Дело №

УИД 19RS0№-27

решение

Именем Российской Федерации

29 сентября 2025 года 

<

адрес>

Абаканский городской суд Республики Хакасия в составе:

председательствующего Канзычаковой Т.В.,

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО14 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, 

с участием представителя истца ФИО9, представителя ответчика адвоката ФИО12,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 6419618,92 руб., расходов на проведение оценки в размере 10000 руб., расходов на эвакуацию автомобиля в размере 20260 руб., по оплате госпошлины в размере 69149 руб., мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 20-21 час. на а/д Енисей Р-257 со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> на территории городского округа 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Toyota Land Cruiser 200 г/н №, принадлежащего истцу и Honda Accord г/н №, под управлением ответчика, в результате виновных действий которого автомобилю истца причинен ущерб. ООО СК «Согласие» признало случай страховым, и произвело страховую выплату в размере 400000 руб., однако согласно экспертному заключению № стоимость восстановительного ремонта истца составляет 6819618,92 руб. Направленная в адрес ответчика претензия оставлена без ответа и исполнения, что послужило основанием для обращения с настоящим иском в суд. 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, привлечено ООО СК «Согласие».

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО11, ФИО10

В судебном заседании представитель истца ФИО9, действующий на основании доверенности, заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Возражал относительно доводов стороны ответчика о пропуске срока исковой давности, указав на то, что транспортное средство истца являлось вещественным доказательством и было возвращено только ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего срок исковой давности подлежит исчислению с указанной даты. Также указал, что информация о банкротстве ответчика стала известна стороне истца только после подачи искового заявления в суд, что процедура банкротства была инициирована ответчиком после получения извещения о проведении оценки поврежденного транспортного средства истца. Просил заявленные требования удовлетворить в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчика адвокат ФИО12, действующий на основании ордера, возражал относительно заявленных требований по доводам, изложенным в письменном отзыве на иск, дополнительно указав, что стороной истца пропущен срок для обращения в суд за защитой нарушенного права, поскольку о размере ущерба истцу было известно еще с ДД.ММ.ГГГГ, после заключения соглашения со страховой компанией об урегулировании убытка. Также указал, что решением Арбитражного суда РХ от ДД.ММ.ГГГГ ответчик признан банкротом, введена процедура реализации имущества, которая завершена ДД.ММ.ГГГГ, производство по делу прекращено, ввиду чего ФИО2 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, которые не были заявлены при ведении реструктуризации долгов или реализации имущества, в связи с чем, истец имел право обратиться в Арбитражный суд с заявлением о включении его в реестр требований кредиторов, однако, не воспользовался своим правом. Пояснил также, что стороной истца завышена сумма ущерба, поскольку частично ущерб возмещен страховщиком, а рыночная стоимость автомобиля истца на дату ДТП была гораздо ниже заявленной. Просил в удовлетворении требований отказать в полном объёме. 

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, третьи лица ФИО11, ФИО10, представитель ООО СК «Согласие» в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, истец и ответчик для участия направили представителей. 

Руководствуясь положениями ст.ст. 48, 167, ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в порядке ст. 56, 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1)

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.

Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГг. №-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленной в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О по запросу Норильского городского суда 

<

адрес> о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пункты 3 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных положений закона в их толковании Конституционным Судом Российской Федерации следует, что в случае выплаты в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов страхового возмещения вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения спора, относятся не только вопросы, связанные с соотношением действительного ущерба и размера выплаченного в денежной форме страхового возмещения, но и оценка на соответствие положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации действий потерпевшего и (или) страховой компании, приведших к такому способу возмещения вреда.

Сам факт заключения потерпевшим соглашения со страховой компанией и получения страхового возмещения в виде денежной выплаты не свидетельствует о наличии недобросовестности в действиях истца, поскольку реализация потерпевшим предусмотренного законом права на получение страхового возмещения в денежной форме сама по себе не может рассматриваться как злоупотребление правом и ограничивать его право на полное возмещение убытков причинителем вреда.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ в 21-20 час. на 111 км + 900 м а/д Р-257 «Енисей» со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> на территории городского округа 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Toyota Land Cruiser 200 г/н №, под управлением ФИО1 и Honda Accord г/н №, под управлением ФИО2, который двигался со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем Toyota Land Cruiser 200 г/н №, который двигался во встречном направлении, с последующим опрокидыванием автомобиля Honda Accord г/н № в левый кювет, в результате которого пассажиры ФИО4, ФИО5 получили телесные повреждения, что следует из рапорта инспектора по ИАЗ ГИБДД МУ МВД России «Красноярское».

Постановлением Дивногорского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ прекращено в связи с примирением с потерпевшими. 

Данным постановлением установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 21-20 час. водитель ФИО2, управляя технически исправным автомобилем марки Honda Accord г/н №, принадлежащим на праве собственности ФИО11, двигался по автодороге Р-257 «Енисей» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> на территории городского округа 

<

адрес> края, в нарушение п. 9.1 (1), 10.1, 10.3, 11.1, 11.2 ПДД РФ, приступил к маневру обгона попутных автомобилей, не учитывая рельефа дороги, ограничивающий видимость в направлении движения, выехал на половину ширины проезжей части, расположенную слева и предназначенную для встречного движения, по которой продолжил движения вперед, не оценив расстояние до встречного автомобиля марки Toyota Land Cruiser 200 г/н №, при обнаружении которого не вернулся на ранее занимаемую полосу, применил экстренное торможение без учета скользкого дорожного покрытия, что повлекло утрату контроля над движением автомобиля, вследствие чего произошел неуправляемый занос и последующее столкновение с автомобилем марки Toyota Land Cruiser 200 г/н №, движущимся по свое полосе со стороны 

<

адрес>. После столкновение автомобиль Honda Accord г/н № вынесло в левый по ходу движения кювет, где произошло его опрокидывание, в результате которого пассажирам автомобиля марки Honda Accord г/н № были причинены телесные повреждения. 

Ввиду указанного суд приходит к выводу, что нарушение водителем ФИО2 ПДД РФ состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, в том числе, с причиненным ущербом транспортному средству Toyota Land Cruiser 200 г/н №.

По данным МВД по РХ, на дату спорного ДТП собственником транспортного средства Toyota Land Cruiser 200 г/н № являлся ФИО1, собственником автомобиля Honda Accord г/н № являлся ФИО11

Из материалов дела также следует, что гражданская ответственность водителя ФИО1 на момент происшествия не была застрахована; в отношении транспортного средства Honda Accord г/н № заключен договор ОСАГО его собственником ФИО11 с ООО СК «Согласие».

Из страхового полиса серии ХХХ № сроком действия с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ следует, что в качестве лиц, допущенных к управлению, указаны: ФИО6, ФИО11, ФИО7

Ответчик ФИО2 в данном перечне лиц отсутствует.

В связи с указанными обстоятельствами, ФИО1 обратился в ООО «СК «Согласие» с соответствующим заявлением, приложив необходимые документы.

Дорожно-транспортное происшествие было признано страховым случаем; на основании соглашения об урегулировании события от ДД.ММ.ГГГГ страховщиком произведена страховая выплата в размере 400 000 руб.

Заявляя требования о взыскании со стороны ответчика суммы материального ущерба в размере 6419618,92 руб., сторона истца ссылается на его (ФИО2) виновность в спорном ДТП, также на заявку на ремонт ООО «Медведь-Премиум» №МП05215401 от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Toyota Land Cruiser 200 г/н № составляет 6376136,54 руб.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в том числе деятельность по использованию транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2).

Пунктом 1 ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Под владельцем транспортного средства как источника повышенной опасности понимается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства (абз. 4 ст. 1 Закона об ОСАГО).

Из карточки учета транспортного средства Honda Accord г/н №, представленной по запросу суда следует, что на дату ДТП (ДД.ММ.ГГГГ) его собственником являлся ФИО11

Как следует из вышеприведенных положений закона, ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник.

Факт передачи собственником, иным законным владельцем транспортного средства другому лицу права управления им, в том числе с передачей ключей и регистрационных документов на автомобиль, подтверждает волеизъявление собственника на передачу данного имущества в пользование, но не свидетельствует о передаче права владения автомобилем в установленном законом порядке, поскольку использование другим лицом имущества собственника не лишает последнего права владения им, а следовательно, не освобождает от обязанности по возмещению вреда, причиненного этим источником.

При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения должна быть возложена на собственника этого транспортного средства.

Поскольку доказательств надлежащего наделения собственником автомобиля Honda Accord г/н № ФИО11 водителя ФИО2 правом на его владение, также сведений о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности в отношении ФИО2 в материалах дела не имеется, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных требований к ФИО2 о возмещении имущественного вреда. 

Рассматривая довод стороны ответчика относительно пропуска срока исковой давности, суд приходит к следующему. 

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Иск, возникающий из обязательства вследствие причинения вреда, может быть предъявлен в суд в пределах общего срока исковой давности, установленного статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, равного трем годам со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Положения гражданского законодательства, определяющие начало течения срока исковой давности, сформулированы таким образом, что наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела.

Таким образом, начало течения срока исковой давности закон связывает как с объективным моментом, то есть с нарушением субъективного права и с субъективным моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Соответственно срок исковой давности по требованиям о возмещении вреда составляет три года с момента причинения вреда, следовательно, срок исковой давности для предъявления требования о возмещении вреда, причиненного в результате указанного ДТП, начал течь с ДД.ММ.ГГГГ, поскольку потерпевшему стало известно о причинении ему вреда и о лице, причинившим вред, в момент ДТП, и истек ДД.ММ.ГГГГ, ввиду чего обращение истца в суд ДД.ММ.ГГГГ последовало за пределами срока исковой давности.

Между тем, довод стороны ответчика относительно незаконности предъявленных требований ввиду наличия в отношении ФИО2 решения о признании его несостоятельным (банкротом) судом не принимается во внимание, в силу следующего.

ДД.ММ.ГГГГ Арбитражным судом РХ было принято к производству заявление ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ заявление признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов. 

Решением Арбитражного суда РХ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 завершена процедура реализации имущества, производство прекращено. 

В силу пункта 2 статьи 25 Гражданского кодекса Российской Федерации последствия признания арбитражным судом гражданина несостоятельным (банкротом) устанавливаются законом, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства).

Положением пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств). Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 5 указанной статьи, требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 6 той же статьи правила пункта 5 настоящей статьи также применяются к требованиям о возмещении вреда имуществу, причиненного гражданином умышленно или по грубой неосторожности (абзац пятый).

В соответствии с гражданским законодательством (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации) различаются две формы вины: умысел и неосторожность. При этом неосторожность бывает простая и грубая.

Как неоднократно отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника.

Таким образом, само по себе причинение ущерба имуществу кредитора и неполное возмещение должником причиненного вреда кредитору не является основанием для его неосвобождения от дальнейшего исполнения обязательств, а обусловлено совершением должником умышленных действий, повлекших ущерб имуществу потерпевшего, либо действий с грубой неосторожностью.

Однако, с учетом фактических обстоятельств дела (конкретных действий ответчика, обстановки причинения вреда), принимая во внимание, что ответчик эксплуатировал источник повышенной опасности в отсутствие договора обязательного страхования гражданской ответственности, за что был привлечен к административной ответственности по части 2 статьи 12.37 КоАП РФ постановлением №, суд приходит к выводу, что данные обстоятельства свидетельствуют об игнорировании ФИО2 элементарных, очевидных всем установленных правил эксплуатации транспортного средства и наличию оснований для квалификации спорных обязательств как не подлежащих списанию в силу абзаца пятого пункта 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, довод стороны ответчика об отсутствии правовых оснований для взыскания материального ущерба, заявленных стороной истца, в силу признания его банкротом, является несостоятельным.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО13 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Абаканский городской суд.

Председательствующий Канзычакова Т.В.

Мотивированное решение изготовлено и подписано ДД.ММ.ГГГГ.