77RS0006-02-2025-007000-36

Судья: фио

Гр. дело суда первой инстанции: № 2-4499/2025

Гр. дело суда апелляционной инстанции: № 33-6047/2026

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 марта 2026 года	 адрес

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего Чубаровой Н.В.,

судей фио, фио,

при помощнике судьи Фомичевой А.В.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи фио гражданское дело по апелляционным жалобам фио и фио на решение Дорогомиловского районного суда адрес от 09 сентября 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования удовлетворить.

Обратить в доход Российской Федерации следующее имущество:

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0010102:107, по адресу: адрес, уч. 190, зарегистрированный общей долевой собственностью ½ на фио и фио;

- здание, кадастровый номер 50:20:0010104:591, по адресу: адрес, уч. 190, зарегистрированное общей долевой собственностью ½ на фио и фио;

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0010416:17, по адресу: адрес, уч. 38, зарегистрированный

на фио;

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0010416:18, по адресу: адрес, уч. 37, зарегистрированный

на фио;

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0010416:19, по адресу: адрес, уч. 36, зарегистрированный

на фио;

- земельный участок, кадастровый номер 50:20:0010416:20, по адресу: адрес, уч. 35, зарегистрированный

на фио;

- здание, кадастровый номер 50:20:0010506:485, по адресу: адрес, уч. 35, 36, корп. 37, 38, зарегистрированное на фио;

- помещение, кадастровый номер 77:04:0002014:13729, по адресу:

адрес, пом. 1/11/1, зарегистрированное на фио;

- помещение, кадастровый номер 77:07:0013001:1965, по адресу: адрес, зарегистрированное на фио фио;

- помещение, кадастровый номер 77:07:0013001:2965, по адресу: адрес, сооружение 1Г, строение 4, пом. 116/2П, зарегистрированное на фио фио;

- помещение, кадастровый номер 50:20:0040904:816, по адресу: адрес, зарегистрированное на фио,

У С Т А Н О В И Л А:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам к фио, фио ФИО1, действующей в интересах несовершеннолетнего лица – фио, ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетних лиц – фио и фио, об обращении имущества в доход Российской Федерации, мотивируя свои требования тем, что при осуществлении надзора за расследованием Главным следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации (далее – ГСУ СК России) уголовного дела по обвинению бывшего следователя по особо важным делам следственного отдела Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по адрес (далее – ГСУ СК России по адрес) фио в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 210, ч. 5 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 285, ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 (4 эпизода), ч. 6 ст. 290, ч. 2 ст. 299 (4 эпизода), ч. 3 ст. 301 (4 эпизода), ч. 3 и ч. 4 ст. 303 и ч. 2 ст. 307 УК РФ, Генеральной прокуратурой Российской Федерации выявлены нарушения запретов и ограничений, допущенных ФИО3 при прохождении службы в федеральном государственном органе, являющуюся особым видом федеральной государственной службы. Будучи сотрудником ГСУ СК России по адрес фио являлся лицом, последовательно замещавшим должности государственной службы, обязанным представлять сведения о доходах и расходах, а равно соблюдать установленные законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции запреты и ограничения. В ГСУ СК России фио предоставил сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. Проверка материального состояния ответчика выявила явные несоответствия расходов полученным доходам.

Истец полагает, что ФИО3 нарушен запрет получать доход

из незаконных источников (заниматься другой оплачиваемой деятельностью,

в том числе предпринимательской как лично, так и через доверенных лиц, получать от физических и юридических лиц вознаграждения, ссуды, подарки

и услуги), а также не исполнена возложенная на него названной правовой нормой обязанность по декларированию имущества, обладателем которого

он является. В частности, фио в декларационные периоды указывал

о наличии у него в собственности помещения с кадастровым номером 77:07:0013001:1965, по адресу: адрес, стоимостью сумма, полученное в собственность от матери;

нежилое помещение с кадастровым номером 77:07:0013001:2965, по адресу:

адрес/2П, стоимостью

сумма, полученное в собственность от матери; нежилое помещение

с кадастровым номером 77:04:0002014:13729, по адресу: адрес,

адрес, пом. 1/11/1, стоимостью сумма, полученное в собственность от отца; жилое помещение с кадастровым номером 77:07:0005007:1989, по адресу: адрес, стоимостью сумма, выделенное ему в порядке компенсации возмещения за снесенное жилье.

Согласно сведениям налогового и следственного органов, суммарный доход фио 2006-2014 гг. составил сумма, с него уплачен подоходный налог по ставке 13%. В этот период фио привлечен к уголовной ответственности и осужден. Доход фио и фио в рассматриваемый период составил сумма и спорное имущество ими приобретено в собственность ответчика – фио, общей стоимостью сумма, из них – земельный участок с кадастровым номером 50:20:0010102:107 и здание с кадастровым номером 50:20:0010104:591,

по адресу: адрес, уч. 190, стоимостью сумма; помещение с кадастровым номером 77:07:0013001:1965, по адресу: адрес, стоимостью сумма; помещение с кадастровым номером 77:07:0013001:2965, по адресу: адрес, сооружение 1Г, строение 4, пом. 116/2П, стоимостью сумма; помещение

с кадастровым номером 77:04:0002014:13729, по адресу: адрес,

адрес, пом. 1/11/1, стоимостью сумма; земельные участки с кадастровыми номерами 50:20:0010416:17, 50:20:0010416:18, 50:20:0010416:19, 50:20:0010416:20 и здание с кадастровым номером 50:20:0010506:485, по адресу: адрес, уч. 35-38, общей стоимостью сумма.

Истец полагает, что материалами проверки установлено несоответствие расходов фио, его родителей полученным доходам, информация

о владении и пользовании спорным имуществом не отображалась ответчиком в ежегодных справках и с целью ухода от необходимости декларирования, сокрытия своего реального имущественного положения, право собственности на объекты недвижимости, фактически принадлежащие фио, приобретенные им и фио на незаконные доходы, регистрировалось на близких лиц – фио, фио, фио и фио

В этой связи истец просил обратить в доход Российской Федерации следующее имущество:

земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010102:107) по адресу: адрес, уч. 190, зарегистрированный общей долевой собственностью ½ на фио и фио;

здание (кадастровым номером 50:20:0010104:591) по адресу: адрес, уч. 190, зарегистрированное общей долевой собственностью ½ на фио и фио;

земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:17) по адресу: адрес, уч. 38, зарегистрированный

на фио;

земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:18) по адресу: адрес, уч. 37, зарегистрированный

на фио;

земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:19) по адресу: адрес, уч. 36, зарегистрированный

на фио;

земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:20) по адресу: адрес, уч. 35, зарегистрированный

на фио;

здание (кадастровым номером 50:20:0010506:485) по адресу: адрес, уч. 35, 36, корп. 37, 38, зарегистрированное на фио;

помещение (кадастровым номером 77:04:0002014:13729) по адресу:

адрес, пом. 1/11/1, зарегистрированное на фио;

помещение (кадастровым номером 77:07:0013001:1965) по адресу:

адрес, зарегистрированное на фио фио;

помещение (кадастровым номером 77:07:0013001:2965) по адресу:

адрес, сооружение 1Г, строение 4, пом. 116/2П, зарегистрированное на фио фио;

жилое помещение с кадастровым номером 50:20:0040904:816,

по адресу: адрес,

д. 22, корп. 4 кв. 22, зарегистрированное на фио.

В судебном заседании представители истца по доверенности фио и фио поддержали заявленные исковые требования в полном объеме, ссылаясь на изложенные в иске обстоятельства.

Представитель ответчиков ФИО1, действующий в интересах несовершеннолетней фио иск не признал, пояснив о декларативности высказываний истца и вероятностных выводах, не основанных на фактических обстоятельствах дела.

Ответчики фио, фио, ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела судом извещены, ходатайств об отложении рассмотрения дела, уважительных причин неявки суду не представили.

Судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого по доводам апелляционных жалоб просят фио и фио, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам.

В заседании судебной коллегии представитель ответчика фио – фио и представитель ответчика фио – фио доводы апелляционных жалоб поддержали.

Представитель истца – фио против удовлетворения апелляционных жалоб возражала.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены.

Выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив материалы дела, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда.

Необходимость борьбы с коррупцией вытекает из основополагающих положений Конституции Российской Федерации, определяющих Российскую Федерацию в качестве правового Государства (ч. 1 ст. 1).

Как следует из ст. 1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Закон № 273-ФЗ), акты коррупции посягают на законные интересы общества и государства.

Противодействие коррупционным проявлениям направлено на защиту публичных интересов всего общества и государства, предметом которых выступает обладающее социальной востребованностью общее благо, а не субъективные интересы отдельных участников гражданского оборота. Публично-правовой характер такой деятельности с очевидностью следует из установленной законом обязанности всех государственных и муниципальных органов, коммерческих и некоммерческих организаций, их должностных лиц противодействовать коррупции (ст. 5, 13.3 Закон № 273-ФЗ). Наряду с этим данная обязанность возложена на институты гражданского общества, а также физических лиц (п. 2 ст. 1).

Тем самым законодатель придал ей всеобъемлющий и общеобязательный характер, что свойственно для публично-правовых, а не частно-правовых отношений.

Таким образом, в данном случае не преследуется цель защиты субъективных благ конкретных участников хозяйственного оборота, а реализуется публичная задача по защите основ конституционного строя и правовой демократии

от коррупционных проявлений, на которые они посягают (Постановление Конституционного Суда РФ от 10.10.2013 № 20-П).

По этой категории дел прокурор не имеет субъективного интереса,

не защищает чье-либо частное право, не преследует экономическую выгоду

и не ставит задачи по извлечению дохода. Заявленные им требования направлены на пресечение коррупционных проявлений, то есть защиту нематериальных благ.

В рамках же гражданского судопроизводства исследуются обстоятельства происхождения выявленного у должностного лица актива, наличие у него правомерных источников приобретения имущественного благосостояния, а не ведется спор о праве.

В связи с этим Генеральная прокуратура РФ в рамках предоставленных процессуальным законодательством полномочий обратилась с настоящим иском

в суд за защитой публичных интересов государства и общества в целом.

Незаконное приобретение должностными лицами личного состояния, против чего в данном иске выступает прокурор, наносит ущерб, как отмечено в Конвенции ООН против коррупции (принята 31.10.2003 Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН), демократическим институтам, национальной экономике и правопорядку, порождает угрозы стабильности и безопасности общества, подрывает демократические и этические ценности. Иными словами, коррупция наносит ущерб тем ценностям, которые статьями 1, 2, 8, 17-19, 21, 751 Конституции Российской Федерации отнесены к числу фундаментальных, неотъемлемых и нематериальных благ.

При этом требования о прекращении права собственности на определенное имущество конкретных лиц в данном случае не могут свидетельствовать

о материальном характере спора. Применение указанного юридического последствия не является результатом нарушения ответчиками частноправовых норм, которые устанавливают правила поведения хозяйствующих субъектов в гражданском обороте.

В данном случае применяются антикоррупционные нормы, в связи

с нарушением публично-правовой обязанности должностного лица не допускать злоупотребления своим служебным положением. Названное юридическое последствие может быть применено только после установления судом состава коррупционного правонарушения, то есть констатации факта отсутствия у должностного лица законного основания для владения коррупционно приобретенным имуществом.

Таким образом, изъятие имущества выступает правовым последствием нарушения должностным лицом законодательства о противодействии коррупции. Разрешение его судьбы вытекает из выводов о наличии в действиях ответчика состава коррупционного правонарушения.

В соответствии с п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ принудительное изъятие

у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производится, в том числе обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого

не предоставлены в соответствии с законодательством Российской Федерации

о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Законом № 273-ФЗ установлены основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных нарушений. Под самой коррупцией в ст.1 Закона № 273-ФЗ понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, даче взятки, получению взятки, злоупотреблению полномочиями, коммерческому подкупу либо иному незаконному использованию физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и Государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими физическими лицами, в том числе за совершение этих деяний от имени или в интересах юридического лица.

Противодействие коррупции – деятельность федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, институтов гражданского общества, организаций и физических лиц в пределах их полномочий: а) по предупреждению коррупции, в том числе по выявлению и последующему установлению причин коррупции (профилактика коррупции); б) по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию коррупционных правонарушений (борьба с коррупцией); в) по минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений (п. 2 ст. 1 Закона № 273-ФЗ)

Согласно п. 4 ст. 6 Закона № 273-ФЗ, профилактика коррупции осуществляется в том числе, путем установления в качестве основания для освобождения от замещаемой должности и (или) увольнения лица, замещающего должность государственной или муниципальной службы, включенную в перечень, установленный нормативными правовыми актами Российской Федерации, с замещаемой должности государственной или муниципальной службы или для применения в отношении его иных мер юридической ответственности непредставления им сведений, представления заведомо неполных сведений, за исключением случаев, установленных федеральными законами, либо представления заведомо недостоверных сведений о своих доходах, расходах, имуществе и обязательствах имущественного характера, а также представления заведомо ложных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

Из положений ч.ч. 1, 2 ст. 8.1 Закона № 273-ФЗ следует, что лица, замещающие (занимающие) должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, обязаны представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей в случаях и порядке, которые установлены Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации.

Контроль за соответствием расходов лиц, указанных в ч. 1 ст. 8.1 Закона

№ 273-ФЗ, а также расходов их супруг (супругов) и несовершеннолетних детей общему доходу лиц, указанных той же ч. 1 ст. 8.1 того же закона, и их супруг (супругов) за три последних года, предшествующих совершению сделки, осуществляется в порядке, предусмотренном этим же Федеральным Законом и Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации.

Согласно п.п. «д» пункта 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 03.12.2012

№ 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», указанный Закон устанавливает контроль над расходами, в том числе лиц, замещающих (занимающих) должности федеральной государственной службы, осуществление полномочий по которым влечет за собой обязанность представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле

за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» лицо, замещающее (занимающее) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. названного Федерального закона, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений, если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки.

В силу ч. 3 ст. 16 данного Федерального закона, в случае, если в ходе осуществления контроля за расходами лица, замещающего (занимающего) одну

из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 этого же Закона, а также за расходами его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов данного лица, а также расходов его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, материалы, полученные в результате осуществления контроля за расходами, в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение

об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. ст. 17 указанного Федерального закона, Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в течение четырех месяцев со дня получения материалов, предусмотренных ч. 3 ст. 16 данного Федерального закона, рассматривают их в пределах своей компетенции, установленной Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации», после чего в порядке, предусмотренном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), цифровых финансовых активов, цифровой валюты, в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну

из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего Федерального закона,

не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно.

Статья 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле

за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», во взаимосвязи с другими его положениями предполагает, что подлежащее изъятию имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не предоставлено сведений, подтверждающих

его приобретение на законные доходы, может принадлежать как самому государственному (муниципальному) служащему, так и членам его семьи –

супруге (супругу) и несовершеннолетним детям, которые тем самым

претерпевают неблагоприятные последствия призюмируемого нарушения

им антикоррупционного законодательства.

Такое правовое регулирование обусловлено налагаемыми государственного (муниципального) служащего ограничениями, вытекающими из его правового статуса, и признано минимизировать риск злоупотреблений при оформлении того или иного имущества в собственность, а потому не может рассматривается как несоразмерное ограничение конституционных прав членов семьи государственного (муниципального) служащего, тем более что федеральный законодатель в целях соблюдения баланса публичных и частных интересов ограничил круг лиц, за чьими расходами осуществляется контроль, теми членами семьи государственного (муниципального) служащего, которые, как правило, ведет с ним общее хозяйство, а именно супругой (супругом) и их несовершеннолетними детьми (п. 2 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

Категории лиц, в отношении которых осуществляется контроль за расходами и порядок осуществления такого контроля установлены Федеральным законом

от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

Как следует из судебной практики по делам по заявлениям прокуроров

об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не предоставлено в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017, в силу положений ч. 1 ст. 56 ГПК РФ прокурор обязан представить доказательства приобретения ответчиком (ответчиками) в отчетном периоде движимого и недвижимого имущества на сумму, превышающую его (их) общий доход за три последних года, предшествующих отчетному периоду. В частности, прокурор обязан предоставить доказательства принадлежности спорного имущества кому-либо из ответчиков, приобретения

его в отчетном периоде, доказательства, подтверждающие действительную стоимость имущества, факт превышения стоимости этого имущества по отношению к совокупному доходу ответчиков за три последних года, предшествующих отчетному периоду, а также материалы, свидетельствующие о соблюдении при осуществлении контроля за расходами процедуры, установленной Федеральным законом от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

При этом следует учитывать, что действующее законодательство

не предусматривает возможности учета в числе расходов лица, в отношении которого осуществляется контроль за расходами, и членов его семьи прожиточного минимума, затрат на оплату коммунальных услуг, алиментных выплат и других,

не относящихся к расходам на приобретение имущества, предусмотренного

ч. 1 ст. 4, ст. 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле

за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам». Бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволяющих приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков). При этом суд вправе принимать любые допустимые ГПК РФ доказательства, предоставленные как лицом, в отношении которого осуществляется контроль

за расходами, так и его супругой (супругом) и – с особенностями, установленными данными Кодексом, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества, независимо от того, когда эти средства были получены, отражены ли они

в соответствующей справке (декларации) или были обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. Ответчиками могут быть, в частности представлены доказательства, получения ими денежных средства

по гражданско-правовым сделкам (например, по договору займа, дарения).

Как установлено судом и следует из материалов дела, Генеральной прокуратурой Российской Федерацией при осуществлении надзора за расследованием ГСУ СК России уголовного дела № 42202007703000909 по обвинению бывшего следователя по особо важным делам следственного отдела по адрес ГСУ СК России по адрес фио в совершении тяжких и особо тяжких уголовно наказуемых деяний – ч. 1 ст. 210, ч. 5 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 285, ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 (4 эпизода), ч. 6 ст. 290, ч. 2 ст. 299 (4 эпизода), ч. 3 ст. 301 (4 эпизода),

ч. 3 и ч. 4 ст. 303 и ч. 2 ст. 307 УК РФ, выявлены нарушения

фиоВ установленных антикоррупционным законодательством запретов

и ограничений.

фио К.В. проходил федеральную государственную службу

в ГСУ СК России по адрес, являющуюся в соответствии со ст. 1 и 15 Федерального закона от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» (далее – Закон № 403) и ст. 2 Федерального закона от 27.05.2003 № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» особым видом федеральной государственной службы, он имел специальное звание, являлся лицом, замещавшим должности государственной службы обязанным предоставлять сведения о доходах и расходах, соблюдать установленные законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции для данной категории работников запреты и ограничения.

фио К.В. предоставлял в кадровое подразделение ГСУ СК России

по адрес сведения за период 2012-2014 гг. о своих доходах,

об имуществе и обязательствах имущественного характера на сумму сумма. В декларационные периоды указывал о наличии в собственности: помещение (кадастровым номером 77:07:0013001:1965) по адресу: адрес, полученное от матери; помещение (кадастровым номером 77:07:0013001:2965) по адресу: адрес/2П, полученное от матери; помещение (кадастровым номером) 77:04:0002014:13729, по адресу: адрес, пом. 1/11/1, полученное от отца; помещение (кадастровым номером 77:07:0005007:1989) по адресу: адрес, выделенное в порядке компенсации возмещения за снесенное жилье.

При этом установлено, что заработная плата являлась не единственным источником дохода фио, а сведения, отраженные в представленных справках по месту службы, не соответствовали действительности. Поступив на следственную службу в Следственный комитет Российской Федерации фио использовал свои полномочия не в законных интересах, а во вред обществу и государству с целью незаконного личного обогащения как своего, так и лиц, состоящих с ним в близких отношениях. В силу названных выше должностных запретов и ограничений он не вправе был этого делать ни при каких обстоятельствах.

Согласно материалам, подтвержденных доход фио 2006-2014 гг. составил сумма, фио и фио в совокупности –

сумма, в собственность фио зарегистрировал следующее имущество: земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010102:107)

и здание (кадастровым номером 50:20:0010104:591) по адресу: адрес, уч. 190, стоимостью сумма; помещение (кадастровым номером 77:07:0013001:1965) по адресу: адрес, стоимостью сумма; помещение (кадастровым номером 77:07:0013001:2965) по адресу: адрес, сооружение 1Г, строение 4, пом. 116/2П, стоимостью сумма; помещение (кадастровым номером 77:04:0002014:13729) по адресу: адрес, пом. 1/11/1, стоимостью сумма; земельные участки (кадастровыми номерами 50:20:0010416:17, 50:20:0010416:18, 50:20:0010416:19, 50:20:0010416:20), здание (кадастровым номером 50:20:0010506:485) по адресу: адрес, уч. 35-38, общей стоимостью сумма.

Вместе с тем, с целью ухода от необходимости декларирования

и сокрытия своего реального имущественного положения, право собственности на объекты недвижимости, фактически принадлежащие ответчику – фио, приобретенное на незаконные доходы, номинально регистрировалось на следующих лиц: на фио и фио земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010102:107) по адресу: адрес, уч. 190, зарегистрированный общей долевой собственностью ½, а также здание (кадастровым номером 50:20:0010104:591) по адресу: адрес, уч. 190, зарегистрированное общей долевой собственностью ½. На фио – земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:17) по адресу: адрес, уч. 38; земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:18) по адресу: адрес, уч. 37; земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:19) по адресу: адрес, уч. 36; земельный участок (кадастровым номером 50:20:0010416:20) по адресу: адрес, уч. 35; здание (кадастровым номером 50:20:0010506:485) по адресу: адрес, уч. 35, 36, корп. 37, 38; помещение (кадастровым номером 77:04:0002014:13729) по адресу: адрес, пом. 1/11/1.

Согласно материалам дела, в 2014 г. фио заключил брак с фио, анализ их финансового положения показал, что они не имели денежных средств в размере сумма для покупки помещения (кадастровым номером 50:20:0040904:816) по адресу: адрес. Данное имущество фио приобрели на неподтвержденные доходы.

При таких установленных по делу обстоятельствах, как указал суд, совокупный доход ответчиков несоизмеримо меньше понесенных ими расходов, то есть общий доходы ответчиков в размере сумма не позволили им приобрести спорные объекты недвижимости стоимостью сумма, вследствие чего они приобретены на неподтвержденные доходы фио, ему же фактически принадлежат.

Установленные судом обстоятельства в совокупности свидетельствуют

о том, что в период занятия должностей государственной службы

ФИО3 систематически нарушались установленные для данной категории работников запреты и ограничения. Им нарушен запрет получать доход из незаконных источников (заниматься другой оплачиваемой деятельностью, в том числе предпринимательской как лично, так и через доверенных лиц, получать от физических и юридических лиц вознаграждения, ссуды, подарки и услуги), изначально закрепленный в ст. 11 Федерального закона от 31.07.1995 № 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации» (ст. ст. 17, 18, 20 Закона № 79, положениях которых

в силу ст. 17 Закона № 403 распространяются на сотрудников Следственного комитета Российской Федерации), а также не исполнена возложенная на него названной правовой нормой обязанность по декларированию имущества, обладателем которого он является. фио К.В. не соблюдал антикоррупционной законодательство. Продолжительное время скрывал от службы и общества реальные доходы и их поступление их незаконных источников, чем нарушил требования ст. 10 Закона № 273, вступил в конфликт с интересами службы и общества, которым он обязался под присягой сотрудника Следственного комитета Российской Федерации (ст. 19 Закона

№ 403) свято соблюдать законы, не допуская малейшего от них отступления.

Возражая против удовлетворения иска, представитель ответчиков, ссылался на недопустимость протоколов допросов, полученных в рамках уголовного дела, и приговор, приобщенный истцом к материалам дела.

Суд приведенные доводы отклонил, как не основанные на законе, поскольку

ст. 71 ГПК РФ позволяет принимать в качестве письменного доказательства акты, договоры, справки, иные документы и материалы, содержащие сведения

об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий.

Суд отметил, что приобщенные представителем истца протоколы допросов свидетелей, как следует из их содержания, составлены по правилам ст. 166 УПК РФ и в силу прямого указания гражданского процессуального закона являются протоколами совершения процессуальных действий. Происхождение документов из уголовного дела, где они имеют аналогичный статус, не изменяет их правовой природы

и не отменяет названное положение по настоящему делу.

Судом также учтено, что протоколы составлены уполномоченным законом должностным лицом, который несет ответственность, в том числе уголовную

за правильность и достоверность их составления. Допрошенным лицам разъяснены их процессуальные права и обязанности. Заявлений и замечаний от автора показаний на протокол и порядок проведения допроса не поступило.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел

к выводу о том, что ответчики в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ

не предоставили в материалы дела относимые, допустимые, достоверные

и достаточные доказательства о законности происхождения денежных средств,

за счет которых было приобретено вышеназванное спорное имущество,

что их трудовая деятельность приносила им доход, позволяющий совершать покупку спорного имущества, в связи с чем суд пришел к выводу об обращении

в доход государства вышеуказанных объектов недвижимого имущества, зарегистрированное на фио, фио и фио в пользу Российской Федерации, как имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Соглашаясь с доводами и требованиями истца, суд также учел следующее.

Из системного толкования положений п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ и правовых норм антикоррупционного законодательства Российской Федерации, в том числе ст. 3,

ст. 17 Закона № 230-ФЗ от 03.12.2012, следует, что поскольку в соответствии

с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции

не представлены доказательства приобретения ответчиками спорного имущества на законные доходы, то по решению суда данное имущество может быть обращено в доход государства.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации

от 29.11.2016 № 26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 17 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи

с запросом Верховного Суда Российской Федерации» указано на презумпцию незаконности доходов, возможность применения такой особой меры государственного понуждения как безвозмездное изъятие имущества у собственника по решению суда в связи с предполагаемым и не опровергнутым совершением государственным служащим неправомерного деяния коррупционной направленности.

Кроме того, из Обзора судебной практики по делам по заявлению прокуроров об обращении в доход Российской Федерации, имущества, в отношении которого

не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017, прямо следует, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволяющих приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков).

Федеральными законами от 25.12.2008 № 273-ФЗ (ред. от 26.05.2021)

«О противодействии коррупции» и от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле

за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативно правовыми актами обязательный досудебный порядок разрешения споров не предусмотрен.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1

«О прокуратуре Российской Федерации» прокуратура Российской Федерации призвана осуществлять надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих, в том числе законодательства

о государственной и муниципальной службе. При этом, как следует из указанной нормы, прокуроры уполномочены осуществлять надзор за исполнением законов

и соблюдением прав гражданина как органами власти и их должностными лицами, так и коммерческими и некоммерческими организациями, их руководителями

и органами управления.

К числу законов, за соблюдением которого обязаны осуществлять надзор органы прокуратуры, относится Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», устанавливающий принципы противодействия коррупции и возлагающий на Генерального прокурора Российской Федерации,

а также подчиненных ему прокуроров функции по координации деятельности правоохранительных органов в борьбе с коррупцией.

При этом положения Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», распространяются не только на лиц, замещающих должности в органах государственной и муниципальной власти,

но и на физических лиц и юридических лиц, которые в случае совершения коррупционного правонарушения привлекаются к уголовной, административной, гражданско-правовой и дисциплинарной ответственности в соответствии

с законодательством.

Следовательно, компетенция прокурора при осуществлении деятельности

по противодействию коррупции, как и сфера действия законодательства

о противодействии коррупции, не ограничены лицами, замещающими государственную либо муниципальную должность, их супругами и несовершеннолетними детьми.

Суд принял во внимание, что правоотношения по заявленным требованиям регулируются не только положениями Федерального закона

от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», но и п.п. 8 ч. 2

ст. 235 ГК РФ, п.п. 2 ст. 1, ст.ст. 6,8 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

Доводы стороны ответчиков о том, что имущество приобретено на законные доходы, суд отклонил, поскольку стоимость приобретенного и поступившего в распоряжение ответчиков имущества в несколько раз превышает размер их совокупного и законного дохода.

Доказательства о законности происхождения денежных средств, за счет которых было приобретено спорное имущество и денежные средства, что трудовая деятельность ответчиков приносила им доход, позволяющий приобрести указанное спорное имущество, не предоставлено.

Доводы стороны ответчиков о недопустимости использования

в качестве доказательств материалов уголовного дела, поскольку виновным

фио К.В. не признан, приговор не постановлен, признаны не состоятельными, поскольку в силу ч. 1 ст. 71 ГПК РФ – письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения

и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи,

в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

При этом тот факт, что судебное разбирательство по уголовному делу

по обвинению фио не завершено, приговор не постановлен, согласно выводам суда, не может являться основанием полагать, что имеющиеся в материалах уголовного дела документы, не могут служить доказательствами по настоящему гражданскому делу, поскольку при рассмотрении исковых требований представленные доказательства не оцениваются в качестве доказательств причастности/непричастности фио к совершению инкриминируемых ему деяний, а равно в качестве доказательств виновности/невиновности в совершении преступлений в рамках уголовного дела.

При оценке доводов ответчиков о наличии у них законных доходов

от трудовой и иной деятельности, суд учел, что согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении

от 29.11.2016 № 26-П, имущество, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию

в целом, независимом от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных источников.

Из системного толкования положений п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ и правовых норм антикоррупционного законодательства Российской Федерации, в том числе ст. 3,

ст. 17 Закона № 230-ФЗ от 03.12.2012, следует, что поскольку в соответствии

с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции

не представлены доказательства приобретения ответчиками спорного имущества

на законные доходы, то по решению суда данное имущество подлежит обращению

в доход государства.

Учитывая установленные судом обстоятельства, руководствуясь приведенными выше положениями закона, суд пришел к выводу о том, что заявленные прокурором исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции. Данные выводы основаны судом на материалах дела, к ним он пришел в результате обоснованного анализа письменных доказательств, которым дал надлежащую оценку в соответствии с положениями ст.67 ГПК РФ во взаимосвязи с нормами действующего законодательства.

Доводы апелляционных жалоб ответчиков в своей совокупности сводятся к несогласию стороны с изложенными выводами суда, оценкой фактических обстоятельств дела, основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, при этом не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были исследованы судом либо опровергали его выводы.

В частности, доводы ответчиков о несогласии с произведенной судом оценкой письменных доказательств отклоняются, поскольку суд в данной части обоснованно отклонил аналогичные возражения ответчиков при рассмотрении дела по существу со ссылкой на нормы гражданского процессуального законодательства, с которой судебная коллегия соглашается.

Представленные стороной ответчиков декларации суду апелляционной инстанции сами по себе не опровергают выводы суда и не подтверждают наличие такого законного дохода, который позволил бы приобрести в соответствующие периоды изымаемое имущество.

Доводы о том, что судом проигнорировано обстоятельство, что все недвижимое имущество было приобретено ФИО3 в собственность уже после того, как он уволился из ГСУ СК России по адрес, либо задолго до его поступления на государственную службу, судебная коллегия отклоняет, поскольку ответчик не представляет мотивированного расчета соотношения полученного им дохода до поступления на службу и после по соотношению к приобретенному им и его близкими спорного имущества, тогда как доводы истца нашли подтверждение проведенной проверкой, а также установленными судом обстоятельствами.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции правильно установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, дал им надлежащую юридическую оценку, правильно применил положения действующего законодательства, регулирующие спорные правоотношения, и решение судом по делу вынесено правильное, доводы жалобы не содержат предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327-329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Дорогомиловского районного суда адрес от 09 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 24 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи