УИД 11RS0005-01-2025-002959-41

г. Сыктывкар Дело № 2-2184/2025

(№ 33-611/2026)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

В составе председательствующего Нагорновой О.Н.,

судей Перминовой Н.А., Слободянюк Т.А.,

при секретаре Нечаевой Л.И.,

рассмотрела в судебном заседании 29 января 2026 года дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Транснефть Север» о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Ухтинского городского суда Республики Коми от 29 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Нагорновой О.Н., объяснения представителя ФИО1 – ФИО3, представителя АО «Транснефть Север» - ФИО4, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Транснефть Север» о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 289 300 рублей, расходов по оплате услуг эксперта – 12 000 рублей, судебных расходов на оплату государственной пошлины – 9 679 руб.

В обоснование требований указал, что 

<

Дата обезличена> по вине водителя ФИО2, управлявшего принадлежащим ответчику автомобилем «..., транспортному средству истца марки ..., были причинены механические повреждения. Страховая компания «Югория» выплатила истцу страховое возмещение в размере 138 800 рублей, из которых 1 500 рублей составила компенсация расходов ФИО1 по осмотру транспортного средства. Выплаченной страховщиком суммы недостаточно для восстановления автомобиля после аварии, поскольку рыночная стоимость восстановительного ремонта по отчету об оценке КОБ «Бюро оценки» составляет 426 600 рублей.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «ГСК «Югория».

Решением Ухтинского городского суда Республики Коми от 29 сентября 2025 года с АО «Транснефть Север» в пользу ФИО1 взыскано в счет возмещения ущерба - 289 300 рублей, судебные расходы и издержки - 21 679 рублей, а всего - 310 979 рублей.

Решение суда оспорено третьим лицом – ФИО2 (апелляционная жалоба АО «Транснефть Север» была возвращена заявителю).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО2 не соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности за причинение вреда имуществу истца, полагая, что убытки в связи с ДТП должны быть в полном объеме возмещены ФИО1 страховщиком, ненадлежащим образом не исполнившим свои законные обязанности по выдаче потерпевшему направления на ремонт поврежденного ТС. Также заявитель оспаривает размер взыскания, определенный по заключению КОБ «Бюро оценки» без установления фактически понесенных ФИО1 расходов на ремонт автомобиля и с включением в размер полученного от страховщика возмещения компенсации расходов истца по осмотру транспортного средства.

АО «Транснефть Север» в суд апелляционной инстанции представлены письменные пояснения, в которых ответчик поддерживает жалобу ФИО2 по изложенным в ней основаниям.

Принявшие участие в суде апелляционной инстанции представитель АО «Транснефть Север» настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы третьего лица, представитель истца ФИО1– ФИО3 просила оставить решение суда первой инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, свою явку в судебное заседание не обеспечили.

Дело в суде апелляционной инстанции рассматривается в соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в иных отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства и не сообщивших об уважительных причинах неявки.

Изучив материалы гражданского дела, проверив законность оспоренного решения суда в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам апелляционной жалобы и дополнений к ней, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для изменения оспариваемого судебного акта в части размера произведенного в пользу ФИО1 взыскания и отклонении жалобы по иным изложенным в ней основаниям.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 названного кодекса).

В силу положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, при обращении с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, каждый из причинивших вред владельцев транспортных средств должен доказать отсутствие своей вины в ДТП, и вправе представлять доказательства наличия такой вины другой стороны.

В связи с изложенным факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Суд именно в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников дорожно-транспортного происшествия при рассмотрении дела о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно пункту 23 статьи 12 Закона об ОСАГО с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Федеральным законом.

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 27 постановления от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что после получения потерпевшим страхового возмещения в размере, установленном Законом об ОСАГО, обязательство страховщика по выплате страхового возмещения в связи с повреждением имущества по конкретному страховому случаю прекращается (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем потерпевший в соответствии со статьей 11.1 Закона об ОСАГО не вправе предъявлять страховщику дополнительные требования о возмещении ущерба, превышающие указанный выше предельный размер страхового возмещения (абзац первый пункта 8 статьи 11.1 Закона об ОСАГО). С требованием о возмещении ущерба в части, превышающей размер надлежащего страхового возмещения, потерпевший вправе обратиться к причинителю вреда.

Причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 64 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты.

Как установлено судом, и подтверждается материалами дела, 

<

Дата обезличена> по вине водителя ФИО2, управлявшего принадлежащим АО «Транснефть Север» транспортным средством ..., произошло столкновение указанного автомобиля с принадлежащим ФИО1 автомобилем марки «..., в результате чего транспортному средству истца причинены механические повреждения.

Обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и вина водителя ФИО2 установлены судом из доказательств, представленных по настоящему делу, включая постановление по делу об административном правонарушении от 26 марта 2025 года о привлечении ФИО2 к административной ответственности по части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за нарушение пункта 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, и не оспаривались сторонами.

