Дело № 1-5/2020 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

17 февраля 2020 года г. Оренбург

Оренбургский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Куликовского О.В., 

при секретаре Галустовой И.А.,

с участием государственного обвинителя – прокурора Оренбургского района Оренбургской области Курамшина В.З.,

потерпевшей Потерпевший №1

подсудимого ФИО3,

защитника – адвоката Ишбулатовой Г.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее образование, состоящего в зарегистрированном браке, иждивенцев не имеющего, работающего по найму, не военнообязанного, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 совершил убийство, то есть умышленно причинил смерть человеку при следующих обстоятельствах.

30 июля 2019 года, около 09 часов 00 минут, ФИО3, находясь во дворе 

<

адрес> в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений с ФИО1, осознавая противоправный характер своих преступных действий, действуя умышленно, незаконно, с целью причинения смерти потерпевшему, осознавая, что от его действий может наступить смерть ФИО1, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде убийства потерпевшего, и желая этого, нанес потерпевшему ФИО1 множественные удары металлической арматурой по голове, лицу, туловищу, то есть в место расположения жизненно-важных органов, а также по верхним и нижним конечностям, и убил его.

Своими действиями ФИО3 причинил ФИО1 телесные повреждения в виде:

-множественных кровоподтеков, ссадин, надрывов кожи и раны лица, кровоизлияния в толщу мягких тканей нижней челюсти слева и вдоль переднего края ножки левой грудинно-ключично-сосцевидной мышцы, и щечную область справа, не повлекшие вред здоровью,

а также множественных кровоподтеков и ссадин туловища, обеих верхних и нижних конечностей, ушибленной раны правового предплечья, не повлекшие вред здоровью, 

а также открытой проникающей черепно-мозговой травмы: множественные раны волосистой части головы, сообщающиеся с полостью черепа, сопровождающиеся повреждением апоневроза, многооскольчатым переломом костей свода и основания черепа с множественными разрывами твердой мозговой и мягкой мозговой оболочек, размозжением теменной, затылочной и задне-верхней части височной долей левого полушария головного мозга, множественные кровоизлияния: в окружающие раны волосистой части головы мягкие ткани, над твердой мозговой, под твердую мозговую и под мягкую мозговую оболочки головного мозга и мозжечка, в сохранившиеся: вещество, ствол и желудочки головного мозга, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящие в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО1 

Смерть ФИО1, наступила на месте происшествия по вышеуказанному адресу в короткий промежуток времени после совершения в отношении него преступления ФИО3 в результате открытой проникающей черепно-мозговой травмы с повреждениями вещества головного цвета. 

Таким образом, между имевшими место телесными повреждениями и наступлением смерти ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь. 

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину по предъявленному обвинению признал частично, указав, что не отрицает факта наступления смерти потерпевшего от его действий, но умысла на убийство последнего у него не имелось, утверждал, что смерть потерпевшего наступила в результате его неосторожности, поскольку, он не рассчитал силу ударов, когда защищался от нападения брата на него с металлическим бадиком. 

По обстоятельствам дела ФИО3 отказался от дачи показаний в порядке ст. 51 Конституции РФ.

По ходатайству гособвинителя в порядке ст. 276 УПК РФ были оглашены показания ФИО3 на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, из которых следует, что проживал по адресу: 

<

адрес> с братом ФИО1 Последний постоянно злоупотреблял спиртными напитками и провоцировал его на драки, но ФИО3 не поддавался на провокации. Когда ФИО1 был сильно пьян, то ФИО3 уходил спать на работу. ФИО1 развелся с женой из-за злоупотребления спиртными напитками. ФИО1 ударил ФИО3 по голове бадиком, в результате чего у него были синяки в области головы, головные боли, при этом он в полицию не обращался. 26 июня 2019 года в 10 часов 00 минут ФИО3 пришел домой с работы. ФИО1 был в состоянии алкогольного опьянения, стал требовать, чтобы ФИО3 купил алкогольные напитки, хотел его ударить бадиком, и ФИО3, чтобы не провоцировать конфликт ушел из дома на место работы, где прожил до 30 июля 2019 года. Утром 30 июля 2019 года он пришел домой, в дом заходить не стал, а, чтобы не провоцировать конфликт с ФИО1 начал полоть помидоры. В 09 часов 00 минут ФИО3 вышел в туалет на улицу. По его внешнему виду было видно, что он употреблял алкогольные напитки. Подойдя к ФИО3, ФИО1 начал от него требовать алкогольные напитки, на что тот ему ответил, что нельзя так много пить. ФИО1 начал выражаться нецензурной бранью в адрес ФИО3 и намахнулся на него бадиком. ФИО3 увернулся, схватил металлическую арматуру и нанес примерно 2-3 удара в область головы ФИО1, не рассчитав силы, отчего тот упал. Увидев, что ФИО1 не подает признаков жизни, ФИО3 сильно испугался и оттащил ФИО1 в высокую траву, чтобы его никто не видел. После чего вспомнил, что возле дома есть старый погреб, который был засыпан мусором. ФИО3 почистил погреб, поместил в него тело ФИО1 с бадиком и арматурой и засыпал их глиной. После чего он сходил в церковь и поставил свечку за упокой ФИО1 О совершенном преступлении сообщил ФИО6, чтобы последний сообщил в правоохранительные органы. В содеянном раскаивается, вину в совершенном преступлении признает частично, поскольку был в состоянии помутнения рассудка, по причине того, что ФИО1 в течение двух месяцев издевался над ним. В ходе ссоры, он не желал смерти брату ФИО1 Им была написана явка с повинной (т.2 л.д.28-31, т.2 л.д.51-54, т.2 л.д.59-63).

Показания подсудимого ФИО3 подтверждаются протоколом проверки показаний на месте от 03 августа 2019 года, согласно которому ФИО3 показал место во дворе дома по адресу: 

<

адрес>, где он 30 июля 2019 года в 09 часов 00 минут металлической арматурой нанес несколько ударов в голову ФИО1, после чего тело последнего поместил в засыпанный погреб, который ранее им был очищен. После чего погреб с телом закопал глиной (т.2 л.д.32-39).

ФИО3 поддержал свои показания на предварительном следствии. 

Анализируя показания подсудимого ФИО3 на предварительном следствии, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о виновности ФИО3 в совершении инкриминированного ему преступления, поскольку они соотносятся с другими доказательствами по делу. Версия стороны защиты о том, что ФИО17 совершил убийство при превышении пределом необходимой обороны опровергается совокупность исследованных судом доказательств и выступление защитника и ФИО3 в прениях оценивается судом критически, поскольку не подтверждается доказательствами по делу. 

Потерпевшая Потерпевший №1 показала в судебном заседании, что ФИО1 в течение 18 лет был ее гражданским супругом и у них имеется общая дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО1 являлся инвалидом 2 группы по причине 

<

наименование заболевания>. Он иногда злоупотреблял спиртными напитками, но в последний год не пил, так как болел. Нигде не работал, являлся человеком настроения. 11 мая 2019 года она с ФИО1 поссорилась на бытовой почве, после чего ФИО1 уехал жить к брату - ФИО3 Последний раз она с ФИО1 разговаривала по телефону в конце июля месяца, точную дату не помнит, при этом ФИО1 был трезвым. 02 августа 2019 года примерно в 19 часов 00 минут ей на мобильный телефон позвонили родственники ФИО1 и сообщили, что последний умер. Об обстоятельствах смерти сказали, что ничего не знают. Затем она вместе с дочкой ФИО2 приехала в 

<

адрес>, где уже находились правоохранительные органы. Поясняла, что ФИО3 был всегда агрессивно настроен в отношении ФИО1 Как она полагала, это связано с тем, что их родительский дом перешел ФИО1 Ранее между ФИО1 и ФИО3 бывали конфликты, которые, иногда заканчивались дракой. В связи с этим, не исключает, что ФИО3 мог убить ФИО1 ФИО3 всегда злоупотреблял спиртными напитками, а также являлся человеком настроения. Своими противоправными действиями ФИО3 причинил её дочери моральный вред. 

Анализируя показания потерпевшей суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что она непосредственным очевидцем преступления не является, характеризует ФИО3 как агрессивно настроенного против ее гражданского супруга человека. Рассказывает о постоянных конфликтах между ФИО3 и ФИО1 

Государственный обвинитель отказался от предоставления в качестве доказательств – показаний свидетеля ФИО4 

По ходатайству гособвинителя в порядке ст. 281 УПК РФ были оглашены показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО2 из которых следует, что у родителей брак официально не был зарегистрирован, так как её отец этого не хотел. 11 мая 2019 её мама Потерпевший №1 и папа ФИО1 поругались, в связи с чем папа уехал жить к своему брату ФИО3 по адресу: 

<

адрес>. Последний раз с отцом она разговаривала по телефону 26 июля 2019 года, при этом отец был выпивший. На следующий день отец на звонки не отвечал. Поскольку, когда отец болел, он на звонки не отвечал, то она подумала, что отец опять заболел. Она отцу звонила после 30 июля 2019 года, но он также не отвечал на звонки. 02 августа 2019 года, примерно в 19 часов 00 минут её маме позвонили на мобильный телефон, при этом она находилась рядом и услышала, что это позвонили родственники и сообщили, что её папа умер. Об обстоятельствах смерти ничего не сказали. Затем она вместе с мамой Потерпевший №1 приехали в 

<

адрес>, где уже находились сотрудники правоохранительных органов. Со слов отца ей было известно, что отец всегда ругался с ФИО3, так как последний всегда злоупотреблял спиртными напитками. В связи с этим, она не исключает, что ФИО3 мог убить её отца, ФИО1 ФИО3 она знает как родного брата своего отца ФИО1 и ФИО3 всегда относился к ней хорошо (т.1 л.д.94-97).

Анализируя показания свидетеля суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что ФИО3 и ФИО1 проживали в одном доме с мая 2019 года и после 30 июля 2019 года ФИО1 перестал выходить на связь, что объективно подтверждают доводы обвинения о месте и времени совершения преступления в отношении ФИО1 

Свидетель ФИО2 показала в судебном заседании, что она является родной дочерью ФИО3, который проживает по адресу: 

<

адрес>. Отец нигде официально не трудоустроен, работает по найму. Ранее отец по вышеуказанному адресу проживал один. В конце мая 2019 года к нему приехал его родной брат ФИО1 погостить, поскольку поругался со своей сожительницей, которая выгнала его из дома. ФИО1 также официально нигде не работал, подрабатывал по найму, был инвалидом. С дядей ФИО1 и с его семьей она отношения никогда не поддерживала, не общалась. Ей известно, со слов папы, что ФИО1 периодически приезжал к отцу погостить на несколько дней. Также ФИО1 злоупотреблял спиртными напитками, и её отцу это не нравилось, из-за этого они часто ругались. Были случаи даже, когда дядя пытался выгнать отца из дома, так как он был там зарегистрирован и хотел жить там. 02 августа 2019, примерно в 11 часов 30 минут, отец приехал на велосипеде к ним домой, и помогал им с бабушкой по хозяйству до 14 часов 30 минут, затем пообедал и уехал на велосипеде к себе домой. Около 18 часов 00 минут, на мобильный телефон бабушки позвонила ее подруга - ФИО13 и сообщила, что от своего сына она узнала, что ФИО3 убил своего брата ФИО1 ФИО2 позвонила отцу, но последний на звонок не ответил. Потом она позвонила маме - ФИО5 и крестной - ФИО16 и сообщила о случившимся. По телефону крестная сообщила, что она вместе с супругом поехала к месту происшествия, а там находятся сотрудники полиции и соседи. После чего они заехали за ней, и они все поехали к дому отца. На территорию домовладения она не заходила, так как со слов сотрудников полиции, там проводились следственные действия. После окончания следственных действий от соседа по имени ФИО7 она узнала, что 30 июля 2019 года, отец приехал домой, ходил по огороду, в этот момент из туалета вышел его брат – ФИО1 и попросил похмелиться, но её отец отказался ему давать спиртное. После чего ФИО1 взял бадик и замахнулся чтобы ударить ФИО3, а тот, в свою очередь взял металлическую арматуру и ударил дядю по голове, затем на участке дома закопал труп. Со слов соседей, ей известно, что они слышали, как ФИО3 в последние дни периодически ругался со своим братом ФИО1 До 02 августа 2019 года отец также периодически приезжал к ним с бабушкой помогать. Состояние отца было нормальное, нетревожное, обычное. Сам отец говорил, что дядя ФИО1 вытрепал ему нервы, постоянно выпивал. Своего отца ФИО18 может охарактеризовать как работящего человека, который помогал по хозяйству ей с бабушкой, неконфликтный, спокойный, с соседями у него были дружеские отношения. Кроме того, он часто ездил к дяде - ФИО1 в 

<

адрес>, где помогал ему по хозяйству. До мая 2019 года отношения отца с его братом были хорошие. После дядя начал периодически злоупотреблять спиртными напитками, отчего между отцом и дядей часто возникали ссоры. Дядю - ФИО1 охарактеризовать никак не может, поскольку никогда не поддерживала с ним отношения (т.1 л.д.105-108).

Анализируя показания свидетеля, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что ФИО3 и ФИО1 проживали в одном доме с мая 2019 года и после 30 июля 2019 года ФИО1 перестал выходить на связь, что объективно подтверждают доводы обвинения о месте и времени совершения преступления в отношении ФИО1 При этом суд не принимает за достоверные показания свидетеля относительно того, что перед конфликтом ФИО1 замахнулся бадиком на ФИО3, а тот в ответ на нападение ударил его по голове арматурой, поскольку указанные показания даны дочерью подсудимого, не совпадают с другими доказательствами по делу, не отвечают вещной обстановке в момент конфликта, ввиду чего суд относится в данной части к ним критически, поскольку они направлены на подтверждение версии защиты и на смягчение наказание подсудимого за содеянное. 

Свидетель ФИО5 показала в судебном заседании, что с 1992 года она состоит в официальном браке с ФИО3 от которого у них есть совместный ребенок – ФИО2, которая проживает вместе с бабушкой по линии матери - ФИО15 Примерно в 2011 году их брак фактически распался, она создала новую семью. В браке с ФИО3 они проживали по адресу: 

<

адрес>. Во время совместного проживания конфликтов и ссор у них не было. ФИО3 ранее официально работал в 

<

адрес>. Ей известно, что у ФИО3 был брат - ФИО1, который проживал в 

<

адрес> вместе с сожительницей и с несовершеннолетней дочерью - ФИО2. У ФИО3 с братом часто случались конфликты, в основном из-за дома. Был ли ФИО1 собственником данного дома, ей неизвестно, но он был там зарегистрирован. Во время её совместного проживания с ФИО3 - ФИО1 часто приезжал к ним домой из 

<

адрес>. Последний нигде не работал, ничем не занимался, периодически злоупотреблял спиртными напитками, говорил, что хочет их выгнать из дома, поскольку дом принадлежит ему, в связи с чем, ФИО3 постоянно по этому поводу с ним ругался. Ей известно, что ФИО1 при жизни принимал попытки к самоубийству, причины таких поступков ей точно не известны. Сожительница ФИО1 иногда выгоняла его из дома из-за злоупотребления спиртными напитками. По обстоятельствам произошедшего может пояснить, что 02 августа 2019 года она находилась на работе. Примерно в 18 часов 20-30 минут на мобильный телефон позвонила дочь – ФИО2 и сообщила, что «папа убил дядю Лешу». Вечером этого же дня, примерно в 23 часа 15 минут она поехала в 

<

адрес> к родному брату ФИО3 - ФИО4, чтобы узнать обстоятельства произошедшего, но ФИО4 ей ничего толком не рассказал. В дальнейшем обстоятельства произошедшего ей стали известны от сотрудников полиции. Р.Ю.МВ. может охарактеризовать с положительной стороны, как тихого, спокойного человека, неагрессивного, иногда употребляющего спиртные напитки, с соседями имел дружеские, нормальные отношения. Отношения с дочкой - ФИО2 у него были хорошие, он часто ездил к последней и бабушке и помогал им по хозяйству. К уголовной ответственности ФИО3 не привлекался, никаких преступлений не совершал. ФИО1 при жизни был буйным человеком, находясь в состоянии алкогольного опьянения, вел себя агрессивно (т.1 л.д.119-122).

Анализируя показания свидетеля, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что свидетель характеризует ФИО3 с положительной стороны как неконфликтного человека, однако о совершенном им преступлении узнала от дочери и сама очевидцем событий не является.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показал, что ФИО1 также знает примерно с 1978 года и может охарактеризовать как боевого, шустрого. Ему также известно, что ФИО1 чем-то болел. Примерно с 26 июля 2019 года по 30 июля 2019 года ФИО3 ночевал у них во дворе на качелях, при этом всегда рано вставал и уходил. 30 июля 2019 с утра, когда ФИО6 встал, ФИО3 на качелях уже не было и он подумал, что ФИО3 опять рано утром ушел домой. Вечером 30 июля 2019 ему на мобильный телефон позвонил Р.Ю.МГ. и предупредил, что придет к нему в 23 часа 00 минут. В 23 часа 00 минут 30 июля 2019 года пришел ФИО3 и рассказал, что ходил в храм, ставил свечку. При этом, ФИО6 не помнит, чтобы Р.Ю.МГ. ему сказал, что совершил что-то противоправное, в том числе про убийство. Возможно, ФИО3 ему что-то рассказывал насчет убийства, но ФИО6 мог это прослушать. По поводу ФИО1, ФИО3 вроде как пояснил, что ФИО19 уехал. После того, как он поговорил с Р.Ю.МД., последний ушел и сообщил, что позвонит ему. Больше он ФИО3 не видел и не разговаривал с ним. О том, что ФИО3 убил человека и тело закопал, ему стало известно от знакомого. Кто именно ему позвонил, уже не помнит (т.1 л.д.125-128).

Анализируя показания свидетеля, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что свидетель ничего о совершенном ФИО3 преступлении показать не может. Характеризует ФИО3 с положительной стороны.

Свидетель ФИО7 показал в судебном заседании, что он был приглашен в качестве понятого для участия в следственном действии - осмотр места происшествия. ФИО3 было разъяснено положение статьи 51 Конституции Российской Федерации, а также право на получение юридической помощи. Когда они прошли на территорию домовладения, то ФИО3 подробно рассказал обстоятельства произошедшего, а именно, что 30 июля 2019 года, утром он поругался со своим братом - ФИО1 в связи с тем, что последний хотел опохмелиться, просил дать ему спиртное, но ФИО3 отказался. В ходе ссоры, со слов ФИО3 он взял металлическую арматуру, которая была приставлена к заполненной водой бочке, и нанес брату несколько раз ударов по голове. ФИО3 показал место, где все это происходило, на дорожку из резиновых ковриков. Напротив этих ковриков, находилась бочка с водой. Со слов ФИО3 к данной бочке была приставлена металлическая арматура, которой он нанес телесное повреждение брату. Со слов ФИО3, после того как он ударил брата арматурой, тот упал на землю, затем встал и хотел направиться к дому. Затем Р.Ю.МГ. пояснил, что в этот момент он еще раз нанес несколько ударов в области головы ФИО1 После получения ударов последний упал на землю и не подавал признаков жизни. ФИО3 пояснил, что, когда он понял, что брат умер, то взял его труп и потащил на участок домовладения к забору. Как пояснил Р.Ю.МГ., у забора находится заброшенный погреб, который он подкопал на глубину примерно в 2 метра. После чего со слов Р.Ю.МВ. в этот погреб он поместил труп брата, а также арматуру и бадик и сверху закопал все землей. Далее в ходе осмотра на глубине примерно в 2 метра в погребе был обнаружен труп ФИО1 Затем для удобства осмотра труп ФИО1 был извлечен из погреба и перемещен на поверхность земли. В отношении ФИО3 какое-либо психологическое и физическое воздействие при производстве следственного действия не оказывалось.

Анализируя показания свидетеля, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что ФИО3 в присутствии свидетеля описывал механизм нанесения брату телесных повреждений арматурой, при этом он не сообщал о том, что брат нападал на него с бадиком. Исходя из данных показаний, суд находит, что версия подсудимого о превышении пределов необходимой обороны опровергается указанными доказательствами. 

Свидетель ФИО8 в судебном заседании дала показания аналогичные показаниями свидетеля ФИО7 и в частности показала, что со слов ФИО3 к данной бочке была приставлена металлическая арматура, которой он нанес телесное повреждение брату. Со слов ФИО3, после того как он ударил брата арматурой, тот упал на землю, затем встал и хотел направиться к дому. Затем Р.Ю.МГ. пояснил, что в этот момент он еще раз нанес несколько ударов в области головы ФИО1 После получения ударов последний упал на землю и не подавал признаков жизни.

Анализируя показания свидетеля, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что ФИО3 в присутствии свидетеля описывал механизм нанесения брату телесных повреждений арматурой, при этом он не сообщал о том, что брат нападал на него с бадиком. Исходя из данных показаний, суд находит, что версия подсудимого о превышении пределов необходимой обороны опровергается указанными доказательствами. 

Свидетель ФИО9 показал в судебном заседании, он был приглашен в качестве понятого на следственное действие – проверка показаний на месте. На следственном действие проверялись показания ФИО3 В данном следственном действии принимали участие второй понятой, сам ФИО3 и его защитник, а также статист. ФИО3 пояснил, что необходимо проехать по адресу: 

<

адрес>. После чего все участники следственного действия отправились на место, указанное подозреваемым Р.Ю.МД. По прибытию к дому, указанному ФИО3 все прошли во двор дома, где было совершено преступление. Подозреваемому Р.Ю.МЕ. было предложено рассказать и продемонстрировать события произошедшего 30.07.2019, на что Р.Ю.МГ. на месте рассказал и показал в присутствии понятых и адвоката обстоятельства совершенного им преступления, а именно, что 30.07.2019, около 09 часов, находясь во дворе дома по адресу: 

<

адрес> металлической арматурой нанес несколько ударов по голове своему брату - ФИО1 После нанесения ударов тело брата ФИО3 поместил в погреб, находящийся во дворе дома и закопал глиной. Одновременно Р.Ю.МГ. продемонстрировал с помощью статиста, как именно он наносил металлической арматурой удары ФИО1 и куда после этого оттащил его тело и закопал. 

Анализируя показания свидетеля, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми и достаточными для вывода о том, что ФИО3 в присутствии свидетеля описывал механизм нанесения брату телесных повреждений арматурой, при этом он не сообщал о том, что брат нападал на него с бадиком. Исходя из данных показаний, суд находит, что версия подсудимого о превышении пределов необходимой обороны опровергается указанными доказательствами. 

Государственный обвинитель отказался от представления показаний свидетеля ФИО14

Кроме свидетельских показаний, вина ФИО3 в умышленном убийстве человека подтверждается совокупностью других доказательств по делу.

Согласно заключению эксперта № от 10 сентября 2019 года, при исследовании трупа ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружены телесные повреждения: открытая проникающая черепно-мозговая травма: множественные раны волосистой части головы (Раны №№1,2,3,4,5,6,7,8 и 9), сообщающиеся с полостью черепа (Раны №№ 1,2,3,4,5,7 и 8) сопровождающиеся повреждением апоневроза, многооскольчатым переломом костей свода и основания черепа, множественными разрывами твердой мозговой и мягкой мозговой оболочек, размозжением теменной, затылочной и задне-верхней части височной долей левого полушария головного мозга, множественные кровоизлияния: в окружающие раны волосистой части головы мягкие ткани, над твердой мозговой, под твердую мозговую и под мягкую мозговую оболочки головного мозга и мозжечка, в сохранившиеся: вещество, ствол и желудочки головного мозга. Вышеуказанные телесные повреждения по механизму образования являются ушибленными и имеют признаки воздействия тупого твердого предмета с ограниченной следообразующей поверхностью в виде прямого либо слабо изогнутого ребра с нечеткой, возможно неровной, закругленной контактирующей кромкой, протяженностью около 6,0 – 7,0 см (акт мед. крим.иссл. № от 13.08.2019 года), могли образоваться от не менее девяти воздействий в область волосистой части головы, что подтверждается: их количеством, видом и характером кожных ран, данными медико-криминалистического метода исследования; с точками приложения силы, совпадающими с локализациями ран волосистой части головы. Для идентификации травмирующего предмета(-ов) необходимо проведение медико-криминалистической экспертизы конкретных подозреваемых предметов. Все вышеперечисленные телесные повреждения (п.1) образовались непосредственно перед наступлением смерти и в короткий промежуток времени, исчисляемый секундами, возможно минутами, что подтверждается характером ран волосистой части головы, цветом кровоизлияний в окружающие эти раны мягкие ткани и развитием в них клеточной реакции, подтвержденные судебно-гистологическим методом исследования, составляют единую черепно-мозговую травму, имеют критерии вреда опасного для жизни человека, и, поэтому, в своей совокупности, согласно правилам определения тяжести вреда причиненного здоровью человека (Постановление Правительства РФ № 552 от 17.08.2007 г), пунктам 6.1.1, 6.1.2 и 6.1.3 приказа МЗиРФ194-н от 24.04.2008 г., указанные повреждения следует квалифицировать как тяжкий вред здоровью. Смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения наступила в результате открытой проникающей черепно-мозговой травмы с повреждениями вещества головного мозга. 

Смерть ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от открытой проникающей черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся множественными ранами волосистой части головы, сообщающимися с полостью черепа с повреждением апоневроза, многооскольчатым переломом костей свода и основания черепа, множественными разрывами твердой мозговой и мягкой мозговой оболочек, размозжением теменной, затылочной и задне-верхней части височной долей левого полушария головного мозга, множественными кровоизлияниями над твердой мозговой, под твердую мозговую и под мягкую мозговую оболочки головного мозга, в сохранившиеся: вещество, ствол и желудочки головного мозга. 

Также при экспертизе трупа обнаружены телесные повреждения: А) множественные кровоподтеки, ссадины, надрывы кожи и рана лица, кровоизлияния в толщу мягких тканей нижней челюсти слева и вдоль переднего края ножки левой грудинно-ключично-сосцевидной мышцы, и щечную область справа, которые как сами по себе, так и в своей совокупности не имеют морфологических признаков опасности для жизни, и обычно, подобные телесные повреждения у живых лиц, не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не расцениваются как вред здоровью. Эти телесные повреждения не имеют прямой причинной связи со смертью; множественные кровоподтеки и ссадины туловища, обеих верхних и нижних конечностей, ушибленная рана правого предплечья, которые не имеют морфологических признаков опасности для жизни, и обычно, подобные телесные повреждения у живых лиц, как сами по себе, так в совокупности не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и не расцениваются как вред здоровью; эти телесные повреждения не имеют прямой причинной связи со смертью.

Все телесные повреждения, могли образоваться от неоднократного воздействия твердого тупого предмета(-ов), либо при ударе о таковой(-ые), идентифицирующие признаки которого (-ых) в повреждениях не отобразились, незадолго до наступления смерти, исчисляемый минутами, возможно десятками минут. Расположение телесных повреждений в момент их получения допускает вероятность любого взаиморасположения потерпевшего и нападавшего, при условии доступности областей с повреждениями для воздействий. При нанесении повреждений на волосистой части головы нападавший, вероятнее всего, находился лицом к задней поверхности волосистой части головы потерпевшего. В момент получения телесных повреждений, указанных в п.5А и п.5Б выводов – потерпевший мог находиться в положении стоя, что подтверждается характером и локализацией телесных повреждений. В момент получения телесных повреждений, указанных в п.1 выводов – потерпевший мог находиться в положении стоя только в момент одного из имевшихся повреждений, после чего характер травмы делает маловероятную возможность контролируемого сознанием человека прямолинейного вертикального положения, что подтверждается разрушением вещества мозга. Так как все имеющиеся телесные повреждения, указанные в п. 1, п. 5А и п.5Б выводов, образовались в короткий промежуток времени, определить последовательность их нанесения не представляется возможным. После причинения телесных повреждений, указанных в п. 5А и п.5Б выводов, - потерпевший мог совершать активные целенаправленные действия, а именно кричать, передвигаться и т.д. Данный вывод подтверждается характером и локализацией телесных повреждений. После причинения телесных повреждений в виде открытой проникающей черепно-мозговой травмы, сопровождающимся многооскольчатым переломом костей черепа, повреждением вещества головного мозга (п. 1 выводов) – потерпевший совершать активные целенаправленные действия, а именно кричать, передвигаться и т.д. не мог. Данный вывод подтверждается характером травмы. Механизм образования телесных повреждений, указанных в п.1 выводов исключает возможность их причинения в результате падения с положения стоя навзничь, в том числе и при придании телу дополнительного ускорения, на горизонтальную плоскость. Образование всех телесных повреждений, указанных в п.п. 5А и п.5Б выводов, в результате однократного падения с положения стоя навзничь, в том числе и при придании телу дополнительного ускорения, на горизонтальную плоскость исключается, что подтверждается количеством и локализацией в различных плоскостях имеющихся телесных повреждений. Экспертным путем установить имело ли место у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, после получения телесных повреждений, указанных в п. 5А и 5Б – потеря сознания, а если да, то после получения каких именно из этих (п.п. 5А и 5Б) телесных повреждений, не представляется возможным. После получения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, открытой проникающей черепно-мозговой травмы с повреждением вещества головного мозга (п. 1 выводов), последний мог потерять сознание, после чего наступила смерть. Этот вывод подтверждается разрушенным веществом головного мозга. Каких-либо инородных частиц и волокон в ранах при экспертизе трупа не обнаружено. Каких-либо заболеваний, способствующих наступлению смерти, при исследовании трупа не обнаружено. При экспертизе трупа обнаружены телесные повреждения в виде множественных посмертных ссадин головы, туловища, обеих верхних и нижних конечностей, которые могли образоваться от ударно-скользящего воздействия твердого тупого предмета (-ов) с шероховатой неограниченной контактирующей поверхностью, каковым мог явиться земельный грунт, в срок после наступления смерти, что подтверждается сухим, пергаментной плотности желто-коричневого цвета дном этих ссадин ниже уровня не поврежденной кожи. Наличие обнаруженных на теле ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, множественных, занимающих обширные площади посмертных ссадин, являются характерным признаком перемещения тела трупа. 

При судебно-химическом исследовании мочи и мышцы от трупа ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружен этиловый спирт в мышце в концентрации – 0,5%; в моче этиловый спирт не обнаружен (Акт судебно-химического исследования № от 08.08.2019 г.). С момента смерти до исследования трупа (при условии нахождения трупа при средней комнатной температуре) могло пройти около 3-5 суток, (т.1 л.д. 160-168).

Анализируя заключение эксперта судебного медика, суд находит его относящимся к настоящему делу, допустимым и достаточным для вывода о том, что выводы экспертов подтверждают выводы суда об умышленном характере действий ФИО3 при конфликте с братом и умышленное нанесение им ударов железной арматурой по жизненно-важному органу человека – голове, что указывает на наличие прямого умысла ФИО3 на убийство ФИО1, который был реализован путем нанесения не менее 9 ударов железной арматурой, сзади. От одного из которых нанесенного в неустановленной последовательности причинившего перелом костей черепа с повреждением вещества мозга он упал, потерял сознание, следовательно остальные удары фактически были нанесены подсудимым лежавшему ФИО1, что исключает версию подсудимого о превышении пределов необходимой обороны. 

Наличие физического контакта и нанесение ударов со стороны ФИО3 по различным частям тела ФИО1 в процессе конфликта незадолго до смерти подтверждает наличие у последнего различных телесных повреждений на руках, ногах и а также на теле не повлекших вреда здоровью. В то время как у самого ФИО3 к моменту задержания не было телесных повреждений, на что указывают все допрошенные свидетели. 

Вина ФИО3 в умышленном убийстве ФИО1, а также данные об орудии, которым оно совершено, подтверждается следующими доказательствами: 

- заключением эксперта № от 07.10.2019, согласно которому кровь от трупа ФИО1 и кровь обвиняемого ФИО3 одногруппна по системам ABO, MNSs (выявление антигена М), относится к группе О?? (им свойственен антиген Н), выявлен антиген М. На куртке-ветровке цвета «хаки» обвиняемого ФИО3 обнаружена кровь человека группы О??, что не исключает её происхождение от потерпевшего ФИО1 Присутствие в указанном объекте крови обвиняемого ФИО3 возможно лишь при наличии у него повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением на момент совершения преступления. 

На брюках серого цвета, на мужской сорочке с рисунком в виде продольных полос белого, темно-серого и сиреневого цветов, на паре сланцев, на сорочке с рисунком в виде клеток белого цвета, поперечных полос коричневого цвета, на куртке-ветровке цвета «хаки», на брюках синего цвета, на мужской форменной сорочке с короткими рукавами, на мужской сорочке белого цвета с продольными полосами, на мужской сорочке коричневого цвета, на куртке-ветровке голубого цвета, на куртке утепленной, на трусах и на джинсовых брюках обвиняемого ФИО3 кровь не обнаружена, но обнаружен пот без примеси крови, при определении групповой принадлежности которого выявлен антиген Н, что соответствует группе крови О??. Пот может принадлежать лицу (лицам), в выделениях которого (которых) имеется указанный антиген. Таким образом, происхождение пота не исключается от человека с группой крови О??, например, от обвиняемого ФИО3, от потерпевшего ФИО1, как от каждого в отдельности, так и за счёт смешения пота (т.1 л.д. 209-219).

- заключением эксперта № от 04.10.2019, согласно которому кровь от трупа ФИО1 и кровь обвиняемого ФИО3 одногруппна по системам АВО, относится к группе О?? (им свойственен антиген H). На спортивных брюках с трупа ФИО1 обнаружен пот без примеси крови, при определении групповой принадлежности которого выявлен только антиген Н, что соответствует группе крови О??. Пот может принадлежать лицу (лицам), в выделениях которого (которых) имеется указанный антиген. Таким образом, происхождение пота не исключается от человека с группой крови О??, например, от самого потерпевшего ФИО1, от обвиняемого ФИО3, как от каждого в отдельности, так и в смешении. На спортивных брюках с трупа ФИО1 кровь не обнаружена (т. 1 л.д. 195-199).

- факт того, что повреждения, повлекшие смерть ФИО1, причинены арматурой, изъятой при осмотре места происшествия, подтверждают выводы эксперта, изложенные в заключении № от 04.10.2019, согласно которому кровь от трупа ФИО1 и кровь обвиняемого ФИО3 одногруппна по системам ABO, MNSs (выявление антигена М), относится к группе О?? (им свойственен антиген Н), выявлен антиген М. На бадике и на арматуре, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека и выявлен только антиген Н. Такой результат может соответствовать группе крови О??. Происхождение крови не исключается от потерпевшего ФИО1 Присутствие в указанных объектах крови обвиняемого ФИО3 возможно лишь при наличии у него повреждений, сопровождавшихся наружным кровотечением на момент совершения преступления. На этих же бадике и арматуре обнаружен пот без примеси крови, при определении групповой принадлежности которого выявлен только антиген Н, что соответствует группе крови О??. Пот может принадлежать лицу (лицам), в выделениях которого (которых) имеется указанный антиген. Таким образом, происхождение пота не исключается от человека с группой крови О??, например, от потерпевшего ФИО1 от обвиняемого ФИО3, как от каждого в отдельности, так и за счёт смешения пота (том 1 л.д. 228-233).

- постановлением и протоколом выемки от 18 сентября 2019 года, согласно которому в ходе выемки в морге ГБУЗ «Бюро СМЭ» г. Оренбурга изъят образец крови от трупа потерпевшего ФИО1 (том 1 л.д. 171-172, 173-177).

- постановлением и протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 19 сентября 2019 года, согласно которому у обвиняемого ФИО3, получены образцы крови (том 1 л.д. 178-180, 181-182).

- протоколом осмотра предметов от 17 сентября 2019 года, в соответствии с которым осмотрены вещи и предметы, изъятые в ходе предварительного следствия (том 2 л.д. 183-187).

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств, согласно которому в качестве вещественных доказательств признаны: одежда обвиняемого ФИО3: трое брюк, пять мужских сорочек, две куртки – ветровки, куртка утепленная, трусы, пару сланцев; одежда потерпевшего ФИО1: спортивные брюки, арматура, бадик, доска от крыльца при входе в дом, кровь потерпевшего ФИО1 на марле, образец крови обвиняемого ФИО3 (том 1 л.д. 246).

Анализируя письменные доказательства, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми, полностью согласующимися между собой, соответствующими показаниям допрошенных по делу свидетелей обвинения лиц, и фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании и достаточными для вывода о виновности ФИО3 в совершении умышленного убийства.

Все экспертные заключения даны специалистами, обладающими специальными познаниями в соответствующей отрасли, имеющими достаточный стаж экспертной работы, сами выводы понятны, имеют ответы на все поставленные вопросы, противоречий не содержат. Все эксперты, при даче ими своих заключений, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а потому оснований сомневаться в объективности их выводов, как об этом ставит вопрос сторона защиты, оснований нет. 

Таким образом, доказательства, подтверждающие виновность ФИО3 в совершении инкриминированного ему преступления, и опровергающие версию защиты о наличии в действиях подсудимого превышения необходимой обороны, в совей совокупности достаточны для вывода суда о виновности ФИО3 в умышленном убийстве человека.

Исследованные в судебном заседании доказательства, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, времени, дополняют друг друга, совпадают в деталях и не содержат существенных противоречий, то есть соответствуют требованиям ст. 88 УПК РФ, и судом признаются объективными, достоверными, относимыми, допустимыми, а их совокупность - достаточной для признания подсудимого виновным в умышленном убийстве человека. 

Суд также по ходатайству стороны защиты исследовал показания свидетелей ФИО11, ФИО10 и ФИО12, которые исключительно с положительной стороны охарактеризовали ФИО3 и отрицательно охарактеризовали ФИО1, как лица провоцировавшего конфликты, суд находит их относящимися к настоящему делу, допустимыми, но не достаточными для того, чтобы опровергнуть вывод суда об умышленном характере действий ФИО3 при нанесении им ударов арматурой по голове своему брату ФИО1 с целью его убийства. Наличие конфликтов с братом в прошлом и создание потерпевшим психотравмирующей ситуации не подтверждает версию защиты относительно того, что ФИО3 нанес удары по голове арматурой в ответ на противоправное поведение ФИО1, защищаясь от него.

Показания ФИО3 на следствии и иные доказательства по делу объективно подтверждаются заключением эксперта о наличии на трупе ФИО1 телесных повреждений, их локализации, степени тяжести и механизме образования, а также причине наступления смерти потерпевшего и наличии прямой причинно-следственной связи между обнаруженными телесными повреждениями и наступлением смерти потерпевшего.

Переходя к правовой оценке содеянного ФИО3, суд основывается на анализе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств квалифицирует действия подсудимого по ч. 1 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, поскольку при рассмотрении дела объективно установлено, что ФИО3 умышленно, в ходе ссоры, на почве личных неприязненных отношений, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшего и желая этого, нанес ФИО1 множественные удары металлической арматурой по голове, лицу, туловищу, верхним и нижним конечностям, и убил его. 

Оценивая действия подсудимого как умышленные, непосредственно направленные на причинение смерти потерпевшего, суд исходит из фактических обстоятельств, установленных в ходе рассмотрения дела, а именно: механизма причинения телесных повреждений – множественные удары, в том числе в область головы, лица, грудной клетки и туловища, то есть в места расположения жизненно-важных органов; характер и последовательность действий подсудимого, нанесение ударов металлической арматурой, то есть орудием, обладающим значительными поражающими свойствами, находясь позади потерпевшего с достаточной травмирующей силой, их количество, а также свойства и тяжесть самих повреждений, образовавшихся от действий ФИО3, все это в совокупности свидетельствует о его прямом умысле на лишение жизни потерпевшего.

В ходе судебного следствия ФИО3 не отрицал факт причинения ФИО1 телесных повреждений при вышеуказанных обстоятельствах, и признавал, что его смерть наступила от телесных повреждений, полученных в результате его действий. Однако он отрицал лишь умысел на убийство, указывая, что действовал в состоянии обороны и помутнения рассудка из-за психотравмирующей ситуации, созданной длительным противоправным поведением потерпевшего. 

Вместе с тем, доводы подсудимого опровергаются заключением судебно-психиатрической экспертизы № от 09 октября 2019 года, в соответствии с которой признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности на момент совершения преступления у ФИО3 не выявлено, на момент совершения противоправного деяния он не находился в состоянии физиологического аффекта, а также иного эмоционального состояния, которое могло бы существенным образом повлиять на его сознание и деятельность в исследуемой ситуации (том 1 л.д.241-243). 

Судом исследовалось психическое состояние подсудимого.

Согласно заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы от 09 октября 2019 года №, а также исходя из поведения ФИО3 в судебном заседании, не обнаруживается признаков психического заболевания. Он осознавал противоправный характер своих действий и руководил ими. 

Оснований для критической оценки экспертных выводов, изложенных в указанном выше заключении, суд не усматривает. Судебное психолого-психиатрическое исследование ФИО3 проведено комиссией экспертов, обладающих специальными познаниями в области психологии и психиатрии, имеющими достаточный стаж экспертной работы. В выводах содержатся ответы на все, поставленные перед комиссией вопросы, они являются полными и не содержат противоречий. 

Суд признает ФИО3 вменяемым относительно инкриминированного ему преступления и подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Оснований для освобождения подсудимого ФИО3 от уголовной ответственности, либо для постановления приговора без назначения наказания или освобождения подсудимого от наказания, в судебном заседании не установлено.

Разрешая вопросы о виде и размере наказания подсудимому суд, в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность подсудимого, обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи.

Изучением данных о личности подсудимого установлено, что ФИО3 не судим, совершил преступление, отнесенное к категории особо тяжких, имеет постоянное место жительства, характеризуется посредственно, состоит в браке, иждивенцев не имеет, до задержания работал по найму, данных о нахождении на специализированных учетах по делу не имеется. 

Смягчающими наказание ФИО3 обстоятельствами суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает явку с повинной, активное способствование расследованию и раскрытию преступления, выразившееся в даче признательных показаний, участии в проверке показаний на месте, а на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья.

Противоправное поведение потерпевшего, достоверно не установлено при рассмотрении уголовного дела и не может быть признано обстоятельством, смягчающим наказание, предусмотренным п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, поскольку данных о том, что именно это стало поводом для совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, не установлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления, существенно уменьшающих степень их общественной опасности, не установлено, в связи с чем, оснований для применения при назначении наказания подсудимому положений ст. 64 УК РФ, не имеется.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено. 

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, личность подсудимого, обстоятельства совершения преступления, поведение подсудимого во время и после его совершения, его отношение к содеянному, принимая во внимание наличие обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствие обстоятельств, отягчающих его наказание, суд приходит к выводу, что реализация предусмотренных ст. 43 УК РФ целей уголовного наказания, в том числе, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты только путем назначения ФИО3 наказания в виде реального лишения свободы. 

Суд принимает во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, вид умысла, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности, и приходит к выводу об отсутствии фактических оснований для применения к преступлению положений части 6 статьи 15 УК РФ.

При этом при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств суд, назначает ФИО3 за совершение особо тяжкого преступления наказание в виде лишения свободы с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Правовых и фактических оснований для применения положений ст. 73 УК РФ об условности назначаемого ФИО3 наказания, суд не усматривает.

С учетом характера и тяжести совершенного преступления, а также с учетом данных о личности подсудимого, суд находит в порядке ст. 53 УК РФ обоснованным назначение ФИО20 дополнительного наказания в виде ограничения свободы. 

Поскольку ФИО3 совершил особо тяжкое преступление, вид исправительного учреждения, где ему надлежит отбывать наказание, следует определить в соответствии с положениями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительную колонию строгого режима.

Каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у ФИО3 заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях изоляции от общества, в материалах уголовного дела не имеется, и в судебном заседании стороной защиты представлено не было.

Меру пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу надлежит оставить без изменения.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбытого наказания ФИО3 надлежит зачесть время его задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и содержания под стражей с 03 августа 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день задержания и содержания под стражей за один день отбывания наказания в колонии строгого режима.

Решая вопрос о гражданском иске Потерпевший №1 действующей интересах дочери ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда в сумме 500000 рублей, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд в соответствии с ст. 1101 ГК РФ принимает во внимание, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшей, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда суд учитывает требования разумности и справедливости.

Преступными действиями ФИО3 была причинена смерть ФИО1, который был отцом ФИО2, воспитывал и содержал ее.

В результате преступленных действий ФИО3 несовершеннолетняя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, очевидно испытала нравственные страдания, которые выразились нравственных переживаниях по случаю гибели отца и разрушения семейных связей. Более того, ФИО2 испытала нравственные страдания, которые выразились в психологических переживания по поводу случившегося с отцом который погиб насильственно.

Между действиями ФИО3 и наступившими неблагоприятными последствиями в виде нравственных страданий несовершеннолетней ФИО2 имеется прямая причинно-следственная связь, поэтому суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований законного представителя потерпевшей о компенсации морального вреда в полном объеме, поскольку запрошенная суммы разумна и справедлива.

Определяя размер суммы, подлежащей взысканию с подсудимого ФИО3, суд исходит из возраста истца ФИО2, которой на момент совершения преступления было 16 лет, принимает во внимание умышленные действия ФИО3, направленные на умышленное причинение смерти отцу истца, и приходит к выводу о взыскании с подсудимого ФИО3 в счёт компенсации морального вреда 500000 руб. 

Судьбу вещественных доказательств необходимо разрешить в соответствии с требованиями ст. ст. 81-82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 297, 298, 299, 303, 304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 9 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год.

На основании ст. 53 УК РФ возложить на осужденного ФИО3 следующие ограничения: 

не выезжать за пределы территории муниципального образования, где он будет проживать после отбытия наказания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации. 

не изменять места жительства или пребывания, где он будет проживать после отбытия наказания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях предусмотренных законодательством Российской Федерации. 

Обязать ФИО3 являться для регистрации один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, по графику, установленному данным органом.

Срок основного наказания ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО3 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу - оставить без изменения.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, зачесть в срок отбытого основного наказания время задержания ФИО3 в порядке ст. 91 УПК РФ и содержания под стражей с 03 августа 2019 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день задержания и содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима 

Исковые требования Потерпевший №1 в интересах ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить в полном объеме.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда деньги в сумме 500000 рублей.

После вступления приговора в законную силу вещественными доказательствами распорядиться следующим образом:

- одежду ФИО3: трое брюк, пять мужских сорочек, две куртки-ветровки, куртку утепленную, трусы, пару сланцев переедать по принадлежности.

- одежду потерпевшего ФИО1: спортивные брюки уничтожить; 

- бадик, кровь потерпевшего ФИО1 на марле, образец крови обвиняемого ФИО3 – хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Оренбургского МСО СУ СК России по Оренбургской области - уничтожить.

- арматуру - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Оренбургского областного суда через Оренбургский районный суд Оренбургской области в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае принесения апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающей интересы осуждённого, он вправе в течение 10 суток, со дня вручения ему копии указанной жалобы или представления, подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность довести до суда апелляционной инстанции свою позицию непосредственно, а также вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья Куликовский О.В.