Мотивированное 

апелляционное постановление

изготовлено 19.09.2025

Председательствующий Иванченко Е.А. дело № 22-6162/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 18.09.2025

Свердловский областной суд в составе: 

председательствующего Сивковой Н.О.

при ведении протокола помощником судьи Пепеляевой Д.А.

с участием: 

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Пылинкиной Н.А.,

осужденного ФИО1 (посредством системы видео-конференц-связи),

его защитника - адвоката Анкудинова С.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Кировского района г. Екатеринбурга Боднарука А.Ю., апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 18.07.2025, которым

ФИО1,

<

дата> года рождения,

уроженец 

<

адрес>,

ранее судимый: 25.08.2014 Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга (с учетом апелляционного определения от 29.10.2014) по ч. 5 ст. 33 – ч. 2 ст. 228 УК РФ к 7 годам лишения свободы;

освобожден условно-досрочно 03.12.2019 на 11 месяцев 3 дня;

осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Содержится под стражей. Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. 

В срок лишения свободы зачтено время задержания и содержания под стражей с 26.06.2025 до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств, распределены процессуальные издержки.

Изложив содержание обжалуемого приговора, апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества.

Преступление совершено 29.04.2024 в г. Екатеринбурге при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционном представлении заместитель прокурора Кировского района г. Екатеринбург Боднарук А.Б. заявляет о необходимости изменения приговора в связи неправильным применением уголовного закона при назначении наказания. Ссылается на показания ФИО1, данные им на досудебной стадии уголовного судопроизводства, которые положены судом в основу приговора и оценены как последовательные и достоверные, также на исследованные объяснение ФИО1 и его явку с повинной, указывает, что они не учтены судом в качестве смягчающего обстоятельства. Кроме того, ссылается на установленное в суде обстоятельство, связанное с возмещением ФИО1 морального вреда, причиненного преступлением, подтвержденное представленной в судебном заседании распиской потерпевшей, что также не признано судом соответствующим смягчающим обстоятельством. Указывает на техническую описку, допущенную при указании даты совершения преступления, вместо 29.04.2024 – 29.04.2029. В связи с этим просит приговор изменить, устранить опечатку в описательно-мотивировочной части, признать указанные выше обстоятельства в качестве смягчающих, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 и ч. 2 ст. 61 УК РФ. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает назначенное наказание чрезмерно суровым. Считает, что судом необоснованно не учтено в качестве смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, его явку с повинной, которую он дал в присутствии адвоката. Заявляет, что судом не проверены его показания об отсутствия умысла на хищение сотового телефона потерпевшей, поскольку она являлась его сожительницей, не учтено, что имущество возвращено потерпевшей и в судебное заседание она не явилась. Просит приговор изменить, назначив наказание, не связанное с лишением свободы.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалоб, заслушав прокурора Пылинкину Н.А., полагавшую приговор подлежащим изменению, осужденного ФИО1, заявившего об отсутствии умысла на хищения и просившего о смягчении наказания, его защитника – адвоката Анкудинова С.Б., заявившего об оправдании осужденного, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Так, в судебном заседании ФИО1 заявил о полном признании вины и раскаянии в содеянном. Вместе с тем, при даче пояснений по фактическим обстоятельствам показал, что 29.04.2024 после конфликта с потерпевшей К. увидел выпавший из одежды потерпевшей ее сотовый телефон, поднял его с целью вернуть, но последняя с места происшествия убежала, а догонять ее он не стал. На другой день он позвонил ей, предложил встретиться, однако потерпевшая отказалась, сказав, что они встретятся в полиции. Через некоторое несколько дней, узнав от соседки, что его разыскивают сотрудники полиции, он созвонился с оперативным сотрудником, после чего приехал в отделение, где добровольно выдал данный телефон, дал объяснения, затем принес явку с повинной, а также в последующем компенсировал потерпевшей моральный вред в размере 10000 руб. Изменив ранее занятую признательную позицию относительно хищения сотового телефона, ФИО1 заявил об отсутствии корыстного умысла при совершении инкриминируемого деяния. В апелляционной жалобе ФИО1 также указал на отсутствие корыстного мотива, сославшись на сожительство с потерпевшей в определенный период.

Несмотря на избранную позицию осужденного и его защитника об отсутствии субъективного стороны инкриминируемого деяния, получившую надлежащую оценку в приговоре как способ защиты от обвинения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден. Данный вывод суда соответствует установленным фактическим обстоятельствам дела, подтверждается полно и правильно приведенными в приговоре доказательствами.

Так, правомерно судом в основу приговора положены показания ФИО1, данные в ходе предварительного расследования при допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которым 29.04.2024 около 05:30 на улице у 

<

...> в г. Екатеринбурге рядом с ТРЦ «Парк Хаус» между ним и потерпевшей произошел словесный конфликт, в ходе которого К. упала на асфальт. Он попытался ее поднять, но она его оттолкнула, встала и убежала во дворы. Когда К. убежала, он увидел на асфальте сотовый телефон марки «Realmi C55», в корпусе черного цвета. Увидев данный телефон, понял, что этот телефон К., который выпал у нее из кармана во время падения. В этот момент он решил похитить телефон К., оставить его для своего пользования или продать кому-либо. Он поднял телефон, забрал себе и уехал домой. Похищенный телефон он не собирался отдавать потерпевшей. Вину в хищении имущества признает в полном объеме, в содеянном раскаивается.

Аналогичную позицию ФИО1 занимал при даче показаний в ходе очной ставки с потерпевшей.

Данных, свидетельствующих о самооговоре осужденного, материалы уголовного дела не содержат. Показания даны осужденным с участием защитника и после разъяснения процессуальных прав. Из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного следствия адвокат выполнял свои обязанности, связанные с защитой осужденного, надлежащим образом, выражал позицию, соответствующую позиции защищаемого лица.

Указанные выше признательные показания осужденного подтверждены и согласуются с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре, в числе которых:

- показания потерпевшей К., согласно которым сотовый телефон марки «Realmi C55», черного цвета она приобрела в мае 2023 года за 17000 рублей в магазине «DNS». До января 2024 года в течение года она состояла в отношениях с ФИО1, но вместе не проживали. В январе 2024 года они расстались, но продолжали общаться. 29.04.2024 до 05:00 она находилась в гостях у ФИО1, где распивали спиртное. Около 05:30 

<

дата> она и ФИО1 вышли на улицу, проходя мимо ТРЦ «Парк Хаус», между ними возник конфликт по поводу личных взаимоотношений, в ходе которого он ударил ее кулаком в область правого глаза. От удара она испытала физическую боль и упала на асфальт. ФИО1 попытался ее поднять, но она его оттолкнула, встала на ноги и сразу же убежала в соседние дворы. Кулиев не стал ее догонять, остался на месте. Она забежала в какой-то двор, хотела вызвать такси, чтобы уехать домой, но обнаружила отсутствие телефона. Она поняла, что выронила сотовый телефон во время падения, так как карман пальто не закрывается. Вернувшись на место падения, телефон не нашла. Она попросила прохожего вызвать полицию. На место приехали сотрудники полиции, с которыми она проехала в отдел полиции. Поскольку Кулиев не возвратил ей телефон, она написала заявление о его хищении. С учетом износа оценивает телефон в 10000 рублей; 

- показания свидетеля Н., согласно которым 29.04.2024 около 05:30 он ехал на автомобиле, на пересечении ул. Сулимова и ул. Чекистов к нему подбежала девушка и пояснила, что необходимо вызвать сотрудников полиции, поскольку мужчина ее избил и похитил имущество. На лице под глазом у девушки был синяк, других повреждений не увидел. Он позвонил в ОП, спустя 10 минут подъехали сотрудники полиции;

- показания свидетелей В. и А. – сотрудников полиции, сообщивших по обстоятельствам обращения К. в ОП по факту хищения имущества и проведения доследственной проверки данного заявления.

Нарушений требований ст. 281 УПК РФ при оглашении показаний неявившихся потерпевшей и свидетелей судом не допущено.

Показания потерпевшей и свидетелей последовательны, непротиворечивы, они согласуются с показаниями осужденного, данными в ходе предварительного расследования, более того, эти показания подтверждаются письменными материалами дела, в частности: - рапортом дежурного ОП № 3 УМВД России по г. Екатеринбургу, согласно которому 29.04.2024 в 05:26 поступило сообщение от гр. Н. о том, что обратилась девушка, которая пояснила, что ее ударил мужчина и забрал телефон; - заявлением К. от 07.05.2024, в котором она просит привлечь к ответственности ФИО1, который 29.04.2024, находясь на ул. Сулимова, совершил хищение принадлежащего ей телефона «Realmi C55», чем причинил значительный материальный ущерб в размере 10000 рублей; - протоколом осмотра места происшествия, объектом которого является участок местности у 

<

...> в г. Екатеринбурге; - протоколом выемки от 07.05.2024, согласно которому ФИО1 в присутствии защитника добровольно выдан сотовый телефон марки «Realmi C55», похищенный 29.04.2024; - протоколом осмотра сотового телефона, в последствие признанного вещественным доказательством и переданного на ответственное хранение потерпевшей.

Размер материального ущерба, причиненного хищением имущества потерпевшей К., установлен на основании представленных сведений о рыночной стоимости сотового телефона из Интернет-источников, и не оспаривается сторонами, в том числе осужденным и его защитником.

Указанные и иные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом. Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, и не оспариваются осужденным и его защитником, в связи с чем суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными в приговоре, дав надлежащую оценку.

Вместе с тем, как усматривается из приговора, в обоснование вывода о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления суд, в числе прочего, сослался на его пояснения об обстоятельствах инкриминируемого деяния, данные им при производстве осмотра места происшествия.

Однако эти пояснения при осмотре места происшествия даны ФИО1 07.05.2024 без участия адвоката. При этом право воспользоваться услугами адвоката, а также иные процессуальные права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ, и положения ст. 51 Конституции РФ, ему не разъяснялись.

В связи с изложенным, указание на пояснения ФИО1, данные при производстве осмотра места происшествия 07.05.2024, (т. 1 л.д. 12-17) как на доказательство его виновности по уголовному делу подлежит исключению из описательно - мотивировочной части приговора.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что исключение этих пояснений из числа доказательств не влияет на достаточность совокупности изложенных в приговоре доказательств виновности осужденного ФИО1 в совершенном преступлении. 

Иные доказательства, приведенные выше и положенные в основу обвинительного приговора, обоснованно признаны судом достоверными, относимыми, допустимыми и в совокупности - подтверждающими вину осужденного ФИО1. Сомнений в обоснованности этого вывода суда у судебной коллегии не вызывают. Проверка доказательств, их оценка проведены в соответствии требованиям ст. 87, 88, 240 УПК РФ, при этом судом выяснены все обстоятельства, указанные в ст. 73 УПК РФ, необходимые для правильного разрешения дела по существу.

Исследовав и оценив доказательства в их совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, пришел к верному выводу о том, что совокупность вышеизложенных доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновным в инкриминируемом ему деянии и правильно квалифицировал его действия по хищению сотового телефона по ч. 1 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

Учитывая конкретные обстоятельства совершенного деяния, условия возникновения умысла на хищение имущества, обусловленного сложившейся ситуацией, поведением потерпевшей, отсутствием внимания к имуществу, обеспечивающего тайность действий по его незаконному изъятию, данная квалификация преступления признается судом обоснованной.

Доводы защитника и заявление осужденного об отсутствии корыстной цели при изъятии имущества потерпевшей опровергнуты представленными доказательствами, в том числе показаниями самого ФИО1, которые он давал в присутствии защитника на протяжении всего предварительного расследования, согласно которым при обнаружении сотового телефона на месте падения К., осознавая его принадлежность последней, у него возник умысел обратить это имущество в свою собственность и распорядиться по своему усмотрению, как заявлял ФИО1, он собирался либо пользоваться телефоном сам, либо продать, при этом возвращать телефон К. он не намеревался. 

Ссылка на личные взаимоотношения с потерпевшей до января 2024 года в качестве обстоятельств, указывающих на отсутствие состава преступления, признается несостоятельной, поскольку они не являются основаниями для признания законным его завладение телефоном К., без ее разрешения и ведома, в собственных корыстных интересах. Оснований для признания данного имущества совместной собственностью потерпевшей и осужденного не имеется, доказательств этом стороной защиты не представлено, а потерпевшей и исследованными доказательствами данный довод категорически опровергнут.

Изменение показаний в ходе судебного следствия со стороны осужденного правильно расценено судом как способ защиты от обвинения в целях избежать или смягчить наказание за содеянное.

Оснований для иной, более мягкой, квалификации деяния, либо для постановления оправдательного приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Как правильно отмечено в апелляционном представлении, судом первой инстанции в приговоре допущена техническая опечатка в указании даты совершения преступления, признанного доказанным. А именно, вместо 29.04.2024 суд указал на 29.04.2029, что является явной технической ошибкой, которая может быть устранена в апелляционном порядке, без отмены итогового судебного решения. Дата совершения ФИО1 инкриминируемого хищения достоверно установлена совокупностью приведенных в приговоре доказательств, не оспаривается сторонами, правильность этого обстоятельства сомнений не вызывает, а внесение соответствующего изменения не влияет на процессуальное положение осужденного, не нарушает его права на защиту.

Органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела каких-либо существенных нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе права на защиту, влекущих отмену приговора, допущено не было. Как видно из материалов уголовного дела, судебное следствие проведено судом объективно, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и для осуществления предоставленных им прав, были приняты все предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон. 

Психическое здоровье осужденного ФИО1 сомнений не вызывает. При таких обстоятельствах ФИО1 правомерно признан судом как подлежащий уголовной ответственности за содеянное с назначением наказания.

Вопрос о наказании ФИО1 разрешен судом с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, смягчающих наказание обстоятельств, семейного положения осужденного, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни семьи, иные данных о личности осужденного.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признал наличие малолетнего ребенка – по п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ. На основании ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих обстоятельств учтены: полное признание вины, раскаяние в содеянном, поскольку в основу обвинительного приговора судом положены показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия; ненадлежащее состояние здоровья подсудимого, его матери и сожительницы в связи с наличием заболеваний, оказание помощи матери и своему совершеннолетнему сыну.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства в соответствии с ч.1 ст. 18, п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ суд учел рецидив преступлений, применив при назначении наказания ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Наличие в действиях ФИО1 отягчающего наказание обстоятельства исключает применение ч. 1 ст. 62 УК РФ. Также не нашел оснований для применения положений ст. ст. 64, 73, 53.1, ч. 3 ст. 68 УК РФ, надлежаще мотивировав свое решение, в том числе вывод о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит обоснованным доводы апелляционного представления прокурора о нарушении уголовного закона при назначении наказания ввиду ненадлежащей оценки обстоятельств, подлежащих признанию в качестве смягчающих наказание. 

Так, судом первой инстанции указано на учет в качестве смягчающего обстоятельства добровольное возмещение морального вреда, причиненного преступлением, поскольку осужденным, согласно расписке, в досудебном порядке передано К. 10000 рублей. Однако соответствующей оценки данному смягчающему обстоятельству, а именно по п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом не дано. Кроме того, без внимания судом оставлено то обстоятельство, что, согласно протоколу выемки, осужденный добровольно выдал правоохранительным органам ранее похищенный телефон, который был возвращен потерпевшей. Более того, также не принято во внимание принесение извинений потерпевшей, принятые последней. Указанные обстоятельства подлежат учету в качестве смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, как добровольное возмещение ущерба, причиненного преступлением, выразившееся в добровольном возврате похищенного имущества, денежной компенсации морального вреда и принесении извинений.

Вывод суда об отсутствии оснований для признания смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, дачу объяснений и принесение явки с повинной, суд апелляционной инстанции считает незаконным и необоснованным по следующим основаниям. Так, суд первой инстанции не принял во внимание, что данное уголовное дело возбуждено 07.05.2024 в отношении неустановленного лица за совершение преступления в условиях неочевидности. Как следует из материалов дела, до возбуждения уголовного дела в рамках проверочных мероприятий ФИО1 было дано письменное объяснение, а также пояснения об обстоятельствах хищения, зафиксированные в протоколе осмотра места происшествия.

Как следует из приговора, суд не счел возможным использовать объяснение и явку с повинной в качестве доказательства виновности осужденного не по причине отсутствия в них юридически значимых обстоятельств, а ввиду нарушения права на защиту при их оформлении в отсутствие защитника.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что, вопреки выводам суда, изложенные ФИО1 сведения, зафиксированные в названных выше документах, имели юридическое значение для установления фактических обстоятельств содеянного, а потому активно способствовали раскрытию и расследованию преступления, указанные обстоятельства подлежат учету в качестве данного смягчающего обстоятельства по п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Оснований для самостоятельной оценки явки с повинной в качестве смягчающего обстоятельства как явка с повинной суд апелляционной инстанции не усматривает, учитывая, что данный документ принесен ФИО1 20.05.2024 после допроса в качестве подозреваемого, предъявления обвинения и проведения очной ставки. При таких обстоятельствах данная явка с повинной в совокупности с иными, приведенными выше процессуальными документами, содержащими показания ФИО1 об обстоятельствах содеянного, имеющих юридическое значение, подлежит учету в качестве активного способствования раскрытию и расследованию преступления.

Иных обстоятельств, подлежащих обязательному учету в качестве смягчающих, судом не установлено, сторонами таких обстоятельств не заявлено. При этом в силу положений ст. 6 УК РФ об индивидуализации наказания судом исследованы и учтены иные сведения о личности осужденного, в том числе семейное положение, состояние здоровья всех родственников и близких лиц, наличие социальных связей и положительно характеризующий материал с места жительства и работы, учтено влияние назначенного наказания на условия жизни семьи ФИО1. 

Несмотря на признание приведенных выше дополнительных обстоятельств в качестве смягчающих, законных оснований для смягчения размера назначенного наказания суд апелляционной инстанции не находит, исходя из санкции статьи инкриминируемого деяния и необходимости применения положений ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, степень тяжести, общественную опасность, обстоятельства совершенного преступления, принимая во внимание как совокупностью установленных судом первой инстанции смягчающих обстоятельств, так и дополнительно установленные в настоящем судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии достаточных оснований для применения положений ст.ст. 53.1, 73 и ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Не находит суд апелляционной инстанции оснований и для применения положений ст. 64 УК РФ, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, его поведением во время или после совершения преступлений, не имеется.

Вместе с тем, внесение указанных выше изменений в приговор суда не влечет признание назначенного вида наказания в виде реального лишения свободы в минимально возможном, согласно требованиям ч. 2 ст. 68 УК РФ, размере несправедливым. К такому выводу суд апелляционной инстанции приходит, исходя из характера и общественной опасности содеянного, на основании анализа совокупности всех сведений о личности ФИО1 и поведении в инкриминируемый период и после него, состояния здоровья его и членов его семьи, семейного положения, что свидетельствует о невозможности достижения целей наказания – исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений без реальной изоляции от общества, ввиду необходимости проведения воспитательной работы под контролем сотрудников и специалистов исправительного учреждения. Исправительное воздействие более мягкого вида либо размера наказания в отношении ФИО1 признается недостаточным и неэффективным. 

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, суд правильно определил в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ - исправительная колония строгого режима.

Принятое судом решение в части вещественных доказательств соответствует требованиям ст. 81 УК РФ.

Вопрос о распределении процессуальных издержек обсуждался в судебном заседании суда первой инстанции, их размер определен на основе соответствующих материалов, завышенным не является, оснований для освобождения ФИО1 от оплаты процессуальных издержек судом не выявлено. Имущественная несостоятельность осужденного не установлена, против взыскания издержек ФИО1 в ходе обсуждения данного вопроса в судебной заседании не возражал.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено, оснований для внесения в него иных изменений, в том числе по доводам жалобы, не имеется.

Руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 18.07.2025 в отношении ФИО1 изменить.

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговора дату совершения преступления как 29.04.2024, вместо ошибочно указанной - 29.04.2029.

Исключить указание на пояснения ФИО1, данные им в ходе осмотра места происшествия от 07.05.2025 (т. 1 л.д. 12-17), как на доказательство его виновности.

Признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1:

- на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче письменного объяснения и принесения явки с повинной, в добровольной выдаче похищенного имущества, в даче последовательных признательных показаний при осмотре места происшествия, в качестве подозреваемого, обвиняемого и в ходе очной ставки;

- на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ – добровольное возмещение ущерба, причиненного преступлением, выразившееся в добровольном возврате похищенного имущества, денежной компенсации морального вреда и принесении извинений.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора удовлетворить частично, апелляционную жалобу осужденного оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно после оглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Челябинске, путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения. Осужденный вправе заявить ходатайство об участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий