Постановление

 

г. Нижнеудинск Иркутской области 23 июня 2023 года

Нижнеудинский городской суд Иркутской области в составе председательствующего Брыкиной О.В., при секретаре судебного заседания Шубиной Н.В., с участием государственного обвинителя Самойленко И.С., лица, уличаемого в совершении запрещенного уголовным законом деяния ФИО1, защитника адвоката Молодёжевой Е.Ю., законного представителя ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № 1- 41/2023 (№ 1-377/2022) в отношении:

ФИО1, родившегося дата обезличена в 

<

адрес обезличен>, судимого:

24 июня 2013 года Норильским городским судом Красноярского края по ч. 1 ст. 162 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освободившегося по отбытии срока 15.02.2017;

10 ноября 2021 года Нижнеудинским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, условно, с испытательным сроком 2 года,

содержащегося под стражей с 20 сентября 2022 года, уличаемого в совершении запрещенного уголовным законом общественно-опасного деяния, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, 

установил:

ФИО1 в состоянии невменяемости совершил запрещенное уголовным законом общественно-опасное деяние, подпадающее под признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, квалифицируемое как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное при следующих обстоятельствах:

20.09.2022 в период времени с 03.00 часов до 14 часов 35 минут ФИО1, страдающий расстройством личности органической этиологии в связи со смешанными заболеваниями, в момент совершения инкриминируемого ему деяния находящийся во временном болезненном состоянии в виде «Преимущественно бредового психотического расстройства вследствие употребления психостимуляторов», с развитием доминирующих в клинической картине бредовых идей преследования, отношения ревности, кратковременных зрительных галлюцинаций, на фоне тревожного, дисфорического аффекта, расстройства процессов мышления с нарушением произвольной регуляции поведения и критических функций, последующим спонтанным выходом из указанного состояния с сохранением резидуальных бредовых идей, которая лишала его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, и его сожительница М., оба в состоянии наркотического опьянения, находились в помещении бани, расположенной в ограде квартиры 

<

адрес обезличен>, где между ними произошла ссора, в ходе которой ФИО1, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к М., решил совершить запрещенное уголовным законом деяние, направленное на убийство последней.

Находясь в указанное время, в указанном месте ФИО1, в состоянии наркотического опьянения, с достаточной силой кулаками, коленями и ногами нанес М. множество ударов в жизненно-важные части тела - голову, грудную клетку, живот и по другим частям тела, причинив М. относящиеся к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни повреждения в виде: 

тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки и живота, состоящей из: закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ушиблено-рваными ранами спинки носа по срединной линии (1), границе правой теменной области и лобной области справа (1), правой височной области (1), верхнего века правого глаза (1), передней и задней поверхностей правой ушной раковины (2), разрывами слизистой нижней губы (2); ссадинами лобной области слева, с распространением на верхнее и нижнее веки левого глаза и левую скуловую область (1), в проекции спинки и кончика носа (1), лобной области справа (1), правой околоушной области спереди (1); кровоподтеками обоих век обоих глаз, лобной области справа и слева (1), передней и задней поверхностей правой ушной раковины с распространением на околоушную область (1), левой щечно-скуловой области (1), подбородочной области справа и слева (3), правой щечной области (1); кровоизлияниями в кожно-мышечный лоскут головы с внутренней поверхности в лобной, обеих височных, обеих теменных и затылочной областях; субдуральным кровоизлиянием на выпуклых поверхностях всех долей левого полушария головного мозга, с распространением в переднюю и среднюю черепные ямки слева, массой около 110 гр., на выпуклых поверхностях всех долей правого полушария головного мозга с распространением в переднюю и среднюю черепные ямки справа, массой около 160 гр.; субарахноидальным кровоизлиянием на выпуклой поверхности правой лобной доли и в проекции обоих затылочных полюсов; внутрижелудочковым кровоизлиянием;

закрытой тупой травмы грудной клетки, сопровождающейся полными поперечными разгибательными переломами 7,9-11 ребер по лопаточной линии справа; полными поперечными разгибательными переломами 2-5 ребер между среднеключичной и передней подмышечной линиями слева; полным поперечным переломом наружной трети левой ключицы; кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани и под пристеночную плевру;

тупой травмы живота, сопровождающейся ссадинами левой боковой поверхности нижнего этажа грудной клетки (2); чрезкапсульным разрывом висцеральной поверхности селезенки; гемоперитониумом (150 мл темной жидкой крови и темно-красного рыхлого свертка крови массой 190 гр). 

А также ФИО1 причинил М. телесные повреждения, относящиеся к не причинившим вред здоровью в виде: ссадин межлопаточной области по срединной линии (4), в проекции углов обеих лопаток (по 1), поясничной области по срединной линии (2), задней поверхности правого локтевого сустава (3), задней поверхности верхней и средней трети правого предплечья (6), тыльной поверхности правой кисти (1), задней поверхности левого локтевого сустава (5), задней поверхности средней и нижней третей левого предплечья (3), тыльной поверхности левой кисти (2), передних поверхностей обоих коленных суставов (по 1), передней поверхности средней трети правой голени (1), тыльных поверхностей обеих стоп (по 4); кровоподтеков задней поверхности нижней трети шеи справа и области правого надплечья (1), в проекции наружного конца левой ключицы и левой подключичной области (4), левой боковой поверхности грудной клетки(1), в проекции гребня крыла левой подвздошной кости (1), правой боковой поверхности грудной клетки (1), в проекции гребня крыла правой подвздошной кости (1), наружной поверхности верхней трети правого плеча (2), внутренней и задней поверхностей нижней трети правого плеча (4), задней, наружной и внутренней поверхностей всех третей правого предплечья и тыльной поверхности правой кисти (15), наружной поверхности средней трети левого плеча (3), левой локтевой ямки (2), задней, наружной и внутренней поверхностей всех третей левого предплечья и тыльной поверхности левой кисти, тыльных поверхностей основных и средних фаланг 2-5 пальцев левой кисти (16), задней поверхности грудной клетки в межлопаточной области (2), задней поверхности нижнего этажа грудной клетки слева (3), поясничной области по средней линии (1), внутренних поверхностей нижних третей обоих бедер (по 1), передних поверхностей обоих коленных суставов (слева 4 и справа 2), передней и наружной поверхностей верхней и средней третей левой голени (10), передней, наружной и внутренней поверхностей всех третей правой голени (18).

В результате действий ФИО1 смерть М. наступила на месте происшествия от тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки и живота с повреждениями внутренних органов и переломами костей скелета с развитием травматического шока.

В судебном разбирательстве ФИО1, лично осуществляя принадлежащие ему процессуальные права, изложил свою позицию по обстоятельствам совершения запрещенного уголовным законом деяния в отношении М., предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, пояснив, что действительно находился с сожительницей М. в бане на протяжении 5 дней, где вместе употребляли наркотики. В указанную ночь, находясь в состоянии наркотического опьянения, приводил М. в чувства после употребления наркотиков, связи с чем ударил ее 2-3 раза рукой по лицу, оказывая ей помощь. Больше ее не бил, насилия не применял. Видя, что М. потеряла сознание, обливал ее водой. Убедившись, что М. жива, сам помылся в бане и ушел в дом. О произошедшем с М. в дальнейшем-ему ничего неизвестно. На предварительном следствии себя оговорил, т.к. находился в наркотическом опьянении на момент допроса, и в силу наличия психического заболевания, не понимал происходящее.

Будучи допрошенным на предварительном следствии ФИО1 заявлял об иной позиции по делу, указывая, с дата обезличена проживал вместе с М. и ее детьми. По характеру М. была конфликтная, агрессивная, употребляла спиртное и наркотики. дата обезличена он весь день находился вместе с М. в бане, закрывшись изнутри на крючок, где употребляли наркотики, и где М. также стирала вещи. Ночью между ними произошла ссора из-за того, что М. поменяла его телефон на телефон С.. Ночью в дверь бани постучала дочь М. - А., просившая дать ей зарядное устройство, на что М. обещала его принести, но так и не принесла. дата обезличена около 3-4 часов ночи ему позвонил С., которого он пригласил к себе поговорить по поводу его телефона, но тот сбросил звонок. Из-за этого он разозлился на М. и под утро стал бить ее кулаками, ногами и коленями по лицу, спине, голове, нанося множество ударов с силой и со злостью. От ударов М. падала, в том числе ударялась головой об печь, у неё появились синяки, из носа потекла кровь. Избивал ее так, что у него сбивалось дыхание, и до тех пор, пока М. не захрипела, оказавшись на полу за печью, где потеряла сознание и лежала вся в крови. Пытаясь привести М. в сознание, облил ту водой, но М. продолжала лежать, хрипеть и тяжело дышать. Затем он помыл руки от крови, сменил свои камуфлированные штаны, в которых находился во время избиения М., и ушел в дом, где переоделся. Детям М. на вопрос о местонахождении матери, уклончиво ответил про баню и С., после чего собрал свои вещи и ушел из дома. Вернувшись минут через 30, понял, что М. мертва. Детям М. сказал, что последняя ушла к С.. Затем пришел к знакомому Ш., которому сказал, что убил М. и попросил сходить к ней, отвлечь детей и вызвать полицию, но тот отказался. После чего он пошел сдаваться в полицию, по дороге ему позвонила дочь М., по телефону которой оперуполномоченный С.А. узнал от него о его местонахождении, где в дальнейшем был задержан сотрудниками полиции. Во время конфликта и избиения М. ему ничем не угрожала, в руках у нее никаких предметов не было, опасности для него она не представляла. Избивал он М., желая причинить последней боль, так как потерпевшая отрицала, что обменяла его телефон на телефон С., из-за чего между ними возникла ссора. При этом М. говорила ему, что никому его телефон она не отдавала, и его телефон находится у него самого, просто она сбила в нем настройки (л.д. 84-88, 94-98, 99-116 т.1).

Выслушав позиции сторон, допросив свидетелей, потерпевшую, исследовав показания свидетелей на предварительном следствии и другие материалы уголовного дела, суд приходит к выводу о совершении именно ФИО1 в состоянии невменяемости общественно-опасного деяния, квалифицируемого как умышленное причинение смерти другому человеку, при изложенных выше обстоятельствах.

Так, из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочери погибшей, допрошенной в присутствии законного представителя и психолога (л.д. 69-73 т.1), следует, что последнее время проживавший в их доме ФИО3 стал вместе с матерью употреблять наркотики, проявлять агрессию к ней, ежедневно ругаться с матерью, странно себя вести, заявляя об организации за ним слежки, в связи с чем он искал в доме и в бане камеры, вскрывал полы в бане. Последний раз она видела мать около 4-5 часов утра дата обезличена, когда она с ФИО3 зашли в дом, и мать спросила у неё о местонахождении зарядного устройства, после чего ушла. При этом мать была спокойной и без телесных повреждений. Проснувшись в половине 8 утра, планируя с матерью пойти в больницу, она пошла к матери в баню, но дверь была заперта изнутри. На ее стук в дверь и просьбы к матери и ФИО3 просыпаться для визита к врачу, слышала, как ФИО3 просил мать вставать. Когда она пошла домой, то ФИО3 отрыл дверь и сказал, что они сейчас прейдут, при этом ФИО3 был взволнован, у него «бегали» глаза и тряслись руки. Так как мать не пришла, она снова легла спать и проснулась в начале первого часа дня, после чего они с сестрой А. ушли в магазин. Вернувшись домой, увидели испуганного ФИО3, который на ее вопрос о местонахождении матери сказал, что та куда-то ушла с вечера и еще не вернулась. Ей это показалось странным, т.к. она знала, что мать никуда не уходила из бани. ФИО3 собрал свои вещи, документы, сказал, что поедет в Тыву и не вернется, после чего ушел. Не поверив ФИО3, она пошла в баню, где увидела мать лежащей на полу за печью с синими ногами. По дороге в баню, увидела вернувшегося в дом ФИО3, который сразу ушел. Опасаясь возможного причинения ФИО3 ей и сестре телесных повреждений, закрыв все двери на замок, они позвонили сестре Екатерине.

Из оглашенных с согласия сторон показаний свидетеля М., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочери погибшей, допрошенной в присутствии законного представителя и психолога (л.д. 63-67 т.1), следует, что за несколько месяцев до случившегося у них стал проживать сожитель матери ФИО3, с которым мать распивала спиртное и употребляла наркотики. В состоянии алкогольного опьянения ФИО3 иногда хватал мать за волосы, избивал ее. Примерно за 4 дня до случившегося мать и ФИО3 стали проживать в бане, где употребляли наркотики. Мать с ФИО3 закрывались в бане и при их с сестрой нуждаемости взять что-то в бане, они должны были стучаться и просить об этом. Около 3 часов ночи дата обезличена она пошла в баню к матери и ФИО3 взять зарядное устройство, но войти не смогла, т.к. дверь была заперта изнутри на крючок. Она попросила принести ей зарядное устройство, на что ФИО3 ответил, что сейчас принесет. Примерно в 06.30 часов ФИО3 в нормальном состоянии зашел в дом и принес зарядное устройство. Одет ФИО3 был только в черные штаны и шлепки. Ей и сестре сказал, что они ему якобы поменяли украденный им ранее телефон. В течение дня мать домой не приходила. Примерно в 15 часу дня они с сестрой М. сходили в магазин, и, вернувшись, обнаружили дома ФИО3. На их вопросы о местонахождении матери ФИО3 сообщил, что она еще накануне вечером ушла к С.. Затем ФИО3 переоделся, собрал свои вещи, документы и ушел, а сестра М. пошла в баню. В это время вернулся ФИО3, взял телефон и, увидев, что М. пошла в баню, сразу ушел из дома. Вернувшись, М. рассказала, что она увидела в бане лежащие на полу посиневшие ноги матери. Они сразу позвонили сестре Екатерине и рассказали о случившемся. Последний раз она видела мать вечером дата обезличена, когда та в огороде развешивала постиранное белье, у матери никаких видимых повреждений на лице не было. Последнее время и именно 19 сентября к ним никто не приходил, в бане были только мать и ФИО3, который по характеру агрессивный, конфликтный, грубый.

Из показаний потерпевшей Т., дочери погибшей М., следует, что в последнее время мать сожительствовала с ФИО3, с которым вместе употребляла спиртное и наркотики. Со слов матери знает, что ФИО3 ревновал ее и избивал, при этом в июле 2022 сама видела у матери повреждения в области правого глаза и затылка. дата обезличена в обеденное время ей позвонила сестра М. и сообщила о том, что ФИО3 убил мать, труп которой лежит в бане, о чем она сразу сообщила в полицию. М. также ей пояснила, что когда она пошла в баню посмотреть мать, ФИО3 зашел в ограду и увидев как она пошла в баню, сразу ушел, а она заперла двери и позвонила ей. Позже М. рассказала ей, что дата обезличена мать стирала белье, вечером ФИО3 ушел с матерью в баню, однако под утро в 5-6 часов мать приходила к ним в дом. Позже, намереваясь идти с матерью к стоматологу, она ходила к ФИО3 и матери в баню, но видела только ФИО3. Потом утром ФИО3 пришел к ним домой и на их с сестрой вопросы о местонахождении матери, сказал, что она ушла к С.. После чего ФИО3 переоделся, забрал документы и ушел. Последнее время ФИО3 проявлял агрессию к матери, о чем ей рассказывала М.. Сестра также сообщала о наличии у ФИО3 мании преследования, который вскрывал крыльцо, полы в бане, сообщал о проверке его телефона, опасаясь слежки. Она сама в тот же день приехала домой к матери, где в бане видела множество следов крови и на печке темные волосы матери, которые были только у нее.

Согласно телефонному сообщению (л.д. 54 т.1) дата обезличена в 14.30 час Т. сообщила в дежурную часть ОМВД России по Нижнеудинскому району, что в квартире 

<

адрес обезличен> отчим избил ее мать, оставил в бане и убежал. Дети бояться заходить, т.к. думают, что он ее убил.

Из показаний свидетеля С.А., оперативного уполномоченного уголовного розыска, следует, что дата обезличена около 14-15 часов в поисках ФИО1, подозреваемого в краже телефона и бензопилы, пришел к дому его сожительницы М. по месту их проживания по 

<

адрес обезличен>. В доме находились испуганные несовершеннолетние М. и А., от которых узнал, что ФИО1 ушел из дома, избив их мать в бане. По просьбе детей сходил в баню, где увидел труп М. с признаками насильственной смерти. Он сообщил в дежурную часть об обнаружении трупа и дождался оперативно-следственную группу. Во время ожидания на телефон М. позвонил ФИО3, с которым он стал вести разговор для определения его местонахождения и задержания. При этом он специально сказал ФИО3, что М. жива, чтобы тот не скрылся. На его вопрос о том, что он сделал с М., ФИО3 сказал, что он побил М. в бане и у него так получилось. Сами девочки ему рассказали, что ФИО3 вечером ушел с матерью в баню, где они закрылись, потом поругались, в пятом или шестом часу утра мать приходила к ним в дом за зарядным устройством и потом опять вернулась в баню, где ФИО3 ее избивал. Утром ФИО3 также заходил к ним в дом и забирал сумку, сказав, что мать находится в бане.

Согласно телефонному сообщению (л.д. 55 т.1) дата обезличена в 14.35 часов оперативный уполномоченный С.А. сообщил в дежурную часть ОМВД России по Нижнеудинскому району, что в квартире 

<

адрес обезличен> совершено убийство и обнаружен труп М. О. В. 

Из показаний свидетеля С.Р., данных как суду, так и на предварительном следствии, оглашенных судом, указавшего о расхождениях в связи с особенностями памяти и прошедшем временем (л.д. 187-190 т.1) следует, что дата обезличена около 13 часов к нему пришел знакомый ФИО3, который был чем-то встревожен, паниковал, нервничал и сказал ему, что утром дата обезличена в ходе ссоры убил свою жену М. в доме на 

<

адрес обезличен>.

Из показаний свидетеля Ш. следует, что утром дата обезличена стуком в дверь его разбудил знакомый ФИО3, который был испуган и говорил два слова: М. и дети. Он решил, что ФИО3 с М., распивая спиртное, приглашают его, после чего закрыл дверь и лег дальше спать. Днем в магазине узнал, что убили М.. Он позвонил дочери М., М., которая ему подтвердила, что ее мать убили.

Однако из показаний свидетеля Ш., данных на предварительном следствии, оглашенных судом (л.д. 134-137 т.1) следует, что дата обезличена пришедший к нему ФИО3 сказал, что убил М., попросил забрать ее детей. Он не воспринял всерьез слова ФИО3 и велел уходить. Днем в магазине узнал, что ФИО3 не шутил, а действительно убил М.. Позже дочь М., М. подтвердила ему по телефону, что ФИО3 забил ее мать, и она видела ноги матери в бане, куда попросила зайти подошедшего сотрудника полиции, полагая, что ФИО3 убил мать. 

Свидетель С. суду показал, что с одноклассницей М. Ольгой длительное время поддерживал приятельские отношения. Последний раз видел М. весной текущего года, когда приходил к ней за рассадой капусты. М. с ФИО3 распивали спиртное, в ходе которого ФИО3 говорил ему, что ревнует М. к нему, хотя личных отношений у них с М. никогда не было и поводов никогда к этому также не было. Вечером дата обезличена от какого-то соседа узнал, что ФИО3 убил М.. Сам к М. в тот период времени не приходил, в гостях у неё с 19 по дата обезличена не был, никаких телефонов у ней не брал и она ему их не предавала.

Из протоколов осмотра места происшествия с приложенными схемой, фототаблицами (л.д.6-43 т.1, л.д. 23-37 т.2) следует, что при осмотре бани, расположенной фактически в конце огорода дома 

<

адрес обезличен> на полу между печью и деревянной лавкой обнаружен труп М., с кровоподтеками на лице и следами крови. По пути следования в баню имеется бельевая веревка, на которой висит различное белье. Вход в баню осуществляется через помещение предбанника, имеющего деревянную входную дверь. Дверь в саму баню имеет запирающее устройство, которое, как и дверь, повреждений не имеет. В помещении бани расположена отопительная печь, вокруг которой расположены различные предметы банного и прачечного обихода. В ходе осмотра обнаружены и изъяты со стиральной машинки-брюки камуфляжного цвета со следами бурого цвета, с угла отопительной печи -волосы, в предбаннике - след низа подошвы обуви. Рядом с трупом на поверхности пластиковой ванны, металлического бачка, пластикового таза и на задней стенке отопительной печи обнаружены следы вещества бурого цвета в виде помарок, пятен, брызг. На фотографии трупа видно, что темные волосы у М. подняты вверх и уложены над головой в мокром состоянии. При осмотре находящегося в ограде жилого дома обнаружен и изъят мобильный телефон.

В судебном заседании ФИО1 высказал позицию о принадлежности ему изъятых брюк, камуфлированного цвета, но он в них во время конфликта с М. не находился, кровь на них могла образоваться от взаимодействия с печью или от М., у которой был разбит нос. В данной бане он действительно ругался с М. и причинял возле бака и печи ей телесные повреждения, там же обливал ее голову водой, т.к. от ударов она теряла сознание, и он приводил ее в чувства. На момент ухода его из бани М. сидела и оставалась живой.

При осмотре с использованием тест-полоски Гемофан изъятых брюк камуфлированного цвета, поименованных следователем как штаны, установлено наличие на передней и задней их поверхностях крови, изъятые с места происшествия волосы имеют темный цвет. При осмотре изъятого телефона установлена его марка «Самсунг», экран которого имеет повреждения, сам телефон не включается (л.д.45-50 т.1, л.д. 22 т.2).

Изъятые предметы после осмотра признаны в качестве вещественных доказательств и приобщены к уголовному делу (л.д.51 т.1).

Согласно заключению судебной генетической экспертизы номер обезличен на штанах камуфлированного цвета обнаружена кровь женщины, которая с вероятностью 99,9 (15) % произошла от М., и исключается ее происхождение от ФИО1 

Согласно акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения номер обезличен от дата обезличена, справке о результатах химико-токсических исследований, представленных в судебном заседании, заключению о выявлении наркотических веществ (л.д. 207 т.1) установлено, что по состоянию на дата обезличена у ФИО1 обнаружено опьянение, вызванное употреблением наркотических средств.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы номер обезличен (л.д. 211-212 т.1) у ФИО1 обнаружены образованные не менее 1-2 суток и не более 21 дня на момент освидетельствования, не причинившие вреда здоровью телесные повреждения в виде: множественных рубцов, кровоподтеков и ран наружной поверхности верхней трети левого предплечья, передней поверхности нижней трети правого плеча, передней и наружной поверхностей верхней и средней трети правого предплечья, образовавшиеся от множественных воздействий колюще-режущего предмета, чем могла быть инъекционная игла.

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что эти повреждения получены им в результате инъекций наркотиками. При этом вместе со стороной защиты обращал внимание на отсутствие у него повреждениях в области рук и ног, которые, по их мнению, должны были образоваться при избиении М., на трупе которой обнаружено не менее 75 травмирующих воздействий.

По заключению судебно-медицинской экспертизы трупа номер обезличен (л.д. 196-200 т.1) смерть М. наступила от тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки и живота с повреждениями внутренних органов и переломами костей скелета с развитием травматического шока.

