Судья Мейлер Т.А. Дело № 22-3205

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 15 июля 2025 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Нагаевой С.А.,

при секретаре судебного заседания Рожневой А.Д.,

с участием прокурора Телешовой Т.В., 

адвоката Филипповой И.Ю., 

защитника Калинина Н.Г., 

осужденного ФИО1,

представителя потерпевшего Ш. - адвоката Брязгунова А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и в его защиту адвоката Суслова П.А., представителя потерпевшего Ш. - адвоката Брязгунова А.С. на приговор Свердловского районного суда г.Перми от 12 мая 2025 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 159 УК РФ (в отношении К1., С1.), к 200 часам обязательных работ, ч. 1 ст. 160 УК РФ (в отношении Ш.) к 150 часам обязательных работ, за каждое из четырех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 160 УК РФ (в отношении В1., А1., Д1., В2.), к 180 часам обязательных работ, за каждое из двух преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 160 УК РФ (в отношении К2. и Р1.), к 200 часам обязательных работ, за каждое из четырех преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 160 УК РФ (в отношении Л., О., С2., Р2.), к 250 часам обязательных работ, 

на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ч. 8 ст. 302 УПК РФ освобожден от наказания по ч. 1 ст. 159 УК РФ (в отношении К1., С1.), ч. 1 ст. 160 УК РФ (в отношении Ш.), ч. 1 ст.160 УК РФ (в отношении В1., А1., Д1., В2.), в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, предусмотренного ст. 78 УК РФ,

в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по ч. 2 ст. 160 УК РФ (в отношении К2., Р1., Л., О., С2., Р2.), к 400 часам обязательных работ.

В удовлетворении исковых требований Ш. к ФИО1 в части взыскания причиненного материального ущерба, компенсации морального вреда отказано, исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами оставлены без рассмотрения.

Изложив содержание судебного решения, доводы апелляционных жалоб, выслушав осужденного ФИО1, адвоката Филипповой И.Ю. и защитника Калинина Н.Г., поддержавших доводы жалоб осужденного и адвоката Суслова П.А., возражавших против апелляционной жалобы представителя потерпевшего, мнение представителя потерпевшего Ш. - адвоката Брязгунова А.С. по доводам жалоб, мнение прокурора Телешовой Т.В., возражавшей по доводам апелляционных жалоб на приговор, поддержавшей жалобу на постановление, просившей об изменении приговора по иным основаниям и отмене постановления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за хищение имущества, принадлежащего К1. и С1., путем обмана; хищение имущества, принадлежащего В1., А1., Д1., Ш., В2., вверенного виновному; хищение имущества, принадлежащего Л., К2., О., С2., Р1., Р2., вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Все преступления совершены в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе адвокат Суслов П.А. находит приговор суда незаконным, подлежащим отмене. В обосновании своих доводов указывает на процессуальные нарушения, допущенные органами следствия при расследовании уголовного дела. Обращает внимание, что уголовное дело в отношении ФИО1 неоднократно возвращалось руководителем следственного органа на дополнительное расследование, при этом прокурору с обвинительным заключением дело в порядке ст. 220 УПК РФ не направлялось, и срок предварительного расследования в установленном законом порядке не продлевался. Считает, что срок предварительного расследования по уголовному делу фактически истек 27 мая 2023 года, и все последующие собранные следователем доказательства являются недопустимыми ввиду получения их с нарушением закона, а само обвинительное заключение, составленное 16 декабря 2024 года, вынесено за пределами срока предварительного расследования. Полагает, что в данном случае уголовное дело подлежало возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Оспаривая квалифицирующий признак по ч. 2 ст. 160 УК РФ с причинением значительного ущерба гражданину, указывает, что потерпевшие О. и Р2. денежные средства на телефон получили в качестве подарка, поэтому их материальное положение не изменилось; Р1. денежные средства в размере 20 000 рублей ФИО1 возвращены; К2. в период инкриминируемых действий получал заработную плату в большем размере, чем указал суду, проживал с сожительницей, поэтому значительный ущерб подлежал определению исходя из совокупного дохода совместно проживающих лиц; Л. не заявляла, что действиями ФИО1 поставлена в трудное материальное положение; С2., заявляя о значительности ущерба, сообщил, что не работает несколько лет, живет на сбережения, при этом размер таких сбережений не указал, а отсутствие ежемесячного дохода не свидетельствует о значительности ущерба. Просит приговор суда отменить, уголовное дело в отношении ФИО1 направить прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 находит приговор суда незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и его несправедливостью. Приводя содержание приговора, указывает, что, оценивая показания потерпевших и свидетелей, суд необоснованно пришел к выводу о доказанности его вины в отношении потерпевших К1. и С1. путем обмана. Полагает, что в ходе судебного заседания по преступлениям, совершенным в отношении Л., К2., О., С2., Р1., Р2., квалифицирующий признак с причинением значительного ущерба гражданину своего подтверждения не нашел. Считает, что при постановлении приговора судом не учтены положения ст. ст. 297, 307, 308 УПК РФ и разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре». Указывает, что назначенное наказание в виде обязательных работ на 400 часов является несправедливым, поскольку в указанное время он мог зарабатывать и возмещать ущерб потерпевшим. Просит приговор суда отменить, уголовное преследование прекратить. 

В апелляционной жалобе адвокат Брязгунов А.С., действующий в интересах потерпевшего Ш., находит приговор суда незаконным и необоснованным в части отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении компенсации морального вреда вследствие причиненного ему имущественного ущерба. Отмечает, что в ходе судебного заседания у Ш. участники уголовного судопроизводства вопросы относительно размера компенсации морального вреда не задавали, каким нематериальным благам причинен вред, не уточняли, и суд этот вопрос не исследовал. Обращает внимание, что позиция потерпевшего относительно компенсации морального вреда отражена в исковом заявлении, в котором указано, что в результате действий ответчика ему причинены нравственные страдания, он перенес сильные негативные эмоции, что, по мнению защитника, является достаточным для удовлетворения исковых требований. Помимо этого суд оставил без внимания требования потерпевшей о компенсации расходов, понесенных на представителя в размере 50 000 рублей. Просит приговор изменить, удовлетворить исковые требования Ш. в полном объеме.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции находит, что уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено судом с соблюдением принципов всесторонности, объективности, полноты судебного разбирательства, состязательности и равноправия сторон. 

Вывод суда о виновности осужденного ФИО1 в инкриминируемых деяниях соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, а именно:

показаниями потерпевшей Р1. о том, что 27 мая 2019 года в магазине «***» купила телефон «Apple Iphone 8 Plus 64 Gb Silver» стоимостью 40 990 рублей, сделала предзаказ и внесла наличными предоплату в сумме 10 000 рублей. 5 июня 2019 года ФИО1 телефон поступил в магазин и она внесла оставшуюся сумму наличными 30 990 рублей, получила товарные чеки. В течение двух дней заметила, что не работают наушники, сдала телефон в магазин, через неделю его вернули, но наушники так и не работали. После месяца эксплуатации стало царапаться стекло, отнесла телефон в сервисный центр, где сообщили, что телефон не оригинальный. После чего привезла в магазин заявление, чтобы телефон забрали и вернули деньги. В течение месяца вернули денежные средства 20000 рублей. Данный ущерб являлся значительным, так как заработная плата составляла 24000 рублей, одна воспитывала ребенка, который пошел в первый класс, оплачивала коммунальные платежи. Денежные средства на телефон копила, откладывала, телефон был необходим, в том числе, для работы. В ходе рассмотрения дела ей было возмещено еще 11000 рублей;

показаниями потерпевшей О. о том, что в 2020 году в магазине «***» на ул. **** г.Перми приобрела телефон Айфон хр 64 Гб стоимостью 43 990 рублей, оплату произвела путем перевода. Через несколько дней телефон стал неправильно реагировать на прикосновения, обратилась в магазин, где после проведенной диагностики телефон вернули, однако проблема повторилась. Она вновь телефон сдала в магазин, получила документ и после этого телефон не видела. Обращалась несколько раз с вопросами о возврате телефона либо денежных средств. Ей обещали вернуть, но максимально отодвигали сроки. Писала претензию на полный возврат средств и звонила каждый день, чтобы узнать когда их вернут, но деньги так не вернули, а затем перестали отвечать на звонки. Причиненный ущерб является для нее значительным, так как она не работала, училась, была на полном обеспечении мамы, которая подарила телефон за хорошую учебу и так как сломался предыдущий. На новый телефон со старого она перенесла данные, которые были потеряны. Кроме этого на телефоне были установлены приложение ПАО Сбербанк, которым она пользовалась. В октябре 2020 года она приобрела бывший в употреблении телефон Айфон 7 за 10000 рублей на бабушкины деньги;

показаниями потерпевшего К2. о том, что в 2019 году у ИП ФИО1 в магазине по адресу: **** приобрёл телефон Айфон 8 за 34990 рублей. Часть денег за телефон перевел на карту, часть отдал наличными. В течение 2 недель заметил, что динамик телефона стал плохо работать, поэтому отдал ФИО1 телефон на диагностику. Через какое-то время тот сообщил, что имеется неисправность в работе динамика и предложил ремонт либо возврат денежных средств. Он написал заявление на возврат. Через какое-то время было переведено 5000 рублей, потом еще 10000 рублей, после ФИО1 перестал отвечать. Ущерб на тот период являлся для него значительным, доход был около 30000 рублей, у гражданской жены было обязательство по ипотеке, платили совместно. Расходы на коммунальные услуги составляли 4000-5000 рублей. Через 1-1,5 месяца приобрел аналогичный телефон за 36000 рублей, так как такой телефон нужен был для работы, поскольку работает с цветами и с колеровкой краской, данная модель хорошо предавала цветовые решения. Его клиенты, потребители находятся по всему Пермскому краю, то есть полтора месяца у него отсутствовал телефон, потерял заработок. Пока телефон был на диагностике у ФИО1, пользовался кнопочным телефоном. На покупку телефона денежные средства откладывал, часть взял в долг;

показаниями потерпевшего Ш. о том, что 16 марта 2020 года в магазине «***» по адресу: ****, у ИП ФИО1 купил в подарок для своей матери телефон марки Iphone 7/32Gb BLACK imei ** за 21 990 рублей как новый, коробка была запечатана, на ней имелась заводская упаковка (пленка). 17 марта 2020 года телефон подарил своей маме, которая в его присутствии распечатала телефон, который визуальных повреждений не имел. Через несколько дней использования телефона мама начала жаловаться на его работу: нагревался, временами при разговоре пропадал звук. Поскольку ФИО1 выписал товарный чек и гарантийный талон на год, он обратился к нему с данной проблемой. ФИО1, выслушав его, пояснил, что, так как телефон находится на гарантии, то он его заберет. Сообщил тому, что желает товар сдать и получить возврат денежных средств. По истечении двух недель он обратился к ФИО1 с данным вопросом, на его телефонные звонки тот не отвечал, написал тому ФИО1 смс-сообщение, тот ответил, что у возникли небольшие трудности из-за пандемии, когда закончится, начнут перечислять денежные средства и попросил сообщить номер банковской карты для перечисления денежных средств за телефон. Он сообщил номер своей банковской карты, но денежные средства так и не поступили. ФИО1 перестал отвечать на его звонки и сообщения. Ему причинен материальный ущерб на общую сумму 21 990 рублей;

показаниями потерпевшего В2. о том, что 14 января 2020 года в сервисном центре «Appleperm» по адресу: **** у ИП ФИО1 приобрел телефон Apple Iphone X, 256 Gb Space Gray, IMEI: ** за 49 000 рублей наличными. Ему был представлен товарный чек. В салоне магазина телефон осмотрел только визуально, в процессе эксплуатации 14 января 2020 года были выявлены дефекты, после чего 20 января 2020 года телефон по акту приема был сдан ИП ФИО1, который сообщил о возврате денежных средств за телефон, но в течение полугода деньги за телефон возвращены не были;

показаниями потерпевшего С2. о том, что в октябре 2019 года с целью приобретения оригинальной модели телефона Apple Iphone 8 Space Gray 64 gb, зашел на сайт магазина «***»-***.ru и позвонил по указанному номеру телефона, принадлежащего ИП ФИО1, с которым договорился о покупке телефона, тот заверил его, что телефон является оригинальным. В тот же день в сервисном центре «***» по адресу: **** за наличные денежные средства он приобрел у ИП ФИО1 телефон Apple Iphone 8 Space Gray 64 gb по цене 32 990 рублей. Телефон был в заводской упаковке, пленке, осмотрел его только визуально, ФИО1 был составлен товарный чек. 28 октября 2019 года обнаружил у телефона дефекты (проблемы с корпусом и АКБ), проверил на оригинальность через официальный сайт «Apple» по серийному номеру телефона, который оказался бывшим в употреблении. На следующий день сообщил об этом ИП ФИО1 через социальную сеть «Вконтакте», тот пообещал провести проверку телефона и вернуть деньги. 31 октября 2019 года он сдал сотовый телефон в магазин «***» с возвратом денежных средств, о чем был оформлен акт приема на ремонт и срок возврата денежных средств в течение 10 дней. Однако по истечении срока денежные средства под разными оправданиями от ИП ФИО1 ему возвращены не были в течение года. Таким образом, ему причинен материальный ущерб в размере 32 990 рублей, который является для него значительным, так как в момент приобретения телефона уволился с работы, дохода не имел. Приобрел телефон на личные накопления, являлся безработным;

показаниями потерпевшей К1. о том, что в ноябре 2020 года она решила приобрести новую оригинальную модель телефона Apple Iphone 11 Pro 512 гб. Сайт магазина «***» - ***.ru. выходил первым и был оформлен качественно, подозрений у нее не возникло, она зашла в группу магазина в социальной сети «Вконтакте», цена телефона была ниже на 10 000 рублей, чем в других магазинах. В ноябре 2020 года она позвонила по указанному номеру телефона, мужской голос пояснил, что телефона нет в наличии, но можно оформить заказ, внеся предоплату в размере 50 % со сроком доставки 5-7 дней. 18 ноября 2020 года после 20 часов она приехала в магазин «***» по адресу: ****, который был закрыт, после ее звонка дверь открыл продавец, показал паспорт на имя Е. и был в курсе, что она хотела сделать заказ телефона. В качестве предоплаты она передала продавцу Е. наличные 40 000 рублей, после чего тот выписал товарный чек, в котором была указана модель телефона, сумма предоплаты 40000 рублей, поставил подпись и передал чек, сообщив о поставке телефона в течение 5-7 дней. 26 ноября 2020 года ей пришло сообщение об ожидании поставки, но на дальнейшие звонки не отвечали, только приходили смс-сообщения с информацией о том, что поставка задерживается, просили подождать, каждый раз отвечали, что «сегодня» товар точно придет и ей его отдадут, конкретных причин задержки ей не сообщали. 2 декабря 2020 года она попросила вернуть деньги, хотела отказаться от заказа, отправила свои реквизиты для возврата денег, деньги ей в переписке обещали вернуть в течение нескольких дней. Но лишь 10 декабря 2020 года ей перевели 10 000 рублей от «М.». А следом пришло смс-сообщение, что это возврат денег от магазина «***», остаток обещали перечислить на следующий день, но ни на следующий день, ни до настоящего времени ей больше денежные средства не возвратили. После чего в марте 2021 года ей вновь пришло смс-сообщение, что с ней должны рассчитаться в течение недели, но деньги так и не поступили;

показаниями потерпевшей Л. о том, что в январе 2020 года она решила приобрести новый мобильный оригинальный телефон марки «Айфон8+», увидела интернет-магазин «***», где была в наличии интересуемая модель стоимостью 40000 рублей, которая была была чуть ниже рыночной, торговая точка располагалась по адресу ****. 23 января 2020 года в дневное время она приехала по вышеуказанному адресу, магазин располагался на первом этаже 5 этажного здания, перед входом имелась вывеска с названием магазина. Магазин представлял из себя небольшое помещение со стеллажами с продукцией компании «Apple», один продавец ФИО1, который продемонстрировал ей модель желаемого телефона. Ее все устраивало и она передала ФИО1 40000 рублей наличными, тот собственноручно выписал товарный чек и передал его вместе с коробкой, внутри которого находился приобретенный ею мобильный телефон в корпусе черного цвета, коробка была опечатана, повреждений пленка не имела. По приезду домой она извлекла приобретенный телефон из упаковки, визуально телефон выглядел новым, но в ходе эксплуатации она не смогла активировать его, в связи с чем сбросила настройки до заводских, после чего телефон перестал работать, также она проверила серийный номер телефона на официальном сайте производителя, он оказался восстановленным, в связи с чем решила сдать телефон и получить возврат денежных средств. 25 января 2020 года приехала в магазин «***», где находился ФИО1, которому объяснила суть проблемы, тот сообщил, что телефон необходимо продиагностировать, она согласилась оставить телефон в магазине, поскольку оснований не доверять ФИО1 у нее не было. Взамен на оставленный телефон ФИО1 заполнил акт приема и передал ей. 26 января 2020 года позвонил ФИО1 и сообщил, что у телефона производственный брак и предложил заменить его на модель «Айфон 7+», либо вернуть в полном объеме денежные средства, она попросила вернуть деньги. ФИО1 сообщил, что в течение 10 суток вернет денежные средства на ее банковскую карту, она продиктовала ему реквизиты. В указанный срок денежные средства не поступили, посредством смс-сообщений ФИО1 обещал выплатить деньги. В период до 11 марта 2020 года ФИО1 перечислил ей 12000 рублей двумя платежами, больше денег не поступали. Материального ущерба составляет 28000 рублей, более ФИО1 на связь не выходил. Указанный ущерб являлся для нее значительным, поставил ее в затруднительное материальное положение, так как доход в 2020 году был 18000 рублей, из них она 3000-4000 рублей платила за коммунальные платежи, часть денежных средств тратила на проезд до места работы и продукты питания, кроме того оказывала финансовую поддержку родителям, мобильный телефон ей требовался, в том числе, для осуществления трудовой деятельности, денежные средства на его приобретение она копила;

показаниями потерпевшей В1. о том, что в октябре 2019 года он решил приобрести новый мобильный телефон марки «Айфон 8 Плюс», увидел интересующую модель за 37 000 рублей в интернет-магазине «***» по адресу ****, вызвонив по телефону, мужчина сообщил, что интересующий его новый и оригинальный телефон имеется в наличии. 26 октября 2019 года около 12 часов он приехал в магазин, который располагался на первом этаже 5 этажного здания. Продавец ФИО1, который разговаривал с ним по телефону, сообщил стоимость телефона 

<

***> рублей и что деньги нужны наличными. С собой у него было 20000 рублей наличными, а оставшуюся сумму он планировал перевести онлайн. ФИО1 предоставил ему интересующую модель телефона в коробке, которая была упакована пленкой и повреждений не имела, сомнений в том, что телефон новый у него не возникло, телефон в магазине не вскрывал, исправность не проверял. Он передал ФИО1 наличные денежные средства в размере 20 000 рублей, а оставшиеся 17000 рублей перевел со своего банковского счета на счет, указанный ФИО1 по номеру телефона. ФИО1 заполнил товарный чек и поставил на том подпись. Телефон открыл и осмотрел только вечером, визуально тот выглядел новым, повреждений корпус не имел, телефон включался, дисплей работал, но его смутила цветопередача дисплея, плохо работал динамик, не работала функция NFC (бесконтактная оплата), тогда он понял, что телефон бывший в употреблении и являлся восстановленным. 28 октября 2019 года он приехала в магазин «***», где находился ФИО1, сказал, что телефон хочет сдать и вернуть деньги. ФИО1 сообщил о необходимости продиагностировать телефон, для чего его необходимо оставить в магазине, он согласился, поскольку оснований не доверять ФИО1 не было. Взамен телефона ФИО1 заполнил акт приема и отдал ему, обещал позвонить после диагностики, но не дождавшись звонка, сам позвонил 3 ноября 2019 года ФИО1, который сообщил, что телефон еще не продиагностирован, но он готов вернуть деньги наличными через 10 дней. В установленный день он приехал в магазин, ФИО1 сообщил, что нужной суммы нет и предложил вернуть 5000 рублей, он отказался, так как нужна была вся сумма сразу, тогда тот сообщил, что нужно подождать примерно неделю. Дальнейшее общение происходило посредством смс-переписки, в ходе которой ФИО1 постоянно откладывал дату возврата денежных средств. В 20 числах ноября он понял, что деньги ФИО1 добровольно не вернет, в связи с чем в декабре 2019 года обратился в мировой судебный участок, где получил заочное решение, на основании которого получил исполнительный лист и обратился в службу судебных приставов, но в рамках исполнительного производства с ФИО1 ничего взыскано не было;

показаниями потерпевшей Р2. о том, что 25 июня 2019 года в магазине по адресу: **** она приобрела мобильный телефона «Айфон 8 Плюс» стоимостью 49990 рублей. Покупку оплатила безналичным путем по номеру телефона и карты, указанному ФИО1, который выдал ей товарный чек. Телефон был в исправном состоянии, вечером заметила, что телефон не заряжается. После чего решила проверить его на официальном сайте производителя, номер телефона, указанный на коробке, не совпадал с номером телефона, также был разный код страны производителя. Поняла, что приобретенный телефон является бывшим в употреблении, восстановленным. 27 июня 2019 года приехала в магазин «***» чтобы сдать телефон, ФИО1 сообщил, что нужна диагностика и предложил оставить телефон в магазине, заполнил акт приема на работу и обещал позвонить после диагностики. Через несколько дней ФИО1 позвонил и сообщил, что денежные средства в размере 49990 рублей будут возвращены переводом на карту в течение 10-14 дней. По истечении этого времени денежные средства возвращены не были. После чего обратилась в магазин, где ФИО1 сообщил ей, что нужной суммы нет, предложил вернуть 5000 рублей, она отказалась. ФИО1 сказал, что нужно подождать около недели. После этого в магазин больше не приезжала, дальнейшее общение происходило посредством смс-переписки, в ходе которой ФИО1 постоянно откладывал дату возврата денежных средств. В декабре 2019 года обратилась на судебный участок, где получила решение о взыскании с ФИО1 денежных средств. В рамках исполнительного производства ФИО1 ничего выплачено не было. В результате действий ФИО1 был причинен материальный ущерб в размере 49 990 рублей, который является для нее значительным, поскольку поставил ее в трудное материальное положение, ее доход в 2019 году составлял 20000 рублей;

показаниями потерпевшего Д1. о том, что 12 декабря 2020 года приехал в торговую точку магазина «***» для приобретения телефона Apple Iphone 8 64 Gb Space Grey, который был в наличии, передал сотрудникам магазина 29 990 рублей наличными и забрал телефон. После обнаружил, что телефон не подключается к сотовой сети, имеет дефекты. 14 декабря 2020 года пришел в магазин и сообщил об этом сотруднику магазина, потребовал вернуть денежные средства, тот сообщил, что в течение 10 рабочих дней будет возврат денежных средств. Несмотря на неоднократные обращения по телефону и sms-сообщений сумма денежных средств не возвращена. В результате чего ему причинен материальный ущерб на сумму 29990 рублей;

показаниями потерпевшей А1. о том, что 30 октября 2019 года в сервисном центре «***» у ИП ФИО1 приобрела телефон Apple Iphone 8 plus, 256 Gb Space Gray по цене 44 990 рублей, оплатив наличными денежными средствами, ей был представлен товарный чек. В процессе эксплуатации были выявлены дефекты (тусклый экран, телефон сильно нагревался, звук у телефона был очень тихим). После чего отнесла телефон в сервисный центр по ремонту сотовых телефонов, где мастер сообщил, что данный телефон является неоригинальным. 5 ноября 2019 года с оформлением акта возврата уплаченных денежных средств телефон был сдан ИП ФИО1, но в установленный срок 16 ноября 2019 года денежные средства возвращены не были. 11 марта 2020 года поступили денежные средства в сумме 7000 рублей от ИП ФИО1, но в полном объеме деньги не вернул;

показаниями потерпевшего С1. о том, что в декабре 2020 года решил приобрести на подарок жене сотовый телефон Apple Iphone 12 PRO 128 GBS GOLD, нашел сайт магазина «***». 21 декабря 2020 года позвонил по указанному номеру телефона, ФИО1 сообщил, что данной модели в наличии нет, для заказа телефона необходимо внести предоплату в размере 50% наличными денежными средствами. 21 декабря 2020 года в магазине по адресу: **** внес предоплату в сумме 40000 рублей, ему был выдан товарный чек, продавец поставил подпись и расшифровку «Е.». Остальные 40 000 рублей должен был внести после доставки телефона. 27 декабря 2020 ему поступило смс-сообщение от ФИО1, что телефон ожидают вечером, приехал в магазин, но телефон не поступил, на звонки не отвечали. 28 декабря 2020 года ФИО1 предложил вернуть ему деньги, но деньги не вернул. 30 декабря 2020 года обратился с заявлением в полицию. 10 января 2021 года ФИО1 перевел на его банковскую карту 4 000 рублей. Ему причинен материальный ущерб на сумму 36000 рублей;

показаниями свидетеля К3. о том, что у него совместно с женой К4. в собственности имеется нежилое помещение по адресу: ****, которое с 1 марта 2020 года сдавал в аренду ФИО1 за 40 000 рублей в месяц и дополнительно оплачивались коммунальные платежи около 10 000 рублей. 1 февраля 2021 договор аренды был продлен на 11 месяцев с ежемесячным платежом 45000 рублей. ФИО1 перечислял денежные средства за аренду нерегулярно, задерживал с оплатой, в конце марта 2021 года освободил помещение;

показаниями свидетеля Г. о том, что знаком с ФИО1 с 2017 года, у того была торговая точка «***» по адресу: ****, где он продавал мобильные устройства марки «Apple». ФИО1 искал мастера по ремонту мобильных устройств, он согласился, так как на рабочем месте постоянно находиться не требовалось, оплата была сдельная. Кроме него и ФИО1 в магазине работал продавец по имени В. Начав работать с зимы 2018 года, ФИО1 сообщил о том, что у него арестованы банковские счета и периодически просил пользоваться его банковской картой ПАО «Сбербанк» для перевода клиентами денежных средств, которые должен был снимать и передавать ФИО1 Он предложил открыть еще одну банковскую карту на свое имя и передать в постоянное пользование ФИО1, на что тот согласился. Примерно в 2018 году он открыл на свое имя дебетовую банковскую карту ПАО «Сбербанк» и передал ее в постоянное пользование ФИО1 Движение денежных средств по этой карте не отслеживал. О стоимости продаваемых мобильных устройствах марки «Apple» не знал, ведение отчётности по проданным мобильным устройствам, каких-либо тетрадей или журналов на рабочем месте ФИО1 не видел. Телефоны на продажу ФИО1 всегда привозил лично в магазин. Он ремонтировал любые мобильные устройства не только марки «Apple», также по гарантии ремонтировал несколько мобильных устройств, купленных в данном магазине. Все детали для гарантийного обслуживания покупал ФИО1 на личные денежные средства. За ремонт гарантийных телефонов получал зарплату. Преимущественно ФИО1 гарантийные телефоны на ремонт увозил, куда именно не знает. Также несколько раз выписывал товарные чеки и брал с клиентов денежные средства в счет предоплаты для заказа мобильного устройства, которые передавал ФИО1 в полном объеме. Работал с ФИО1 до зимы 2019 года. За период работы в магазин неоднократно обращались клиенты, которые высказывали претензии о том, что ФИО1 не возвращает им денежные средства. Клиенты возвращали мобильные устройства в связи с качеством проданных мобильных устройств;

показаниями свидетеля Д2. о том, что с начала 2016 года по 2021 год занимался приобретением мобильных телефонов преимущественно марки Apple Iphone, марки Samsung единично, а также аксессуаров к ним (зарядные устройства, айпады, пауэрбанки, чехлы, наушники, часы и иное). Технику приобретал только с официальных магазинов Tmall, MTS, M-видео, а также до 2019 года заказывал телефоны на сайте магазина Ebay. Техника, реализованная через выше перечисленные официальные магазины им была проверена на официальном сайте Apple по серийному номеру на ее подлинность. С 2019 года по 2021 год он заказывал и приобретал технику исключительно с Tmall, которая прошла испытания в «Ростест», была сертифицирована в России, приобретать технику из-за рубежа стало невыгодно из-за возрастания курса доллара. Оригинальный, подлинный мобильный телефон, который не был в употреблении, не ремонтировался. Для реализации приобретенной техники им размещалось объявление в сети Интернет на сайте Авито, а также предоставлялась информация своим знакомым. Каждый раз мобильные телефоны, аксессуары к ним и другая техника ему доставлялась разными людьми, оплата им осуществлялась наличными при получении и после проверке по IMEI по сайту «Аpple», что модель телефона является оригинальной. Пленку с коробки телефона не снимал, так как при продаже телефон считается бывший в употреблении. В конце 2015 года - начале 2016 года он познакомился с ФИО1, которому рассказал, что занимается продажей мобильных телефонов и аксессуаров к ним и может данную технику продавать по взаимовыгодной цене. ФИО1 стал покупать различную технику, в том числе мобильные телефоны, при этом мобильные телефоны марки «Apple Iphone», аксессуары к ним и иную технику в его присутствии проверял по сайту «Apple» и, убедившись, что мобильный телефон оригинальный, приобретал его. Претензий по качеству товара от него не поступало. В период с конца 2018 года по март 2021 года ФИО1 за приобретенную технику с аксессуарами осуществлял перечисления денежных средств на банковские карты со своей банковской карты, с карты его бабушки М., а также сотрудника Е.;

показаниями свидетеля З. о том, что 2 марта 2020 в магазине по адресу: **** для приобретения сотового телефона Apple IPhone 8 plus 64 gb Silver внесла предоплату 15 000 рублей через электронное приложение Сбербанк на номер телефона ФИО1 4 марта 2020 года вновь пришла в магазин и перевела оставшиеся 20 000 рублей, после чего забрала телефон, который был в оригинальной коробке с необходимыми документами и комплектующими. Через полгода эксплуатации стали происходить технические неисправности, перестал работать микрофон, произошла деформация экрана телефона, она поняла, что телефон не новый;

показаниями свидетеля Е. о том, что официально у ИП ФИО1 никогда не работал, просто проживал в подсобном помещении его магазина, взамен на то, что иногда приходили люди, которым он передавал коробки из-под телефонов марки Айфон, по весу казалось, что внутри было мобильное устройство. В магазине стояли стеклянные витрины с пустыми коробками от мобильных телефонов, аксессуаров к ним, смарт часов, товара в магазине не было. ФИО1 сам приносил товар, когда встречался с покупателями. В магазине накладных не было, серийные номера товаров некоторые покупатели проверяли через интернет. Гарантийную технику в основном забирал Д2., также ее куда-то отводил ФИО1 Часть отремонтированного товара возвращалась покупателям, иногда он писал акты приема-передачи, товарные чеки, когда отдавал либо принимал товар. Иногда покупатели передавали ему деньги наличными, чеки о получении денег не выдавал. Иногда выписывал бумажный акт приема на ремонт. Практически всегда деньги покупателями переводились ФИО1 по телефону. Документация в виде журналов поступления денежных средств не велась, кассового аппарата не было. Пару раз ему переводили денежные средства покупатели, но он потом их переводил по номеру телефона ФИО1;

показаниями свидетеля Ш1. о том, что 29 декабря 2020 года его отец Ш2. приобрел сотовый телефон марки «Apple iphone 8/64 gb Space Grey» IMEI ** в магазине по ул. **** г. Перми за 29900 рублей. Мобильный телефон был подарен отцом Ш2., упакованным в коробку, которая была в пленке, видимых повреждений у коробки не имелось. Претензий на работоспособность телефона не было;

показаниями свидетеля Ш2. о приобретении 29 декабря 2020 года сыну Ш1. в магазине ИП ФИО1 мобильного телефона «Apple iphone 8/64 gb Space Grey» ???? ** в корпусе серого цвета, коробка видимых повреждений не имела. Наличные денежные средства передал продавцу Е., был выдан товарный чек. В ходе следствия узнал, что данный телефон ранее был передан на ремонт потерпевшим Д1.;

показаниями свидетеля Ф1., что летом 2020 года в магазине по адресу: ****, приобрел сотовый телефон Apple айфон 7 32 гигабайта блэк, часть денег заплатил наличными, часть перевел, стоимость составила около 30 000 рублей, телефона подарил супруге, через какое-то время телефон сломался и она отдала его брату, который его отремонтировал и стал пользоваться;

показаниями свидетеля К5., который пользовался сотовым телефоном Apple айфон 7, подаренным его сестрой Ф2. Телефон был сломан, требовалась замена стекла экрана, был кем-то перепрошит;

показаниями свидетеля А2. о том, что 6 ноября 2019 года в магазине ИП ФИО1 приобрел мобильный телефон «Apple iPhone 8» за 32 990 рублей. ФИО1 заполнил товарный чек с указанием данных о мобильном телефоне, его стоимости, указав гарантию 1 год, расписался в чеке и проставил оттиск печати ИП ФИО1 Мобильный телефон был в коробке, упакован в пленку;

показаниями свидетеля Ш3. о том, что в феврале 2023 года приобретал мобильный телефон «Apple iphone X 256 gb Space Gray» с коробкой, от следователя узнал, что ранее телефон был передан на ремонт потерпевшим В2. в магазин ИП ФИО1;

Вина осужденного также подтверждается исследованными в ходе судебного следствия и оцененными судом доказательствами, в том числе:

протоколами принятия устных заявлений потерпевших о совершенных преступлениях; выпиской из ЕГРИП о регистрации ФИО1 17 мая 2016 года в качестве индивидуального предпринимателя, деятельность прекращена 30 сентября 2021 года;

протоколами осмотра изъятых в ходе обыска в квартире ФИО1 претензий к ИП ФИО1 о возврате денежных средств за ранее оплаченный товар с приложением подтверждающих документов от потерпевших О. от 8 июля 2020 года в сумме 43 990 рублей, А1. от 20 января 2020 года о возврате 44 990 рублей, Л. от 6 февраля 2020 года о возврате 40 000 рублей, Р1. от 3 июля 2019 года в сумме 39 990 рублей, В1. от 6 ноября 2019 года в сумме 

<

***> рублей, Р2. от 28 июня 2019 года в сумме 48 990 рублей;

договорами аренды от 1 апреля 2020 года и 1 февраля 2021 года между ФИО1 и К3. нежилого помещения по адресу: ****, площадью 79,2 кв.м.;

протоколом осмотра от изъятых в ходе обыска у ФИО1 имущества и оборудования, находящегося по адресу ****;

протоколом осмотра сайта магазина ***.ru, на котором имеются разделы по категориям товаров. При открытии ссылки на конкретную модель телефона появляется описание, указана стоимость, данных о том, что модели являются неновыми, восстановленными, после ремонта сайт не содержит, в разделе ремонт телефона указана информация по ремонту той или иной марки телефона и адрес магазина: ****, контактные данные;

договором субаренды от 29 марта 2021 года о передаче ООО «***» ФИО1 за плату во временное пользование нежилого помещения по адресу: ****, лит. Д; 

Выпиской Банк ВТБ (ПАО) об открытии ФИО1 14 сентября 2011 года счета и его закрытии 14 апреля 2021 года;

протокол осмотра переписки С1. с ФИО1 о покупке телефона, требований о возврате и перечислении денежных средств в сумме 4 000 рублей;

протоколом осмотра сведений ПАО «Сбербанк России» о поступлении в период с 1 по 30 апреля 2019 года на расчётный счет ФИО1 денежных средств в сумме 588 110 рублей, израсходованы денежные средства в размере 586717, 82 рублей;

сведениями ООО «Т2 Мобайл», подтверждающими использование телефонных аппаратов, приобретенных потерпевшими, иными лицами;

протоколами осмотра сведений ПАО «Сбербанк России» о перечислении ФИО1 с банковской карты 26 июля 2019 года 10 000 рублей на счет Р1., 11 марта 2020 года в размере 6 000 рублей на счет А1., 11 марта 2020 года 7 000 рублей на счет Л., 16 марта 2020 года Ш. перечислил денежные средства в размере 21 900 рублей, 13 и 18 августа 2020 года перечислены денежные средства в общей сумме 8 000 рублей на счет О., 10 декабря 2020 года перечислены 10 000 рублей на счет К1., 1 марта 2021 года перечислены 5 000 рублей на счет С1.;

протоколами выемки и осмотра изъятых у К5., З., К6., Ш3., Н., Ш1., С3. мобильных телефонов и документов;

протокол осмотра информации о географическом положении абонентов мобильных телефонов, приобретенных потерпевшими, переданных в связи с неисправностью в магазин ФИО1 и использованных после этого другими лицами;

а также другими доказательствами, изложенными в приговоре.

Сведений о заинтересованности потерпевших, свидетелей обвинения при даче показаний в отношении ФИО1, оснований для оговора, существенных противоречий по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о его виновности, на правильность применения уголовного закона, равно как и данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения, незаконных методах ведения следствия, не установлено. Показания допрошенных лиц являются последовательными, согласуются как между собой, так и с письменными доказательствами по делу, имевшиеся противоречия устранены путем оглашения их показаний в ходе предварительного следствия. Показания неявившихся потерпевших и свидетелей, в том числе потерпевшей Л., также оглашены в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон при наличии сведений о их надлежащем извещении в судебное заседание.

Совокупность исследованных и положенных судом в основу обвинительного приговора доказательств позволила с достаточной полнотой воссоздать картину произошедший событий и сделать однозначный вывод о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

Суд первой инстанции на основании исследованных и положенных в основу приговора доказательств пришел к обоснованному выводу о наличии у ФИО1 умысла и корыстного мотива на хищение имущества потерпевших В1., А1., Д1., Ш., В2., Л., К2., О., С2., Р1., Р2. путем его присвоения, поскольку исходя их фактических обстоятельств достоверно установлено, что ФИО1, желая улучшить свое материальное положение, принимал вверенные ему телефоны потерпевших для ремонта, однако обращал их в свою пользу и распоряжался по своему усмотрению, извлекая материальную выгоду, не принимая своевременных мер для возмещения ущерба потерпевшим. 

Мошенничество в отношении потерпевших К1. и С1. также совершено им путем обмана, поскольку принимая от потерпевших денежные средства в счет оплаты стоимости телефонов, преследуя корыстный умысел, не желая исполнять взятые на себя обязательства, умышленно не предпринимал никаких действий к заказу мобильных телефонов, а полученные от потерпевших денежные средства обращал в свою пользу. 

При этом ФИО1 осознавая общественно опасный характер своих действий, понимая, что похищает имущество и денежные средства против воли потерпевших, не имея прав по распоряжению, предвидел опасные последствия в виде причинения потерпевшим материального ущерба и желал их наступления, о чем свидетельствуют фактические обстоятельства по уголовному делу. 

Квалифицирующие признаки присвоения в отношении потерпевших Л., К2., О., С2., Р1., Р2. "с причинением значительного ущерба гражданину", вопреки доводов защиты, нашли свое полное подтверждение и должным образом мотивированы в приговоре, оснований не согласиться с ними не имеется, поскольку исследованные и положенные в основу доказательства, в том числе сведения федеральной налоговой службы о доходах потерпевших на момент хищений, подтверждают, что в результате совершенных преступлений данные потерпевшие были поставлены в тяжелое материальное положение и это причинило им значительный ущерб и существенно отразилось на их материальном положении. 

При этом суд руководствовался примечанием 2 к ст. 158 УК РФ, учитывал имущественное положение потерпевших, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевших, размер заработной платы, пенсии, наличие иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и другие значимые для разрешения данного вопроса обстоятельства в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве".

Так хищение у Л. телефона, приобретенного за 40 000 рублей на скопленные денежные средства, с учетом ее дохода в размере 18000 рублей, из которых около 4 000 рублей она тратила на коммунальные платежи, проезд до работы, продукты питания, оказывала финансовую поддержку родителям, с учетом необходимости использования мобильного телефона для осуществления трудовой деятельности, безусловно, поставило ее в тяжелое материальное положение и причинило значительный материальный ущерб.

Хищение у нетрудоустроенного потерпевшего С2. телефона, приобретенного им на личные накопления за 32 990 рублей, у Р2. приобретенного за 49990 рублей телефона, стоимость которого в несколько раз превышала ее доход, у К2. приобретенного за счет накопленных и взятых в долг средств за 34990 рублей телефона, превышающего его доход в размере 30000 рублей, наличие у них совместных с супругой ипотечных обязательств, расходов на коммунальные услуги, невозможность своевременного приобретения аналогичного телефона, который требовался в трудовой деятельности, у потерпевшей Р1. хищение телефона, приобретенного на скопленные средства за 40990 рублей, значительной превышающей размера ее дохода в 24000 рублей, наличия на иждивении несовершеннолетнего ребенка - первоклассника, коммунальных расходов, необходимости использования телефона в работе, у потерпевшей О., которая дохода не имела, находилась на содержании матери, хищение телефона, приобретенного за 43990 рублей, утратой имевшихся на нем данных, в том числе приложения ПАО Сбербанк, приобретение в последующем уже бывшего в употреблении телефона на средства бабушки, безусловно поставило потерпевших в затруднительное материальное положение и причинило им значительный материальный ущерб. 

С учетом личности потерпевших, их семейного и материального положения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что размер похищенного имущества поставил потерпевших Л., К2., О., С2., Р1., Р2. в затруднительное материальное положение, так как, учитывая размер их ежемесячного дохода, не превышающий либо незначительно превышающий стоимость похищенного имущества, наличие коммунальных расходов, кредитных обязательств, иных расходов, затруднительность в приобретении имущества аналогичного похищенному, значимости для них похищенного имущества, совершенные ФИО1 хищения поставили данных потерпевших в затруднительное материальное положение.

Оснований ставить под сомнение правильность определенного размера причиненного потерпевшим ущерба с учетом достаточности исследованных доказательств не имеется.

Доводы об отсутствии в действиях осужденного ФИО1 умысла на совершение преступлений, поскольку, являясь индивидуальным предпринимателем, реализовывал товар, поставляемый Д2. в упаковке, принимал меры к возмещению ущерба за некачественный товар и имеются гражданско-правовые отношения, являются несостоятельными и опровергаются совокупностью исследованных доказательств, подтверждающих, что корыстный умысел осужденного каждый раз был направлен именно на хищение чужого имущества и денежных средств потерпевших, поскольку получив вверенные ему для ремонта и диагностики мобильные телефоны, а также полученные средства в качестве предварительной оплаты за телефон, мер к исполнению обязательств не принимал, в установленный срок ущерб не возмещал, а присваивал и распоряжался чужим имуществом по своему усмотрению, что подтверждает наличие в действиях осужденного составов инкриминируемых преступлений. При этом предпринятые меры к частичному возмещению потерпевшим ущерба на правильность квалификации не влияют.

С учетом изложенного следует признать, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных доказательств в их совокупности позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений и правильно, с учетом позиции государственного обвинителя, исследованных и оцененных доказательств, квалифицировать его действия: в отношении потерпевших К1. и С1. - по ч. 1 ст. 159 УК РФ, в отношении потерпевших В1., А1., Д1., Ш., В2. - по ч. 1 ст. 160 УК РФ, в отношении потерпевших Л., К2., О., С2., Р1., Р2. - по ч. 2 ст. 160 УК РФ. Оснований для иной квалификации его действий суд апелляционной инстанции не усматривает.

Судебное следствие по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права. 

Все доказательства, которые приведены судом в качестве доказательств виновности были получены при соблюдении требований уголовно-процессуального закона и являются допустимыми. Суд в достаточной степени мотивировал свои выводы, указал, какие доказательства им положены в основу приговора, а какие отвернуты, противоречий в данной части не имеется, и оснований для переоценки выводов суда нет.

Данных, свидетельствующих о неполноте предварительного расследования и судебного следствия, повлиявших на постановление законного и обоснованного решения по делу, о предвзятости или обвинительном уклоне суда, из материалов дела не усматривается.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного ФИО1, неверной квалификации, неправильном применении уголовного закона.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия, в том числе при возбуждении, принятии дела к производству, продлении срока предварительного следствия, проведении следственных и процессуальных действий (ст. 140, 147, 220 УПК РФ), влекущих возвращение уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ, по настоящему уголовному делу судом не установлено, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Утверждение защиты о том, что установление срока предварительного следствия руководителем следственного органа при возвращении дела для производства дополнительного следствия возможно только, если уголовное дело было возвращено прокурором в порядке ст. 221 УПК РФ или судом в порядке ст. 237 УПК РФ, основано на неверном толковании закона. Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, в том числе в части продления сроков следствия допущено не было. 

То обстоятельство, что после возобновления предварительного расследования оно неоднократно приостанавливалось на основании п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, после чего указанные решения отменялись, производство по делу в соответствии с положениями ст. 211 УПК РФ возобновлялось с установлением надлежащим руководителем следственного органа срока предварительного расследования в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 162 УПК РФ. При этом в каждом случае при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия начальником следственного органа в соответствии с положениями ч. 6 ст. 162 УПК РФ был установлен срок предварительного следствия, последний раз до 27 декабря 2024 года, тогда как уголовное дело с обвинительным заключением в пределах срока следствия было направлено прокурору 16 декабря 2024 года, поэтому дальнейшего продления не требовалось.

Все постановления об отказе в возбуждении уголовного дела были признаны незаконными и в установленном законном порядке отменены, в том числе, вопреки доводам защиты, постановление следователя ОРПОТ Индустриального района СУ УМВД России по г. Перми от 26 сентября 2024 года о прекращении уголовного преследования в части отменено уполномоченным должностным лицом 6 ноября 2024 года. Решения по гражданским делам о взыскании ущерба не свидетельствуют о невиновности ФИО2 в совершении преступлений, поскольку обстоятельства совершения преступлений были установлены на основании анализа совокупности исследованных доказательств, которым судом дана надлежащая оценка с точки зрения их относимости, допустимости и достаточности для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступлений. 

Данных, свидетельствующих об ущемлении права ФИО1 на защиту, или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения, в материалах уголовного дела не содержится. Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с требованиями ст. 237 УПК РФ не имелось.

Приговор соответствует требованиям, предусмотренным ст. ст. 297, 304, 307 - 309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства преступлений, установленные судом, правильно проанализированы доказательства, обосновывающие вывод о виновности ФИО1 в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации его действий и назначенного наказания, разрешены другие вопросы, предусмотренные ст. 299 УПК РФ. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено. Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ.

При назначении осужденному ФИО1 наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, который на учетах не состоит, характеризуется положительно, трудоустроен, имеет устойчивые социальные связи, а также учтено влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, отсутствие отягчающих и наличие смягчающих наказание обстоятельств, которыми обоснованно признаны и учтены на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ по преступлениям в отношении потерпевших К1., К2., Р1., С1., Ш. - добровольное возмещение причиненного материального ущерба, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ по всем преступлениям - неудовлетворительное состояние здоровья осужденного, по преступлениям в отношении Р2., С2., В1., А1., В2., Л., О., Д1. - частичное возмещение материального ущерба, принесение извинений потерпевшим Р1., К2. в ходе судебного заседания. 

Оснований для признания в действиях подсудимого смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. "д" ч. 1 ст. 61 УК РФ - совершение преступлений в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств суд обоснованно не усмотрел, поскольку в период совершения преступлений ФИО1 являлся трудоспособным, а испытываемые временные материальные затруднения вызваны обычными бытовыми причинами и не свидетельствуют о стечении тяжелых жизненных обстоятельств. 

Сомнений во вменяемости осужденного с учетом его личности, обстоятельств совершения преступлений, поведения в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства нет.

Проанализировав конкретные обстоятельства дела, учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде обязательных работ за каждое преступление, не усмотрев оснований для назначения более мягкого наказания, поскольку это не будет способствовать целям наказания, исправлению осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Предусмотренных ч. 4 ст. 49 УК РФ препятствий для назначения ФИО1 наказания в виде обязательных работ, не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных преступлений, поведением осужденного во время или после их совершения, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и личности осужденного, свидетельствующих о наличии оснований для изменения категории преступлений на основании с ч. 6 ст. 15 УК РФ, назначения ФИО1 с применением ст.ст. 64, 73 УК РФ, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

На основании требований п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования по преступлениям в отношении потерпевших К1., С1., В1., А1., Д1., Ш., В2. суд пришел в обоснованному выводу об освобождении ФИО1 от назначенного наказания. 

Оснований для постановления приговора без назначения наказания или освобождения ФИО1 от наказания за преступления в отношении потерпевших Л., К2., О., С2., Р1., Р2. у суда не имелось. 

Вместе с тем, учитывая, что после удаления суда первой инстанции в совещательную комнату, 12 мая 2025 года потерпевшему Д1. был возмещен ущерб в размере 90 рублей, в ходе апелляционного рассмотрения стороной защиты представлены сведения о возмещении 14 июля 2025 года ущерба потерпевшей Р2. в размере 28990 рублей и потерпевшей А1. в размере 9990 рублей, тем самым в полном объеме возместив данным потерпевшим причиненный материальный ущерб, суд апелляционной инстанции считает необходимым в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать смягчающим наказание обстоятельством по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 160 УК РФ, в отношении потерпевших Д1., А1., по ч. 2 ст. 160 УК РФ в отношении потерпевшей Р2., - полное добровольное возмещение имущественного ущерба вместо частичного, смягчив назначенное по данным преступлениям наказание, а также из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора исключить указание о взыскании с ФИО1 материального ущерба в пользу потерпевших Д1., А1., в удовлетворении их исковых требований отказать в связи с полным возмещением ущерба.

В соответствии с требованиями пп. «а, б» ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года, а со дня совершения преступления средней тяжести прошло шесть лет. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения (ч. 2). Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда (ч. 3).

Согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 160 УК РФ, относятся к категории средней тяжести.

Поскольку преступления, квалифицированные по ч. 2 ст. 160 УК РФ, в отношении потерпевшей Р2. совершены 27 июня 2019 года, в отношении потерпевшей Р1. 3 июля 2019 года и течение срока давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности за данные преступления не приостанавливалось, шестилетний срок давности привлечения его к уголовной ответственности за данные преступления средней тяжести истек, он подлежит освобождению от назначенного наказания. 

В связи с вносимыми изменениями окончательное наказание ФИО1 подлежит назначению по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности четырех преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 160 УК РФ в отношении потерпевших К2., Л., О., С2., путем частичного сложения назначенных наказаний.

Исковые требования потерпевшей Л. разрешены судом на основании ст.1064 ГК РФ и обоснованно взысканы с осужденного. При этом доводы стороны защиты об уважительности причин невозмещения ущерба указанной потерпевшей являются несостоятельными, изменение приговора не влекут, поскольку само по себе принятие стороной защиты мер к розыску потерпевшей для возмещения причиненного материального ущерба, который фактически в полном объеме не был возмещен, тогда как частичное возмещение материального ущерба потерпевшей Л. признано судом смягчающим наказание обстоятельством на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, основанием для прекращения дела не являются и смягчение наказание не влечет.

Поскольку причиненный потерпевшему Ш. материальный ущерб в размере 21990 рублей был возмещен ФИО1 в полном объеме (т. 20 л.д. 177, 178), а доказательств того, что в результате преступления был причинен вред личным неимущественным правам, либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам, не представлено, тогда как само по себе наступление имущественного ущерба в результате преступления, выразившегося в присвоении телефона, основанием для компенсации морального вреда не является, суд обоснованно в удовлетворении данных исковых требований потерпевшего Ш. отказал, что соответствует правовой позиции, изложенной в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу".

При этом доводы представителя потерпевшего о том, что данный вопрос судом не исследовался и не выяснялось каким нематериальным благам причинен ущерб, являются несостоятельными, поскольку потерпевший в судебном заседании в присутствии своего представителя заявлял исковые требования, давал пояснения, в том числе в части заявленных исковых требований, моральный вред обосновывал нравственными страданиями в связи с испытанными от действий виновного сильными негативными эмоциями, вместе с тем доказательств того, что указанные обстоятельства нарушили личные неимущественные права либо причинили вред нематериальным благам потерпевшего Ш. не представлено.

Исковые требования потерпевшего Ш. о взыскании с осужденного процентов за пользование чужими денежными средствами также судом обоснованно оставлены судом без рассмотрения, поскольку требования имущественного характера, хотя и связанные с преступлением, но относящиеся к последующему восстановлению нарушенных прав потерпевшего подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства, что соответствует разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу".

Судьба вещественных доказательств и арестованного имущества разрешена в соответствии с требованиями закона.

Иных оснований, влекущих изменение или отмену приговора, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Свердловского районного суда г.Перми от 12 мая 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать смягчающим наказание обстоятельством по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 160 УК РФ, в отношении потерпевших Д1., А1., по ч. 2 ст. 160 УК РФ в отношении потерпевшей Р2., - полное добровольное возмещение имущественного ущерба вместо частичного; 

смягчить назначенное в отношении потерпевших Д1. и А1. наказание до 160 часов обязательных работ за каждое преступление и на основании пп. «а, б» ч. 1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности от назначенного наказания ФИО1 освободить; 

смягчить назначенное ФИО1 по ч. 2 ст. 160 УК РФ наказание в отношении потерпевшей Р2. до 230 часов обязательных работ;

на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, п. «б» ч. 1 ст. 78 УК РФ ФИО1 освободить от наказания, назначенного по ч. 2 ст. 160 УК РФ в отношении потерпевшей Р1. в виде обязательных работ сроком на 200 часов и по ч. 2 ст. 160 УК РФ в отношении потерпевшей Р2. в виде обязательных работ сроком 230 часов.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности четырех преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 160 УК РФ в отношении потерпевших К2., Л., О., С2., путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 350 часов обязательных работ.

Из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора исключить указание о взыскании с ФИО1 материального ущерба в пользу потерпевшего Д1. в размере 90 рублей, в пользу потерпевшей А1. размере 9990 рублей, в удовлетворении исковых требований потерпевших Д1., А1. отказать.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1, адвоката Суслова П.А., представителя потерпевшего Ш. - адвоката Брязгунова А.С. - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись