Дело № 2-30-23

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

28 ноября 2023 г. г. Пермь

Пермский краевой суд в составе 

председательствующего Коробейникова С.А., 

при секретарях судебного заседания Зубовой А.В., Перятинской А.В., 

с участием:

государственного обвинителя Токаревой Э.Ю.,

представителя потерпевшего О.

защитника ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, родившейся дата в ****, зарегистрированной и проживающей по адресу: ****, не состоящей в браке, имеющей среднее общее образование, работающей ***, несудимой, фактически задержанной 9 октября 2022 года, протокол задержания в порядке ст. 92 УПК РФ составлен 10 октября 2022 года, мера пресечения в виде заключения под стражу избрана 14 октября 2022 года, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершила убийство В. с особой жестокостью.

Преступление совершено в городе Перми при следующих обстоятельствах.

9 октября 2022 года в период до 20 часов 20 минут в доме, расположенном по адресу: ****, ФИО2, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, испытывая личную неприязнь к В., с целью убийства последней, взяла легковоспламеняющуюся жидкость, облила ею В. и подожгла. При этом ФИО2 сознавала, что такой способ убийства связан с причинением потерпевшей особых физических страданий, и желала причинить ей такие страдания. 

В результате преступных действий ФИО2 потерпевшая В. испытывала особые физические страдания, ей были причинены термические ожоги головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей 1, 2, 3 степени около 77% площади тела, ожог верхних дыхательных путей, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, осложнившиеся сепсисом, септицемией, двухсторонней очаговой гнойной пневмонией, от которых 16 октября 2022 года наступила её смерть.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 заявила о непричастности к инкриминируемому ей деянию и пояснила, что 9 октября 2022 года работала на приусадебном участке, по просьбе сожителя Т. ходила в магазин, где взяла в долг 5-6 банок пива «Охота крепкое». Спиртные напитки в тот день не употребляла. Её дочери - В. дома не было. Отношения с дочерью у неё были хорошие, хотя иногда между ними были ссоры. После работы она легла на кровать в своей комнате и заснула. Проснулась от того, что её кто-то сильно тряс. Её вывел из дома незнакомый мужчина, спросил, кто еще находится в доме. Она сказала, что сожитель по имени Т. и дочь. Когда её вывели из дома и посадили на землю, то Т. уже находился на улице. Затем приехали сотрудники полиции, избили её, причинили синяк на верхней части правого бедра и рану на голове. После этого из пристроя дома вышла завернутая в простыню В., дошла до машины скорой медицинской помощи. В., когда шла, то просила у неё прощения, она также просила прощения у неё. Два человека подбежали с носилками, положили на них В. и унесли в машину скорой медицинской помощи. Она (ФИО2) просила врача оказать ей медицинскую помощь, но её просьбы остались без ответа. Считает, что дочь сама себя облила какой-то жидкостью и подожгла, так как курила, любила смотреть на огонь. Дочь она не обливала горючей жидкостью и не поджигала. Дочь её всегда оговаривала. Полагает, что свидетели обвинения оговаривают её, поскольку из-за тяжести полученных ожогов дочь не могла что-либо сообщить о полученных травмах. Причина оговора со стороны свидетелей ей неизвестна. По причине избиения её сотрудниками полиции, она испытывала боли, что не позволяло адекватно отвечать на вопросы следователя, прочитать протокол, в который следователь записывал не соответствовавшие действительности фразы о том, что она ненавидела свою дочь. Полагает, что результаты осмотра места происшествия сфальсифицированы.

Из показаний ФИО2, данных на предварительном следствии (т. 1 л.д. 126-131, 181-185) следует, что к В. у неё негативное отношение, они часто конфликтовали, ссоры переходили в драки. 9 октября 2022 года она выпила с сожителем Т. 5-6 банок пива «Охота крепкое». После этого она пошла в дом, а Т. пошел топить баню. От Т. она узнала, что В. ему перебинтовала руку, когда он поранился. От выпитого алкоголя она уснула. Посторонних людей в доме не было. Проснулась она из-за дыма, затем её вывели на улицу и посадили на поляну недалеко от дома. Её к дочери не подпустили, сказали, что та не хочет её видеть. Дочь она ненавидела, так как та доставляла ей много хлопот, за собой не убирала, редко мыла полы, еду не готовила. 

Виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления при установленных обстоятельствах, подтверждается следующими доказательствами.

Из показаний свидетеля Т., данных в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 176-180, т. 3 л.д. 81-84) следует, что 9 октября 2022 года с утра до полудня он и ФИО2 работали на приусадебном участке. ФИО2 сходила в магазин, где взяла в долг 6 банок пива «Охота крепкое», емкостью 0,5 л. каждая. Пиво распили вместе с ФИО2 во время работы. Когда пиво закончилось, ФИО2 снова сходила в магазин, взяла две бутылки водки по 0,5 л. каждая. Половину одной бутылки водки они выпили во время работы. После этого он носил воду в баню, поранил при этом руку. Перебинтовать руку ему помогла вернувшаяся домой В., она была трезвой, одета в брюки и кофту. О том, что В. дома он сообщил ФИО2

После этого ФИО2 ушла в дом. Он в это время колол дрова, топил баню, которая расположена на расстоянии 10-15 метров от дома. Около 19 часов он увидел, что из-под крыши дома идет дым. На тот период времени в доме находились только ФИО2 и В. Когда он направился в сторону дома, то оступился и упал в яму, так как был пьяным. Допускает, что в это время В. могла пробежать мимо него в баню. Помнит, как двое мужчин вытащили его за ограду дома. В. вывели из дома до приезда сотрудников пожарной охраны. После тушения пожара его и ФИО2 доставили в отдел полиции. В состоянии алкогольного опьянения ФИО2 становилась конфликтной, плохо контролировала себя.

Свидетель Р1. подтвердил свои показания на предварительном следствии (т. 1 л.д. 103-105) и показал, что вечером 9 октября 2022 года он и его сын – Р2. шли по улице **** города Перми, увидели, что в одном из домов пожар. Он выбил дверь, ведущую в крытую ограду дома. Р2. зашел во двор, откуда вытащил мужчину (Т.), который пояснил, что бане находится дочь (В.) сожительницы ФИО2. Вышедшая из дома ФИО2 пояснила, что в доме находились сожитель Т. и дочь В. Р2. побежал в баню, вывел обгоревшую В., накинул на неё свою куртку, так как одежды на ней почти не было. В. была испугана, просила, чтобы к ней не подпускали мать, так как та облила её ацетоном и подожгла, из-за чего и произошел пожар. По внешнему виду, поведению, речи и запаху алкоголя он понял, что ФИО2 и Т. находятся в состоянии алкогольного опьянения. Он стоял рядом с ФИО2, телесных повреждений у неё не было, никто к ней насилие не применял. В. довели до машины скорой медицинской помощи, Р2. помог уложить её на носилки и поместить в машину. 

В судебном заседании свидетель Р2. подтвердил показания своего отца, а также свои показания на предварительном следствии (т. 1 л.д. 106-108) о том, что он поднялся по лестнице в дом, где увидел стоявшую на пороге ФИО2, которая ничего по поводу других людей в доме не пояснила. Когда спустился вниз, то обнаружил Т., вывел его из дома. Т. пояснил, что в доме находилась В., которая убежала в баню. Он зашел в баню, где обнаружил обгоревшую В., на которой практически не было одежды. Он накинул свою куртку на В., вывел её из бани на улицу. В. была напугана, просила не подпускать к ней мать, повторила это несколько раз. В. вела себя адекватно, пояснила, что мать облила её ацетоном и подожгла, после этого она убежала в баню, чтобы сбить пламя. ФИО2 и Т., судя по их внешнему виду и речи, находились в состоянии алкогольного опьянения, каких-либо повреждений и ожогов у них не было, ФИО2 никто не избивал. ФИО2 пыталась подойти к В., но та просила не подпускать её. 

Как следует из показаний свидетеля С. в судебном заседании и на предварительном следствии (т. 1 л.д. 186-187, т. 2 л.д. 193-195), 9 октября 2022 года она находилась на дежурстве в качестве фельдшера в составе линейной бригады скорой медицинской помощи с врачом М. В 20:31 диспетчер скорой медицинской помощи сообщил о вызове по адресу: ****. Когда машина скорой медицинской помощи прибыла на место, там уже находилось несколько машин пожарной охраны. Около дома на траве сидела В. с ожогами тела. Она была укрыта курткой одного из прохожих, которые спасли её. В. на вопросы врача М. назвала свои данные, по поводу травмы пояснила, что в доме распивала спиртное с матерью, в ходе распития спиртного между ними произошла сора, в результате которой мать облила её жидкостью, возможно ацетоном, и подожгла; она (В.) бегала по дому, пыталась снять горящую одежду, затем убежала в баню, откуда её впоследствии вывел молодой человек. Когда В. передали реанимационной бригаде скорой медицинской помощи, то она подходила к ФИО2 и Т., спрашивала, нуждаются ли они в медицинской помощи, но они от помощи отказались, жалоб не предъявляли, и, судя по невнятной речи и исходившему от них запаху алкоголя, они находились в состоянии алкогольного опьянения. При этом ФИО2 кричала, выражалась нецензурной бранью, высказывала переживания по поводу находившейся в доме собаки, о судьбе дочери вопросов не задавала. 

Свидетель М. показал в судебном заседании, что 9 октября 2022 года он находился на дежурстве в качестве врача линейной (общепрофильной) выездной бригады скорой медицинской помощи. В вечернее время в составе бригады скорой медицинской помощи выехал на пожар. По приезду на место ему указали на пострадавшую. Она сидела на траве, на ней были остатки обгоревшей одежды, на теле были множественные ожоги. Пострадавшую прохожие помогли уложить на носилки и поместить в машину скорой помощи. Он опрашивал пострадавшую, она была ориентирована, на его вопросы назвала свои данные и пояснила, что употребляла алкоголь вместе с матерью, затем между ними произошел конфликт, мать облила её какой-то горючей жидкостью, скорее всего ацетоном, и подожгла. Состояние пострадавшей было тяжелым, поэтому она была введена в медикаментозную кому и затем передана реанимационной бригаде скорой медицинской помощи. О наличии опьянения в карте вызова скорой медицинской помощи, об обстоятельствах получения травм он указал со слов пострадавшей. Стоявшие на улице рядом с пострадавшей мужчины рассказали, что проходили мимо, увидели дым, вывели пострадавшую на улицу. Никто из находившихся на месте пожара людей к их бригаде за медицинской помощью не обращался. 

Из представленной в деле и исследованной в судебном заседании копии карты вызова скорой медицинской помощи № 1664 (т. 1 л.д. 87-90) следует, что 9 октября 2022 года в 20:43 по адресу: ****, на момент прибытия линейной бригады скорой медицинской помощи, сидящая на земле напротив дома В. предъявляла жалобы на боль, жжение по всему телу и пояснила, что «9 октября 2022 года, приблизительно в 20:20, у неё произошел конфликт с матерью, в ходе которого мать облила её горючей жидкостью, предположительно, ацетоном, и подожгла, в результате чего на ней загорелась одежда; почувствовала болевые ощущения, выбежала из дома во двор. Более о случившемся не поясняет. На улицу вывели случайные прохожие».

Из показаний медицинской сестры-анастезиста К. следует, что она в составе реанимационной бригады скорой медицинской помощи приехала на место пожара 9 октября 2022 года в вечернее время. Бригаду вызвал врач линейной бригады скорой медицинской помощи, так как пострадавшая В. находилась в тяжелом состоянии. На момент приезда реанимационной бригады В. была не контактна. Она слышала неподалеку от машины женские крики, в том числе слова: «Она мне надоела». Со слов врача линейной бригады скорой медицинской помощи ей известно, что В. мать облила горючей жидкостью и подожгла. Сопоставив эти факты, она предположила, что на улице кричала мать пострадавшей. К ней никто не обращался за медицинской помощью, и не сообщал, что кому-то нужна помощь. Запись в карте вызова скорой медицинской помощи об анамнезе производил врач реанимационной бригады, обстоятельства записывались со слов врача линейной бригады скорой медицинской помощи.

Согласно исследованной в судебном заседании копии карты вызова скорой медицинской помощи № 1198 от 9 октября 2022 года (т. 1 л.д. 91-94), врачом указан анамнез: «со слов линейной бригады в асоциальном доме находились две женщины в состоянии алкогольного опьянения, после ссоры одна облила пострадавшую ацетоном и подожгла, в результате чего загорелся дом. Были вызваны 01, 02, 03. Пациентка была обнаружена на улице перед домом, где сообщила бригаде о произошедшем. Пациентку доставили в салон автомобиля, в связи с болевым синдромом проведено обезболивание, вызвана реанимационная бригада».

Дознаватель МЧС России по Пермскому краю П. показал, что 9 октября 2022 года, в вечернее время по сообщению о пожаре прибыл к дому № ** на улице **** города Перми. На месте сотрудники пожарной охраны уже осуществляли тушение дома, он видел машины скорой медицинской помощи и полиции. С целью установления личности проживавших в доме лиц он опросил хозяйку дома ФИО2 и её сожителя Т. При опросе понял, что они находятся в состоянии алкогольного опьянения, так как от них чувствовался запах алкоголя. ФИО2 сообщила свои данные, пояснила, что её дочь – В., подожгла себя, после чего начался пожар. При нем сотрудники полиции к ФИО2 не подходили, она каких-либо жалоб не предъявляла, крови, синяков, кровоподтеков, ожогов у неё не видел, она была в верхней одежде. В. уже находилась в машине скорой медицинской помощи, медики на его вопросы сообщили, что у неё ожоги составляют более 70% тела. Он беседовал с отцом и сыном Р-ными, те рассказали об обстоятельствах обнаружения В. Для установления причин пожара он вызвал эксперта пожарной лаборатории Н., с которым после тушения пожара зашел в дом для осмотра и составления протокола. С ними также был сотрудник Следственного комитета. В результате обследования эксперт при применении газоанализатора «Колион 1В» обнаружил следы горючей и легковоспламеняющейся жидкости в комнате В. (комната № 1), и в помещении справа перед входом в жилую часть дома (комната № 3). Поскольку эти два очага пожара были не связаны между собой, то он предположил, что причиной пожара мог явиться поджог. Результаты применения газоанализатора он записал в протокол осмотра. Признаков короткого замыкания в доме не было. В местах обнаружения легковоспламеняющихся горючих жидкостей в полу обнаружены прогары деревянных конструкций. Когда он уезжал с места пожара, то там ещё оставались сотрудник Следственного комитета и сотрудники полиции.

Эксперт ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Пермскому краю Н. пояснил, что 9 октября 2022 года в вечернее время по вызову дознавателя П. он приехал на место пожара в доме по указанному адресу, привез с собой техническое средство – газоанализатор «Колион 1В». Совместно с дознавателем П. и следователем Следственного комитета России по Пермскому краю он обследовал одноэтажный деревянный дом с надворными постройками. После визуального определения в доме мест наибольшего повреждения огнем, в местах прогаров в деревянном полу, для обнаружения следов горючих и легковоспламеняющихся жидкостей он произвел замеры газоанализатором «Колион 1В». Результаты замеров были зафиксированы дознавателем пожарной части и следователем в соответствующих протоколах. Таким образом, им были получены результаты, свидетельствующие о наличии двух очагов пожара, один в комнате справа перед входом в кухню (комната № 3), второй в комнате прямо за кухней (комната № 1). Повреждения огнем проходили таким образом, что из комнат № 1 и № 3 огонь распространялся в сторону кухни и коридора. По результатам обследования он исключил возможность возникновения пожара в результате курения и неисправности проводки, предположил о наиболее вероятной причине пожара – поджоге. Газоанализатор в лаборатории только один, поверка его проводится ежегодно, до настоящего времени прибор в исправном состоянии.

Согласно представленных в суд свидетельств № С-ВН/06-05-2022/153988370, С-ВН/21-06-2023/256307805, поверка газоанализатора типа СИ «Колион 1», модификации «Колион 1В», заводской номер 5279-И, который применялся для измерений в ходе осмотра места происшествия, проводилась 6 мая 2022 года, 21 июня 2023 года.

Начальник караула ГУ МЧС России по Пермскому краю Б. пояснил, что 9 октября 2022 года в вечернее время он руководил тушением пожара в доме № ** по улице **** города Перми. На улице около дома находилась пострадавшая от ожогов женщина, которую на машине скорой медицинской помощи увезли в больницу. Там же он видел хозяйку дома, где произошел пожар, и мужчину, которые, судя по несвязной речи, запаху алкоголя, нарушению координации, находились в состоянии алкогольного опьянения. Никаких повреждений у них на теле и одежде не было. Рядом с ними находился мужчина, обнаруживший пожар и помогавший вытаскивать жильцов из горящего дома. С его слов, пострадавшая утверждала, что мать облила её горючей жидкостью, предположительно ацетоном, и подожгла. После тушения пожара им было составлено «Донесение о пожаре», в котором указаны задействованные силы и средства, дата и время локализации и ликвидации пожара».

Как следует из исследованного в судебном заседании «Донесения о пожаре» от 10 октября 2022 года, пожар произошел 9 октября 2022 года, сообщение о пожаре поступило в 20:20, прибытие первого подразделения в 20:26, ликвидация пожара 21:20; кроме сотрудников МЧС участниками действий по тушению пожара являлись: скорая помощь - 9 человек, полиция – 3 человека; к моменту прибытия подразделений пожарной охраны на улице находилось 3 человека, которые спасены населением до прибытия пожарной охраны (т. 1 л.д. 135).

Свидетель У. показал, что вечером 9 октября 2022 года из окна своего дома увидел огонь в доме № ** по улице **** города Перми, где проживали ФИО2, её сожитель Т. и дочь ФИО2 – В.

В это же время к дому подъехали автомашины пожарной охраны и скорой медицинской помощи. Он вышел на улицу, у машины скорой медицинской помощи увидел двоих мужчин – сына и отца, которые рассказали, что именно они вывели В. из бани, принесли её к машине скорой помощи. В. им рассказала, что мать облила её какой-то горючей жидкостью и подожгла. Неподалеку стояла ФИО2, которая находилась в нетрезвом состоянии, кричала, что ни в чем не виновата. ФИО2 знает продолжительное время, в нетрезвом состоянии её поведение меняется, она перестает себя контролировать. 

Из показаний свидетеля А. на предварительном следствии (т. 3 л.д. 42-45) следует, что она работает в магазине «***», куда часто приходила ФИО2, приобретала в основном в долг пиво «Охота крепкое». За 9 октября 2022 года в книге должников имеется запись о приобретении ФИО2 товара в долг дважды: на сумму 954 рубля и на сумму 518 рублей.

На листе тетради, представленной А. органу расследования (т. 3 л.д. 46) имеется запись за 9 октября 2022 года – «Альбина – 954+518».

В ходе предварительного расследования свидетель Д. показала (т. 1 л.д. 231-233), что с ФИО2 и В. она знакома более 25 лет. ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения не может контролировать себя, становится агрессивной, у неё были постоянные претензии к В., её раздражало, что та не работает. В. была спокойной, доброй и неконфликтной, жизнерадостной, не высказывала мыслей о суициде, имела планы на жизнь.

Свидетель Г. показала, что с В. и её матерью ФИО2 была знакома длительное время. ФИО3 была спокойной, отзывчивой, после употребления спиртного агрессии не проявляла. ФИО2 в трезвом состоянии относилась к В. хорошо, но после употребления спиртного поведение ФИО2 менялось, она становилась агрессивной, желала смерти В., говорила, что ненавидит её. Когда ФИО2 употребляла алкоголь, то В. уходила из дома. Со слов В. мать в состоянии опьянения могла облить её водой, оскорбляла.

Согласно проколам осмотров места происшествия от 9 и 10 октября 2022 года и фототаблиц к ним (т. 1 л.д. 15-35, 136-157) по адресу: **** расположен одноэтажный деревянный дом, состоящий из четырех помещений (кухня и три комнаты); на стенах и потолке дома, находящихся в доме предметах имеются следы горения, обугливания и закопчения; в результате применения газоанализатора «Колион 1» зафиксированы следы легковоспламеняющихся жидкостей, в комнате № 1 показатели составили 15 мг/м3, в комнате № 3 - 90 и 270 мг/м3; с места происшествия (из помещения кухни) изъята бутылка из-под водки «Пермская».

Из выводов заключения эксперта № 6267 от 15 ноября 2022 года (т. 1 л.д. 222-228) следует, что смерть В. наступила от термических ожогов головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей 1-2-3 степени около 77% площади тела; ожога верхних дыхательных путей; осложнившихся сепсисом, септицемией, двухсторонней гнойной очаговой пневмонией. Данная травма образовалась прижизненно от действия высокой температуры открытого пламени, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Как следует из выводов эксперта, проводившего пожарно-техническую экспертизу № 90/2023 от 16 августа 2023 года (т. 2 л.д. 100-127), в доме № ** по адресу: ****, имеются два очага пожара: в помещениях комнат № 1 и 3; технической причиной пожара, произошедшего 9 октября 2022 года в указанном доме, явилось возгорание горючих материалов от источника открытого пламени в результате искусственного инициирования горения (поджог).

Согласно заключению комиссии экспертов № 4486 от 29 ноября 2022 года (т. 1 л.д. 206-212) у В. имелось хроническое психическое расстройство в форме параноидной шизофрении, эпизодический тип течения, с нарастающим эмоционально-волевым дефектом; в период, предшествовавший смерти, она не находилась в состоянии иного временного психического расстройства; сведений о наличии у В. признаков алкогольной или наркотической зависимости не имеется, как не имеется и сведений о том, что в период, предшествовавший смерти, она находилась в состоянии, предрасполагающем к совершению суицидальных действий.

Все приведенные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, являются допустимыми. 

Не оспаривается сторонами и доказано, что смерть В. наступила в результате полученных прижизненно от действия высокой температуры открытого пламени термических ожогов головы, шеи, туловища, верхних и нижних конечностей, ожога верхних дыхательных путей, осложнившихся сепсисом, септицемией, двухсторонней гнойной очаговой пневмонией, а также то, что данная травма была получена 9 октября 2022 года в указанном в обвинении месте не позднее 20:20. 

Данные обстоятельства полностью нашли свое подтверждение не только в показаниях свидетелей, которые были ими даны в судебном заседании и на предварительном следствии, но и в выводах и результатах экспертиз, содержание которых приведено выше.

Суд считает, что в основу приговора следует положить показания свидетелей Т., Р1., Р2. М., С., К., У., Б., П., Н., поскольку они взаимно дополняют друг друга, подтверждаются достоверными доказательствами, в том числе результатами осмотров мест происшествий, заключениями экспертов.

Оснований для недоверия показаниям свидетелей о том, что именно В. рассказала, что в ходе распития спиртного у неё с матерью произошла ссора, и мать облила её, возможно, ацетоном, и подожгла, не имеется. Несущественные противоречия в показаниях свидетелей на предварительном следствии и в судебном заседании объясняются, по мнению суда, особенностями восприятия обстановки на месте происшествия и давностью произошедших событий. 

Что касается протоколов осмотров места происшествия, то они составлены в соответствии с положениями ст. 176-177 УПК РФ, их содержание и результаты соответствует представленным фототаблицам, достоверность изложенных в них сведений подтверждается показаниями допрошенных свидетелей Б., П., Н., в связи с чем, доводы подсудимой о фальсификации протоколов осмотров мест происшествия по обстоятельствам пожара 9 октября 2022 года в доме № ** по лице **** города Перми, суд считает необоснованными.

При этом суд отвергает как недостоверные показания подсудимой в той части, где она, отрицая свою причастность к преступлению, утверждала, что спиртное в тот день не употребляла, отношения у неё с дочерью были хорошими, дочь до пожара она не видела, спиртосодержащей жидкостью её не обливала и не поджигала, а сама В. из-за тяжести полученных травм не могла сообщить медицинским работникам и Р1., Р2. об обстоятельствах произошедшего с ней, либо могла оговорить её, поскольку эти показания ФИО2 полностью опровергаются не только показаниями свидетелей, но и в части её собственными показаниями.

Из показаний свидетелей Р1., Р2., М., С., показаний самой ФИО2 в судебном заседании и на предварительном следствии следует, что В., находясь на улице, вплоть до помещения её в автомашину скорой медицинской помощи и введения обезболивающих препаратов, несмотря на полученные травмы, вела себя адекватно, была контактна, поддерживала речевой контакт с окружающими её людьми, отвечала на поставленные вопросы. 

При изложенном у суда нет сомнений в правдивости показаний свидетелей Р1., Р2., М. и С. о том, что именно В. сообщила им об обстоятельствах получения ожогов и причастности к их причинению ФИО2 

В представленных суду материалах, показаниях допрошенных свидетелей, отсутствуют сведения, позволяющие утверждать, что В. когда-либо оговаривала свою мать, сообщала о ней недостоверные сведения, в связи с чем суд признает сведения об обстоятельствах совершения преступления и о причастности к нему подсудимой, сообщенные потерпевшей, достоверными.

Оснований для оговора подсудимой со стороны указанных свидетелей суд не усматривает, не приведено таких оснований и ФИО2 в судебном заседании.

Совокупность исследованных в судебном заседании с участием сторон доказательств, в том числе, заключений экспертиз о причинах смерти В., о причине пожара, с учетом результатов осмотров места происшествия, показаний свидетелей М., С., Р1., Р2., которым сама В. непосредственно рассказала, что мать облила её, возможно, ацетоном и подожгла; показаний свидетелей: У., Б., которым об этих обстоятельствах стало известно от отца и сына Р1., Р2.; К., которой об обстоятельствах получения телесных повреждений потерпевшей стало известно от сотрудников бригады скорой медицинской помощи; свидетеля Н. об обнаружении на месте следов легковоспламеняющейся жидкости; показаний У., Д., Г. о взаимоотношениях ФИО2 и В., а также других исследованных доказательств, позволяют прийти к убеждению о доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминируемого ей преступления при изложенных обстоятельствах и достоверности показаний ФИО2 на предварительном следствии о действительном неприязненном отношении её к своей дочери, о том, что она ненавидела свою дочь по указанным в протоколе причинам. 

Утверждение подсудимой ФИО2 о недостоверности её показаний на предварительном следствии в связи с тем, что она находилась в болезненном состоянии по причине применения к ней насилия со стороны сотрудников полиции на месте пожара, получения ею травмы головы, а также о том, что следователем неверно записаны её показания об отношениях с дочерью, данные показания она подписала не читая, опровергаются представленными в деле и исследованными в судебном заседании доказательствами: протоколами допросов ФИО2 с участием адвоката, в которых имеется собственноручно произведенная ФИО2 запись «С моих слов записано верно, мною прочитано», а также о том, что протокол прочитан ею лично, замечаний к протоколу нет; данные протоколы подписаны ФИО2, адвокатом и следователем (т. 1 л.д. 126-131, 181-185); иными исследованными документами: постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления по заявлению ФИО2 о применении насилия сотрудниками полиции (т. 2 л.д. 134-135), рапортом и актом от 10 октября 2022 года, в которых указано об обнаружении синяка на наружной стороне правого бедра у ФИО2 при помещении её в ИВС, а также собственноручным объяснением ФИО2 от 10 октября 2022 года о том, что синяк на правом бедре она получила 9 октября 2022 года при выходе из горящего дома по адресу: ****. При этом ни в одном документе не зафиксировано наличие иных травм у ФИО2 и жалоб от неё на состояние здоровья.

Показания подсудимой о том, что на месте пожара она просила оказать ей медицинскую помощь, пыталась обратиться к медицинским работникам за оказанием помощи, в том числе по поводу травмы правого бедра и раны на голове, из которой текла кровь, опровергаются показаниями допрошенных по делу свидетелей, в том числе фельдшера бригады скорой медицинской помощи С., которая пояснила, что сама лично подходила к ФИО2 и та отказалась от медицинской помощи, никаких повреждений у неё не было.

Утверждение подсудимой о том, что 9 октября 2022 года она спиртные напитки не употребляла и не находилась в состоянии алкогольного опьянения, полностью опровергаются следующими доказательствами.

Из показаний свидетеля Т. следует, что 9 октября 2022 года ФИО2 брала в магазине пиво и водку, они с ней вместе распивали спиртные напитки; свидетели Р1. и Р2. показали, что ФИО2 находилась в состоянии алкогольного опьянения, так как от неё чувствовался запах алкоголя, это было видно из её невнятной речи и поведения; свидетель М. пояснил, что со слов В. ему известно, что она с матерью распивала спиртные напитки; свидетель С. подтвердила показания М., показала, что подходила к ФИО2 и решила, что та находится в состоянии опьянения, так как почувствовала от неё запах алкоголя; свидетель П. показала, что от ФИО2 чувствовался запах алкоголя; свидетель Б. показал, что ФИО2 находилась в состоянии алкогольного опьянения, так как от неё чувствовался запах алкоголя, у неё была невнятная речь, была нарушена координация.

Таким образом, суд считает доказанным, что в момент совершения преступления ФИО2 находилась в состоянии алкогольного опьянения.

С учетом изложенных сведений, приведенных показаний свидетелей и других исследованных доказательств, суд считает установленным, что 9 октября 2020 года в период до 20:20 только ФИО2 и В. находились в доме № ** по улице **** в городе Перми, где между ними в ходе распития спиртных напитков произошла ссора по причине личных неприязненных отношений, в результате которой ФИО2 облила В. легковоспламеняющейся жидкостью и подожгла.

Тот факт, что в ходе расследования не была установлена конкретная легковоспламеняющаяся жидкость, которой была облита пострадавшая В., и не обнаружена емкость, в которой находилась эта жидкость, конкретный источник открытого пламени, не ставит под сомнение доказанность вины ФИО2 в инкриминируемом ей деянии, поскольку значимые для дела обстоятельства полностью установлены совокупностью допустимых доказательств, исследованных в судебном заседании.

Оценив все исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к убеждению, что виновность подсудимой в совершении действий, указанных в описании преступного деяния, доказана.

Исходя из установленных фактических обстоятельств дела, суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное с особой жестокостью.

Между действиями подсудимой и наступившими вредными последствиями – смертью потерпевшей В. существует прямая причинная связь. 

О наличии у подсудимой умысла на причинение смерти свидетельствует целенаправленное выплескивание ею на потерпевшую, легковоспламеняющейся жидкости с последующим её поджогом. Совершая данные действия, подсудимая, безусловно, осознавала общественную опасность своих действий, предвидела возможность наступления конкретных общественно опасных последствий – смерти В. и желала наступления данных последствий, то есть действовала с прямым умыслом на причинение смерти.

О наличии в действиях подсудимой ФИО2 квалифицирующего признака убийства «с особой жестокостью», предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, объективно свидетельствует избранный ею способ причинения смерти – сожжение заживо, который заведомо для неё связан с причинением потерпевшей особых физических страданий.

Согласно заключению комиссии экспертов № 4-0253-23 от 31 июля 2023 года (т. 2 л.д. 37-44) ФИО2 каким-либо хроническим либо временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которое лишало бы её способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдала в период, относящийся к совершению инкриминируемого деяния, и не страдает в настоящее время, а обнаруживала ранее и обнаруживает в настоящее время признаки органического расстройства личности смешанного (посттравматического, дисциркуляторно-сосудистого, токсического) генеза (F-07.08). Имеющиеся у ФИО2 признаки органического расстройства личности не сопровождались в период, относящийся к совершению инкриминируемого ей деяния, и не сопровождаются в настоящее время клинически значимыми болезненными изменениями или снижением психических функций, не достигают психотического уровня или слабоумия; у ФИО2 нет клинически значимой патологии мышления, интеллекта, памяти, внимания и эмоционально-волевой сферы, значимо не нарушены критические и прогностические функции, не страдает способность к произвольной регуляции своих действий; в период, относящийся к совершению инкриминируемого ей деяния, у ФИО2 отсутствовали признаки какого-либо временного психического расстройства. В исследуемый период времени у неё отсутствовали признаки помраченного или расстроенного сознания, объективно не отмечалось галлюцинаторных и бредовых переживаний, она правильно ориентировалась в окружающей обстановке. ФИО2 могла в период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ей деяния, и может в настоящее время в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Имеющиеся у ФИО2 проявления органического расстройства личности не достигают уровня психоза или слабоумия, не сопровождаются значимыми нарушениями восприятия, мышления, памяти, интеллекта, эмоций и воли, тем самым не лишают её способности, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, а также не лишают её способности правильно понимать характер и значение своего процессуального положения и самостоятельно осуществлять свои процессуальные права и выполнять процессуальные обязанности, не относятся к категории психических недостатков, препятствующих самостоятельному осуществлению права на защиту. 

Обоснованность заключения комиссии экспертов не вызывает у суда сомнений, каких-либо противоречий в выводах комиссии экспертов, либо нарушений процессуальных прав обвиняемой, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, не допущено. Заключение комиссии экспертов является ясным и полным, составлено специалистами, обладающими соответствующими познаниями, содержит ссылки на применяемые методы исследования, сведения о ходе экспертизы и ее результатах, а также полные и мотивированные ответы на постановленные перед экспертами вопросы, а поэтому суд признает его допустимым для использования в качестве доказательства по делу. 

С учетом изложенных результатов проведенной в отношении подсудимой судебно-психиатрической экспертизы, свидетельствующих об отсутствии у неё психических заболеваний и расстройств, не позволяющих осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, учитывая данные о личности подсудимой, которые не ставят под сомнение её психическую полноценность, отмечая соответствующее обстановке поведение подсудимой в судебном заседании, суд признает ФИО2 вменяемой и подлежащей уголовной ответственности.

При назначении подсудимой наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, смягчающее и отягчающее наказание обстоятельства, влияние наказания на её исправление.

Подсудимая по месту работы характеризуется положительно, как лицо, добросовестно и ответственно относящееся к выполнению своих трудовых обязанностей, качественно и в срок выполняющее порученную работу, не имеющее замечаний, нарушений трудовой дисциплины и правил внутреннего трудового распорядка (т. 2 л.д. 238); по месту проживания со стороны участкового уполномоченного полиции - в целом удовлетворительно, как лицо, не состоявшее на учетах в участковом пункте полиции, не привлекавшееся к административной ответственности, не замеченное в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, на чье поведение в быту жалоб от соседей, родственников и других лиц не поступало (т. 2 л.д. 232); по месту содержания под стражей со стороны администрации следственного изолятора характеризуется удовлетворительно.

На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством суд признает наличие у подсудимой ряда хронических заболеваний.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Факт нахождения подсудимой в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения достоверно установлен в судебном заседании.

Как следует из показаний свидетелей У., Г., Д. (т. 1 л.д. 231-233) в состоянии алкогольного опьянения поведение ФИО2 меняется, она плохо себя контролирует, становится агрессивной. 

При изложенном, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, вышеуказанных данных о личности ФИО2, суд приходит к выводу, что состояние опьянения, отрицательно повлияло на поведение подсудимой, обусловило совершение ею преступления, поэтому должно быть признано отягчающим наказание обстоятельством. 

Подсудимая совершила преступление, относящееся к категории особо тяжких. 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновной во время и после его совершения, иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, по делу не усматривается, в связи с чем, оснований для применения при назначении наказания ФИО2 положений ст. 64 УК РФ не имеется. Также не имеется оснований для назначения условного наказания в порядке ст. 73 УК РФ.

Фактические и правовые основания для изменения категории совершённого подсудимой преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ, отсутствуют. 

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы подсудимая должна отбывать в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания в виде лишения свободы надлежит исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФИО2 9 октября 2022 года была опрошена дознавателем МЧС России по Пермскому краю, впоследствии доставлена в отдел полиции № 4, где находилась до составления протокола в порядке ст. 92 УПК РФ 10 октября 2022 года. Данные обстоятельства нашли свое подтверждение в исследованных материалах дела, поэтому следует признать датой фактического задержания ФИО2 9 октября 2022 года, и срок содержания её под стражей следует исчислять с указанной даты.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ следует зачесть в срок лишения ФИО2 свободы время содержания её под стражей по настоящему уголовному делу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств разрешается судом в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 97 УПК РФ в связи с осуждением ФИО2 к реальному лишению свободы в исправительной колонии общего режима для обеспечения исполнения приговора необходимо до вступления приговора в законную силу меру пресечения оставить прежней – заключение под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок двенадцать лет с ограничением свободы на срок один год с установлением ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в ночное время с 22 до 6 часов местного времени, не выезжать за пределы того муниципального образования, где она будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и с возложением обязанности являться в вышеуказанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации. 

Отбывание лишения свободы ФИО2 назначить в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу. 

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО2 в срок лишения свободы время содержания под стражей в период с 9 октября 2022 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО2 оставить прежней - заключение под стражу.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы ФИО2 отбывать после освобождения из исправительного учреждения.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

- фрагменты обгоревшей ткани, бутылку из-под водки марки «Пермская» – уничтожить;

- брюки, ботинки, водолазку, свитер, штаны - возвратить ФИО2 по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденной - в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Председательствующий в