При исследовании трупа М. обнаружены повреждения в виде: 

-прижизненной закрытой черепно-мозговой травмы, сопровождавшейся ушиблено-рваными ранами спинки носа по срединной линии (1), границе правой теменной области и лобной области справа (1), правой височной области (1), верхнего века правого глаза (1), передней и задней поверхностей правой ушной раковины (2), разрывами слизистой нижней губы (2); ссадинами лобной области слева, с распространением на верхнее и нижнее веки левого глаза и левую скуловую область (1), в проекции спинки и кончика носа (1), лобной области справа (1), правой околоушной области спереди (1); кровоподтеками обоих век обоих глаз, лобной области справа и слева (1), передней и задней поверхностей правой ушной раковины с распространением на околоушную область (1), левой щечно-скуловой области (1), подбородочной области справа и слева (3), правой щечной области (1); кровоизлияниями в кожно-мышечный лоскут головы с внутренней поверхности в лобной, обеих височных, обеих теменных и затылочной областях; субдуральным кровоизлиянием на выпуклых поверхностях всех долей левого полушария головного мозга, с распространением в переднюю и среднюю черепные ямки слева, массой около 110 гр., на выпуклых поверхностях всех долей правого полушария головного мозга с распространением в переднюю и среднюю черепные ямки справа, массой около 160 гр.; субарахноидальным кровоизлиянием на выпуклой поверхности правой лобной доли и в проекции обоих затылочных полюсов; внутрижелудочковым кровоизлиянием;

-прижизненной закрытой тупой травмы грудной клетки, сопровождающейся полными поперечными разгибательными переломами 7,9-11 ребер по лопаточной линии справа; полными поперечными разгибательными переломами 2-5 ребер между среднеключичной и передней подмышечной линиями слева; полным поперечным переломом наружной трети левой ключицы; кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани и под пристеночную плевру;

-прижизненной тупой травмы живота, сопровождающейся ссадинами левой боковой поверхности нижнего этажа грудной клетки (2); чрезкапсульным разрывом висцеральной поверхности селезенки; гемоперитониумом (150 мл темной жидкой крови и темно-красного рыхлого свертка крови массой 190 гр), относящиеся к причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Указанные повреждения образованны не менее 3 часов и не более 2-3 суток до наступления смерти от воздействия тупого твердого предмета (предметов). Комплекс повреждений, составляющих тупую сочетанную травму головы, грудной клетки и живота, состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти М..

Кроме того, на трупе обнаружены возникшие в первые часы до наступления смерти, от воздействия тупого твердого предмета (предметов), не причинившие вред здоровью следующие телесные повреждения: 

ссадины межлопаточной области по срединной линии (4), в проекции углов обеих лопаток (по 1), поясничной области по срединной линии (2), задней поверхности правого локтевого сустава (3), задней поверхности верхней и средней трети правого предплечья (6), тыльной поверхности правой кисти (1), задней поверхности левого локтевого сустава (5), задней поверхности средней и нижней третей левого предплечья (3), тыльной поверхности левой кисти (2), передних поверхностей обоих коленных суставов (по 1), передней поверхности средней трети правой голени (1), тыльных поверхностей обеих стоп (по 4);

кровоподтеки задней поверхности нижней трети шеи справа и области правого надплечья (1), в проекции наружного конца левой ключицы и левой подключичной области (4), левой боковой поверхности грудной клетки(1), в проекции гребня крыла левой подвздошной кости (1), правой боковой поверхности грудной клетки (1), в проекции гребня крыла правой подвздошной кости (1), наружной поверхности верхней трети правого плеча (2), внутренней и задней поверхностей нижней трети правого плеча (4), задней, наружной и внутренней поверхностей всех третей правого предплечья и тыльной поверхности правой кисти (15), наружной поверхности средней трети левого плеча (3), левой локтевой ямки (2), задней, наружной и внутренней поверхностей всех третей левого предплечья и тыльной поверхности левой кисти, тыльных поверхностей основных и средних фаланг 2-5 пальцев левой кисти (16), задней поверхности грудной клетки в межлопаточной области (2), задней поверхности нижнего этажа грудной клетки слева (3), поясничной области по средней линии (1), внутренних поверхностей нижних третей обоих бедер (по 1), передних поверхностей обоих коленных суставов (слева 4 и справа 2), передней и наружной поверхностей верхней и средней третей левой голени (10), передней, наружной и внутренней поверхностей всех третей правой голени (18).

Все повреждения на трупе возникли от не менее 75 воздействий травмирующего предмета (предметов) в короткий промежуток времени, в течение которого не успели сформироваться видимые морфологические отличия.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что М. могла сама причинить себе телесные повреждения, либо могла их получить при падении из вертикального положения и соударения о твердую поверхность, предметы, не установлено. После причинения тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки и живота, потерпевшая могла говорить и совершать активные действия в течение промежутка времени, исчисляемого минутами, возможно, часами.

По заключению дополнительной судебной медицинской экспертизы номер обезличен, проведенной в ходе судебного разбирательства, следует, что указания ранних трупных изменений в заключении эксперта номер обезличен, не исключается возможным наступление смерти М. в период времени 20.09.2022 с 03 часов до 14 часов 35 минут.

Оценив все исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что они полностью согласуются между собой и с достаточной полнотой свидетельствуют о доказанности факта совершения ФИО1 запрещенного уголовным законом общественно-опасного деяния, – умышленного причинения смерти другому человеку.

Вышеуказанные протоколы следственных действий и документы, оглашенные в судебном заседании, суд признает относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, согласуются с другими доказательствами по делу и не оспариваются стороной защиты.

Оценивая показания потерпевшей Т., свидетелей М. и М., С.А., С.Р., С. суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, поскольку они нашли свое объективное подтверждение в ходе судебного следствия, получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, в целом согласуются между собой, и оснований не доверять их показаниям у суда не имеется.

Суд также учитывает, что потерпевшая и свидетели ранее с подсудимым неприязненных отношений не имели, показания Т., свидетелей М. и М., ФИО1 и защита не оспаривали. 

Незначительные расхождения в показаниях свидетелей М. и М. относительно времени визита в дом ФИО4, времени визита М. в баню, суд находит несущественными и обусловленными несовершеннолетним возрастом свидетелей, а также ночным временем суток, особенностями восприятия временных периодов самими свидетелями, не сверявших время по часам.

Оценивая показания свидетеля Ш. в суде и на предварительном следствии суд принимает их как достоверные в части согласующимися между собой и с другими доказательствами по делу, при этом показания свидетеля на предварительном следствии в части его осведомленности от ФИО1 о его причастности именно к убийству и именно самого ФИО3 суд признает наиболее правдивыми, т.к. они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Кроме того, в суде свидетель Ш. заявил о правдивости его показаний при их дачи им в ходе предварительного следствия и правильности записи его показаний следователем. При этом данные показания согласуются с показаниями свидетеля ФИО5.

Доводы ФИО1 о недостоверности показаний свидетелей Ш., С.А., С.Р., дававших, по мнению ФИО1, показания в угоду следствия, с целью поддержания обвинительного уклона, суд находит необоснованными. Данные свидетели очевидцами убийства М. не являлись, знают о случившемся от самого ФИО1, указывая по всем фактам источник своей осведомленности. 

Доводы ФИО1 об оговоре его свидетелем С.А. из-за служебной заинтересованности в раскрытии преступлений, суд также находит необоснованными, т.к. в силу служебных обязанностей на оперативного сотрудника уголовного розыска полиции С.А. возложена прямая обязанность раскрытия любых преступлений, как и пресечение преступной деятельности других лиц. Каких-либо личных, неприязненных, родственных отношений у данного свидетеля с ФИО1 не имелось и не имеется, как не имеется и оснований для его оговора, о чем суду завил свидетель С.А., и стороной защиты это не оспаривалось.

Доводы ФИО1 об оговоре его свидетелем С. из-за употребления им наркотиков, в том числе и совместно с ФИО1, суд находит голословными и ничем не подтверждающимися. Свидетель С. отрицает какой-либо оговор ФИО3, как и его визит в дом к М. в указанный период времени, что согласуется с показаниями свидетелей М. и А. о том, что накануне и в день случившегося к ним никто из посторонних лиц не приходил. При этом сам по себе факт употребления свидетелем наркотиков, значительно задолго до случившегося, не свидетельствует о наличии у свидетеля оснований для оговора ФИО3. Д.А.

Анализируя и оценивая доказательства в виде заключений судебных медицинских экспертиз, суд находит выводы экспертов о тяжести, давности, локализации, механизме образования повреждений на теле потерпевшей М., о причине ее смерти убедительными, научно обоснованными и достоверными. Выводы судебно-медицинских экспертов о давности причинения, механизме образования, тяжести повреждений подтверждаются показания свидетелей М. и А., С.Р., Ш., С.А., данными осмотра места происшествия. 

Доводы ФИО1, оспаривавшего в заключении судебной медицинской экспертизы выводы эксперта о множественности травматизации М., о значительном количестве травмирующих воздействий (более 75), характер и тяжесть обнаруженных телесных повреждений у М., суд находит необоснованными и голословными, т.к. оснований не доверять выводам экспертов у суда не имеется. При этом экспертное исследование проведено при непосредственном исследовании трупа погибшей, а также и при гистологическом исследовании его тканей и биологических сред. Экспертом проведено исследование с применением научных методик, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

На основании изложенного суд принимает заключения судебных медицинских экспертиз как относимое, допустимое и достоверное доказательство виновности ФИО1

Оценивая заключения судебной генетической экспертизы, установившей на передней и задней поверхностях брюк камуфлированного цвета ФИО1 множественность следов крови М. в виде пятен, суд также находит его полным, мотивированным и обоснованным и признает его относимым, допустимым и достоверным доказательством, согласующимся с данными осмотра места происшествия, где в месте обнаружения трупа М. обнаружено и множество следов крови на предметах мебели, банной утвари, а также на стиральной машине- данные штаны со следами крови погибшей. Оснований не доверять выводам экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, у суда не имеется.

Совершение в состоянии невменяемости запрещенного уголовным законом общественно-опасного деяния, содержащего признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, так как изложено в описательной части постановления, подтверждается показаниями М. и М., наблюдавших накануне вечером мать М. живой и без повреждений в ограде за развешиваем белья, под утро 20.09.2022 около 4-5 часов М. видела мать в доме, когда та спрашивала у неё зарядное устройство; оба свидетеля достоверно знали о нахождении матери в указанный вечер и ночью вдвоем с сожителем ФИО3 в помещении бани, а наутро обнаружили, что из бани вернулся в дом только ФИО3, изменчиво отвечая им на вопрос о местонахождении матери, после чего и вовсе собравший вещи, документы и покинувший их дом, не намереваясь больше возвращаться. После чего М. и М. обнаружили мать в бане с признаками насильственной смерти, сразу заподозрили ФИО3, о чем сообщили старшей сестре ФИО6 и сотруднику полиции ФИО7, пришедшему в их дом в поисках ФИО3 по другому уголовному делу. Данные показания свидетелей согласуются с показаниями потерпевшей ФИО6, указавшей, что сестра М. сообщила об убийстве ФИО3 их матери, труп которой был позже обнаружен в бане. Также согласуются с протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей, зафиксировавших наличие в бане трупа М. с признаками насильственной смерти, множественность следов крови на месте происшествия, а также изъятие брюк камуфлированного цвета ФИО1, на которых в последующем по заключению судебной генетической экспертизы обнаружена кровь М.

Протоколом осмотра места происшествия также зафиксирован факт обнаружения трупа М. с признаками насильственной смерти именно в бане, где она в течение последних нескольких дней постоянно находилась с ФИО3, употребляя совместно наркотики. При осмотре видно, что на трупе надета только легкая домашняя одежда в виде футболки и трико, на ногах трупа нет носков и обуви, на углу отопительной печи вместе со следами крови имеются волосы, со слов потерпевшей ФИО6 принадлежащие ее матери, что в совокупности свидетельствует о нахождении М. именно в бане, где она и была подвергнута смертельному избиению.

Показаниями свидетелей М. и А. также подтверждается факт совместного проживания ФИО3 с их матерью М., по отношению к которой ФИО3 проявлял агрессию, избивал ее ранее; факт употребления им и М. наркотиков, в том числе в тот период времени в помещении их бани, где они находились вдвоем, будучи закрытыми изнутри, установив особый порядок обращения детей к ним и фактически исключивших возможность их самостоятельного проследования в помещение бани.

Показаниями свидетелей С.Р. и Ш. подтверждается факт совершения ФИО3 визита к каждому из свидетелей после избиения, которым он сообщил об убийстве им М.

Показаниями свидетеля С.А. также подтверждается факт сообщения ФИО3 ему о своей причастности к серьезному избиению и смерти М.. Не случайно ФИО3 у данного свидетеля, являющегося сотрудником полиции, о чем достоверно знал ФИО3, интересовался жива ли еще погибшая.

Совершение в состоянии невменяемости запрещенного уголовным законом общественно опасного деяния, содержащего признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, подтверждается и заключениями судебно-медицинских (основная и дополнительная) экспертиз, установивших согласующиеся с показаниями М. и М. характер и локализацию повреждений расположенных по всему телу и его частям, в том числе на ногах (синие ноги), механизм их образования и давность причинения, соответствующие времени совершения преступления, причиной наступления смерти М. - от тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки и живота с повреждениями внутренних органов и переломами костей скелета с развитием травматического шока.

Оценив все исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, в их совокупности, суд приходит к выводу, что они полностью согласуются между собой и с достаточной полнотой свидетельствуют о причастности и доказанности вины ФИО1 в совершении запрещенного уголовным законом общественно-опасного деяния – убийства М. - квалифицируемое по ч.1 ст. 105 УК РФ как умышленное причинение смерти другому человеку.

В ходе судебного разбирательства судом не установлено каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о причастности к убийству иных лиц. Свидетели М. и А. утверждали о нахождении матери М. в помещении бани в течение последних нескольких суток, где она с сожителем ФИО3 употребляла наркотики, запираясь в бане изнутри. При этом накануне вечером М. видела мать в ограде, стирающей белье, без каких- либо видимых повреждений, ночью она с ФИО3 находилась в данной бане, к ним никто не приходил. Изначально на вопрос детей М. о местонахождении матери ФИО3 сообщал им различные версии, в том числе об уходе матери к С.. Допрошенный С. в указанный вечер, ночью и утром не приходил к М. и ФИО3, утверждая, что последний раз встречался с М. только весной текущего года. Из показаний свидетелей Ш., С.Р., С.А. также следует, что после совершенного деяния ФИО3 сам сообщил им, в том числе сотруднику полиции С.А., о своей причастности к смерти М., не заявляя о причастности иных лиц, в том числе С.. М. и М. также указали, что в указанный период времени не наблюдали визитов к матери и ФИО3 иных лиц, накануне данные свидетели также видели их только вдвоем, в связи с чем, обнаружив отсутствие матери, они заподозрили именно ФИО3, о чем сообщили своей старшей сестре Т..

В ходе судебного разбирательства судом не установлено каких-либо данных, свидетельствующих о необходимой обороне со стороны ФИО1 или превышении ее пределов, что подтверждается заключением судебной медицинской экспертизы в отношении ФИО1, а также показаниями свидетелей Ш., С., С.А..

Позиция ФИО1 в суде свидетельствует о том, что он подтверждает время и место совершения запрещенного уголовным законом деяния, наличие у него с погибшей ссоры, нанесение им множества ударов М. по лицу.

Позицию ФИО1 о непричастности к умышленному причинению смерти М., о меньшей степени травматизации, о меньшем количестве нанесения им ударов, суд находит позицией защиты, опровергающейся всей совокупностью вышеизложенных уличающих доказательств, в том числе заключением судебной медицинской экспертизы трупа М., установившей возможность причинения телесных повреждений, в период времени совершения запрещенного уголовным законом общественно-опасного деяния, образованных в короткий промежуток времени, в течение которого были причинены М. смертельные травмы. Данные обстоятельства объективно свидетельствуют об однократности избиения М., опровергая позицию ФИО1 и защиты о повторности травматизации погибшей в иное время иным лицом при иных обстоятельствах.

Доводы ФИО1 и защиты об отсутствии на руках и ногах ФИО1 телесных повреждений, характерных для такого избиения М., которые должны были бы, по мнению защиты, образоваться у ФИО1 при избиении им М., являются предположением, и свидетельствуют лишь о причинении ФИО1 телесных повреждений М. без собственной травматизации от ударов. 

По заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы номер обезличен, проведенной в судебном заседании, у ФИО1 обнаруживаются признаки «Расстройства личности органической этиологии в связи со смешанными заболеваниями (F07.08 по МКБ-10). Синдрома зависимости от нескольких психоактивных веществ (опиоиды, психостимуляторы), средней стадии активной зависимости, в настоящее время воздержание, но в условиях, исключающих употребление (F19.212 по МКБ-10)». Об этом свидетельствуют материалы уголовного дела, анамнестические сведения и данные медицинской документации, указывающие на наличие наследственности, отягощенной алкоголизацией отца, психическим неблагополучием дяди по линии матери; трудности в обучении и усвоении школьной программы (низкий уровень успеваемости, дублировал 1 класс, образование 7 классов); на наличие с детского возраста эмоционально-волевой неустойчивости (конфликтность, агрессивность, склонность к аутоагрессивным действиям в субъективно трудных ситуациях), склонности к нарушению дисциплины, побегам из дома, деликвентной активности, раннее начало употребления алкоголя, токсикантов с последующей постановкой на учет в ПДН, помещением в специализированную школу, госпитализациями в психиатрический стационар с целью коррекции поведения; не служил в армии в связи с нарушениями психики; на неоднократные ЗЧМТ в быту с последующим развитием церебрастенической симптоматики (головные боли, снижение памяти); многолетнее употребление опиоидов со сформированным синдромом зависимости и абстинентным синдромом (тошнота, диарея, зуд, потливость, ломота в костях и суставах, отсутствие аппетита), многолетнее употребление психостимуляторов со сформированным синдромом зависимости и абстинентным синдромом (апатия, психомоторная заторможенность, сильное желание принять наркотическое средство, агрессия, изменчивость настроения, раздражительность), психотической симптоматикой в картине наркотического опьянения, что способствовало усугублению эмоционально-волевых нарушений с последующим снижением способности справляться с целенаправленной деятельностью и выражением потребностей и влечений без учета последствий и социальных условностей; на фоне социальной дезадаптации (отсутствие постоянного места жительства и семьи, отсутствие постоянного места работы и источника материального дохода; склонность к асоциальному образу жизни с последующим инфицированием ВИЧ- инфекцией, вирусным гепатитом С; отрицательные бытовые характеристики). Диагноз подтверждается данными настоящего психиатрического обследования, выявившего у подэкспертного нерезкое снижение мнестико- интеллектуальных функций на фоне выраженного нарушения способности контролировать свои эмоционально-волевые побуждения, а также отсутствия критических и прогностических способностей. Выявленное у ФИО1 «Расстройство личности органической этиологии в связи со смешанными заболеваниями» является хроническим психическим расстройством и не относится к категории временных. В момент совершения инкриминируемого деяния на фоне выявленного хронического психического расстройства ФИО1 находился во временном болезненном состоянии в виде «Преимущественно бредового психотического расстройства вследствие употребления психостимуляторов» (F15.51 по МКБ-10), с развитием доминирующих в клинической картине бредовых идей преследования, отношения, ревности, кратковременных зрительных галлюцинаций, на фоне тревожного, дисфоричного аффекта, расстройства процессов мышления с нарушением произвольной регуляции поведения и критических функций, последующим спонтанным выходом из указанного состояния с сохранением резидуальных бредовых идей. Выявленные у ФИО1 нарушения психики выражены столь значительно, что лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также не может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию (стойкие выраженные психопатоподобные состояния с эксплозивностью и импульсивностью, отсутствие критики к своему состоянию, совершенному деянию, перенесенному временному психотическому состоянию, сохраняющиеся бредовые идеи отношения; дефицит высших эмоций с морально-этическим снижением; склонность к асоциальному образу жизни, употребление наркотиков) в настоящее время ФИО1, как представляющий опасность для себя и окружающих, нуждается в принудительном лечении в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа, противопоказаний нет. В настоящее время по своему психическому состоянию ФИО1 не может понимать характер и значение уголовного судопроизводства, своего процессуального положения, не может самостоятельно совершать действия, направленные на реализацию своих прав и обязанностей. В ходе исследования у ФИО1 были выявлены признаки синдрома зависимости от нескольких психоактивных веществ (опиоиды, психостимуляторы), средней стадии активной зависимости. В связи с этим ФИО1 показано лечение у нарколога с последующей медико-социальной реабилитацией, которые будут проведены в рамках принудительного лечения основного заболевания в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа 

Выводы комплексной комиссионной экспертизы подтверждаются материалам уголовного дела, свидетельствующие о том, что ФИО1 госпитализировался в психиатрический стационар; не служил в армии и признан ограниченно годным к воинской службе в связи с расстройством личности, много лет употребляет наркотические средства; а также поведением ФИО1 в судебном заседании, постоянно проявлявшего вспыльчивость, агрессивность, не реагировавшего на замечания и обращения.

Оценивая данное экспертное заключение в совокупности с другими доказательствами по делу суд находит их мотивированными, полными, ясными и научно обоснованными. Каких-либо оснований подвергать сомнению данное заключение стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы у суда не имеется. Экспертиза назначена и проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, на основании данных непосредственного изучения личности ФИО1, его соматоневрологического состояния, а также данных экспериментально-психологического исследования в сочетании с использованием методик клинико-психопатологических исследований. Полнота проведенных исследований, научная обоснованность примененных экспертами методов и обоснованность выводов не вызывает у суда сомнений. При этом выводы сделаны комиссией экспертов, обладающими специальными познаниями со значительным стажем работы по специальности, оснований сомневаться в квалификации и компетентности которых у суда не имеется.

Оснований не доверять выводам экспертов о наличии у ФИО1 хронического психического расстройства личности органической этиологии в связи со смешанными заболеваниями и нахождение его в момент совершения запрещенного уголовным законом деяния во временном болезненном состоянии в виде «Преимущественно бредового психотического расстройства вследствие употребления психостимуляторов», которое лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, у суда не имеется, в связи с чем суд приходит к выводу, что ФИО1 совершил указанное общественно-опасное деяние, предусмотренное ч.1 ст. 105 УК РФ, в состоянии невменяемости.

Характер и глубина психического расстройства ФИО1, подтвержденные выводами судебной психолого-психиатрической экспертизы, склонность ФИО1 в связи с этим к совершению общественно-опасных действий в отношении себя и других лиц, о чем свидетельствуют собранные по делу доказательства, в том числе и объяснения самого ФИО1 комиссии врачей-психиатров, в своей совокупности свидетельствуют о том, что психическое расстройство ФИО1 связано с опасностью для себя и других лиц, а психическое состояние ФИО1 требует постоянного за ним наблюдения. Противопоказаний для такого лечения у ФИО1 не имеется.

В соответствии со ст.21 УК РФ не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики. Лицу, совершившему предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные уголовным кодексом.

В соответствии со п. «а» ч.1 ст. 97, п. «в» ч.1 ст. 99 УК РФ принудительные меры медицинского характера назначаются судом лицу, совершившему деяние, предусмотренное статьями особенной части УК РФ, в состоянии невменяемости, в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

В связи с изложенным, ФИО1 подлежит освобождению от уголовной ответственности, с назначением ему принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа, поскольку он нуждается в таковом и представляет опасность для себя и других лиц.

В целях исполнения постановления суда, обеспечения общественной безопасности, меру пресечения ФИО1 следует оставить без изменения до помещения ФИО1 в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа, в принудительном порядке.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

В силу требований ст.132 УПК РФ ФИО1 подлежит освобождению от взыскания процессуальных издержек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 433 УПК РФ, ст. ст. 99, 21 УК РФ, суд

постановил:

ФИО1 признать совершившим в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом общественно-опасное деяние, содержащее признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

Освободить ФИО1 от уголовной ответственности за совершенное им запрещенное уголовным законом общественно-опасное деяние, содержащее признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 99 УК РФ применить к ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей до помещения в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа- оставить без изменения.

Вещественные доказательства: след низа подошвы обуви, волосы, штаны камуфлированного цвета, биологические образцы М., хранящиеся в камере хранения СО по г. Нижнеудинску СУ СК России по Иркутской области, биологический образец ФИО1, хранящийся при материалах дела-уничтожить; мобильный телефон «Самсунг», хранящиеся в камере хранения СО по г. Нижнеудинску СУ СК России по Иркутской области, вернуть по принадлежности потерпевшей Т..

Освободить ФИО1 от взыскания процессуальных издержек в виде вознаграждения адвоката Молодежевой Е.Ю. в доход государства.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Иркутского областного суда через Нижнеудинский городской суд в течение 15 суток со дня постановления, а ФИО1, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии постановления.

Председательствующий О.В. Брыкина