В О Р О Н Е Ж С К И Й О Б Л А С Т Н О Й С У Д

№ 33-1437/2026

Дело № 2-3239/2025

УИД 36RS0002-01-2025-001112-72

Строка № 2.212

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Воронеж 17 февраля 2026 г.

судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Кузнецовой Л.В.,

судей Безрядиной Я.А., Сорокина Д.А.,

при секретаре Афониной А.И.,

с участием прокурора Бескакотовой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Воронежского областного суда по докладу судьи Безрядиной Я.А.

гражданское дело № 2-3239/2025 по иску ФИО2, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО16 к муниципальному бюджетному учреждению дополнительного образования центр дополнительного образования «Созвездие», администрации городского округа г. Воронеж о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, дополнительных расходов

по апелляционной жалобе муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования центр дополнительного образования «Созвездие»

на решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 09 октября 2025 г.

(судья районного суда Каширина Н.А.),

У С Т А Н О В И Л А :

ФИО2, действуя в интересах несовершеннолетнего ФИО1 обратился с иском к МБУ ДОЦ ДО «Созвездие», администрации городского округа г. Воронеж о возмещении ущерба в размере 133806,96 руб., компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью сына ФИО1 в размере 2000 000 руб.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 с сентября 2023 года осуществлял обучение в группе «Знайка» отдела дошкольного развития «Светлячок» в муниципальном бюджетном учреждении дополнительного образования центр дополнительного образования «Созвездие», расположенном по адресу: 

<

адрес>. В результате ненадлежащего исполнения работниками ответчика своих должностных обязанностей 20.01.2024 ребенку ФИО1 был причинен вред здоровью – контузия глазного яблока тяжелой степени с разрывом роговицы, субконъюктивальным разрывом склеры, выпадением оболочек и содержимого глазного яблока. После полученных травм, ребенок был госпитализирован в БУЗ ВО «Воронежская клиническая офтальмологическая больница» и находился на стационарном лечении в период с 20.01.2024 по 23.01.2024. Указанные повреждения относятся к тяжкому вреду, причиненного здоровью человека. Вследствие причиненной травмы, несовершеннолетний ФИО3 перенес физические и нравственные страдания. По данному факту было проведено уголовное расследование, по результатам которого вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления предусмотренного частью 2 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. С начала периода лечения истец понес финансовые траты на медикаменты, необходимые для лечения ребенка в общем размере 133806,96 руб.

Решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 09.10.2025 исковые требования ФИО2 удовлетворены частично.

С МБУ ДОЦ ДО «Созвездие» в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 руб. В удовлетворении исковых требований ФИО2 в остальной части отказано (т. 2 л.д. 35, 36-43).

В апелляционной жалобе представитель МБУ ДОЦ ДО «Созвездие» выражает несогласие с судебным постановлением, считает, что они вынесены с нарушением норм материального и процессуального права. Указывает на то, что вина учреждения в причинении вреда ребенку истца отсутствует, ввиду чего размер компенсации морального вреда, взысканный нижестоящим судом, подлежит снижению (т. 2 л.д. 50-53).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика МБУ ДОЦ ДО «Созвездие» по ордеру адвокат Чеботарев М.И. доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала.

Представитель администрации городского округа г. Воронеж по доверенности ФИО4 полагала постановленное районным судом решение подлежащим изменению в части размера взысканной компенсации морального, сославшись на ее чрезмерность.

В заключении представитель отдела прокуратуры Воронежской области прокурор Бескакотова А.В. указала на отсутствие оснований для отмены правильного по существу судебного постановления.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, заявлений и ходатайств об отложении слушания дела не заявлено, что с учетом части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, позволяет рассмотреть дело в их отсутствие.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, законность судебного постановления, принятого судом первой инстанции, выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы. Оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены судебного постановления в апелляционном порядке не имеется.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 являлся воспитанником МБУ ДО ЦДО «Созвездие».

Как следует из материалов настоящего дела и материалов уголовного дела, 20.01.2024 несовершеннолетний ФИО1 находился в вышеуказанном детском центре МБУ ДО ЦДО «Созвездие», где в ходе перемены, перемещаясь из кабинета № 1 в помещение игровой, допустил столкновение с дверью кабинета, в результате чего ударился областью левого глаза об дверную ручку.

Постановлением старшего следователя следственного отдела по Коминтерновскому району г. Воронежа СУ СК РФ по Воронежской области от 07.11.2024 установлено, что в действиях должностных лиц имеется состав преступления, предусмотренного частью 2 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, однако уголовное дело № 12402200003640115 28.07.2025 приостановлено, в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Согласно заключению эксперта № 1836.24 от 02.08.2024, у ФИО1 установлено наличие повреждения в виде контузии левого глазного яблока тяжелой степени с разрывом роговицы, субконъюктивальным разрывом склеры, выпадением оболочек и содержимого глазного яблока. Повреждение квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью, так как повлекло за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30 процентов) – 35 % (пункт 24 по Таблице процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин).

По факту указанного выше события 20.01.2024 комиссией по расследованию несчастного случая составлен акт о расследовании группового несчастного случая, тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом с обучающимся, согласно которому установлены причины несчастного случая - недостаточный контроль за обучающимися во время перемены, нарушение должностных обязанностей в части ответственности за жизнь и здоровье детей во время образовательного процесса со стороны педагога дополнительного образования; недостаточное обучение обучающихся правилам безопасного поведения во время перемены со стороны педагога муниципального образования; ненадлежащее исполнение обязанностей по созданию и обеспечению здоровых и безопасных условий образовательного процесса со стороны начальника отдела дошкольного развития «Светлячок»; нарушение правил безопасного поведения обучающимся во время перемены.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, оценив совокупность представленных доказательств, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 151, 1064, 1073, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 28 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», исходил из презумпции виновности образовательного учреждения, обязанного осуществлять надзор за несовершеннолетним, причинившим вред во время нахождения под надзором данного учреждения, пришел к выводу, что вред здоровью ФИО1 причинен вследствие недостаточного присмотра педагога, на которого возложена обязанность осуществлять надлежащий контроль за детьми группы, в строгом соответствии с требованиями инструкции по охране жизни и здоровья детей в помещениях и на детских площадках дошкольного образовательного учреждения, в связи с чем, ответственность за причиненный вред должна быть возложена на МБУ ДО ЦДО «Созвездие».

Определяя размер компенсации морального вреда, суд нижестоящей инстанции, в силу статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации учитывал характер и степень физических и нравственных страданий, характер и тяжесть телесных повреждений, индивидуальные особенности потерпевшего - несовершеннолетний ребенок, последствия травмы - ребенок нуждался в длительном лечении и реабилитации, психологической помощи; изменение привычного образа жизни ребенка в его возрасте, подразумевающего различного рода активности и социализирующую составляющую, а также учитывал степень вины ответчика, поскольку травма ФИО1 была получена в присутствии педагога, который не предотвратил ее получения ребенком, и пришел к выводу, что в пользу ФИО1 с ответчика подлежит взысканию компенсация в размере 1 000 000 руб.

Судебная коллегия полагает, что вывод суда первой инстанции в части определенного к взысканию размера компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ФИО1 соответствует нормам материального права и установленным районным судом обстоятельствам, и не опровергается доводами апелляционной жалобы.

Суждения апеллянта об отсутствии вины образовательного учреждения в произошедшем судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами и противоречат нормам действующего законодательства.

Пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается отвозмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина внарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока недоказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или запричинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образовательная организация обязана осуществлять свою деятельность в соответствии с законодательством об образовании, в том числе создавать безопасные условия обучения, воспитания обучающихся, присмотра и ухода за обучающимися, их содержания в соответствии с установленными нормами, обеспечивающими жизнь и здоровье обучающихся, работников образовательной организации (пункт 2 части 6 статьи 28).

Образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, а также за жизнь и здоровье обучающихся, работников образовательной организации (часть 7 статьи 28 названного выше федерального закона).

Согласно пункту 1 статьи 41 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» охрана здоровья обучающихся включает в себя, в том числе: обеспечение безопасности обучающихся во время пребывания в организации, осуществляющей образовательную деятельность; профилактику несчастных случаев с обучающимися во время пребывания в организации, осуществляющей образовательную деятельность.

В соответствии с пунктом 2 статьи 41 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» организация охраны здоровья обучающихся (за исключением оказания первичной медико-санитарной помощи, прохождения медицинских осмотров и диспансеризации) в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, осуществляется этими организациями.

Согласно пункту 4 статьи 41 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» организации, осуществляющие образовательную деятельность, при реализации образовательных программ создают условия для охраны здоровья обучающихся.

Таким образом, из приведенных положений статьи 41 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации» следует, что образовательные организации обязаны создавать все необходимые условия для обеспечения здоровья детей, начиная от организации питания и соблюдения санитарно-эпидемиологических правил, и заканчивая обеспечением безопасности ребенка и реагированием на факт заболевания.

Именно образовательная организация, как юридическое лицо, ответственное за организацию охраны здоровья обучающихся в период их нахождения в образовательный организации, отвечает за вред здоровью, причиненный несовершеннолетним в этой организации.

В силу пункта 3 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации, если малолетний гражданин причинил вред во время, когда он временно находился под надзором образовательной организации, медицинской организации или иной организации, обязанных осуществлять за ним надзор, либо лица, осуществлявшего надзор над ним на основании договора, эта организация либо это лицо отвечает за причиненный вред, если не докажет, что вред возник не по их вине при осуществлении надзора.

Указанной правовой нормой устанавливается презумпция виновности учебного учреждения, обязанного осуществлять надзор за малолетним, здоровью которого был причинен вред во время нахождения под надзором данного учреждения.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», в случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в образовательной организации (например, в детском саду, общеобразовательной школе, гимназии, лицее), медицинской организации (например, в больнице, санатории) или иной организации, осуществлявших за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» образовательные, медицинские и иные организации, где малолетний временно находился, а также лица, осуществляющие над ним надзор на основании договора (пункт 3 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации), отвечают только за неосуществление должного надзора за малолетним в момент причинения им вреда.

Действия несовершеннолетних детей лишены юридического значения, за них отвечает воспитательное учреждение, обязанное обеспечить безопасные условия пребывания в них детей.

МБУ ДО ЦДО «Созвездие», являясь дополнительным образовательным центром, где несовершеннолетний временно находился под присмотром, обязано отвечать за вред, причиненный несовершеннолетнему, поскольку учреждение не осуществляло должным образом надлежащий контроль за воспитанником в период его пребывания на территории организации в период нахождения на перемене, вина ответчика в данном случае презюмируется, каких-либо допустимых доказательств, подтверждающих отсутствие вины в причинении вреда несовершеннолетнему, свидетельствующих о надлежащем осуществлении сотрудниками МБУ ДО ЦДО «Созвездие» контроля за несовершеннолетним ребенком во время перемены, исключении ситуаций, которые могут привести к причинению вреда здоровью, не представлено.

Таким образом, учитывая, что под виной МБУ ДО ЦДО «Созвездие» в данном случае понимается неосуществление должного надзора за несовершеннолетним в момент причинения вреда, повлекшее получение травмы, судебная коллегия находит верными выводы районного суда о возложении обязанности по возмещению причиненного вреда на МБУ ДО ЦДО «Созвездие».

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии причинно-следственной связи между полученной несовершеннолетним в период его нахождения в дошкольном образовательном учреждении травмой и действиями (бездействием) работниками ответчика, которым не были предприняты все необходимые меры для безопасного пребывания воспитанника в учреждении, вред здоровью несовершеннолетнего ребенка причинен в период его нахождения под надзором дошкольного образовательного учреждения, в результате ненадлежащего исполнения сотрудником детского центра возложенных на него обязанностей по обеспечению безопасности воспитанника.

Устанавливая при разрешении настоящего спора наличие вины сотрудника ответчика в причинении вреда здоровью ребенка, нижестоящий суд принял во внимание положения абзаца 3 пункта 12 постановления Пленума № 25, разъясняющие, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств отсутствия вины работника ответчика, материалы гражданского дела не содержат, ответчиком соответствующих доказательств, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено, равно как не доказано, что вред ребенку причинен по вине иных лиц. Не установлено районным судом и других обстоятельств, которые могли бы служить основанием для освобождения ответчика от ответственности.

Доводы жалобы о чрезмерном размере взысканной компенсации морального вреда судебная коллегия отклоняет в силу следующего.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда вслучаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом сучетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится в том числе здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья и др. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении размера компенсации морального вреда, районный суд исходил из всех обстоятельств дела, а также произошедшего несчастного случая, вины образовательного учреждения в случившемся, тяжести и характера причиненных повреждений, малолетнего возраста потерпевшего, индивидуальных особенностей его личности, степени перенесенных физических и нравственных страданий, обусловленных болевыми ощущениями в связи с полученной травмой, как в момент случившегося, так и после этого, длительность потребовавшегося, лечения, в том числе амбулаторного, при котором несовершеннолетний ребенок существенным образом и длительно был ограничен в передвижениях, перенесенных по поводу изложенного несовершеннолетним переживаниях, исходя из принципа разумности и справедливости, объема нарушенных прав ребенка, а также того, что ответчиком является образовательное учреждение, районный суд определил ко взысканию в пользу несовершеннолетнего ФИО1 с МБУ ДО ЦДО «Созвездие» компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб.

Взысканный нижестоящим судом размер компенсации морального вреда, вопреки доводам жалобы, завышенным не является, соответствует фактическим обстоятельствам дела, наступившим последствиям, определен в соответствии с принципом разумности и справедливости, а также с учетом того, что право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите.

Суждения апеллянта о завышенном размере компенсации морального вреда не свидетельствуют о незаконности судебного постановления, поскольку размер компенсации определен районным судом по правилам статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом всех заслуживающих внимания обстоятельств причинения вреда, характера и степени перенесенных несовершеннолетним нравственных страданий, является разумным, справедливым и не носит ни характера чрезмерности, ни формального характера, определен судом первой инстанции с учетом цели реального восстановления нарушенного права.

Судебная коллегия учитывает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из указанных в законе требований, в связи с чем, оснований полагать, что суд первой инстанции не учел требования закона и неверно определил размер компенсации морального вреда с учетом фактических обстоятельств, не имеется.

При этом размер такой компенсации в размере 1 000 000 руб. является адекватным и реальным.

Дополнительных обстоятельств, которые не были учтены районным судом, в апелляционной жалобе не приведено.

Оснований для снижения размера компенсации морального вреда не имеется.

Указание ответчика на невозможность возмещения морального вреда в установленном районным судом размере со ссылкой на то, что МБУ ДО ЦДО «Созвездие» является образовательной организацией, муниципальным бюджетным учреждением, финансируемым денежными средствами городского бюджета, носящих целевой характер, не могут служить основанием к отмене обжалуемого судебного постановления, поскольку при рассмотрении настоящего спора юридического значения не имеют, отсутствие денежных средств целевого назначения у учреждения не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцом требований.

Доводы апелляционной жалобы МБУ ДО ЦДО «Созвездие» не содержат фактов, которые не были проверены и не учеты судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на их обоснованность и законность, либо опровергали выводы районного суда, являются процессуальной позицией ответчика, основаны на неверном понимании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, и не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела нижестоящим судом были допущены нарушения, влекущие отмену вынесенного судебного постановления в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судом первой инстанции правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами по настоящему делу, а также закон, подлежащий применению, в полном объеме определены и установлены юридически значимые обстоятельства. Исходя из установленных районным судом фактических обстоятельств дела, нижестоящий суд правильно применил нормы материального права, определил обстоятельства, имеющие значение для дела, в силу чего основания, предусмотренные статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции у судебной коллегии отсутствуют.

Поскольку решение нижестоящего суда в части отказа во взыскании с ответчика в пользу ФИО2 расходов на лечение, дополнительных расходов, сторонами не обжаловано, постановленный судебный акт в указанной части в силу положений части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые, в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 09 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу муниципального бюджетного учреждения дополнительного образования центр дополнительного образования «Созвездие» без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 18 февраля 2026 г.

Председательствующий:

Судьи коллегии: