию главного врача, а не по указанию его заместителя.

При этом, к объяснениям ФИО1 о том, что ребенка готовили к выписке, поэтому решили за ним понаблюдать, а не переводить сразу в инфекционное отделение, суд относится критически и не принимает их во внимание, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами. 

С учетом вышеизложенного не могут быть приняты во внимание и доводы представителя истца ФИО2 о том, что по направлению экстренного извещения временных рамок нет, ответственным за полноту и своевременность экстренного извещения является руководитель учреждения. 

При таких обстоятельствах, разрешая спор суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, поэтому принимает решение об оставлении их без удовлетворения. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Топчихинская центральная районная больница» о признании дисциплинарного взыскания в виде выговора, наложенного приказом № от ДД.ММ.ГГ, незаконным и его отмене оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда через Топчихинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 10 июля 2018 г. 

Судья