Также судом установлено, что на момент аварии ФИО2 состоял в трудовых отношениях с АО «Транснефть Север» и при управлении транспортным средством «... находился при исполнении своих трудовых обязанностей.

Поскольку на момент ДТП гражданская ответственность виновного при управлении ТС была застрахована в АО «ГСК «Югория», 28 марта 2025 года ФИО1 обратился к указанному страховщику с заявлением о наступлении страхового случая по договору ОСАГО, в котором просил осуществить страховое возмещение в натуральной форме – путем организации и оплаты восстановительного ремонта ТС на СТОА страховщика (л. д. 11-12 тома 1).

31 марта 2025 года ФИО1 дополнительно подал в АО «ГСК «Югория» заявление о возмещении расходов на оплату услуг по осмотру ТС в сумме 1 550 руб. (л. д. 19).

4 апреля 2025 года между ФИО1 и АО «ГСК «Югория» было подписано соглашение, в котором истец выразил согласие произвести доплату в размере разницы между стоимостью восстановительного ремонта, определенной СТОА, и лимитом ответственности страховщика, если стоимость восстановительного ремонта ТС на СТОА будет превышать лимит ответственности страховщика, а также согласился с возможностью изменения формы страхового возмещения с натуральной на денежную в случае отсутствия у страховщика возможности организовать восстановительный ремонт на согласованных условиях.

На основании представленных ФИО1 страховщику документов АО «ГСК «Югория» признало случай страховым и 11 апреля 2025 года осуществило истцу выплату страхового возмещения в размере 138 800 рублей по условиям заключенного 4 апреля 2025 года между ФИО1 и АО «ГСК «Югория» соглашения (л. д. 17-18 тома 1), а также дополнительно компенсировала потерпевшему расходы на осмотр поврежденного ТС на сумму 1 500 рублей (л. д. 181, оборот л. д. 181 тома 1).

25 апреля 2025 года ФИО1 обращался в АО «ГСК «Югория» с заявлением, в котором просил разъяснить ему причины изменения формы страхового возмещения с натуральной на денежную (л. д. 14 тома 1).

В ответе на указанное обращение АО «ГСК «Югория» сообщило истцу, что возможности проведения ремонта автомобиля истца на СТОА не имеется по причине отсутствия на территории Российской Федерации запасных частей, необходимых для осуществления ремонта. Размер страхового возмещения был определен страховщиком по заключению экспертизы с применением ЕМР в сумме 138 800 рублей (л. д. 15 тома 1).

После получения указанного ответа страховщика о наличии у него каких-либо разногласий с действиями АО «ГСК «Югория» ФИО1 не заявлял ни в досудебном, ни в судебном порядке, включая период рассмотрения настоящего гражданского дела.

С целью получения сведения о рыночной стоимости поврежденного в аварии транспортного средства ФИО1 обратился к оценщику ИП ФИО9, которым был составлен отчет 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> с определением рыночной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца равной 426 600 рублей (л. д. 33 тома 1).

В ходе судебного разбирательства сторона истца и третьего лица - АО «ГСК «Югория» последовательно занимали позицию о том, что какие-либо разногласия по вопросу выплаты истцу страховщиком страхового возмещения по договору ОСАГО отсутствуют. Форма денежной выплаты была согласована ими при заключении сделки от 4 апреля 2025 года.

Удовлетворяя при установленных обстоятельствах исковые требования ФИО1 к АО «Транснефть Север», суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика как с владельца источника повышенной опасности, причинившего ущерб ФИО1, убытков в размере разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства, рассчитанной ИП ФИО9, и фактически выплаченным истцу страховщиком возмещением по нормам Закона об ОСАГО по заявленному страховому случаю.

Проанализировав материалы гражданского дела и объяснения сторон в судах первой и апелляционной инстанции, судебная коллегия с выводами суда первой инстанции, приведенными в оспариваемом решении, о наличии оснований для взыскания с АО «Транснефть Север» в пользу ФИО1 убытков в размере разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства и полученным от страховщика возмещением по заявленному страховому случаю соглашается, признавая, что эти выводы основаны на законе и обстоятельствах дела, установленных с достаточной степенью достоверности и объективности, в полной мере соответствуют правовым позициям вышестоящих судов (Конституционного Суда Российской Федерации - постановление от 31 мая 2005 года № 6-П, определение от 11 июля 2019 года № 1838-О, а также Верховного Суда Российской Федерации - пункт 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 июня 2021 года) и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

В соответствии со статьёй 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются полномочиями суда, необходимыми для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что не предполагает оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. При рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства с учетом доводов и возражений сторон спора и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Выводы, приведённые в оспариваемом решении суда первой инстанции по результатам оценки представленных в дело доказательств, в полной мере соответствуют приведённым требованиям процессуального закона и мотивированы в вынесенном по делу судебном акте.

При рассмотрении дела судом установлено, что все вопросы, связанные с выплатой страхового возмещения, между ФИО1 и АО «ГСК «Югория» были урегулированы посредством заключения соглашения от 4 апреля 2025 года, предусматривавшего возможность выплаты истцу в денежной форме.

