Мотивированное 

решение

 изготовлено

06 декабря 2017 года Дело № 2-1660/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 декабря 2017 года город Кола

Кольский районный суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Корепиной О.С.,

при секретаре Чистобаевой В.С.,

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО1 -ФИО2,

представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 –ФИО4,

ответчика ФИО5,

третьего лица СПИ ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 и ФИО5 об освобождении имущества от ареста и встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО5 и ФИО1 о признании договоров купли-продажи недействительными, 

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 и ФИО5 об освобождении имущества от ареста, в обоснование требований указав, что в производстве МСОСП по особым исполнительным производства УФССП России по Мурманской области находится исполнительное производство № от 

<

дата>, где он является взыскателем, а ответчик ФИО5 должником. 

<

дата> судебный пристав-исполнитель произвел опись и арест имущества должника, находящегося на принадлежащей ответчику ФИО3 территории, по адресу: 

<

адрес>, а именно: прицепа 

<

данные изъяты>; снегохода 

<

данные изъяты>. Постановлением от 

<

дата> судебный пристав-исполнитель произвел арест имущества принадлежащего должнику, в размере и объеме, необходимом для исполнения требований исполнительного документа с учетом взыскании исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительских действий.

Между тем, указанное имущество было передано ему в собственность на основании договоров купли-продажи от 

<

дата> заключенных между ним и ФИО5, сведения о нем как о новом владельце внесены в регистрационные документы на технику. Спорное имущество, на момент отчуждения не находилось в залоге, в аресте, не было обременено правами третьих лиц и ФИО5 мог свободно им распоряжаться, на момент возбуждения исполнительного производства 

<

дата> и наложения ареста имущество не принадлежало ФИО5 В этой связи, судебный пристав-исполнитель, производя указанные исполнительные действия, нарушил его права и законные интересы. Направленная 19.11.2016 в адрес ответчика ФИО3 претензия о возврате спорного имущества, которое находилось на территории, принадлежащей последнему, с приложением надлежащим образом заверенных копий договоров купли-продажи от 

<

дата>, оставлена им без внимания. В связи с чем, просит суд освободить от ареста принадлежащее ему имущество - прицеп 

<

данные изъяты>; снегоход 

<

данные изъяты> и исключить его из описи. 

Не согласившись с заявленными требованиями ФИО3 предъявил встречный иск к ФИО5 и ФИО1 о признании недействительными договоров купли-продажи от 

<

дата> прицепа 

<

данные изъяты>; снегохода 

<

данные изъяты>, в обоснование указав, что приговором Кольского районного суда Мурманской области от 

<

дата> ФИО5 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 158 УК Российской Федерации. В связи с чем решением Первомайского районного суда г. Мурманска от 

<

дата> с ФИО5 в пользу ИП ФИО3 был взыскан ущерб, причиненный в результате указанного преступления, в размере 176 907 рублей 40 копеек. Решение вступило в законную силу, выдан исполнительный лист, 

<

дата> ОСП Первомайского округа г. Мурманска было возбуждено исполнительное производство. Постановлением от 

<

дата> ОСП Первомайского округа г. Мурманска исполнительное производство было окончено и исполнительный лист возвращен взыскателю. 

21.02.2017 данный исполнительный лист был предъявлен в Межрайонный ОСП г. Мурманска и 

<

дата> было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого 

<

дата> судебный пристав-исполнитель составил акт о наложении ареста на прицеп 

<

данные изъяты> и снегоход 

<

данные изъяты>. Однако, 

<

дата> между ФИО5 и ФИО1 были заключены договора купли-продажи данного имущества, но фактически оно не передавалось, а осталось на хранении у ФИО3 Кроме того, продав имущество ФИО1 ФИО5, ухудшил свое материальное положение. Являясь взыскателем, Четвергов А.И, заинтересован в получении присужденных ему денежных средств с ФИО5 В связи с чем, а так же ссылаясь на положения ст. 166, 170 Гражданского кодекса РФ просит признать договора купли-продажи прицепа 

<

данные изъяты> и снегохода 

<

данные изъяты> от 

<

дата> недействительными и возвратить стороны в первоначальное положение.

В судебное заседание истец ФИО1 (ответчик по встречному иску) в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя.

