Дело № 1-53/2021 Деперсонификация

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

15 июля 2021 г. г. Екатеринбург

Екатеринбургский гарнизонный военный суд под председательством Кожухаря И.В., при секретарях судебного заседания: Степаненко С.С., Ананьине Д.С. и Качаевой З.А., с участием государственных обвинителей: заместителя военного прокурора Екатеринбургского гарнизона подполковника юстиции ФИО1 и помощника военного прокурора Екатеринбургского гарнизона капитана юстиции ФИО2, подсудимого ФИО4 и его защитника-адвоката Омарбекова С.З., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части №, 

<

данные изъяты>

ФИО4, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Судебным следствием военный суд,

установил:

ФИО3, являясь командиром инженерно-саперной роты войсковой части №, и в силу ст.ст. 144-145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, наделенный организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, в том числе подавать рапорты вышестоящим командирам для издания приказов на выплату дополнительного материального стимулирования военнослужащим и лицам гражданского персонала, то есть, являясь воинским должностным лицом, совершил мошенничество с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданам при следующих обстоятельствах.

14 декабря 2020 года ФИО3 представителю рабочей группы Л., созданной приказом командира войсковой части № для обеспечения законности при установлении дополнительного материального стимулирования (далее – денежная выплата) военнослужащим, был представлен список личного состава инженерно-саперной роты с указанием фамилий подчиненных военнослужащих для дополнительной выплаты им по результатам службы за 2020 год, куда входили военнослужащие войсковой части № Б., В., Е. и С., имевшие право на ее получение. В ходе личного разговора в кабинете ФИО4 стало известно от Л. о том, что командованием воинской части размер дополнительных выплат ему, ФИО3, определен в сумме 10 000 рублей, в то время как его вышеназванным подчиненным данные выплаты будут произведены в повышенном размере, а именно в 2,5 раза превышающем расчетную сумму, и эти сведения в ближайшее время будут представлены командиру войсковой части № для издания соответствующего приказа.

В этой связи ФИО3, желая незаконно обогатиться, путем хищения чужого имущества – денежных средств подчиненных ему вышеназванных военнослужащих, причитающихся тем к выплате, достоверно зная о принятом без его участия решении об установлении им повышенного размера указанных выплат, решил совершить мошенничество посредством сообщения им заведомо ложных сведений о том, что вышестоящим командованием денежная выплата каждому из них определена в размере 25 000 рублей, но он в силу занимаемого им служебного положения поспособствует увеличению размера выплаты, в связи с чем те, в свою очередь, должны будут 25 000 рублей оставить себе, а оставшуюся часть из полученных ими денег передать ему.

15 декабря 2020 года в первой половине дня, находясь в канцелярии войсковой части №, ФИО3, реализуя задуманное, в ходе личного общения со С., Е. и В. сообщил, что тем вышестоящим командованием определена дополнительная выплата в размере 25 000 рублей, но он в силу авторитета занимаемой должности может способствовать увеличению размера этой выплаты им, а те, в свою очередь, после получения указанной денежной выплаты должны будут 25 000 рублей оставить себе, а оставшуюся часть передать ему. При этом ФИО3 попросил Е. довести до Б. его предложение.

Будучи обманутыми ФИО3, достоверно не зная действительный размер выплаты, С. Е. и В., осознавая, что ФИО3, является их прямым начальником и может повлиять на размер названной выплаты, согласились на его условия. В свою очередь Е. пообещал ФИО3 предложение последнего довести до Б..

14 декабря 2020 года ФИО5 в связи с ранее выдвинутым предложением ФИО3 неоднократно созванивался с Б.. В ходе телефонных разговоров Е. передал Б. вышеназванные условия ФИО3 получения Б. выплаты в размере 25 000 рублей, сообщив, что он согласился на аналогичное предложение ФИО3. В результате телефонных разговоров Б., через Б., будучи обманутым ФИО3, достоверно не зная действительного размера причитающейся ему выплаты, осознавая, что ФИО3, является его прямым начальником и может повлиять на размер названной выплаты, также согласился на предложенные тем условия, о чем ФИО5 в последующем сообщил ФИО3.

В этот же день вышеуказанные военнослужащие перечислили ФИО3 на его банковский счет в ПАО «Сбербанк» денежные средства, а именно: Б. перевел 25 000 рублей, В. перевел 27 000 рублей, Е. перевел 25 000 рублей с банковского счета своей знакомой Р., С. перевел 22 000 рублей с банковского счета своей супруги И.

Полученными денежными средствами ФИО3 распорядился по своему усмотрению, причинив своими противоправными действиями Б., В., Е., С., каждому в отдельности, значительный ущерб в вышеуказанных суммах, а всего на общую сумму 99 000 рублей.

Подсудимый ФИО3 свою вину в инкриминированном деянии признал полностью, дал показания по своему содержанию соответствующие изложенным выше и пояснил, что мотивом его действий явилось тяжелое материальное положение.

Помимо личного признания подсудимого его вина в содеянном подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Потерпевший С., заместитель командира взвода войсковой части №, в судебном заседании показал, что 15 декабря 2020 года в канцелярии роты ФИО3 сообщил ему, что того лишили денежной выплаты, а в скором времени у него родится ребенок, в связи с чем ему нужны денежные средства. Далее ФИО3 сказал, что ему полагается денежная выплата в размере 25 000 рублей, но он, как его командир, используя свое служебное положение, сможет ходатайствовать перед вышестоящим командованием о повышении ему размера указанной выплаты, чтобы он 25 000 рублей оставил себе, а остальные 22 000 рублей отдал ему. Он согласился на предложение ФИО3, полагая, что ФИО3 его непосредственный командир и может ходатайствовать о выплате ему дополнительной денежной выплаты в повышенном размере, в связи с чем данная сумма составила около 50 000 рублей. 24 декабря 2020 года ему на банковский счет поступило денежное довольствие в размере 92 000 рублей и ему позвонил ФИО3, который сказал перевести тому оговоренные ранее деньги, что он впоследствии и сделал с банковской карты своей супруги, переведя ФИО3 на банковскую карту 22 000 рублей.

Также он считает, что ФИО3 его обманул, тем самым похитил принадлежащие ему денежные средства и причинил ему значительный ущерб.

Потерпевший Е., заместитель командира взвода войсковой части №, в судебном заседании показал, что 15 декабря 2020 года в первой половине дня в канцелярии роты ФИО3 сообщил ему, что того лишили денежной выплаты, а у него родится ребенок и ему нужны денежные средства. При этом ФИО3 сказал, что ему, Е., полагается денежная выплата в размере 25 000 рублей, но он, используя свое служебное положение, может сделать так, чтобы пришла денежная выплата в размере 60 000 рублей, при этом 25 000 рублей может оставить себе, а 25 000 рублей отдать ему. Также ФИО3 сказал ему позвонить и сообщить о том же Б., который находился в отпуске, что последнему также необходимо будет отдать часть денежной выплаты в размере 25 000 рублей. Он согласился на предложение ФИО3 и позже позвонил Б. и довел до того предложение ФИО3. При этом он полагал, что ФИО3 является его непосредственным командиром и может ходатайствовать о выплате ему дополнительной денежной выплаты в повышенном размере, в связи с чем данная сумма составила около 50 000 рублей. 24 декабря 2020 года после поступления на карточку денежного довольствия ФИО3 позвонил ему на мобильный телефон и попросил его перевести тому 25 000 рублей, которые он, Е., попросил свою девушку по номеру телефона ФИО3 перевести последнему, что та и сделала вечером того же дня.

Также он пояснил, что 18 февраля 2021 года он по просьбе ФИО3 написал тому расписки «задним числом» о, якобы, займе у последнего денежных средств на общую сумму 25 000 рублей. Аналогичные расписки написали Б. и В., однако между ними и ФИО3 никаких долговых обязательств не было. Считает, что ФИО3 обманул его, поделив его денежную выплату, забрав часть денег себе, чем причинил ему значительный ущерб.

Потерпевший Б., заместитель командира взвода войсковой части №, в судебном заседании показал, что 15 декабря 2020 года, когда он находился в отпуске, ему на мобильный телефон позвонил Е. и сообщил, что к нему обращался ФИО3, которого командование лишило денежной выплаты, в связи с чем тот хочет получить это дополнительное материальное стимулирование через них и они должны тому помочь. Б. полагается денежная выплата в размере 25 000 рублей, а ФИО3, используя свое служебное положение, увеличит ее до 50 000 рублей, после чего необходимо будет передать тому 25 000 рублей, поскольку ФИО3 нуждается в денежных средствах из-за рождения ребенка. При этом Е. сказал, что уже согласился с предложением ФИО3. На условия ФИО3 он, Б., согласился. 24 декабря 2020 года ему на его банковский счет поступили денежное довольствие и денежная выплата. При этом он полагал, что ФИО3, как его непосредственный командир, ходатайствовал о выплате ему денежной выплаты в повышенном размере, которая составила около 50 000 рублей. В этот же день ему на мобильный телефон позвонил ФИО3 и попросил передать 25 000 рублей, которые потом он, Б., перевел на карту последнего.

Также он пояснил, что ФИО3 обманул его, причинив ему значительный ущерб.

Потерпевший В., командир отделения войсковой части №, в судебном заседании показал, что 15 декабря 2020 года в канцелярии роты ФИО3 ему сообщил, что ему положена дополнительная выплата в размере 25 000 рублей, но ФИО3 сделает так, что ему поступит указанная выплата в размере около 52 000 рублей, после чего он свои 25 000 рублей оставляет себе, а оставшиеся 27 000 рублей должен будет отдать ФИО3, при этом ФИО3 никак не объяснял для каких целей необходимо передать данные денежные средства. Он воспринял предложение ФИО3 как приказ, поскольку последний являлся его командиром, и согласился с ним. 24 декабря 2020 года после поступления ему на счет денежной выплаты ему на мобильный телефон позволил ФИО3 и сообщил о необходимости перевести тому 27 000 рублей, которые затем он, В., перевел ФИО3 на банковскую карту.

Также он пояснил, что ФИО3 обманул его и похитил принадлежащие ему денежные средства, причинив при этом ущерб в значительном размере.

Из показаний свидетеля А. следует, что она проживает совместно с Е.. 24 декабря 2020 года Е. перевел ей на банковскую карту все свое денежное довольствие и денежную выплату и, позже позвонив ей, попросил перевести 25 000 рублей ФИО3 по номеру телефона последнего, что она и сделала. В тот же день Е. рассказал ей, что ранее ФИО3 был лишен дополнительной выплаты, а у того скоро родится ребенок. При этом Е. будет выплачена денежная выплата в размере 25 000 рублей, но ФИО3 сделает так, что поступит дополнительная денежная выплата в размере 50 000 рублей, в связи с чем необходимо было ФИО3 перевести 25 000 рублей. Примерно в марте 2020 года ей стало известно от Е., что ФИО3 того обманул, поскольку Е. без ходатайств последнего была положена дополнительные выплаты в размере 60 000 рублей (без вычета подоходного налога).

Согласно показаниям свидетеля Л., старшего офицера войсковой части №, в связи с указанием начальника отделения кадров войсковой части № у них в воинской части был подготовлен приказ, в соответствии с которым была создана рабочая группа (комиссия), которая осуществляла проверку обоснованности включения в списки военнослужащих, которым положена дополнительная денежная выплата по приказу Минобороны России № 1010. По результатам работы группы был подготовлен общий список военнослужащих войсковой части №, которые были достойны указанной выплаты. От командиров подразделений также поступали списки военнослужащих, достойных денежной выплаты. О повышении подчиненным военнослужащим коэффициента дополнительного материального стимулирования от командиров подразделений иных рапортов не поступало. От ФИО3 также поступал список личного состава подчиненного подразделения с указанием сведений лишь о том, достоин ли военнослужащий дополнительного материального стимулирования или нет. ФИО3 какие-либо суммы выплаты дополнительного материального стимулирования не указывал. В ходе распределения денежных средств было решено, что будет справедливо распределить высвободившиеся денежные средства среди заместителей командиров взводов, в том числе между Б., Е., В. и С.. 14 декабря 2020 года около 23 часов он находился в кабинете А., где вместе с последним формировали список военнослужащих по дополнительной денежной выплате. В это время к ним в кабинет зашел М., а затем прибыл ФИО3, который поинтересовался у него о размере дополнительного материального стимулирования. Он показал ФИО3 список, в котором было обозначено, что тому полагается денежная выплата в размере 10 000 рублей. Далее ФИО3 спросил у него о том, у кого из военнослужащих его роты денежная выплата высокого размера. Он сказал, что заместители командиров взводов и техник роты получили коэффициент по 2,5, то есть Е., В., С. и Б.. С какими-либо иными просьбами ФИО3 к нему не обращался.

Из показаний свидетеля Ж., начальника штаба – заместителя командира войсковой части №, следует, что в соответствии с приказом командира их воинской части он был назначен председателем рабочей группы по установлению выплат по приказу Минобороны России № 1010. В группу также входили: Х., Н., З. и Л.. Им было определено, что Л. занимается оформлением списка военнослужащих по установлению выплат дополнительного материального стимулирования. Е., В., С. и Б. были установлены суммы на денежные выплаты и им полагался повышенный коэффициент. Каких-либо иных рапортов от командиров подразделений о повышении подчиненным военнослужащим размера денежной выплаты не поступали. Кроме того, он определил, что за счет высвобожденных денежных средств необходимо увеличить размер дополнительного материального стимулирования, в том числе Е., В., С. и Б.. О вышеуказанном списке также знал и ФИО3. С просьбой увеличения или уменьшения размера денежной выплаты Е., В., С. и ФИО4 к нему не обращался.

Согласно показаниям свидетеля Ф., начальника инженерной службы войсковой части №, после принятия им дел и должности он узнал от ФИО3, что для сдачи на базу хранения техники необходимо предоставить заместителю командира войсковой части № - У. 2 000 литров антифриза. В дальнейшем ему стало известно, что проблем со сдачей указанной техники нет, но У. ищет антифриз и тот попросил его оказать ему помощь в этом вопросе. В дельнейшем он приобрел и передал У. 1 500 литров антифриза стоимостью около 70 000 рублей. При этом он спрашивал у ФИО3 не желает ли тот поучаствовать в покупке антифриза У., однако ФИО3 сказал, что денег у него нет, участия в этом принимать не будет. Сдачей техники занимался именно он, а не ФИО3, в связи с чем необходимости тратить свои личные денежных средств на сдачу техники у того не было. О том, что ФИО3 примет какое-либо участие в покупке антифриза у них договоренности не было. ФИО3 компенсировать ему затраты на антифриз не обещал.

Наряду с вышеприведенными показаниями допрошенных по делу лиц, вина подсудимого также подтверждена следующими материалами уголовного дела.

Согласно списку личного состава инженерно-саперной роты, определенных на дополнительное материальное стимулирование в 2020 году в соответствии с приказом МО РФ № 1010, у каждого военнослужащего имеются сведения «Достоин» или «Не достоин» с указанием причины недостойности денежной выплаты. Е., В., С. и Б. достойны дополнительной выплаты. В примечании к указанным военнослужащим какой-либо дополнительной информации не обнаружено. Список подписан ФИО3.

В соответствии с расчетными листками Б., В., Е., С. в период с июня по ноябрь 2020 года их денежное довольствие составило в среднем около 41 000, 48 000, 54 000 и 40 000 рублей соответственно.

Из выписки из приказа командира войсковой части № от 15 декабря 2020 года № следует, что дополнительное материальное стимулирование в размере 60 000 рублей (без вычета подоходного налога) помимо Б., В., Е. и С. получили еще 75 военнослужащих.

Как видно из выписки по банковскому счету С., 24 декабря 2020 года ему на счет № поступило денежное довольствие и дополнительное материальное стимулирование в сумме 91 923,53 рубля. В тот же день осуществлена выдача наличных денежных средств в размере 91 000 рублей. В этот же день на банковский счет С. были внесены наличные денежные средства в размере 22 000 рублей, которые были переведены на банковскую карту ФИО3.

Согласно выписке по банковскому счету Е. 24 декабря 2020 года ему на счет № поступило денежное довольствие и дополнительное материальное стимулирование в сумме 105 979,07 рубля. В тот же день с указанного счета осуществлен перевод денежных средств на сумму 100 000 рублей на банковскую карту Р.. А из выписки по банковскому счету Р. следует, что 24 декабря 2020 года ей на банковский счет № поступило 100 000 рублей от Е. и в тот же день с указанного счета осуществлен перевод 25 000 рублей на банковскую карту ФИО3.

Из выписки по банковскому счету В. следует, что 24 декабря 2020 года ему на банковский счет № поступило денежное довольствие и дополнительное материальное стимулирование на сумму 93 924,25 рубля. В тот же день с указанного счета осуществлен перевод на сумму 27 000 рублей на банковскую карту ФИО3.

Согласно выписке по банковскому счету Б. 24 декабря 2020 года ему на банковский счет № поступило денежное довольствие и дополнительное материальное стимулирование на сумму 94 411,57 рубля. В тот же день с указанного счета осуществлен перевод на сумму 25 000 рублей на банковскую карту ФИО3.

Из выписки по банковскому счету ФИО3 следует, что 24 декабря 2020 года ему на банковский счет № поступили денежные средства в суммах: 25000 рублей от Б., 22000 рублей от С., 27 000 рублей от В. и 25 000 рублей от Р..

Оценивая изложенные доказательства, суд находит их относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности достаточными для разрешения данного уголовного дела и кладет их в основу приговора.

Поскольку перечисленные потерпевшими ФИО3 денежные средства составляют большую половину их денежного довольствия, суд признает причиненный им размер ущерба как значительный.

Содеянное подсудимым ФИО3 суд расценивает как хищение чужого имущества путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, с причинением значительного ущерба гражданам, то есть мошенничество, которое квалифицирует по ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Одновременно суд исключает вмененное ФИО3 отягчающее обстоятельство – совершение преступления с использованием доверия, оказанного виновному в силу его служебного положения, предусмотренное п. «м» ч. 1 ст. 63 УК РФ, поскольку оно предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса в качестве признака преступления, а в соответствии с ч. 2 ст. 63 УК РФ оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Решая вопрос о виде и размере наказания, подлежащего назначению подсудимому ФИО3, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. «г» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает смягчающими обстоятельствами по инкриминированному ФИО3 преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 159 УК РФ, наличие у него малолетних детей и добровольное возмещение имущественного ущерба каждому потерпевшему.

Кроме того, в качестве смягчающих обстоятельств по преступной деятельности подсудимого суд учитывает, что тот ранее ни в чем предосудительном замечен не был, к уголовной и административной ответственности не привлекался, совокупностью представленных материалов он характеризуется положительно по местам службы и жительства, имеет пять ведомственных медалей, неоднократно принимал участие на уроках мужества, проводимых Фондом поддержки ветеранов «За родину!» по подготовке подростков к военной службе и повышения патриотизма.

Отягчающих наказание ФИО3 обстоятельств судом не установлено.

Вышеуказанные смягчающие обстоятельства в совокупности с данными о личности подсудимого и его поведением после совершения инкриминируемого преступления суд признает исключительными обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в связи с чем полагает возможным назначить ФИО3 наказание в виде штрафа, исчисленного в конкретной денежной сумме, в размере близким к минимальному, и не применять дополнительные наказания, предусмотренные в качестве обязательных санкцией указанной части статьи.

При определении ФИО3 размера штрафа суд, в соответствии с ч. 3 ст. 46 и ч. 3 ст. 60 УК РФ, помимо характера и обстоятельств совершенного подсудимым преступления, также учитывает наличие у него малолетних детей и его кредитные обязательства.

Исходя из фактических обстоятельств совершенного умышленного коррупционного преступления, которое является тяжким и направленным против чужой собственности, количества потерпевших, степени его общественной опасности, суд не находит достаточных оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ к совершенному ФИО3 преступлению.

Разрешая судьбу вещественных доказательств, суд полагает, что, в соответствии со ст.ст. 81, 82 УПК РФ, компакт диски, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле.

Мера пресечения, избранная в отношении подсудимого, до вступления приговора в законную силу должна быть оставлена прежней.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде штрафа в размере 110 000 (ста десяти тысяч) рублей.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО4 – подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить прежней.

Меры процессуального принуждения в виде ареста с установлением запрета совершать действия, направленные на отчуждение имущества:

<

данные изъяты>

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

<

данные изъяты>

Штраф надлежит уплатить по следующим реквизитам:

Военное следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Центральному военному округу.

Руководитель: ФИО6, действует на основании Положения.

Адрес: 620137, 

<

...>:

- УФК по Свердловской области г. Екатеринбург, ИНН 

<

***>, КПП 667001001, р/счет 

<

***> в Уральском ГУ Банка России г. Екатеринбург, БИК 016577551, УИН «0», л/с 

<

***> администратора доходов Федерального Бюджета Код бюджетной классификации (КБК): 417 116 03121 01 0000 140.

Назначение платежа: Штраф по уголовному делу № 1.21.0200.1001.000014 от ФИО4 НДС не облагается.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Центральный окружной военный суд через Екатеринбургский гарнизонный военный в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела для рассмотрения в апелляционном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий И.В. Кожухарь