Сам по себе факт заключения соглашения со страховщиком и получения страховой выплаты в виде стоимости восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа не является злоупотреблением правом со стороны потерпевшего, не влияет на право потерпевшего требовать с причинителя вреда возмещения убытков в виде разницы между выплаченным страховым возмещением по соглашению и фактическим размером ущерба.

В ходе разрешения спора ответчик не ссылался на то, что страховщиком произведена страховая выплата в меньшем размере, чем она подлежала выплате потерпевшему в рамках договора ОСАГО.

Не было заявлено об этом и в суде апелляционной инстанции.

Сторона истца указывала суду, что у нее отсутствует спор с АО «ГСК «Югория» по вопросу размера страхового возмещения, выплаченного по соглашению от 4 апреля 2025 года, поскольку этот размер был проверен истцом и признан объективным.

Субъективное толкование сложившихся между истцом и страховщиком правоотношений по вопросу получения страхового возмещения, связанных с направлением ФИО1 обращения в АО «ГСК «Югория» от 25 апреля 2025 года, при том, что обе стороны указанных правоотношений ссылались на то, что вопрос о форме страхового возмещения ими был согласован и урегулирован, не свидетельствует о незаконности выводов суда.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в данном случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что с ответчика, как с причинителя вреда, подлежит взысканию в пользу потерпевшего разница между фактическим размером ущерба (то есть действительной стоимостью восстановительного ремонта, определяемой по рыночным ценам в субъекте Российской Федерации и без учета износа автомобиля на момент разрешения спора) и надлежащим размером страхового возмещения.

Судебная коллегия не усматривает в обстоятельствах дела оснований не согласиться и с выводами суда первой инстанции об определении действительной стоимости восстановительного ремонта автомобиля ФИО1, поврежденного в ДТП от 

<

Дата обезличена> по вине ответчика, на основании отчета оценщика ИП ФИО9 (...») от 

<

Дата обезличена>.

По смыслу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В обоснование размера ущерба ФИО1 было представлено заключение ИП ФИО9, состоятельность которого по существу с приведением соответствующего обоснования и доказательств опровергнуто ответчиком и третьим лицом не было.

Судебная коллегия обращает внимание на то, что правом предоставления доказательств иной стоимости ремонта автомобиля истца, чем это было определено ИП ФИО9, ни ФИО2, ни АО «Транснефть Север» не воспользовались, ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы с целью проверки правильности определенной ФИО9 стоимости причиненного ущерба не заявили, в том числе при подаче апелляционной жалобы и в суде апелляционной инстанции.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) стороны должны принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий, что не дает оснований для вывода о самостоятельности апелляционного суда в процессе выбора оснований для проверки законности вынесенного решения.

Таким образом, исходя из принципов диспозитивности и состязательности сторон в гражданском судопроизводстве, а также пределов полномочий суда апелляционной инстанции при рассмотрении жалоб, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для вывода о недобросовестности истца и неполноте судебного разбирательства.

Доводы жалобы о не предоставлении истцом платежных документов по восстановительному ремонту поврежденного транспортного средства не имеют правого значения, поскольку размер возмещения стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца не подлежит определению из фактически понесенных расходов, указанное противоречило бы части 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Таким образом, отсутствие в деле сведений о фактически произведенном истцом ремонте своего автомобиля и понесенных в связи с этим затратах не свидетельствует о наличии оснований для освобождения ответчика об обязанности возместить причиненный ущерб, а также не является основанием для уменьшения его размера.

Доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что восстановление автомобиля потерпевшего возможно путем несения затрат в меньшем размере, нежели требует истец, суду не представлено, из обстоятельств дела существование такого способа не установлено.

Приходя при таких обстоятельствах к выводам о правомерности и обоснованности вынесенного судом первой инстанции по делу судебном решении, при проверке размера произведенного в пользу ФИО1 взыскания, судебная коллегия находит его ошибочным, поскольку, как это усматривается из дела, фактически выплаченное истцу страховое возмещение составляет 138 800 руб., а не 137 300 руб., как это указал суд первой инстанции.

С учетом данного обстоятельства решение Ухтинского городского суда Республики Коми от 29 сентября 2025 года подлежит изменению с определением размера взыскания денежной суммой 287 800 (426 600 – 138 800) рублей.

На основании положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение также подлежит изменению в части судебных расходов. Сумма судебных расходов составит 21 570,61 руб., из которых расходы на оплату государственной пошлины – 11 940 руб., на оплату услуг оценщика – 9 630,61 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ухтинского городского суда Республики Коми от 29 сентября 2025 года изменить.

Взыскать с АО «Транснефть Север» в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба 287 800 рублей, судебные расходы в размере 21 570,61 рублей.

В остальной части решение Ухтинского городского суда Республики Коми от 29 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 3 февраля 2026 года