ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 июня 2025 г. г. Назарово

Назаровский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Фроленко Л.Н., 

при секретаре Зубовой О.Ю.,

с участием:

старшего помощника Назаровского межрайонного прокурора Бочаровой А.В.,

лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, ФИО1, 

его законного представителя ФИО2,

защитника адвоката Балабаевой Ю.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело и постановление следователя о применении принудительных мер медицинского характера в отношении: 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина России, имеющего образование 3 класса школы, не работающего, не женатого, детей, иных лиц на иждивении не имеющего, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

уличаемого в совершении запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 в состоянии невменяемости совершил запрещённое уголовным законом деяние: кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, при следующих обстоятельствах: 

В период времени с 01.12.2024 по 05.12.2024 около 18 часов 00 минут, более точные дата и время не установлены, ранее знакомые ФИО1 и С. в отношении которого 20.05.2025 Назаровским городским судом вынесен обвинительный приговор, он осужден в том числе по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, приговор вступил в законную силу 05.06.2025, находились в состоянии алкогольного опьянения по месту жительства С. в 

<

адрес>, где совместно распивали спиртные напитки, зная о том, что собственник рядом расположенного 

<

адрес> Т. постоянно в данном доме не проживает и в доме никого нет. 

В это время у ФИО1, лишенного возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, возникло желание тайно похитить из вышеуказанного дома имущество, принадлежащее Т. ., вместе с С. ., реализуя свое желание, он предложил С. . совместно похитить имущество, принадлежащее Т. на что С. . из корыстных побуждений согласился, тем самым С. вступил с ФИО1 в предварительный сговор, направленный на тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище.

После чего, в указанный период времени ФИО1, лишенный возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, взял во дворе дома С. . лопату, расчистил со стороны огорода указанного дома тропу, по которой он и С. . подошли к ограждению территории домовладения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, где ФИО1 руками разобрал часть забора и он и С. . через образовавшийся проем в заборе, не имея разрешения собственника, незаконно проникли на территорию домовладения по вышеуказанному адресу, где подошли к запертой на навесной замок входной двери в сени дома, ФИО1 руками сломал пробой и сорвал навесной замок на двери, тем самым они взломали входную дверь и незаконно проникли в сени, откуда через незапертую дверь совместно незаконно проникли в жилую часть 

<

адрес>

Находясь в вышеуказанный период времени в 

<

адрес>, ФИО1 и С. ., не имея разрешения собственника, воспользовавшись тем, что за их действиями никто не наблюдает и не может их пресечь, действуя тайно, совместно и согласованно, осмотрев указанное помещение, взяли в комнате кровать стоимостью 2000 рублей принадлежащую Т. и совместно перенесли в 

<

адрес> по месту жительства С. . с целью дальнейшего использования. После чего, в вышеуказанный период времени, ФИО1, лишенный возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, и С. вернулись в 

<

адрес> где взяли в кухне кухонный стол стоимостью 3000 рублей, на который сложили часть кухонного уголка в виде дивана и двух табуретов общей стоимостью 5000 рублей, принадлежащие Т. ., которые они совместно перенесли в 

<

адрес> по месту жительства С. . с целью дальнейшего использования. Тем самым ФИО1 и С. тайно похитили имущество, принадлежащее Т. , на общую сумму 10000 рублей, с похищенным имуществом с места совершения преступления скрылись, обратили его в свою собственность и распорядились им по своему усмотрению, причинив своими совместными действиями Т. материальный ущерб в размере 10000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 признал, что он совместно с С. . похитил указанное имущество из дома Т. которое осталось в доме С. пояснил, что он не согласен с тем, что ему необходимо принудительное лечение в психиатрическом стационаре, он считает себя здоровым, опасности для окружающих не представляет. 

Его законный представитель не возражала против применения к нему принудительной меры медицинского характера, ссылаясь на то, что это отвечает интересам самого ФИО1 Защитник, не оспаривая факт совершения ФИО1 вменяемого ему деяния, возражала против применения к ФИО1 принудительной меры медицинского характера, ссылаясь на то, что он не представляет опасности для общества, производство по делу необходимо прекратить, достаточно в медицинскую организацию направить соответствующие материалы для решения вопроса о лечения у психиатра амбулаторно. 

Исследовав доказательства по делу, суд приходит к выводу, что факт совершения ФИО1 общественно опасного деяния при изложенных выше обстоятельствах подтверждается совокупностью следующих доказательств:

- оглашенными на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями потерпевшего Т. которые он давал в ходе предварительного расследования, согласно которым он проживает по адресу: 

<

адрес>, по адресу его регистрации: 

<

адрес> проживала его мать Т. , которая умерла 06.06.2023. Дом принадлежал его матери, после ее смерти он в наследство не вступал. Правоустанавливающие документы на дом после смерти матери он не нашел, она страдала деменцией и все документы сожгла. Дом пригоден для жилья, в нем есть кирпичная печь, проведен свет. Территория дома огорожена забором. Вход на территорию дома через ворота, оборудованные запирающим устройством в виде навесного замка. От соседей территория дома огорожена деревянным забором. Он периодически приходил в дом, летом косил траву, зимой чистил снег. 27.11.2024 он уехал на вахту. Перед отъездом в период с 20.11.2024 по 27.11.2024 он приходил в дом, все было на своих местах. С вахты он вернулся в декабре 2024 г., в дом не ходил. Часто проходил мимо дома, видел, что вход в дом запорошен снегом, никаких подозрительных следов нет, ворота заперты на замок. 13.01.2025 от соседки он узнал, что из трубы бани, которая расположена на территории дома, идет дым. Он не топил печь в бане. Он подошел к дому, следов возле ворот не было. Тогда он пошел в рядом расположенный 

<

адрес>, спросить у проживающего там Николая, не видел ли он, кто проходил в дом. Он зашел в ограду к Николаю и увидел, что из ограды идет прочищенная тропа к его дому, часть забора между домами сломана. Он пошел по тропинке к себе в дом. Увидел, что навесной замок на входной двери дома отсутствует, вырван пробой. В доме он увидел, что при входе в коридор перевернут стол, на котором лежали чистые вещи, вещи были разбросаны на полу. В кухне он увидел, что отсутствует кухонный стол и часть кухонного уголка. Так же на кухне были разбросаны вещи, в т.ч. полотенца. В зале он увидел, что отсутствует кровать, часть посуды (две фарфоровые тарелки, салатник, металлическая миска, сковорода, пластмассовое 10 литровое ведро, металлический ковш), матрас, две подушечки и одеяло клетчатое, которые лежали на кровати. Он зашел в баню, там было тепло, видно было, что баню кто-то топил и мылся в ней, сушилось нижнее белье. Был включен рубильник, который он отключал. Все имущество было куплено его матерью, после ее смерти принадлежит ему. Кровать с учетом износа он оценивает в 2 000 рублей, стол кухонный - в 3 000 рублей, кухонный уголок - в 5 000 рублей, посуда, одеяло и матрас материальной ценности не представляют. Общий ущерб составил 10 000 рублей, для него этот ущерб не значительный, так как он зарабатывает 80 000 рублей ежемесячно, кредитов не имеет. Сожительница получает пенсию в размере 15 000 рублей. В ходе следствия ущерб ему возмещен полностью, сотрудниками полиции ему были возвращены все похищенные вещи, в том числе и те, которые материальной ценности для него не представляли. С. и ФИО1 он не разрешал входить в его дом и брать его имущество. В ходе совершения кражи была повреждена часть забора со стороны огорода и сломан навесной замок на входной двери дома. Замок он установил другой, часть забора восстановили ФИО1 и С. (л.д.115-116, 117-119); 

- оглашенными на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ свидетеля А. ., которые она давала в ходе предварительного расследования, согласно которым она проживает по адресу: 

<

адрес> совместно с сожителем Т. По адресу: 

<

адрес> проживала мать её сожителя Т. которая умерла в 2023 году. Дом принадлежал ей. После смерти матери Т. в наследство не вступал, так как при жизни Т. страдала деменцией и все документы на дом сожгла. В 

<

адрес> после смерти Т. никто не проживал. Т. . ухаживал за домом, летом косил траву, зимой чистил снег, дом пригоден для жилья, в нем имеется печь кирпичная, свет. В доме находились кровать, шифоньер, комод, диван, кресло-качалка и тумбочка для телевизора. На кухне находился холодильник, кухонный стол, кухонный уголок, фляги. Входная деревянная дверь оборудована запирающим устройством в виде навесного замка. Территория дома огорожена забором. 27.11.2024 Т. . уехал на работу в Богучаны, перед отъездом в период с 20.11.2024 по 27.11.2024 он приходил в дом, все было на своих местах. С вахты он вернулся в декабре 2024 г., но в дом они не ходили. 13.01.2025 около 17 часов 00 минут ей позвонила её невестка и сообщила, что в 

<

адрес> топится баня. После этого звонка Виктор пошел проверить дом. С его слов она знает, что следов возле ворот он не увидел, пошел к соседу в 

<

адрес>, к С. , где увидел прочищенную тропу, ведущую к его дому. По этой тропе Т. прошел к себе в дом. Увидел, что навесного замка нет, он был вырван, дверь в дом была приоткрыта, он зашел в дом, в коридоре был перевернут стол, на полу разбросаны вещи, на кухне отсутствует кухонный стол и часть кухонного уголка, в комнате отсутствуют кровать, часть посуды, матрас, подушки, одеяло. После этого Т. зашел в баню, там было тепло, видно, что кто-то мылся, сушилось белье. Все похищенное имущество было возвращено Т. (л.д.122-126);

- оглашенными на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ свидетеля П. согласно которым она проживает по адресу: 

<

адрес> Её свекровь А. . проживает с Т. . 13.01.2025 она в магазине услышала, что в 

<

адрес> топится баня. Она позвонила А. и сообщила об этом (л.д.127-129);

сведениями из материалов дела: 

- заявления Т. . от 14.01.2025, согласно которому просит привлечь к уголовной ответственности лицо, которое незаконно проникло в 

<

адрес> в д. Нижний Ададым и похитило имущество на общую сумму 15000 рублей, (л.д. 16); 

- рапорта ПОД ДЧ МО МВД России «Назаровский» П. от 14.01.2025, согласно которому 14.01.2025 в 11 часов 45 минут в дежурную часть от А. по телефону поступило сообщение о том, что в дом родственницы, которая умерла год назад, по адресу: 

<

адрес> проникли ФИО1 и С. и похитили имущество (л.д. 15); 

- протокола осмотра места происшествия от 14.01.2025 согласно которому был осмотрен жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> возле ворот в ограду дома следов не обнаружено, при входе в дом на двери пробой и навесной замок отсутствуют. При входе в сени лежит стол, на полу разбросаны вещи, участвующий в осмотре Т. пояснил, что ранее эти вещи лежали на столе, стол стоял. В кухне имеются разломанные части кухонного уголка, Т. . пояснил, что ранее на этом месте стояли стол и кухонный уголок. В кухне имеется посуда, печь кирпичной кладки. В зале расположено кресло – качалка, Т. пояснил, что рядом ранее стояла кровать, за креслом стоит шкаф с посудой. В ходе осмотра с холодильника в кухне и со шкафа в зале изъяты два следа рук. На территории дома к дому № ведет прочищенная тропинка, часть забора между домами отсутствует, к дворовым постройкам от 

<

адрес> ведет протоптанная тропинка (л.д. 17-29); 

- протоколов получения образцов для сравнительного исследования, согласно которым 14.01.2025 получены отпечатки пальцев рук у потерпевшего Т. у подозреваемых С. и ФИО1 (л.д. 51-56); 

- справки об исследовании от 14.01.2025 № 6 и заключения эксперта № 9 от 20.01.2025, согласно которым поступивший на исследование след папиллярного узора, изъятый в ходе осмотра места происшествия на отрезке ленты - скотч № 1, пригоден для идентификации личности, оставлен ногтевой фалангой указательного пальца правой руки подозреваемого ФИО1, второй след не пригоден для идентификации личности (л.д.63-72); 

- протокола осмотра от 14.01.2025, согласно которому в ходе осмотра жилого 

<

адрес>, в котором проживает ФИО1, похищенного имущества обнаружено не было (л.д. 30-33); 

- протокола обыска от 14.01.2025, согласно которому в ходе обыска в доме по адресу: 

<

адрес> где проживает С. . были выданы С. и изъяты похищенные: кухонный стол, кухонный уголок, кровать, матрас, одеяло, две подушки, алюминиевая чашка, алюминиевый тазик, ковш алюминиевый, две тарелки, пластиковое ведро, салатница, сковорода (л.д. 35-38); обыск признан законным постановлением суда от 15.01.2025 (л.д. 40);

- изъятое в ходе обыска имущество было осмотрено (л.д. 41-47); признано вещественными доказательствами (л.д. 48), возвращено потерпевшему Т. (л.д.49-50).

20.05.2025 С. . осужден Назаровским городским судом по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ за совершение кражи имущества, принадлежащего Т. ., с незаконным проникновением в жилище (дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>), в группе лиц по предварительному сговору с ФИО1, в период времени с 01.12.2024 по 05.12.2024, вечером, около 18 часов. 

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы № 95 от 05.02.2025, ФИО1 обнаруживает признаки 

<

данные изъяты>), 

<

данные изъяты> В период совершения деяния у подэкспертного не выявлялось каких-либо других расстройств психической деятельности. Выявленные у ФИО1 психические нарушения выражены столь значительно, что лишали его возможности в период, относящийся к совершению деяния, по отношению к которому он является подозреваемым, осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Данное психическое расстройство лишает ФИО1 в настоящее время возможности реализации возложенных на него уголовно-процессуальным кодексом прав и обязанностей, он не может отдавать отчет в своих действиях и руководить ими, принимать участие в судебно-следственных мероприятиях, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве (ч. 3 ст. 196 УПК РФ). Учитывая, что психическое расстройство, которое выявлено у ФИО1, связано с возможностью причинения им иного существенного вреда и опасностью для себя либо других лиц (отсутствие интеллектуального контроля за свои поведением, отсутствие критики к своим поступкам), он нуждается в назначении принудительных мер медицинского характера (ч. 2 ст. 97 УК РФ). Характер психического расстройства, выявленного у подэкспертного, требует таких условий лечения, ухода, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены только в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях (ч. 1 ст. 101 УК РФ). По своему психическому состоянию, как представляющий особую общественную опасность в силу наличия выраженных интеллектуально- мнестических, эмоционально-волевых расстройств, склонности к агрессии, повторности совершенных преступлений, ФИО1 нуждается в принудительном лечении в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях специализированного типа, как лицо, которое по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения (ч. 3 ст. 101 УК РФ). Противопоказаний для исполнения принудительных мер медицинского характера у ФИО1 не выявлено. Наркотической зависимостью он не страдает, но, как страдающий синдромом алкогольной зависимости средней стадии (F 10.242 по МКБ-10), нуждается в лечении и медицинской реабилитации. Медицинских противопоказаний для амбулаторного лечения от алкогольной зависимости у ФИО1 не имеется (л.д.179-181).

Оценив исследованные доказательства в своей совокупности, которые согласуются между собой, являются относимыми и допустимыми, суд считает установленным, что ФИО1 в состоянии невменяемости совершил общественно опасное деяние, запрещенное уголовным законом, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, - кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище.

Как установлено в судебном заседании, дом, в который незаконно проникли ФИО1 и С. , является жилым домом, пригодным для проживания, в нем имеется печь, электрическое освещение, необходимая мебель, он оборудован запорным устройством, до смерти в 2023 г. в нем проживала мать потерпевшего, после ее смерти дом в надлежащем состоянии поддерживает потерпевший. ФИО1 проник в чужое жилище незаконно, без ведома и разрешения владельца, сломав запорное устройство, с целью хищения чужого имущества. Также нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия признак группой лиц по предварительному сговору, т.к. хищение было совершено совместно ФИО1 и С. , которые заранее, до проникновения в дом, договорились о совершении кражи имущества из этого дома. 

Из объема обвинения суд исключил хищение матраса, одеяла, двух подушек, двух тарелок, салатника, металлической тарелки, металлического таза, металлического ковша, сковороды и пластмассового ведра, так как потерпевший указывает на то, что материальной ценности для нее указанное имущество не представляет, тогда как, в соответствии с примечанием 1 к ст. 158 УК РФ, вещи, не представляющие ценности для потерпевшего, не могут быть предметом хищения. 

Вопреки доводам ФИО1 и его защитника, необходимость применения к ФИО1 принудительных мер медицинского характера и его направления на принудительное медицинское лечение в психиатрический стационар специализированного типа определена заключением комиссии экспертов, которое надлежащим образом мотивировано и научно обосновано, соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями и опытом работы в соответствующей области, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, на основе тщательных исследований с применением различных методик. Сомневаться в выводах экспертов у суда нет оснований. Наличие у ФИО1 психического заболевания подтверждается и теми обстоятельствами, что он с 1992 г. состоит на учете у врача-психиатра с диагнозом: 

<

данные изъяты>, являлся инвалидом 2 группы в связи с психическим заболеванием до 01.12.2024 (инвалидность утратил в связи с тем, что не прошел переосвидетельствование в ноябре 2024 г,), ранее ему судом уже назначались принудительные меры медицинского характера в связи с совершением в состоянии невменяемости общественно-опасного деяния, запрещенного уголовным законом.

В соответствии с ч.1 ст. 443 УПК РФ, признав доказанным, что деяние, запрещенное уголовным законом, совершено данным лицом в состоянии невменяемости или что у этого лица после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, суд выносит постановление в соответствии со статьями 21 и 81 Уголовного кодекса Российской Федерации об освобождении этого лица от уголовной ответственности или от наказания и о применении к нему принудительных мер медицинского характера.

В соответствии с положением ст. 21 УК РФ не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, то есть не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики. Лицу, совершившему предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера, предусмотренные настоящим Кодексом.

Согласно п. «а» ч.1 ст. 97 УК РФ принудительные меры медицинского характера могут быть назначены судом лицам, совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части УК РФ, в состоянии невменяемости.

С учетом изложенных выше обстоятельств суд считает, что, в соответствии с требованиями ст. 21, п. «а» ч. 1 ст. 97 и ст. 101 УК РФ ФИО1. подлежит освобождению от уголовной ответственности за совершенное им в состоянии невменяемости деяние, запрещенное уголовным законом, т.к. он во время совершения деяния не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими вследствие хронического психического расстройства. 

С учетом того, что психическое расстройство, выявленное у ФИО1 связано с возможностью причинения им иного существенного вреда и опасностью для себя либо других лиц (отсутствие интеллектуального контроля за своим поведением, отсутствие критики к своим поступкам), он нуждается в стационарном лечении и наблюдении, его состояние требует постоянного наблюдения, суд приходит к выводу, что необходимо применить к ФИО1 принудительную меру медицинского характера, предусмотренную п. «в» ч.1 ст.99 УК РФ, в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Процессуальные издержки в виде оплаты вознаграждения адвокату подлежат возмещению на основании отдельного постановления. 

Оснований для избрания меры пресечения ФИО1 суд не усматривает.

Вопрос о вещественных доказательствах судом разрешается в соответствии с положениями ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.441-443 УПК РФ, ст. 21 УК РФ, суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Освободить ФИО1 от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости общественно опасного деяния, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Применить к ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа.

Меру пресечения ФИО1 не избирать. 

Вещественные доказательства по вступлении постановления в законную силу: кровать, кухонный стол, кухонный уголок, матрас, одеяло, две подушки, посуду, переданные на хранение потерпевшему Т. - оставить по принадлежности потерпевшему Т. 

Процессуальные издержки в виде вознаграждения адвокату возместить на основании отдельного постановления суда. 

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Назаровский городской суд Красноярского края в течение 15 суток со дня его вынесения. Лицо, в отношении которого вынесено постановление, его законный представитель вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу других лиц или представление прокурора. 

Судья подпись Л.Н. Фроленко

Копия верна. Постановление не вступило в законную силу.

Судья Л.Н. Фроленко