Представитель истца ФИО1 (ответчика по встречному иску) исковые требования поддержал, пояснив, что в связи с отсутствием обременения на спорное имущество, ФИО5 как собственник был вправе распорядится принадлежащим ему имуществом по своему усмотрению. При этом полагал, что право собственности от ФИО5 к ФИО1 в соответствии с достигнутой договоренностью перешло с момента подписания договоров купли-продажи 

<

дата>, что соответствует положениям статей 218, п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ и о чем имеется отметка в договорах. Встречные исковые требования не признал, поскольку доказательств мнимости совершенных сторонами сделок ответчиком ФИО3 не представлено, ухудшения материального положения ФИО5 в результате заключения спорных сделок не произошло, так как он получил денежные средства за имущество. Заключая оспариваемые сделки, стороны намеревались создать правовые последствия, право собственности на имущество перешло от продавца к покупателю в соответствии с законом и условиями договора, имущество не передавалось, поскольку находилось в чужом незаконном владении, о чем было известно покупателю. При этом ФИО5 до реализации имущества неоднократно обращался к ФИО3 в устной форме с требованием вернуть имущество, однако его требование было проигнорировано. ФИО5 был вынужден обратиться в ОМВД по Кольскому району Мурманской области для оказания содействия в возвращении имущества, заявление было передано в ОСП по Кольскому району, ожидаемого результата по заявлению не последовало, после чего спорное имущество было передано в собственность ФИО1 

<

дата>.

Ответчик ФИО3 (истец по встречному иску) в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя.

Представитель ответчика ФИО3 (истца по встречному иску) в судебном заседании исковые требования не признала, поддержав встречный иск, пояснив, что спорное имущество до сих пор находится у ФИО3 После оглашения приговора по уголовному делу ФИО5 и принятии решения, в период с августа 2016 по ноябрь 2016 ФИО3 и ФИО5 обсуждался вопрос о передаче спорного имущества ФИО3 в счет возмещения вреда от преступления, но согласие достигнуто не было, поскольку ФИО5 потребовал доплаты сверх суммы установленной судом в счет возмещения вреда. При этом представителем ФИО5 при ведении переговоров на тот момент являлся ФИО2, который представляет интересы истца ФИО1 по настоящему делу. На момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи имущество находилось у ФИО3, в связи с чем ФИО1 не видел имущество, которое якобы приобрел, сделки, совершенные ими являются мнимыми, совершенными с целью истребования имущества у ФИО3, и уклонении от возмещения ему ущерба, причиненного преступлением. Кроме того, обратила внимание суда на то, что оспариваемые договора купли-продажи были заключены в период, когда в ОСП Первомайского округа г. Мурманска на исполнении находился исполнительный лист о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО3 ущерба, причиненного преступлением.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО1 согласился, пояснив, что 

<

дата> он действительно продал истцу спорное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, передал документы на прицеп и снегоход, а истец передал ему денежные средства за товар, которые он направил на погашение своего долга перед третьим лицом. НА момент заключения сделок он не знал о том, что в ОСП Первомайского округа г. Мурманска имеется исполнительное производство о взыскании с него в пользу ФИО3 ущерба, так как СПИ не сообщила ему об этом, а у него имелись иные задолженности. До заключения сделки он обращался к ФИО3 с требованием о возврате спорного имущества, но требование удовлетворено не было. ФИО1 давно предлагал ему продать снегоход, поэтому он обратился к нему с таким предложением, так как были нужны деньги, и они заключили указанные договора купли-продажи, при этом ФИО1 знал, где находится спорное имущество, в связи с чем они 

<

дата> заключили дополнительные соглашения к договорам купли-продажи, согласно которых стороны извещены, что товар находится в чужом незаконном владении по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей ИП ФИО3, фактически передача товара по данным договорам будет произведена после истребования товара из чужого незаконного владения, но не позднее 

<

дата>. Поскольку право собственности на спорное имущество им было передано покупателю в соответствии с условиями договора, в регистрационные документы внесены соответствующие записи, в удовлетворении встречного иска ФИО3 просил отказать.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, МСОСП по особым исполнительным производствам УФСПП по Мурманской области СПИ ФИО6 в судебном заседании поддержала ранее представленный отзыв на иск, согласно которого пояснила, что в производстве ОСП Кольского района Мурманской области находится исполнительное производство о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО3 материального ущерба от преступления в размере 176907 рублей 40 копеек. Учитывая, что требования исполнительного документа должником в установленный для добровольного исполнения срок исполнены не были, рассрочка и отсрочка исполнения не предоставлялись, исполнительные действия отложены не были. исполнительное производство не приостановлено, у СПИ возникла обязанность принятия мер принудительного взыскания с должника. В рамках исполнительного производства взыскателем было сообщено о наличии у должника имущества, его местонахождении, представлены копии документов (ПТС). При описи имущества Спи исходил из презумпции принадлежности имущества должнику. Как при производстве ареста, так и после него, должник ФИО5 с заявлениями, ходатайствами, возражениями в адрес СПИ не обращался, надлежащих документов, бесспорно свидетельствующих о принадлежности арестованного имущества иному лицу (не должнику) не предоставлял. Полагала оспариваемые договора купли-продажи от 

<

дата>, мнимыми сделками, совершенными сторонами без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, оформленные во избежание обращения взыскания на имущество должника в рамках исполнения требований о взыскании с ФИО5 ущерба, причиненного преступлением (первая очередь взыскания), должник в момент заключения знал о возможности ареста ТС, последующем изъятии и реализации в дальнейшем. В связи с просила в удовлетворении иска ФИО1 об освобождении имущества от ареста отказать, а также возобновить исполнительное производство № в части реализации, отменить определение суда от 

<

дата>, встречные исковые требования ФИО3 полагала подлежащим удовлетворению.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, а также материалы гражданского дела № 2-1058/2017, материал отказа № от 

<

дата>, обозрев материалы исполнительного производства №, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО5 были приобретены в собственность транспортные средства –снегоход 

<

данные изъяты> по договору купли-продажи от 

<

дата>, заключенного между ним и ООО «Техно Спорт Центр» и прицеп 

<

данные изъяты> по договору купли-продажи от 

<

дата>, заключенного между ним и ООО «КС Электро». 

Постановлением Кольского районного суда Мурманской области от 

<

дата>, по ходатайству начальника СО ОМВД России по Кольскому району Мурманской области, в ходе производства по уголовному делу № в отношении ФИО5, обвиняемого в хищении имущества, принадлежащего ИП ФИО3 был наложен арест на имущество принадлежащее последнему - прицеп 

<

данные изъяты> и снегоход 

<

данные изъяты>, находящиеся по адресу: 

<

адрес>.

Приговором Кольского районного суда Мурманской области от 

<

дата> ФИО5 признан виновным и осужден по п. «в» ч. 3 ст. 158 УК РФ, за потерпевшим ФИО3 признано право на удовлетворение гражданского иска, который был передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. А также, в соответствии с ч. 9 ст. 115 УПК РФ отменен арест, наложенный постановлением Кольского районного суда Мурманской области от 

<

дата> на имущество ФИО5 - прицеп 

<

данные изъяты> и снегоход 

<

данные изъяты>. Приговор вступил в законную силу 

<

дата>.

После вступления приговора в законную силу указанное имущество осталось на территории, принадлежащей ИП ФИО3, при этом ФИО5 предпринял попытку забрать принадлежащее ему имущество с территории ИП ФИО3, но в связи с отсутствием ответчика имущество получить не представилось возможным.

14.07.2015 ФИО5 обратился в ОМВД России по Мурманской области с заявлением об оказании содействия в возврате принадлежащего ему имущества, находящегося на территории ИП ФИО3 

По результатам проведенной проверки по обращению ФИО5, переданному по подследственности в ОСП по Кольскому району УФССП России по Мурманской области постановлением заместителя начальника ОСП по Кольскому району УФССП России по Мурманской области от 

<

дата> отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ИП ФИО3 по ч. 1 ст. 312 УК Российской Федерации, в связи с отсутствием состава преступления. 

Решением Первомайского районного суда г. Мурманска от 

<

дата> с ФИО5 в пользу ИП ФИО3 взыскан ущерб, причиненный в результате вышеуказанного преступления в размере 176 907 рублей 40 копеек. 

Решение вступило в законную силу 

<

дата>, взыскателю выдан исполнительный лист, который 22.04.2016 принят судебным приставом-исполнителем ОСП Первомайского округа г. Мурманска и 

<

дата> возбуждено исполнительное производство №.

В связи отзывом взыскателем исполнительного документа, постановлением СПИ от 

<

дата> указанное исполнительное производство прекращено, исполнительный лист возвращен заявителю.

<

дата> МСОСП по особым исполнительным производствам УФССП России по Мурманской области возбуждено исполнительное производство № на основании указанного исполнительного листа, по состоянию на 15.03.2017 остаток задолженности по исполнительному производству составляет 176 907 рублей 40 копеек.

В рамках исполнительного производства №, в ходе выполнения исполнительных действий, судебным приставом-исполнителем 

<

дата> составлен акт о наложении ареста (описи имущества), в присутствии 2 понятых, без участия должника, по адресу: 

<

адрес>. Описи подвергнуто следующее имущество: прицеп 

<

данные изъяты> и снегоход 

<

данные изъяты>. Данное имущество передано на ответственное хранение Е.А.А. с правом беспрепятственного пользования. Общая стоимость имущества по предварительной оценке СПИ составила 340 000 рублей.

Постановлением от 

<

дата> судебным приставом-исполнителем произведен арест имущества, принадлежащего должнику ФИО5, в размере и объеме, необходимых для исполнения требований исполнительного документа с учетом взыскании исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий.

Истец ФИО1, ссылаясь на то обстоятельство, что имущество, на которое наложен арест, принадлежит не должнику по исполнительному производству, а ему, обратился в суд с иском об освобождении прицепа 

<

данные изъяты> и снегохода 

<

данные изъяты>, от ареста.

В соответствии с частью 1 статьи 80 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон N 229-ФЗ) в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, судебный пристав-исполнитель вправе наложить арест на имущество должника.

Частью 1 ст. 119 Федеральный закон от 02.10.2007 N 229-ФЗ предусмотрено, что в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

Как разъяснено в пунктах 50 и 51 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", по смыслу статьи 119 Федерального закона "Об исполнительном производстве" при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо, в частности невладеющий залогодержатель) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.

Споры об освобождении имущества от ареста рассматриваются в соответствии с подведомственностью дел по правилам искового производства независимо от того, наложен арест в порядке обеспечения иска или в порядке обращения взыскания на имущество должника во исполнение исполнительных документов.

Аналогичный правовой подход изложен в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства".

Как следует из абзаца 2 пункта 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" ответчиками по таким искам являются: должник, у которого произведен арест имущества, и те лица, в интересах которых наложен арест на имущество. Судебный пристав-исполнитель привлекается к участию в таких делах в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Таким образом, правом на обращение с иском об освобождении имущества от ареста (исключении из описи) обладает собственник (иной законный владелец) имущества, на которого возложена обязанность по доказыванию своего права на арестованное имущество (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В подтверждение права собственности на указанное имущество истец ФИО1 представил в материалы дела договор купли-продажи транспортного средства - прицепа 

<

данные изъяты>, заключенный 

<

дата> между ним и ФИО5, а также договор купли-продажи снегохода 

<

данные изъяты>, также заключенный 

<

дата> между ним и ФИО5 (л.д.20,21).

Кроме того, в подтверждение права собственности истец представил суду оригинал паспорта ТС прицепа 

<

данные изъяты> и оригинал паспорта самоходной машины снегохода 

<

данные изъяты>, с внесенными сведениями о нем, как о новом собственнике транспортных средств, копии которых приобщены к материалам дела (л.д. 18,19).

