№ 2 – 19/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 января 2019 года город Ишимбай

Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Яскиной Т.А.

при секретаре Самсоновой А.В.

с участием истцов ФИО1, ФИО2

представителя истца ФИО3

ответчика ФИО4

представителя ответчика ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения в виде стоимости неотделимых улучшений,

у с т а н о в и л:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения в виде стоимости неотделимых улучшений жилого дома.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что проживают в доме по адресу 

<

адрес> До 1996 года в указанном жилом доме проживала ФИО4, которая на тот период времени состояла с ФИО2 в зарегистрированном браке.

С 2011 года в спорном жилом доме совместно с ФИО2 проживает ФИО1.

До 2016 года истец ФИО6 был единственным собственником вышеуказанного жилого дома. В связи с чем, с 2011 года по 2017 г. истцами на реконструкцию и ремонт жилого дома потрачено денежных средств в общей сумме 432934 руб., из которых ФИО2 в 2008 г. потрачено 32902 руб. 50 коп. на покрытие крыши профнастилом, в 2012 г. -3991 руб. 50 коп. на покрытие профнастилом конька крыши, в 2013 г. -16380 руб. на реконструкцию системы газоснабжения; ФИО1 затрачено в 2013 г. -51000 руб. на замену деревянных окон на пластиковые, в 2014 г.-125000 руб. на устройство автономной канализации, в 2015 г.-150000 руб. на устройство веранды жилого дома и 53760 руб. на установку двух металлических дверей и покрытие пола линолеумом.

Решением Стерлибашевского межрайонного суда РБ от 30.03.2016 года за ответчиком ФИО4 признано право собственности на 1/2 часть жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>. 

После решения суда, 05.04.2017 г. ФИО2 подарил принадлежащую ему 1/2 долю в спорном жилом доме ФИО1, а осенью 2017 года ФИО4 заявила о намерении продать свою долю, т.к. пользоваться домом не намерена. 

Поскольку стоимость дома, с учетом произведенных в него вложений, увеличилась, истец ФИО2 просит взыскать с ФИО4 сумму неосновательного обогащения в виде стоимости неотделимых улучшений жилого дома в размере 26 587 руб.; а истец ФИО1 - в размере 163000 руб.

Представитель третьего лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в судебное заседание не явился. О рассмотрении дела извещен надлежащим образом. Ходатайств об отложении дела слушанием в суд не поступало.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд с учетом мнения сторон, рассмотрел дело в отсутствии представителя третьего лица.

Истец ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении уточненных исковых требований настаивал по доводам и основаниям, изложенным в иске. С ответчицы в свою пользу просил взыскать 26587 руб., которые затратил на покрытие крыши жилого дома профнастилом, а также на замену газовой плиты и котла.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, пояснив, что с 2011 года с истцом ФИО2 стали проживать совместно без регистрации брака в спорном жилом доме, собственником которого являлся только ФИО2 Брак с ФИО2 зарегистрировали в ДД.ММ.ГГГГ., в апреле 2017 года ФИО2 подарил ей 1/2 часть жилого дома и земельного участка. Проживая в указанном доме несла затраты на его ремонт и поддержание в надлежащем состоянии. За счет собственных денежных средств поменяла в доме окна, обустроила автономную канализацию, построила веранду, установила в доме 2 входные металлические двери и покрыла пол линолеумом. В связи с чем, просит взыскать с ответчицы 1/2 часть понесенных затрат, что составляет 163000 руб.

Представитель истца ФИО1- ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме, просила удовлетворить, пояснив, что доказательств необходимости проведения перечисленных работ, проведенных в доме, за период проживания в нем ФИО1 не имеется. Но ФИО1 не знала, что ответчица является сособственником жилого дома, в связи с чем, необходимость проведенных в доме работ, с ней не согласовывалась, по указанной причине срок исковой давности не считает пропущенным. Стоимость улучшений подтверждается заключением рыночной стоимости спорного жилого дома, из которого следует, что стоимость реконструкции дома составляет 188 498 руб. Поскольку за счет выполненных работ, оплаченных ФИО1, стоимость дома увеличилась, просит 1/2 понесенных затрат взыскать с ФИО4 как неосновательное обогащение.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала и пояснила, что являлась собственником 1/2 части жилого дома. ФИО2 знал о ее правах на дом, но в 2012 г. зарегистрировал дом только на свое имя. Для проведения указанных истцами работ ее согласия никто не спрашивал. Дом находился в хорошем состоянии: крыша была покрыта шифером, замены окон на пластиковые не требовалось, веранда к дому согласно техпаспорту была возведена ранее, дом был газифицирован. Все заявленные истцами работы проводились ими по собственной инициативе для личного комфортного проживания. В связи с чем, в иске просит отказать.

Представитель ответчика ФИО4- ФИО5 в судебном заседании пояснил, что истцами не представлено доказательств необходимости выполнения ими вышеуказанных работ с целью сохранения имущества, а также доказательств того, что приобретенные материалы и имущество установлены в спорном доме. Представленные истцом копии договоров, чеков, квитанций, расписок об оплате не могут достоверно подтвердить фактический объем выполненных работ, необходимость производства этих работ, а также использование материалов именно на ремонт рассматриваемого дома. Истцами не представлено доказательств того, что ответчик отказывалась содержать дом, а произведенные ремонтные работы являлись срочно необходимыми для предотвращения разрушения дома. Работы по ремонту дома производились истцами по собственному желанию, без согласования с ответчиком и исключительно для улучшения условий проживания в доме истцов. Все расходы ФИО1 произведены до приобретения ею права собственности на спорный дом. Кроме того, истцами пропущен срок исковой давности.

Заслушав объяснения сторон, их представителей, исследовав материалы гражданского дела и оценив представленные доказательства в соответствии со ст.67 ГПК РФ, суд считает иск ФИО1, ФИО2 не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.В соответствии со ст.1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно п.1 ст. 1104 Гражданского кодекса РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

В силу п.1 ст. 1105 Гражданского кодекса РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

Согласно ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: приобретение (сбережение) имущества имело место, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, то есть, произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что ФИО1 и ФИО4 являются собственниками каждая по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>

Право собственности ФИО1 на спорный жилой дом возникло на основании договора дарения, заключенного 05.04.2017 г. между ФИО2 и ФИО1 ( л.д.15-16).

Право собственности ФИО4 на спорный жилой дом подтверждено свидетельством о праве собственности, выданным нотариусом 19.02.1997 г. (реестровый номер 

<

адрес>) и зарегистрированным в органах БТИ ДД.ММ.ГГГГ г., что установлено решением Стерлибашевского межрайоного суда РБ от 30.03.2016 г., вступившим в законную силу 06.06.2016 г. ( л.д.86-92).

В соответствии со ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из объяснений истцов в судебном заседании следует, что ФИО1 и ФИО2 совместно проживают с 2011 года, с указанного времени ФИО1 проживает в спорном доме и по настоящее время. При этом в спорном жилом доме ФИО1 зарегистрирована не была и право собственности на спорный жилой дом до 2017 года не имела. Брак между ФИО1 и ФИО2 зарегистрирован 15.11.2016 года.

Ответчик ФИО4 в спорном жилом доме не проживает более 20 лет, что следует из объяснений ответчика.

Вышеизложенные обстоятельства сторонами в судебном заседании не оспаривались. 

Согласно п.1 ст.209 Гражданского кодекса РФ права владения, пользования и распоряжения своим имуществом принадлежат собственнику. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п.2 ст.209 ГК РФ).

В силу ст.247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом (п.1).

Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации (п.2).

Согласно ст.249 Гражданского кодекса РФ каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

В подтверждение понесенных расходов по содержанию и сбережению жилого дома за период с 2008 года по 2015 год истцами представлены:

квитанция на имя ФИО2 к приходному кассовому ордеру № от 01.12.2008 г. на сумму 32902 руб.50 коп. и счет-заявка ( л.д.7) ;

квитанция на имя ФИО2 к приходному кассовому ордеру № от 8.04.2012 г. на сумму 3981 руб. 50 коп. и счет –заявка ( л.д.8); 

квитанции от 03.08.2013 г. на сумму 16380 руб., 1080 руб. ( л.д.11-12, 138-139) на приобретение котла, комплектующих и газовой плиты;

договор от 08.06.2013 г., заключенный с ФИО1, на изготовление и монтаж конструкций ПВХ ( л.д.6), 

договор подряда от 01.06.2015 г., заключенный с ФИО1, ( л.д.141-143) на сумму 150 000 руб. на строительство веранды;

договор подряда от 10.04.2014 г., заключенный с ФИО1 (л.д.144-146) на сумму 125 000 руб. на устройство автономной канализации;

товарный чек №381 от 11.11.2015 г. на приобретение ФИО1 дверей МДФ и линолеума на сумму 53760 руб.(л.д.140).

Проанализировав представленные сторонами доказательства в совокупности с вышеприведенными правовыми нормами, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку, исходя из фактических обстоятельств дела, понесенные истцами расходы являются расходами по ремонту общего долевого имущества и основным условием для возложения на сособственника обязанности по возмещению таких расходов другому сособственнику является согласование всех условий такого ремонта либо необходимость его проведения для сохранения имущества в соответствии с положениями п. 1 ст. 247 Гражданского кодекса РФ.

Из объяснений сторон в судебном заседании установлено, что какого-либо соглашения о порядке пользования имуществом между собственниками ФИО2 (собственник до апреля 2017 г.) и ФИО4 не заключалось, равно как и не было обращений в суд за установлением такого порядка. 

Между тем, из материалов дела не усматривается наличие согласия сособственника ФИО4 на проведение улучшений жилого помещения, его ремонта, замены какого-либо оборудования, кроме того, истцами не представлено относимых и допустимых доказательств того, что понесенные ими расходы являются именно необходимыми расходами, связанными с содержанием и сохранением имущества, в частности предотвращения его разрушения, причинения вреда третьим лицам, а не для улучшения комфортности условий проживания своей семьи. 

При этом, вышеуказанные квитанции, договора и иные платежные документы не могут не только достоверно подтвердить необходимость производства работ, о которых заявлено истцами, но и факт приобретения материалов истцами ( предоставленные квитанции на л.д. 11-12, 138 139 не содержат сведений о покупателе), фактический объем выполненных работ, а также использование материалов именно на ремонт рассматриваемого дома.

Истцами в ходе судебного разбирательства не представлено доказательств об использовании приобретенного профнастила на покрытие крыши спорного дома, не представлено доказательств о необходимости замены газовой плиты и котла в доме, установки 2-х металлических дверей и покрытие пола линолеумом, приобретенных в 2015 году, необходимости обустройства веранды в 2015 г., которая согласно техническому паспорту была построена в 1992 году (литер а) и в 2011 г. (литер а1).

При этом, исходя из характера и объема заявленных истцами работ (покрытие крыши профнастилом, замена газовой плиты и котла, замена оконных блоков, устройство автономной канализации, строительство веранды, установка двух металлических дверей и покрытие пола линолеумом) в период с 2008 г. по 2015 г., а также наличия того обстоятельства, что в рассматриваемый период в жилом доме постоянно проживали только истцы ФИО2 и ФИО1, следует, что заявленные ко взысканию расходы, истцами понесены исключительно с целью улучшения условий для личного пользования и проживания.

Доводы истцов о том, что ФИО2 был единственным собственником спорного жилого дома, суд отклоняет как не соответствующие фактическим обстоятельства дела, поскольку из представленного суду свидетельства о праве собственности от 19.02.1997 г. (л.д.74) следует, что сособственником домовладения по адресу: 

<

адрес> в 1/2 доли ФИО4 являлась с 1997 года, указанное свидетельство зарегистрировано в органах БТИ ДД.ММ.ГГГГ года.

Доводы ФИО1 о том, что она не знала о втором сособственнике дома, в котором проживала, также не может служить основанием для удовлетворения ее требований, поскольку в спорном жилом доме ФИО7 зарегистрирована не была, собственником жилого дома или его доли, не являлась, в браке с ФИО2 в период выполнения работ в доме, не состояла. А, следовательно, оплачивала произведенные в доме улучшения и ремонт, действуя в своих интересах и на свой риск.

Представленные суду сведения оценочной организации об изменении рыночной стоимости домовладения по адресу: 

<

...> по состоянию на 13.01.2017 г. сами по себе также не свидетельствуют о неосновательном обогащении ответчика. 

Согласно ст.3 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" под рыночной стоимостью объекта оценки понимается наиболее вероятная цена, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства, то есть когда: одна из сторон сделки не обязана отчуждать объект оценки, а другая сторона не обязана принимать исполнение; стороны сделки хорошо осведомлены о предмете сделки и действуют в своих интересах; объект оценки представлен на открытом рынке посредством публичной оферты, типичной для аналогичных объектов оценки; цена сделки представляет собой разумное вознаграждение за объект оценки и принуждения к совершению сделки в отношении сторон сделки с чьей-либо стороны не было; платеж за объект оценки выражен в денежной форме.При этом в силу ст.12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, определенная в отчете, за исключением кадастровой стоимости, является рекомендуемой для целей определения начальной цены предмета аукциона или конкурса, совершения сделки в течение шести месяцев с даты составления отчета, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации.Также в данном контексте суд обращает внимание на тот факт, что предоставленный истцами отчет №2н/01-2017, содержит информацию о затратах на кровлю (2008 г.), профнастил (2012 г.), пластиковые окна (2013 г.) ( л.д.11 отчета оценки), а иных сведений, в частности о проведении работ по реконструкции системы газоснабжения, устройству автономной канализации, устройству веранды, покрытии пола линолеумом, установки 2-х металлических дверей, отчет оценки не содержит, что опровергает доводы истцов о проведении каких - либо работ в доме с 2013 г. по 2017 г., учитывая, что отчет составлен по состоянию на 13.01.2017 года. Стоимость выполненных в доме работ по состоянию на 13.01.2017 г. составила 87793 руб. 50 коп., которая лишь с учетом индекса перерасчета составила 188498 руб. (л.д.66 отчета).

Доказательств обратного суду сторонами не представлено.

В силу ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.Однако, доказательств, свидетельствующих о необходимости проведения ремонтных работ с целью сохранения общего имущества, истцами представлены не были.

При рассмотрении дела ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В связи с чем, суд считает необходимым отметить следующее. 

В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с п.1 ст.200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

С учетом обстоятельств, установленных в судебном заседании, принимая во внимание, что ФИО2 знал о правах ФИО8 на 1/2 долю спорного жилого дома, общий срок исковой давности для защиты своего права и истребования у ответчика стоимости произведенных им за свой счет улучшений в доме, суд считает пропущенным.

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Доводы ФИО1 о том, что о наличии сособственника жилого дома она узнала только в 2016 году, после обращения ФИО4 в суд, ничем не опровергнуты, в связи с чем общий срок исковой давности ФИО1 для защиты своего права, суд находит не пропущенным.

Таким образом, в связи с отсутствием совокупности предусмотренных законом условий возникновения неосновательного обогащения на стороне ответчика, принимая во внимание, что истцом ФИО2 также пропущен срок исковой давности на обращение за судебной защитой нарушенного права о взыскании суммы неосновательного обогащения за спорный период, учитывая, что по смыслу ст. 11,12 Гражданского кодекса РФ прерогатива в определении способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно истцам, заявленные исковые требования ФИО2, ФИО1 удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения в виде стоимости неотделимых улучшений жилого дома, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня составления мотивированного решения – с 16.01.2019 года.

Судья подпись Яскина Т.А.