Дело № 2-103/19

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

15 января 2019 года г. Сарапул УР

Сарапульский городской суд УР в составе:

председательствующего судьи Голубева В.Ю.,

при секретаре Кузнецовой Н.В.

с участием

прокурора ФИО1 

истца ФИО2

ответчика ФИО3, его представителя адвоката Чухланцева В.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 

<

данные изъяты> к ФИО4 

<

данные изъяты> о признании утратившим право пользования жилым помещением, по встречному иску ФИО4 

<

данные изъяты> к ФИО2 

<

данные изъяты> о признании права пользования жилым помещением, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, понуждении к передаче ключей, 

установил:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета. Заявленные требования мотивированы тем, что истец на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан от 21.11.2005 года является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. В указанном жилом помещении зарегистрирован ответчик ФИО3 03 апреля 2012 года брак между истцом и ответчиком был расторгнут, ответчик выехал из жилого помещения, но с регистрационного учета не снялся. Регистрация ответчика в принадлежащем истцу на праве собственности жилом помещении существенно ограничивает ее в праве владения, пользования и распоряжения жилым помещением. Ответчик бремя расходов по содержанию жилого помещения не несет, личных вещей его в доме нет, после развода в квартиру вселиться не пытался. Какого-либо соглашения между сторонами о сохранении за ответчиком права пользования квартирой не заключено. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит признать ФИО3 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

данные изъяты>, обязать Межрайонный УФМС России по г.Сарапулу снять ответчика с регистрационного учета по указанному адресу. 

В ходе рассмотрения дела истец представила письменные пояснения к исковому заявлению, фактически являющиеся уточнением оснований исковых требований, согласно которым ответчик имел право пользования спорной квартирой, однако, брак между сторонами был расторгнут, после чего в спорной квартире ответчик не проживает и ею не пользуется, членом семьи собственника жилого помещения ответчик не является. Поскольку семейных отношений между истцом и ответчиком в смысле жилищного законодательства не существует, собственник квартиры не признает за ним дальнейшего права пользования жилым помещением, соглашение с ответчиком относительно пользования жилым помещением не имеется, соответственно, права ответчика на пользование жилым помещением не сохраняются. Выезд ответчика носит добровольный характер, он вывез свои вещи, проживает с новой семьей в другом жилом помещении, препятствий в проживании не чинилось, как со стороны истца, так и со стороны других лиц. Совместного хозяйства не ведется, единого бюджета нет. Истец вынуждена нести дополнительные расходы по оплате коммунальных платежей за ответчика. Наличие единственного жилого помещения у ответчика не является обстоятельством, препятствующим признанию его утратившим право пользования жилым помещением. В период с 18.02.1994 года по 05.09.2017 года ответчик имел право собственности на другое жилое помещение по адресу: 

<

данные изъяты> Данный объект является жилым домом и имеет кадастровый номер. Ответчик не предъявлял в предусмотренном законом порядке требований о своем вселении, о сохранении за ним правка пользования помещением. Ключи от квартиры были в его распоряжении. Указанные обстоятельства свидетельствуют о незаинтересованности ответчика в жилом помещении и об отсутствии намерений ответчика сохранить за собой право пользования им.

Ответчик ФИО3 обратился в суд с встречным исковым заявлением к ФИО2 о признании права пользования жилым помещением, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, понуждении к передаче ключей. Требования мотивировал тем, что исходя из того, что договор передачи жилого помещения в собственность граждан был заключен 21.11.2005 года следует, что до указанного момента квартира являлась муниципальной собственностью и пользование данным жилым помещением регулировалось положениями действующего законодательства о найме жилых помещений и социальном найме жилых помещений, в том числе, в части возникновения права пользования жилыми помещениями, предоставленными на условиях найма (социального найма), членами семьи нанимателя. В соответствии с действующим законодательством возникновение права пользования жилыми помещениями не ставится в зависимость от регистрации по месту жительства, а определяется фактически возникшими правоотношениями по пользованию жилыми помещениями. 20 ноября 1992 года между ним и истцом был зарегистрирован брак. Они проживали совместно, вели общее хозяйство. 24 января 1993 года у них родился сын. В период 2000-2001 года он с супругой ФИО2 и сыном вселились в квартиру по адресу: 

<

данные изъяты>. С указанного времени они постоянно проживали в данной квартире как члены одной семьи, несли бремя содержания данного жилого помещения, в том числе в виде оплаты за счет общих денежных средств коммунальных платежей, найма, а также производства ремонта данной квартиры. Из поквартирной карточки следует, что на момент их вселения в данной квартире были зарегистрированы по месту жительства 

<

данные изъяты> которая на момент их вселения в данной квартире проживала, но в последующем выехала в иное жилое помещение, в связи с чем снялась с регистрационного учета в 2002 году и 

<

данные изъяты>., который в квартире не проживал, но снялся с регистрационного учета в 2002 году. После снятия данных лиц с регистрационного учета по месту жительства, регистрация была сохранения только у ФИО2, в связи с чем следовало, что она является нанимателем данного жилого помещения. После снятия указанных лиц с регистрации по месту жительства стороны продолжали проживать в данной квартире составом семьи. Таким образом, следует, что у ФИО3 с момента вселения в качестве члена семьи ФИО2 возникло равное с ней право пользования жилым помещением по адресу: УР

<

данные изъяты> и, соответственно, следует, что на момент заключения договора на передачу квартир в собственность граждан 21 ноября 2005 года, он имел равные с ФИО2 права пользования жилым помещением. Следовательно, положения ч.4 ст. 31 ЖК РФ, на которую ссылается истица, на него не распространяется и, соответственно, основания признания его утратившим право пользования жилым помещением отсутствуют. Поскольку указанные обстоятельства являются спором о моменте возникновения и наличия (сохранения) у него права пользования спорным жилым помещением он должен быть разрешен в судебном порядке. При принятии судом решения о возникновении у него права пользования жилым помещением, в том числе на момент его приватизации, следует, что его право пользования является бессрочным и сохраняется в силу закона и при отчуждении жилого помещения другим лицам. Кроме того, со стороны ФИО2 ему созданы препятствия в пользовании спорным жилым помещением, выраженные в следующем. В 2011 году ФИО5 обратилась в суд с иском о расторжении брака. В ходе рассмотрения дела им был предоставлен срок для примирения и более никаких извещений о рассмотрении дела ему не поступало, они продолжали проживать совместно в указанной квартире, вели общее хозяйство в связи с чем, он полагал, что их брак сохранен. С начала 2015 года ФИО2 стала вести себя по отношению к нему грубо и вызывающе, стала провоцировать ссоры и конфликты. Летом 2015 года произошел очередной конфликт в результате которого он был вынужден выехать из спорной квартиры, при этом, в квартире оставались вещи, приобретенные ими как во время брака, так и принадлежащие ему лично. Какого–либо иного жилья, ФИО3 на праве пользования либо в собственности не имеет, в настоящий момент вынужден снимать жилье у частных лиц. В настоящий момент ФИО2 в квартиру его не пускает, ключей от замков входных дверей ему не передает, чем препятствует ему в пользовании жилым помещением. Реализация его прав на проживает и пользование жилым помещением возможна путем устранения существующих препятствий в виде возложений на ФИО2 обязанностей не чинить ему препятствий в пользовании жилым помещением с передачей дубликатов ключей от замков входных дверей в спорную квартиру. 

Просит признать за ним бессрочное право пользования жилым помещением, квартирой по адресу: 

<

данные изъяты>; обязать ФИО2 не чинить ему препятствий в пользовании жилым помещением, квартирой по адресу: 

<

данные изъяты>; обязать ФИО2 передать ему дубликаты ключей от замков входных дверей квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО3 представил письменные пояснения к исковому заявлению, фактически являющиеся уточнением оснований исковых требований, согласно которым ФИО2 было известно на момент приватизации жилого помещения о наличии равного с ее правом права пользования жилым помещением как ФИО3, так и их сыном 

<

данные изъяты> Однако, злоупотребив своим правом с целью лишения ФИО3 и 

<

данные изъяты> права собственности на данное помещение, ФИО2 заключила договор приватизации только в отношении себя лично. Таким образом, указанная сделка является ничтожной. Отсутствие его согласия на приватизацию жилого помещения при наличии у него равного с ФИО2 на момент приватизации ею спорного жилого помещения права пользования жилым помещением по договору социального найма, у него возникло самостоятельное и бессрочное право пользования спорной квартирой, которое не соотносится к правам пользования жилым помещением по основаниям, возникшим как у члена семьи собственника жилого помещения, в связи с чем последствия прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения на него не распространяются. 

Определение Сарапульского городского суда от 15 января 2019 года прекращено производство по делу в части искового требования ФИО2 к ФИО3 о возложении на орган регистрационного учета обязанности по снятию ФИО3 с регистрационного учета по адресу: 

<

данные изъяты> 

В судебное заседание не явился представитель третьего лица ГУ МО МВД России «Сарапульский», извещен надлежащим образом. 

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержала исковые требования, суду пояснила, что после расторжения брака с ответчиком в 2012 году они год не жили, потом какое-то время проживали совместно. С 2015 года ответчик выехал, совместно не проживают. Квартира принадлежит ей. Изначально она была предоставлена ее родителям. Она зарегистрировала ответчика после заключения договора приватизации, как своего супруга. После расторжения брака ответчик вывез вещи. С 2015 года ответчик в квартире не появляется. Она проживает в спорной квартире с 1987 года. В браке с ответчиком находилась с 1992 года. Сначала проживали в другом месте, по 

<

данные изъяты>. В ее квартире проживала ее мама 

<

данные изъяты> которая снята с регистрационного учета в спорной квартире 15 октября 2000 года. 

<

данные изъяты> ее брат, снят с регистрационного учета в спорной квартире 31 мая 2002 года. Повторно вселились на 

<

данные изъяты> в 2000-2002 году с сыном 

<

данные изъяты>. Ответчик сохранял регистрацию на 

<

данные изъяты>, но проживал с ней в спорной квартире. Вещи совместные не привезли, вели совместное хозяйство. Оплата производилась ежемесячно за пользование коммунальными услугами. По состоянию на 2005 год ответчик не приобрел право пользования. На период приватизации ответчик не имел равное право пользования. После расторжения брака какое-то время жили вместе. Ответчик злоупотреблял спиртным, выехал добровольно. Окончательно ответчик выехал в 2015 году, его вещей в квартире не было, так как он их вывез в 2012 году. До 2012 года жили постоянно. До 2015 года периодически ответчик приходил, потом вообще выехал. Вещи вывез в 2012 году. Попыток пользования квартирой ответчик не предпринимал. Требований у ответчика пустить в квартиру для проживания не было. Общения с ответчиком не было. Дубликат ключей он не просил. Ключи у него были. Попыток вселения не было. Ответчику по найму принадлежала квартира по 

<

данные изъяты>. В спорной квартире он стал проживать с 2002 года. Постоянно в спорной квартире стали проживали с декабря 2005 года. До этого поживали то по 

<

данные изъяты>, то по 

<

данные изъяты>. С декабря 2005 года общее хозяйство стали вести по ул.

<

данные изъяты>. В 2001 году общее хозяйство с ответчиком не вели. 

Ответчик ФИО3 исковые требования ФИО2 не признал, свои встречные исковые требования поддерживает. Суду пояснил, что иск о расторжении брака был подан в 2011 году, дали срок для примирения 3 месяца, он больше в суд не приходил, о том, что они разведены, он не знал. В квартире стали жить с 2000-2001 года. Матери истца, 

<

данные изъяты>, они купили однокомнатную квартиру, выплатили денежные средства брату истицы за его долю. Стали жить в квартире, делали ремонт. До этого они жили по 

<

данные изъяты>, в квартире его родителей. По 

<

данные изъяты> он проживал до 2015 года. О расторжении брака он узнал в 2015 году. В 2012 году он узнал, что подан иск о расторжении брака, они поругались, он взял зубную щетку, его не было 2-3 дня. Потом пришел, они продолжали жить. Потом он увидел, что истец поменяла вывеску на кабинете, потом он увидел, что она поменяла права. Истец выгнала его из квартиры, его выезд носил вынужденный характер, истцом ему было сказано, чтоб он уходил, что она любит другого человека. После услышанного ему было сложно оставаться в квартире. Он собрал вещи, ключи от квартиры у него остались, где сейчас находятся, он не знает, потерял их. Более в квартиру он не приходил. Не хотел травмировать младшего ребенка, вызывать конфликтную ситуацию. Попыток для вселения не предпринимал. Были угрозы, если он придет, то истец вызовет полицию. О том, что квартира приватизирована он не знал. Он думал, что это их общая квартира. У него нет другого жилья. Квартира трехкомнатная. Сейчас он с истцом уже посторонние люди. Неоднократно с истцом были разговоры о предоставлении ему жилья. В случае предоставления ему жилья он добровольно снимется с учета. Разговоров по пользованию спорной квартирой у них не было. Дубликат ключей от квартиры ему не дают. Нанимателями квартиры по 

<

данные изъяты> были его родители, он был там зарегистрирован, потом снялся с регистрационного учета. По 

<

данные изъяты> дома нет, там была только земля. Он приобрел землю в 1994 году, там был сарай, дом очень ветхий, весь развалился. В спорной квартире проживали с 2000 года. С 

<

данные изъяты> он выехал по договоренности с истицей, поскольку на тот момент они состояли в браке.

Представитель ответчика адвокат Чухланцев В.П. в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО2 не согласился, пояснив суду, что между сторонами был заключен брак, рожден ребенок, проживали по другому месту жительства до 2000 года. В спорной квартире жила мать истца. В 2002 году истец, ответчик и сын 

<

данные изъяты> въехали в спорную квартиру как члены семьи, жили вместе, вносили коммунальные платежи. Ответчик никуда не выезжал, жили все вместе. С момента вселения ответчик приобрел право пользования. В 2002 году на имя 

<

данные изъяты> за счет их общесемейных средств была приобретена квартира по 

<

данные изъяты>. Брат истца не проживал в спорной квартире, но был зарегистрирован, 31 мая 2002 года он снялся с учета. На 2005 год в квартире жили истец, ответчик и ребенок. В 2005 году квартира приватизирована, о том, что с истицей заключен договор приватизации ответчик не знал. О том, что брак в 2012 году расторгнут, ответчик не знал, поскольку они продолжали жить единой семьей. В 2015 году окончательно разошлись в связи с невозможностью проживания, ответчику пришлось покинуть квартиру, была неприязнь. В 2005 году ответчик имел равное право пользования спорным жильем. Ответчик не может быть признан утратившим право пользования. Истица сообщила ответчику о расторжении брака в 2015 году. Создалась ситуация невозможности совместного проживания. Выезд был вынужденным. Когда ответчик въехал в квартиру, он не знал на каком праве принадлежит квартира истцу. По 

<

данные изъяты> ответчик не проживал сначала 2000 года. Право пользования спорной квартирой возникло на период приватизации. В спорную квартиру стороны въехали в 2000-2001 году. Делали ремонт до 2002 года. В 2002 году у ответчика отмечали юбилей. До 2005 года ответчик был зарегистрирован по 

<

данные изъяты>. С 2002 года в квартире по 

<

данные изъяты> проживают посторонние лица. Все имущество оттуда была вывезено. В спорную квартиру приобреталась новая мебель. Ответчик был зарегистрирован после приватизации квартиры. В 2015 году после определенных событий ответчик ушел из дома, взял носильные вещи. В период брака продано недвижимое имущество, приобретен земельный участок. Жилого помещения по 

<

данные изъяты> не было., ответчик там не мог проживать. Его пустила племянница 

<

данные изъяты>, у которой он живет до настоящего времени. Другого жилья у него нет. В настоящее время 

<

данные изъяты> уведомила ответчика, что намерена продать дом, ответчику негде жить.

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что истец ей знаком, они дружат более 3 лет. Сейчас вместе работают. Бывает в гостях, ответчика там никогда не видела. С истцом встречаются в выходные раза два в месяц, ответчика вообще никогда не видела и не знает как он выглядит. Со слов истца она в разводе с ответчиком на протяжении 5-6 лет. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что она с истцом знакома, они дружат. Ответчик ФИО3 ей знаком, раньше дружили семьями. Дружат более 20 лет. Между истцом и ответчиком был брак, в 2012 году брак расторгнут, потом они немного еще жили, отношения не сложились. Ответчик сам собрал вещи и выехал. В квартире по 

<

данные изъяты> ответчик был только зарегистрирован. На момент регистрации ответчика в квартире квартира была уже приватизирована. О расторжении брака ответчик знал. До момента развода истец и ответчик жили одной семьей. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что истца и ответчика она знает примерно 20 лет. С 2000-2001 года они стали жить в квартире по ул

<

данные изъяты>. В квартиру вселились втроем – истец, ответчик и сын 

<

данные изъяты>. Семья была хорошая, они все праздники проводили вместе. Она всегда могла обратиться за помощью к 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>. Примерно 3 года назад, истец и ответчик были у них в гостях на дне рождения у ее мужа. О том, что что-то не ладится в их семье 

<

данные изъяты> знала, были ругань, скандалы. О расторжении брака не знала. Вскоре после дня рождения, 

<

данные изъяты> позвонил, попросил, чтобы она пустила его жить, что ему жить негде. Года 3-4 назад они приобрели дачу в д.Яромаска. Истец все покупала, хорошо зарабатывала. 

<

данные изъяты> все делал. Также 

<

данные изъяты> знает мать и брата истца. У матери истца есть квартира, 

<

данные изъяты> с 

<

данные изъяты> купили ей другую квартиру. У брата истца есть свой дом в деревне. 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> несколько раз просили у нее деньги, чтобы передать брату истца за квартиру. О том, что в семье была ругань, ей известно со слов ответчика, сама она не видела как истец и ответчик ругались. Когда истец и ответчик переехали в квартиру по 

<

данные изъяты> их старший сын 

<

данные изъяты> был маленький. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что ответчик ФИО3 ее дядя. Дом по ул. 

<

данные изъяты> принадлежит ей и ее брату. В указанном доме ФИО3 проживает с августа 2015 года. В семью ответчика она не вмешивалась. Ответчик сказал, что истец выгнала его из дома и ему негде жить, она его пустила. До этого, он также приходил несколько раз ночевать, поспит, потом уйдет. С 2015 года ответчик в доме живет постоянно, у него имеются только носильные вещи, велосипед. Имущества и других вещей не было. 

<

данные изъяты> является собственником дома по 

<

данные изъяты>. Ранее собственником был ответчик. На данном участке нет объекта, пригодного для проживания, там заросли. Ей нужна была только земля, в договоре указан дом. В настоящее время дом по 

<

данные изъяты> выставлен на продажу. У ответчика другого жилья нет. Пьяным ответчика в период с 2012 по 2015 год она не видела. О том, что ответчик предпринимал попытки для вселения в квартиру по 

<

данные изъяты> она не слышала. В дом кроме носильный вещей, ответчик ничего не принес. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что истец ее подруга, знакомы более 20 лет. В 2012 году между истцом и ответчиком был расторгнут брак, ответчик знал об этом с первого дня. Причина развода – сильное злоупотребление ответчика алкоголя. До весны 2015 года истец и ответчик еще проживали совместно. Весной 2015 года ответчик собрал сумку и ушел. Она часто бывает в квартире истца, вещей ответчика в квартире давно уже нет. Весной 2015 года она была в квартире истца, сидели на кухне, была мать истца, ответчик пришел, собрал сумку и ушел, сам закрыл дверь своими ключами. Скандалов между истцом и ответчиком в квартире не было, младший ребенок состоял на учете у невролога и они дома не скандалили. О расторжении брака ей говорил сам ответчик в 2012 году. Иск о разводе подала истец. В 2015 году ответчик ушел сам, точную причину его ухода она не знает. Видела только как он забрал личные вещи Обстановка в квартире та же, причина распада семьи – алкоголь. О попытках ответчика вернуться ей ничего не известно. Ответчик ушел сам, закрыл дверь своими ключами, вернул или нет ключи ей не известно. Когда ответчик ушел, то жил по ул.Интернациональная, снимал жилье, потом жил на п.Элеконд. Сейчас он живет по ул.1-Дачная с женщиной. Ответчик ее сам с ней знакомил, сказал, что это его гражданская жена. Муж 

<

данные изъяты> заходил к ответчику на адрес, где он сейчас живет. Ответчик фактически создал новую семью. Живет с женщиной около года. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что знает ответчика и истца с начала 1990-х годов. В 1990-х годах они зарегистрировали брак. По 

<

данные изъяты> он был несколько раз в гостях. До этого они жили по 

<

данные изъяты>. В квартире по ул

<

данные изъяты> были вещи ответчика и истца, они вели себя так, что они там живут, с ними проживал старший ребенок. Совместно истец и ответчик проживали до 2015 – 2016 года. Он приезжал к ним на дачу в Пещеры, они купили дом в д.Яромаска, приезжал туда, это было в первой половине 2015 года. У них были нормальные отношения. О расторжении брака он узнал от ответчика, он сказал, что развод состоялся без него. В квартире по ул

<

данные изъяты> они отмечали юбилей ответчика, на юбилее было сказано, что данную квартиру они купили. С ответчиком он общается, но где тот живет, не знает. Когда он был последний раз в квартире по ул

<

данные изъяты>, он не помнит. В последнее время встречался с ответчиком на набережной в кафе. Ответчик выпивал, но не злоупотреблял алкоголем. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что истца и ответчика он знает через знакомых. Ответчик попросил сделать ремонт в квартире по ул.

<

данные изъяты> Это было 16-17 лет назад. Он делал ремонт в туалете, ванной, делал навесные потолки, шпаклевали. На кухне делали ремонт вместе с ответчиком. Они приезжали и делали там ремонт. Когда делали отделочные работы, истец и ответчик проживали в квартире. Еще он делал ремонт в квартире матери истца. В начале у истца и ответчика был один ребенок, потом родился еще сын. Отношения у него с ответчиком товарищеские, но не дружественные, не общаются. 

Из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> следует, что знаком с ответчиком с 2011-2012 года, сейчас отношения дружеские. Познакомились по работе. С истцом не знаком, в квартире по 

<

данные изъяты> никогда не был. Общается с ответчиком, ответчик приходит к нему помыться, побриться, постирать, иногда ночует. Ответчик говорил, что живет у племянницы, где именно, он не знает. Со слов ответчика ему негде жить, в семье проблемы. Ему неизвестно есть ли у ответчика женщина, подруга. Ответчик ходит к нему мыться и стирать с 2015 – 2016 года. 

Суд, выслушав пояснения сторон, представителя ответчика, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением и отказать в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании права пользования жилым помещением, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, понуждении к передаче ключей, исследовав письменные материалы дела, пришел к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, истец ФИО2 является собственником жилого помещения – квартиры по адресу: 

<

данные изъяты>, что следует из свидетельства о государственной регистрации права от 14 декабря 2005 года 

<

данные изъяты>, а также выписки из ЕГРН от 12 октября 2017 года. Право собственности возникло на основании договора на передачу квартир в собственность граждан № 

<

данные изъяты> 21 ноября 2005 года. 

Заявление на приватизацию было подано ФИО2 21 ноября 2005 года. 

Согласно справке о зарегистрированных гражданах от 21 ноября 2005 года в жилом помещении по адресу: 

<

данные изъяты> была зарегистрирована только истец. Аналогичные сведения содержатся в поквартирной карточке на указанное жилое помещение. 

Из поквартирной карточки также следует, что ответчик ФИО3 зарегистрирован в спорном жилом помещении 28 декабря 2005 года в качестве члена семьи собственника, а именно, в качестве супруга истца.

Согласно свидетельству о расторжении брака, выданному 19 мая 2017 года Управлением ЗАГС Администрации г.Сарапула серии 

<

данные изъяты>, брак между истцом и ответчиком прекращен 03 апреля 2012 года на основании решения мирового судьи судебного участка № 1 г.ФИО6 о расторжении брака от 11 января 2012 года, о чем 19 октября 2012 года составлена запись о расторжении брака № 

<

данные изъяты>. После расторжения брака истцу присвоена фамилия «Веселова».

В настоящее время ответчик ФИО3 зарегистрирован в спорном жилом помещении, что следует из справки о зарегистрированных гражданах от 12 октября 2017 года, из поквартирной карточки, а также сведений ОАСР УВМ МВД России по УР. 

Согласно статье 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

По утверждению ответчика ФИО3 в спорное жилое помещение он вселился совместно с истцом в период 2000-2002 год. В указанный период времени ответчик состоял в зарегистрированном браке с истцом и был вселен в спорное жилое помещение в качестве члена семьи истца, как супруг. 

ФИО2 до заключения договора на передачу квартиры в собственность № 

<

данные изъяты> от 21 ноября 2005 года являлась нанимателем спорного жилого помещения, что следует из договора № 

<

данные изъяты> социального найма жилого помещения муниципального жилищного фонда от 23 апреля 2004 года.

Указанные обстоятельства истцом фактически не оспариваются. Из показаний свидетелей 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> следует, что истец и ответчик жили одной семьей, вели совместное хозяйство, постоянно проживали по указанному адресу с момента вселения.

В силу статьи 53 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения.

К членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

В соответствии со статьей 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласия остальных членов семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами данной статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

Таким образом, судом установлено и материалами дела подтверждается, что ответчик ФИО3 был вселен в спорное жилое помещение в качестве супруга истца ФИО2, являвшейся на момент его вселения нанимателем спорного жилого помещения, с момента вселения до 2015 года постоянно проживал в данном жилом помещении.

Поскольку ФИО3 был вселен в квартиру, в соответствии с требованиями статьи 54 Жилищного кодекса РСФСР, суд приходит к выводу о том, что он приобрел равное с нанимателем ФИО2 право пользования спорным жилым помещением.

В соответствии со статьей 2 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" (в редакции, действовавшей на момент приватизации спорной квартиры) граждане Российской Федерации, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

В соответствии со статьей 19 Федерального закона "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" N 189-ФЗ, положения части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяются на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии со статьей 19 Вводного закона действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором. Согласно частям 2 и 4 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации (до 1 марта 2005 года - статья 53 Жилищного кодекса РСФСР), равные права с нанимателем жилого помещения по договору социального найма в государственном и муниципальном жилищном фонде, в том числе право пользования этим помещением, имеют члены семьи нанимателя и бывшие члены семьи нанимателя, продолжающие проживать в занимаемом жилом помещении.

Согласно части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

В силу части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (статья 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Ссылка ответчика ФИО3 на статью 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", положенная в обоснование встречного иска и в обоснование возражений по иску ФИО2 является ошибочной.

Согласно указанной норме закона действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

При этом статья 31 Жилищного кодекса Российской регламентирует права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.

Следовательно, в случае добровольного выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Таким образом, сам по себе факт наличия у ответчика права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

Материалами дела подтверждено, что ответчик ФИО3 добровольно выехал из спорного жилого помещения в 2015 году, с момента выезда в спорном жилом помещении не проживает более трех лет, при отсутствии препятствий в проживании по месту регистрации, попыток вселения в жилое помещение не предпринимал, личных вещей в жилом помещении не имеет, отказался от обязанностей члена семьи собственника жилого помещения, в том числе от платы за жилое помещение и коммунальные услуги.

Указанные обстоятельства следуют не только из пояснений истца ФИО2, но и из пояснений самого ответчика ФИО3, а также подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты>., 

<

данные изъяты> Из показаний указанных свидетелей следует, что ответчик добровольно по своей инициативе выехал из спорного жилого помещения, забрав необходимые вещи, после чего в спорном жилом помещении не появлялся, попыток вселения не предпринимал. Кроме того, из показаний свидетелей следует, что у ответчика на руках остались ключи от входной двери спорной квартиры. Сам ответчик ФИО3 указанные обстоятельства не оспаривает, факт наличия у него ключей на момент выезда из спорного жилого помещения подтвердил, пояснив, что в последующем ключи потерял.

Учитывая, последовательность показаний свидетелей, согласованность показаний свидетелей с материалами гражданского дела и пояснениями истца и ответчика, суд считает установленным факт добровольного выезда ответчика из спорного жилого помещения, носящего постоянный характер, в отсутствие препятствия в пользовании им жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем. 

В совокупности действия ответчика ФИО3 (выехал добровольно на иное постоянное место жительства, забрал принадлежащие вещи, не оплачивал жилье и коммунальные услуги, попыток вселиться не предпринимал, имел постоянный беспрепятственный доступ к квартиру, имел к ключи от квартиры, с момента выезда до получения искового заявления о признании утратившим право пользования жилым помещением не имел намерений проживать в спорной квартире) свидетельствуют о его волеизъявлении - отказе от права пользования спорным жилым помещением. 

Статьей 17 ЖК РФ предусмотрено, что жилое помещение предназначено для проживания граждан.

Согласно ст.1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими.

Жилищный кодекс РФ (ст. 31) не связывает приобретение или утрату гражданином права пользования на жилое помещение с регистрацией. Регистрация гражданина по месту жительства в силу Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации (утв. Постановлением Правительства РФ от 17.07.1995 г. № 713 с изм.) является административным актом. В соответствии с постановлением Конституционного суда РФ от 25.04.1995 года регистрация, заменившая институт прописки, или отсутствия таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан в том числе права на жилище.

Таким образом, при изложенных обстоятельствах сам факт регистрации ответчика в спорном жилом помещении не является и не может являться доказательством того, что он сохранил какие бы то ни было права на спорное жилое помещение

По указанным основаниям исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании его утратившим право пользования спорным жилым помещением подлежат удовлетворению

Заявляя встречные исковые требования об обязании не чинить препятствий в пользовании квартирой, передаче дубликата ключей, ответчик ФИО3 в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представил каких-либо доказательств того, что ему чинятся препятствия в пользовании жилым помещением, в доступе в жилое помещение, учитывая, что он имел на руках ключи от спорного жилого помещения, которые сам же потерял. До момента получения искового заявления о признании его утратившим право пользовании жилым помещении с заявлениями о чинении ему препятствий в пользовании спорным жилым помещением ФИО3 никуда не обращался.

Поскольку все вышеуказанные действия ФИО3 свидетельствуют о его добровольном отказе от спорного жилого помещения в связи с выездом в другое место жительства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречных исковые требования ФИО3 к ФИО2 о признании за ним бессрочного права пользования жилым помещением по адресу: 

<

данные изъяты> устранении препятствий со стороны ФИО2 в пользовании указанным жилым помещением, понуждении ФИО2 передать ему дубликаты ключей от замков входных дверей указанной квартиры..

Руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО2 

<

данные изъяты> к ФИО4 

<

данные изъяты> о признании утратившим право пользования жилым помещением удовлетворить. 

Признать ФИО4 

<

данные изъяты> утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

данные изъяты> 

Решение суда является основанием для снятия ФИО4 

<

данные изъяты> с регистрационного учета по адресу: 

<

данные изъяты>

Встречные исковые требования ФИО4 

<

данные изъяты> к ФИО2 о признании за ФИО4 

<

данные изъяты> бессрочного права пользования жилым помещением по адресу: 

<

данные изъяты>, устранении препятствий со стороны ФИО2 

<

данные изъяты> в пользовании указанным жилым помещением, понуждении ФИО2 

<

данные изъяты> передать ФИО4 

<

данные изъяты> дубликаты ключей от замков входных дверей указанной квартиры оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня принятия мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 21 января 2019 года.

Судья Сарапульского 

городского суда Голубев В.Ю.