Ответчик ИП ФИО3 (истец по встречному иску) в лице представителя ФИО4, являясь взыскателем по исполнительному производству, в рамках которого наложен арест на указанное имущество, оспаривает действительность указанных договоров, указывая на то, что должник ФИО5, зная о необходимости возмещения ущерба от преступления ИП ФИО3, после поступившего от последнего предложения о передаче спорного имущества в счет возмещения ущерба в полном объеме, заключил вышеуказанные оспариваемые договора купли-продажи со ФИО1 на общую сумму 130 000 рублей, чем ухудшил свое материальное положение. Кроме того, по оспариваемым договорам купли-продажи товар –спорное имущество покупателем не осматривалось и не было передано от продавца к покупателю, поскольку и прицеп и снегоход до настоящего времени находятся у ИП ФИО3

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. п. 1, 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора) договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Согласно положениям ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Исходя из смысла п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как разъяснено в п. 86 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Проверяя действительность сделок, заключенных 

<

дата> между должником ФИО5 и ФИО1 в связи с доводами взыскателя ИП ФИО3 о наличии признаков их мнимости и направленности на избежание обращения взыскания на движимое имущество должника, суд исходит из следующего.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

В п. 2 ст. 130 Гражданского кодекса РФ установлено, что вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Согласно п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Транспортные средства не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу.

Следовательно, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя - момент передачи транспортного средства.

Из условий заключенных между ФИО5 и ФИО1 договоров купли-продажи транспортных средств прицепа 

<

данные изъяты> и снегохода 

<

данные изъяты> от 

<

дата>, следует, что продавец принял на себя обязательство передать в собственность покупателю товар в виде двух транспортных средств, а покупатель в свою очередь принял обязательство принять указанные транспортные средства.

Между тем на момент заключения данных договоров указанные транспортные средства у продавца отсутствовали, поскольку находились у кредитора (взыскателя ФИО3) продавца, что лишило продавца возможности исполнить свою обязанность в передаче товара покупателю, фактически до настоящего момента товар не передан, что участниками процесса не оспаривалось.

При этом ответчиком ФИО5 не представлено доказательств тому, что ИП ФИО3 чинились препятствия в получении спорного имущества до 

<

дата>, поскольку как следует из материала отказа № от 

<

дата> ОСП Кольского района Мурманской области по заявлению ФИО5 от 

<

дата> об оказании содействия в получении спорного имущества, в ходе проведенной проверки установлено, что ФИО5 обращался за получением принадлежащего ему имущества не к ИП ФИО3, а к его работнику, наличие у которого соответствующих полномочий по выдаче какого-либо имущества с территории, принадлежащей ИП ФИО3, отсутствовали, ФИО3 на момент обращения ФИО5, находился за пределами Мурманской области.

Как следует из пояснений ответчика ФИО5 и представителя ответчика ФИО4 в судебном заседании, при следующем обращении в 2016 году за получением имущества, ИП ФИО3 предложил ФИО5 передать ему спорное имущество в счет полного возмещения имеющейся задолженности по выплате ущерба, причиненного преступлением, на что ФИО5 не согласился. Иных действий, направленных на истребование спорного имущества ФИО5 не предпринимал. 

При таких обстоятельствах, учитывая, что у продавца ФИО5 имелось не исполненное обязательство перед ИП ФИО3 по возмещению ущерба, причиненного преступлением на сумму 176 907 рублей 40 копеек, основанное на решении суда, вступившим в законную силу, спорное имущество находилось и находится у взыскателя ИП ФИО3, от которого поступало должнику предложение о передаче данного имущества в счет полного возмещения ущерба, при этом должник надлежащих попыток истребовать имущество из владения кредитора не предпринимал, суд соглашается с доводами представителя ответчика ИП ФИО3, что заключение оспариваемых сделок по продаже спорного имущества на сумму 130 000 рублей, фактически ухудшает материальное положение должника.

Кроме того, ответчиком ФИО5 в судебное заседание 29.11.2017 года были представлены дополнительные соглашения к оспариваемым договорам купли-продажи, якобы составленные сторонами 

<

дата>, по условиям которых, стороны извещены и согласны, что приобретаемый товар находится в чужом незаконном владении, а именно по адресу: 

<

адрес>, принадлежащей ИП ФИО3 Стороны пришли к соглашению, что фактическая передача товара, указанного в п. 1.1 договоров купли-продажи от 

<

дата>, будет произведена после истребования товара из чужого незаконного владения, но не позднее 11.05.2018.

Вместе с тем, о наличии указанных соглашений ранее участники процесса не заявляли, в том числе ответчик ФИО5, которым первоначально предоставлялся письменный отзыв на иск до предъявления встречного иска. Представитель истца ФИО1 впервые ознакомился с данными соглашениями в судебном заседании после их предъявления ответчиком.

Кроме того, 19.11.2016 в адрес ИП ФИО3, ФИО1 направлялись нотариально заверенные копии договоров купли-продажи спорного имущества, при этом ссылки на наличие дополнительных соглашений от 

<

дата> отсутствовали, копии самих дополнительных соглашений не изготавливались и нотариально не заверялись, что подтверждается описью почтового вложения, отметкой почтового отделения, квитанцией. Отсутствовало указание на данные дополнительные соглашения и в направленной ИП ФИО3 претензии, в которой ФИО1 сообщает о заключенных договорах купли-продажи и просит произвести возврат спорного имущества в течение 10 дней. Указанные обстоятельства достаточно свидетельствуют о том, представленные суду ФИО5 дополнительные соглашения не были составлены в период с 11.11.2016 по 19.11.2016. 

Заслуживают также внимания при оценке добросовестности действий сторон оспариваемых сделок и доводы представителя ИП ФИО3 о том, что до 11 ноября 2016 интересы ФИО7 по вопросу об истребовании спорного имущества у ИП ФИО3 представлял ФИО2, который представляет интересы истца ФИО1 по рассматриваемому спору.

Таким образом, учитывая установленные судом обстоятельства, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что при заключении договоров купли-продажи спорного имущества прицепа и снегохода от 

<

дата> между ФИО5 и истцом, фактические отношения по купле-продаже товара между ними не возникли, имущество не было передано ФИО1 в соответствии с условиями договора как в момент заключения сделок, так и до настоящего времени. Оспариваемые договора были заключены сторонами с целью не допустить обращения взыскания на спорное имущество по исполнительному документу, в силу чего они являются ничтожными и не влекут юридических последствий, право собственности на указанные выше движимые объекты у истца ФИО1 не возникло, в связи с чем, в силу ст. 10 ГК Российской Федерации, право ФИО1 на спорные объекты защите не подлежит, а имущество не подлежит исключению из-под ареста.

Ссылка представителя истца ФИО1, о том, что правила п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ позволяют сторонам определить иную дату возникновения у покупателя права собственности на приобретаемые транспортные средства, а именно переход права собственности в момент подписания договоров купли-продажи, судом отклоняются, поскольку основаны ошибочном толковании норм материального права.

Ссылка ответчика ФИО5 на имевшееся у него долговое обязательство перед третьим лицом, срок возврата денежных средств по которому наступил, что и явилось якобы причиной заключения оспариваемых сделок, а также передачу данному лицу якобы вырученных денежных средств по ним, судом отклоняется, поскольку не свидетельствует о добросовестности действий ответчика при оформлении спорных договоров

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (ч. 2 ст. 13 ГПК Российской Федерации).

Таким образом, поскольку по состоянию на 11.11.2016 имелось вступившее в законную силу решение суда о возмещении ущерба, причиненного преступлением, возбуждено исполнительное производство, у ответчика ФИО5 имелась обязанность по исполнению данного решения суда.

Довод ответчика о том, что ему не было известно о возбуждении исполнительного производства, судом также отклоняется, поскольку из представленных в материалах гражданского дела № 2-1058/2017, приобщенного к рассматриваемому делу, копий материалов исполнительного производства, усматривается, что СПИ ОСП первомайского округа г. Мурманска в установленном порядке было вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства, которое направлено должнику. При этом ФИО5 не был лишен возможности получать информацию о возбуждении исполнительного производства на официальном сайте ФССП России.

При таких обстоятельствах встречные исковые требования ИП ФИО3 о признании договоров купли-продажи спорного имущества, заключенные 

<

дата> между ФИО5 и ФИО1 недействительными являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению, в связи с чем оснований для удовлетворения иска ФИО1 об освобождении спорного имущества от ареста не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 и ФИО5 об освобождении имущества от ареста отказать.

Встречные исковые требования ФИО3 к ФИО5 и ФИО1 о признании договоров купли-продажи недействительным удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи прицепа 

<

данные изъяты>, заключенный 

<

дата> между ФИО5 и ФИО1.

Признать недействительным договор купли-продажи снегохода «

<

данные изъяты>, заключенный 

<

дата> между ФИО5 и ФИО1.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий