25RS0034-01-2019-000350-65

дело № 2-5/2020 (2-252/2019)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Чугуевка 04.02.2020

Чугуевский районный суд Приморского края Российской Федерации в составе председательствующего Поденка А.А., при помощнике судьи Карпушкиной А.В., секретаре судебного заседания Фаисхановой К.Ю., с участием истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2, ФИО3, ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО1 о взыскании с ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю невыплаченного денежного довольствия, компенсации морального вреда и судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением.

В обоснование своих требований указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил службу в ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю. С учетом того, что работодатель не извещал его о составных частях заработной платы, ДД.ММ.ГГГГ истец обратился с заявлением о выдаче расчетных листков за январь-декабрь 2017 года. Указанные расчетные листки ФИО5 получены только ДД.ММ.ГГГГ. Решением Чугуевского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ бездействие ответчика в части несвоевременной выдачи расчетных листков признано незаконным. ДД.ММ.ГГГГ истец вновь обратился к ответчику с заявлением о выдаче документов, связанных с осуществлением трудовой деятельности: приказа о вступлении в должность, приказов о начислении премий, о ежемесячных и иных дополнительных выплатах, о привлечении к труду в ночное время; графиков несения службы и табелей учета рабочего времени; справок о среднем заработке; справок формы 2-НДФЛ. Указанные документы получены ДД.ММ.ГГГГ, после чего истцом установлено, что денежное довольствие истцу в период прохождения службы выплачивалось не в полном объеме.

Всего, по мнению истца, в период прохождения им службы в ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю с ноября 2016 по февраль 2018, ему необоснованно не выплачено денежное довольствие в размере 85229 рублей 65 копеек, из которых: 868 рублей 55 копеек в ноябре 2016 года, 2995 рублей в декабре 2016 года, 2339 рублей 60 копеек в январе 2017 года, 23073 рубля 33 копейки в феврале 2017 года, 1895 рублей в марте 2017 года, 1750 рублей 51 копейка в апреле 2017 года, 1648 рублей 65 копеек в мае 2017 года; 1695 рублей 37 копеек в июне 2017 года, 10985 рублей 06 копеек в июле 2017 года, 1834 рубля 40 копеек в августе 2017 года, 514 рублей, 79 копеек в сентябре 2017 года, 2381 рубль 53 копейки в октябре 2017 года, 8545 рублей 43 копейки в декабре 2017 года, 4986 рублей 87 копеек в январе 2018 года, 9004 рубля 15 копеек в феврале 2018 года; 3962 рубля 50 копеек необоснованно удержано работодателем в сентябре 2017 года. В феврале 2018 года необоснованно удержан НДФЛ в размере 1578 рублей 89 копеек. Вопреки требованиям закона компенсация за неиспользованный отпуск уменьшена на 3943 рубля 53 копейки.

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 уволен со службы. Вместе с тем, расчет с ним произведен только ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не пропущен, так как о составных частях заработной платы он узнал из расчетных листков, которые ему выданы только ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом изложенного, ФИО1 просил признать бездействие ответчика в части несвоевременной и неполной выплаты денежного довольствия незаконным, взыскать в его пользу невыплаченное денежное довольствие в размере 85229 рублей 65 копеек; обязать ответчика выплатить индексацию в размере 1/150 савки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки выплаты заработной платы на день окончательного расчета; обязать ответчика разъяснить, на каком основании из денежного довольствия ДД.ММ.ГГГГ удержаны денежные средства в размере 38864 рубля 17 копеек.

Определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено ГУФСИН России по Приморскому краю.

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно изменял исковые требования, ссылаясь на нарушение ответчиками трудового законодательства.

С учетом окончательной позиции истца, он просил взыскать с ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю невыплаченное денежное довольствие в размере 283688 рублей 28 копеек; индексацию в связи с несвоевременной выплатой заработной платы не менее 1/150 ставки рефинансирования ЦБ РФ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в размере 115857 рублей 92 копейки; индексацию в связи с невыплатой индексации в размере 1/150 ставки рефинансирования ЦБ РФ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в размере 5134 рубля 14 копеек; индексацию в связи с неполной выплатой денежного довольствия в размере 28044 рубля 47 копеек.

Истец просил признать незаконным приказ начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю №-лс от ДД.ММ.ГГГГ об отмене ежемесячной процентной надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, с ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, судебные расходы в размере 265 рублей, связанные с приобретением бумаги для подготовки искового заявления и копий документов.

Согласно представленным истцом расчетам с ноября 2016 года по февраль 2018 года ему не выплачено денежное довольствие в следующем размере: в ноябре 2016 года – 868 рублей 30 копеек, в декабре 2016 года – 3563 рубля 40 копеек, в январе 2017 года – 13253 рубля 69 копеек, в феврале 2017 года – 4353 рубля 95 копеек, в марте 2017 года – 6331 рубль 39 копеек, в апреле 2017 года – 4208 рублей 98 копеек, в мае 2017 года – 1648 рублей 60 копеек; в июне 2017 года – 23955 рублей 58 копеек, в июле 2017 года – 22859 рублей 55 копеек, в августе 2017 года – 30214 рублей 34 копейки, в сентябре 2017 года – 26177 рублей 01 копейка, в октябре 2017 года – 5605 рублей 42 копейки, в ноябре 2017 года 1979 рублей 87 копеек, в декабре 2017 года – 8545 рублей 46 копеек, в январе 2018 года – 4787 рублей 81 копейка, в феврале 2108 года – 4947 рублей 47 копеек. Неполная выплата денежного довольствия, по его мнению, образовалась в результате необоснованного неначисления районного и дальневосточного коэффициента на ежемесячную поощрительную выплату и работу в ночное время, необоснованных удержаний из заработной платы.

Истец ФИО1 также полагал, что приказ о прекращении выплаты ему надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, является незаконным. В нарушение требований действующего законодательства с указанным приказом истец ознакомлен не был, нарушений порядка работы со сведения, составляющими государственную тайну не допускал.

В случае признания судом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора пропущенным, просил признать причины пропуска указанного срока уважительными по приведенным выше мотивам и восстановить его. Полагал, что окончательный расчет при увольнении произведен с ним ДД.ММ.ГГГГ, что установлено Приморским краевым судом в определении от ДД.ММ.ГГГГ. До получения всех документов, связанных с осуществлением трудовой деятельности, у истца отсутствовала возможность обращения в суд, в связи с необходимостью произведения соответствующих расчетов.

В возражениях на исковое заявление представитель ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю ФИО2 исковые требования не признал. Указал, что денежное довольствие истцу выплачивалось в соответствии с действующим законодательством, в том числе Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № и приказом ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ, а районный и Дальневосточный коэффициенты применены обоснованно. Расчеты, представленные истцом, основаны на неверном толковании правовых норм и не соответствуют приведенным нормативным документам. В январе 2017 года ответчику действительно не начислена и не выплачена надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну. Размер недоплаченного денежного довольствия в январе 2017 года с учетом установленных коэффициентов и удержания налога, составил 2297 рублей. Вместе с тем, в ходе проверки правильности начисления ФИО1 денежного довольствия в период прохождения службы после его обращения с исковым заявлением, установлен факт излишней выплаты денежного довольствия в следующих размерах: 11744 рубля 72 копейки за работу в выходные и праздничные дни в первом полугодии 2017 года, 6823 рубля 99 копеек за сверхурочную работу в первом полугодии 2017 года, 4816 рублей 94 копейки за сверхурочную работу во втором полугодии 2017 года. 

Выплата надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, отменена истцу с ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа руководителя учреждения от ДД.ММ.ГГГГ №-лс. Указанный приказ издан после заседания соответствующей комиссии ДД.ММ.ГГГГ, которой установлено, что истец не подтверждает работу со сведениями, составляющими государственную тайну.

С приказом истец не был ознакомлен по причине его временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, получив денежное довольствие без указанной надбавки ДД.ММ.ГГГГ, истец его размер не оспаривал. 

По мнению представителя ответчика, истцом пропущен срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Окончательный расчет произведен с истцом ДД.ММ.ГГГГ. Истец на протяжении всего периода прохождения службы вел учет отработанного времени и знал размер своего денежного довольствия, в связи с чем препятствий для обращения в суд в годичный срок, установленный ст. 392 ТК РФ, не имел. Исковые требования о взыскании судебных расходов также считал необоснованным с учетом отсутствия доказательств, подтверждающих несение указанных расходов в связи с обращением в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Представитель ГУФСИН России по Приморскому краю в возражениях на исковое заявление требования ФИО1 не признал. В обоснование своих доводов указал, что ГУФСИН Росси по Приморскому краю является по делу ненадлежащим ответчиком, так как работодателем истца являлось ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю, как самостоятельное юридическое лицо, имеющее устав и зарегистрированное в установленном порядке. По мнению представителя ответчика, истцом пропущен установленный ст. 392 ТК РФ срок для обращения в суд, а уважительных причин его пропуска не представлено. Пропуск срока для обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, что согласуется с правовой позицией Конституционного суда РФ, сформулированной в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ №-П. Требования о взыскании морального вреда также заявлены с пропуском срока исковой давности, непосредственно связанного со сроком обращения в суд с заявлением о разрешении индивидуального трудового спора. Требование о взыскании судебных расходов также считал необоснованным по причине отсутствия доказательств их несения именно по рассматриваемому делу.

Представитель ГУФСИН России по Приморскому краю, уведомленный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о проведении судебного разбирательства в его отсутствие.

С учетом мнения сторон и положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд провел судебное разбирательство в отсутствие представителя ГУФСИН России по Приморскому краю, меры по надлежащему уведомлению которого приняты.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал с учетом их изменения. Настаивал, что ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю денежное довольствие ему выплачено не в полном объеме.

Расчет районного коэффициента производился в нарушение ст.ст. 50, 129 ТК РФ, Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям». Указанный коэффициент не начислялся на денежные выплаты за работу в ночное время и на ежемесячные поощрительные выплаты. С учетом невыплаты заработной платы полагал, что работодатель обязан выплатить ее в полном объеме, а также денежную компенсацию в соответствии со ст. 236 ТК РФ, п.п. 55 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ». 

Выплата надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, прекращена вопреки положениям ст. 23 Закона РФ «О государственной тайне», подп. «б» п. 15 Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан РФ к государственной тайне, утвержденной Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, п. 13 Инструкции, утвержденной приказом МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ №. По мнению истца, прекращение выплаты указанной надбавки возможно по решению руководителя учреждения, при нарушении работником взятых на себя предусмотренных трудовым договором (контрактом) обязательств, связанных с защитой государственной тайны. Доказательств нарушения указанных обязательств ответчиком не представлено. С учетом отсутствия нарушений условий контракта истец считал невозможным прекращение выплаты ему надбавки за работу с секретными сведениями по причине неподтверждения работы с документами, их содержащими. Истец полагал, что обязанность по его ознакомлению с указанными сведениями возложена на иных сотрудников учреждения. Надлежащее ознакомление истца со сведениями, составляющими государственную тайну, работодателем не организовано. Факт неознакомления с секретными сведениями с ДД.ММ.ГГГГ не оспаривал.

При определении сверхурочной работы и работы в выходные и праздничные дни в нарушение ст. 104 ТК РФ, приказов ФСИН РФ и локальных правовых актов ответчиком в отношении истца применен суммированный учет рабочего времени. По мнению истца, применение в отношении него суммированного учета рабочего времени невозможно. 

Вопреки положениям ТК РФ продолжительность сверхурочной работы ФИО1, по его мнению, превышала установленные 120 часов в год. Оплата работы в ночное время производилась не в полном объеме (не за все фактические отработанные часы). 

В сентябре 2017 года в отсутствие законных оснований работодателем удержаны начисленные и выплаченные в ноябре 2016 года денежные средства. При этом, сведений о том, что указанное начисление признано технической ошибкой, суду не представлено. Приказ об удержании указанной надбавки не издавался, решение об удержании бухгалтером принято произвольно.

Просил отнестись к доводам представителей ответчиков критически, так как их пояснения по порядку начисления денежного довольствия в судебном заседании являлись противоречивыми, и непоследовательными в части размера часовой тарифной ставки, подлежащей учету при начислении денежного довольствия, не представили убедительных и достоверных доказательств, подтверждающих указанные доводы.

В части заявлений ответчиков о пропуске срока на обращение в суд с заявлением о разрешении индивидуального трудового спора, истец пояснил, что у него отсутствовала возможность обращения в суд по причине отсутствия расчетных листков и документов о составных частях его денежного довольствия. В декабре 2016 года и январе 2017 года он вел учет сверхурочной работы, но позднее перестал его вести. В период службы в ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю, он полагал, что все причитающиеся ему денежные средства выплачиваются в полном объеме. Однако после увольнения со службы, стал сомневаться в обоснованности размера выплаченного ему денежного довольствия, в связи с чем обратился к бывшему работодателю с заявлениями о предоставлении копий документов о его трудовой деятельности. Документы поучены ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем течение срока на обращение в суд следует исчислять с указанной даты. Указанные документы были необходимы для установления размера фактически выплаченного денежного довольствия. Иные причины, препятствующие обращению в суд, отсутствуют. ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к ответчику с претензией о неполной выплате денежного довольствия.

По мнению истца, ответчиками не представлено доказательств того, что он был ознакомлен с документами, касающимися его трудовой деятельности, в период прохождения службы. В данном случае, по мнению истца срок на обращение в суд следует исчислять с того момента, когда он узнал о нарушении его прав. Кроме того, истец полагал, что положения о сроках для обращения в суд за разрешения индивидуальных трудовых споров не подлежат применению при рассмотрении исковых заявлений о взыскании денежного довольствия. С учетом устанавливаемых в судебном заседании обстоятельств, не известных ему ранее, истец был вынужден корректировать исковые требования в ходе судебного разбирательства.

В судебном заседании представители ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю ФИО2, ФИО3 и ФИО4 исковые требования не признали. Полагали исковые требования не обоснованными по доводам, изложенным в возражениях. Представитель ответчика ФИО3 суду пояснила, что денежное довольствие ФИО1 выплачивалось в установленные сроки и споры о размере денежного довольствия не возникали.

Расчеты, представленные истцом, являются произвольными и необоснованными. При начислении истцу надбавки за работу в районе, приравненном к району Крайнего Севера, применялись положения Приказа ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ. Согласно положениям данного Приказа, районный коэффициент не начисляется на ежемесячную поощрительную выплату и работу в ночное время. В январе 2017 года истцу в действительности не начислена и не выплачена надбавка за работу со сведениями, составляющими государственную тайну в размере 2297 рублей (с учетом применения коэффициентов). Вместе с тем, в ходе анализа размера выплаченного истцу денежного довольствия установлены факты его необоснованной переплаты. Согласно подготовленной справке по итогам суммированного учета рабочего времени истца за первое полугодие 2017 года бухгалтером необоснованно произведена истцу выплата денежного довольствия в размере 6823 рубля 99 копеек (за 34 часа) за работу сверх установленной продолжительности рабочего времени при ее отсутствии; за работу в выходные и праздничные дни выплачено 44958 рублей 03 копейки (168 часов оплачено в двукратном размере), в то время как к выплате полежало 33183 рубля 31 копейка (136 часов в однократном размере и 56 часов в двукратном размере). Указанные обстоятельства стали возможны в результате неправильного определения бухгалтером количества отработанных часов и порядка их оплаты в мае и июне 2017 года. Во втором полугодии 2017 года необоснованно выплачено 4816 рублей 94 копейки за работу сверх установленной продолжительности рабочего времени. Так, истцом сверх установленной нормы отработано 8 часов (1605 рублей 64 копейки), а оплачено 32 часа (6422 рубля 58 копеек). В сентябре 2017 года из денежного содержания истца удержаны денежные средства, необоснованно начисленные ему в качестве Дальневосточной надбавки в ноябре 2016 года. В ноябре 2016 года у истца не возникло право на указанную надбавку. Необоснованное начисление произошедшее по вине расчетчика, было выявлено в ходе контроля со стороны главного бухгалтера, которым принято решение об удержании излишне выплаченных денежных средств. Приказ руководителя об удержании не издавался, до истца не доводился. В связи с тем, что денежные средства на оплату труда сотрудников в выходные и праздничные дни, а также на оплату труда сверх установленной законом продолжительности рабочего времени поступают из бюджета два раза в год, в учреждении ведется суммированный учет рабочего времени, а оплата производится на основании приказа начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю дважды в год в июле и декабре. 

Представитель ответчика ФИО2 суду пояснил, что истец в период прохождения службы знал о размере своего денежного довольствия, в соответствии с замещаемой должностью подписывал табели учета рабочего времени, в том числе и в отношении себя. Истец вел строгий учет своего рабочего времени, в том числе в выходные и праздничные дни, так как неоднократно обращался за предоставлением ему дополнительных дней отдыха (отгулов) за конкретное отработанное время (дни, часы). Доводы истца об отсутствии сведений о составных частях заработной платы полагал надуманными. По мнению ФИО2, истец после увольнение из уголовно-исполнительной системы, преследует цель необоснованного личного обогащения за счет учреждения, в связи с чем инициирует различные судебные разбирательства.

Выслушав участвующих лиц, исследовав расчеты истца и ответчика, а также иные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из ТК РФ, иных федеральных законов и законов субъектов РФ, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» сотрудник органов внутренних дел имеет право на денежное довольствие, являющееся основным средством его материального обеспечения и стимулирования выполнения им служебных обязанностей.

Обеспечение сотрудника органов внутренних дел денежным довольствием осуществляется на условиях и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации (ст. 66 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ»).

В силу подп. 3 п. 1 Приказа ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка обеспечения денежным довольствием сотрудников уголовно-исполнительной системы, Порядка выплаты премий за добросовестное выполнение служебных обязанностей сотрудникам уголовно-исполнительной системы и Порядка оказания материальной помощи сотрудникам уголовно-исполнительной системы» (в редакциях, действующих в период прохождения истцом службы), денежное довольствие по выплачивается сотрудникам уголовно-исполнительной системы находящимся в распоряжении учреждений или органов уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с. п.п. 2-4 Порядка, утвержденного Приказом ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ № денежное довольствие сотрудников состоит из месячного оклада в соответствии с замещаемой должностью (далее - должностной оклад) и месячного оклада в соответствии с присвоенным специальным званием (далее - оклад по специальному званию), которые составляют оклад месячного денежного содержания (далее - оклад денежного содержания), ежемесячных и иных дополнительных выплат.

Денежное довольствие сотрудников состоит из месячного оклада в соответствии с замещаемой должностью (далее - должностной оклад) и месячного оклада в соответствии с присвоенным специальным званием (далее - оклад по специальному званию), которые составляют оклад месячного денежного содержания (далее - оклад денежного содержания), ежемесячных и иных дополнительных выплат.

Сотрудникам устанавливаются следующие ежемесячные и иные дополнительные выплаты:

ежемесячная надбавка к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет);

ежемесячная надбавка к должностному окладу за квалификационное звание;

ежемесячная надбавка к должностному окладу за особые условия службы;

ежемесячная надбавка к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну;

премии за добросовестное выполнение служебных обязанностей;

поощрительные выплаты за особые достижения в службе;

надбавка к должностному окладу за выполнение задач, связанных с риском (повышенной опасностью) для жизни и здоровья в мирное время;

коэффициенты (районные, за службу в высокогорных районах, за службу в пустынных и безводных местностях) и процентные надбавки к денежному довольствию за службу в районах Крайнего Севера, приравненных к ним местностях, а также в других местностях с неблагоприятными климатическими и экологическими условиями, в том числе отдаленных местностях, высокогорных районах, пустынных и безводных местностях, предусмотренные законодательством Российской Федерации (далее - районные коэффициенты и процентные надбавки за службу в районах Крайнего Севера);

и другие дополнительные выплаты, установленные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Основанием для выплаты денежного довольствия является приказ соответствующего руководителя учреждения или органа УИС.

В приказах указываются специальное звание, фамилия, имя, отчество, замещаемая должность, нормативные правовые акты и документы, послужившие основанием для установления ежемесячных и иных дополнительных выплат, дата начала выплат и их размеры (подп. 5 Порядка, утвержденного Приказом ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно п. 8. Порядка, утвержденного Приказом ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, выплата сотрудникам денежного довольствия за текущий месяц производится один раз в период с 20 по 25 число.

При этом, денежная компенсация в том числе за сверхурочную работу и работу в выходные и праздничные дни выплачивается на основании соответствующего приказа, в котором указывается количество часов, за которые выплачивается денежная компенсация для каждого сотрудника (п. 19 Порядка).

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, приказом начальника ГУФСИН России по 

<

адрес> от №-лс ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ назначен на должность заместителя начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю сроком на 5 лет, с должностным окладом 22000 рублей, с сохранением ранее установленных надбавок и установлением дополнительной надбавки за особые достижения в службе в размере 5% должностного оклада.

На основании указанного приказа с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ заключен контракт о службе в уголовно-исполнительной системе №. 

ФИО1 приказом начальника ГУФСИН России по Приморскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №-лс зачислен в распоряжение ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю с ДД.ММ.ГГГГ с сохранением размера денежного довольствия, выплачиваемого на день, предшествующий зачислению в распоряжение.

Приказом начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлена ежемесячная надбавка к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну в размере 10%. 

Выплата ФИО1 надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну прекращена с ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю №-лс от ДД.ММ.ГГГГ «О выплате процентной надбавки к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, работникам учреждения», в связи с тем, что он не подтверждает работу с документами, содержащими секретные сведения.

Решение о прекращении выплаты указанной надбавки принято на основании рекомендаций комиссии ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по Приморскому краю по установлению стажа сотрудникам и гражданскому персоналу по защите государственной тайны, изложенных в протоколе от ДД.ММ.ГГГГ №.

Приказом начальника ГУФСИН России по Приморскому краю от ДД.ММ.ГГГГ №-лс ФИО1 уволен из уголовно-исполнительной системы в связи с нарушением условий контакта на основании п. «д» ч. 1 ст. 58 Положения о службе в органах внутренних дел РФ, утвержденного Постановлением Верховного Совета РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно должностной инструкции заместителя начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> ФИО1, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, истец при прохождении службы в числе прочего должен знать нормативные правовые акты, регламентирующие деятельности ФСИН (п. 2). В соответствии п.п. 7, 18 указанной Инструкции истец осуществлял руководство работниками отдела интендантского и хозяйственного обеспечения, отдела коммунально-бытового обеспечения и ремонта.

Судом установлено, сторонами не оспаривается и представленными материалами подтверждается, что ФИО1 ежемесячно получал денежное довольствие в сроки, установленные приказом ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ №, которое поступало ему на банковский счет путем безналичного перевода. Указанные обстоятельства подтверждаются и представленными расчетными листками.

Из расчетных листков за ноябрь 2016 года – февраль 2018 года следует, что ФИО1 получал денежное довольствие, состоящее из должностного оклада, доплат за звание, квалификационный класс, выслугу лет, за работу в ночное время (при наличии таковой), за работу со сведениями, относящимися к государственной тайне (до ДД.ММ.ГГГГ), премии за добросовестное исполнение обязанностей, поощрительной выплаты, районного коэффициента и Дальневосточного коэффициента (с ноября 2017 года). 

В июле 2017 года на основании Приказа начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-лс «О выплате денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной законом продолжительности рабочего времени сотрудникам учреждения» и Приказа начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-лс «О выплате денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей в выходные и праздничные дни сотрудниками учреждения» истцу ФИО1 оплачено 34 часа за исполнение служебных обязанностей сверх установленной законом продолжительности рабочего времени и 168 часов за выполнение служебных обязанностей в выходные и праздничные дни, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В декабре 2017 года на основании Приказа начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-лс «О выплате денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей сверх установленной законом продолжительности рабочего времени сотрудникам учреждения» и Приказа начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-лс «О выплате денежной компенсации за выполнение служебных обязанностей в выходные и праздничные дни сотрудниками учреждения» истцу ФИО1 оплачено 32 часа за исполнение служебных обязанностей сверх установленной законом продолжительности рабочего времени и 124 часов за выполнение служебных обязанностей в выходные и праздничные дни, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Выплата денежного довольствия истцу осуществлялась пропорционально отработанному времени, в соответствии с табелями учета рабочего времени, исследованными в судебном заседании.

При этом, согласно п. 1 распоряжения начальника ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №-р на заместителей начальника учреждения, к которым относился и истец ФИО1 возложена обязанность по согласованию табелей учета рабочего времени. С указанным распоряжением ФИО1 ознакомлен, что подтверждается его подписью в листе ознакомления.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к бывшему работодателю с заявлением о предоставлении ему документов, связанных с осуществлением трудовой деятельности: расчетных листков за 2017 год и справки формы 2-НДФЛ за 2017 год. ДД.ММ.ГГГГ истцу выданы и требуемые документы, касающиеся его трудовой деятельности. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 вновь обратился в ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> с заявлением о предоставлении ему иных документов, связанных с осуществлением трудовой деятельности.

Обращение истца рассмотрено ДД.ММ.ГГГГ. Документы о трудовой деятельности получены истцом ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается его очередным обращением к бывшему работодателю, зарегистрированным ДД.ММ.ГГГГ.

В заявлении от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 вновь просил представить ему документы о его трудовой деятельности в учреждении. 

ФИО1 также обращался к бывшему работодателю с аналогичными заявлениями ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился в ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> с претензией о выплате в досудебном порядке недополученного денежного довольствия в размере 59856 рублей 16 копеек, а также денежной компенсации. Требования истца в порядке досудебного урегулирования спора ответчиком не исполнены.

В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 ТК РФ) у работодателя по последнему месту работы. 

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам установленных сроков, они могут быть восстановлены судом.

Вопреки доводам истца, указанные отношения не носят длящийся характер, поскольку истребуемые им денежные средства не начислялись, в связи с чем установленный ст. 392 ТК РФ срок обращения в суд по каждому учетному периоду (ежемесячно при выплате денежного довольствия и раз в полугодие при оплате сверхурочной работы и работы в выходные и праздничные дни) начинал течь и истекал самостоятельно (п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ».

С учетом изложенного, суд приходит к выводу что срок обращения в суд с заявлением о разрешении индивидуального трудового спора, связанного с неполной выплатой заработной платы следует исчислять отдельно по каждой оспариваемой истцом ежемесячной выплате денежного довольствия, а в части признания решения работодателя незаконным с момента, когда лицо узнало или могло узнать о его принятии. 

Суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок обращения в суд с заявлением о разрешении индивидуального трудового спора.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной Пленумом ВС РФ в Постановлении № от ДД.ММ.ГГГГ «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Оснований для восстановления указанного срока, в том числе по причине пропуска его по уважительным причинам суд не усматривает. 

Из представленных суду копий табелей учета рабочего времени установлено, что ФИО1 в ноябре-декабре 2016 года, феврале, мае, июне, августе 2017 года самостоятельно согласовывал табели учета своего рабочего времени. 

Указанное свидетельствует о том, что истец в период прохождения службы знал о фактически отработанном за месяц периоде и времени отдыха.

К аналогичному выводу суд пришел, исследовав в судебном заседании и рапорты ФИО1 о предоставлении ему дополнительных дней отдыха (отгулов).

Из рапортов от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО1 обращался к начальнику ФКУ «ИК-31» ГУФСИН России по 

<

адрес> с просьбой о предоставлении ему дополнительных дней отдыха (отгулов) в связи с привлечением труду в выходные и праздничные дни, а также исполнением служебных обязанностей сверх установленной законом продолжительности рабочего времени. При этом, в указанных рапортах содержится информация о конкретных днях, а в некоторых случаях о количестве часов, за которые ФИО1 просит предоставить дополнительные дни отдыха.

При таких обстоятельствах, суд полагает доказанным факт осведомленности истца о фактически отработанном времени и времени отдыха. 

Вопреки доводам истца обстоятельств, препятствующих его своевременному обращению в суд с исковым заявлением, судом не установлено. Суд не признает отсутствие документов, подтверждающих осуществление трудовой деятельности, в качестве уважительной причины пропуска указанного срока.

Доказательства того, что в период прохождения службы истец по объективным причинам был лишен возможности получить информацию о составных частях его денежного содержания, а работодатель препятствовал получению указанной информации, суду не представлено. Пояснения истца о том, что в период прохождения службы он доверял работодателю, указанными доказательствами не являются. В период осуществлению трудовой деятельности истец не обращался к руководству учреждения с заявлениями о предоставлении информации о составных частях его денежного довольствия. Как указано выше, денежное довольствие выплачивалось истцу ежемесячно в сроки, установленные ведомственными правовыми актами, которые являются общедоступными и официально опубликованы. 

Суд также учитывает, что с заявлением о предоставлении работодателем документов о трудовой деятельности истец первоначально обратился к ответчику в марте 2019 года, то есть спустя год после увольнения со службы.

Пропуск срока для обращения в суд при отсутствии уважительных причин для его восстановления является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В связи с пропуском истцом срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не имеют юридического значения его доводы о противоречивых пояснения представителей ответчика и неверном исчислении работодателем денежного довольствия.

Доводы истца о том, что Приморский краевым судом в определении от ДД.ММ.ГГГГ установлена дата произведения окончательного расчета с ним, – ДД.ММ.ГГГГ не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам. 

Из определения Приморского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № следует, что окончательный расчет с истцом произведен ДД.ММ.ГГГГ, по платежному поручению № перечислено 58000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ на основании платежного поручения от ДД.ММ.ГГГГ № истцу выплачена компенсация за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с несвоевременной выплатой денежного довольствия при увольнении (л. 2-3). Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением суда и не подлежат дополнительной проверке. Отражение в определении при описании существа заявленных исковых требований даты ДД.ММ.ГГГГ (л. 1) не свидетельствует об установлении указанной даты в качестве даты произведения окончательного расчета.

Суд отвергает доводы истца о недостоверности доказательств ответчиков, поскольку указанные доказательства представлены в установленном порядке в виде оригиналов или надлежащим образом заверенных копий с соблюдением требований ст. 71 ГПК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные ст. 392 ТК РФ сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

При наличии заявлений представителей ответчиков о пропуске истцом срока для обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора и признания судом указанного срока пропущенным, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований о компенсации морального вреда.

С учетом отсутствия оснований для удовлетворения исковых требований, в части признания приказа незаконным, взыскания денежного довольствия и компенсации морального вреда, суд в соответствии со ст. 98 ГПК РФ не находит основания для взыскания с ответчиков судебных расходов, компенсаций и индексаций в связи с невыплатой денежного довольствия.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

По изложенному, руководствуясь ст.ст. 98, 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Чугуевский районный суд, то есть с 10.02.2020.

Судья А.А. Поденок